Одиночка.

Акванавт.

Глава 1. Выбор.

– Октябрьская, пятнадцать. – На фоне долгого молчания в эфире голос диспетчера пролился на душу живительной влагой в засушливый день.

Наконец-то. Сидеть в машине даже десять минут в ожидании нового заказа просто невыносимо. Собственно, именно поэтому Сергей и пошел работать в радиотакси. Частники в ожидании клиента, бывает, стоят по часу, а то и больше, правда, и цены у них весьма отличаются. Но подобная неторопливая работа была противна его натуре, жаждавшей действия.

В левой руке книжка, так проще коротать время вынужденного отдыха. Правая расслаблена и лежит на бедре, тангента радиостанции пристроилась на сиденье между ногами. Все как всегда уже на протяжении пяти лет.

Одна часть его все еще находилась там, в нарисованном автором фантастическом мире и сопереживала столь правдоподобно прописанному персонажу. Вторая на одних рефлексах схватила тангенту, поднесла ее к губам и произнесла:

– Три восемь.

Пальцы отпустили клавишу, и динамик выдал сразу несколько голосов, выкрикивающих свои позывные. Угу. Довольно частое явление, когда выдаются глухие дни. Обычно водители не столь торопливы, разумеется, если адрес не находится в двух шагах.

Кому захочется ехать через полгорода? Неизвестно ведь, куда поедет клиент. Может и в дальнюю поездку отправиться, а может и вовсе прокатиться на минимальный тариф. В последнем случае овчинка выделки не стоит.

Но когда работы нет, как сегодня, водители хватаются за любой заказ. Если крутить носом, то очень легко можно именно с ним и остаться. Хотя… Есть и такие. Придя работать туда, где, казалось бы, твой заработок зависит зачастую от тебя самого, они трудятся как из-под палки. Сергей к таким относился крайне негативно. Просто они не будут работать нигде и никогда. Получить на халяву, да побольше, при этом еще и качая свои права, – это да, это для них. А еще порассуждать, какие все вокруг воры, хапуги и рвачи. Только бы не работать.

– Три восемь, забирайте заказ, Октябрьская, пятнадцать.

Нет, Сергею не послышались мстительные интонации в голосе диспетчера, явно адресованные остальным водителям.

Ничего удивительного. Девчата всегда выделяли его, и дело вовсе не в том, что он как-то там решал с ними вопросы, хотя подобные слухи ходили с завидной регулярностью. Просто он служил своеобразной палочкой-выручалочкой. Когда никто из водителей не хотел забирать заказ, он без уговоров мог промчаться с неизвестным результатом из одного конца города в другой.

Диспетчеры же не водители, им капает монета с количества заказов. Ну и кого они должны выделять, как не подобных работников? Так что нет тут никакой договоренности. Особое отношение со стороны девчат имеется, а вот остальное – чистой воды наговоры.

– Три восемь принял. – Голос Сергея звучал совершенно ровно.

Н-да-а-а. Парни на «пятачке», наверное, сейчас не без желчи перемывают ему кости. Как же, опять ему слили заказ. А если там окажется еще и межгород… Вера частенько ездила в Пятигорск, правда, сейчас вроде время несколько неурочное, обычно это бывает с утра, а сейчас уже одиннадцать.

Нет, если бы он общался с остальными водителями более тесно, все время стремился бы на площадь Ленина, где они любили собираться, то все было бы иначе. Тогда он был бы в их компании и над ним просто подшучивали бы. Мол: вот опять стахановец рванул через весь город. Или: «Снова стахановца выделили. Молодец, парень. Дерзай. И не жалко же тебе машину». Но такого негатива, как сейчас, не было бы и в помине.

Однако Сергею было с ними неинтересно. Он просто не умел трепаться попусту и прекрасно знал, для чего пришел в такси. От пустопорожних разговоров копейка в кармане не заведется и в холодильник ничего не упадет. Поэтому нужно работать. Он и работал. Как говорили некоторые, буквально стирался на руле. Бывало и такое, что во время праздничных или выходных авралов рулил до трех-четырех утра, а в восемь опять выходил на линию…

Ч-черт!!! Истерично сигналя, выскочив на встречную полосу, мимо пронесся серый BMW. Угу. Это он крепко задумался, если оказался посредине двух полос, да еще, похоже, и подрезал кого-то. Сам же всегда костерил подобных водителей, а тут… Наверное, все дело в том, что ему уже не первый день нездоровится. Вот и плывет.

Жена говорит, что как бы его простуда не вылилась во что-то более существенное, просит подлечиться. Оно, с одной стороны, вроде и верно, но с другой… Таксист в общем-то неплохо зарабатывает, вот только деньги приходят не сразу, а капают каждый день. И точно так же, по мере поступления, эти деньги тратятся. Словом, уйди на больничный – и все, через пару-тройку дней жена опять будет смотреть, как тот кот из мультфильма «Шрэк».

Моргнув аварийкой, мол, чудак, иномарка унеслась прочь. Хм. С другой стороны, сам дурак. Сергей едет со скоростью семьдесят, и если этот умник обходит его как стоячего, тогда какая скорость у него? И это в городе! И куда, спрашивается, спешить, если вон, сам же встал на светофоре?

Ну-у-у, это вообще ни в какие ворота. Дверь BMW открылась, и водитель вышел на дорогу. Видать, решил воспользоваться красным сигналом светофора и высказать свое «фи» лично. Мало ему аварийки. А что, пусть знают свое место эти таксисты.

Сергей почувствовал было, как в нем начинает нарастать злость. Ну не любил он, когда кто-нибудь покровительственным тоном начинал учить его уму-разуму или с деловым видом разъяснять его место по жизни. Но в этот раз он сдулся, словно шарик. А что, мужик в некотором роде в своем праве. Это да, превысил, тут без разговоров, но и Сергей не прав, расползся по всей дороге, как фанфарон.

Боковое стекло поползло вниз, все же середина осени на дворе, не май. Парень лет двадцати пяти, переполненный возмущением, уже рядом.

– Извини, дорогой. Задумался, – не дожидаясь, пока тот откроет рот, искренне произнес Сергей.

Старая «десятка», таксист, да еще и сам извиняется. А вот не угадал ты ни разу, дядя!

– Твою дивизию! – Парень рванул дверь, потом ухватил Сергея за воротник. – Урод! Тебя кто за руль посадил, придурок! А ну иди сюда!

Н-да-а-а. Еще несколько секунд назад Пошнагов Сергей Демьянович чувствовал, что слегка не прав. И парень имел все шансы уйти с чувством собственного достоинства, высказав свое «фи». Если бы не надумал связываться с наполовину седым мужиком слегка за сорок, несколько полной комплекции. Эх, проявил бы уважение к сединам! Но не срослось.

Сергей, ничуть не собираясь сопротивляться, потянул ручник и сам выскользнул из салона. Видит бог, он искренне раскаивался в своем поступке. Хрясь! Парня просто снесло на асфальт, словно к нему приложилось стенобитное орудие. Ну а чему, собственно, удивляться? У Сергея – под сотню килограмм весу, тяжелая рука и состояние нестояния, в котором всяческие раздражители категорически противопоказаны.

Это что, еще не все? Пассажирская дверь BMW открылась, выпуская второго парня. Первый был чуть выше Сергея, а этот – как раз одного с ним роста. Ничего так паренек, спортивный. Впрочем, Пошнагова уже понесло, и на комплекцию ему было плевать.

– Мужик, ты чего?

Вот странный вопрос, учитывая обстоятельства.

– Да ничего, сейчас рядом ляжешь.

– Погоди. Я его заберу.

Угу. Видно, выступление Сергея парня впечатлило. Хотя… Не, ну, судя по тому, как остановились проезжающие машины, а из одной иномарки высунулась какая-то орущая тетка, которая точно видела, как Сергей ударил ни в чем не повинного парня, получилось внушительно.

Сзади хлопнула дверь. Обернулся на звук. Идет мужчина средних лет, одет солидно, даже дорого. Интересно, этот, как та тетка, начнет заступаться за чудака из дорогого автомобиля.

– Вы извините, я все видел, – махнув рукой в сторону поверженного водителя иномарки и поднимающего его товарища, произнес мужчина.

– И что с того?

– Ничего. Просто если эти умники попытаются вас привлечь, то вот моя визитка. Времена сегодня дурные, виноватые невиновных в суды тащат.

– А вы адвокат?

– Почему адвокат? – вздернул брови мужик. – Если что, нужно же вам будет доказать свою невиновность.

– Спасибо.

Странное дело? Очень даже. Не бывает? Бывает, еще как бывает. Правда, такие люди встречаются нечасто. Но все же находятся те, кому не все равно и не жаль собственного времени, чтобы помочь в тяжелую минуту. Тем более от них ничего и не требуется, только уделить какое-то количество времени.

Пока Сергей беседовал с незнакомым мужчиной, товарищ поверженного водителя увел «пострадавшего» к машине. Устроил его на заднем сиденье, сел за руль и рванул прочь от злосчастного перекрестка. Хм. Ну если так, то и Сергею пора. Его клиент ждет.

До адреса ехал минуты три, но этого времени ему хватило, чтобы перекипеть. Несмотря на свой вспыльчивый характер, Пошнагов отличался отходчивостью. Нет, если его зацепить серьезно, то раньше Кубань сгорит, чем он успокоится.

Зная об этом своем недостатке, он всегда старался найти какой-либо изъян в своих действиях и намерениях. Когда не чувствуешь за собой абсолютной правоты, всегда удается прийти к внутреннему умиротворению. А от этого и окружающим легче, и самому проще. Если всегда и все принимать слишком близко к сердцу, то можно вообще окрыситься на всех вокруг.

