Глава 34. Бегство.

На следующий день выяснилось, что весь экипаж, прочитав моё сообщение, проголосовал за продолжение полёта в утробе Странника, сомневающихся на этот раз не было, видимо каждый решил, что такой шанс может выпасть лишь один раз в жизни. На вторые сутки в полночь капитан отдал приказ всем подготовить свои каюты для трансформации и быть готовыми к запуску двигателей через два часа. Мне приказал через сорок минут занять место за резервным терминалом на мостике. Я мысленно поблагодарил его за эти сорок минут, мало того, что мне необходимо уложить в каюте все вещи куда следует, но нужно ещё уложить куда-то Астру на время моёго отсутствия. Повар Дима, хоть он её и кормит, явно не годился, у них чисто деловые отношения, Ивура под рукой нет, тот бы справился. Остается только Катя, правда Астра ещё ни с кем кроме меня не оставалась один на один в таких обстоятельствах, как-то не выпадало случая, но похоже они нашли общий язык — чисто по-женски. "Ну, вот Катя, и держи подарочек". Я отправился в её каюту. Подойдя к двери, деликатно нажал кнопку звонка. Этого она не ожидала, обычно я врывался как ветер.

— Кто там?

Я вздохнул:

— Это мы.

— Заходи, вот уж не думала, что ты будешь деликатничать, а тем более называть себя во множественном числе.

— Нет, это действительно мы, — сказал я, открывая дверь и входя с Астрой, сидевшей у меня на плече, — понимаешь из всех вариантов сохранения нашего талисмана, твой сейф показался мне самым надежным. Меня капитан, во время всей процедуры воздействия на астероид и на время возможного бегства желает видеть на мостике.

Астра повела себя по-хозяйски, спрыгнув с моёго плеча прямо на Катю. Та…, не ожидавшая такого поворота событий чуть не выскочила из кровати, благо ремни, удерживающие её тело, уже были пристегнуты, а следовательно, моя шея не пострадала от её милых ручек.

— Ну ладно, вы тут развлекайтесь, а я пошёл.

— Шантажист. А ты садист. — Второе относилось к Астре. — Скажи хоть, что я должна с ней делать в течение пяти часов?

— Главное, не подеритесь, а остальное само организуется.

Ну, что же — здесь всё улажено…, можно быть спокойным.

На капитанский мостик я вошёл ровно в ноль-ноль сорок. За последние два месяца впервые увидел его настолько пустынным. Здесь находилось всего три человека: капитан, навигатор Юрий Скуратов и программист Ирина Сергеевна. Пожелав всем доброй ночи, на что Ирина прыснула, а Юра напряженно улыбнулся, занял предназначенное мне свободное место. Первое, что я сделал, активировав свой терминал — вывел изображение Странника, передаваемоё с одного из малых телескопов. После того как мироны вызвали его к жизни, он из гладкого куриного яйца превратился в высокотехнологичный объект, вся поверхность которого обросла различными механизмами, многие из которых до сих пор были недоступны нашему пониманию. Только хвостовая и носовая части оставались такими же гладкими, как и при первой встрече. Ровно в час ночи в носовой части что-то стало едва уловимо изменяться. Её поверхность, до этого совершенно гладкая, на которой до этого мы не могли обнаружить даже маленькой царапины, распадалась на сегменты. Они приподнялись и начали уходить назад, обнажая огромную сферу, передняя часть которой была будто срезана ножом. Только благодаря этому дефекту в кривизне, стало заметно, что сфера пришла в движение, её срезанная часть теперь смотрела не прямо по курсу станции, а куда-то в бок. Я понял, идёт захват астероида и прицеливание. С ума можно сойти, два миллиона километров! А попасть нужно в точку расположенную на расстоянии в сто — сто пятьдесят метров от него, это всё равно, что в муху стрелять с расстояния двухсот километров!

