Сакровенные пути благословения

Ч.Г.Сперджен

Блудный сын


У некоторого человека было два сына; и сказал младший из них отцу: отче! дай мне следующую мне часть имения. И отец разделил им имение. По прошествии немногих дней, младший сын, собрав все, пошел в дальнюю сторону и там расточил имение свое, живя распутно. Когда же он прожил все, настал великий голод в той стране, и он начал нуждаться; и пошел, пристал к одному из жителей страны той, а тот послал его на поля свои пасти свиней; и он рад был наполнить чрево свое рожками, которые ели свиньи, но никто не давал ему. Пришед же в себя, сказал: сколько наемников у отца моего избыточествуют хлебом, а я умираю от голода! Встану, пойду к отцу моему и скажу ему: отче! я согрешил против неба и пред тобою, и уже недостоин называться сыном твоим; прими меня в число наемников твоих. Встал и пошел к отцу своему. И когда он был еще далеко, увидел его отец его и сжалился; и побежав пал ему на шею и целовал его. Сын же сказал ему: отче! я согрешил против неба и пред тобою, и уже недостоин называться сыном твоим. А отец сказал рабам своим: принесите лучшую одежду и оденьте его, и дайте перстень на руку его и обувь на ноги; и приведите откормленного теленка и заколите: станем есть и веселиться, ибо этот сын мой был мертв и ожил, пропадал и нашелся. И начали веселиться.

Лук.15,11-24.


ИЗБЫТОК ХЛЕБА

ПРИШЕЛ В СЕБЯ

"Пришед в себя..." Эти слова можно применить к тому, кто очнулся после обморока, кто не сознавал своего положения и не мог выйти из него, но теперь пришел в себя, вернулся к сознанию и действию.

Голос, который пробуждает мертвецов, поднял блудного сына; видения духовной летаргии исчезли: его безумные, но увлекательные сны прошли, - он пришел в себя.

Эти слова могут быть применены еще к тому, кто излечился от безумия. Блудный сын был подобен безумцу, потому что грех есть величайшее безумие.

Он был помрачен в своем разуме, принимал горькое за сладкое и сладкое за горькое, свет за тьму и тьму за свет; он повредил своей душе так, как вредят своему телу одержимые злым духом, когда бьются о камни и ранят себя ножами. Сумасшедший человек не сознает себя таковым, но если он выздоровеет, то сокрушается, что был в таком состоянии. Итак, вернувшись к разуму истинному и светлому, блудный сын пришел в себя.

Существует легенда о волшебнице Цирце, которая превращала людей в свиней.

Несомненно, и этот молодой человек, о котором сказано в притче, опустился на ту же ступень. Он низвел свое человеческое достоинство до уровня животного, он ел со свиньями. Человеку свойственно любить своих родных, уважать право, заботиться о своих интересах. Этот же молодой человек уподобился животным.

Быть может, и сегодня среди читающих эту брошюру есть люди, находящиеся в подобном обморочном состоянии, - Господи, подними их!

Может, есть люди нравственно разложившиеся, - Господь да восстановит их, да положит небесный Врач Свою освежающую руку на их горячий лоб и скажет им: "Хочу, очистись".

Есть, может быть, такие, которые отдали ветхой человеческой природе первое место, - пусть Тот, Кто разрушает дела дьявола, освободит их от власти сатаны и даст им силу стать сынами Божьими. Ему да будет вся слава!

МИЛОСЕРДИЕ - ТОЛЬКО У БОГА

Когда блудный сын пришел в себя, он понял два факта: что у отца его избыток хлеба и что он, сын его умирает от голода. Пусть эти две мысли полностью овладеют и вашим сердцем, если вы все еще не спасены, ибо это весьма важные, непреложные истины. Это не фантазия, не сновидение или бред душевно больного человека, не плод расстроенного воображения, но несомненно верно то, что в доме нашего Отца Небесного - избыток благ, в которых нуждается грешник. Нигде больше не может он найти благословение и получить прощение. У Господа же - обильное милосердие, и никто не может оспаривать эту чудную истину.

Одинаково верно и то, что без Бога грешник погибнет. Он уже теперь погибает, и погибнет навеки. Все, что есть ценного в его существовании, будет разрушено, и он сам останется как мерзость запустения: хищные птицы будут гнездиться в развалинах его погибшего существа во веки веков.

Если бы эти истины стали вполне понятны сердцам многих необращенных людей! Увы, грешники забывают, что милосердие - только у Бога, и надеются найти его где-то в другом месте. Они стараются отвергнуть унизительный факт своего безнадежного состояния и ищут какой-нибудь потайной двери для выхода. Им кажется, что они не так уж плохи, как говорится о них в Библии. Во всяком случае, если они плохи теперь, то могут исправиться потом. Увы, друзья мои, что делать с теми, которые добровольно закрывают глаза, чтобы не видеть истину, которая слишком очевидна и подавляюща? Я убедительно прошу тех из вас, которые верой приближаются к престолу Божьему, вознести молитву о том, чтобы Он посетил теперь же необращенные сердца и открыл им значение этих двух истин: у Бога обилие милосердия, вне Бога - погибель. Если грешник с таким сознанием придет к Иисусу Христу, он скоро получит свободу детей Божьих.

БОГ ЛЮБИТ МИЛОВАТЬ

Сегодня мне хочется остановиться, главным образом, на первой и основной, по моему мнению, мысли блудного сына, которая заставила его сказать: "Встану, пойду к отцу моему". Не голод побудил его прийти к этому решению, а трезвая мысль: "Сколько наемников у отца моего избыточествуют хлебом!". Полнота, обилие и даже излишек в доме отца побудили его стремиться домой.

Многие-многие души стали искать Бога, увидев и поверив, что у Него - обилие милосердия. Мне хочется каждому грешнику ясно представить обилие милосердия и благодати Божьей во Христе Иисусе, надеясь, что Господь найдет Своих сынов, что они доверятся этим словам и, услышав об изобилии хлеба в доме Отца, скажут: "Встану, пойду к Отцу".

Итак, прежде всего остановимся на том изобилии благ, которое находится в доме Отца. Что тебе теперь нужно, пробудившийся грешник? Для всякой твоей нужды есть у Бога полное и обильное удовлетворение - "хлеб в избытке". Испытай это. Сначала воззри на Отца Самого. Кто станет Его изучать, сразу увидит, что нет границ Его милосердию, нет предела Его благодати.

"Каковы природа и характер Всевышнего? Суров Он или любящ?" - спрашивал некто.

Писание отвечает на этот вопрос и говорит о Нем больше, чем только как о любящем Отце, но что Он Сам есть любовь, что Его сущность - любовь. Не то чтобы любовь пребывала в Боге, но Сам Бог - любовь. Можно ли с большей очевидностью показать, что любовь Божья бесконечна? Вы не можете измерить Бога; ваше воображение не в силах охватить все Его свойства, определить размеры Его любви, постичь ее полноту.

Помните только, что, как небо выше земли, так пути Его выше наших путей и мысли Его выше наших мыслей. Милость Его пребывает вовеки. Он прощает беззаконие и не вменяет преступления остатку наследия Своего. Не вечно гневается Он, потому что любит миловать. "Ты, Господи, благ и милосерд и многомилостив ко всем, призывающим Тебя". "До небес велика милость Твоя". "Господь весьма милосерд и сострадателен".

БОГ СИЛЕН СПАСАТЬ

Если вам кажется, что одной Божественной любви мало для вашего спасения, то вспомните, что у Отца, к Которому обращается грешник, столько же мудрости, сколько и милости.

Может быть, твое положение особенно серьезно. Но Сотворивший тебя может и исцелить тебя. Сотворивший ухо разве не может избавить его от глухоты? Образовавший глаз, неужели не сумеет вернуть ему зрение, если он ослеп? Нет такого несчастья, от которого не мог бы избавить тебя Господь. Несравненная мудрость не может оказаться бессильной перед запутанностью твоей жизни.

Не может быть также недостатка могущества у Отца. Разве ты не знаешь, что сотворивший землю и простерший над ней небеса, как шатер, для обитания в нем, не имеет границ могущества Своего и предела Своей силе?

Если тебе нужно всемогущество для извлечения тебя из тинистого болота, в котором ты увяз, оно готово для твоего спасения, если ты воззовешь к Сильному для получения силы. Хотя бы тебе понадобилась сила которой были созданы миры и держатся основания Вселенной, вся эта сила будет направлена для твоего блага, если только ты с верой будешь искать милосердия от руки Божьей через Иисуса Христа. Ни одна из Его сил не будет против тебя, любовь будет царствовать во всем, и каждое свойство Божье будет содействовать твоему спасению.

БОГ ЩАДИТ ГРЕШНИКА

Когда я думаю о грехе, я не могу понять, как грешник может спастись; но когда я думаю о Боге и взираю на Его сердце, тогда я понимаю, как охотно Он прощает.

- Посмотрите на Его сердце, - говорит некто.

- Как мне это сделать?

- Разве Он не открыл вам Своего сердца? Вы спросите:

- Где и когда? Я отвечу:

- Там, на Голгофе, на кресте.

Кто занимал первое место в Божественном сердце? - Возлюбленный, Единородный Сын. И Он взял Своего Единородного Сына и пригвоздил Его ко кресту, потому что, дерзаю сказать, возлюбил грешников больше, чем Своего Сына. Он не пощадил Сына, но щадит грешника. Он излил Свой гнев на Сына и сделал Его заместителем грешников, чтобы можно было расточать любовь на виновных, заслуживших Его гнев.

О душа, если ты погибаешь, то не от недостатка милости, или мудрости, или силы Божьей; не потому, что Он не имеет сочувствия к тебе или не может спасти.

Если ты изгнан вон, то не потому, что Всевышний не слышал твоих воплей о прощении или отверг твою веру в Него. На твоей голове кровь твоя, если душа твоя погибнет. Если ты умираешь от голода, то это потому, что сам хочешь умирать, ибо в доме Отца Небесного все "избыточествуют хлебом".

ТЕБЕ ДАРОВАН СПАСИТЕЛЬ

Теперь перейдем к другой мысли, которая нам еще лучше все разъяснит. Подумаем о Сыне Божьем, Который есть истинный хлеб жизни для грешников. Грешник! Я обращаюсь к тебе лично: ты нуждаешься в Спасителе. Ты можешь ободриться, когда узнаешь, что Бог, Который не может ошибиться, уготовал тебе Спасителя.

Подумай, Кто такой Спаситель? Он - Сам Бог. Иисус, пришедший с небес для нашего искупления, не был Ангелом, иначе бы мы боялись возложить на Него всю тяжесть наших грехов. Он не был человеком, иначе Ему можно было бы стать заместителем разве только одного человека. Но Он был Богом истинным от Бога истинного, от начала бывший с Отцом. И Он-то пришел нас спасти. Какое же может быть место сомнению? Я утверждаю перед вами, что будь мои грехи в десять тысяч раз более тяжки, чем они есть, и если бы прибавить еще к ним грехи всего этого собрания, то и тогда я мог бы все их доверить Иисусу с той минуты, как осознал, что Он Христос - Сын Божий.

Он Бог могущественный и Своими пронзенными руками может снять наши грехи: Он изгоняет грех, бросает его в пучину морскую.

Подумайте о том, что сделал Иисус, Сын Божий. Он - Сам Бог, благословенный вовеки, оставил престол и воинства небесные и сошел в пещеру и ясли! Там Он лежал; мать пеленала и кормила Его. Бесконечный пришел как дитя. Невидимый явился во плоти. Всемогущий был в слабости, - и все это ради нас.

О бесконечное и безграничное снисхождение! Если Искупитель Бог делает это для нашего спасения, можно ли считать невероятной мысль, что Он силен спасти из преступников преступника?! Может ли быть что-нибудь невозможное для Того, Кто сошел с неба на землю для искупления?!

ВО ХРИСТА НЕВОЗМОЖНО НЕ ВЕРИТЬ

Не останавливайтесь в изумлении, но идите дальше. Видите ли вы Бога, сущего над всем, благословенного вовеки, Который более тридцати лет жил среди людей, носил человеческие немощи, брал на Себя их болезни, разделял их скорби; ноги Его утомлялись хождением по Палестине, тело Его часто томилось от голода и жажды; колени Его сгибались в ночной молитве, глаза были полны слез; Иисус Христос подобно нам был искушен во всем, - чудное, непостижимое зрелище!

Воплощенный Бог обитает среди грешников и терпит их противоречия! Какая слава исходит из Его кротости! Слава, которая должна сделать веру в Него неизбежной.

О Ты, Который ходил по морям и воскрешал мертвых, как можем мы сомневаться в Твоей власти отпускать грехи?! Не сказал ли Ты Сам, когда повелел расслабленному взять постель: "Что легче сказать: "прощаются тебе грехи", или сказать: "встань и ходи"?" (Мтф. 9, 5). Воистину Он спасает приходящих через Него к Богу!

Он мог прощать грехи, будучи на земле, тем более теперь, находясь во славе. Он вознесен, чтобы быть Князем мира и Спасителем, чтобы приводить к покаянию и оставлению грехов.

ХРИСТОС ПОСТРАДАЛ ЗА ГРЕШНИКОВ

Но главным доказательством, что у Христа Иисуса "избыточествуют хлебом", служит крест. Последуйте за мной на минуту, или, вернее, последуйте за Ним в Гефсиманию. Видите ли вы капли кровавого пота, падающие на землю? Можете ли вы вообразить Его мучения перед Иродом и Пилатом? Можете ли проследить весь Его скорбный путь по Иерусалиму? Могут ли ваши сердца выдержать момент Его пригвождения ко кресту и муки на нем? Это только внешняя сторона.

А кто может описать всю бездну внутренних страданий? Никакой язык не в силах передать этого, никакое воображение не может себе этого представить. Вечный Бог возложил грехи на Христа, и, где был грех, там разразилась ярость. "Господу угодно было поразить Его, и Он предал Его мучению" (Ис. 53,10). Умерший на кресте был Единородным Сыном Божьим. Можете ли вы найти предел заслуги смерти такого Спасителя?

КРОВЬ ХРИСТА БЕЗМЕРНО СИЛЬНА

Я знаю, что некоторые в своей богословской системе ограничивают значение Крови Иисуса. Если бы у меня была такая система, я бросил бы ее на ветер. Я не могу, не смею дать место такой мысли, потому что она, как мне кажется, граничите богохульством. В завершенном деле Христа я вижу целый океан заслуг; мой "водомер" не достигает дна, мой глаз не видит берегов.

В Крови Христовой достаточно силы, чтобы спасти не только этот мир, но десять тысяч миров, если бы они преступили закон своего Создателя. Если признавать бесконечность, то границ не может быть. Если в жертву приносится Божественное Лицо, то не допустимо говорить о пределах заслуг; мера и границы - названия неприменимые к Божественной Жертве. В искуплении Иисуса Христа - "хлеб в избытке", как и Апостол пишет Тимофею: "...Который есть Спаситель всех человеков, а наипаче верных" (1 Тим. 4,10).

ДУХ СВЯТОЙ ВЕДЕТ К ПОКАЯНИЮ

Теперь перейдем к весьма важному и отрадному изучению третьего Лица - Святого Духа. Кто верит в Троицу и любит ее, тот имеет ключ богословия. Мы беседовали об Отце и о Сыне, теперь побеседуем о Духе Святом. Мы все слишком мало чтим Его, а. между тем, Он благоволит сходить на землю и обитать в сердцах наших; несмотря на нашу неверность, Он пребывает со Своим народом.

Грешник, ты нуждаешься в новой жизни и в святости. То и другое необходимо, чтобы ты удостоился неба. Как можешь ты их иметь? Дух Святой предусмотрен и дарован нам в завете благодати, и в Нем ты имеешь все нужное тебе "в избытке". Есть ли что невозможное для Святого Духа? Он Божествен, ничто не может быть выше Его сил.

Посмотрите, что Он уже совершил! Он носился над бездной и хаосом и привел все в порядок; вся краса творения возникла под Его зиждительным дыханием (Быт.1, 2). Мы сами должны исповедать вместе с Елиуем: "Дух Божий создал меня, и дыхание Вседержителя дало мне жизнь".

Подумайте о великом деле Святого Духа в Пятидесятницу, когда неученые люди заговорили на разных языках, которых раньше не знали, и почившие над ними огненные языки зажгли огнем их сердца и дали им усердие и неустрашимость, которых они раньше не имели.

Подумайте о работе Святого Духа над таким человеком, как Савл. Этот преследователь христиан мечтал терзать святых Божьих в Дамаске, а через несколько минут вы слышите, как он спрашивает: "Кто Ты, Господи?" и потом: "Что повелишь мне делать?" Сердце его изменилось. Дух Божий сотворил его новым; в одну минуту твердый алмаз превращен в мягкий воск.

Многие из нас являются живыми примерами того, что может сделать Дух Святой. И мы можем вас уверить на основании собственного опыта, что нет такого внутреннего зла, которого Он не в силах был бы превозмочь; нет такой похоти плоти, которую Он не мог бы подчинить, нет такой закоснелости чувств, которую Он не мог бы смягчить.

Есть ли что трудное для Господа? Разве Дух Господень ограничен? Воистину ни один грешник не может оказаться вне помилования, если Дух Святой благоволит сделаться совершителем человеческого обращения.

О грешник, если ты погибаешь, то не потому, что у Духа Святого не хватает мужества, или в Крови Христовой силы, или у Отца любви. Ты погибаешь потому, что не веришь во Христа, пребываешь в своевольном сопротивлении и отказываешься от "хлеба в избытке", который тебе предложен.

ВЕЛИКИЙ СПАСИТЕЛЬ

Еще несколько мыслей, которые покажут нам обилие благодати и милости Божьей. Заметьте, что через все века Бог воздвигал пророков одного за другим, потом за Апостолами следовали мученики, исповедники, пастыри, евангелисты, учителя, - все они посылались Господом последовательно. И какое же дано было им поручение, что должны были они открывать людям? У всех у них было одно назначение - указывать на великого Избавителя. Моисей и пророки и все истинные посланники Божьи говорили о Нем.

Думаешь ли ты, грешник, что Бог начал это дело из-за пустяков? Неужели Он послал Своих слуг звать тебя к столу не приготовленному? Неужели Он столько раз повторял Свое приглашение тебе и другим, не имея для вас запасов? О, это невозможно! Бог не может быть в поругании и не станет издеваться над бедными нуждающимися душами. Его милость достаточна для самых крайних требований.

Вспомните также, что Господу благоугодно было открыть Свою славу в Евангелии. Люди жадно ищут славы, и Бог также с ревностью относится к Своей славе.

Что угодно было Ему избрать для славы Своего имени?

Обращение и спасение людей, не правда ли?

Когда вместо терновника вырастет кипарис и вместо крапивы возрастет мирт, это будет во славу Господа, в знамение вечное, несокрушимое. Думаешь ли ты, что Бог может приобресть имя, спасая маленьких грешников маленьким Спасителем? О, Его пречистая святая Кровь способна омыть пятна черные, как ад, Он прощает грешников, которые были безумнейшие из безумных.

Нет ли среди моих читателей такого бывшего великого мятежника, который имеет право громко славить Господа, потому что его спасению будут дивиться Ангелы и недоумевать бесы? Надеюсь, что есть.

О ты, опустившийся, оскверненный грешник, близкий к погибели, если этот голос может достигнуть тебя, умоляю, приди и испытай, что милосердие Божье не равняется твоему греху, а превосходит его. Если ты и Голиаф среди грешников, то знай, что Бог силен избавить тебя от вражды и сделать Своим другом, слугой наиболее любящим и верным, потому что великое прощение вызывает великую любовь.

Величие Божественного милосердия таково: "Когда умножился грех, стала преизобиловать благодать" (Рим. 5, 20). Думаешь ли ты, грешник, что Иисус Христос сошел с небес для небольшого дела и для того, чтобы подарить маленькое количество благодати?

Думаешь ли ты, что Он взошел на Голгофу и претерпел смерть и весь ужас разобщения с Богом, чтобы сделать обыкновенное дело и приготовить узкое, ограниченное, частичное спасение, такое, каким представляет его себе твое неверие?

Нет! Мы говорим о грандиозной работе, но она была бы детской игрой в сравнении с трудом Христа, сотворившего десятки тысяч чудес. Неужели вы так умалите Христа, что будете воображать Его дело недостаточным для того, чтобы спасти вас?

Если бы я был властен выбрать человека самого бесчестного, лживого, пьяницу, нечестивого, поклонника всего земного, плотского, бесовского, - я бы повторил ему призыв, который только что сделал, и умолял бы его приблизиться к Иисусу, чтобы он мог убедиться в силе искупительной Крови Христа, могущей омыть его и сделать чистым.

Я призываю его прийти теперь же и припасть к драгоценным ногам Искупителя и испытать, ответит ли Он ему: "Я не могу тебя спасти, ты согрешил превыше Моих сил". Никогда, никогда, никогда этого не будет, ибо Он силен спасать приходящих к Нему (Евр. 7,25). Он Спаситель и великий Спаситель! Христос будет иметь славу соответственно той великой благодати, которую он изливает на величайших грешников. У Него прощение "в избытке".

Эти слова "избыток хлеба", которые я взял темой для своей беседы, по-моему, должны быть эпиграфом Евангелия. Я верю в частное спасение и в то, что Христос положил душу Свою за овец Своих. Но, как я уже сказал, я не верю в ограничение силы спасения, ибо иначе как бы я смел читать слова Иоанна: "Он есть умилостивление за грехи наши, и не только за наши, но и за грехи всего мира" (1 Иоан. 2,2). Есть верная часть для избранных, но есть и "избыток". Я верю в любовь к избранным, которая спасет их, имея "достаток хлеба"; но я верю и в безграничное милосердие, у которого есть "избыток хлеба".

Наша милостыня бедному удовлетворяет только самую неотложную нужду; а когда Бог кормит толпу, Он раздает пищу с царской щедростью. Нашей поливки хватает только на лучшие улицы, а когда небесные тучи собираются над морями плодородных полей, они напояют все жаждущее. У Божьей милости нет границ, она превозносится даже над судом.

"Избыточествуют хлебом" - сделайте такую надпись на доме милосердия, и тогда каждый голодный, прочитав ее, пусть смело входит и, немало не смущаясь, ест хлеб Божьей благодати.

У БОГА - ОБИЛИЕ СЧАСТЬЯ

Теперь перейдем к другому рассуждению блудного сына.

Согласно нашему тексту, в доме отца было не только достаточно хлеба, но даже наемники избыточествовали. Я думаю, блудный сын понимал, что даже самые ничтожные слуги у его отца ели досыта и имели еще избыток.

Как нам понять это? Самое низшее творение Божье, не согрешившее против Него, ни в чем не нуждается и имеет обилие счастья.

Есть выражения радости у самых низших животных. Посмотрите, как мошки вьются в солнечных лучах: послушайте, как радостно щебечут воробьи, перелетая с места на место.

Тот, Кто заботится о птицах и насекомых, наверно, позаботится также о людях. Бог, внимающий крику воронов, неужели не услышит кающегося грешника? Он дает радость насекомым, неужели же Он захочет, чтобы я был несчастным? Тот, Кто открывает щедрую руку и восполняет нужду всего живущего, откроет мне Свою руку и ответит на мою нужду, если я буду искать Его лица.

Но я не могу думать, что эти низшие существа есть наемники. Кого же найду я среди людей? Объясню это так. Самые отчаянные из грешников, пришедших ко Христу, нашли милость "в избытке", и самые меньшие из святых, пребывающих в доме Господнем, находят любовь "в избытке".

Возьмите самых преступных из грешников и посмотрите, как милостиво относится к ним Господь, когда они возвращаются к Нему. Не приходилось ли вам, самим еще необращенным, звать Других людей, которые были такие же или, может быть, по виду даже хуже, чем вы? Но вот они обратились, а вы нет; и когда они обратились, каково было их свидетельство? Могла ли Кровь Христа очистить их? О да, не только очистить, но и прибавить им красоты, не их, конечно. Они были некогда наги, мог ли Христос их одеть? Было ли в Нем достаточно праведности, чтобы облечь их? О да, больше того, они получили царское одеяние. Когда вы видели это на других, неужели вам не захотелось получить одежду праведности для себя?

Мы тоже пришли ко Христу исполненные греха, как и вы, и чувствовали себя погибшими и потерянными, но какая нежная любовь встретила нас! Мне легче было бы стоять перед вами и плакать от умиления при воспоминании об этом, нежели говорить о ней сейчас. Моя душа истаивает в благодарности, когда я думаю о бесконечной милости Божьей ко мне в тот час, когда я обратился к Его милосердию. О, почему не придете и вы? Пусть Дух Святой вас нежно привлечет! Я испытал, что у Него избыток хлеба, милости, прощения. Приди, приди, бедный грешник, и для тебя есть место!

Если грешник приносит такое свидетельство, то, конечно, его же принесет и меньший из святых. Если бы мы могли призвать верующего в Бога, хотя бы и слабо верующего и почти чуждого церкви, такого, который иногда спрашивает себя, действительно ли я чадо Божье, и согласен быть наемником, только бы принадлежать Богу, и спросили бы его: "Как поступал с вами Господь?" - что бы он ответил?

Да, у вас много огорчений, страхов и сомнений, но можете ли вы жаловаться на Господа? Когда вы ожидали от Него на каждый день благодати, отказывал ли Он вам? Когда у вас было много скорбей, отказывал ли Он вам в утешении? Когда вы бывали в отчаянных обстоятельствах, отказывал ли Он вам в помощи? Господь Сам спрашивает: "Был ли Я пустынею для Израиля?" (Иер. 2, 31).

Свидетельствуй против Господа, народ Его, если ты имеешь на это право. Внимай, небо, и слушай, земля! Всякий из служителей Божьих, кто нашел в Нем сурового хозяина, пусть говорит. Среди Ангелов перед престолом Иеговы и среди людей, искупленных на земле, если может кто-либо сказать, что он потерпел несправедливость или жестокость, пусть возвысит голос! Но нет такого.

Даже дьявол, говоря с Богом о слуге Его, сказал: "Разве даром богобоязнен Иов?" (Иов. 1, 9). Конечно, нет! Бог ли допустит, чтобы Его дети служили Ему напрасно?! Он уплатит им сполна, и они также принесут свидетельство, что за Его столом "избыточествуют хлебом".

Если пользуются Его хлебом бывшие некогда великими грешниками и которые теперь только обыкновенные святые, то, конечно, и тебя, грешник, это побудит сказать: "Встану, пойду к Отцу моему", потому что у Него наемники "избыточествуют хлебом".

БОГ ПОМИЛОВАЛ МНОГИХ

Заметьте еще, что в притче о блудном сыне говорится о множестве тех, которые "избыточествуют хлебом". "Сколько наемников у отца моего!" - восклицает блудный сын. Он думает о том, как их много, пересчитывает их. В мыслях его проходили те, которые ходят за скотом, стерегут верблюдов, пасут овец, работают в поле и при доме; он перебирал их в уме: отец его занимал видное положение в своей стране и держал много слуг, и все они имели хлеб "в избытке". "Зачем же мне погибать с голоду? Я один, и хотя мой голод кажется неутолимым, все же накормить надо только одного, а мой отец питает сотни людей, даже тысячи, зачем мне погибать?"

И ты, пробудившийся грешник, сознавший, может быть, сегодня свой грех и свою нищету, подумай о том множестве людей, на которых Бог уже излил Свою милость. Подумай о несчетных воинствах на небесах: если бы ты попал туда сегодня, то не мог бы перечесть находящихся у престола, как не можешь сосчитать звезды или песчинки в море. Они пришли от востока и запада и сидят с Авраамом, Исааком и Иаковом, и есть еще место для тебя.

Но думай не только о тех, которые на небе, но и о тех, которые на земле. Благословен Бог! Избранных Его на земле можно считать миллионами, и я верю, что наступят дни, более светлые, чем теперь, когда великое множество познает Спасителя и возрадуется в Нем. Любовь Отца дарована не для немногих только, но для великого множества. Души, которых нельзя исчислить, окажутся на небе; а ведь человек может много сосчитать. Если взять Ньютона и других великих математиков, они бы много насчитали, но только один Бог может сосчитать Своих искупленных.

Грешник, потерянный и заблудший, как бы ни были велики твои грехи, милость Божья, простирающаяся над миллионами людей, может захватить и тебя.

Море держит кита и множество пресмыкающихся; придет ли тебе в голову сказать: "Оно выйдет из берегов, если я вздумаю купаться". Солнце заливает светом всю вселенную, можешь ли ты думать, что Его свет истощится, если один из его лучей изгонит тьму из тебя? Если ты "придешь в себя", такая мысль будет невозможна; ты вспомнишь с упованием о богатстве милосердия твоего Отца и твоя собственная нищета не будет тебя смущать.