Не сказать, что он был так уж общителен. Скорее уж одиночка, живущий по своим понятиям и взглядам. Но и плохого от него люди не видели. Как-то так, жил и другим не мешал.

– Здрасьте, дядь Сережа. – Девушка вихрем влетела на заднее сиденье «десятки», светясь, как новенький пятак.

Пошнагову нравилась эта вечно жизнерадостная двадцатилетняя девчонка. Да и как не радоваться, глядя на этот сгусток задора и огня? Прокатишься с такой пять минут, потом полдня проводишь на подъеме.

– Привет, егоза. На работу поздно. И куда тогда едем, прогульщица?

– Я не прогульщица, у меня отгул. А едем в консультацию, – мило зардевшись, все так же с улыбкой ответила девушка.

– Ой, держите меня трое, – отъезжая от дома, с нескрываемой иронией произнес Сергей. – Верочка, неужели залет? Только месяц, как замуж выскочила.

– Скажешь тоже, дядь Сереж. Дурное-то дело не хитрое.

– Угадал, что ли?

– Угу.

– А чего же дурное? – укоризненно возмутился он.

– Смеяться не будешь?

– И не подумаю.

– Страшно, дядь Сереж.

– Муж-то любит? – вдруг отчего-то невпопад поинтересовался Сергей.

– Любит. Нет, честно любит. Прямо трясется надо мной. Не верите?

– Да верю я, верю. Тогда успокойся и ничего не бойся.

– Интересный подход. А при чем тут любит и не бойся?

– Да при том. Страшно! – трагичным голосом продолжил он, делая соответствующие словам жесты. – Скоро роды!!! Руки трясутся! Спина от пота мокрая! Ноги как ватные! А жена сидит спокойно, в телефоне играет!

– Ой, дядь Сережа, ну у тебя всегда какая-нибудь прибаутка найдется, – хихикнула Верочка.

– Это всего лишь жизненный опыт. Поверь, если ты ему небезразлична, то он отбоится за вас двоих с запасом. А ты просто делай то, ради чего и появилась на этот свет. Дари жизнь.

– Дядя Сережа, ну ты прямо философ.

– Я таксист, Верочка. А таксист должен по чуть-чуть разбираться во всем, от квантовой физики до каменного топора. Клиенты-то – они разные, не только внешне, но, куда чаще, интеллектуально. И всем скучно. А с кем разговаривать в авто, как не с водителем?

До городской больницы, где, собственно, и располагалась женская консультация, добрались очень быстро. Вообще-то подобная быстрота в их городе – дело, уже заслуживающее внимания. За последние годы количество автотранспорта увеличилось буквально в разы, а дороги – на прежнем уровне.

Впрочем, глухой день, он и есть глухой. Если нет работы у таксистов, то и других авто на дорогах не так уж и много. Отчего так? Да кто же его знает. Случается подобное примерно раз в неделю, и все тут. Прямо мистика какая-то…

– Алло, Сергей, как у тебя дела?

Голос жены в трубке обеспокоенный. С чего бы это? Впрочем, долго думать над этим вопросом не пришлось, подкравшийся кашель все сразу же разъяснил. Угу. Обычно он за три дня с любой простудой справлялся и без труда переносил ее на ногах. А тут что-то уже неделю никак не сладит.

– Нормально все, Нин, – давясь кашлем, заверил Сергей. – Только день какой-то квелый. Я, наверное, сегодня допоздна, иначе свою норму не заработаю.

– А ты где сейчас?

– Клиента в больницу привез.

– На ожидании?

– Нет, она уже расплатилась. Ты что-то хотела?

– Сергей, ну если уж ты возле больницы и день никакой, может, возьмешь выходной и сходишь к Ване? Не нравится мне твоя простуда.

Хм. А что тут скажешь, ему и самому не нравится. Очень даже может перейти в воспаление легких. А может, уже и перешло, вон температура и не думает спадать. Ладно. Всех денег не заработать. А если его конкретно скрутит… Жена-то работает, да зарплата в Пенсионном фонде – один смех. Только и того, что не киснет дома, а все время среди людей вертится.

– Хорошо, Нина, я к Ивану.

Ясно, что со своими болячками нужно идти не в больницу, а для начала в поликлинику. Но Иван – двоюродный брат. С одной стороны, не станет заниматься откровенным разводом на бабло. С другой – отношение к родственнику заместителя главного врача совсем другое. Ну и сам Сергей никогда не считал, что раз уж он брат Ивана, то на особом положении. Без лишних разговоров лез в карман и делал подношения. Так оно всяко надежнее, и отношение у врачей совсем иное.

Господи, ну сколько можно?! Две недели! Он в больнице уже две недели! Семья в буквальном смысле перешла на подножный корм. Есть еще кое-какой жирок. Все же Нина – она не транжирка и без какого-никакого запаса чувствует себя неуютно. Но и лечение еще не закончено.

С диагнозом все оказалось довольно предсказуемо. Жена, как часто это бывало, оказалась права, и в этот раз простуда перешла-таки в воспаление легких. Пролечили. Неделю лечили. Без каких-либо видимых результатов.

Антибиотики. Откачали жидкость. Процедуры и самый что ни на есть строжайший режим, с отдельной палатой и достаточно внимательным отношением врачей. Целая куча анализов. Сергей уже не знал, какую бяку соратники Ивана подготовят ему на следующий день. Ему казалось, что его уже прощупали, прозондировали и просветили везде, где это только возможно.

Однако, несмотря ни на что, температура и не думала спадать. Доктора никак не могли поставить диагноз. Ясно, что где-то в организме идет воспаление. Но где? И что именно происходит с больным? На эти вопросы они ответить не могли.

– Как дела, боец? – Иван вошел в палату в излишне приподнятом настроении, и это Сергею категорически не понравилось.

Не сказать, что у них с братом были теплые отношения. Но, с другой стороны, и ссориться они никогда не ссорились. Да и вообще, Иван – это не Сергей. Он, в отличие от последнего, к родне тянулся и помогал всем без разбора. Причем даже тем, кто имел наглость облить его грязью. Просто чувствовал за собой обязанность это делать, раз уж сумел подняться и заработать авторитет в медицинской среде.

– Судя по твоему виду, дела как сажа бела, – откладывая книгу и принимая сидячее положение, ответил больной.

– Ну, так уж и как сажа.

Опять излишняя и даже наигранная бодрость. Ох неспроста. Неужели все так плохо? СПИД, рак и вот еще недавно дал о себе знать этот самый вирус Эбола.

Ну, последнее можно отметать сразу, потому как в этом случае вместо Ивана сюда ввалились бы дяди в интересных защитных костюмах. СПИД тоже мимо. Плохо ли, хорошо, но время от времени медосмотры с разными анализами в его жизни случались. Да и не молодой уже, мозги имеет, дуриком на каждую встречную не кидается. Остается рак, от которого никто не застрахован, а уж в России, где людей травят всякой всячиной почище тараканов, – и подавно.

У Сергея натура такая – чуть что, сразу начинает накручивать себя по-крупному. Готовится к самому худшему, а потом выясняется, что все не так уж и тяжко. Глядишь – и сейчас окажется какая-нибудь мелочь, ну там почку нужно будет удалить или клапан в сердце заменить.

– Иван, давай без дураков. Что нашли? Вижу же, что что-то серьезное. Вон как глаза прячешь. Я не стану тебе рассказывать о том, какой я мужчина и насколько способен держать удары судьбы. Но знать я должен. Если все настолько паршиво, то мне нужно хотя бы привести в порядок свои дела.

Нет. Не скажет. Вон опять бодрячка включил и лупает глазками, как на дебила. Мол, ничего такого страшного, это Сергей сам себя накручивает. Может, и так. Да что-то верится с трудом. Он, конечно, с Иваном не так часто общался, но вот таким растерянным видит впервые. И вообще… С годами у него выработалось особое чутье на неприятности, именно благодаря этому и откатался пять лет в такси без особых происшествий.

Ивана понять можно. Каким бы крепким человеком ты ни был, сколько бы ни считал себя настоящим мужчиной, весть о том, что твой век уже отмерен, подкосит любого. Доводилось Сергею слышать, когда врачи давали больному и по году, а тот сгорал буквально за месяц, едва только узнав о том, что обречен. Хотя…

Гораздо реже, но случается, что у человека открывается второе дыхание. Просыпается такая тяга к жизни, что болезнь отступает. Вот только подобная сила духа совсем не обязательно просыпается в человеке волевом и целеустремленном. Порой победителем в этой схватке выходит с виду тщедушный человечек.

Так что брата он понять мог. Как мог уже судить и о том, что подцепил что-то куда более серьезное, чем воспаление легких. Хм. Тут, пожалуй, налогом в виде отданной почки не обойдется. Похоже, планка куда как выше. Стоп! Это что же получается, он сам себе уже и диагноз и приговор вынес?

– Иван, не молчи. Ну же.

– Сереж… В общем… Рак прямой кишки четвертой степени, – наконец разом выдохнул брат, словно опасался, что в самый последний момент не сможет сказать самого главного.

– Но как?.. У меня же ничего такого… – Хоть Сергей и ожидал нечто подобное, все же подтверждение догадок его ошеломило.

– А ты когда в последний раз обследовался? Ничего такого. Он вообще без особого дискомфорта до четвертой степени дойти может.

– Стоп. Давай по делу. Варианты есть? Хотя какие там варианты, раз уже четвертая степень, – тут же махнул рукой Сергей. – Может быть, ошибка?

– Сомнительно. У нас довольно серьезный онкологический центр с весьма обширной практикой. Но я тебя отправлю еще и на обследование в Ставрополь.

– Л-ладно. А если все же не ошибка, варианты есть?