Ну, что же пора проверить готовность экипажа к возможному катаклизму. По очереди вызвал старших групп и начальников отделов, все подтвердили, что обход завершен и все их подчинённые готовы к трансформации помещений, заслушав все доклады, приказал им самим устраиваться поудобнее. Затем послал вызов в Катину каюту, та откликнулась и включила общий обзор помещения. Зрелище предстало очень трогательное, похоже, Катя стала третьим существом после меня и Ивура, которому позволялось бесцеремонно гладить шерстку Астры.

— Ну, как устроились?

— Вполне комфортно, она мне даже колыбельную поет.

Я представил Астру, урчащую от удовлетворения.

— Вот только когтями всё время цепляется и дергает.

— Ничего, это она "вышивает", такое кошки делают от удовольствия. Скоро это прекратится. Когда начнется разгон, придерживай её сверху и снизу, только не прижимай очень сильно. После того, как Викинг выйдет в режим равномерного ускорения, можно встать, о необходимости снова подготовиться к трансформации будет сообщено заранее.

— Что ты меня наставляешь как ребенка, я же один из членов твоей команды и также несла вахту на мостике!

— Извини, это я нервничаю.

— Будь спокоен, всё будет ОКей!

Катя послала мне воздушный поцелуй и отключилась. Практически весь состав Викинга сейчас находился в своих каютах, только часть персонала вычислительного центра и несколько астрономов, не считая присутствующих на капитанском мостике, занимали свои рабочие места. Приближалось время "Ч", через десять минут и сорок две секунды, нет уже сорок, тридцать восемь, тридцать шесть…. А ладно…! В общем, скоро мы выясним, какая жизнь нам уготована на следующие три часа. Когда угол между стрелками на механических часах — "как ни удивительно на мостике присутствовали и такие", составил шестьдесят градусов, на большом экране появилось лицо Ивура.

— Капитан Ильин! — Обратился он официально к Анатолию Петровичу. — Начинаем отсчёт.

Послышались звуки метронома, и одновременно бесстрастный голос отсчитывал в обратном порядке, начиная с тридцати. Я смотрел на экран своего терминала, стараясь не слишком напрягать глаза, если переусердствовать со зрением они обязательно начнут слезиться и тогда пропустишь самоё интересное. Наконец прозвучало "НОЛЬ", вот тут я свои глаза жалеть не стал, уставился в экран немигающим взглядом. Собственно говоря, ничего особенного не произошло, единственное, что я заметил…, а может, мне это показалось, возникло некоторое дрожание света звёзд на оси воздействия излучателя Странника, которое длилось около двадцати секунд. У нас воцарилась полнейшая тишина, даже Ирина Сергеевна прекратила щелкать по клавишам. В рубке станции мирон, изображение которой выводилось на большой дисплей, также всё стихло, время отклика лазерных и микроволновых локационных систем на таком расстоянии около четырнадцати секунд время отклика человеческого мозга на усвоенную информацию около двух минут включая получение новых данных для подтверждения выводов. Через две с половиной минуты на пульте капитана замигал сигнал вызова из обсерватории. Перед капитаном возникло лицо Леонида Фёдоровича.

— Анатолий Петрович. Он распался. — Бесстрастно сообщил астроном.

— Величина обломков? Траектория разлёта? Скорость и количество?

— Основных, размерами более двадцати метров — одиннадцать, есть ещё помельче, все они нам не опасны, так как уходят в сторону. Но образовалось ещё и облако, состоящее из мелких обломков, и это облако, расширяясь в своём движении, в основном сохраняет прежнюю траекторию астероида.

На большом экране отобразилось лицо Ивура.

— Извините капитан, но придётся запускать наши двигатели.

Анатолий Петрович улыбнулся.

— Не расстраивайтесь капитан Ивур, я отлично понимаю, вам необходимо было опробовать работу систем своего корабля, и надо сказать — системы сработали отлично. В дальнейшем такой способ отклонения астероидов может найти своё применение, нужно только поработать, над режимами и видимо, не пытаться делать это одним мощным импульсом, а посылать серию более слабых. Ну, а вариант побега заранее просчитан, так что через двенадцать минут стартуем.