ДО СМЕРТИ ОДИН ШАГ

Напомним еще несколько слов тем, которым Бог посылает спасительную весть сегодня. О вы, которые давно уже слышали и знаете Евангелие в теории, но не имеете силы его в сердцах ваших, позвольте вам напомнить, каково ваше положение. Ведь вы погибаете. Жив Господь, между вами и смертью один только шаг; один вздох между вами и адом.

Грешник, если твое сердце сейчас перестанет биться, а ведь есть тысячи причин, по которым это может случиться, ты попадешь в пламень гнева Божьего. Можешь ли ты спокойно думать об этом? Если бы ты повис на краю пропасти с риском ежеминутно сорваться и лететь вниз, ведь ты бы не вздумал спать, а, напротив, страшно бы волновался. Да даст же тебе Бог достаточно смысла и разума, чтобы ты волновался до тех пор, пока не найдешь средства избегнуть гнева Божьего.

Помни, что ты погибаешь, ты умираешь с голоду перед уготованной трапезой. Какое ужасное безрассудство изо дня в день настойчиво продолжать умирать с голоду посреди пира, на котором другие наслаждаются всякими благами.

ПРОЧЬ - ВСЕ СТРАХИ

Но мне слышится, будто вы говорите: "Я боюсь, что не имею права подойти к Иисусу". Я спрошу вас тогда: "Имеете ли вы право так говорить, пока не были еще отвергнуты? Пробовали ли вы подойти ко Христу? Отринул ли Он вас? А если не получали отказа, почему вы на него рассчитываете? Хорошо ли это с вашей стороны? - Нет и нет. Этим вы оскорбляете Христа, Который открыл Свое сердце на кресте".

Можете ли вы сказать: "Я не из тех, для которых уготована милость"? Кто вам это сказал? Поднялись ли вы на небеса и узнали там тайну божественного избрания? Объявил ли вам Господь такой приговор: "Иди и предавайся отчаянию, Я не пожалею тебя"?

Если вы мне скажете, что так говорил Господь, я не поверю вам. В Его святой Книге переданы Его слова, это истинное слово свидетельства, и там не говорится ни про одного смиренного грешника, который был бы исключен из милосердия Божьего.

Зачем же измышляешь ты такую неправду и как бы утверждаешь свою погибель? Там, напротив, так много слов, побуждающих тебя прийти ко Христу! Ни один грешник еще не был изгнан Им! Если Он Сам умер для того, чтобы спасти грешников, как же Он будет изгонять приходящих к Нему за спасением?!

Вы говорите: "Я боюсь прийти ко Христу". Разве это так? Я слышал об одном малообразованном моряке, но хорошо знавшем милость Господа Иисуса Христа, как он был радостен и спокоен, когда ему пришлось умирать.

"Разве ты не боишься предстать перед Великим Судьей?" - спросила его жена.

"Могу ли я бояться Того, Кто умер за меня?" - ответил он ей. Зачем же и вам бояться Христа, умершего за грешников? Всякий страх должен исчезнуть при мысли о Его Крови, пролитой за беззаконных. Сам факт Его смерти дает вам повод верить, что Он примет вас. Кроме того, вы слышали Его слово: "Приходящего ко Мне не изгоню вон". Ни под каким видом, ни в каком случае, ни по каким причинам, никогда! "Не изгоню вон! - говорит подлинник. - Ни в каком случае не изгоню вон".

Вы говорите, что это слишком хорошо, чтобы этому верить; безумно с вашей стороны мерить Бога своей меркой и воображать, что если что-либо слишком хорошо для вас получающих, то оно слишком хорошо и для Бога дарующего. Пусть именно необъятность этой вести убедит вас в ее истине, потому что необъятное должно исходить только от Самого Бога.

"Кто Бог прощающий, как Ты? Или у кого милость столь необъятна?"

Евангелие уверяет нас, что Он прощает великие грехи ради великого Спасителя, и это вполне верно, потому что Он - Бог великий.

Как отнесется к этому каждый из читающих эти строки? Я думаю, эта радостная весть пробудит тех, которые уже почти уснули сном отчаяния.

Представьте себе корабль, бедствующий в море: матросы выкачивают воду, но напрасно: течь все увеличивается, наконец у них опускаются руки и они сидят в полном отчаянии. Вдруг является капитан с радостной вестью: "Ветер меняет направление, надо выкачивать сильнее, течь можно остановить". Смотрите, как все бодро принимаются за работу, потому что есть надежда впереди.

Душа, и для тебя есть надежда. Надежда, чудная надежда и для вора, и для пьяницы, и для блудника!

"Нет надежды", - говорит сатана. Лжец, уйди прочь, для тебя действительно нет надежды, но для падшего человека, хотя бы он погряз во грехе по самое горло и хотя был бы уже у врат смерти, но пока он жив - есть надежда. В Спасителе есть надежда для самых безнадежных душ.

Вот пример, который может ободрить грешника. Несколько лет назад один адвокат, положив руку на плечо бедному дворнику, сказал:

- Друг, знаешь ли, что ты наследник крупного состояния, дающего десятки тысяч рублей в год?

- Что вы? - отвечал тот.

- Да! Я сейчас получил это известие и уверен, что не ошибаюсь, оно принадлежит именно тебе.

Дворник тут же бросил свою метлу и побежал за адвокатом.

Вас это удивляет? Как тут не забыть метлу, когда в руки попало вдруг такое наследство! Молю Бога, чтоб и бедные грешники, преданные мирским удовольствиям, когда услышат, что для них есть надежда и они могут быть наследниками Царства Божьего, бросили бы обманчивые забавы греха и искали бы высшего и лучшего.

Разве это не очистит их ум? Когда блудный сын сказал: "Встану, пойду к отцу моему", - он с той же минуты изменился.

"Каким образом?" - спросите вы.

Он оставил свиней, отстал от вина и блуда. Он не подумал взять это все с собой. Это было невозможно. Все это было оставлено, и хотя он не мог принести ничего хорошего, по крайней мере, он не старался одновременно и пребывать в грехе и идти ко Христу.

Этим замечанием я окончу. Это единственное ограничение в широком призыве Евангелия.

Но я боюсь, чтобы некоторые из вас не перетолковали благую весть и не воспользовались ею на погибель своей души.

"Бог так милосерд, благодать Его дается даром, я буду грешить, чтобы изобиловала благодать", - скажете вы.

Если вы серьезно намерены так поступить, я вам напомню, что для таких нет благодати. "Праведен суд на таковых", - говорит единственное и вдохновенное слово, и оно применимо к вам (Рим. 3, 8).

Нуждающаяся же душа, виновная и желающая иметь Спасителя, призывается к вере в Иисуса, т.е. к вере в искупительную Его жертву, к вере в то, что Он берет ваши грехи и уничтожает их.

Доверьте Ему вашу душу, чтоб Он спас ее! Доверьтесь Христу всецело, и вы в ту же минуту будете прощены; вы тотчас же спасетесь и возрадуетесь тому, что, оправданные верой, вы имеете мир с Богом во Христе Иисусе Господе нашем.

О, придите же, придите, придите! Придите теперь же к искупительной Крови!

Дух Святой, побуди их прийти, чтоб дом Отца наполнился! Аминь, аминь.

ПОВОРОТНЫЙ ПУНКТ

"Встал и пошел к отцу своему"

Лук. 15, 20.

ОТ СЛОВ - К ДЕЛУ

Этот стих указывает на истинный поворотный пункт в жизни блудного сына. Многое уже побуждало его к этому решению, и раньше были утешительные признаки, но этот момент был настоящим поворотом в жизни, и без него он навсегда остался бы блудным, и не прощенным, и не восстановленным, так что мог бы служить нам не поучением, а предостережением.

"Встал и пошел к отцу своему".

Обратим внимание, что эти слова говорят о действии: "встал и пошел".

Блудный сын уже раньше одумался, пришел в себя, но теперь ему надо было идти к своему отцу. Он оглянулся на прошедшее, взвесил его и увидел суетность всех удовольствий мира сего. Он увидел свое отношение к отцу и все, что его ожидает, если он останется в далекой стране. Он задумался, что ему следует сделать и какой будет результат этого действия, и сразу переходит от размышлений к действию.

Дорогие читатели, скоро ли вы придете к такому решению? Я радуюсь, когда вы задумываетесь о своей будущности, и считаю, уже много сделано, если вы вникаете в свои пути, потому что необдуманность губит многих странников на пути к вечности и из-за нее неосторожные падают в колодезь плотской самонадеянности и погибают в нем.

Но многие из вас слишком долго оставались среди "размышляющих", пора ступить на следующую, более практическую ступень. Давно пора перейти к действию, потому что в деле примирения с Богом первые мысли самые лучшие.

Когда жизнь ваша повиснет на волоске и ад уже откроется перед вами, - второстепенные мысли излишни! Самое разумное тут будет следовать первому побуждению - спасаться от грозящей опасности и ухватиться за Христа.

Отдельные из вас, к которым я теперь обращаюсь, думали так много, что мне становится страшно: вы будете думать, пока не погибнете. Дай вам Бог с помощью благодати Божьей обратиться от дум к вере, иначе ваши мысли обратятся в червя неумирающего, который будет мучить вас.

Блудный сын перешел через период глубокого сожаления о том, что оставил отчий дом; он оплакивал свою необузданную расточительность, сокрушался, что сын такого состоятельного отца опустился до такой степени, что ему пришлось пасти свиней в чужой стране. Но теперь он перешел от сожаления к раскаянию и старается выйти из этого состояния, которое он оплакивал.

Какая польза от раскаяния, если мы продолжаем грешить? Что пользы, если человек говорит, что раскаивается в своем греховном поведении, но продолжает грешить? Мы радуемся, когда грешники сожалеют о грехах и оплакивают состояние, в которое их поверг грех, но если дальше этого они не пойдут, то эти сожаления приведут их только к вечным сожалениям в аду. Если бы блудный сын бездействовал в унынии или опустил руки от немого горя, то он погиб бы вдали от дома отца, как, быть может, погибнут те, которых сокрушение о грехах приводит к гордому неверию и своевольному сомнению в Божьей любви.

Но блудный сын был мудр, стряхнул с себя отчаяние и с неуклонной решимостью "встал и пошел к отцу своему".

О вы, огорченные духом, когда вы станете достаточно мудрыми, чтобы поступить так же? Когда ваши размышления и сожаления уступят место практическому послушанию Евангелию?

Блудный сын не остановился только на решении. Прекрасен стих, говорящий "пойду", но еще лучше тот, где сказано: "пошел". Намерения хороши, как бутоны цветов, но действия лучше, они - плоды. Мы радуемся, когда слышим от вас решение: "Я обращусь к Богу", - но Ангелы на небе не радуются намерениям, они приберегают свое пение для грешников, которые действительно каются.

Многие, как тот сын в притче, сказали: "иду господин" - и не пошли. Вы так же скоры на забывчивость, как и на решения.

Каждая сильная проповедь, каждая смерть в вашей семье, каждые похороны по соседству, каждое обличение совести, каждое прикосновение болезни приводят вас к намерению исправиться, но ваши обещания остаются неисполненными, ваше раскаяние исчерпывается одними словами.

Ваша добродетель подобна росе, которая ранним утром блестит на каждом листке и каждой травинке, но как только жаркое солнце прольет свои лучи на поле, она исчезает и оставляет поле сухим.

Вы обманываете и своих друзей, и свои собственные души. Может быть, вы много раз говорили себе: "Вернувшись домой, я паду на колени", - но по дороге забывали что вы за человек, и грех снова овладевал вами.

Мало вы медлили? Мало вы лгали Господу? Неужели вы, как разумные люди, не перейдете теперь от намерений к великому делу, касающемуся вашей души? Вы на гибнущем корабле, к вам подходит спасательная лодка, но для того, чтобы спастись, одного намерения войти в лодку мало; вы непременно потонете, если не приведете вашего намерения в действие.

МОМЕНТАЛЬНОЕ РЕШЕНИЕ

"Встал и пошел к отцу своему". Заметьте, что это действие блудного сына было моментальным и без дальнейших разговоров. Он не возвратился к гражданам той страны, где жил, и не сказал: "Прибавьте мне жалованье, или я уйду". Этот разговор погубил бы все, ведь он ничего не сказал своему прежнему хозяину и своим бегством нарушил договор.

Я бы желал, чтобы все грешники разорвали свою связь со смертью, разрушили завет с адом, спасаясь в Иисусе, Который принимает всех приходящих к Нему. Нам не нужно никакого разрешения, чтобы оставить служение греху и дьяволу, не требуется месячного размышления; моментальное действие тут будет высшей мудростью.

Лот не остановился, чтобы посоветоваться с царем Содомским, можно ли ему покинуть его владения, и не спрашивал судебного пристава: хорошо ли будет спешно покинуть свой дом в сопровождении Ангела, - но он и его семья бежали из города. Одна только его жена оглянулась, остановилась, и это стоило ей жизни! Этот соляной столб - красноречивый свидетель того, чтобы мы не медлили, когда для спасения жизни нам ведено бежать.

Грешник, неужели ты хочешь стать соляным столбом? Неужели будешь колебаться, пока гнев Божий не сразит тебя окончательно? Неужели будешь пренебрегать милостью Божьей, пока Его суд не поразит тебя? Встань, человек, и пока еще длится время милости, беги к любящим рукам, готовым тебя обнять.

УПОТРЕБИ УСИЛИЕ

Наш стих говорит, что блудный сын встал, т.е. употребил усилие и как бы пробудился; очевидно, до этого он спал, был усыплен нерадением и самонадеянностью. Подобно Самсону на коленях Далиды, он был беспечен, бездействен и расслаблен, но теперь, очнувшись от летаргии, он поднимает глаза, опоясывает чресла, стряхивает чары, околдовавшие его, напрягает все силы, поднимается всем существом и не жалеет сил, пока не вернется к отцу.

Человек не может спастись, находясь в полусонном состоянии. "Царство Небесное силою берется, и употребляющие усилие восхищают его". Милость не притупляет нас, а, напротив, поднимает.

О, конечно, стоит употребить усилие, чтобы избегнуть вечного осуждения! Стоит напрячь все способности, волю, силы и чувства и сказать: "Я не могу погибнуть, я не хочу этого, я решил найти милость через Иисуса Христа".

Самое ужасное то, что вы так ленивы, равнодушны и предоставляете своей жизни идти как попало. Грех сделал вас глухими и немыми. Вы спите на краю пропасти и забываете, что вам грозит адский пламень. Вы говорите: "Еще немножко посплю, еще немного подремлю, еще немного сложа руки полежу" - и так продолжаете спать, а погибель ваша не дремлет.

Дай Бог, чтобы вы проснулись. Не во власти моей пробудить вас, но пусть Господь Сам пробудит вас, потому что вы в величайшей опасности. Если бы прекратилось ваше дыхание или остановилось кровообращение, вы бы погибли. Жизнь ваша не прочнее паутины, но от того, как вы проведете ее, зависит вся ваша будущая судьба.

Если бы вы были мудры, то не дали бы сна очам вашим, пока не нашли Бога и не убедились в получении прощения. О, когда же, наконец, вы приступите к действию?! Сколько еще пройдет времени, прежде, чем вы поверите Господу Иисусу? Доколе вы будете плясать над пропастью ада? Доколе будете прогневлять живого Бога?

ИДИ К БОГУ

Во-вторых, мы видим, что тут душа приходит в действительное соприкосновение с Богом. "Встал и пошел к своему отцу". Не к чему было ему и вставать, если бы он не пошел к своему отцу. Именно это нужно грешнику и к этому побуждает его Дух Святой: иди прямо к Отцу, то есть к Богу.

Но, увы, очень часто, когда люди в смятении, они, не зная что предпринять, спешат к друзьям за советом или стремятся услышать проповеди, словом, прибегают ко всему, кроме Бога. Но блудный сын поступил лучше: он пошел к своему отцу.

И для тебя, грешник, это будет великий день, когда ты поступишь так же. Иди прямо к Богу через Иисуса Христа. Иди к своему Отцу. Отстрани даже ангела, если он будет уводить тебя от Господа. Не откладывая, иди к Богу сейчас же через Иисуса Христа.

Тебе кажется, что сначала нужно совершить какой-нибудь обряд? Блудный сын этого не ожидал, он встал и сейчас же пошел к своему отцу.

Грешник, тебе нужно прийти к Богу, а путь к Нему - Христос, иди к Нему, скажи, что ты плохо поступал, исповедуйся в своих грехах и отдай свою жизнь Ему. Воскликни: "Отец, я согрешил, прости меня ради Христа".

ПУСТЫЕ ОТГОВОРКИ

Увы, есть много душ, которые в духовных переживаниях хотя и не идут к другим, но все смотрят на себя. Они сидят и вздыхают: "Я хочу раскаяться, я хочу больше понять, в чем нуждаюсь, я хочу смириться". О, человек, восстань! Оставь себя и иди к своему Отцу.

"Ах, у меня так мало надежды, моя вера такая слабая, я преисполнен страха". Что значат надежды или страх, когда ты вдали от Отца? Твое спасение не в твоих усилиях, но в благоволении Бога. Ты не найдешь покоя, пока не оставишь своих надежд и страхов и не успокоишься в объятьях своего Отца.

"Да, но я хочу победить свою склонность ко греху, я хочу побеждать искушения". Я знаю, что ты этого хочешь. Ты хочешь иметь лучшую одежду, но не хочешь получить ее от Отца; тебе не хочется прийти в рубище, подобно нищему, и все получить из любящей руки Господа; но эту гордость надо оставить и идти к Богу как есть, иначе - погибнешь навеки.

Ты должен забыть себя, а если и помнить, то только для того, чтобы сознавать, насколько ты безнадежно скверен и недостоин называться сыном Божьим. Оставь себя, как оставляют тонущее судно, из которого не стоит выкачивать воду, и доверься спасательной лодке, то есть милости и благоволению Божьему. Помышляй о Боге, твоем Отце, о Нем и о Его дорогом Сыне, единственном Посреднике и Спасителе сынов человеческих. Вся надежда - бежать от самого себя, укрыться в Отце.

Может быть, ты говоришь себе: "Я буду идти путем милости и таким образом обрету Бога". Говорю тебе, если ты будешь так поступать и откажешься идти прямо к Богу, путь милости станет для тебя путем погибели.

"Я жду движения воды в купальне", - скажет кто-нибудь, как тот больной, который 38 лет ожидал движения воды. В таком случае я предупреждаю тебя, что ты пролежишь там, пока не умрешь. Христос не повелевает лежать там. Он говорит: "Возьми постель твою и ходи", "веруй в Господа Иисуса Христа и спасешься". Тебе надо идти к твоему Отцу, а не в купальню Вифезды или в какое-либо другое место разных обрядностей.

"Но я буду молиться", - скажешь ты. Зачем? Можешь ли ты ожидать, что Господь услышит тебя, когда ты не слушаешь Его? Твоя молитва будет благоугодной, когда ты будешь покоиться на груди Отца, а молитвы, исходящие из сердца неподчиненного, неверующего, - это насмешка. Такие молитвы не спасут тебя, когда вместо обращения к Богу ты обратишься к ним.

Представь себе, что блудный сын сел бы у наполненного рожками корыта и сказал: "Буду молиться здесь". Чем бы это ему помогло? Или если бы сидел там и плакал. Что бы это ему принесло? Моление и плач были хороши, когда он пришел к отцу, но они не могли бы заменить этот приход. Грешник, ты имеешь дело с Богом. Спеши к Нему скорее. Не смотри на себя, на свои дела, на то, что другие могут сделать для тебя.

Поворотный пункт спасения: "Встал и пошел к своему отцу". Должно совершиться настоящее, живое, серьезное соприкосновение твоей бедной, преступной души с Богом. Ты должен осознать, что есть Бог, Которому можно все открыть; должен начаться разговор твоей души с Богом через Иисуса Христа, потому что только через Него мы имеем доступ к Богу. Придя таким образом к Богу, мы Ему говорим, что виновны и нуждаемся в оправдании; мы говорим, что желаем примириться с Ним и стыдимся, что согрешили против Него; мы возлагаем свое упование на Его Сына и спасаемся.

О душа, обратись к Богу: не беда, что твоя молитва несовершенна, что в ней есть ошибки, как была ошибка в просьбе блудного сына: "Прими меня в число наемников твоих". Слова молитвы ничего не значат, если ты всем сердцем обращаешься к Богу. "Приходящего ко мне не изгоню вон", - говорит Христос; и Он всегда жив, чтобы ходатайствовать за приходящих через Него к Богу.

Вот в чем заключается великое христианское учение. Оно учит не тому, что вы должны идти к Богу с бокового хода или что за вас должны стучать полдюжины Божьих слуг, и тогда вы будете услышаны; нет, оно говорит, что вы должны сами прийти к Богу, прийти без всякого другого посредника, кроме Иисуса Христа; прийти как есть, без заслуг и добрых дел. Доверьтесь Христу, и ваши грехи будут прощены.

ОСТАВЬ СВОЕВОЛИЕ

В-третьих, в этом действии блудного сына проявилось полное подчинение самого себя. У него совершенно исчезли гордая независимость и своеволие. Раньше он просил свою часть имения и желал употребить ее как ему хочется, а теперь он готов стать даже в ряды наемников; он пресытился своеволием и утомился тем отчуждением, которое оно произвело между ним и Богом. Его главной мыслью стало; устранить это отчуждение смиренным возвращением, ибо он осознал, что с этим сразу окончатся все злоключения. Он жаждет вернуться в свое прежнее положение сына, т.е. положение зависимости и любовного подчинения.

Величайшую ошибку допустил он, удалившись от своего отца, и теперь он осознал это. Он отдает свою свободу, независимость, возможность говорить и думать что угодно и жаждет стать под любовное управление и мудрое руководство отца. Грешник, готов ли ты на это? Если да, то приходи, Отец жаждет прижать тебя к Своей груди.

НЕ ОПРАВДЫВАЙСЯ

Блудный сын оставил всякую мысль о самооправдании, ибо говорит: "Я согрешил". Раньше он говорил: "Я могу делать что хочу с моей собственностью: кто может диктовать мне каким образом тратить деньги? Если я растрачиваю свою молодость, то ведь все молодые люди делают то же самое. По крайней мере, я был щедр. никто не может этого отрицать, я не лицемерил. Я откровенно светский человек и гораздо благонамереннее моего старшего брата, хоть он и кажется прекрасным".

Но теперь блудный сын больше не желает хвалиться. Ни слова самовосхваления не исходит из его уст; он с грустью признает: "Я согрешил пред небом и пред тобою".

Грешник, если ты хочешь быть спасен, тебе тоже нужно спуститься с твоих высот и признать свое беззаконие. Сознайся, что ты грешно поступал, и не старайся умалять своих проступков; не придумывая оправданий и не выставляй себя лучше, чем ты есть, но смиренно сознай свою вину и отдайся в руки Иисуса.

Признай свою вину, человек, и скажи своему Отцу, что, если бы не Его милость, быть бы тебе в аду теперь же. Представь свою вину больше, чем она есть, если можешь, ибо глубина твоего греха больше, чем ты себе представляешь.

Когда человека помещают в больницу, бессмысленно утверждать, что его состояние лучше, чем оно есть на самом деле; ему от этого не окажут больше помощи, напротив, чем серьезнее его положение, тем с большим вниманием отнесется к нему врач.

О грешник, раскрой перед Господом раны своего греха, ужасные струпья твоего разврата и взывай: "Боже, будь милостив ко мне грешному". Это единственно мудрый путь. Отбрось гордость и самооправдание и взывай к незаслуженной милости Божьей, и ты будешь иметь успех.

ТВОЯ ВИНА - ВЕЛИКА

Заметьте, что блудный сын смирился настолько, что признавал любовь отца обстоятельством увеличивающим его вину. Я заключаю это из его слов: "Отец, я согрешил". Значение слов "я согрешил" как бы усугубляется стоящим перед ним словом "Отец".

"О любящий Господь, я нарушил Твои заповеди; Ты любящий, нежный, милостивый Бог, а я блудно и беззаконно поступал против Тебя. Ты был для меня любящим Отцом, а я недобрым и постыдным изменником, без причины возмутившимся. Я сознаю это откровенно и смиренно и со многими слезами. О, если бы Ты был тираном, я мог бы извлечь из этого какое-нибудь оправдание, но Ты - любящий Отец, и это усугубляет мою вину против Тебя". Сладостно слышать такое признание, когда оно изливается на груди Отца.

В своем раскаянии блудный сын возвращал Отцу все свои права и привилегии, говоря: "Недостоин я называться сыном твоим". Он мог бы сказать: "Я согрешил, но все же я твой сын". И многие из нас считали бы это правильным. Но он был слишком смирен для этого и признавал, что недостоин больше называться сыном.

Грешник действительно сокрушен, когда сознает, что, если бы Бог не смилостивился над ним и отверг навсегда, это было бы вполне справедливо. Та душа недалека от сердечного мира и прощения, которая перестает рассуждать и подчиняется справедливому Божьему приговору.

Грешник, умоляю тебя, если хочешь найти покой, пойди, склонись у подножия креста, где Бог встречает таких, как ты, и скажи: "Боже, вот я, делай со мной, что Тебе угодно. Я не принесу Тебе ни слова извинения или защиты для умаления моей вины. Весь я носитель всякой скверны и греха, о помилуй меня! Я не имею никаких прав, потому что возмутился против Тебя. Я совершенно уничтожен Твоим правосудием. От этого правосудия я бегу и укрываюсь в ранах Твоего Сына. По множеству Твоей великой милости очисти беззаконие мое".

Блудный сын предавал себя отцу настолько, что уже не ставил никаких условий. Он просит принять его и довольствуется местом наемника; он готов быть со слугами, только бы его простили. Он не ищет самооправдания, чтобы в нем укрыться. Он согласен быть никем, как будет угодно отцу, только бы быть в доме его. Никакого тайного недовольства отцом нет в его душе, он вполне подчинен его воле.

Господь никогда не сокрушит душу в смирении склонившуюся у Его ног. Он наклонится и скажет: "Встань чадо, встань, Я прощаю тебя. Иди и впредь не греши. Любовью вечной Я возлюбил тебя". Пойдем, вернемся к Господу, ибо Он поразил, но Он и исцелит, низложил и поднимет и льна курящегося не угасит.

И МАЛАЯ ВЕРА СПАСАЕТ

В-четвертых, заметьте далее, что в этом поступке блудного сына проявилась доля веры в своего отца. Я говорю доля - подразумевая под этим немного веры. Немного веры спасает душу. Он говорил: "В доме отца моего избыточествуют хлебом". Грешник, разве ты не веришь, что Бог силен спасти тебя, что в Иисусе Христе Он может восполнить всякую твою нужду?! Неужели ты не желаешь сказать: "Господи, если хочешь, можешь меня очистить"?!

Блудный сын верил в готовность отца простить. Если бы он не надеялся на прощение, то никогда бы не вернулся к отцу; если он не был уверен, что отец никогда не улыбнется ему, он бы не пошел к нему.

Грешник, верь, что Господь милостив, ибо это верно. Верь Иисусу Христу, что Он не хочет смерти грешника, но чтобы ты обратился и был жив! ибо жив Господь, эта истина, и ты не должен верить лжи дьявола. Господь любит миловать и прощать прегрешения, когда грешник обращается к Нему.

Блудный сын верил еще в готовность отца благословить его. Он был уверен, что отец сделает для него все возможное, ибо говорил: "Я недостоин называться сыном твоим, прими меня в число наемников твоих". Этим он как бы признавал такую доброту отца, что и наемником у него быть хорошо. Он согласен был занимать низкое место, лишь бы оставаться под кровом такого доброго покровителя.

Бедный грешник, разве ты не веришь, что Бог умилосердится над тобой, не нарушая Своего правосудия? Если ты не веришь этому, то я несу тебе благую весть: Иисус Христос, Его Сын, сделал возможным то, что Бог, оставаясь правосудным, оправдывает кающегося грешника; Он милует злодеев, оправдывает беззаконных и принимает самых грешных ради Своего Сына Иисуса Христа.

О душа, верь в бесконечно драгоценное искупление, принесенное жертвой Сына Божьего, верь, что в нем достаточно силы и для тебя. Твое спасение только в том, чтобы принять это искупление, прильнуть ко кресту Христа, этим ты почтишь Бога. Ничем иным ты не можешь Его почтить. Ты почтишь Его, если поверишь, что Он может спасти тебя, даже тебя! Истинная вера та, которая верит в милость Божью из глубины сознания своего недостоинства.