Вот дались ему эти варианты. Сам же понимает, что безнадега. Вот и взгляд Ивана как приговор. Амба. Ничего-то у тебя не выйдет. Нет, какое-то время побарахтаться еще можно, семью под откос пустить, потому как лечение не из дешевых, а потом конец один.

– Сколько? – сглотнув вдруг появившийся в горле ком, поинтересовался Сергей.

– Что сколько?

– Иван, не тормози. Сколько мне осталось? Только давай без сказок.

– Кхм. Ну, можно еще…

– Ваня.

– Пара месяцев, – вздохнув, все же сдался брат.

– Вот так вот, – сжав до хруста кулаки, сквозь зубы прошипел Сергей. Уж что что, а сложив лапки, он помирать не собирался. – Добро. Давай так. Сейчас оформляй выписку и об этом никому ни слова.

– Сергей, ты что надумал?

– А вот это, доктор, уже не твое дело. Никому, слышишь!

– Да уже через пару недель ты с койки не встанешь.

– Ты сказал, я услышал. Все, иди готовь бумажки. У меня слишком мало времени.

– Сергей Демьянович?

Пошнагов обернулся на голос и увидел мужчину возрастом слегка за тридцать. Ничего так мужик, за собой следит. Многие к его годам уже брюшко отпускают и вообще начинают оплывать. Яркий пример – он сам. Как раз к тридцати у него и начал набираться лишний вес. А этот подтянут и даже, скорее, атлетического сложения.

– Петр Петрович?

– Да, это я. Но, если можно, просто Петр. Я все же помладше вас буду, а это на Кавказе вроде как весьма серьезный довод.

– Бросьте. Уж вы-то к Кавказу не имеете никакого отношения. Говор у вас интересный, похож на астраханский. Но если вам удобнее, чтобы я называл вас по имени, тогда отвечайте взаимностью.

– Договорились. Пройдемся, – делая приглашающий жест, предложил Петр.

Ну отчего бы не пройтись. Тем более по тихим аллеям городского парка. Жаль, деревья уже полностью сбросили листву, а новую зелень Сергею, пожалуй, уже не увидеть. Похоже, на роду так написано, что весну ему уже не встретить.

Гулять по парку среди деревьев ему нравилось. Он словно хотел вволю надышаться перед смертью. Даже курить бросил. Нет, забота о здоровье тут ни при чем. В его-то положении, когда можно уже все… Глупо бы было. Просто захотелось подышать именно чистым воздухом. Хм. И вот ведь странное дело, тяги к сигаретам абсолютно никакой, словно и не курил на протяжении двух с лишним десятков лет.

– Итак, Петр, откуда у вас мой телефон? – угрюмо поинтересовался Сергей, мерно вышагивая по брусчатке аллеи.

Ничего удивительного в его настроении не было. Интересно, много ли найдется людей, которые, зная о близкой смерти, будут демонстрировать приподнятость духа.

– Скажем так. В больнице далеко не все имеют возможность зарабатывать, возвращая людям жизнь. Но зато они имеют доступ к анкетным данным больных, и если найдется тот, кто готов за них заплатить…

– Ясно. Времени у меня мало, поэтому давайте ближе к делу.

– Вы правы. Со временем у вас большие проблемы, – соглашаясь, кивнул Петр.

– Даже так. А впрочем, чему тут удивляться, если вы получили мои анкетные данные. Остается понять, зачем вам это нужно. Может, скажете напрямую? Чего тянуть кота за подробности.

– Хорошо. Скажите, вы уже прошли дополнительное обследование в Ставрополе?

– А вам это зачем?

– Все зависит от вашего ответа. Если диагноз подтвердился – это одно. Если нет, то совершенно другое.

– Нужен больной для каких-то экспериментов? Ну чего вы молчите? Хорошо. Диагноз подтвердился. Мне осталось около двух месяцев, а недели через две, максимум три, я слягу, – с нескрываемой злостью выплюнул Сергей.

Нет, к Петру у него никаких претензий не было, просто он не привык быть слабым. А еще никак не мог смириться с безысходностью своего положения.

– Хорошо, – не обращая внимания на вспышку агрессии собеседника, удовлетворенно произнес Петр.

Вот за это «хорошо» Сергей был готов его порвать, как тузик грелку. Но все же предпочел сдержаться. С одной стороны, какой-то чудак радуется твоему горю. Но с другой, Сергей вдруг ощутил надежду. Именно так. Этот Петр возродил в нем надежду на благополучный исход. Поэтому Пошнагов не стал перебивать собеседника, а обратился в слух.

– Сразу скажу: речь идет не об эксперименте, все уже отработано до обыденности. Не потребуется даже операция. Результат стопроцентный, и даже выше.

– Как так – выше?

– А вот так. Помимо рака, вас подлечат и от других болячек, даже от тех, о которых вы и не подозреваете. Просто лечение комплексное. Помещают вас в эдакую регенерационную капсулу, и через сутки вы выходите совершенно другим человеком. Практически полностью здоровым.

– Отчего же практически? Если уж грузить сказками, то до конца, – хмыкнул Сергей, чувствуя, что его разводят, как ребенка.

Гнать бы этого умника поганой метлой, да что-то удерживает от этого. Надежда? Она, клятая. Как там говорится? Пока живем – надеемся? Вот и он надеется. На чудо, на счастливый билет, на то, что все это – просто ошибка.

– Практически – потому что капсула будет заряжена не на сто процентов, а только на пятьдесят, – вполне спокойно и даже выставляя напоказ свое терпение, начал объяснять Петр. – После этой цифры стоимость процедуры начинает расти в прогрессии, а проводить подобное лечение в кредит никто не станет. Искин же будет действовать соответственно имеющимся ресурсам и состоянию вашего организма. Разумеется, в первую очередь он сосредоточит свои усилия на самом серьезном, а потом – по ниспадающей, пока в емкостях имеются препараты. Но даже после такого лечения вы будете куда здоровее практически любого из живущих на Земле и сможете дожить эдак лет до ста. Разумеется, если не подхватите очередную бяку.

– То есть я должен поверить в эту муть и фантастику? – искренне удивился Сергей.

Нет, он был не против почитать фантастические романы. Мало того, как раз именно таким чтением и увлекался. Но его нынешнее состояние не слишком располагало к подобным беседам. Конечно, Петр выглядел довольно уверенным в себе, и это вносило некую долю сомнений. Но все же поверить в подобное…

– Фантастика – да. Но только не муть, – ничуть не смутившись, возразил Петр. – Признаться, когда мне предложили это, у меня была точно такая же реакция. Но мне хватило ума согласиться, хотя бы по той простой причине, что я ничего не терял. Разумеется, есть какая-то часть сумевших побороть рак, но этот процент настолько мал, что проще выиграть в лотерею. Кстати, мне ни разу так и не повезло.

– То есть вы были в той же ситуации, что и я?

– Угу. Тридцать лет назад. Неплохо выгляжу для шестидесятилетнего, не находите? Правда, есть пара неудобств. Пришлось отказаться от оседлого образа жизни, ну и пора уже обзаводиться вторым пакетом документов. А так все просто замечательно.

– Но если есть средство от рака, да еще, как вы говорите, эта процедура – простая рутина, то почему же тогда об этом ничего не слышно? Пусть лечение стоило бы десять миллионов долларов, но ведь о нем должно быть известно.

– Если бы эта метода была на Земле, то несомненно.

– То есть?

– Я говорю об инопланетянах. Не надо на меня так смотреть, я не сумасшедший и точно не издеваюсь над вами.

– И что же от меня потребуется взамен?

Поверил ли Сергей Петру? Очень даже поверил. Нет, еще меньше минуты назад он готов был его послать, а вот теперь ухватился за него, как утопающий за соломинку. Тронулся умом? Всегда был недалекого ума? Не надо торопиться с выводами. Вполне адекватные люди, доведенные до отчаяния, верили шарлатану Гробовому, пообещавшему воскресить мертвых.

– Что потребуется от вас взамен, доподлинно я не знаю, – искренне улыбнувшись, ответил Петр. – Мне в свое время предложили быть вербовщиком на территории СССР, и с развалом империи ничего не изменилось. Что касается завербованных мною… Мне известно только то, что они подписывают контракт и отправляются работать на другую планету.

– У зеленых человечков проблемы с рабочей силой? – ухмыльнулся Сергей.

– Почему зеленых? Они ничем не отличаются от нас, ну разве что имеют специфический цвет кожи, волос или разрез глаз. Мы с подобными отличиями вполне управились в пределах одной планеты, так чего же ждать от других миров. Правда, зеленокожих мне встречать не доводилось. Впрочем, я и видел-то не так чтобы много.

– Н-да. Вам вопрос, а вы – море слов, и ни о чем.

– Что же касается вопроса, то, насколько я понял, им проще набирать рабочих на Земле, чем тащить из цивилизованного космоса на фронтир.

– Цивилизованного?

– Ну да. Так уж сложилось, что наша Солнечная система находится у черта на куличках.

– Значит, по сути, это будет рабство?

– Послушайте, Сергей, давайте откровенно. Что вам предлагаю я? Так, сущую безделицу – жизнь. Долгую или короткую, легкую или тяжелую, но жизнь. В конце концов, вы всегда можете свести с ней счеты, все в ваших руках, вот только при этом вы не будете мучиться, что вам, несомненно, предстоит, останься вы на Земле. Я помню, как это было. До сих пор не знаю, отчего не наложил на себя руки. А что касается рабства, то с рабами контракты не заключают.

– А зачем им вообще какие-то контракты? Похитили – и вся недолга.

– Там у них какие-то свои коллизии, мое дело – только вербовка, а люди, попавшие в безвыходную ситуацию, – самый подходящий материал. Да и мои наниматели предпочитают именно такой контингент.