Во всех отсеках Викинга раздался сигнал, предупреждающий о скором запуске маршевого двигателя. Я снова послал сигнал вызова в Катину каюту, она откликнулась не сразу. Наконец появилось изображение, представившее мне двух заспанных красавиц.

— Извини, кажется, я вас разбудил.

— Взгляни на часы полуночник!

— Действительно третий час ночи, Катюша мы запускаем двигатели.

— Что? Факир был пьян и фокус не удался?

— Не то, чтобы не удался…, просто результаты превзошли все ожидания, если конечно не считать ожиданий Леонида Фёдоровича.

— Он развалился!!?

— Да.

— Вот это да!!!

— Катя во время трансформации попридержи Астру, а потом спите дальше.

— Заснешь с тобой!

— Всё отключаюсь.

Я запустил программу определения готовности экипажа к старту, номер одной из кают светился красным, и не удивительно это был Игорь — помощник Леонида Фёдоровича. Я включил голосовую связь с его каютой.

— Игорь, где вы там? Почему не на месте.

— Извините, Сергей Васильевич, очень в туалет захотелось.

— Постарайтесь быстрее закончить с этим делом, иначе продукты своей жизнедеятельности будете рассматривать на стенах и потолке, не говоря уже о поле.

— Всё уже укладываюсь.

Действительно красный цвет сменился на зеленый.

— Докладывает первый помощник, экипаж к старту готов.

На борту Викинга стали происходить сначала едва заметные, а потом всё более ощутимые изменения. Первое, что произошло, это постепенно пропала сила тяжести, корабль прекратил вращение. Затем наши рабочие места изменили свою ориентацию по отношению к оси корабля, теперь при разгоне и торможении наши тела будут находиться в привычных для них условиях.

Вскоре начался новый отсчёт, но теперь перед запуском двигателей. За время, прошедшее с того момента как Странник произвел воздействие на астероид, с его поверхности исчезли все выступающие детали, а излучатель снова скрылся под броней. Но зато корма претерпела изменения, здесь также как перед этим в носовой части, поверхность распалась на лепестки, которые ушли под основной корпус, обнажив несколько отражателей двигательной установки, собственно говоря, отражатели не имели гладкой, зеркальной поверхности. Это была сложная решетчатая конструкция, но перед запуском основного двигателя на её поверхности создавалось энергетическое поле, отражавшее любые виды энергий и элементарных частиц, получалось идеальное зеркало. Мне стало жутко, когда я представил, какая энергетическая мощь должна сейчас оттуда вырваться. Окажись Викинг позади корабля мирон, от нас даже пепла не осталось бы. Но вот прозвучало — "Ноль!".

На экране моёго терминала на том месте, где находился Странник, возникла яркая вспышка — хорошо, что мы на это смотрим глазами телескопов, а не своими собственными, иначе можно и зрения лишиться, теперь я перед собой видел только звёздное пространство. В это же время моё тело начало приобретать вес, который вскоре достиг полуторной величины от нормального, земного. Наш корабль набрал ускорение четырнадцать метров в секунду. Началась погоня, которая должна продлиться около трёх часов. Тут я вспомнил слова Ивура о том, что мы можем потерять друг друга. Рука сама потянулась к терминалу и набрала код обсерватории, на экране появилось лицо Леонида Фёдоровича.

— А вы что, тоже полуночниете, Сергей Васильевич? Сами напросились или исполняете приказ?

— Если бы не было приказа, тогда напросился бы. Скажите, пожалуйста, Леонид Фёдорович, могут подтвердиться опасения капитана Ивура — и мы потеряем друг друга?

— Что вы, Серёжа, если мы могли сопровождать их на расстоянии трёх световых месяцев, то, что такое двести тысяч километров? Нас разделяет, можно сказать, пространство толщиной в бумажный лист, тем более что и они и мы шумим в эфире так, что только рожденный вообще без ушей не услышит. Работайте спокойно, через три часа увидите своих синеньких на своём экране.