Блудный сын шел к своему отцу с сознанием, что уже недостоин называться сыном его, и все же сказал: "отец". Вера имеет способность видеть черноту греха и все же сознавать, что Бог может очистить душу и сделать ее белее снега. Это не язык веры, когда говорят: "Я небольшой грешник, и потому Бог может простить меня".

Вера восклицает: "Я великий грешник, осужденный на смерть, и все же безграничная милость Божья может простить меня и Кровь Христа может очистить меня!" Верь Богу, хотя бы все внутри тебя говорило: "Он не может спасти тебя, Он не спасет тебя". Верь Богу, не взирая на горы греха.

Поступи так, как Джон Буньян, который рассказывал о себе, что, чувствуя страх от своих грехов и должное за них наказание, он бежал в объятия Божьи и говорил: "Хотя бы у Него был меч в руках, я готов был скорее броситься на его острие, чем дать возможность остановить и удалить меня от Него". Поступи так же, бедный грешник. Верь твоему Богу. Не верь никому другому, доверяйся только Ему, и ты получишь благословение.

ВЕРА ВЫЗЫВАЕТ МИЛОСТЬ

Чудесна сила веры! Она связывает Его суд и вызывает милость. Я хочу это объяснить на примере одного случая. Однажды я зашел в свой сад и увидел там собаку, возившуюся среди цветов. Я знал, что чужая собака - плохой садовник, и бросил в нее палку, чтобы прогнать. Но эта собака победила меня и пристыдила: схватив палку, она принесла ее ко мне и, вертя хвостом, положила у моих ног. Думаете ли вы, что после этого я мог ее ударить или прогнать? Нет, я ее, конечно, приласкал. Собака победила человека.

И если ты, бедный грешник, имеешь достаточно доверия к Богу, чтобы прийти к Нему как есть, то не в Его Божественной природе не принять тебя. Есть могущественная сила в простой вере, побеждающей божественное Существо. Только верь Ему, как Он открывает Себя в Иисусе Христе, и ты найдешь спасение.

ПРИХОДИ ТАКИМ, КАК ЕСТЬ

У меня нет ни времени, ни сил, чтобы дальше останавливаться на этом предмете, поэтому я замечу только, в-пятых, что этот блудный сын пришел к отцу таким, каким был тогда. Я не могу описать подробно, как выглядел он в то время, но могу себе представить, что на его внешнем облике остались следы от постоянного кормления свиней и что одежда его не могла быть нарядной, когда он срывал для них рожки с деревьев. И, однако, он пришел таким, как был. Конечно, он мог бы уделить время на то, чтобы вымыться и привести себя в порядок. Но нет, он сказал: "Встану", и как только сказал это, - встал и пошел к отцу своему.

Каждую минуту, которую грешник проводит вдали от Бога, стараясь стать лучше, - он только больше грешит, потому что самый страшный грех - удаление от Бога, и чем дольше человек пребывает в нем, тем больше грешит.

Попытка творить добрые дела вне Бога подобна усилию вора привести краденые вещи в порядок, тогда как он должен просто возвратить их. Та же гордость, которая удаляет людей от Бога, видна в их обманчивой надежде усовершенствоваться, когда они отказываются вернуться к Нему. Основная их ошибка в том, что они далеки от Бога; и что бы они ни делали, пока эта отдаленность не будет устранена, они не смогут иметь успеха. Надо начать с того, чтобы встать и вернуться к Тому, от Которого ушли.

Блудный сын должен был идти домой таким как есть, потому что ничего другого он не мог сделать. Он дошел до такой бедности, что не мог купить и кусочка материи, чтобы починить одежду, и мыла, чтобы помыться. И это великая милость, когда человек духовно доведен до того, что ему остается только идти к Богу нищим, когда он не может ни каяться, ни верить без Бога и чувствует, что погиб навеки, если Бог не помилует его. Мудрость наша должна заключаться в том, чтобы абсолютно за всем обращаться к Богу.

Ничего не требовалось от блудного сына, как только вернуться к отцу. Когда провинившийся ребенок бежит к отцу, чем более он заплакан, тем лучше. Когда нищий обращается за милостыней, чем хуже он одет, тем лучше. Лохмотья и рубище лучшая ливрея для нищего.

Однажды я отдал нищему сапоги, потому что он шел босиком, и потом я видел, как, выйдя за ворота, он их снял, чтобы опять идти босиком. Они были лакированной кожи, и на кого был бы похож нищий в таком виде? Конечно, он их променял на старые дырявые сапоги, которые ему более подходили.

Грешнику также подобает быть в рубище, когда он обращается к милости Божьей. Чем хуже он выглядит, тем лучше. Поэтому нечего вам откладывать, идите к Нему как есть.

"А не надо ли нам ждать помощи Духа Святого?" - спросите вы. Возлюбленные, кто хочет встать и идти к Отцу, тот уже имеет Духа. Это Дух Святой побуждает вернуться к Богу, дух же плоти или дьявола удерживает нас.

БОГ МОЖЕТ ВАС ВЕРНУТЬ ДОМОЙ

Так как же, грешники? Что вы думаете о себе, вы все еще блуждаете вдали от Отчего дома? Я не могу найти вас, но мой Учитель может. Он эту проповедь предназначил для вас. И я бы порадовался, услышав молитву:

"Боже, будь милостив ко мне грешному". Но если людям не дано услышать вас. Господь слышит крик вашей души. Побудьте некоторое время в тиши и скажите: "Господи, я хочу прийти к Тебе. Ты через Иисуса Христа уже приблизился ко мне. Душа моя жаждет Тебя: возьми меня и сделай тем, чем я должен быть. Прости меня и прими".

Когда это совершится, то наступит поворотный момент в жизни вашей, где бы вы ни находились: в магазине, на фабрике, в церкви, в палатке, все равно! Главное в том, чтобы прийти к Богу во Христе, посвятить свою жизнь и верно служить Ему.

ВЕЛИЧАЙШАЯ ПЕРЕМЕНА

И последнее, что я хотел бы сказать в отношении разбираемого нами текста, это то, что решение блудного сына произвело величайшую перемену в нем. Он стал после этого новым человеком.

Пьяницы и блудницы, вы теперь лишились своего товарища! Он ушел к своему Отцу, а общество Отца и ваше общество совершенно несовместимы. Человек, возвращающийся к Богу, оставляет притоны разврата и игральные дома.

Вы можете быть уверены, если какой-нибудь христианин живет в нечистоте, он далек от Бога; он, может, много говорит о Боге, но общение с Богом и нечистота несовместимы. Если вы в общении со Христом, то никогда не будете в общении с делами тьмы.

Блудный сын изменился во всех отношениях. Придя к отцу, он оставил всякую гордость. Он больше не хвалится ничем своим, вся его хвала - во всепрощающей любви отца. Он не гордился больше тем, что имеет, потому что сознал, что имеет только то, что получил от отца. Он теперь вкушает от щедрот Божьих и живет изо дня в день царственными дарами от стола Царя царей. Гордость исчезла, довольство заняло ее место.

Он был доволен стать наемником в доме отца, теперь он тем более счастлив вновь быть членом семьи. Он любит своего отца новой любовью; он не может произнести его имени без того, чтобы не сказать: "Он простил мне все, простил совсем и сказал: "Принесите лучшую одежду для него, дайте перстень на руку его и обувь на ноги его".

Со дня своего возвращения блудный сын чувствует себя привязанным к дому отца и находит величайшую радость в завете милости: "Вложу страх Мой в сердца их и не уйдут от Меня". Я верю, что Господь хочет призвать многих к Себе и сегодня. Я часто поражаюсь, как Он направляет мои слова к тем, которые не приняли истины.

На одного молодого человека Слово Божье произвело сильное впечатление. Отец его - последователь одной из древних восточных религий, и молодого человека, конечно, смущала мысль, как отнесется к нему отец, если он примет христианство. Судите сами, как кстати пришлась ему проповедь, которую он услышал в собрании: "Что, если отец твой ответит тебе сурово?" Этот молодой человек говорил мне, что благодарит Бога за эти слова и надеется перенести всякое испытание, как бы ни преследовал его отец.

Чувствуется, что и сегодня я точно так же говорю прямо к некоторым из вас.

Вы скажете: "Могу ли я теперь идти к Богу таким, как есть, и через Иисуса Христа предаться Ему; простит ли Он меня?"

Дорогой брат или дорогая сестра, кто бы ни был, иди к Нему без сомнения. Я знаю, что Он принимает бедных грешников всегда, значит, примет и теперь.

Самое худшее, чего я опасаюсь, - это чтобы вы не сказали: "Я подумаю об этом".

Не думайте, а действуйте. Здесь не требуется больших размышлений. Идите прямо к Богу. Разве не свойственно природе, чтобы тварь была в мире со своим Творцом? Разве это не потребность вашей совести? Разве не твердит голос внутри вас: "Иди к Богу через Иисуса Христа"?

Блудному сыну голод говорил: "Иди домой". Хлеб был дорог, пищи мало, он был голоден, и все повторяло ему: "Иди домой, иди домой". Когда он пошел к своему прежнему другу в город за помощью, то взор его, полный упрека, говорил: "Почему ты не идешь домой?"

Наступает время для грешников, когда даже их старые товарищи как бы говорят: "Мы не хотим видеть вас, вы слишком грустны и несчастны. Почему вы не идете домой?"

Когда блудный сын срывал стручки и пробовал их есть, они, трескаясь, повторяли: "Иди домой".

Все его ослабевшее тело взывало: "Иди домой".

Тогда вспоминалось ему лицо отца и ласковый взгляд и чудилось, что он слышит его голос: "Иди домой".

Вспоминал он избыток хлеба в доме отца, и каждый кусок как бы шептал ему: "Иди домой".

Он представлял себе, как слуги сидят за столом и едят обильно, и каждый из них как бы устремляет взгляд в пустыню и говорит ему: "Иди домой".

Каждая вещь говорила: "Иди домой".

Только дьявол нашептывал: "Не надо возвращаться, борись! Лучше умереть с голоду, чем поддаваться. Умри мужественно!"

Но он не поддался дьяволу, потому что пришел в себя и сказал: "Нет, встану и пойду к отцу моему".

О, если бы и вы были так же мудры! Грешник, неужели стоит подпасть осуждению из-за гордости?! Сдайся, о человек! Прочь гордость!

Тебе не трудно будет отдаться, если ты вспомнишь любящего Отца. Который отдал Себя за нас в лице Своего собственного дорогого Сына. Сладостно предаться такому Другу. Когда ты склонишь голову на Его груди и почувствуешь горячий поцелуй на твоей щеке, то ощутишь, что сладостно плакать о грехах, сладостно каяться в них и еще сладостнее слышать от Него:

"Изглажу беззакония твои, как туман, грехи твои, как облако".

"Если будут грехи ваши, как багряное, - как снег убелю; если будут красны, как пурпур, - как волну убелю".

Дай Господь, чтобы это произошло со многими из вас в то время, когда вы читаете эту брошюру.

Ему да будет вся слава за это, но и мое сердце возрадуется, потому что я вовсе не имею чувства старшего брата по отношению к вам, а, напротив, испытываю величайшую радость при мысли о том, чтобы веселиться вместе с вами, когда вы признаете моего Господа и Учителя и мы вместе сядем за святую трапезу, радуясь Его любви.

Да благословит вас Господь во имя Свое. Аминь.

ВСТРЕЧА БЛУДНОГО СЫНА

Блудный сын, пришед в себя, сказал: "Встану, пойду к отцу... и скажу ему: отче! я согрешил против неба и пред тобою, и уже недостоин называться сыном твоим..."

Лук. 15, 17-19.

Вот он перед нами: олицетворение нищеты, голода и убожества. Одежда висит на нем лохмотьями, и он такой же жалкий внутри, как и снаружи. Он презрен в глазах порядочных людей, и о нем вспоминают с неприятным чувством. Он имеет желание вернуться в отчий дом, но этого желания недостаточно, чтобы изменилось его положение.

Одно желание не может смыть с него грязь и починить его лохмотья. Чего бы он ни желал - он все такой же грязный, опозоренный беглец из родительского дома: он ясно осознает это, потому что "пришел в себя".

"Я ХУЖЕ ВСЕХ"

Если бы мы раньше сказали такое о нем, он бы рассердился. Но теперь мы не можем описать его достаточно мрачными красками.

Со многими вздохами и слезами он уверяет нас, что он еще хуже, чем кажется, и что никто не может узнать всей глубины его падения и всей скверны его поведения; он расточил имение с блудницами; он презрел великодушную любовь отца и вышел из-под его премудрого руководства; он пил грех, как воду.

И вот он стоит, несмотря на то, что все осознал, такой, как я его описал, ибо хотя он и сказал: "я согрешил", но это сознание еще не сняло с него вины.

Он признает, что недостоин называться сыном, и это совершенно верно; но его недостоинство не уничтожается простым сознанием содеянного.

Он считает, что не имеет права на любовь отца. Если отец закроет перед его лицом дверь, то поступит справедливо: если отец не произнесет ни одного слова, кроме слов упрека, никто не может осудить его, потому что сын так ужасно поступил. Сын не протестует против этого: он признает, если будет изгнан вон, то получит заслуженное.

СОЗНАТЕЛЬНЫЙ ОСКОРБИТЕЛЬ БОГА

Блудный сын, возможно, представляет собой прообраз жизни многих из вас. Вы сознаете свое недостоинство и греховность, но одно сознание не улучшит ваше положение. Полагаясь на чувства, вы никогда не сможете оправдаться.

Вы всеми силами стремитесь к Богу, но сознаете, что совершенно недостойны что-либо просить или получить из Его святых рук. Если душа ваша будет отправлена в ад, Его праведный суд признает это справедливым и ваша совесть также. Вы видите свои лохмотья и грязь, вам хочется быть лучше, но вы от этого не становитесь лучше, у вас не появляется больше прав на Божье милосердие; вы стоите тут сегодня как сознательные оскорбители милости, любви и святости Божьей. Молю, чтобы мне быть для таковых из вас вестником от Бога.

БЕССИЛЬЕ ГРЕШНИКА

"И когда он был еще далеко..." Есть две мысли в этом стихе. Первая: многие ищущие спасение находятся далеко от Бога; и вторая - безгранично милосердие к ним Отца.

Блудный сын был очень далек от Бога, и это потому, что у него не было силы. Этот бедный молодой человек долгое время находился без пищи и дошел до того, что рад был поесть рожков, которыми питались свиньи, но и тех ему не давали. От голода он так отощал, что каждый шаг казался ему за три.

Грешник так далек от истины, что сам бессилен прийти к Богу. С трудом может он употребить ту силу, которую дал ему Бог. Бог дал ему силу желать спасения, но это желание всегда сопряжено с глубоким сокрушением о грехах. Та точка, которой он достиг, истощила всю его силу, и теперь он может только одно - пасть к ногам Христа и сказать: на это нет у меня силы, я могу найти ее лишь у ног Христа.

ВОЗВРАЩЕНИЕ ВСЕГДА ТРУДНО

Грешник далек от Бога - потому у него нет смелости. Он жаждет увидеть отца, но если бы отец пришел к нему сейчас, возможно, он бы убежал от него. Сам звук шагов отца подействовал бы на него, как на Адама в Едемском саду: он спрятался бы за деревья, так что не он бы взывал к отцу, а отец должен был бы звать его: "Где ты, бедный, погибший грешник, где ты?". Недостаток смелости делает расстояние еще большим, потому что каждый шаг кажется ему приближением к смерти.

"О, - говорит грешник, - не скоро еще я осмелюсь надеяться на милость, потому что грехи мои выше головы моей".

Быть может, и вы находитесь в смущении и ужасе? Ваши молитвы кажутся вам совсем не молитвами. Когда вы думаете о Боге, душа ваша наполняется ужасом и вы сознаете, что еще очень, очень далеки от Него; вам кажется невозможным, чтобы Он слышал вас и обращал внимание на ваши слова. Вы далеки, если принять во внимание трудность пути покаяния.

Джон Буньян в своем сочинении "Путешествие Пилигрима" говорит нам, что христианину было очень трудно возвращаться, когда ходил в беседку за свитком.

Каждый отступник испытал это, и кающийся грешник знает, что плач о грехе подобен плачу о единственном сыне. Утопающий не испытывает страдания, говорят даже, что ощущение при этом бывает приятное; но когда человек возвращается к жизни, кровь начинает опять двигаться в жилах, нервы вновь приобретают чувствительность, тогда в теле начинается как бы агония: но это агония жизни, а не смерти.

Итак, бедный кающийся грешник чувствует, что конец пути очень далек. Если ему придется с месяц испытывать то, что он испытывает сейчас, то это будет ужасно. И если надо несколько километров идти с таким трудом, - значит этот путь будет очень тяжелым.

"ГРЕХ ЕЩЕ ВЛАДЕЕТ МНОЙ"

Много препятствий встречает человек, приближаясь к Богу.

Рассмотрим, почему еще путь возвращения грешника долог. Мне кажется, я слышу человека, который говорит:

"Я оставил пьянство и не могу больше сидеть там, где прежде сидел часами. Слава Богу, я больше никогда не буду бродить по улицам и предаваться разврату, который ненавижу. Я больше не нарушаю седьмого дня и хожу в церковь. Сколько могу, удерживаюсь от клятвы и бранных слов, но все же я еще очень далек.

Я чувствую, что не могу отдаться Христу, потому что еще не умею владеть своими страстями. На этой неделе остановил меня прежний товарищ, поговорил со мной, и я почувствовал, что во мне еще силен ветхий человек, и прежние похоти овладели мной.

На днях я опять побожился. Я был уверен, что отстал от этого, но на самом деле это не так. Когда я читаю о святых и наблюдаю за истинными христианами, я чувствую, что мое поведение так непоследовательно и так не похоже на то, чем оно должно быть, и понимаю, что еще очень далек от Бога".

Дорогой друг, ты действительно далек, и если даже очень захочешь прийти к Господу путем собственной праведности, - никогда не достигнешь Его, потому что этим путем нельзя Его найти. Иисус Христос есть путь. Он единственный, истинный, верный и совершенный путь к Богу. Взирающий на Иисуса видит и Отца: а кто смотрит на себя, впадает в отчаяние. Путь к небу проходит для смертного человека не через гору Синай, а через Голгофу, она ведет к славе; тайные стези туда - это раны Христа.

"Я ПЛОХО ЗНАЮ СЕБЯ И БОГА"

Грешник далек от Бога еще и потому, что не знает Его.

"Прежде, - говоришь ты себе, - я считал себя знатоком богословия, всякую доктрину я знал как свои пять пальцев. Слушая какую-нибудь проповедь, я мог ее раскритиковать по всем пунктам. Теперь я сознаю, что моя критика то же, что суждение слепого о картине, потому что я не имею духовного света. Теперь я чувствую себя неразумным. Я знаю, что такое грех, но только отчасти. Я недостаточно сознаю всю гнусность человеческого поведения.

Я слышал истину об искуплении Христа, и благодарю Бога, что знаю ее до известной степени, но все достоинство и слава искупительной жертвы Христа мне еще не вполне понятны".

Сознание грешника сводится теперь к тому, что вместо изучения Писания ему надо начинать с азбуки, как ребенку в школе.

"Я еще далек от Бога, так как невежествен и безумен, и когда размышляю о глубинах Божьих, кажусь самому себе животным".

Бедная душа, бедный блуждающий брат! Я не удивляюсь, что тебе так кажется, потому что невежество плотского человека поистине ужасно, и только Бог может дать тебе свет; но Он может дать его сейчас же, и бездна между тобой и Им в отношении познания исчезнет, и ты можешь познать теперь же со всеми святыми, что высота и глубина, и уразуметь превосходящую разумение любовь Христову.

"Я НЕ УМЕЮ КАЯТЬСЯ"

Еще в одном отношении многие ищущие спасения находятся далеко. Я разумею покаяние.

"Увы, - скажет кто-либо, - я не умею каяться как должно. Если бы я мог иметь такое сокрушенное сердце, какое видел у некоторых людей, то все бы отдал за покаянные вздохи. Как бы я был благодарен, если бы моя душа была, как многие воды, и глаза мои источали потоки слез!

О, если бы я мог чувствовать то же, что мытарь, который, бия себя в грудь, взывал: "Боже, милостив будь ко мне, грешному!"

Но, увы, я годами слушал Слово Божье и так мало преуспел, что, признавая его истины, не ощущаю их. Я сознаю себя грешным и раскаиваюсь временами, но мое раскаяние такое слабое, что требует нового сокрушения.

О, если бы Господь взял самый тяжелый молот и разбил мое сердце, каждый отбитый кусок славил бы Его! Я жажду полного раскаяния. Как бы я хотел почувствовать себя потерянным и иметь то стремление ко Христу, которое не получает отказа. Но мое сердце твердо, как железо, и холодно, как лед, оно не хочет, не умеет смиряться, хотя его и побуждает к тому Божья любовь. Алмаз скорее рассыплется на куски, чем моя душа смирится. Господи, сломи ее, сломи!"

Бедный человек, я вижу, что ты действительно далек, но знаешь ли ты, что, если Господь явится тебе сегодня и скажет: "Любовью вечною Я возлюбил тебя", твое сердце разобьется в одну минуту? Как бы ты далек ни был, если Господь простит тебя такого, как ты есть, зачерствелого, холодного, неужели ты не падешь на колени и не будешь прославлять ту великую любовь, которой Он возлюбил тебя, когда ты был мертвым по грехам и преступлениям?!

"У МЕНЯ НЕТ ВЕРЫ"

Один грешник мне сказал: "Я далек от Бога, потому что у меня, можно сказать, почти нет веры. Каждое воскресенье я слышу проповедь о вере, и мне кажется, я знаю, что это такое, но достичь этого не могу. Я вполне понимаю, что Бог ничего не ожидает от меня: ни желаний, ни действий, ни чувств; я знаю, что Христос готов принять величайшего грешника из самого ада, если только он захочет прийти и, как малое дитя, довериться Ему.

Я пробовал это сделать: иногда я думал, что у меня есть вера, но, глядя на свои грехи, я впадал в такое сомнение, что мне казалось: у меня вовсе нет веры. Бывали светлые минуты, когда я с уверенностью мог сказать: "Моя вера зиждется ни на чем ином, как на Крови и праведности Господа нашего Иисуса Христа".

Но когда я чувствую, как восстают на меня мои похоти, мне слышится голос, говорящий: "Филистимляне идут на тебя, Самсон!" - и я тотчас впадаю в отчаяние. У меня нет той веры, которой бы хотелось, я далек от нее и боюсь, что никогда не буду ее иметь".

Да, я понимаю ваши затруднения, потому что сам прошел через это. Но Господь - податель веры. Он дает раскаяние и отпущение грехов и может дать вам веру, которой вы жаждете, и успокоить, что все совершил для вас.

Совершенно определенно можно сказать, что грешник чувствует себя далеким во всем. О чем бы вы с ним ни заговорили, он придет к сознанию своей несостоятельности.

Как хорошо изобразил Христос это состояние в притче о блудном сыне, говоря, что "он был еще далеко"; весь в лохмотьях. в грязи, в немилости, чужой для отцовского дома, но с лицом, обращенным к отцу, с желанием поскорее вернуться домой.

НЕ ДОВОЛЬСТВУЙТЕСЬ СОЗНАНИЕМ ГРЕХА

Если вы сознаете себя грешником, вы можете получить жизнь вечную. Вам кажется, что вы далеки от этой утешительной надежды; я тоже опасаюсь за вас, пока вы в этом состоянии. К сожалению, многие доходили до него и возвращались назад. Помните, что стремление к Богу не изменит вас так, чтобы спастись. Вам нужно найти Христа.

Помните, что недостаточно сказать "встану", недостаточно даже встать; не успокаивайтесь, пока отец не обнимет вас и не оденет вас в лучшую одежду.

Я боюсь, чтобы вы не успокоились и не сказали себе: "Я в хорошем положении; проповедник говорил, что многие бывают в таком состоянии перед спасением. На этом я и остановлюсь".

Милые друзья, это состояние хорошо как переходное, но для спасения нужно большее. Никогда не довольствуйтесь сознанием греха и тем, что вы не такие, какими должны быть.

Человек не избавляется от лихорадки тем, что он сознает ее присутствие в себе; его сознание - хороший признак, оно доказывает, что он в памяти; но он не выздоровеет от того, что сознает себя больным. Хорошо, что он сознает это, потому что иначе не пошлет за врачом; но это сознание само по себе не исцелит его.

Сознание, что ты голодаешь в то время, как в доме отца избыточествуют хлебом, не утолит твоего голода, тебе нужно нечто большее. Ты далек, и я умоляю тебя помнить об опасности оставаться там, где ты есть, или потерять чувство, которое ты теперь имеешь. Оно может смениться отчаянием. Иные кончали самоубийством от сознания своей отдаленности от Бога, потому что они не смели взглянуть на Спасителя.

Мы будем молить Бога, чтобы вторая часть евангельского стиха осуществилась для многих из вас, чтобы возвращение назад и отчаяние стали невозможны вследствие приближения Бога, облеченного в милость, чтобы встретить вашу грешную душу и дать вам радость и успокоение в вере.

БОГ ВСЕГДА ТЕБЯ ВИДИТ

А теперь мы с Божьей помощью рассмотрим, благоговея, безграничную милость Небесного Отца.

В притче о блудном сыне мы читаем следующее: "Когда он был еще далеко, отец увидел его". Правда, он все время видел его. Бог видит грешника во всяком состоянии и положении. Он смотрит любящим взором на бедного, несчастного грешника, описанного в притче, не со снисхождением, а с жалостью.

Отец видел сына расточающим имение с блудницами; глубоко сочувствовал ему, когда он был рад наполнить чрево рожками, которые ели свиньи; теперь же он смотрит на него с нежной любовью и заботливостью.

"Отец увидел его". Какое зрелище для отцовского глаза! Его сын, правда, блудный сын, опозоривший имя отца, - вот он! Он грязен, потому что бродил где придется. Его одежда обветшала и превратилась в лохмотья, но Отец не отворачивается и не старается его забыть, а сосредотачивает на нем все внимание.

БОГ ЖЕЛАЕТ ТЕБЯ СПАСТИ

Грешник, ты знаешь, что Бог видит тебя в эту минуту читающим эту брошюру? Нет такого желания в твоем сердце, которого бы Он не прочел, ни слезы на глазах, которой бы Он не заметил. Он видел тайные грехи твои, слышал проклятья и богохульства, и, несмотря на все это. Он возлюбил тебя.

Ты мог бы стать более худшим отступником, и, однако, Он отметил тебя в Своей книге любви, желает тебя спасти, и Его любящий взор всюду сопутствует тебе.

Разве это не утешительно? А почему блудный сын не мог видеть своего отца? Слезы ли ему мешали? Или же у отца зрение лучше, чем у сына?

Грешник, ты не можешь видеть Бога, потому что не веришь, ты плотской, слепой, но Он видит тебя. Слезы раскаяния застилают твой взор, но Отец твой, хорошо видящий, наблюдает за тобой с любовью, в каждом Его взгляде светится любовь.

Слышите: "Отец увидел его!" Это вам не какой-нибудь равнодушный наблюдатель. Он смотрел на него не так, как человек смотрел бы на сына своего друга: с жалостью и добродушием. Он смотрел так, как может смотреть только отец. Какое острое зрение у родителя!

Я знал одного молодого человека, который приехал домой на короткое время праздника. Мать ничего не слышала о поведении сына и, однако, сказала мужу: "Что-то неладное с нашим Иваном;

я не знаю, что именно, но мне кажется, что он попал в плохую компанию". Она это почувствовала. И отец заметил что-то, но не мог объяснить, что именно, но и у него был повод к беспокойству.

А мы имеем такого Отца, Который все видит и у Которого столько же любви, сколько и знания. Он видит Своего сына насквозь. как будто он из стекла. Он читает в его сердце не только грустную повесть о его немытом лице и дырявых сапогах, но и о состоянии души.

Бедный грешник! Тебе не надо давать отчет Богу, Он уже все знает; тебе незачем просить и как бы стараться разжалобить Бога, Он все видит: тебе остается только обнажить свои раны и сказать:

"Отец, Ты все видишь. Ты в одну минуту прочитываешь всю мою мрачную повесть. Отец, сжалься надо мной".

БОГ ИСПЫТАЛ ТВОЮ БОЛЬ

Следующая мысль, заслуживающая внимания, - Божественное сострадание. "Увидев его, он сжалился над ним". Не означает ли сожаление также и сострадание? Не состоит ли оно в том, чтобы поставить себя на место страждущего и ощутить его боль?

Если можно так выразиться, отец как бы облекся в рубища своего сына и почувствовал ту жалость, которую блудный сын мог иметь к самому себе. Вы можете только отчасти понять, что такое истинное сострадание, если представите, что к вам вернулся родной сын, которого вы не надеялись увидеть живым.