– Напрашивается вывод о цивилизованном рабстве, когда человека опутывают долгами, с которыми ему век не расплатиться, – невесело ухмыльнувшись и слегка тряхнув головой, подытожил Сергей.

– Возможно, и так. Но что теряете лично вы?

– Ваша правда, ничего не теряю.

– Ну так как, согласны?

– Согласен. Только у меня есть еще кое-какие дела и обязательства.

– И сколько вам нужно времени?

– Ровно два дня, – тряхнув головой, как человек, только что принявший окончательное решение, произнес Сергей.

– Так не пойдет. Дело в том, что следующую партию добровольцев я отправляю только двадцать пятого декабря. Так что именно на эту дату вам и придется рассчитывать.

– Даже так? Почти месяц?

– Странный вы человек. Еще полчаса назад вы даже подумать не могли о том, что у вас есть хоть какой-то шанс. Теперь же ведете себя так, словно я не оправдал ваших надежд.

– Просто у меня были кое-какие планы, и закончить их я должен был послезавтра. Более долгий срок меня несколько не устраивает.

– И насколько? – Петр даже остановился от неожиданности, а его собеседник сделал еще пару шагов.

– Настолько, что я вынужден отказаться от вашего заманчивого предложения, – остановившись и обернувшись к Петру, ответил Пошнагов.

Вербовщик внимательно смотрел на этого мужчину, пытаясь его понять. Судя по тяжкому вздоху, решение это Сергею далось нелегко, но и отступать от него он не намерен. Вот интересно, что вертится в голове у этого человека, раз он отказывается от шанса спасти свою жизнь?

Нет, он в этом не был оригинальным. Добрая половина, а то и больше, отказывались от столь заманчивого предложения. Кто-то считал Петра Петровича шарлатаном. Кого-то пугала неизвестность, ведь, несмотря на обещание выздоровления, их должны были отправить в никуда. Но этот-то только что поверил и принял предложение и тут же отказывается.

– Не объясните? – все же решил полюбопытствовать Петр Петрович.

– А нечего объяснять. Мне в лучшем случае осталось провести на ногах неделю, ну, при везении, – две, приступы повторяются все чаще и с каждым разом усиливаются. Осуществить задуманное я могу, только будучи на ногах. Не сделав же этого, я даже помереть себе не могу позволить.

– Конечно, не мое дело. Но это настолько важно?

– Это действительно не ваше дело. Но это важно. Главное же то, что если в течение суток после этого вы не отправите меня туда, – Сергей поднял палец, – то меня уже не получите. Ну а если вы привязаны к определенной дате…

– Погодите. А если вы останетесь на ногах и вообще будете чувствовать себя бодрячком, вы сможете приурочить ваше мероприятие к дате отлета?

– Да. Это возможно.

– Тогда оголите, пожалуйста, предплечье.

– Зачем? Поставите метку?

– Очень смешно. Я сделаю вам инъекцию, которая купирует вашу болезнь ровно на тридцать суток. Уже завтра вы проснетесь совершенно другим человеком. Дискомфорт, температура, боль – все это отступит. Но не обольщайтесь, болезнь никуда не денется. По истечении этого срока она навалится на вас с еще большей силой. Да так, что вы тут же окажетесь прикованным к постели, и ваше состояние будет ухудшаться буквально на глазах.

– Опять намекаете, что выбора у меня по-прежнему нет.

– Увы, Сергей.

– Что же, колите, – задирая рукава куртки и свитера, согласился Сергей.

– Зинка, открой! Открой, поганка!!!

Ну вот, опять двадцать пять. Дать бы ему в рыло, чтобы не шастал домой пьяным через день на ремень. Но нельзя. Народ в последнее время пошел ушлый, чуть что – бежит с заявлением в полицию. А то как же, вдруг это его счастливый шанс срубить кругленькую сумму с идиота, решившего ему настучать в табло.

Привлекать же к себе внимание полиции никак нельзя. Если такое случится, то на работе могут отреагировать как угодно. В самый последний момент возьмут и отстранят. И для чего тогда, спрашивается, столько мучился?

Сергей потянулся к тумбочке и, схватив сотовый, поднес его к глазам. Ага. Получается, сосед не дал ему поспать лишние десять минут. Хотя это не смертельно. Но каков идиот! Это же надо настолько упустить себя!

Сергей вообще к алкоголикам, наркоманам и игроманам относился крайне негативно. Кто-то скажет, что это болезнь, и даже, возможно, окажется прав. Но, по убеждению Пошнагова, болезнь – это насморк, воспаление легких или вот рак, чтоб ему опрокинуться раз десять без передышки. А эти сделали свой выбор самостоятельно и вполне осознанно.

Сергей никогда не боялся того, что станет алкоголиком или наркоманом, хотя во времена его детства наркоши всячески старались вовлечь в это дело как самого Сергея, так и его товарищей. Причем расписывали они эту гадость исключительно в романтическом и героическом ореоле. Но даже в условиях, когда власти практически никак не информировали молодежь о пагубности наркотиков, он знал, что такого счастья ему точно не нужно.

С игрой получилось несколько неожиданно. Пару раз по молодости он цеплялся серьезно, проигрывая крупные суммы. Относительно серьезные конечно же. Но это смотря для кого, если для курсанта военного училища, то выходило неслабо. Едва осознав, что является натурой увлекающейся и азартной, Сергей тут же поспешил дистанцироваться от азартных игр. Если бы случилось по-другому, кто ему был бы виноват?

Ладно. Что-то его понесло не в ту степь. В конце концов, каждый сам кузнец своего счастья. Никому насильно мозги не вправишь и в светлое будущее не утянешь.

Поднявшись с кровати, Сергей быстро обрядился в спортивные штаны и направился к примостившейся в уголке раковине. Нечего лодыря справлять, нужно умыться, позавтракать и выдвигаться на работу.

Вот уже месяц, как он жил в этом общежитии. За комнату брали просто смешную плату. Впрочем, куда взвинчивать цены, при таком-то антураже? Бог с ним, с обшарпанным видом самой комнатушки, но ведь есть еще и общественный коридор, который вообще доброго слова не стоит.

Там, конечно, убирались по очереди, но делали это исключительно как придется. Да и гадили в коридоре куда чаще, чем прибирали. Сергей предпочитал обходиться без сомнительного удовольствия наводить чистоту в общественном месте. Когда подходила его очередь, он просто платил той же соседке Зинке, к которой сейчас ломится ее ненаглядный муженек, и та брала этот вопрос на себя.

Как он здесь оказался? Ну, пока суд да дело, надо же где-то жить. С Ниной он развелся сразу же, едва узнал о болезни. Иван хотел вмешаться, но после серьезного разговора и вдумчивых разъяснений Сергея предпочел оставить все как есть.

Ничего не вышло и у старшего родного брата, Алексея. Тот о болезни ничего не знал, а потому вообще не мог осознать происходящее. Сергей конечно же натура своеобразная, по жизни – самый настоящий одиночка. Никого он близко к себе не подпускал, ни друзей (впрочем, таковых и не было, так, знакомые), ни родственников. Но для него всегда существовали своя семья и семья старшего брата с Алексеем во главе. В сыне и дочке он вообще души не чаял. А ради кого, спрашивается, он стирался на руле? Ради семьи.

И тут вдруг такой пассаж. Вот только бесполезно все. Сергей никого не стал слушать, объявив, что уходит к другой. Собрался в одночасье и был таков. Словно подменили человека.

Оформить развод удалось в самые сжатые сроки. Нина, конечно, мужа любила, но коль скоро он нашел другую, навязываться не собиралась. Как говорится, встретились два одиночества. Оба были под стать друг другу.

Все свое имущество и даже машину Сергей оставил прежней семье. Заявил, что уходит только с одной сумкой. От алиментов не отказывался. У него была единственная просьба: пока окончательно не определится с жильем, не выписывать из дома. Нина противиться не стала.

Правда, настаивала на том, чтобы муж забрал автомобиль, зарабатывать-то на жизнь как-то нужно. Но Сергей отказался, заявив, что из такси также уходит. Его давно уже звали в банк, в службу инкассаторов. Раньше не шел, так как с зарплатой у них слабовато. Но теперь решил, что стабильность и уверенность в завтрашнем дне стоит того, чтобы иметь вдвое меньший заработок. Собственно, именно для поступления на новую работу ему и нужна была прописка.

В банк его приняли без проблем и в самые сжатые сроки. С одной стороны, его уже давно зазывал начальник службы инкассаторов, его бывший одноклассник. С другой – вечный некомплект. В службе народ особо не задерживался, причина понятная – невысокая заработная плата.

Работа не пыльная, катайся да охраняй деньги, строго придерживаясь инструкций. Трудности были в другом. Приступы появлялись не по графику, а когда им приспичит. Приходилось скрывать плохое самочувствие, изображать бодрость духа и здоровье тела.

Но после встречи с этим Петром Петровичем все изменилось. Проснувшись на следующий день, Сергей даже усомнился, а болен ли он вообще. Впрочем, обманывал он себя недолго. Не больше минуты. В конце концов, Петр предупреждал, что все именно так и будет. Это не выздоровление, а всего лишь отсрочка. А раз так…

Закончив бриться, Сергей ополоснул лицо и посмотрел на себя в зеркало. Подмигнул своему отражению и, непринужденно насвистывая привязавшийся мотивчик, перешел в противоположный угол. Здесь примостились двухкомфорочная электроплита, микроволновка и электрочайник. Слева, впритык к столику, на котором все это и находится, стоял обшарпанный, видавший виды холодильник.

Руки привычно приготовили завтрак. Собственно говоря, ничего сложного, за прошедший месяц все само собой отработалось до автоматизма. А голова… Голове сейчас было чем заняться.

