Жест головы.

Говорить о выражении лица в отрыве от движения головы и тела – бессмысленное занятие. Голова – только одна из конечностей, и очень подвижная. Представьте себе картонный круг, разделенный на сектора по 5-10 градусов, надетый на шею, как «воротник Пьеро». Направляя голову в каждый сектор, меняя наклон головы и направление взгляда, при одном и том же выражении лица мы каждый раз будем получать новую эмоцию.

Альберт Биркл (Albert Birkle).

Портрет акробата Шульца.

В музее Фредерика Мареса в Барселоне стены нескольких залов заполнены висящими почти вплотную старинными скульптурными распятиями. Дерево – темное, часто черты лица трудноразличимы; жесты тела и рук у каждого из Спасителей более или менее одинаковы. Вся выразительность заключена в жестах головы, и их разнообразие поражает. Здесь есть Спасители мирно усопшие, обвиняющие, упрекающие, вопрошающие, прощающие, благословляющие, молящиеся, скорбящие, страдающие, стоически терпящие страдания, царственные, пафосные и даже насмешливые.

Жест головы может быть сконцентрирован в любой из ее деталей, включая неочевидные и, как кажется, лишенные самостоятельной подвижности. Нос, подбородок, лоб, ухо, даже мышца шеи может быть главным актором, острием жеста, фокусировать на себе внимание собеседника и зрителя. Вспомните, например, сколько идиом описывают жесты носом: нос воротят, задирают, вешают, держат по ветру, суют не в свое дело. Даже идиома «водить за нос» описывает движение носом – пассивное, но в этом и есть его суть.

Стерлинг Хандли (Sterling Hundley).

Сладкоголосая птица юности.

О выражениях лица можно и нужно говорить в терминах жеста. Напрягая тот или иной лицевой мускул, герой либо пытается что-либо сообщить собеседнику, либо концентрирует свое (и наше) внимание в том или ином органе восприятия: принюхивается, вглядывается или вслушивается. Подчеркнуть жест можно не только активным движением корпуса и головы, но и неподвижностью: в этом случае любое напряжение лицевых мышц привлечет внимание. Удивленно поднятая бровь при неподвижной голове способна выразить более сильное удивление, показать, что герой в ступоре или что эмоция преодолевает его непробиваемый самоконтроль.

К слову, загадка: чем отличается – на портрете – крик от зевания? Отгадка: кричащий человек старается широко открыть рот, а зевающий – скрыть зевок. Можно (хотя и невежливо) зевать, скаля зубы, но если человек натягивает губы на зубы, он точно зевает, а не кричит. Попробуйте нарисовать это, даже просто представить – я гарантирую вам сильнейший приступ зевоты.

Движение головы в портрете решает не только повествовательные, но и пластические задачи. Яркое движение создает яркий силуэт, которому свойственна сильная разница очертаний и размеров контрформ – справа и слева от головы, сверху и снизу и по углам. Иными словами, жест головы помогает композиции тогда, когда силуэт асимметричен по вертикальной, горизонтальной и диагональным осям. Если заострять силуэт через яркие контрформы, есть риск отдалиться от исходного образа, переборщить с активностью жеста и потерять в точности изображения эмоций, зато композиция гарантированно выиграет. Вопрос в том, что для вас ценнее.

Связка плеч, шеи и головы обладает огромной пластической гибкостью, причем вдобавок их общий силуэт можно обогатить жестом нижней челюсти, сигаретой, трубкой или леденцом (всё это акторы жеста). Активное движение головы можно подчеркнуть массами волос и одежды, которые меняют форму под действием инерции или центробежной силы. Даже в ситуации «фото на паспорт» можно разорвать симметрию боковым освещением, как это делает Каррильо, а также частично (или полностью!) закрыть лицо руками, деталями пространства или их тенями.