Недавно я видел одного молодого человека, который очень напоминал блудного сына. Те же следы греха на лице и на всем теле, та же изорванная одежда, тот же несчастный вид. Он постучал в дверь моего дома. Я понял в чем дело и не мучил его излишними вопросами. Он опозорил свою семью не раз и не два, а много раз. В пять недель он спустил около четырех тысяч рублей, остался без единого гроша. Теперь нуждается в хлебе и, я боюсь, что и ночевать ему приходится украдкой где-нибудь в парке, отчего он и нажил себе ревматизм, с которым не расстанется, пожалуй, до самой смерти. Он целый день, как бродяга, слоняется по улицам.

Я написал его друзьям, сообщил о его положении, но они знать его не хотят; и я не удивляюсь этому, зная его поведение. Отца и матери у него нет.

Дать ему денег больше, чем на хлеб, это значит выбросить их напрасно. Он, видимо, так опустился, что ему уже не справиться со своими пороками.

Мне хотелось, чтобы он пережил еще одно испытание. Я уверен, что оно было бы спасительным: будь жив его отец. У несчастного же, как он мне признался, источник любви уже иссяк...

Когда я думаю о нем, то не могу не чувствовать, что, будь он мой сын, а я его отец и приди он ко мне в таком виде, как я видел его у моих дверей, какое бы преступление он ни совершил, я бы упал к нему на грудь и покрыл бы его поцелуями: самым ужасным грехом он не мог бы затушить искры отцовской любви.

Я, может быть, сожалел бы, что он явился на свет, называл бы вместе с Давидом: "Сын мой Авессалом! сын мой, сын мой Авессалом! о, кто бы дал мне умереть вместо тебя, Авессалом!" (2 Цар. 18, 33), но я не мог бы прогнать его из дому или отказаться назвать его сыном. Он мой сын, и будет моим до смерти. Вы, наверное, чувствуете, что, будь это ваш сын, вы бы так же поступили.

То же чувствует и Господь по отношению к вам, Своему избранному кающемуся чаду. Вы - Его чадо, так я надеюсь, так думаю. Ваше стремление к Нему дает мне повод думать, что вы из Его детей, и Господь, взирающий с небес, знает ваши мысли.

Что мне сказать? "Как отец милует сынов, так милует Господь боящихся Его" (Пс. 102,13). Он сжалится над вами и примет в Свои объятья. Не бойтесь, в этом стихе сказано: "Он сжалился над ним".

БОГ ВЫХОДИТ ТЕБЕ НАВСТРЕЧУ

Заметьте себе еще быстроту в действии Божественной любви. Сказано: "Он побежал". Вероятно, он ходил по крыше своего дома, поглядывая, не увидит ли своего блудного сына. И вот однажды утром его пристальный взор различил вдали жалкую фигуру. Не будь он отцом, он никогда не мог бы в этой фигуре узнать своего сына - так он изменился! Отец всматривался и всматривался, пока не сказал себе: "Это - он! Но что сделали с ним голод и страданья!"

Отец спускается, и, кажется, я вижу, как он бежит вниз по лестнице. Слуги направляются к окнам и дверям, чтобы видеть, куда бежит их хозяин, и спрашивают: "Куда спешит хозяин? Давно уж он так быстро не бегал". Вон он бежит не по дороге, это было бы дальше, а кратчайшим путем, напрямик. И вот прежде, чем сын мог его заметить, он уже с ним, пал ему на шею, целует и обнимает его.

Мне вспоминается один молодой человек, расточивший свое имение, который был принят точно так же. Вот он перед вами - это я сам. Я сидел в маленькой часовне, не думая о том, что Отец мой видит меня; несомненно, я был очень далек от Него. Я чувствовал, что нуждаюсь во Христе, но не знал, что мне делать, чтобы спастись. Хотя мне и знакома была буква Писания, но плана спасения я совершенно не знал: меня учили этому в юности, но я все же ничего не знал. Я что-то чувствовал, но не успокаивалась ни в чем душа моя.

Я думаю, никто не мог бы чувствовать себя таким далеким от Бога, каким я чувствовал себя в то время. И, однако, в одну минуту, буквально в одну минуту, как только я услышал эти слова: "Ко Мне обратитесь и будете спасены", как только я обратил взор на распятого Христа, я почувствовал полное примирение с Богом и уверенность в том, что мои грехи прощены. Я уже не мог более уйти от моего Отца. Примирение совершилось в одну минуту, и Он пал мне на шею и целовал меня.

Я надеюсь, что это же случится и с вами сегодня прежде чем вы закроете эту брошюру, прежде чем вернетесь к своим сомнениям, страхам, вздохам и слезам.

Надеюсь, что Бог любви поспешит к вам навстречу, падет на шею и будет целовать вас.

БОЖЬЕЙ ЛЮБВИ НЕТ ГРАНИЦ!

Остановившись на чутком внимании, сострадании и поспешности отца, не забудем о его близости. "Пал ему на шею и целовал его". Я испытал это сам и не могу передать, как это чудно: "пал ему на шею"!

Если бы он стоял вдали и сказал: "Иван, мне хочется тебя поцеловать, но ты слишком грязен; я не знаю, что у тебя под этими грязными лохмотьями, и не расположен сейчас упасть тебе на шею, ты слишком далек от меня. Я люблю тебя, но есть границы для проявления любви. Когда ты будешь в лучшем виде, тогда я проявлю к тебе любовь, а теперь не могу, ты слишком плох". Но нет, отец пал на шею сына прежде, чем он умылся, - вот где чудо!

Я понимаю, что Господь проявляет любовь к душе, омытой Кровью Христа, и знает ее. Но как может Он пасть на шею скверного грешника, который стоит перед Ним бедный, не имеющий ничего хорошего в себе, грязный, блудный?! Бог падает ему на шею и целует его, - чудная тайна любви! Завеса спадет с наших глаз, если мы вспомним, что Господь смотрит на грешника не какой он есть, а на грешника как бы сокрытого во Христе. Заметьте, как близко подходит Господь к грешнику.

Рассказывают об одном известном мученике, к которому, когда он был в тюрьме, пришел глубоко отчаявшийся человек, чтобы облегчить душу свою покаянием. Мученик взглянул на него сурово и стал строго его обличать. Бедный грешник сбежал от него и томился до тех пор, пока не нашел более снисходительного слугу Божьего, который выслушал его со слезами на глазах.

Без сомнения, у мученика была чистая, любящая душа, но строгость его манер оттолкнула кающегося. У нашего Небесного Отца нет таких манер. Он любит принимать блудных. Он не говорит грешнику "назад" или "прочь", а падает ему на шею и целует его.

КАЮЩЕГОСЯ БОГ ПРИНИМАЕТ

Можно извлечь еще одно отрадное утешение из этого поступка отца: поцеловав сына, он признал родство с ним и сказал ему: "Сын мой".

В этом поцелуе был также знак прощения. Отец не мог целовать сына, если бы сердился на него; он простил его, простил совершенно. Тут было даже нечто большее, нежели прощение, а именно: принятие вновь. В этом поцелуе как бы звучало:

"Я принимаю тебя вновь в мое сердце как достойного сына и отдаю тебе все, как и твоему старшему брату, - потому я тебя целую".

Это был также поцелуй довольства - он радовался сыну более, нежели виду своих полей, откормленных стад и всех своих сокровищ. Он радовался возвращению своего бедного блудного сына! Несомненно, все это заключалось в поцелуе отца.

И если бы сегодня мой Отец и ваш Отец встретил вас кающихся, Он в ту же минуту дал бы вам почувствовать, что вы - Его дети, и, возвращаясь домой, вы бы уже взывали: "Авва Отче!".

Вы почувствуете, что грехи ваши прощены, все до одного брошены Богом далеко; вы почувствуете, что приняты. Взирая верой на Христа, увидите, что Бог принимает вас, потому что Христос, ваш заместитель, достоин любви и радости Отца.

Вы сами возрадуетесь в Господе, потому что Господь радуется о вас, и вы услышите спокойный голос: "...Господь благоволит к тебе" (Ис. 62, 4).

Нужно необычайно ласковое и сострадательное сердце, чтобы передать всю нежность этих слов Отца Небесного. Я не могу достойным образом передать красоту любви Божьей. Надеюсь, Он Сам прикоснется к вашему сердцу и вы на личном опыте познаете, как благ Господь. Но если Господь желает употребить меня как кисть, чтобы начертать какой-либо образ в вашем сердце, я буду рад.

Если кто-то скажет: "Я не нуждаюсь в описании, потому что, обратившись ко Христу, я рассказал Ему обо всех своих переживаниях и просил откликнуться на мой зов; теперь я верю Ему и буду продолжать свой путь радуясь", - то и за них я буду рад!

В ОБЪЯТЬЯХ У БОГА

В заключении хочу сказать, что блудный сын, хотя и был далеко, но, придя в свой дом, получил прощение и усыновление не постепенно, а сразу. Ему не было предложено войти сначала в амбар и спать на гумне; приходить иногда обедать со слугами на кухне, потом уже сесть в конце стола и постепенно приближаться. Нет, отец пал ему на шею и целовал его в первую же минуту; он сразу стал близок отцу так, как только можно.

Так и уверовавшая душа в первую же минуту становится так дорога и близка Богу, как будто она никогда не грешила. Она становится истинной наследницей неисследимых богатств Христовых, которые приготовлены для нее любящим Отцом прежде создания мира.

Какое это чудо! Из хлева - сразу в объятья отца; после хрюканья животных слышать нежные слова отца: несколько дней тому назад питаться рожками, а теперь за богатым столом ощущать нежные поцелуи отца. Какая перемена, и так быстро! В одну минуту сын был восстановлен во всех своих прежних правах.

НАВЕКИ С БОГОМ КАК СЫН!

Заметьте еще: как не было постепенности в принятии сына так не было нигде и условности. Он не был прощен с условием сделать то или другое. Нет, тут не было никаких "если" или "но": его поцеловали, одели и чествовали без всяких условий Никаких вопросов не было, отец сразу отбросил его грехи и принял его без упреков и нравоучений. Это было не условное принятие. Он не был допущен к одному и отстранен от другого Ему было дозволено называться сыном без того, чтобы прежде признать себя ниже других. Его облекли в лучшую одежду надели перстень на руку. обули и посадили есть откормленного тельца.

Так Бог принимает и грешника без всяких условий Покаявшийся занимает не второстепенное место. Для него нет ни постепенного, ни условного приема, он сразу становится чадом Божьим.

Отец не временно принял сына. Он целовал его не для того чтобы потом сказать: "Я пожалел тебя, а теперь отправляйся куда хочешь . нет, отец сказал ему то же, что и старшему брату "Сын мои! ты всегда со мною. и все мое твое". Из притчи мы знаем что блудный сын не получил вновь свое состояние, потому что он его истратил. Но Господь в Слове Своем говорит, что Он дает одинаковую награду работникам, пришедшим и утром, и в конце дня I о есть спасение получат все: и тот. кто долго блуждал, и тот кто все время был рядом с Отцом и не нарушал ни одной Его заповеди.

В книге пророка Захарии есть замечательное место: "Екрон будет, как Иевусей" (9, 7). Значит, Бог одинаково любит как обращенных из филистимлян, так и природных жителей Иерусалима дикие ветви, привитые на лозе, имеют те же преимущества что и природные. Наследников смерти Бог делает наследниками жизни вечной и дает всем равные права, словно они никогда не огорчали Его и не уходили далеко. В Божьих глазах они всегда были наследниками благодати, потому что Он постоянно надзирал за Своими чадами.

Как бы я желал, чтобы Господь по Своей безграничной милости привел сегодня в Свой вечный Дом многих блуждающих далеко сыновей!

Последний призыв раздается еще, О грешник беспечный, что медлишь ты все?

Якоб Крекер

СОКРОВЕННЫЕ ПУТИ БЛАГОСЛОВЕНИЯ

Посвящение

Борозду твоих страданий Бог порою пролагает, Но, усилив бремя жизни, Не казнит! Благословляет! Он росток отборный в почву Вложит собственной рукою. Поливать, полоть Он станет И от бурь его укроет. Что рука Его взлелеет - Пустит в землю сильный корень, Расцветет и разрастется, Чудный плод завяжет вскоре И тогда поймешь ты тайну, Что сохе земных мучений, Надлежало стать истоком Неземных благословений. Я. К.


Оглавление

Божьи долгие окольные пути

Под водительством Божьим

По темным окольным путям

К вечной цели

Тайна наших страданий

В горячем плавильном тигле

Великий плавильщик

Очищенное золото

Иисус никогда не приходит слишком поздно

Опоздавшая помощь

Новая почва

Тихое ожидание

Божье промедление

Человеческое противоречие

Призванный на трудное служение

Призвание от Бога

Конфликты пророка

Служебные пути веры

Напрасно служил народу?

Темное время

Победа веры на горе Кармил

Тяжелое разочарование

Укрепление сил на горе Хорив

Путь на Голгофу - путь добровольной жертвы

Непонятое мессианское служение Иисуса

Протест убеждения Петра

Благословение путей добровольной жертвы

Тайны Небесного Царства

Тайна яслей

Тайна креста

Тайна венца

"Не бойся, малое стадо!"

Твой Бог есть Бог великих дел

Твой Бог есть Бог малых начал

Твой Бог есть Бог целенаправленных действий


Предисловие к изданиям с 1 по 4

Для многих из нас еще не раскрыта сия великая тайна, что наши самые большие благословения лежат зачастую там, где мы их меньше всего ожидаем. Как часто мы претыкаемся о тягость испытаний, о трудные обстоятельства. Иной глаз не видит из-за слез Воскресшего, который стоит рядом и готов как раз на этом основании подарить душе новые блаженства.

Этим моим попутчикам хотел бы я послужить и с помощью приведенных из Писания примеров, и на основании личного жизненного опыта, указать на сии драгоценные живительные источники, скрытые на нашем пути в Небесную отчизну. Господь беспредельно верен. Он намного лучше нас знает, что служит нашему миру. Его отказ содержит для нас порой больше благословений чем могло бы содержать иное обещание. Как часто его "нет" оказывалось именно тем "да", о котором мы просили и которого ожидали!

Некоторые из предложенных соображений были ранее приведены в "Обезволенных душах" и других брошюрах, которые давно распроданы. Исходя из того, что вы настроены на данное содержание, я считаю себя обязанным выпустить четвертое издание - переработанное и под несколько более обширным заглавием "Сокровенные пути веры". Ибо только вера находит то благословение, которое Бог способен дать и на самых трудных жизненных путях.

С тех пор, как эта книжка впервые увидела свет, она сослужила добрую службу многим обремененным нуждой и испытаниями. Пусть же и в своей новой обработке она будет радостной вестью, от лица Господа, для всех труждающихся и обремененных. Ей надлежит быть лишь указателем - не дарителем. Дарить, способен лишь Он, который однажды через своего пророка сказал своему поверженному в испытания народу: "Так, Господь утешит Сион, утешит все развалины его, и сделает пустыни его как рай, и степь его, как сад Господа..." (Ис. 51,3).

Будь то, кто-либо в сдельности или же церковь Иисуса Христа в целом - как новое творение и наследство - в руке Творца драгоценно и то, и другое. Она же, рука, достаточно сильна для того, чтобы поднять, нести и привести к завершению всех, которые принадлежат нашему Богу и Спасителю, Иисусу Христу. Даже ведя через пасмурные дни нашей жизни, она хочет давать, а не брать. Подобно тому, как каждый день творения в своей конечной сути был направлен на грядущий субботний день, точно так же должны и дни наших переживаний и волнений стать днями, ведущими в субботний покой завершенного нового творения.

Якоб Крекер.

Предисловие к 5 изданию

Истина, положенная в основание этого труда, далеко не исчерпана, наоборот - робкий вопрос многих угнетенных, находящихся в состоянии особой душевной или телесной нужды, становится все более явственным: почему я должен был пережить это крушение? Как же мне это вождение еще понимать? Свет на это прольет книжка, лежащая перед вами. Для веры также существуют сокровенные пути благословения. Это есть "благословения бездны лежащей долу" (Быт. 49,25). Это есть благословения, которые мы не сразу узнаем как таковые, но которые, в значительной мере, способствуют нашему созреванию и совершенствованию.

В жизни отдельных людей, как и в жизни общины в целом Бог поступает по извечным принципам - к ним же относятся и сокровенные пути благословения. Мы должны быть глубоко благодарны Якобу Крекеру за это, столь важное для церкви служение - разъяснении и истолковании сокровенного действия Бога в Его Божественном самооткровении.

Одно выражение вновь и вновь употребляемое Крекером в его сочинениях встречается и здесь довольно часто - это выражение "плоть". Мы оставили его неизменным, ибо в своей противоположности к "духу" оно представляется библейско-классическим. Оно выражает сущность природы человека. Человека, предоставленного себе самому. Человека не имеющего связи со "Словом", не водимого Богом, но практикующего самовластие.

Пусть же эта маленькая книга выполнит свое назначение и окажет помощь, утешая робкие и обремененные души и, призывая общину, на всех ее путях и при любых обстоятельствах славить того, кто держит венец в своих руках - ИИСУСА ХРИСТА!


Божьи долгие окольные пути

"Когда же фараон отпустил народ. Бог не повел его по дороге земли филистимской, потому, что она близка; ибо сказал Бог: чтобы не раскаялся народ увидев войну, и не возвратился в Египет. И обвел Бог народ дорогою пустынною..."

Исх. 13,17.18.

Под водительстом Божьим

Когда фараон отпустил народ, то Бог повел его. Это была все та же история одной души и одного народа, в жизни которых зов милосердия и сила освобождения превзошли силу, порабощающего греха и власти мира. Ибо зависимость от Бога обуславливает независимость от мира. Она же обретается лишь тогда, когда Богу удается совершить в нашей жизни освободительный акт, подобный тому, который пережил однажды в Египте народ Израиля ради своего спасения.

Ибо, лишь отделенная от "Египта" жизнь, может быть водимой Богом. Тот, кто остается зависимым от себя самого - никогда не сможет попасть в зависимость от Бога. Лишь после того, как Израиль, сохраненный под прикрытием крови, оставил край своего рабства и очистил себя от египетской закваски, лишь тогда определился для него путь хождения в свете, когда весь народ мог днем и ночью явственно ощущать прикрытие и сопровождение огненного и облачного столпа.

Но зависимость от Бога никогда не была порабощением Им. Отдача под влияние Бога и нахождение под Божьим руководством никогда не вызывали раболепного страха пред Богом. Они никогда не были плодом гнетущего воздействия власти на нашу волю. Но лишь плодом, пробужденной Богом, детской любви. Подобно ребенку, который отдаваясь всецело, находит самое глубокое выражение своей любви и силы жизни, так и душа, которая через подвиг вечного милосердия находит себя перемещенной из порабощения этому миру и собственной самостоятельной жизни в положение усыновленной Богом.

Никто не постиг этого глубже и не прожил чище, чем Иисус.

Как сын, Он решался делать лишь то, что делал Отец. Его духовное ухо было постоянно открыто для того, что говорил Ему Его Отец. Перед Его глазами люди проживали "свои" часы жизни. Его же собственный "час - еще не пришел". Потому, что Его час был привязан к часу Его Отца. Свои стопы Он направлял по следам Своего Отца, потому и поступь Его была непоколебимой, Его действия истекали из возложенной на Него Богом миссии, потому и было безукоризненным Его служение. Когда Он учил народ, то речь Его была исполнена силы, потому что Он говорил не как книжники и фарисеи. Его действия, как Мессии и Спасителя, были бесконечно большими, чем выполнение долга и призвание, они были жертвой Его любви. Он чувствовал себя посланником отцовского милосердия, потому и Его собственные дела были плодом того же милосердия. Он отдал то, что получил в своей сыновней зависимости от Отца.

Такого рода зависимость должна порой становиться той пищей о которой Иисус говорил своим ученикам, что для людей нет более приятного пути, чем путь зависимости от Бога. Кто решается ставить свои стопы в следы Божьих ног, тот все чаще и чаще будет получать возможность восхищаться Божьей милостью, открываемой его взору. Для внутренне идущего "в ногу" с Богом жизнь, даже с ее самыми сумрачными моментами, становится непреходящим приобретением. Великий триумфальный гимн веры, который мы имеем в восьмой главе Послания к римлянам, мог быть написанным лишь человеком который в своем общении с Христом и в своей зависимости от Христа, видел себя не порабощенным, но освобожденным.

Живущий "личной" жизнью не способен сделать себя зависимым от Бога. До тех пор пока Савл не научился спрашивать: "Господи, что повелишь мне делать?," - он был противником Иисуса Христа.

Лишь после того, как он признал себя осужденным, ощутив тяжесть креста, Павел стал тем слугой своего Учителя, который мог свидетельствовать: "Уже не я живу, но живет во мне Христос... "Пока мы не встанем на основание голгофы, и, взирая на крест, не ощутим осужденной всю нашу натуру, мы не сможем до конца постичь тайное блаженство жизни, зависимой от Бога. Ибо быть зависимым от Бога, обозначает быть освобожденным от себя самого.

Если бы Израиль остался в зависимости от собственного познания и опыта, он никогда бы не узрел обетованного ему наследия. Ибо, предопределенную Богом цель, находит лишь жизнь, направляемая Богом. Господь видел лишения и борьбу, тягости и испытания веры, лежащие на пути, по которому народу Божьему надлежало войти в его отчизну. Он знал, что мудрость и сила Израиля, его воля и выносливость должны отказать, так, что народ сам никогда не нашел бы правильного выхода из предстоящих испытаний веры. Потому Он и взял управление народом в Свои руки. Днем Он выступал впереди их в облаке, чтобы вести их верным путем, ночью - в огненном столпе, светя им, чтобы они могли идти и днем, и ночью.

Таинство Израиля - его становление, его национальное возрождение и его путь через пустыню до самой цели - наследия их отцов - может быть постигнуто только с позиций Бога. Его рождение и история указывают пророчески на себя самих и вносят в наше убожество и наше бессилие благую весть о том, что гарантии нашего спасения, сохранения и совершенствования лежат не в нас самих, но в том бесконечном милосердии Божьем, через которые и мы осознаем себя призванными к вечной жизни. Подобно тому, как для созидающей силы Божьей не имело решающего значения то состояние Израиля, в котором он ею был найден, но важен был образ служителя Божьего, который должен был быть создан из него, так и глядя на нас, милость не задается вопросом - каковы мы есть, но какими мы должны, благодаря ей, стать.

По темным окольным путям

Насколько иначе сложился путь народа Израилева, по которому он был водим к цели, чем сам он себе его представлял. Никто не имел понятия о том, что Бог поведет свой народ в обход, через пустыню. Обычной и кратчайшей дорогой из Египта в Ханаан был большой торговый путь, ведущий через земли филистимлян, прямиком в Палестину. Но в Божьих глазах этот "верный" путь был непригодным для народа, который только что освободился от рабства. Бог знал, что с этим народом ему не придти к намеченной цели прямиком. Потому и повел Он его в обход, через пустыню.

На этом пути Израиля один ужас сменялся другим. Едва заканчивалась одна нужда, как уже назревала еже худшая. Из одного испытания Он попадал в другое, из одной пробы веры - в следующую. С самого начала был этот нехоженый путь через Чермное море, потом Мерра с ее горькой водой, пустыня, с ее горячим песком - место и время где им всего недоставало хлеба, мяса, лука, бахчи с дынями.

Однако, история Израиля никогда не стала бы столь богатой откровениями и славными делами Божьими, не избери Бог именно этот путь. Здесь, на окольном пути, в пустыне с ее лишениями и испытаниями, пережил Израиль самые большие чудеса, сотворенные Богом. Здесь он стал понимать, что Бог в состоянии изобилием Своих благословений покрыть нашу собственную скудость. Эти, часто так и не постигнутые пути Господни должны были стать для народа благословением, ведущим от познания к познанию, от силы к силе, от славы к славе. Ибо самые большие трудности вели, как правило, и к откровению наибольших благословений в истории, водимого Богом верующего народа.

Что же, к примеру, произошло у Чермного моря? Бог повел народ обратно к морю и велел ему там расположиться. Об этом узнал фараон. Думая, что народ Израиля потерял мужество, он стал снаряжать свое воинство, велел запрячь свои железные колесницы, и отправился в погоню за ним. Израиль вдруг оказался беспомощным перед лицом своего прежнего властелина. И именно здесь ему суждено было увидеть исполнение окончательного приговора над тем, что так долго господствовало над Израилем. Бог образовал для своего народа твердый путь, даже через море. Когда же фараон ступил на тот самый путь, то Бог совершил свой суд над ним и его воинством. Израилю надлежало узнать и увидеть собственными глазами, как для верующего народа, идущего по путям Божьим, навсегда приходит к концу господство Египта.

Какая перспектива открывается тем самым и для нашей жизни в вере! Каждый знает - как скоро, после нашего нового рождения, вновь начинает шевелиться наша старая жизнь, предпринимая попытки подвергнуть своему господству то новое, что родилось от Бога. Он - враг наших душ, большой соперник Бога и людей - после неудавшейся попытки навсегда воспрепятствовать нашему новому рождению, непременно постарается помешать нам оставаться искупленными детьми Божьими. Мы переживаем тяжелые сражения и оказываемся беспомощными перед лицом нашего врага. Но именно в этот час мы учимся осознавать, что наш ветхий человек, будучи сораспятым на кресте, теряет свое господство над той жизнью, которая рождена от Бога.

За Чермным морем следовала пустыня. Здесь не хватало то хлеба и воды, то мяса и чеснока. Здесь не было колодца, из которого Израиль черпал бы свою воду, здесь не было пашни, которую он мог бы обрабатывать. Также не хватало и той стены, за которой народ чувствовал бы себя в безопасности от своих врагов. И все же, это был тот путь, на котором Израиль заново пережил встречу со своим Богом. Бог делал пресной горькую воду пустыни, поил свой народ из скалы. Он кормил его небесным хлебом и в час нужды прикрывал его своей всесильной рукой. Здесь община верующих училась понимать, что Бог, если Ему доверять, и в пустыне может восполнить Собой любой недостаток. Здесь, в этой глуши, среди нужды рождается псалом: "Ибо у Тебя источник жизни". Что же обогащало вновь и вновь также и нашу жизнь милостью, опытом, доверием, любовью, терпением, выдержкой, служением, общением, пониманием Божьих планов и намерений? Это были окольные пути, по которым Бог велел нам идти. Это была пустыня, в которую Он нас вел. Здесь, как никогда прежде, мы наталкивались на собственное бессилие, но встречали и Бога как никогда прежде. Здесь мы познавали себя в нашей нетерпеливости, в нашем малодушии, в наших сомнениях, в нашей нерешительности. Но именно здесь мы познавали и Бога в потоке Его милости и величия, в Его власти и славе. Каким великим Он становился для нас, какими маленькими становились мы!

Пережив рождение свыше, мы полагаем поначалу, что благодаря нашему возрождению, мы не подвержены более нападкам и испытаниям. Но в действительности, подлинное сражение для верующего, равно как и всевозможные испытания его веры, начинаются как раз за порогом "тесных врат". Как "Живущим во Христе" нам не дана гарантия, что живя в полной зависимости от Бога, мы будем сохранены от различного рода мучений и борьбы, что не подвергнемся никаким испытаниям и искушениям. И как возрожденные, мы остаемся жить в этом старом мире, с его лишениями и искушениями, с его нуждами и стараниями, с его грехом и несправедливостью.

Вера, тем самым, не располагает гарантией того, что ей не придется идти окольными путями или же не быть уведенной в пустыню. Но у нее есть обетование о том, что пустыня не вечна. Ибо Иисус, подобно ударенной скале, следует за ней и в пустыню. Он же и пустынную глушь превращает в Божий сад. Именно там. Он позволяет нам узреть Его наибольшие чудеса и готовит нам трапезу даже в виду наших врагов. Он приготавливает путь посреди морской бездны и находит выход даже из смерти. Он спускается в ров вместе с Даниилом и заграждает львиную пасть. С избранными своими Он отправляется в огненную печь и отнимает у пламени его пожирающую силу. Некоего Иосифа он не оставляет в одиночестве - ни в доме искушения, ни в нужде темницы. Он укрепляет руку, сражающихся за него и дарует юноше - пастуху Давиду победу и над филистимлянами. Он разделяет мучения своих слуг и берет у них их страдания так, что даже карцер становится для них храмом, в котором они как Сила и Павел славят Бога пением псалмов. С Богом мы и посреди пустыни становимся свидетелями Его откровения и пророками Его могущества и величия.