– Мм, какой запах.

А вот и ненаглядная проснулась. Валя, Валя, Валентина. Угу. Именно к этой двадцатидвухлетней молодке уже не первой свежести (как бы парадоксально это ни звучало) Сергей и сбежал. А что тут поделаешь, седина в бороду, бес в ребро. Валюша, правда, была несколько недовольна тем обстоятельством, что он оставил машину своей бывшей.

Но, с другой стороны, грех жаловаться. Вот он, новенький айфон, который ее Сереженька приобрел в кредит. И это только начало. Он недаром пошел работать в банк. Там своим делают скидки по кредитам. Так что уже через три месяца можно будет оформить ипотеку и переехать в свою квартиру. А там одновременно оформить и кредит на машину. В банке есть какая-то программа для молодых семей, и процент небольшой.

Сергей у нее умничка. Даром, что ли, она на него глаз положила, еще когда он работал в такси, а она была его клиенткой. Она все время на работу ездила на такси, так сказать, для солидности, а он частенько ее подвозил. Кстати, привычка не пользоваться общественным транспортом у нее так и осталась.

Сергей вообще не претендует на ее деньги, мало того, еще и сам подбрасывает. Говорит, что молодую жену нужно баловать. Ну, пока еще не жену, но это только вопрос времени. Сначала он разводился. Теперь вот нужно обождать, в загсе заявление приняли, но регистрация брака только по прошествии определенного срока. Такая ерунда.

– Проснулась, моя красота? – бодрым тоном поинтересовался Сергей.

Вообще-то нужно было быть либо больным на всю голову, либо тупым, чтобы сменить Нину на эту… Сергей даже не знал, как правильно называть свою нынешнюю сожительницу. Пожалуй, лучше всего ее характеризовало слово «пустышка». Да, именно так. Ну а кто она, если дети для нее – анахронизм, жизнь нужна только для того, чтобы брать от нее все, как все в этой жизни нужно и попробовать. Кстати, пробовала и наркотики.

Возможно, всему причиной то, что на ее пути не встретился нормальный мужик. Может, она уцепилась за Сергея как раз по этой причине? Вот только он не МЧС и для подобной особы спасательным кругом становиться не собирается. Каждый сам кузнец своего счастья. Она выковала свое. Валентина понадобилась ему в качестве отвлекающего маневра, не более.

– Проснешься тут, когда разносится запах яичницы с беконом, – сладко потягиваясь, произнесла девушка.

– Тогда давай умывайся и к столу, – снимая с плиты сковородку, распорядился Сергей.

– А завтрак в постель любимой слабо?

– Вот переедем в свою квартиру, первое, что сделаю, – это приобрету кроватный столик. А пока извини.

– Ладно. Ловлю на слове. А ты чего сегодня так рано вскочил?

– Ну, во-первых, выспаться у меня не было никаких шансов, Федька опять напился и буянил на всю общагу.

– Странно, а я и не слышала. Вот только запах и разбудил. А во-вторых?

– Во-вторых, я тебе говорил, что поменялся с Волковым и сегодня работаю.

– Угу, говорил.

На работу он, как всегда, добрался на маршрутке. Валентина предлагала довезти его на такси, но он только отмахнулся. С одной стороны, у нее рабочий день начинался на час позже. С другой, работали они в разных частях города. Словом, лишнее это…

– Ну все. Это была последняя точка. Наконец-то по домам, – с наслаждением потянувшись, произнес водитель.

День прошел как обычно. И, как всегда, не обошлось без переработки, за которую опять забудут заплатить, пообещав компенсировать выходными, а потом не вспомнят и об этом. Но сейчас и впрямь была последняя точка. Пять минут – и они в банке. Маршруты вообще расписаны по минутам, так что на место прибудут в указанное время с гарантией. Сдадутся – и домой.

– Ген, ты ничего не забыл? – Старший экипажа укоризненно посмотрел на водителя.

– Да как-то… Замаялись же, – все же нашел выход парень.

Оно вроде нужно бы проставиться. Но с другой стороны, не говорить же о том, что сегодня с ними нет обычного их охранника. Волков отчего-то поменялся с Пошнаговым. То ли ему понадобился отгул, то ли сам сменщик уговорил. Но факт остается фактом, компания сегодня непривычная, да и тащить с собой нелюдимого Сергея особого желания нет.

– Что бы вы ни решили, я пас, – сидя на заднем сиденье бронированной «Нивы», успокоил напарников Сергей.

Оба обернулись и бросили на него такой взгляд, словно он сильно их разочаровал. Угу. Как бы не так. А то ему неизвестно, как к нему относятся окружающие. Да ровно так же, как и он к ним. Не мешают жить – и ладно, пусть каждый идет своей дорогой.

– Ты чего, Сергей? – все же произнес Виктор. – Генка же перед отпуском проставляется.

– Не. Даже не уговаривайте. Сейчас уже десять вечера. Пока сдадимся, пока то да се, раньше одиннадцати усугубить все одно не успеем.

– Ну так завтра ж выходной, – не сдавался Виктор, но как-то без огонька, видно, что больше для порядка.

– А на завтра у меня планы, потому и менялся.

– Ладно, дело хозяйское.

А вот теперь даже какое-то облегчение в голосе проскользнуло. Давно бы так, а то устроили тут спектакль, актеры погорелого театра. Даже не удержались, чтобы обменяться удовлетворенными взглядами. Вот и хорошо, вот и ладно. Теперь оба будут пялиться вперед, дабы не отсвечивать довольными лицами, что, собственно, Сергею только на руку.

Геннадий запустил двигатель, и «Нива» тронулась, выехав на проезжую часть. Разговоры разговорами, но нужно придерживаться графика, иначе начальство поднимет шум. У них с этим строго, все же перевозка наличности, причем далеко не мелких сумм.

А вот и переулок, на который, собственно говоря, Сергей и делал ставку. В принципе это место довольно оживленное. По глухим переулкам маршруты инкассаторских машин не прокладывают. Но сейчас, когда, по зимнему времени, довольно поздно, а улицы занесены снегом, здесь не наблюдалось ни одной машины.

Сергей весь подобрался, в который уже раз за этот месяц заглянул в себя. Нет, ничего не изменилось. Его решимость никуда не делась, а наоборот, даже окрепла. Ну а раз так…

Геннадий сбавил скорость, преодолевая обледенелый участок дороги. Коммунальщики уже устранили течь в водопроводе, а вот скалывать образовавшуюся наледь не спешат. Как видно, ждут, что само рассосется, но что-то морозы не отпускают. Нет, Сергей вовсе не рассчитывал на такое состояние дороги, в конце концов, здесь есть еще пара мест, где водитель вынужден будет сбавить скорость, если он, конечно, не экстремал. Но раз уж так все сложилось…

Сергей поднял обе руки с зажатыми в них электрошокерами и, поднеся приборы к шеям Виктора и Геннадия, нажал на гашетки. Треск разрядов и захлебывающиеся, полные боли и страдания стоны мужчин слились в одно целое. Машина, потеряв управление, вильнула, подскочила на паре ледяных кочек, преодолела бордюр и уперлась в заснеженное дерево, вызвав обильный снегопад. Ничего страшного, на такой-то скорости. Двигатель заглох практически сразу.

Несколько секунд – и Сергей отвел свое оружие в сторону. Оба его напарника лежали, привалившись к дверям, куда подались инстинктивно, спасаясь от нападения.

У него не больше минуты. После этого Гена и Витя начнут приходить в себя. Причем более крепкий Виктор в этом плане куда опаснее. Нет, Сергей не сомневался в том, что сумеет с ним справиться, но это при условии, что тот не потянется за оружием. Убивать он никого не собирался. Ему нужны были только деньги.

Хорошо, что «Нива» у них пятидверная. Пошнагов быстро разблокировал передние двери, выхватил из своей сумки серый скотч и выскочил на улицу. Рванул дверь Виктора, уронил его в снег и, заведя руки мужчины за спину, быстро обмотал их липкой лентой. Потом ноги. Порядок. Теперь к Генке.

Водитель хотя и был помельче, однако когда Сергей рванул его дверь, тот уже приходил в себя. Мысленно попросив прощения у все еще ошеломленного Геннадия, Сергей с ходу врезал ему в челюсть. Хм. Рука у него тяжелая, не без того. А тут еще и Генка не до конца пришел в себя, да и комплекция у него скромная.

Покончив с Генкой, Сергей переместил его на заднее сиденье. Потом обежал вокруг и склонился над Виктором. Тот уже пришел в себя и что-то мычал, не в силах закричать из-за засунутой ему в рот форменной кепки.

– Пришел в себя, Витя? Это хорошо. – Сергей склонился над его ухом и заговорил тихо, но внятно: – Слушай сюда, Витя. В машине камера, поэтому скажу тебе только раз. Через пару недель, когда все поуляжется, пойдешь на центральный почтамт, там тебя дожидается письмо до востребования. В нем я указал, где оставлю деньги для тебя и Гены. Делиться с ним или нет – решай сам. Очень прошу, Витя, не бузи, мне нужны только деньги. Найдут вас быстро, по джипиэс, так что замерзнуть не успеете. Да и выбора у тебя нет. Все понял? Вот и ладушки. Давай, вставай.

Сергей помог ему подняться, доскакать до машины и сесть на сиденье. Тот вроде поверил в сказанное. А может, все дело в том, что хотел элементарно остаться в живых, а потому решил лишний раз не провоцировать преступника. Ведь не убил же он его сразу, возился, связывая по рукам и ногам. Значит, шансы, что все разрешится более или менее благополучно, есть.