Эти самые три часа разложились на три части. Вначале — разгон, и все мы весили в полтора раза больше чем обычно, затем основной двигатель был остановлен и включились корректирующие, развернувшие Викинг на сто восемьдесят градусов. Во время разворота снова показали себя центробежные силы, и мы оказались в положении мух висящих вниз головой, Длилось это недолго, поэтому системы трансформации не включались. Затем снова был запущен главный двигатель, но теперь он замедлял скорость нашего движения, наши тела опять приобрели полуторный вес. Наконец снова воцарилась невесомость, основной двигатель остановлен. Я задал команду вывести на свой экран информацию со всех оптических телескопов. Изображение разложилось на множество прямоугольников, везде только звёзды! Неужели промахнулись?!! Но вот в поле восьмого квадрата начал вплывать корпус Странника, фу…! Всё нормально. В это же время на большом экране отобразилось лицо Ивура.

— Поздравляю вас земляне, операция прошла успешно.

Анатолий Петрович принял расслабленную позу.

— Передайте так же и наши поздравления своему экипажу капитан Ивур. Операция, правда, формально ещё не закончена, только через семь часов мы будем на безопасном расстоянии. Но сработали мы славно, ещё раз примите мои поздравления!

Затем он включил громкую связь по всему кораблю.

— Приготовится к развороту, негоже лететь хвостом вперед. Что о нас подумают инопланетные коллеги? После этого будет произведена трансформация и запуск вращения корпуса, прошу всех потерпеть ещё двадцать минут.

Через двадцать минут, когда на корабле воцарилась привычная обстановка капитан обернулся ко мне.

— Сергей Васильевич, можете идти отдыхать, в ближайшее время, думаю, больше никаких катаклизмов не будет.

Я посмотрел на часы — пять часов тридцать пять минут. Время самого сладкого сна. Значит, к Кате соваться не стоит, придётся идти к себе. Тем более что я сам больше двадцати часов без сна.

Проснулся от ощущения тяжести лежащей на ногах, ну конечно, Астра, воспользовавшись моим бессознательным состоянием, решила сменить свой коврик на моё одеяло. Глаза открывать не хотелось, лень было даже согнать эту нахалку. Сквозь полудрему услышал шуршащий звук. Значит они обе здесь. Это радует. Я открыл глаза и увидел Катю, сидящую за столиком и перелистывающую бумажную книгу, часы показывали одиннадцать сорок.

— Что нового напечатали сто пятьдесят лет назад?

Она посмотрела на меня.

— Ошибаешься некоторые новые книги, и сейчас печатаются на бумаге. Каким бы удобным не был интерфейс карманного компьютера, но он никогда не сможет заменить чтение живой книги.

— А почему прекрасная принцесса не на работе, не решает государственные дела, а предается ленному безделью в моей опочивальне?

— Потому что исполняющий обязанности короля, его высокопревосходительство Анатолий Петрович, предоставил нам с тобой однодневный отпуск. Так что до завтрашнего утра мы с тобой свободны.

— А Викинг не рискует за это время заработать шишку на лбу от встречи с шальным камушком?

— Нет, мы недавно закончили расчёт возможных траекторий движения крупных обломков и частиц образовавшегося облака, получается, что наш дуэт уже находится на расстоянии сто сорок тысяч километров от зоны поражения. Но если честно меня гложет чувство вины.

— Почему?

— Ну, летел себе спокойно кусок скалы, никого не трогал, мы его легко обнаружили, и могли легко сбежать. А во что он превратился сейчас? Какую кучу мусора мы сотворили? Причем в той области космоса, которая считается совершенно чистой.

— Ну, что же придётся лет эдак через десять вернуться и прибрать за собой.

— Вставай, хватит валяться, у меня прямо руки чешутся окунуть тебя с головой в бассейне.