К вечной цели

Один молодой ремесленник, оставив отчий дом, отправился в даль. Когда он проходил по новому мосту через речку в своем селе, то увидел на одном из поручней надпись: "Все есть переход". "Чудно!",- подумал он и пошел дальше.

Спустя годы, он возвращался обратно. Забыть отчизну ему так и не удалось. Наконец-то он добрался до нее. Только речка еще отделяла его от любимого родного села, которое лежало перед ним, озаренное ярким светом луны. Он знал тот мост через реку, он ступил на него и снова взгляд его упал на надпись на другом поручне, он прочел:

"- к Отчизне".

Да: "Все есть переход к Отчизне"! Также и те окольные пути Господни, ведущие нас в пустыню. Тому народу, который сохранил веру, дано было наконец перейти Иордан и увидеть наследство, текущее молоком и медом.

Правда, не все выдержали до конца. Со многими Бог так и не дошел до цели. Лишь обладающие верой, оказались способными к долгому путешествию по Божьим окольным путям. Они и в пустыне находили живительные источники, в которых видели для себя Божье благословение. Естественный человек не выдерживает окольных путей Божьих. Для него путь в обход оказывается раздражительным, а пустыня - камнем преткновения. Ему недостает внутренних органов, дающих способность продолжительное время понимать Бога в его вождении. У него нет силы идти по пустыне в ногу с Богом. Ибо рожденное от плоти есть плоть и потому не может наследовать Царства Божия. Но и "плоть" в общине Божьей никогда не сможет достичь Божьей цели. На окольных путях через пустыню она всегда будет находить свой суд.

Если же вера наша имеет своим основанием крест, то она может воззреть к Иисусу, как к своему началу и завершению. Даже тогда, когда путь ее в Царство Божие очень печален.

Возможно, мы не всегда сразу понимаем, зачем нам нужно быть подвергнутыми таким притеснениям, почему Бог выбрал, например, для нас наше место среди столь мирского окружения, почему у нас так мало возможности для общения с избранными Божьими, для чего нам нужно переносить это наше телесное страдание или материальный убыток. Когда-то мы поймем и эти окольные пути нашего Бога, мы узнаем, что благословение для нашей веры, которое нам дано было найти на них, было лишь на время сокрыто.

На южном берегу Крымского полуострова находится "русская Ривьера". Она тянется от Севастополя вдоль побережья Черного Моря до Феодосии. С севера она прикрывается внушительной высоты, горами Таврийской возвышенности. Здесь, вдоль всего побережья, располагались прежде прекрасные имения многих великих мира сего. Среди них находятся и всемирно известные города Ялта и Ливадия, с их царскими (в прошлом) замками, Алупка, Гурзуф, Массандра и др. От Ливадии вьется серпантином искусственно проложенный путь через удивительно красивые горы, лежащие к северу. Проходящий или проезжающий по этой дороге видит перед собой постоянно лишь короткий участок пути. Часто думаешь: все - дальше дороги нет! Но вдруг дорога делает неожиданный крутой поворот, за которым вдруг становится видимой новая возможность подниматься все выше и выше в гору - к намеченной цели. Если же, кто решит путешествовать с проводником, то тот, указывая на ту или иную скалу, находящуюся высоко над дорогой, порой скажет усталому путнику ободряюще: "Через столько-то минут мы будем там". Путник же, задрав голову и глядя в высь, думает про себя: "Это же невозможно", - но за одним поворотом следует другой, этот подъем сменяется следующим и вдруг - он действительно оказывается у цели. Сверху вниз, до г. Ялта, расстояние по прямой составляет около пяти км. Сама же дорога растянута на все тридцать. Достигнув предельной высоты, можно с выступа скалы, обнесенного железной решеткой, объять взглядом самый красивый участок южного побережья Крыма. Вид совершенно потрясающий. Вдали простирается далекое темно-синее Черное море. Внизу, у подножья горы, лежат Ялта, Алупка и Ливада с их замками, некогда принадлежавшими царю, с чудесными садами и парками, пересекаемыми гордыми кипарисовыми аллеями. Слева и справа расположены маленькие и большие имения, украшающие своей пышной зеленью и виноградниками, убегающий в дальнюю даль берег. С вершины же можно рассмотреть и проделанный путь. Теперь можно видеть - почему там, например, начинался поворот, а там нужно было идти на подъем.

Когда я, несколько лет назад, стоял там и видел перед собой эту грандиозную картину, то вынужден был вспомнить строки из одного известного гимна:


"Там в свете я смогу познать, Что здесь мне сумерки скрывали, Чудесным и святым назвать, Что здесь мы так и не узнали. Смогу я здесь постигнуть в единенье Всевышнего совет, хвалу, благодаренье".


Как же это будет, когда мы с нашего нового Иерусалима сможем объять одним взглядом, освещенный небесным светом, наш путь веры? Тогда мы сможем понимать Иисуса - великого князя нашего блаженства еще лучше, чем сейчас, понимать, что лишь окольным путем - через пустыню - Он мог дойти до цели вместе с нами. И каждая трудность, всякое испытание веры, преодоленное нами, послужит пищей для нашей молитвы поклонения Богу и его Агнцу. Мы увидим, что Бог в своем многократно-сокрытом вождении и в нашей жизни не допустил ошибок, ведя нас окольными путями через пустыню, к желанной цели, к родине нашей души. Его окольные пути позволили нам найти то, чего мы никогда не нашли бы, идя напрямик. Цель сама, а не путь к ней, стала для Него решающим, когда Он перенял вождение в нашей жизни, чтобы вывести ее из рабства к свободе, из чужбины - к отчизне.

Тайна наших страданий

Что такое человек, что Ты столько ценишь его и обращаешь на него внимание твое. Посещаешь его каждое утро, каждое мгновение испытываешь его?

Иов 7,17.18.

В горячем плавильном тигле

С тех пор, как впервые возникло горе, стоит и вопрос зла в этом мире. Этот вопрос сопровождает человечество на протяжении всей его истории. Он не оставлял нас в покое, даже ввиду всех предлагаемых доселе вариантов его решения. Асаф, едва ли не споткнулся о него, пытаясь силой своего сознания разобраться в причинах благоденствия безбожника и мучении праведника. Он жег душу учеников, когда они, видя слепорожденного, спрашивали Учителя: "Кто согрешил, он или родители его...?" Он не молчит и в нашей жизни.

Некоторые нашли свое собственное решение. Асаф нашел его и выразил свой восторг в необычной красоты и глубины 72 псалме с такой силой и убежденностью, что это позволяет отнести его к самому драгоценному из того, что истинная вера может найти у Бога.

Также и Иисус нашел это решение, потому и не поколебался на пути в Иерусалим. Муки, которые Его там ожидали, были неотъемлемой частью Его жизни, Его призвания Мессии, которое было возложено на Него Его Отцом. Его жизнь, в постоянном и непосредственном общении с Отцом, победила сей и потусторонний мир, равно как нужду и смерть. Его страдания были для Него жизнью от Отца, жизнью ради Отца и жизнью, ведущей к Отцу. Потому и была Его жизнь исполненной глубокого субботнего покоя, позволяющего Ему даже на кресте молиться: "Отче! Прости им, ибо не знают, что делают". От Него исходил мир, который земными помышлениями и надеждами объять было невозможно.

Подобным образом нашел решение вопроса своих страданий и Павел. В своих собственных немощах он видел благоприятную возможность для Бога, чья сила находила окончательное завершение в его (Павла) бессилии. Павел терпел свою скорбь, видя в ней преимущество для общины Иисуса Христа, его "жало в плоти" принесло ему большое откровение: "довольно для тебя благодати Моей". Из глубины своих тяжелейших страданий и мук, он писал эти жизненно-важные для каждого члена созидаемой общины Господней: "...любящим Бога, призванным по Его изволению, все содействует ко благу."

В итоге, каждому из нас также следует найти свое решение, его нельзя перенять, его надлежит пережить. Апостолы и пророки, хотя и свидетельствуют нам о нем, но не преподносят его нам. Они указывают на путь к нему, но не предлагают его самого. Решение в Боге и лишь в Нем одном. Кто нашел решение в Боге, тот уже не находится более в своей жизни под господством мучений, случайностей, вещей, неблагоприятных обстоятельств. Исходящая от Бога жизнь - прежде наполненная противоречиями, борьбой, страданиями - обретает желаемую Богом целенаправленность, дарованный Богом смысл. С того времени вера приводит нашу жизнь в соответствие с Божьей волей, становится для нас победой над миром со всеми его испытаниями.

Это же пережил однажды и Иов. Пока он не понял своих мучений и не нашел в Боге решение своей проблемы - он чувствовал вокруг себя лишь глубокую темноту. Что есть человек? - Вопрошал Иов из глубины своих мук. Он жил пред Богом безгрешной жизнью, имел невинное сердце, подчиняя свою жизнь божественным принципам. Своей семье, заключив ее в свое молящееся сердце, он служил пророком и священником Бога. Сознательной вины, которая бросала бы тень на его отношения с Богом, не было. Каждое благословение он принимал с благодарностью, как дар благодати своего Творца. Даже самый большой обвинитель братьев, противник Бога и людей, вынужден был засвидетельствовать о его невиновности.

Напрасно сатана искал изъяна, дающего ему моральное право обвинить Иова пред Богом. Единственное в Иове, что сатана подверг сомнению - была чистота его побуждений. "Разве даром богобоязнен Иов?", - спрашивал он Господа. И все же Иов был брошен в горнило жестоких испытаний. Пучина скорби объяла бедную душу, и угрожала поглотить ее. Казалось, что один Божий суд, разразившийся над Иовом тут же сменяется другим. Удар следовал за ударом, выглядело так, что Божья справедливость как будто производит расчет с его жизнью.

Одна лишь совесть Иова не обличала его. Как не старались его друзья убедить его в том, что глубине его мук должна соответствовать и мера его вины, он же непременно отвечал, что нет ничего, в чем он должен был бы упрекнуть себя.

Совесть уже всегда была некое неподкупное нечто в груди человека. Она не молчит, если вина перед Богом налицо. Даже если мы сами или же другие находят нам тысячи оправданий - ее обвинение против нас непоколебимо пред Богом. И она не обвиняет нас если наше сердце перед Богом невиновно, пусть все вокруг обвиняют нас, пусть судят о нашем служении справедливо ли, или нет, пусть даже наши друзья усомнятся в нашей правоте - наша совесть молчит, потому, что Бог молчит.

Молчала и совесть Иова. Потому, что сердце его пред Богом было чисто и непорочно. Но все равно он находился в плавильном тигле, где пламя становилось все жарче и жарче. Одно было примечательно - этот жар не испепелял его. Этого Иов понять не мог. Он больше не понимал своей жизни. Он не понимал, почему он, невинный, попал в эту огненную печь. Все было для него сплошной загадкой, которую он не мог отгадать. Из глубины мучений скорбела его душа: "Что такое человек, что Ты столько ценишь его и обращаешь на него внимание Твое? Посещаешь его каждое утро, каждое мгновение испытываешь его?"

Каждому из нас тоже известен путь испытаний, они не прошли мимо нас.

Один из нас больше, другой меньше - все мы испытали их горечь. Нам не всегда легко нести бремя того или иного недуга или болезни, постигшей нас самих или наших близких. Мы так хорошо понимаем апостола, когда он пишет: "Всякое наказание в настоящее время кажется не радостью, а печалью..." Но труднее всего переносимы для нас испытания необычного характера. С разного рода злободневными испытаниями и неприятностями, будь то телесные недомогания и жалобы, неувязки в быту или на работе, или же случайные неурядицы на улице или в сфере обслуживания, мы миримся, потому что они привычны для нас. Но если потоки вод наших испытаний обретают особенную горечь, то тогда, зачастую, мы стоим подобно Иову перед неразрешимой проблемой. В таких случаях мы, пожалуй, реже всего имеем понятие о том, какую сладость для нас могут таить эти горькие воды Мерры. Лишь после того, как огонь завершит свою работу, можно увидеть сколько же шлака было еще в золоте.

Немногочисленны те, которые научились как Павел говорить: "...я благодушествую в немощах, в обидах, в нуждах, в гонениях, в притеснениях за Христа...", лишь немногие приветствуют, подобно ему, свои страдания как очередную возможность прославления Бога. Он, обретя мудрость в своих страданиях, постиг глубокую тайну: "...ибо когда я немощен, тогда я силен." Потому и желает он хвалиться лишь своим бессилием, чтобы сила Христа обитала в нем и достигала совершенства, как раз на почве его собственного бессилия.

Теоретически и мы, зачастую, поддерживаем убеждение, что в скорби рождается слава. Но если испытания обрушиваются на нас неожиданно, в почти невыносимой мере, непредставимой форме и к тому же со стороны, с которой мы их меньше всего ожидали, тогда и наша первая реакция есть непонимание по отношению к Богу. Наша душа окунается в непроглядную ночь. Наши глаза напрасно пытаются найти какой-то выход. Даже убежденности, в наличии смысла, у происходящего мы в себе не находим.

При наступлении необычных страданий и мук, думаем и мы, прежде всего, о Божьем суде за какой-либо скрытый грех. Несомненно - некоторые из наших страданий могут быть для нас судом. Поэтому подобная самопроверка для нас вовсе не излишняя, если ввиду надвигающихся испытаний возникает вопрос: Господи, из-за чего Ты вынужден был послать мне эти мучения? Лежит ли на моей душе какой-либо сознательный или подсознательный грех? Возможно, я не дал силе Твоей освободить себя добровольно от тех вещей, от которых Ты хотел освободить меня? Или я нравился себе самому в моей силе, в моей ревности за Тебя, в моей верности и преданности Твоему делу? Или же я осуждал Твоих детей, которые проявили нетерпеливость в испытаниях, истомились в муках, в плавильной печи, в которую они были ввергнуты и пели песни жалобы, вместо гимнов прославления. Кто станет спрашивать подобным образом, тот вскоре получит ответ от Господа. Если совесть наша чиста, если мы не совершили сознательного греха, тогда душа наша останется в мире с Господом. Если же что-либо не так, если есть что-то способное вызвать муки и испытания, то Дух Святой непременно откроет нам основания этому и даст возможность принести их ко кресту Спасителя. Всякая вина в нашей жизни, признанная перед Богом, перестает быть основанием для нашего осуждения.

Очень часто же наши страдания имеют намного более глубокое значение. Они не есть для нас судом, но путем, по которому нам следует добраться до непредставимой красоты и Славы. Господь хочет сделать в нашей жизни явным то, о чем дано было сказать последнему и самому младшему из друзей Иова в его утешение: "И тебя вывел бы Он из тесноты на простор..." (Иов. 36,16) Ужас, в который попал Иов, не был самоцелью в руке Божьей, но он был путем, по которому Иову надлежало выбраться на простор, где его ожидало благословение в избытке. Его путь на простор вел через ужас.

Этой заветной цели Иов пока не видел. Он не представлял себе, какому благословенному дню навстречу идет он сквозь ночь своих страданий. В печи испытаний Бог хотел сделать из него избранника. Его любви к Богу надлежало быть подвергнутой испытанию - от чистого ли она сердца. Не суд хотел совершить Бог над своим слугой, как полагали трое друзей Иова, но на пути мучений в нем должен был созреть изысканный плод, который стал бы свидетельством того, что подлинная богобоязненность может истекать только из чистой любви к Богу.

Именно эту истину подверг дьявол сомнению пред лицом Бога. Богобоязненность Иова он пытался представить как плод его эгоизма. Иов как будто бы любит Бога лишь потому, что видит Его благословения. Если же Бог оставит его без благословения, отнимет у него его детей, семейное счастье земное благополучие и здоровье, то и Иов оставит Бога как многие другие - "благословит ли он тебя?" Сатана расценивал набожность Иова лишь с точки зрения выгоды для плотской жизни. Плотская жизнь ищет прежде всего себя, даже в любви к Богу. Плотская жизнь любит Бога лишь в той мере, в какой чувствует себя благословенной от него. Она служит Богу, потому что извлекает из этого преимущества. Того нового основания для служения жизнью и духом, на котором человек служит в духе и истине, сатана не знает. Он никогда не был возрожден от духа. Ему не известна ни чистая любовь к Богу, ни по-детски искренняя богобоязненность. Он сгибается пред Богом лишь в той море, в которой он вынужден сгибаться под всесильную руку своего Творца.

Иов же был одним из тех ветхозаветных духовных мужей, которые способны были любить Бога чистым сердцем. И если порой в его душе становилось совершено темно, он все равно рвался к победе. Пусть его глубокие страдания были ему поначалу совершенно непонятны, его вера все же не потерпела крушения, но вышла лишь очищенной из плавильного тигля. Ему выпала честь - в руке Божьей стать сосудом, свидетельствующим о правоте Бога перед своим падшим творением.

Великий плавильщик

Один слуга Божий посетил однажды фабрику керамических изделий. Там он видел, как рабочий формовал на своем гончарном круге цветочную вазу удивительной красоты. После долгих стараний работа казалась, наконец, завершенной. Мастер еще раз внимательно осмотрел ее со всех сторон и неожиданно бросил обратно на свой гончарный круг. Видя это ужаснувшийся слуга Божий воскликнул: "Что вы делаете"? "Да, - ответил мастер в полном спокойствии, "в глине еще есть жесткость".

Не глина была отвергнута, а лишь форма, которую она имела. Сама же глина осталась в руке мастера. Эта рука перемяла ее заново с тем, чтобы сделать из нее новую вазу. Теперь ваза получилась. Глина утратила свою жесткость и мастер знал, что теперь ваза не получит трещину, когда в печи, в процессе обжига, она будет проходить свое последнее испытание огнем.

Как отрадно знать, что Великий Зодчий сам бдит над нами! Он не отвергает глину. Он отвергает лишь нашу жесткость, вновь и вновь повергая нас на Свой гончарный круг. Он знает, каким полезным сосудом станет, в конце концов, в Его искусной руке тот комок глины, который ныне еще несет в себе известную жесткость.

Порой, когда ночь наших мучений становится все чернее и чернее, мы думаем, что Бог окончательно оставил нас, что убрал от нас свою всесильную руку, но мы не представляем, как близок к нам Господь именно в эти часы. Когда однажды Святой Антоний Падуанский, этот великий проповедник покаяния тринадцатого века, после трудного испытания имел видение, в котором Христос возник перед ним, то он спросил Его: "Господи, где же Ты был доселе, почему Ты не помог мне ранее?" Некий голос ответил ему: "Антоний, Я был рядом, Я был свидетелем твоей борьбы и никогда не оставлю тебя!" Также и Иов, находясь в жару испытаний, не имел понятия о том, что глаз Божий сам следит за золотом, которое Он подвергает очистке огнем. Бог сам был тем, который определял меру страданий Иова. Сатана не мог ступить ни шагу дальше, сверх того, что Бог позволил ему. Пламя не могло стать ни на один градус жарче, чем ему надлежало быть. Господь в точности знал меру испытаний, которую способен был снести Иов. Ибо Он верен и не дает нам быть искушаемыми сверх наших сил.

Даже в плавильном тигле испытаний хранит Он избранных своих, как зеницу собственного глаза. Ни одно зернышко не должно упасть на землю и потеряться вместе с мякиной, когда Господь станет отделять своих как пшеницу.

Потому, что Господь держит то, что Он обещал избранным своим: "Будешь ли переходить через воды, Я с тобою,- через реки ли, они не потопят тебя; пойдешь ли через огонь, не обожжешься, и пламя не опалит тебя" (Ис. 43,2). Лишь трое было тех, которые однажды в могущественной Халдее, были брошены в огненную печь, раскаленную в семь раз жарче обычного. Но глаз царя увидел еще и четвертого, ходящего с ними в пламени. Это был Господь, который и отнял у огня его пожирающую силу.

Он также и с нами. Пусть даже глаз наш его не видит, он вместе с нами спускается в жар. Он блюдет нас так, как только Его опытный глаз способен блюсти. Он страдает вместе с нами и укрепляет нас там, где наши силы иссякают и наша вера грозит угаснуть. Если же потом, очищенный металл отражает чудесный свет Его лица, то тогда жар пламени выполнил свое назначение. Мастер достиг своей цели и ставит свое произведение на служение в своем Царстве.

Очищенное золото

Ты видел ли, как бледный солнца луч На грань кристалла угодив внезапно - Погиб!? Но чудным светом воссиял, Теперь уж раздробленный семикратно. Ты слышал тот протяжный низкий звон, Долину наполняющий порою, Что колокол проснувшись издает Ударенный умелою рукою? Струя воды кристальной чистоты Из глубины подземной устремится, Но лишь когда отточенная сталь В земное сердце яростно вонзится. Ты думал ли хоть раз о той траве, Что тихо никнет под твоей стопою? Она прольет чудесный аромат Прильнув к земле под острою косою. Как будто самый свой заветный клад. Еще при жизни для себя припрятав, Увянув тихо, навсегда простясь, Сладчайший запах раздарит когда-то. Теперь ты понял, почему твой Бог С тобой в долину мрака опускался? Не потому ль, что чистый звон Твоей души еще не раздавался? То золото, что Он в тебя вложил Не заблестит под каменной плитою Пока гранит из собственного "я" Разбит не будит крепкою рукою. На вопль твоей души Его ответ Огнем с небес здесь должен разразиться? Знай! Сила заключенная в тебе Способна лишь сгорев освободиться! И ты без слов склоняешься пред Ним. Он дал понять - иначе не бывает Благоуханный плод, что по сердцу Ему, Себя презрев, достойно созревает. И ты с восторгом восхваляешь благодать, Открывшую тебе цену мученья, Цель жизни - вечное блаженство осветив, Ведя сквозь смерти тленье к откровенью.


Это чудесное стихотворенье говорит больше, чем я способен был бы сказать. Много лет назад мне прислала его одна студентка из Дорпата. Она страдала тяжелым заболеванием легких. Вскоре после этого она скончалась, ее Учитель позвал ее домой, в вечный покой, к служению, не знающему утомления. Эти строки оказались, тем самым, последними плодами, которым Господь позволил созреть в ее слабой жизни. Они позволяют думать о том жаре, в котором они были написаны. Порой достаточно одного письма, чтобы судить о том - очищена та душа в горниле испытаний или нет. Короткое совместное общение - и мы чувствуем - заглядывал ли этот человек в глубины славы Божьей и освобожден ли от себя самого, или же он стоит еще сам по себе. Каким бы праведным и благочестивым ни был Иов в первых главах - совсем иного Иова встречаем мы в конце. Пройдя через огненную печь, он освободился от себя самого. "Я слышал о тебе слухом уха; теперь же мои глаза видят Тебя", - восклицает он, оглядываясь на свою истекшую жизнь. В глубоком преклонении он признает: "Так, я говорил о том, чего не разумел, о делах чудных для меня, которых я не знал".

Когда Иов оставил всякое мнение о себе самом, о своем благочестии, когда стал почитать ничем свою мудрость и свое глубокое познание, когда начал видеть лишь силу и величие Божьи - тогда Бог достиг своей цели. С тех пор для Иова пробил час избавления. Сосуд был вынут из жара и наполнен новой жизнью. Это должно было стать вечным свидетельством для всех последующих эпох о том, что в Божьей руке даже самые трудные испытания могут стать благословениями каких себе невозможно представить.

Не в раскаленной ли печи страданий были написаны позднее лучшие из псалмов? Поразительной глубины гимны, которые мы сегодня имеем - не пелись ли они сначала в карцерах, на ложах страданий, в жизненной пустыни, в пылу сражений? Иоанн писал книгу "Откровение", находясь в одиночестве, на острове Патмос. Буньян писал свое известное "Путешествие пилигрима" в тюремной камере, отбывая там двенадцатилетнее заключение. "Поверь свой путь и бремя, что сердце так гнетет", - пел Поль Герхард в трудное для него время.

Иисус никогда не приходит слишком поздно

"Господи! если бы Ты был здесь, не умер бы брат мой"

Иоан. 11,21.32.

Опоздавшая помощь

Эти слова выразили все то, что ощущали Мария и Марфа в их глубокой скорби. Они страдали вдвойне. Смерть единственного брата была тяжелой потерей для них, но особенно трудным для них было сознание того, что этой потери они могли избежать, подоспей помощь их Учителя вовремя.

Мария и Марфа никогда не сомневались в любви своего Учителя, которому они так часто могли служить в их доме. Они знали, что у Него есть власть от Бога сделать их брата здоровым. С глубоким доверием они обратились к Нему, велев передать: "Господи! Вот, кого Ты любишь, болен."

Но обе сестры ждали час за часом, а Учитель все не шел. Они по очереди оставляли постель тяжело больного брата и спешили на полевую дорогу, по которой должен был придти Учитель. Но не видать было ни Учителя, ни Его учеников. Брат становился все слабее и слабее, его чело уже покрывалось холодным потом, но все еще теплилась надежда: Он придет, но Он не приходил.

Лишь, когда Лазарь умер и самое дорогое, что было у обеих сестер здесь на Земле лежало в гробу, пронеслась неожиданно весть о приходе Иисуса. Тогда Марфа поспешила Ему на встречу и приветствовала Его Словами: "Господи! Если бы Ты был здесь, не умер бы брат мой". Позже, то же самое сделала и Мария, придя к Господу. Но обе сестры в то время еще не имели представления, как много любви связано с промедлением их учителя. Они не видели того переполняющего благословения, которое содержалось в этом промедлении. Для них оно обозначало, прежде всего, горчайшую потерю, темный путь, по которому им следовало идти с обремененным сердцем. Лишь позже им дано было осознать, что Иисус никогда не приходит слишком поздно, что Его промедление подготавливает почву, на которой мы познаем Его глубоко, как никогда прежде, на которой мы узнаем Его Славу.

Новую Славу нашего Учителя мы можем познавать лишь на основании подготовленной заново почвы.

Новая Почва

Новая почва должна быть прежде всего подготовлена, должна быть создана заново. Ведь Слава Божья становится зримой лишь через действия Божьи. В дни Иисуса происходили порой великие события. Во всякого рода человеческих нуждах открывалась людям Слава Божья через избавительные полномочия Иисуса. Будь то телесные недуги слепых и хромых, расслабленных и прокаженных, глухих и немых или же духовные оковы одержимых - Иисус повсюду проявлялся как превосходящий, как повелевающий. Ему были послушны не только ветер и волны, но также болезни и демоны. Оттого и прославлял народ Бога, видя полномочия, данные в их дни Сыну Человеческому. В Великом Пророке из Назарета снова присутствовал среди народа Бог пророков. Среди нужд того времени Люди снова были свидетелями Божьей силы и утешенья.

Но в области тления власть Божья еще не проявлялась, здесь еще не имело места откровение Божьей силы через полномочие Иисуса. Пусть наше Евангелие содержит далеко не все то, что сказал и совершил Иисус, но все же оно дает нам достоверное свидетельство того, что до тех пор ни одно мертвое и разлагающееся тело не было возвращено к жизни. Было ли тление областью, в которой разрушающим силам смерти надлежало проявить большую власть, чем та, которой обладали созидающие жизнь Божьи силы, действующие по повелению Иисуса?

Этому надлежало решится у гроба Лазаря. Неограниченное господство Иисуса в области жизни могло стать видимым лишь на почве господства смерти. Поэтому и не допустил Отец, чтобы Иисус пришел в Вифанию прежде времени. Не смотря на то, что Мария, как и Марфа, велели сказать ему: "Господи! Вот, кого ты любишь, болен". Иисусу не представлялось возможным придти. Нечто внутри Его удерживало Его так, что Ему надлежало оставаться там где, Он был.

С какой радостью Он пошел бы, для того, чтобы послужить тем, которые так часто служили Ему! И у Иисуса было свое окружение, в котором Он мог найти прибежище, с тем, чтобы отдохнуть душой и телом в окружении жертвенных благоуханий чистой и преданной любви. Таким окружением для него были Мария, Марфа и Лазарь из Вифании.

Тихое Ожидание

Какую все же зависимость от Отца проявляет Иисус в тот момент, когда остается! Выше нужды звавшей Его, стоял для Него Его Отец, чьим посланником Он себя ощущал. Директивы, определявшие действия Иисуса во всякое время, исходили свыше. Он знал, что и в определении времени Его Отец не совершает ошибки. Он не приходит преждевременно, наделяя благословениями или раздавая служения. Он и не опаздывает и тогда, когда Его благословения заставляют себя ожидать или Его призыв на служение пока не слышен. Потому и Сын ожидает. Свой час Он видит приходящим по пришествии часа Его Отца.