– А что это у вас происходит? – Сергей даже слегка вздрогнул, когда, захлопнув пассажирскую дверь, услышал за спиной молодой, полный сил голос.

Трое крепких парней с интересом наблюдали за Сергеем. Драться с ними бесполезно, а шокеры остались в машине. Браться же за оружие ой как не хотелось. До зубной боли не хотелось.

– А какое сегодня число, парни? – вдруг нашелся Сергей.

– Двадцать пятое, – машинально ответил один из парней.

– Неправильно, – ухмыльнулся Сергей. – Сегодня католическое Рождество.

– Ну и что? Мы же православные, – не понял первый из парней.

– А когда нас это останавливало? Вот только с нормой у нас не очень. Слегка перебрали.

– Поня-а-атно. Водила перебрал, что ли?

– Угу. И не один. Вот теперь собираю их в кучу.

– А ты что же от коллектива отбиваешься?

– Не, мне нельзя, я зашитый. Только пробки нюхать.

– Сочувствую. Ладно, парни, пошли.

Молодые ребята махнули Сергею руками и пошли дальше по тротуару.

Сочувствует он. А ведь и впрямь сочувствует. Господи, да кто же всем внушил, что потребление водки и есть русская культура?! Что разнузданный пьяный мужик с гармошкой и граненым стаканом – это символ России. Не пахарь, не рабочий, а алкаш!

Сергей только вздохнул по этому поводу, потом обежал машину и сел на водительское место. Запустил двигатель. Порядок. Задняя передача. Не идет. Колеса дали пробуксовку, «Нива» только слегка затряслась и вильнула задом. Включил блокировку, попробовал снова. А вот теперь порядок. Авто выскочило на дорогу, весело подпрыгивая на неровностях.

К тому моменту, когда служба безопасности банка всполошилась, Сергей уже был за городом. Да и долго ли умеючи. Работая таксистом, он очень хорошо изучил город, а потому был уверен, что после моста через неширокую речку их вообще никто не видел. Да и сам город настолько невелик, что за пять минут оказаться за его пределами не такая уж и сложная задача, даже при загруженных улицах.

Остановившись у оставленной заранее машины, Сергей перегрузил в ее багажник все сумки с деньгами. После чего, оставив «Ниву» с включенным двигателем и печкой, пересел в старенькую «четверку», купленную по доверенности как раз для этого дела. Ехать предстояло не так далеко. Брат ждал Сергея у себя на даче, где они и договорились встретиться.

К даче Алексея он подходил пешком, чтобы, не дай бог, не привлечь внимание посторонних. Похоже, он все делает правильно, раз уж ему так везет.

Как и просил Сергей, Алексей на даче был один. А ведь этого могло и не случиться. Он вполне мог оказаться здесь как с девицами, так и с друзьями. Но, по счастью, выполнил просьбу брата и приехал один.

– Серега, наконец-то. Я тебя уже заждался, – с самой искренней улыбкой посетовал Алексей.

– Угу. Вообще-то сейчас ровно половина. Так что я точен, как швейцарские часы, – остановившись на пороге и явно не собираясь проходить дальше, возразил Сергей.

Алексей всегда был полон энергии и жизнерадостности, не то что Сергей, которого можно было охарактеризовать одним словом – «бирюк». При подобном раскладе встречались они не так чтобы и часто, а уж сиживали за стаканчиком да под душевную закуску – и того реже. Да, младший брат со странностями, но Алексей его любил от всего сердца, а потому решил не упускать случая встретиться, раз уж таковой подвернулся.

Запах свежеприготовленного шашлыка Сергей почуял еще за добрую пару сотен метров до дачи, теперь же он и вовсе забил все рецепторы. За открытой дверью прихожей виден камин с полыхающими дровами, стоящий перед ним невысокий столик с подносом, на котором разместилось несколько шампуров с уже готовым мясом.

Даже если бы Алексей не стал успешным бизнесменом, с заработками у него все было бы в полном порядке. Редко какой шашлычник, занимающийся этим профессионально, мог соперничать в своем ремесле со старшим братом Сергея.

– Серега, ну ты чего встал? Проходи. Посидим, поговорим.

– Прости, Леш, но некогда.

– Не понял. Я же специально приехал пораньше, шашлыки замутил.

– Правда, Леш, некогда.

– Может, объяснишь? – тут же став серьезным, поинтересовался брат.

– Для того и пришел. Только давай так, Леха, я говорю, ты впитываешь.

– Ничего не перепутал? Это я старший брат, а не ты.

– Угу. Давай еще и сам знаешь чем померяемся. Ты слушать будешь?

– Л-ладно. Говори.

– Короче, у меня рак.

– Чего-о-о?! – Алексей и так ростом ни разу не обижен, но после этих слов словно стал еще выше, нависнув над Сергеем.

– Леха, нет у меня времени. Повторяю, у меня рак. Мне осталось немного. Спросишь у Ваньки, он подтвердит, даже бумажки тебе покажет. Не суть. Дачный участок двадцать семь на Седьмом проезде. Он давно уже заброшен. При входе под порожком – сумка, там около двадцати лимонов. Участок тридцать на том же проезде, в емкости для воды валяется еще одна сумка, там – около тридцати лимонов. Потом определишься, как и куда деть эти деньги. Для чего они, объяснять, я думаю, не надо. Нине все расскажешь и попросишь от моего имени прощения. Не отдавай ей деньги. Сам сообрази, как лучше все обставить. С меня же взятки гладки, терять мне нечего.

– Закончил?

– Да. Извини, мне пора. Нас не должны связать.

– Стой. Ты никого не убил?

– Мне были нужны только деньги. Парней, наверное, уже нашли.

– Хорошо. Слушай, то, что ты грабанул банк, – это ерунда. Сейчас вернем все деньги. Налицо – отказ от совершения преступления. Во всяком случае, в камеру тебя не бросят. А потом займемся твоим здоровьем. Крепко за тебя возьмемся. Ты не переживай, у меня с деньгами порядок.

– Спасибо, Леха. Ты всегда заботился обо мне. – Сергей едва не прослезился, но все же сумел взять себя в руки, хотя голос и дрогнул. – Но даже если ты вывернешься наизнанку, мы сумеем отыграть пару лет, не больше. Выбросить чертову тучу денег ни на что… Глупее не придумаешь. Они нужны живым, а не ходячим мертвецам.

– Серега, заткнись сейчас же!

– Все, брат. Извини, но подыхать в камере в мои планы не входит. И еще. Не вздумай, заботясь обо мне, возвращать деньги. Они не твои и не мои, а моей семьи. В руки полиции не дамся, а тогда получится, что сдохну ни за что. Я ушел.

– Сергей…

– Прощай.

Сергей выбежал из дома и жадно вдохнул холодный воздух. Господи, а ведь ничто не указывает, что болезнь уже доедает его. Вот он, полон сил, готов горы своротить. Спокойно. Это как допинг. Сейчас хорошо, но потом обязательно придет откат, и, похоже, он будет таким, что ему небо с овчинку покажется. Нет у него иного выхода. Только вперед.

Встреча с Петром – уже через час. Времени как раз впритык, чтобы успеть. С одной стороны, вроде и не так далеко, но с другой – и гололед, и наверняка его уже ищут. Поэтому нужно торопиться. Интересно, эти зеленые человечки решают проблемы с полицией? Или им их межзвездные законы запрещают укрывать беглых преступников? В любом случае Сергей и не подумает жалеть о совершенном.

Глава 2. Океания.

Н-да. Не наврал Петр Петрович или как там его на самом деле. Сомнительно, чтобы он всюду представлялся своим настоящим именем. Да и Петр Петрович – это все равно что Иванов Иван Иванович. Не суть. Главное, что он говорил чистую правду. Непонятно только, чем эта правда обернется лично для него, Пошнагова Сергея Демьяновича, но он сейчас в самом деле находился на космическом корабле и через большой обзорный экран наблюдал Землю, голубой шарик, являвшийся его домом. Смотрел он на него в первый и, возможно, в последний раз в своей жизни…

Все произошло как-то слишком уж буднично. На место встречи он добрался без каких-либо трудностей. Можно сказать, повезло, потому как в тот момент полиция всего края уже встала на уши, тут без вариантов. Шутка ли, государственный банк обнесли почти на восемьдесят миллионов.

На месте встречи, в лесопосадке за городом, его уже ждал Петр и еще двое. Ночь была безлунной, но Сергей все же сумел рассмотреть своих собратьев по несчастью. Белый снег, лежащий вокруг глубокими сугробами, давал такую возможность.

Первый – мужчина средних лет. Болезнь над ним уже вовсю потрудилась. Это было заметно, несмотря на препарат, который, несомненно, использовал вербовщик. Как видно, Петр нашел его уже в более чем плачевном состоянии. Девушка лет двадцати пяти выглядела так же не столь хорошо. Исхудавшая и измученная болезнью. Сергей на их фоне смотрелся куда как бодрее, да что там, выглядел просто здоровым.

Примерно через десять минут после того, как подошел Пошнагов, появился какой-то странный летательный аппарат. Непонятно вообще, как он летал, так как никаких дюз или сопел с вырывающимся пламенем Сергей не увидел. Было слышно лишь легкое гудение, вроде того, что исходит от трансформаторной подстанции, только гораздо тише.

Внешне инопланетный аппарат особого впечатления не произвел. Эдакий микроавтобус обтекаемой формы и с выдающимся вперед носом, парящий в десятке сантиметров над снегом. У него даже дверца отъезжала вбок. Разве только маленькие крылья, расположенные позади этой двери, и небольшой же хвост свидетельствовали о необычности этого «автобуса». Угу, похоже законы аэродинамики и инопланетянам не чужды.

Отчего-то у Сергея сложилось стойкое убеждение, что этот аппарат выполнен из пластика или материала, схожего с ним. А еще он был просто убежден, что этот транспорт никак не может быть космическим кораблем, сомнительно и то, что он сможет выйти хотя бы на орбиту. Отчего-то само собой появилось для него и название, взятое из фантастических романов, – флаер. А что, очень даже соответствует.

Салон оказался также схож с микроавтобусом. У пилота даже не было отдельной кабины. Правда, кресла куда более удобные, словно принимающие тебя в объятия. Вдобавок они были оборудованы ремнями безопасности. Основательными такими. Сначала застегивались на поясе, потом еще два ремня, идущие от спинки кресел по плечам и груди. Ну прямо как в каком-то истребителе. Сразу и не разберешься, как ими пользоваться. Ну да Петр помог всем троим, после чего отправился на сиденье рядом с пилотом.

Микроавтобус довольно резво взмыл ввысь, а потом рванул вперед с не меньшей прытью. Кстати, Сергей оценил, насколько удобны кресла и надежны фиксаторы ремней. Хорошо еще, что они были достаточно широкими, да и зимняя одежда не позволяла этим средствам безопасности впиваться в тело.

Несмотря на то что снаружи весь корпус аппарата выглядел цельным (и кстати, менял цветовую окраску как хамелеон, даже ветви деревьев прорисовывались на поверхности), внутри имелись окна, ничуть не уступающие таковым в автомобиле. Поэтому Сергей мог как наблюдать за проносящимися снаружи ночными пейзажами, так и оценить скорость передвижения (летели они на незначительной высоте, вряд ли больше сотни метров). Получалось очень внушительно, по его прикидкам – километров триста в час, а может, и больше. Просто ему никогда не доводилось ездить быстрее двухсот.

Примерно за час они облетели три точки, где собрали еще шесть человек, мужчин и женщин. Прямо рейсовый автобус, двигающийся по маршруту с определенным расписанием. Что характерно, ни детей, ни стариков среди рекрутированных не было. Впрочем, ничего удивительного, им нужны люди работоспособные. Мысль о том, что свое спасение придется отрабатывать, Сергей воспринял вполне буднично. В конце концов, он это предполагал с самого начала, да и Петр о чем-то таком говорил.

В салоне оставалось еще три места, но они так и остались пустыми. Насколько Сергей расслышал из разговора Петра и пилота, на той точке, где они должны были забрать последнюю тройку, было организовано что-то вроде засады. Во всяком случае, при помощи приборов пилот сумел обнаружить вокруг троих рекрутов еще людей. Учитывая то, что места выбирались безлюдные, это наводило на определенные мысли. Вряд ли военные, а вот какая-нибудь группа уфологов – запросто.

Петр сильно ругался, поминая всю эту троицу, а может, и кого-то конкретного. Впрочем, предугадать, кто из них оказался придурком, решившим оставить след в истории, было сложно. Сегодня многие повернулись на телевидении. Ради того чтобы попасть в ящик, на что только не идут. Например, объявляют себя прямыми потомками знаменитостей или просто трясут своим грязным бельем перед всей страной. Вот только этот конкретный придурок, помимо себя самого, ни за что ни про что лишил надежды еще двоих.

Сергей сначала удивился реакции Петра. Ему-то какая разница? Особого сострадания в этом человеке Пошнагов не заметил. Но все встало на свои места, когда пилот завис в каком-то глухом местечке, чтобы высадить вербовщика, и вручил ему пачку денег. Вряд ли это были какие-то галактические кредиты, скорее, сугубо земные деньги, наверняка не рубли. Но перед тем как вручить деньги, пилот отслюнявил какую-то сумму, которая миновала Петра Петровича. Все понятно, тот работал по сдельщине.

После этого аппарат взмыл в воздух и, уже не меняя курса, на постоянной скорости устремился куда-то на север. Причем высота оставалась прежней – около сотни метров над поверхностью земли. Это опять подтвердило догадку Сергея относительно того, что данный аппарат не предназначен для выхода на орбиту.

Примерно через полтора часа их путешествие подошло к концу. И то, что увидел Сергей, говорило лишь об одном: очень скоро они расстанутся с Землей навсегда. В глухой балке посреди калмыцкой степи, вдали от жилья расположился корабль, который как раз и был способен преодолеть земное притяжение. Сергея удивило то, что летательный аппарат не имел хамелеоновой маскировки.

Его носовая часть чем-то напоминала военный вертолет Ми-24, но была более массивной и округлой. Далее шло опять-таки массивное «тело» с четырьмя выступами по бокам, очень напоминающими турбины. Сзади наблюдался двигательный отсек то ли с реактивными соплами, то ли с дюзами. Ну и опять же небольшие крылья, сейчас сложенные, и хвостовое оперение.

Общая длина аппарата – порядка сорока метров, высота (с учетом шасси, очень похожего на три массивные лыжи) – около двадцати метров. Корпус в сечении овальный, сплюснутый сверху.

Двигательный отсек слегка задран вверх. Перед ним находится грузовой, о чем свидетельствовала аппарель, которая в этот момент открывалась. В образовавшийся проем и влетел микроавтобус. Либо пилот – лихач, либо для них это – самое обычное дело. Флаер быстренько определили на стоянку. После чего заработали турбины монстра, который и должен был унести землян в космос. Сергею показалось, что в грузовом отсеке есть место еще как минимум для трех таких аппаратов, но он точно знал, что никто не станет обсуждать маршрут с ним.

Пилот поднялся со своего места и куда-то ушел. О людях никто никакой заботы не проявлял. Мало того, когда Сергей попытался отстегнуть ремни безопасности, то у него ничего не вышло, похоже, они одновременно выполняли и роль пут. Поняли это и другие.

Кто-то начал биться в истерике, требуя прекратить издевательство, выкрикивая что-то о своих правах и тому подобную ерунду. Идиот. Паника начала распространяться, как лесной пожар. Три женщины подхватили этот вой буквально сразу же. Еще двое мужиков также не выдержали и молча начали сражаться с ремнями безопасности. Двое расположившихся на соседних креслах переглянулись и начали ржать во всю глотку. Тоже своего рода истерика.

Сергей поначалу обозлился и даже пару раз дернул замок ремней. Бесполезно. С каждым рывком ремни затягивались все туже и туже. И только когда он перестал их теребить, вновь ослабли до комфортного состояния. А вот остальных обстоятельство с затягивающимися ремнями растревожило еще больше.

– Да не дергайтесь вы! – не выдержал Сергей. – Посидите пару секунд тихо, ремни сами ослабнут!

С первого раза его не расслышали, пришлось повторить несколько раз. Подействовало. Вскоре народ понял справедливость его слов и более или менее успокоился. Во всяком случае, дергаться прекратили, хотя Сергею от этого легче не стало. Никто и не думал прекращать кричать и выдвигать какие-то нелепые требования.

Вскоре в салоне появились двое мужчин в странной облегающей форме. Ничем иным их одежда не могла быть по определению, об этом свидетельствовали и одинаковый крой, и наличие всяческих нашивок, как видно, знаков отличия. Надо же, как видно, схожие задачи рождают такие же решения.

Один из этих двоих при помощи пневмошприца начал делать инъекции. При этом он не придерживался никаких правил, вводил транквилизатор в ту часть тела, которая оказывалась открытой и доступной. В основном землянам перепадало в шею, но были и те, кто, прикрываясь руками, получал инъекцию в кисть. Средство было практически мгновенного действия. Едва получив свою дозу, человек сначала вздрагивал, потом начинал «плыть» и ронял голову на грудь, повисая на ремнях безопасности.

Второй инопланетянин страховал первого, держа в руках что-то похожее на пистолет. Сомнительно, чтобы это было боевое оружие. Все же присутствующие нужны были инопланетянам относительно целыми. Может, это тот самый парализатор, о которых так любят писать фантасты? Кто знает, до чего дошла наука в мирах цивилизованного космоса.

Получил свою дозу и Сергей. При этом он не пытался сопротивляться, а напротив, спокойно улыбнувшись, наклонил голову вбок, подставляя шею. Легкое касание, укол не больнее комариного укуса, заставивший Пошнагова слегка вздрогнуть, а потом – эйфория и темнота…

В себя он пришел в небольшой комнате, по размеру схожей с купе в железнодорожном вагоне. Только рассчитано это помещение на одного человека. А еще около выхода имеется эдакий выступ. Очень похоже на то, что там расположен санузел.

У левой стены примостилась кровать, на которой он, собственно, и лежит. Рядом с ней – тумбочка. Напротив – какое-то кресло на довольно массивном основании. Судя по всему, это кожух, в котором прячется какое-то оборудование. На сиденье примостился шлем с прозрачным забралом. От шлема отходят провода, скрывающиеся в верхней части спинки, оборудованной подголовником.

Интересно девки пляшут, по четыре штуки в ряд. И что это такое? Какой-нибудь гипноизлучатель, при помощи которого его будут обучать новой профессии? Нечто подобное встречалось у современных фантастов. Лег в кресло, проспал некоторое время, а когда проснулся, уже прошел целый курс обучения в той или иной области.

Бред? Угу. А инопланетяне, рекрутирующие для своих нужд землян, – это не бред? И вообще, кто их, этих инопланетных, знает, до чего они там у себя додумались. Если уж земляне с их современным уровнем развития для них – всего лишь дикари с окраины галактики, то каковы тогда их достижения? Вот то-то и оно.

Сергей поднялся с кровати, кстати, довольно удобной. Он вообще-то привереда в этом плане. Ночевать в гостях ему приходилось не раз и не два, опять же гостиничные номера на отдыхе и в командировках, но нигде и никогда он не высыпался. Вот не по нему спать не в своей постели, и все тут. Пока месяц жил на квартире, вообще думал, что с ума сойдет от постоянного дискомфорта. А этот матрац и подушка – прямо как родные, ни одна косточка не ноет.