Мы ничего не знаем о том, что в эти дни ожидания чувствовал, испытывал и переживал Иисус. Души великих пророков были уже всегда труднопостигаемыми. Бывший же здесь был больше, нежели пророк! Наша душа никогда не сможет вместить во всей полноте Его борьбу. Его страдание. Его стремление и Его восприятие. Но одно мы знаем: в дни ожидания Иисус должен был обильно молиться, много говорить со Своим Отцом о происходящем в Вифании. Потому, что придя ко гробу. Он возвел свои глаза к небу, говоря: "Отче! Благодарю Тебя, что Ты услышал Меня; Я и знал, что Ты всегда услышишь Меня". Из общения с Отцом Иисус узнал, почему ему нужно было остаться. Но Мария и Марфа этого пока не знали. Они пока еще не понимали, что промедленье Божье в тот момент означает для них вовсе не потерю, а негаданную помощь и непредставимое благословение, уготованное им. Они конечно же ожидали откровения славы Учителя у постели их больного брата, но им надлежало увидеть неизмеримо большее у гроба брата, который умер. Если до сих пор Иисус представлялся им великим как врач и пророк, то теперь Он должен был быть представлен им в еще большем величии, как некто имеющий власть над смертью и тлением. Здесь, у гроба брата им надлежало постичь одну из величайших тайн: что нет силы способной отнять благословение, которое Иисус не смог бы возместить в жизни через воскрешение. У смерти оказалось достаточно силы для того, чтобы отнять у них Лазаря, но Иисусу надлежало проявить превосходящую силу, вернув отнятого обратно.

Божье промедление

Видели ли мы в этом свете Божье ожидание и в нашей жизни? Я имею ввиду, обратили ли мы хотя бы раз внимание на то, что Его ожидание было зачастую и в нашей жизни подготовкой к новому откровению Его славы? И нам было непонятно почему Бог так долго молчит, почему наши молитвы остаются безответными, почему Божья помощь запаздывает, несмотря на потоки мучений, которые уже объяли нашу душу. И мы находили в Нем убежище, твердо зная, что Его вмешательство даст всему иной оборот, что подарит нашему Лазарю выздоровление. Но как ни горячи были наши молитвы, они оставались без ответа. Напрасно старались наши глаза высмотреть Его пришествие, напрасно напрягалось ухо, чтобы услышать Его шаги - проявление Его силы отсутствовало. Он медлил со своим пришествием до тех пор, пока дело не пришло в такое состояние, что уже и мы перестали ожидать помощи. Для нас это дело было мертвым и похороненным, безнадежно оставленным навсегда. И мы понятия не имели о том, что происходящему лишь надлежало подготовить почву, на которой нашей вере предстоит встретить славу Божью, как никогда прежде. Божье промедление было не судом, но милостью, не потерей, но невообразимым приобретением.

И мне представляется, что потрясающие происшествия нашего времени нам следует видеть в том же свете. Старые миры рушатся и гигантские облака пыли от руин наполняют воздух так, что нам порой трудно бывает дышать. Под развалинами остается так много того, что однажды нам было мило и дорого. Как страстно ожидали мы Божьего вмешательства, когда в действии были силы, творящие то побоище, которое мы имеем сегодня. Но Бог не приходил. Не надлежит ли и на этой почве исполниться обетованию Иисуса, данному Марфе: "Если будешь веровать, увидишь славу Божию?"

Если бы я не имел этого утешения, то я не знал бы куда бежать со всей той болью, которая заставляет так глубоко вздыхать истомленную душу. Но подождем и поглядим, не станут ли испытания и суды наших дней подготовкой той почвы, на которой нашей вере дано будет заново узреть славу Божию.

Не будем же спрашивать каким образом Бог сделает это! Я этого сказать не могу. Развеять силы смерти способен лишь тот, кто победил смерть. Новое творение восстает лишь силой Творца. Возвратить нам Лазаря, который умер, способен лишь тот Один, который выше смерти и тления. И этот Один жив! Одно мне ясно: сквозь все ужасающие катастрофы, сквозь все перенесенные муки смерти, сквозь разрушающие силы тьмы и в наши дни готовится почва, где наша вера увидит триумфирующее величие Божье, вызывающее жизнь из смерти.

Человеческое противоречие

Возможно и с нами произойдет так как было с Марией и Марфой. Они противоречили Иисусу, когда Он готов был действовать. Когда он велел отвалить камень Марфа воскликнула: "Господи! Уже смердит". Уже промедление Божье было для них не понятно, тем более непонятно им теперь Его действие. Ибо проявление славы Божьей всегда лежит вне пределов нашего опыта. Марфа не стала бы противоречить если бы Иисус собирался дать прозреть слепому, исцелить расслабленного или очистить прокаженного. В этом случае ее глаза стали бы с благоговейным восторгом ожидать Иисусова действия. Здесь же она противоречила, потому что предстоящее, по своему величию, было несоразмерно с пережитым доселе.

И вновь говорит Иисус Марфе: "не сказал ли Я тебе, что, если будешь веровать, увидишь славу Божию?" Так, что не только снаружи, но вместе с тем и в душе Марии и Марфы должна была быть подготовлена та почва, на основании которой стала бы возможной новая встреча с Божьей славой. Этой почвой могло быть лишь безусловное доверие. Мария с Марфой доверяли пока речь шла о выздоровлении их брата. Но их доверие поколебалось когда встал вопрос о воскрешении умершего брата из мертвых. Повторение этого явления можно каждый раз заново наблюдать в жизни верующих. Мы доверяем Господу безусловно, пока речь идет о вещах в которых мы уже неоднократно переживали вмешательство Божье. Но оказавшись среди обстоятельств, в которых наша вера не может воспользоваться опытом накопленным прежде, то и в нашей жизни она угрожает отказать. Даже, утвержденной вере, становится трудно ожидать проявления величия Божьего вне пределов, уже пережитого прежде.

Велика опасность того, что мы, подобно Марфе, станем протестовать: "Господи! Уже смердит". Когда Он велит нам отвалить камень от входа в гробницу. Божье величие и на этот раз окажется превыше нашего опыта. Потому Божьи намерения и действия будут казаться нам столь бессмысленными. И где действующая сила Божья попробует и нас побудить к действию, с тем чтобы убраны были камни и жизни был открыт доступ к смерти, там станем и мы, как Марта, противиться: "Господи! Уже смердит"! Убежденность Иисуса натолкнется на наше полное отчаяние, делающее нас неспособными отвалить камень от гроба нашего брата.

Но у Иисуса есть слова и для протестующей души. Он знал - Марфа протестует не из-за принципа, а по незнанию. Догматика о воскресении, в которой Марфа была утверждена до сих пор, затрудняла ее понимание слов Иисуса о жизни и воскресении. Если бы она поняла, что Он сам есть воскресение и жизнь и способен уже сейчас сделать то, чего она ожидала от Него, лишь в день всеобщего воскресения, то она не стала бы противиться Ему. Догматизированные традиции способны ввергнуть верующих в неописуемо трудные душевные конфликты. Они способны заставить нас противоречить даже в моменты, когда Божье величие желает проявить Свою славу победой над властью Смерти через воскресение нашего брата.

Лишь Иисус не дал удержать Себя противлением Марфы. Он воззвал в открытый гроб: "Лазарь! Иди вон". И враз поднялся умерший, повитый погребальными пеленами, в которые его облекли любящие руки "Развяжите его, пусть идет," - велел затем Князь Жизни. То, что Лазарю с любовью было дано как умершему, не годилось уже для живого. Так смерть была побеждена жизнью, и глаза Марии и Марфы увидели величие Божье через дела их Учителя.

Призванный на трудное служение

И отвечал Моисей и сказал: а если они не поверят мне, и не послушают голоса моего и скажут: "не являлся тебе Господь?"

Исх.4,1.

Призвание от Бога

Здесь речь идет о призвании Моисея к служению среди своих братьев. Волею Божьей он был поставлен спасителем своего народа. Через него Бог хотел ниспослать Свой ответ на молитвы и вздохи народа, обращенные к Нему. Моисею надлежало стать той личностью, через которую Иегова хотел благословить порабощенную нацию, дав ей познание исцеления и социальное спасение.

Не Египет был, до сих пор, помехой Богу в Его желании вывести народ Израиля из рабства. Препятствием был прежде всего сам народ и еще служитель, которого Бог хотел послать этому народу. Пока Израилю в Египте жилось хорошо - Богу не представлялось возможным вывести его из рабства на свободу.

Когда же египетское ярмо стало невыносимым и Израиль, осознав собственное бессилие, готов был дать Богу возможность спасти себя, то тогда уже не было больше силы, способной длительно воспрепятствовать спасению Израиля. Вздыхающая о свободе душа, всегда найдет широко открытую дверь своего спасения. Для Бога не представляется сложным разобраться с этим миром, который держит Его народ в порабощении, лишь бы Ему прежде разобраться с самим народом, настроить его внутренне на Божьи спасительные планы и помышления. Поэтому речь шла здесь о почетной миссии, которую Бог сам собирался возложить на Моисея, призвав его к себе на служение. Бог был вынужден употребить сорок лет пастырского служения пустыне для того, чтобы избавить этого человека с сознанием собственной силы от него самого. Мы знаем, о том как Моисей с юных лет вынашивал в сердце стремление служить своему угнетенному народу. Как страстно желал он, еще будучи принцем, освободить своих братьев от их невыносимого ярма. Но путь, который он избрал, привел не к победе над египтянами, а к бегству от них. Бегство от мира есть еще далеко не победа над ним. Моисею пришлось испытать на собственном горьком опыте - где наши собственные силы обретают значение, там они приводят и нас самих, и других людей в глубокое замешательство. Они не упраздняют наше рабство, но лишь усугубляют его. Потому, что они действуют плотскими орудиями. Властью же плоти невозможно совершить подвига освобождения братьев. Когда Моисей, ревнуя о своем народе, убивает египтянина, то этот поступок не приносит освобождения братьям, а наоборот - еще усиливает их гнет.

Но у Бога есть время и для личностей, подобных Моисею, чтобы и их сделать действительно маленькими и пригодными для использования. У Него есть время и для нас. После сорока лет пастырского служения, Моисей сделался воистину маленьким. И тогда Бог призвал его. Жизнь, которая наконец была освобождена от самоуверенности и сознания собственной силы, могла лишь с этого времени быть поставлена Богом на свое столь высокое служение. Нет более приятного служения и цели жизни более чудной, чем та, при котором мы получаем возможность внести свой небольшой вклад в дело освобождения других людей. Наша душа наслаждается чудесной радостью и вдыхает небывалый мир, когда после успешно завершенного служения замечает, что от нее исходили силы, несущие другим вечное и совершенное освобождение. Ее ощущения подобны тем, которые имеет плодоносное дерево, отдав осенью свои зрелые сладкие плоды и теперь, испытывая внутреннее удовлетворение, наслаждается заслуженным отдыхом, возносит вверх свои уставшие члены и черпает в тиши новые силы для нового служения. На такое же приятное служение призвал Бог и Моисея. Израиль должен был быть выведен из под рабства Египта и поставлен под господство и водительство Бога. Но Моисей говорит: "А если они не поверят мне, и не послушают голоса моего, и скажут: "Не являлся тебе Господь?" Как ни приятно было служение, которое Бог собирался сделать заданием жизни для своего слуги - Моисей все же упирался. Вдруг он видел непреодолимые препятствия на пути, лежащем перед ним. Когда-то он хотел служить своим братьям, теперь же, когда Бог призывал его, он совсем потерял мужество. Моисею и не снилось - как легко может Господь преодолеть те препятствия, которые заграждают путь нашему служению. Он не знал, что эти препятствия были частью Божьего плана, чтобы стать основанием, на котором надлежало открыться Его силе и славе.

Как только мы сами будем готовы встать на тот путь, на который мы посланы, чтобы выполнить Божьи задания - с тех пор у Бога больше не будет непреодолимых трудностей.

Из побежденных Он делает победителей и возлагает на них миссию носителей благодати для порабощенных - братьев своего народа.

Конфликты пророка

Очевидно, Моисей позволил, поначалу, своему старому опыту повлиять на себя. Ведь в области попыток освобождения он был не без опыта. И этот опыт привел его к убеждению, что он не способен спасти свой народ. Он сделал открытие, что даже его братья не доверяют ему. Эти переживания глубоко врезались в его память и теперь, когда Бог решил использовать его, ожили в его душе заново. Моисей был убежден, что он не обладает ни внутренними силами, ни степенью правомочия, которые нужны для того задания, которое Бог пожелал возложить на него. Жизненный опыт Моисея, накопленный им прежде, не оказался источником новой жизни для его томящихся братьев. Этот опыт был теперь в более значительной мере тем источником, из которого моисеево "нет" черпало свою силу. И неверие имеет источники, из которых оно питается и силы, которыми оно живет. Оно основывается на истории, на прошедшем, оно очень логично в своем суждении, последовательно в своих действиях и правоверно в своем благочестии. Но об одном обстоятельстве неверие постоянно забывает - о том, что Бог рассчитывает не на наше умение, а на Свое - Божественное. Если бы Богу, в то время, когда встал вопрос о спасении Израиля, пришлось рассчитывать на старого Моисея, то из этого, скорее всего, ничего бы не получилось. Но Бог видел - то чем Моисей был прежде, он в будущем уже никогда не будет. Собственные силы Моисея, равно как и его пыл, были отвергнуты Богом. Но сам сосуд, как таковой, Бог не отверг. Его желал Бог, в свое время, наполнить новым содержимым, новой силой. И Господь знал, что тогда Моисей станет служить своим братьям не собственными старыми, а новыми Божественными средствами. Они же, эти новые силы и средства, будут означать для всего угнетенного народа исцеление, жизнь и свободу.

Величие благодати состоит в том, что она никогда не спрашивает о нашем прошлом, но о нашем будущем. Она не смотрит на то, чем мы были прежде, а на то, чем мы станем в последствии. Найдет она для себя возможность вторгнуться в нашу жизнь со своим преобразующим и созидающим заново воздействием, то и Савлово прошлое перестает быть для нее препятствием тому, чтобы из этого сосуда создать апостола, который больше всех потрудился для того, чтобы погибающий мир нашел во Христе своего спасителя. Церковь еще сегодня живет тем непреходящим наследием, которое оставила его миссия.

Потому и мы не имеем представления о том, что Бог в состоянии сделать с нашей бедной обанкротившейся жизнью, если она когда-либо попадет в Его руки и Он наполнит ее новым содержанием. Ибо Он есть не только Бог прошлого, но и Бог настоящего. То, что Бог совершал во времена пророков и апостолов. Он в состоянии совершить и сегодня. И сегодня еще Он призывает своих пророков от плуга и с гумна, забирает их от овечьего стада и преобразует их в инструмент, посредством которого Он может благословить вздыхающих благодатным спасением и осуществить начало нового этапа исцеления. Ибо, как только в Его распоряжение попадают уста пророка, способного пророчествовать и на поле полном костей, тогда вдруг слышен шум и происходит движение среди истлевших останков, тогда в истории происходит новое воскресение. С того времени, как Он находит Моисея, которого Он может послать к воздыхающему народу со своим божественным спасительным планом, прекращается влияние египетской власти, которое способно было бы надолго воспротивиться часу освобождения и возрождения порабощенного народа. Если Бог всего творения располагает созидающими силами, то никакой ужас разрухи не способен помешать Ему создать новый мир на развалинах старого. Моисей, осознав себя призванным, преткнулся все же о неверие своих братьев: "Если они не поверят мне, и не послушают голоса моего, и скажут: "не являлся тебе Господь?"

Рассуждения Моисея были не безосновательными. Он думал о том опыте, который он приобрел среди своего народа сорок лет назад. Тогда он натолкнулся на непонимание среди своих братьев. И он знал, каким безуспешным может быть служение, если тот, кто пытается его осуществить, не располагает для этого народным доверием. Ему одному осталось неизвестным, чего достиг Бог среди его народа за все эти годы. Этот народ теперь уже не был тем, чем он был тогда. Теперь он ждал того часа, когда придет кто-либо с тем, чтобы по воле Божьей, совершить служение ради спасения. И мы очень часто ищем в расположенности других людей повода для отклонения служения, предложенного нам Богом. Бог разрешил первую проблему Моисея. Тогда Моисей привел вторую. "О Господи, человек я не речистый, и таков был и вчера и третьего дня, и когда Ты начал говорить с рабом твоим: я тяжело говорю и косноязычен".

Но Господь желал получить больше, чем способности и дарования своего слуги. Он желал получить его самого. И не способностями, которых у него не было, должен был служить он своему народу, но теми, которые у него были. Бог знал своего слугу. Он с самого начала его жизни наблюдал за ним и заботился о том, чтобы Моисей был сохранен для его служения.

Моисей же полагал, что без дара красноречия ему в его служении не обойтись. Но какое чудесное обетование связал Бог с той оговоркой, которую привел Моисей! Признал ли Бог косноязычие уважительной причиной отказа Моисея? Моисей обратил внимание Бога на значительный недостаток в своей жизни, Бог же предложил вниманию Моисея полноту в себе самом: "Итак пойди; Я буду при устах твоих, и научу тебя, что тебе говорить".

Так надлежит недостаткам, которые мы сами в себе открываем, быть замененными переполняющим изобилием, которое есть во Христе. Господь не привязан к нашим дарованиям и способностям. Он не пренебрегает ими, когда они посвящаются Ему, но спасение душ и священническое служение Он не делает зависимым от них. Как часто мужи, обладавшие лишь незначительным дарованием, но зато имевшие пламенное сердце, переполненное любовью, совершали для Царства Божия и для мира значительно более великое, чем те, которые из-за их особой одаренности, казалось, были призванными к чему-то великому. Господь желает на основании наших слабостей проявить совершенство Своей собственной силы. "Ибо, когда я немощен, тогда силен". Этому обетованию надлежит стать славой всех тех, которые служат Ему.

Затем Моисей создал Богу еще одну трудность - "Господи! пошли другого, кого можешь послать." - она была наибольшей. Она исходила из своевольного сердца, из подсознательного непослушания. Она была его несломленной волей.

"И возгорелся гнев Господень на Моисея". Господь никогда не гневается на нашу несостоятельность, которую мы Ему открываем. Он принимает во внимание наши телесные слабости, наше ограниченное умение, недостаток наших знаний, наши ничтожные средства. Он обращает наше внимание на то, что Его сила совершается в нашей слабости. Но Господь гневается на наше сознательное непослушание. Если мы не избавимся от этого горького корня, то навсегда останемся непригодными для царского служения нашему Богу.

Но как совмещает Господь Свою святую непоколебимость со Своей милостью и дружелюбием! "Разве нет у тебя Аарона, брата Левитянина? Я знаю, что он может говорить, и вот, он выйдет на встречу тебе и, увидев тебя, возрадуется в сердце своем". - сказал Господь Моисею. Если Моисею не достаточно было того, что Господь хотел быть при устах его, что он по-прежнему полагал не справиться со своим служением без дара красноречия, то этот дар должен был быть предоставлен ему в образе его брата Аарона. Но более того! Моисей был уверен, что столкнется с неверием в сердце своих братьев, но то, чему надлежало произойти было совершенно другим! Первый, который повстречается ему, должен будет возрадоваться в сердцем своем.

Самые большие трудности никогда не находятся вне, но всегда внутри нас самих. Как только Бог разберется с нами самими, то прочие трудности уже не будут составлять для Него большого труда.

И сегодня, как некогда прежде, стоит Великий Спаситель и Учитель на рыночной площади жизни. Он ищет служителей для своего народа, работников для своего виноградника, пророков для мира, священнические души для труждающихся и обремененных, сестер милосердия для больных, милостивых самарян для избитых. Таких служителей - больших и маленьких - высматривает с тоской сегодняшний мир. Следует сказать, что ожидающих больше, чем мы себе можем представить - ожидающих пока придет кто-нибудь по поручению Божию и с Божьим полномочием, для того чтобы послужить им. Кто слышит более, чем шум толпы сегодняшнего времени, тот различит жалобные вздохи, вздохи человечества о спасении, вздохи всего творения об освобождении подлинных чад Божьих, о котором апостол Павел так проницательно повествует нам в восьмой главе послания к римлянам. Потому, когда мы услышим Божий зов, пусть ответ наш не будет похож на ответ Моисея: "Господи! Пошли другого, кого можешь послать". Чем громче становится стук Божий в нашу дверь через нужду нашего времени вопрошающий: "Кого Мне послать? и кто пойдет для нас?" Тем отчетливей пусть будет наш ответ подобно Исаие: "Вот я, пошли меня. "Конечно, не все мы можем стать пророками для народа, как Моисей и апостолами церкви, как Павел. И то мне неизвестно, какого рода служение вложит Бог в твою жизнь, возможно оно будет большим, возможно маленьким. Но я знаю одно, что всякое служение, желанное Богом, содержит в себе избавительные силы, которые несут нечто Божественное в глубину человеческого ничтожества, силы вечности во внутрь убожества человека. Там же, где действуют вечные силы, там восстают и творения непреходящей цены, там человек испытывает на себе воздействие сил снимающих оковы, которые делают его свободным от вины, от порочной привязанности, от обмана и всего преходящего, сил, которые помогают ему найти свой источник новой жизни - в Боге. Там, где восстают апостолы и пророки - там давно прошедшее сохраняет свою актуальность, так, что начавшиеся в первый день пятидесятницы, деяния апостолов находят желанное Богом продолжение в современности.

Служебные пути веры

И Моисей пошел. Правда, лишь после долгой борьбы, лишь после того, как Бог устранил причины всяких оговорок, лишь затем, как Бог открыл глазам его всю серьезность его нежелания идти. Ибо, если кто-либо сознательно избегает Бога и предлагаемого Им служения, тот никогда больше не сможет найти постоянного спокойствия. Продолжительное противление Богу влечет эта собой продолжительное отсутствие покоя. Моисей позволил Богу переубедить себя, и в последствии был за это благодарен.

И все же, путь Моисея был не без трудностей и не без терниев. Как выяснилось - кто отдает себя на служение, как пророк и пастырь народа, тот должен считаться и с лишениями, как пророк. Кто хоть раз попытался вывести своих братьев из старого устоявшегося порядка вещей, который сохранившись неизменным - неизбежно привел бы их к погибели, с тем, чтобы дать им новое основание исцеления и свободы, тот знает, что подобная миссия связана для ее исполнителя с постоянными неописуемыми конфликтами из-за неуравновешенного воззрения братьев. Необходимо сказать о Моисее, что он был тем человеком в Израиле, которому пришлось нести самое трудное бремя. Даже его брат Аарон и сестра Мариамь начали однажды ссориться с ним. Когда на пути спасения возникали лишения и трудности, то по мнению народа во всем был виноват Моисей, порой его даже собирались побить камнями. Настроение народа было испокон веков непредсказуемым, даже в царстве Божьем. Моисей же осознавал себя посланником Бога - не народа. И это делало его таким стойким в его служении, таким уверенным в его следовании к цели, таким сильным в его испытаниях. Он оставался независимым от непостоянства в настроении своего народа, во всех вещах, которые окружали его или ожидали его впереди он сверялся с Божьим сердцем. Так из его служения образовывался плод во сто крат. Его путь оказался не напрасным. В Моисее Бог нашел друга Себе и пророка для народа Израилева.

Напрасно служил народу?

И вот, было к нему слово Господне, и сказал ему Господь: Что ты здесь, Илия? Он сказал: возревновал я о Господе Боге Саваофе.

3 Царств 19,9.10.

Пожалуй не было еще пророка Божия, который не находился бы порой под гнетущим впечатлением, что его миссия напрасна, что его служение осталось бесплодным. И могущественный пророк Илия находился однажды под таким впечатлением. Ибо, поскольку он способен был объять глазом духовное состояние народа - постольку вынужден был признать, что на этот раз он напрасно служил своим братьям и ревновал о своем Боге.

У него не было недостатка в мужестве и решительности. Подобно скале, что возвышается над поверхностью моря, стоял он посреди потока плотских побуждений своего народа. С необычным мужеством решился он представлять интересы своего Бога, потребовав у своих братьев окончательного решения. Но мужа, который вчера еще имел смелость бросить вызов царю и народу: "Долго ли вам хромать на оба колена? Если Господь есть Бог, то последуйте Ему; а если Ваал - то ему последуйте", - находим на следующий день под можжевеловым кустом в пустыне и слышим его причитания: "Возьми душу мою, ибо я не лучше отцов моих".

Темное время

Мы сможем несколько лучше понять пророка в его поверженном состоянии, если попытаемся представить себе, в какое темное время ему надлежало осуществлять свое служение. В то время плоть торжествовала над духом. Как царь Ахав, так и царица Иезавель стали послушным орудием плоти. Из-за них заглушалось и оттеснялось в сторону любое воистину духовное поползновение Израиля. Ваал стал в Израиле богом. Пророки Ваала заступили на место пророков Божьих и подчинили народ своей власти. Истинные слуги Божьи утратили в стране все свои права и их жизнь могла быть сохранена лишь в потаенном убежище. Тот из народа, который осмеливался противиться плотским страстям и сохранял верность закону Божьему, обезвреживался, подобно Навуфею путем хитрости и обмана. Никакого гражданского достоинства не оказывалось достаточно, чтобы уберечь от опалы того, кто бывал разоблачен в нежелании поклониться принципам и могуществу побуждений плоти, ради Божьей истины. Каждый, кто имел духовные убеждения, рассматривался как враг народа и государства.

Когда Илия, по воле Иеговы, предстал однажды перед лицом Ахава, то тот встретил его словами: "Нашел ты меня, враг мой!" В другой раз царь встретил пророка словами: "Ты ли это, смущающий Израиля?"

И это примечательно для человека, живущего по плоти, что вину в невзгодах и трудностях он всегда ищет в другом, но только не в самом себе. Плотское воззрение не знает чувства собственной вины. И по сей день плоть постоянно возлагает всю вину за существующие непорядки и проявления суда Божьего, на носителей Божьей истины. Она не видит того, что сама есть причиной духовной засухи и извращений в Израиле.

Победа веры на горе Кармил

Но и для столь темных времен имеются у Бога свои пророки. Где плоть достигает величия, там Бог дает возрасти духовным служителям Себе - еще более великим. Где все духовно-живое отступает пред властью плоти, из страха быть уничтоженным, там формирует Бог Себе характеры, которые имеют мужество поставить Ахаву клеймо на его совесть и на его жизнь, говоря что он сам есть тот, кто смущает народ Израиля. В то время, как весь народ поклоняется Ваалу, пророк Божий пишет на свое знамя: "Жив Господь, Бог Израилев, пред которым я стою!"

Такому мужу дает Бог в то темное время восстать, среди ставшего плотским народа, повелевая ему служить светильником истины. Через Илию Бог привел хромающий на обе ноги народ Израиля, вместе со своим царем, к осознанию необходимости принять решение. Бог долготерпелив ко своим заблудшим детям, но в конце концов, им приходится решать - покаяться ли и служить Богу, или же закоснеть в своих плотских взглядах.

Когда весь народ вместе с царем и всеми пророками Ваала собрались на горе Кармил, тогда Илия встал перед народом и сказал ему: "Долго ли вам хромать на оба колена? если Господь есть Бог, то последуйте Ему; а если Ваал - то ему последуйте". Затем он сделал всему собранию предложение - определить истинным Богом того, который даст ответ огнем. И весь народ отвечал: "Хорошо".

Несмотря на то, что Илия один противостоял 450 пророкам Ваала и царю со своим народом, страдающим духовным непостоянством, он был полон мужества и убежденности, что рука Господня одержит победу. И Бог не оставил Своего слугу в разочаровании. Когда на неудачу вааловых пророков, после молитвы Его слуги, Он ответил огнем, то весь народ пал на лице свое и сказал: "Господь есть Бог, Господь есть Бог!"

Из-за этого потрясающего события весь народ был объят таким страхом, что никто бы и не осмелился поднять руку или голос против пророка, когда он совершал суд над пророками Ваала у потока Киссон. Не удивительно, что Илия ожидал, после такой победы, восхождения утренней зари нового дня для своего народа. Но религиозная воодушевленность народа на протяжении всей истории, еще никогда не была его духовным обновлением.

Тяжелое разочарование

Насколько же иначе все обернулось! Не день покаяния и поклонения разгорелся, но опустилась ночь очерствения и суда Божия. Когда Ахав, возвратясь домой, поведал царице Иезавели о происшедшем в тот день, то ее ярость на пророка не имела границ. Она решила погубить его.

Свое решение против истины царица приняла давно. Потрясающие события, подобные тому, которое произошло на горе Кармил, больше не производили на нее впечатления. Они не вызывали у нее потребности преклонения, а лишь возмущение. Испытания все возрастающей силы, которые возлагал на нее Бог, производили в ней лишь созревание убежденности противника Божьего, непременно ведущее к ожесточению и суду. Когда Илия узнал о решении царицы и ее клятве, то был глубоко разочарован. Одержав чудесную победу на горе Кармил, Илия также пошел в Изреель. Возможно его сердце радовалось тому, что ему удалось весь народ привести обратно к Богу. Но здесь он встретился с несломленной властью восстающей плоти. В своей ненависти и своем возмущении против истины она поклялась убить его за то, что он осмелился совершить суд над тем, что она любила.

Тогда Илия встал и пошел ради спасения своей жизни. Он ушел в пустыню, сел под можжевеловый куст и просил у Бога для себя смерти. "Довольно уже. Господи; возьми душу мою".

Но Господь во всякое время понимал своих служителей, даже и в такие моменты, когда вследствие глубокого разочарования они переживали душевный упадок и теряли всякое мужество к дальнейшему служению. Он понимает и нас. Возможно, и мы однажды взяли на себя служение с полной уверенностью в Господней победе. Мы вложили все наши силы, всю душу в работу, лежащую перед нами. Господь уделил и нам полномочия, как Илии на горе Кармил. Но плод, который, казалось, был уже почти осязаем, все же отсутствовал. Тогда и мы готовы были оставить ставшее нашим призванием пророческое служение. Как Петр, возвращались мы тогда к старым рыбацким сетям и готовы были лов "человеков" поменять обратно на починку сетей. Оно и проще, чем завоевать человека и не принесет нам глубоких внутренних конфликтов и разочарований. И потому, что Господь понимает нас в нашей слабости, поэтому и не осуждает нас, но укрепляет и ободряет своих уставших слуг и вновь снабжает их всем необходимым для новых служении.

Укрепление сил на горе Хорив

Господь знает, где найти своих уставших слуг и у Него есть Ангел, который принесет Илии кувшин с водой и лепешку для подкрепления. Когда пророк, проснувшись, нашел эти Божьи дары, то встал, поел и напился и обрел сил для путешествия к горе Хорив, которое длилось сорок дней и сорок ночей.

Здесь, у горы, он удостоился чудесной встречи с самим Господом. На неизведанном пути, по которому Илия был водим на протяжении прошедших дней, ему суждено было пережить благословение, какого он давно уже не получал. Здесь он научился понимать Бога, как никогда прежде. Бог позволил ему заглянуть в потайную мастерскую Своего Духа и открыл ему чудесную тайну Он показал ему суть и содержание Божьих действий. Если там пророк и оказался на грани истощения его собственных сил и средств, то здесь ему было показано, что сила Божья еще далеко не достигла своих пределов. Когда Илия пришел к горе Хорив, то Господь спросил у него: "Что ты здесь, Илия?" Трудно сказать, чего в этом вопросе было больше удивления или укора. Возможно, этим вопросом Господь хотел сказать: "Илия, не знал ли ты, что Я в состоянии был укрыть тебя и от угрозы всего могущества Иезавели. Разве ты забыл, как Я сохранил и уберег тебя во времена засухи? Что же ты делаешь теперь здесь? Нет ли для тебя работы среди Моего народа, как раз теперь, когда он стоит под влиянием глубоких впечатлений от пережитого на горе Кармил?"

Возможно, именно на это желал Бог обратить внимание Илии Своим вопросом. Илия ответил Богу следующими словами: "Возревновал я о Господе, Боге Соваофе; ибо сыны Израилевы оставили завет Твой, разрушили твои жертвенники, и пророков Твоих убили мечом; остался я один, но и моей души ищут, чтобы отнять ее".

В эту жалобу была вложена вся боль его души. Вся его работа была напрасной, и его служение оказалось бесплодным. Он знал о себе, что остался верным в своем служении, что сердце его пылало любовью к своему народу, что ревность его была чистой пред Богом. Но все выглядело таким напрасным. Кто из служителей и служительниц Божьих не получал возможности пережить, хотя бы однажды, нечто подобное. В мире или же в среде тех из Господней церкви, которые стали плотскими, часто наступают времена сумерек, когда кажется, что Духу Господнему уже никогда не пробиться со своей очистительной и оживляющей силой. И когда в час благодатного испытания победа милости и исцеление народа кажутся такими близкими, как то было на горе Кармил, и в итоге снова приходится с болью в сердце наблюдать, как плоти вновь сдаются позиции и уступается господство, тогда пророка Божьего угрожает покинуть всякое мужество, как то было и с Илией.

Когда Господь встретил пророка у Горы Хорив, то заговорил с ним языком чудесных природных явлений. Пока Илия ожидал в своей пещере, пронесся сначала ураган, но Господь не был в нем. Когда ураган прошел, началось мощное землетрясение, поколебавшее все, но и в нем не был Господь. За землетрясением следовал сильный огонь, но Господь не был и в огне. Затем повеял тихий ветер, услышав его, Илия закрыл лицо свое милотью и вышед, встал у входа в пещеру.

Эти события имели глубокое значение и позволили пророку познать тайну действия его Бога. Илия страстно желал увидеть основательное покаяние и обращение своего народа. Во всех его стараниях было единственное намерение - привести ставший плотским народ обратно к его Богу. Очевидно, Илия верил, что это благословение может придти лишь путем необычайных потрясений. Но теперь ему надлежало узнать, что Божьего благословения на этом пути не найти. Бог действует тихо и ласково и воспитывает в темнейшее время остаток Себе - семь тысяч, колена которых не преклонились перед Ваалом и уста которых не лобызали его. Возможно и мы чувствовали себя порой одинокими, как Илия и думали, что нас никто не понимает и, что нам не найти никого, кто имел бы такую же тоску в душе, как и мы. И, лишь когда Бог открывает нам глаза на сокровенный труд Своего Духа, тогда мы узнаем, что среди Божьего народа есть еще тысячи таких, в которых Бог Духом Своим произвел такие же побуждения и такой же духовный плод, как и в нас самих. И если даже Его благословение пришло иным путем, чем мы себе представляли, то все равно мы можем видеть - Бог достигает Своей цели, причем тем путем, который Он избрал для Себя. Чего не смогли достичь ни буря восторга, ни потрясающие события, ни жаркие языки пламени - достигает Бог тихим сокровенным воздействием Своего Духа. Лишь когда наше внимание и наши надежды уж более не будут сконцентрированы на тех путях и средствах, которым мы бы отдали предпочтение ради пробуждения и духовного возрождения Его народа, тогда Бог откроет наши глаза и позволит нам увидеть те средства, с помощью которых Он желает и может произвести ожидаемое воздействие. "Не воинством и не силою, но Духом Моим", - сказал Господь, обращаясь к Зоровавелю (Зах. 4,6).

После того, как Господь открыл пророку сию тайну, то послал его обратно на труд над новыми Божественными заданиями. В Дамаске он должен был помазать Азаила царем над Сирией, в северной части царства десяти колен - Ииуя царем над Израилем и призвать Елисея своим преемником. Также и для нас есть еще у Бога служение. Если и мы стоим на границе наших возможностей, то нам следует знать, что у Бога есть еще большие превосходные величественные планы, которые, несмотря на все мнимые поражения Царства Божьего, Он непременно осуществит. И Он желает, чтобы мы были свидетелями того, как Он, посредством суда и милости, благословит мир и поведет его на встречу новому благодатному времени. Лишь тот, кто обрел будущность от Бога, способен нести в себе весть о будущем для своих потерявших надежду и мужество братьев и направить взор ожидающих на грядущее, которое сущностью своей превозможет суды в настоящем.

Путь на Голгофу - путь добровольной жертвы

С того времени Иисус начал открывать ученикам своим, что Ему должно идти в Иерусалим и много пострадать... И отозвав Его, Петр начал прекословить Ему: "будь милостив к Себе, Господи! да не будет этого с Тобою!"

Матф. 16,21.2.

Непонятое мессианское служение Иисуса

То, что путь Иисуса был нелегким - это Его ученики заметили давно. Пути пророков всегда есть пути одиночек.

Народ толпился вокруг, внимая жадно, труждающиеся и обремененные облегченно вздыхали, услышав Его весть, в сердце же старейшин народа имело место лишь чувство пренебрежения к сыну Марии из Назарета.

Иисус слишком слабо воплощал представление о благочинности того времени. Он мало соответствовал желаниям, господствовавшего тогда духовного направления. Ведь учили же тогда стражи закона, что соблюди народ хотя бы две субботы подряд как положено, то непременно наступит царство Божье. Иисус же объяснял, что Сын Человеческий не призван быть рабом субботы. Он не связывал ожидания народа и его пробужденную совесть со старыми традициями, но наоборот - сносил преграды, которые на протяжении веков нагромоздила между народом и Богом фальшивая набожность.

Царство Божье, в котором обитал Он сам и которое Он нес народу, имело иной характер. Оно должно было не порабощать, подобно израильским преданиям, а освобождать, не делать безвольным, а воодушевлять, не связывать, а расковывать. Если, благодаря преданиям, исполненный ожидания и надежды на спасение народ был вновь и вновь приводим к вопросу о том, что человек может принести Богу, то Иисус, Своей новой Благой вестью, обращенной к труждающимся и обремененным, к мытарям и грешникам, желал прежде всего показать народу, что Бог хочет ему дать. Ибо Иисус знал, что царство Божье может иметь начало в человеке лишь тогда, когда дар животворных небесных сил станет его уделом.

Но такого рода миссия Иисуса никогда не устраивала закосневшее в законности и омертвевшее правоверие. Оно по-прежнему связывало царство Божие с тем, что человек совершает по отношению к Богу, а не с тем, что Бог совершает в самом человеке. Само оно (правоверие) живет лишь тщательностью соблюдения внешних обрядов и законоположений, уставов, ставших историей и видит во всяком отклонении лишь попытку поколебать царство Божье. Поскольку оно хранило лишь опустевшие формы прежней жизни, самого же духа жизни давно утратив, то оказалось неспособным наполнить новые мехи новым вином, то есть облечь пробуждающуюся жизнь грядущего Божьего царства в новые формы.

Ученики знали, что Иисус был непонятен для фарисеев и книжников. Ибо какой новизной сияла та жизнь, которую Иисус нес - Своим Духом, своей любовью, своей речью и своими действиями - иудейскому народу того времени! Но как мало значила враждебность книжников и фарисеев для наступления и прихода Божьего царства, если народ воистину видел в Иисусе своего Мессию. И действительно, все больше становилась толпа тех, которые от нужды и духовной тоски желали обратиться к пророку из Назарета. С растущим воодушевлением толпы, возрастала и убежденность учеников в победоносном начале и завершении устроения царства Божия.

Мы вряд ли можем представить себе, как подействовали на них слова Иисуса, когда Он, всему вопреки, сказал однажды, что Ему надлежит идти в Иерусалим и там много пострадать от старшин, первосвященников и книжников и быть умерщвленным и на третий день воскреснуть.

Путь ли новых страданий должен стать продолжением и завершением того чудесного Божьего царства, зарю которого они наблюдали на протяжении прошедших недель и месяцев? Это было невозможно. Когда Петр услышал это, то отвел Иисуса в сторону и сказал Ему: "Будь милостив к Себе, Господи! Да не будет этого с Тобою!" Вероятно, что и другие ученики думали также. Петр лишь выразил словами то, что думали все. Сказанное Иисусом в корне противоречило их ожиданиям и представлениям, которое они имели о наступающем царстве Божьем.

Ведь Божье царство только начало проявляться в своем величии. Как радовались они при виде хромых, которые начали ходить, слепых, ставших зрячими, огромной толпы, утолившей голод несколькими хлебами, или когда народ, в глубоком изумлении от слов их учителя, свидетельствует, что Он учил их как власть имеющий, а не как книжники и фарисеи.

Мы можем понять то молитвенное благоговение, которым были объяты Его ученики, ставшие свидетелями событий того времени. Ведь теперь о царстве Божьем можно было говорить не только как о царстве которое приблизилось, но как о том, которое уже здесь. Ибо хромые ходят, прокаженные очищаются, мертвые воскресают, связанные избавляются от их цепей и нищие зрят день их избавления. Наконец стало зримым так горячо ожидаемое и слезновымоленное Божье царство на земле, народ смог увидеть зарю дня Мессии - дня спасения. Предсказанное пророками сотни лет назад стало сбываться.

Протест убеждений Петра

Неудивительно, что ученики ожидали безусловного продолжения того, что уже началось! Если начало было столь славным и превосходным, то каков же будет венец, полное завершение! И тут Иисус вдруг неожиданно говорит о том, что будет отвергнут, о своей смерти, о своем уходе. Неужели дело жизни Иисуса, имевшее столь славное начало, должно завершиться столь позорным публичным поражением? Неужели враги должны вновь завладеть чуть только родившимся новым царством, распять Мессию? Явившийся на землю сын Давыдов должен умереть?

Не предсказывал ли Исаия, что владычество будет на раменах Его и что царствие Его будет установлено от ныне и до века? Могли бы мы это понять, было бы нам ясно, что осуществление слов Иисуса о Его пути страданий, должно стать продолжением того Божьего царства, о котором говорили пророки с пламенем и тоской ожидания в сердце? Я уверен, что и мы, подобно Петру, ответили бы: "Да не будет этого с тобою!"

И все же не Божьи, но человеческие помышления говорили в Петре. Отвращаясь от него, Иисус сказал ему: "Отойди от меня, сатана! Ты Мне соблазн, потому что думаешь не о том, что Божие, но - что человеческое".

Это было жесткое слово Учителя, обращенное к одному из своих самых восхищенных учеников! И все же оно уместно в виду духовного состояния Петра в этот момент. И человеческое воззрение способно порой ревновать об Иисусе, но приемлемым для Бога из-за этого оно не станет никогда. Даже и в своем ревновании о Боге, плоть останется лишь плотью, и есть в своей сути враждебной Богу.

Иисус знал, что лишь на этом пути - пути страданий, лежит исцеление мира и будущее Божьего царства и, что крест есть точкой перехода к возвышенному служению, жизни, силе. Потому и был Он готов идти по этому крестному пути. Он знал, что за ночью страстной пятницы, воссияет пасхальное утро, что жизнь в воскресении лежит по ту сторону смерти. Он знал также, что Его путь будет означать не погибель, а ни с чем не сравнимую победу царства Божия в будущем. Поэтому Он был готов пожертвовать настоящим, чтобы обрести непреходящее для себя и для мира в будущем.

Теперь мы знаем, что ни ученики, ни церковь Божья, ни весь мир не понесли урона от того, что Он пошел. Его путь Агнца был приобретением для всех. Пшеничное зерно, готовое добровольно отдать свою жизнь, стало неисчислимым плодом. Мессия Израиля стал спасителем всего мира. Пророк из Назарета стал первосвященником в вечности по чину Мелхиседека.

Благословение путей добровольной жертвы

Мы же все это знаем. Но имеем ли мы также и представление о том, как близки к нам эти истины, как тесно связаны они с нашим духовным становлением и созреванием? Ведь и наша вечная жизнь, наше Божье царство будущности лежит только на пути агнца. Путь же агнца, есть путь добровольных мук и сознательной жертвы Богу.

Внешне Иисус не был принуждаем избрать этот путь. Перед ним лежал выбор между исполненным восхищения признанием и отверженностью всеми. Единственный компромисс с обликом Мессии, соответствующим преданиям, единственный контакт с культовой набожностью господствующего духовного воззрения, лишь одно отграничение от несведущей и грязной толпы - и Иисус стал бы самым почитаемым предводителем народа и закон о праведности того времени. Но тогда Израиль потерял бы своего Пророка, а мир - своего Искупителя. Иисус никогда бы не стал началом нового человечества, вторым Адамом духовного начала. Он обрел бы настоящее, но потерял бы вечное. Не нести бы Ему тогда вины человечества. В Нем уже не найти было бы страждущему пути к Отцу. Уже не смог бы мир через Него быть выведенным из культовой праведности и давящей законности, к общению с Богом и поклонению в духе и истине. Ибо таким способом строит царство Божие человек и таковы человеческие помышления о вечности. Иисус же пришел, чтобы освободить нас от человеческой сущности и обратить нас на путь Божественных помышлений. Они же всегда ведут на путь самопожертвования и самоотдачи. Ибо Божья жизнь есть сплошное самопожертвование. Все, что когда-либо было уделено миру из откровения, благословений или исцеляющей силы - совершилось путем Божьей самоотдачи. Его слово вновь и вновь становилось плотью, чтобы стать понятным для людей живущих во плоти. Ибо Божий помысел может утратить собственную жизнь, чтобы другие могли обрести жизнь более высокую. Он может сам стать бедным для того, чтобы все богатство божественной жизни стало уделом других. Он готов стать жертвой, на которую, в бешенстве своем, обрушивается вся бездна греха, с тем, чтобы в последствии, попав на свет, предстать перед судом.

Иисус предпочел эту Божественную сущность. Не из принуждения, но из-за добровольного выбора пути агнца. Ни Свою жизнь, ни собственные полномочия Он не почитал уделом, который Ему надлежало сохранить. Более того. Он знал, что все полученное от Отца должно обрести смысл через искупление и жизнь мира, что зерно пшеницы - не упади оно в землю и не умри - останется в одиночестве. Для Него же эта смерть лежала на пути на Голгофу. Потому и отвергнул Он своего ученика столь жесткими словами, когда тот стал для Него искушением. Со своими словами Петр сделался для Господа преткновением, которое, не будь оно столь решительно отвергнуто, стало бы причиной Его падения. Это была человеческая сущность. Кто не способен к самоотверженности, тот никогда не будет в состоянии нести миру вечные ценности.

Всякая Божья истина, всякое духовное благословение, ставшее позже источником озарения и исцеления для человечества, были прежде найдены теми, кто вызвался идти Иисусовым путем. Все то, что они ожидали и предвидели, все то, что наполняло их представления о грядущем, было содержанием их жизни и имело непреходящую ценность, пришествие чего они с нетерпением ожидали - все это так мало соответствовало господствующему благочестию того времени, так сильно отличалось от преданий и, казалось, настолько противоречило пророческим откровениям Бога, что с позиции закона оно было совершенно неприемлемым. Это и было причиной того, что всегда и везде посланникам Божьим приходилось идти этим путем в одиночестве. Это было для них Христовым страданием. Это, зачастую, делало их жертвой измывательства фанатичной набожности и черствости закона.

Таким образом, им представлялась возможность взять на себя крест учителя и идти с ним путь самопожертвования. Но их самоотверженность становилась жизнью для других, их распятая правда - избавительным светом, несущим благословение будущему. Правду, которую предавали осуждению во времена могущества и начинали отыскивать потом, во времена нужды. В них находили избавление от бремени прошлого. Да, одним прекрасным днем причислялись к лику святых те, кто перенес муки рождения этой истины, добровольно возложив на себя свое бремя.

Ибо в них были заключены спасение и жизнь последующих поколений. Они были одинокими пророками прошлого, которые находили у своих современников лишь крест. Но их свет оказывался в последствии тем источником, из которого развалившийся мир мог черпать новую силу и новые перспективы для будущего.

Безразлично с какой стороны к нам подкрадывается искушение и заставляет говорить вместе с Петром: "Да не будет этого с Тобою!", - пусть не будет нами избран путь человеческой сущности, но путь Божий! Кто хочет уделять братьям и миру вечные благословения, тот должен знать, что непреходящие ценности царства Божия могут быть уделены будущему лишь на основании добровольного принятия креста и следования путем самопожертвования. Органическая жизнь всегда рождается в муках. Лишь умершее зерно пшеницы приносит многократный плод.

Тайны небесного царства

"...уничижил Себя Самого, приняв образ раба, сделавшись подобным человекам и по виду став как человек; смирил Себя, быв послушным даже до смерти, и смерти крестной, посему Бог превознес Его и дал Ему имя выше всякого имени"

Фил. 2,7-9.

Так был водим Иисус. С того времени этим путем водима каждая истина в отдельности, также и церковь Господня. Ибо во все времена - история главы была и историей остальных членов.

Избранные Божьи не могут придти к совершенству и созреванию для предстоящих служении каким-либо иным путем, чем тот, по которому шла их царственная Глава. Жизнь от Бога и крестный путь были поэтому всегда тесно связаны.

Этот путь агнца описывает нам здесь апостол и указывает нам на три тайны, связанные с этим путем: ясли, крест и венец. Ибо путь страданий Иисуса простирался далеко за пределы Голгофы. Свое видимое начало он имел в яслях и вел через крест ввысь, к трону.

Ибо всякая жизнь на земле, которая от Бога.

начинается в яслях низлагается у креста и ведет к венцу.

Тот, кто готов потерять свою жизнь, найдет на этом пути жизнь новую - вечную. Те, кто в послушании веры научатся шагать в ногу со своим учителем, тем дано будет узнать, какие воскрешающие силы и царственные служения связаны с каждым добровольным путем самопожертвования.

Тайна яслей

Ясли есть отражение человеческой сущности, униженности, бессилия, самоотрешенности. В них снизошел Иисус. История Иисуса начинается в яслях. Он отверг себя Сам и принял образ раба, стал во всех чертах подобным человеку. Кто мог представить себе, что Тому, которого не могли вместить небеса, нашлось место в яслях? Кто мог бы подумать, что величайшее событие мировой истории возьмет свое историческое начало в яслях?

Верующие Израиля, конечно же, ожидали перелома, который стал бы началом царства Божьего на земле, ожидали пришествия Помазанника на пустующий трон Давидов, равно как и времени обновления пред лицем Божьим. Очевидно, и другие народы там и тут высматривали ту восходящую звезду дома Израилева, того мужа праведности, под скипетром которого и им надлежало найти спасение и исцеление. Но никто не ожидал и никто не мог представить себе новой эпохи исцеления, нашедшей свое начало в яслях. В Иерусалиме да, но никак не в вифлиемском сарае, искали мудрецы с востока новорожденного царя Израиля, звезду которого они узрели на востоке. В их поисках нашли отражение и поиски всего древнего мира. Они отражают также и наши сегодняшние искания.

Лишь небольшая горсть людей из всего народа Израилева увидела в том младенце в сарае Единородного от Отца, исполненного правды и милости. Но и они никогда не стали бы искать Спасителя мира и Помазанника Израиля в яслях, не укажи им свет свыше на то, что произошло в Вифлееме. Великое свершение - откровение Бога во плоти осталось бы и для них тайной - не будь она им в нужный момент открыта Богом.

Но в то время, как весь мир, ничего не подозревая о великом событии в Вифлееме, молча проходил мимо своего Спасителя, эта небольшая горстка уверовавших и осененных Богом глядела на Спасителя мира. Мессию Израиля, Царя славы и поклонялась Ему, как пришедшему спасти Мир от его грехов.

Блаженна и та небольшая горсть, которая и в нынешнее время имеет дарованное Богом чистое око, способное среди событий современности узреть великое становление и возрастание царства Божия, которое всегда возникает подобно младенцу, терпит суд на кресте и все же призвано, ради спасения мира, нести венец славы. Ибо превращение царства Божия в плоть все еще происходит в яслях, а не в дворцах и кафедралях. Царство Божие всегда начинается в образе раба, а не властелина или носителя человеческой мудрости. Оно окружено поначалу человеческой слабостью и бедностью, оно находится (пока) в полной зависимости от любви и ухода тех, к кому оно пришло.

Кто мог во времена средневековья предположить, что великая и многими давно ожидаемая реформация, найдет свое начало в монастырской келье? Что, из-за простого монаха, Мартина Лютера потерпит крушение своей власти римская иерархия и правоверие, точнее сказать, из-за простого свидетельства веры, которое он начертал на знамя своего служения и своей жизни: "Только верой?!" Кто мог предположить, что человек, который в Англии был на двенадцать лет посажен в тюрьму - в своей униженности и подавленности напишет "Путешествие пилигрима" - книгу, которая еще сегодня, следом за Библией, является самой читаемой книгой в мире и стала для очень многих путеводителем к вечной жизни.

Кто мог узреть в началах нынешнего братского движения, когда оно находило свои первые прибежища в деревенском гумне и городском подвале, славу царства Божия, начинавшую разбивать свои шатры среди этой нищеты. Некоторые из тех, которые с верой молились о новой реформации жизни и церкви, ожидали, конечно, начала движения к пробуждению и освящению, но не в этой низости и раболепии.

Кто предполагал, еще 25-30 лет назад, когда простые братья из крестьян: некий Рябошапка, некий Иванов и многие другие, которые ходили по широким степям России из города в город, от села к селу, в сапогах, с посохом в руке и с евангелием под мышкой и в сердце, что их служение должно стать началом того большого евангельского движения штундистов, которое сегодня охватило даже самые отдаленные уголки России? Не много мест найдется сегодня в России, где бы люди ничего не знали об этом благословенном Богом движении, которое очевидно было самой значительной вехой в истории миссионерской работы последних столетий.

И так, жизнь от Бога, начавшись в яслях и приняв образ слуги, служила до тех пор, пока не была пригвожденна ко кресту господствующей властью. Да не поддадимся и мы сегодня обману, когда увидим начало нового благословения, лежащим в яслях, в окружении нищеты и бессилия!

Мощные потоки благословения имели некогда малое начало. Они рождались от маленького одинокого родника. Их окружала слабость и они проявляли еще очень много человеческой сущности в своем начале. Все великие мужи имели некогда свои ясли, в которые они снизошли добровольно, из любви к братьям. Ибо, кто хочет служить людям, должен прежде их стать человеком. Кто, подобно Павлу, не может стать евреем для евреев и еллином для еллинов без того, чтобы впасть в еврейскую самоправедность, или же поддаться опьянению еллинских мудрствовании, тот никогда не найдет пророческого служения, к которому ведут ясли.

Кто может войти в положение ближнего своего без того, чтобы запятнаться его грехом, научиться сносить слабости ближнего и научится делить с ближним его нужду, тот найдет на этом пути агнца чудесное служение самарянина, призванное перевязывать раны сего мира. Такие последователи и последовательницы восполняют на своей плоти недостаток скорби во Христе, потому, что их служение пропитано духом самопожертвования их учителя.

"Евангелие о сокрушенном сердце нуждается в сердцах, расцветших для служения", - пишет пастор Й.ГХоветт - "перестав цвести, мы перестаем благословлять. Если наше сочувствие потеряет свою боль, то мы не можем больше быть служителями мучения...". Мы никогда не сможем исцелить нужду, которой мы не чувствуем. Сердца без слез не способны быть герольдами грядущего воскресения. Мы должны сами кровоточить, если хотим быть служителями Крови Искупления. Ясли - добровольное самоотречение с тем, чтобы стать пророком для других и служителем Божьим - есть первая тайна Небесного Царства.

Тайна креста

Крест есть символ проклятья, позора, суда и смерти. И Иисус был послушен до самой смерти, до смерти на кресте. Дитя из яслей возрастало в благодати и мудрости и в тридцать лет стало мужем, в котором люди увидели великого пророка из Назарета. Когда Он открывал уста, то толпа приходила в волнение, ибо Он учил, как власть имущий, а не как книжники. Встретив нужду, Он противостоял ей властью свыше. Он повелевал ветру и волнам, и они успокаивались. Придя к купальне называемой Вифезда, он спрашивал у человека, страдающего болезнью уже 38 лет: "Хочешь ли быть здоров?" И больной мог встать и, взяв постель свою, идти домой здоровым. Все свое имение истратила на врачей, страдающая кровотечением женщина, но исцеления так и не нашла. Тогда она с верой приблизилась к Великому Исцелителю своего народа и коснувшись края Его одежды, испытала воздействие силы, исходящей от Него, которой она исцелилась.

Такой была жизнь и таким было служение Иисуса, как пророка и врача, посланного и помазанного Богом на служение народу, который Он любил и которому служил с радостью. Он видел народ и видел его нужду. Его сердце ликовало, когда Он мог радоваться с радующимися и плакать с плачущими.

И все же Его служение окончилось на кресте. В тот роковой день можно было видеть Великого пророка из Назарета, безмолвного как агнец, шагающего к месту осуждения. В то же время толпа глумится, насмехается и вопит: "Распни Его"! Лишь немногие были те, которые вместе с ним молчали и плакали. Он приходит к месту осуждения и тут мир возлагает на голову своего Спасителя терновый венок, облекает Его в багряницу. Таким был ответ мира на служение Его любви!

Как же случилось, что Господин Славы был пригвожден ко кресту и уста Великого Пророка из Назарета должны были умолкнуть на древе проклятия? Бедные, больные, угнетенные и опечаленные, хромые и слепые, мытари и грешники поняли Его, но не богатые и сытые, не книжники, не самоправедные - эти Его не поняли. Они предали Его на смерть. И по нынешний день всякая жизнь от Бога снова и снова распинается теми, кто в состоянии одержимости самоправедностью претендуют на право обладания Небесным Царством.

Крест был издавна последним оружием правоверной плоти и мира, против истины. Ответ крестом следует сразу, как только свет истины становится невыносимым. Люди распинали ангелов и уверяли потом, что повешен дьявол. В глазах людей должна любой ценой создаться видимость богодухновенности и борьбы за спасение истины, в действительности же, имело место ее осуждение. Еще ни разу не был осужден святой без того, чтобы общественность не находилась под влиянием убеждения, что совратителя следует непременно обезвредить, дабы отвратить беду от всего народа.

Во всякое время истина клеймилась верхами, как сектантка и смутьянка народа и распиналась на кресте. Со времен Авеля, который из-за своего поклонения у алтаря пал под дубиной собственного брата и по сей день повсюду, где кто-либо бывает поносим ради Христа, где ему надлежит сносить насмешки и пренебрежения, там переносят и избранные служители Божьи хулу и позор в грубой или утонченной форме. Будь то, Иосиф или Иеремия, Даниил или Иоанн Креститель, Стефан или Ян Гус, Лютер или Цвингли, Петрус Вальдус, некий Менно, французские гугеноты или шотландские пуритане, вюртембергские пиетисты или моравские братья, баптисты или методисты, братское движение в Германии или штундистское движение в России - поскольку они были носителями истины, которые с пламенными сердцами и помазанными устами несли весть о великих делах Божьих - все они узнали, что есть крест, который был ответом мертвого правоверия и мира на их свидетельство истины и служение любви. Мертвое правоверие способно было очень дешево отделаться от вернейших служителей Божьих и христианские государства могли из-за Божьей истины отправить своих самых лояльных подданных в карцер или на эшафот, отнять их имение и родину и сослать их как подлых преступников в глушь Сибири или на персидскую границу.

Сколько раз Божья истина воплощалась на земле в образе слуги, столько же раз она была водима путем великих страданий Агнца. Не поняв яслей - Израиль тем более не понял и креста. И та небольшая группа учеников с любовью привязанных к Учителю, несмотря на всю враждебность их окружения, не давших совратить себя - оказалась неспособной понять Его, в Его послушании до самой смерти на кресте. Хотя их любовь и не понесла ущерба, но их вера не находила более выхода; они полагали, что с Его смертью для них все потеряно.

Лишь после того, как через следование путем Агнца им была открыта тайна креста, они поняли почему Христу надлежало пройти через мучения и войти в славу. Теперь они узнали, что крест не мог отнять у них ни их служения, ни благословения, ни радости, но наоборот - послужил им новым откровением оных. Так стояла, к примеру, Мария, в утро воскресения у открытого склепа и искала распятого. Она была уверена, что из-за креста потеряла все и желала излить горечь своих слез у ног покойного Учителя. Но рядом с ней стоял воскресший. Она же не знала, что это был Иисус. Позже, когда Иисус Спросил ее: "Жена! Что ты плачешь? Кого ищешь?" Она же, приняв Его за садовника, спросила Его: "Господин, если ты вынес Его, скажи мне, где ты положил Его и я возьму Его. Иисус говорит ей: "Мария!" Тогда она узнала Его, пала к Его ногам в молитвенном поклонении и стала вестницей о Воскресшем для ее братьев. Теперь она поняла большую тайну происшедшего: крестом был взят от мира лишь ее униженный Христос, но на этом же пути ей дано было вновь встретить Христа, но уже воскресшим.

Мир полагает, что ограничение служения истины или даже его полное упразднение посредством креста находится в его власти. Потому и продает он Иосифа в Египет, обвиняет Даниила при дворе, бросает копье в Давида, питает Иеремию водой и хлебом со слезами, сооружает виселицу для Мардохея, сжигает Гуса на костре, готовит гугенотам кровавое пиршество и ссылает своих граждан в Сибирь или на Сахалин.

Но до сих пор, на этом пути страданий у избранных еще ни разу не было отнято ни их служение, ни влиятельность. Наоборот - они усугубились для дальнейших, более высоких подвигов. Они становились бессмертными умирая, они побеждали, терпя поражение: это вторая тайна Небесного Царства.

Тайна венца

Путь Агнца ведет далеко за пределы Голгофы. Он берет свое начало в яслях и ведет к престолу. Полномочия плоти заканчиваются на кресте, но силы жизни, воскрешенной Богом, берут на кресте свое начало.

"Посему и Бог превознес Его и дал Ему имя выше всякого имени, дабы пред именем Иисуса преклонилось всякое колено небесных, земных и преисподних, и всякий язык исповедал, что Господь Иисус Христос в славу Бога Отца."

Пренебреженный человеком - был воскрешен Богом и посажен одесную Славы на небесах. Своей жертвенной кровью Он перешагнул через небеса и был встречен Богом, как вечный первосвященник по чину Мелхиседека. Крест стал предпосылкой того служения Христа, которое он должен был принять как Венценосный. С этого времени всякая власть, будь то на Небе, на земле или под землей, была отдана в руку Агнца. И во все грядущие времена уже не плоть будет царствовать своей властью, но Агнец Своей любовью.

О, скорей бы взошла утренняя заря Его господства! Теперь еще плоть царит собственной властью во всех областях, как в политической так и в духовной. Пока еще царит насилие, железный кулак, Каинова дубина. Неизмеримым потоком льются слезы, кровоточат бесчисленные раны, торжествует постыдное и порочное, все возрастает число человеческих развалин. Все увеличивается поток крови невинно убиенных все тяжелее оковы узников, вздохи притесняемых вопиют к Богу подобно крови Авеля. Скоро ли взойдет утренняя заря справедливости и мира? Скоро ли грядет Тот, который и как Венценосный станет совершать Свое первосвященническое служение? Дух и невеста говорят: приди и многие слушающие говорят: приди! И Он придет, возможно, вскоре!

Ибо многое великое уже свершилось и еще более великое готовится в тиши к своему свершению. Даже престолы и державы рухнули под влиянием необычайной значимости событий последних десятилетий. Человечество жило без Бога, теперь оно переживает Божьи суды. Люди играли с грехом и оружием, теперь они пожинают взращенное ими проклятие оружия и греха. Миром Того, кто пришел принести мир, люди пренебрегли, теперь же напрасно ищут замазку, способную склеить народы Земли во всеобщее братство. Лишь тот, кто пережил суд креста, может не бояться суда пред престолом. Лишь нашедший в распятом Агнце своего спасителя, может не опасаться найти в коронованном Агнце своего судью. Кто склонил свои колени в молитве у яслей и кто у подножья креста привел в порядок свою жизнь, тот при виде венца сможет с радостью поднять свою голову, ибо пробил час его избавления. Тогда вместе с Ним будут царствовать те члены Его тела, которые здесь вместе с Ним страдали. Служение избранных Божьих проявит полноту своих сил в будущем времени. Обретая в нынешнее время иногда довольно значительное влияние в политической, общественной или церковной жизни, они навсегда остаются теми, которых с трудом терпят, служители святости, несущие на себе позор креста.

Когда же придет Христос, тогда церковь Божья будет открыта вместе с Ним, в славе и царственном служении станет подобной Ему. Если мы здесь страдали вместе с Ним, то с Ним же вместе будем и царствовать, пишет апостол! Ибо все временные страдания ничего не стоят в сравнении с той славой, которая откроется в нас, когда Христос, как вечный царь и вечный первосвященник, явится на облаках неба.

Что же все это будет для нас обозначать, какие непостижимо великие возможности откроются для нас тогда. Какие полномочия и служения будут вложены в нашу жизнь - определить это сегодня мы не можем. Терпеливо ожидающая вера и страдающая любовь могут на основании Писания лишь представлять себе, что же это в действительности значит - быть царем и священником Божьим на Земле. Лишь, когда настанет рассвет Нового Дня, мы научимся всецело понимать и третью тайну Небесного Царства: через крест к венцу!

"Не бойся, малое стадо"

"Не бойся, малое стадо! Ибо Отец ваш благоволил дать вам Царство"

Лук. 12,32.

Никто не владел будущим уже в современности так, как Иисус. Уже поэтому Он был больше чем человек и больше, чем пророк. Мы не знаем ни единого слова из Его уст, выдающего хотя бы малейшее Его сомнение в окончательной победе Небесного Царства. Он не обманывал себя в том, что касалось реальности. Его душа страдала не только при виде разложения того времени, но особенно от неверия и непонимания Его учеников. Он видел образ жизни и обличие безбожного мира такими, каковы они были в действительности.

Но настоящее не способно было поколебать его уверенности в грядущем и будущем. Царство Его Отца и будущее Его было для Него большей уверенностью, чем царства и суды людей. Не человек и тлетворное господство греха, но Бог и созидательная власть Его благодати будут иметь последнее слово. С позиций Бога черпал Он силы для внутренних преодолений всякого рода препятствий и промедлений в пришествии Небесного Царства, потому что Он сам видел и пережил и ожидал вместе с пророками окончательное становление Царства Своего Отца. В единстве с Отцом лежало Его будущее и Его вечность, оно же (единство) определяло и Его Настоящее.

Лишь с этой точки зрения удается понять многие высказывания Иисуса, они дышат прочно обоснованным на вере упованием на будущее, которое способно победить мир в настоящем. Внутренне Иисус уверенно стоит на той скале, которая и среди пожаров современности остается непоколебимой. Своим словом Он пытается и учеников поставить на то же основание. Например, когда Он говорит: "Не бойся, малое стадо!" И это чудесное слово Иисуса говорит и нам так бесконечно много, если мы в состоянии услышать в этих словах, вложенную в них весть: "Не бойся, малое стадо!"

Твой Бог есть Бог великих дел

То, что ученикам надлежало принять от Отца есть "Царство Небесное". В это универсальное понятие Иисус вложил исцеление вместе с искуплением во всей их полноте, и это должно было стать достоянием Его учеников. То, что столетиями высматривали глаза пророков, то, что как Божье откровение произносили их уста, что для утешения грядущих поколений увековечил на пергаменте их грифель, тому надлежало перед глазами учеников придти в исполнение. Потому и было слово Иисуса для Его учеников столь неожиданным и, казалось, содержащим грандиозный исторический парадокс: им - рыбакам с Генисаретского озера, должно принадлежать то, за что тысячелетиями воевали короли и цезари со своими народами - "Царствие". Чего другие не могли достичь с помощью политики и власти, культа и религии, дано было найти им - простым и скромным последователям Иисуса: мир социальной справедливости, Божественных полномочий, вечного мира, постоянного господства Всевышнего.

По человеческим меркам, такая речь была совершенно непонятной. Но Иисус видел уже в самых маленьких зачатках проявления Божьей власти в душах Своих учеников, славу грядущего совершенного Царства Божия. И исполненный радости от этого, Он мог в молитвенном поклонении сказать Своему Отцу: "Славлю Тебя, Отче, Господи неба и земли, что ты утаил сие от мудрых и разумных и открыл то младенцам; Ей, Отче! ибо таково было Твое благоволение."

Этот всплеск внутренней радости произошел никак не на основании неожиданного успеха, которого Он достиг в последнее время Свой деятельностью. Наоборот, даже великий пророк с берегов Иордана - Иоанн креститель - посаженный теперь Иродом в темницу - был смущен. Он послал своих учеников к Нему с вопросом: "Ты ли тот, который должен придти, или ожидать нам другого?" Иоанн не мог понять, почему Иисус в Своих действиях как Мессия остановился на отдельных событиях. Ведь как обещанный и ожидаемый Царь-Мессия, Он был призван объять все Своим искуплением и преобразовать в Свое Божье Царство. Ведь во всех областях человеческой жизни нужда ждала Спасителя, порабощение - Освободителя, несправедливость - Справедливого, тьма - Света. В те дни не было области в социальной, политической или религиозной жизни людей, из которой бы не слышалось зова о спасении.

Человек чувствовал себя порабощенным всем, что его окружало, разочарованным всем, что было целью его стремлений, навечно осужденным прошлым. "А мы надеялись было, что Он есть Тот, который должен избавить Израиля" - в этих словах учеников, идущих в Эммаус, нашли свое выражение бесконечной глубины тоска и ожидание истомленной и истерзанной души того времени.

Своему старому другу Иоанну, пришедшему приготовить Его пути. Он велит сказать: "Слепые прозревают и хромые ходят, прокаженные очищаются и глухие слышат, мертвые воскресают и нищие благовествуют и блажен, кто не соблазнится о Мне". Иисус не дал отнять у себя мужества, и не позволил потускнеть своей чистой радости от того, что обетованное Господство Божье на земле смогло проявиться покалишь в одиночных событиях. Но то, что уже произошло, было для Него гарантией того, чему еще надлежало произойти. Он глядел на свою миссию, возлагающую еще так много лишений и страданий, возбуждающую еще столько противоречия и враждебности, проявляющую пока еще так мало успеха с точки зрения завершенности и сопровождаемую лишь одиночными проявлениями целительного времени Мессии. Но то, что уже было, чему дано было свершиться, что тот или другой пережил ради собственного спасения, то из Благой Вести, что даровано было нищим - было столь чудным и драгоценным делом на столько Божественным, а не человеческим, что на основании этого, Иоанн был призван непоколебимо сохранять упование, радоваться одиночным проявлениям и не соблазняться, если триумф Царства Божия в ожидаемой полноте, пока еще не видим.

В этом духе и с этой радостью Иисус постоянно говорил со своими учениками о том, что им надлежит принять от наступившего Царства Божьего и какими им следует для него стать. Он знал: Мой Отец есть Бог великих дел. Его действия всегда оканчиваются завершением целого, субботой без вечера, псалмопением Души Творца: "...все, что Он создал, и вот, хорошо весьма". Потому и видел Иисус уже в малых начинаниях последующие свершения, в робких рыбаках - будущих апостолов, в единичных благословениях - конечный триумф восходящего Божьего Царства. Всякая неудача определяла для Него внешние контуры непостижимо великого начинания Его Отца, позволяла воскресению следовать за страданиями, величию - за презрением, жизни - за смертью. Исторические катастрофы оставляли Его непоколебимым, враждебность самоправедных набожных не стала для Него соблазном, малодушие Его учеников не отняло у Него мужества. Не история с присущей ей закономерностью, не набожные с их фанатичной ревностью, не ученики с их эйфорическим следованием являлись для Него источником творческой силы в наступившем Царстве Небес, но Его Отец в созидательной активности Своего Духа.

Его Он видел творящим и в Его свете творил Сам. Пусть столько-то отпало от Царства Божия и не следовало больше за Ним из-за того, что слова Его казались им слишком жесткими, пусть Петр отрекся от Него, а Иуда предал, пусть церковь осудила Его, а государственная власть распяла - все это не способно было остановить действие Его Отца, помешать наступлению Его господства.

Пусть на протяжении истории падут единицы или даже многие, Царство Небесное будет стоять вечно. Не плотская рука удерживает Его, не дух времени Его вдохновляет, не ревностью учеников Оно созидается и не преходящей славой земной власти приводится Оно к завершению. "Отец ваш благоволил дать вам Царство". Правление Божье всегда еще было гарантией завершения. Божье Слово всегда было и созидающим Словом.

Не стал бы Иисус действовать в этом духе и не говори Он в этом свете, то даже и Его Душа Мессии пала бы под натиском существующего порядка вещей.

Но Он видел Отца творящего так, потому и сам Он творил именно так. Каким был бы образ Иисуса перед глазами нашей души, будь мы способны в этом свете увидеть то, что Он согласно Евангелий, делал и говорил. Независимо от душевного состояния учеников в ту минуту - Он говорит им: "Вы - соль земли" Без вас этот мир пропадет в своей гнили. "Вы - свет мира". Ему не выбраться из нужды и блужданий, но вы будете светить ему, чтобы заблудшие смогли найти путь к Отчему Дому. "Вы ветви" - на Мне - Лозе и станете моими учениками и ничего не сможете сделать без Меня. "Вот, Я посылаю вас, как овец среди волков", но не бойтесь: ваш приход и ваше служение сделает из волков ягнят, из Савла - Павла.

Ваш Отец даст вам Царство с Его триумфом над тем, что от дьявола, с Его полномочием над плотью, с Его Вестью для труждающихся и обремененных. И станут вас преследовать из-за того, что праведность ваша намного выше праведности книжников и фарисеев, за то, что вы нищи духом, в то время как мир так пресыщен своим духовным изобилием и владеет столь многим, потому что вы - миротворцы, в то время как народы и державы сеют раздор, и лелеют вражду - блаженны вы, ибо вам принадлежит Царство Божие.

Таким образом Иисус превозмогал в духе Своего Отца преходящее, время и пространство и говорил с точки зрения созидательного Божественного акта и триумфального завершения. Он знал, что всякое действие Его Отца направлено на завершенность, что все созидаемое Богом соответствует Его Божественной природе. Поскольку Божье действие исходит из субботнего покоя, в котором находится Он Сам, то и все должно придти к завершению в субботе совершенства. Поскольку Бог есть избавление, то и всякое действие Его должно иметь избавительный характер. Поскольку Божий свет пробуждает все к новой жизни, то смерть и ад должны капитулировать перед Ним. Кто как Иисус видит Отца, тот должен, подобно Иисусу, видеть Царство Небесное, причем таким, каким Оно дается "нищим духом".

Твой Бог есть Бог малых начал

И потому - будь без страха, малое стадо! Царство Небесное должно стать "их" царством. В этом личном местоимении находит выражение невзрачность горстки учеников, сгрудившейся вокруг Иисуса при виде Его деятельности. Сможет ли человеческий, даже слишком человеческий, сосуд удержать все величие содержимого, не дав при этом трещины. Не будет ли пролито молодое вино Новой Жизни из-за этих тленных мехов? Не будет ли Евангелие Сына совершенно превратно понято этими неразумеющими маловерами. Не дадут ли они истерзанному и ожидающему человечеству вместо Небесного Царства - государство Мессии земного образца, вместо Новой Богодухновенной жизни - заключенную в догматические формулы церковь? Не они ли - которым доверены будут "тайны Царствия Божия" и отданы "ключи Царства Небесного" - вновь затворят Его для нищих духом, для труждающихся и обремененных, для голодных и терпящих жажду, для мытарей и грешников? Не превратится ли сокрытое действие Бога, в устах учеников в средство фанатичной пропаганды, слово ставшее плотью - в священную букву, познание, обретенное благодаря духовному откровению - всего лишь в строгообязательную догму и форму исповедания.

Конечно же, это все, - как и многое другое, - составляло угрозу для начавшегося Царства Божия. Эти обстоятельства были несчетное количество раз причиной Его упадка на протяжении всего Христианского летоисчисления. Но Оно не прекратилось. Оно не пало вместе с учениками. Оно не стало государством на подобие Христианского мира. Оно не стало буквой с догматическими формами исповедания. Лишь когда человек стал пытаться втиснуть Царство Божие в формы и представления своей собственной сущности, с тех пор как церковь начала строить Царство Божие - вместо того, чтобы самой быть от Него устрояемой - с тех пор людям была оставлена лишь пустая видимость Небесного Царства. Но сила Его стояла рядом и проявлялась в новых учениках. Впрочем, по суждению, того времени и они представляли собой лишь "смехотворство". Но и Им снова говорил Иисус "Отец ваш благоволил дать вам Царство". Несомненно, если бы Царство Небесное было творением церкви, а не церковь творением Царства, то Царство Божие на Земле давно бы прекратилось.

Бог же, на протяжении всей истории, никогда не имел страха снизойти Своей истиной и откровением до уровня малых и незначительных вещей. Свое Божественное творение среди людей Он никогда не начинал с властью, но облекался в маленькие и неприметные начала. Так в дни Ноя Бог связал будущее человечества со спасением одной единственной семьи. Чтобы воспитать Себе носителя и истолкователя Своего Божественного откровения, Бог временно связал становление народа Израиля с доверием и послушанием одного Авраама, одного Исаака, Одного Иакова.

В последующей истории Израиля - Иуды это был всего лишь священный остаток, который не преклонил колен пред Ваалом, но служил Богу в пророческом духе и ожидал Божьего откровения. В Иисусе, совершенном откровении Божьем, снизошло Царство Небесное прежде в ясли, позднее Оно дало принять себя простым рыбакам с Генисаретского озера, в день Пятидесятницы стало общиной в количестве всех ожидавших в Иерусалиме. Оно позволило апостольской вести нести Себя всему древнему миру и жизненному свидетельству последователей Христовых, зарождающимся церквям Малой Азии.

Внутренне потрясенный этими событиями, апостол Павел писал своим братьям в Коринфе следующее: "Посмотрите, братия, кто вы призванные: не много из вас мудрых по плоти, не много сильных, не много благородных; но Бог избрал немудрое мира, чтобы посрамить мудрых, и немощное мира избрал Бог, чтобы посрамить сильное; и незнатное мира и уничиженное и ничего не значащее избрал Бог, чтобы упразднить значащее".

Кто в том древнем мире мог иметь понятие о том, что столь маленькие начала - соблазн для иудеев и безумие для еллинов - несли заключенную в себе Божью силу, которая в определенное время поколеблет все сущее и даст миру новое будущее? С тех пор прошло лишь несколько столетий и старый языческий мир погибая рухнул. Рим и Византия - западная и восточная церкви вступили в свое наследие.

Но вместо того, чтобы позволить Царству Божию и впредь созидать себя, церковь, с тех пор, сама принялась за строительство Божьего Царства. Гибнущий языческий государственный строй сего мира она назвала священным именем Божьего Государства. В ее лоне получили прибежище и название "христианских" истоки государственной конституции и культуры, языческая мистика и ее культовые ритуалы. Мирское государство с его законопорядком, с его церковной организацией, с его обрядами и формами поклонения Богу, с его клерикальным уставом и внешним великолепием наместников Христовых заступило на место Божьего царства.

Церковь была уже не свидетельницей спасения, а его управительницей, не пророчицей Божьего откровения, а его хранительницей, не Божьим творением, а мирской организацией. Тем самым она стала величайшим обманом в истории мира, держащим народы в заблуждении на протяжении тысячелетий. Внешне она владела миром, внутренне же утратила Царство Божие. Она воссела на престоле, но без Спасителя народов. Она располагала могуществом, но обеднела полномочиями Духа. Она обрела земные богатства и светский блеск, но стала отвратительной в ее внутренней духовной жизни и священническом сужении.

Но не все в ней было обманом. В ней были члены, которые не сами несли Царство Божье, а оставались носимыми им. Они страдали, они были одиноки, они становились аскетами и отшельниками, презренными и мучениками, с тем, чтобы внутри церкви спастись от мира и остаться в Царстве Божьем. Малое стадо! В протестантстве, с его тремя мощными духовными направлениями: лютеранством, баптистским движением и кальвинизмом - снова стал виден Христос как спаситель души, как глава церкви, как содержание Божьего Царства. Люди снова стали находить блаженство через Христа, а не через церковь. Они снова ощутили, что значит быть водимыми духом, а не послушанием священным эдиктам. Они снова черпали силу и утешение из живого слова Божия, а не из традиции и слова священнослужителя. Они снова поклонялись Богу в духе и истине, не будучи привязанными, в своем общении с Богом, к священнодейству и культу.

Конечно, в этих трех духовных направлениях снова было необычайно много сорняков среди пшеницы, много человеческой активности вместо Божьей, много земной государственности вместо Божьего Царства. Но, как и апостолы, они не были отвергнуты Божьим Царством, но употреблены им, постольку - поскольку они позволили привлечь себя к действию в Духе Божьем. Какое невообразимое множество проявлений спасения среди этих трех прообразов христианства стало на протяжении последних пятисот лет личным обретением несметного числа отдельных их членов. В протестантстве каждый член мог ради своего личного спасения снова пережить с Богом то, что в католицизме представлялось как безраздельное достояние церковной организации.

Также и эти три церкви реформации с самого начала своего становления, в течении всего процесса развития, и по сей день постоянно оказываются перед необходимостью решать: останутся они Божьим творением, или же сами станут мастерами - творителями Божьего Царства. Также и в них, с тем, чтобы спастись от мира, в разное время возникали обособленные группы и объединения, которые в последствии снова оказывали плодотворное влияние на целое. Каким ничтожно маленьким было иное начинание, но каким непредсказанным источником благословения оказывалось оно в последствии для своего же обособленного круга.

Не бойся, малое стадо!

Твой Бог есть Бог целенаправленных действий

В самые маленькие и неприметные начала Он влагает зачаток величайших вещей. Если каждый грех несет в себе скрытый корень антихриста, то всякое дело Божье в жизни верующего дарит способность осязания Божьего Царства. Не только церковь в целом, каждый ее член, согласно свидетельству Павла, должен от созерцания христовой святости, сам воплотиться в тот же образ. Как мы носили образ первого земного Адама и будучи частицами человечества, образовывали с ним органическое целое, так следует нам и как частицам нового творения Божия носить образ второго Адама - Небесного.

"Отец ваш благоволил дать вам Царство" - сказал Иисус. Слово "дать" как акт проявления Божьей активности - сколько прощения несет оно в себе, сколько избавления, озарения, освящения - это говорит нам весть Павла об Иисусе Христе. Все Это не от нас, все это есть проявление Божьей силы, Божье творение, а не продукт религии. Потому и завершение, так как оно становится видимым в книге "Откровение" знает лишь поклонение Богу и Агнцу. В нем молчит всякое прославление плоти. Там поются лишь те псалмы, заключительным аккордом которых есть прославление: "Сидящему на престоле и Агнцу благословение и честь, и слава и держава во веки веков."

Для чего так много размышлений в заключение такой маленькой книжицы? Для того, чтобы Божьи действия в истории великого прошлого укрепили нашу веру в Божьи дела и в нашем маленьком настоящем. "Не бойся, малое стадо! Ибо Отец ваш благоволил дать вам Царство." Каким маленьким представляется нам Божья участь в нашей личной жизни. Как мучит нас вопрос, придет ли Бог вообще когда-нибудь к цели с таким пассивным существом как я? Как часто мы разочаровывались в себе самих? И все-таки: "Не бойся, малое стадо!"

Да, если бы Царство Небесное было делом твоих рук, то ты мог бы впасть в отчаяние. Но оно есть Божьим творением и Божьей милостью. Не пытайся создать его, но дай ему возможность создавать тебя! Оно достаточно сильно для того, чтобы поместить тебя в свое богатство, в свою полноту жизни. Каким миром наполнится наша жизнь, если мы, наблюдая совершенствование творения, научимся обретать покой в Божьей активности, в действии Его Святого Духа.

"Не бойся, малое стадо!" У тебя мало сил, но пред тобой открыта большая дверь. Перед твоим взором лежит нива, которая во всех отношениях готова к жатве. Она ожидает жнецов. Найдется пожалуй не много миссионерских обществ, к примеру у нас в Германии, дверь для деятельности которых не была бы широко открыта. Но чем больше поле деятельности, тем слабее оказываются собственные силы, тем более недостает собственных средств, тем явственнее чувствуется недостаток сотрудников, которых Богу удалось снабдить полномочиями для святых служении.

Также и необозримые возможности для труда на востоке, на ближнем и дальнем, могут привести нас в отчаяние, вызывая чувство собственного бессилия. Ничтожные силы перед широко открытой дверью! Неприметные поползновения ввиду почти необъятного служения! Но все же "Не бойся, малое стадо! Ибо Отец ваш благоволил дать вам Царство".

Это есть либо фантастическая иллюзия, либо упование веры, которая путем откровения, то есть через живое слово Божье - наивысший авторитет - может быть пробуждена в нашей душе. Пусть Господь говорит с нами такими словами, которые отразились бы на нашем к Нему доверии и на нашем служении. И нам Он сказал: "Не бойся, малое стадо! Ибо Отец ваш благоволил дать вам царство".

Также и для всей Христовой церкви приготовлены величайшие благословения именно там, где их меньше всего ожидают: на пути в пустыне и на бездорожье, в презрении, унижении и бедствии. Пусть же церкви, которая на переломе времен ожидает своего грядущего Господа, будет дано каждый раз заново узнавать сокровенные пути благословения и находить в них, как в проявлениях действенности живого вознесенного Господа, покой и силы для ожидания того дня, когда она Его снова узрит.


Якоб Крекер 1872 - 1948

- как теолог был свидетелем, глашатаем и увещевателем.

- как миссионер по профессии, будучи выходцем из немецких менонитов на юге России, видел свое призвание в служении среди народа Божьего на востоке.

- как странствующий проповедник немецких менонитских общин в России - путешествовал от Волги до границ Туркестана, по Сибири до границы с Китаем.

- руководитель и сооснователь миссионерского объединения "Свет на востоке" в г.Вернигеродэ (теперь в г.Корнталь)

- преподаватель библейских семинаров в России.

- мужественный приверженец вероисповедания во время Второй мировой войны.

- как автор - мастер изложения Ветхого завета, одаренный толкователь писания, способный видеть откровения Царства Божия, предназначенные всему миру.

Крекер Якоб, Сперджен Чарлз Гаддон