Подошел к двери. Угу. Никакого намека на дверную ручку. Понятно только одно, дверь купейная и должна скользнуть влево. Ну и как ее туда отправить? Сергей попытался толкнуть ее без ручки, прижав ладонь к гладкой поверхности, похожей на пластик. Бесполезно.

Более детальный осмотр выявил на правой стороне некую консоль с матовым окошком. Странно, и как это она ему сразу не бросилась в глаза? Судя по тому, что это единственная выделяющаяся деталь, работать нужно с ней. Разумеется, если ему вообще можно покидать эту конуру.

Сергей почесал в затылке, потер кончик носа, посмотрел на большой палец правой руки и приложил его к окошку. Мигнуло бело-зеленым, потом загорелся зеленый, и дверь с легким шумом отъехала в сторону, освобождая проход.

За дверью оказался широкий, никак не меньше четырех метров, коридор. Отсек имел в длину около ста метров и, судя по всему, изгибался некоей дугой. По одной из его сторон – сплошные двери, похожие одна на другую, разве только с разными номерами, которые написаны как арабскими цифрами, так и какими-то иероглифами.

Его каюта (а как еще называть жилые помещения на космическом корабле или станции?) имела номер двести двадцать два. Личных вещей у него никаких. Мало того, одет он в какую-то облегающую одежду черного цвета, очень похожую на трико цирковых артистов. Ничего так, удобно. Правда, непривычно обтягивает все. Ну да что естественно, то не безобразно.

Пошнагов решил, что номер своего жилища все же лучше запомнить, не станешь же ломиться во все двери, тем более что наверняка на тебя настроена консоль только одной каюты. Впрочем, повнимательнее присмотревшись к своей одежде, Сергей понял, что запоминать номер нет никакой необходимости. На левой стороне его груди был вышит точно такой же номер из арабских цифр и иероглифов, похожих на те, что красовались на двери. Хм, вполне удобно и для людей, и для хозяев корабля.

По другой стене коридора шли большие обзорные окна или панели, передающие изображение с наружных видеосенсоров. Под ними располагались полумягкие банкетки. Так что можно было присесть и полюбоваться открывающимся великолепным видом. Земля. Голубая планета. Его дом, куда он, скорее всего, уже никогда не вернется.

Земля? Нет, голубой шарик, все понятно. Но где материки? Ладно, видеть их все одновременно невозможно, но Сергей вроде бы неплохо помнил расположение материков на глобусе. С какой бы стороны ты на него ни посмотрел, ты просто не сможешь наблюдать один только океан. А тут – одна вода, без какого-либо намека на сушу. Сплошной голубой цвет.

Нет, вон там, ближе к полюсу, бог его знает, к какому, видна только одна сплошная белесая пелена, закручивающаяся в спираль. Понятно. Облачность, циклон там, антициклон. Но где суша?!

Хм. Если вспомнить о том, что он находится на космическом корабле, то становится очевидным тот простой факт, что это уже не Земля. Скорее, другая планета.

В практически полной тишине, нарушаемой только тихим и мерным гудением, которое ухо уже воспринимало, как само собой разумеющееся, послышался уже знакомый шорох. Именно такой звук издавала отъезжающая в сторону дверь в каюте Сергея. Обернувшись на звук, он удостоверился, что не ошибся.

Дверь в одну из кают действительно была открыта, а из небольшого помещения на Сергея взирали испуганные глаза на изможденном болезнью довольно молодом женском лице. Он без труда узнал девушку, так как никогда не жаловался на память. Это была его попутчица, причем с самого начала путешествия. И именно она билась в истерике, требуя и умоляя вернуть ее обратно.

– Где это мы? – заметив Сергея, поинтересовалась девушка.

– Судя по всему, на космическом корабле, и похоже, что уже не на Земле, – кивнув в сторону голубого шара за панорамным окном, ответил Сергей.

В этот момент начали открываться и другие двери. Сначала одна, потом сразу две, потом еще и еще. Люди нерешительно выходили в коридор, осматриваясь по сторонам и всматриваясь друг в друга. Так ведут себя только в незнакомой и даже пугающей обстановке.

Ясно. Ни одного старожила среди них не было. Это показалось Сергею странным. Ведь он точно помнил, что их в микроавтобусе, или как там называется этот аппарат, было только девять. Здесь же «пассажиров» около полусотни. Получается, что пока они находились в беспамятстве, корабль успел принять еще несколько партий. Значит, его предположения относительно свободного места в грузовом отсеке корабля были верными.

Из-за одной из дверей послышались стук и приглушенные крики. Как видно, кто-то не сообразил воспользоваться сенсорной панелью. Дубины эти инопланетяне, могли бы и учесть, что среди их волонтеров окажутся те, кто не догадается, как можно выйти из каюты.

– Эй, мужик, – прокричал Сергей, прижавшись к двери. – Ты меня слышишь?

– Кто это? – послышался едва различимый голос, все еще полный паники.

– Конь в кожаном пальто! Справа на уровне груди видишь матовую панельку?

– А… Да, вижу.

– Ну так приложи к ней большой палец.

Опять раздался тихий шелест, и дверь отъехала в сторону, являя взорам столпившихся людей все еще переполненного паникой мужчину лет тридцати пяти. Судя по внешности, мужик не из деревенских и не из простых работяг. Это было заметно даже несмотря на то, что болезнь уже успела хорошенько над ним покуражиться.

Сергей вообще отметил для себя, что среди людей, выбравшихся в этот коридор, не было ни одного, кто бы не нес на себе печать серьезного недуга. Разве только он сам. Но тут причина, скорее всего, в том, что Петр появился на его пути достаточно рано, и болезнь не успела скрутить его в бараний рог.

– Привет тебе, узник.

– С освобождением.

– Свобо-о-ода-а!

– Замуровали демоны!

Тут же послышалась разноголосица, причем сочащаяся нескрываемой иронией и издевкой. Угу. Люди – они такие. Добрые. Особенно если самим плохо, но находится тот, кому еще хуже.

– Очень смешно, – вызверился ставший объектом насмешек мужик.

Ничего так. Молодец. Не нашел ничего лучшего, как обвинить в случившемся Сергея. А то как же. Кто объяснил ему, как нужно открыть дверь? Он. А для чего? Ясное дело, чтобы выставить на посмешище. А теперь стоит тут с невинным видом, будто и ни при чем вовсе.

Сколько раз подобные типы встречались Сергею, и не перечесть. Всех вокруг готовы обвинить в своих бедах, только не себя любимого. Нет, ясно, что если это болезнь какая, то тут ты, считай, и не виноват. Но ведь тот, чья здоровая физиономия тебя раздражает, не виноват и подавно. Так ведут себя порой некоторые старики, которые не могут простить молодежи именно их молодость.

Сергей смерил мужчину взглядом. Покачал головой и отвернулся. Ну а что он мог ему сказать? Объяснить, что тот не прав? Так ведь и сам должен соображать, не ребенок. Осадить? А смысл? Он ведь все одно ничего не поймет. Для таких типов есть только два мнения – одно его, другое неправильное. Набить морду? Да вроде как повода особого нет.

Как видно, мужчина уловил ту самую грань, которую все же лучше не переходить, а потому не стал бросать в спину уходящего никаких фраз. Будь иначе – совсем не факт, что ему не прилетел бы привет. То, что «узник» серьезно болен, Сергея ничуть не смущало. Здесь вообще нет здоровых. Раз уж их доставили за тридевять земель, да еще и обещали подправить здоровье, умереть мужику не дадут. Так что если бы выпросил, то получил бы по полной.

Сергей вновь осмотрелся. Наметившееся было в связи с оплошностью незнакомого мужика оживление прошло. Настроение людей снова спало на нет. Все смотрят друг на друга в поисках ответов. Хотя нет, не только смотрят, начали уже задавать друг другу вопросы, один глупее другого. Вот только вокруг – такие же непосвященные, которым известно ничуть не больше. Радует хотя бы то, что никто не паникует.

Сергей прошел к панораме, лучше смотреть на планету, чем попусту сотрясать воздух и высказывать несостоятельные предположения. Вон парнишка лет двадцати двух что-то объясняет, все больше входя в раж. Наверняка начитался фантастики и теперь выдает все те перлы фантастов за действительность. Как ни очевидна абсурдность его предположений, народ к нему начал подтягиваться. У них-то вообще нет никаких догадок.

Вид за окном несколько изменился. На фоне черного пространства появился космический корабль. Как ни странно, но он очень сильно походил на «Энтерпрайз» из «Звездного пути».

Большой верхний диск, ниже – диск раза в три меньше и смещенный так, что выступает за большой. По бокам малого диска имеются какие-то выступы, возможно, дюзы. Корабль отлично виден в свете местной звезды. Ее лучи играют бликами на отражающих поверхностях некоторых деталей. В общем, картина просто завораживающая.

Правда, определиться с размерами корабля сложно. То ли он очень далеко, и тогда его габариты просто колоссальны. То ли довольно близко, и в этом случае он вполне сопоставим с земными морскими кораблями. Словом, без привязки к какому-либо предмету с известными размерами это просто гадание на кофейной гуще. С тем кораблем, что забирал их на Земле, было куда как проще.

– Внимание, волонтеры секции два приглашаются в конференц-зал.

Ну вот. Кажется, настал момент, когда они начнут получать ответы на все накопившиеся вопросы. В том, что объявление касается их и что именно они являются обитателями секции два, у Пошнагова сомнений не было. В пользу этого соображения свидетельствовало сразу несколько факторов. Объявление прозвучало на русском, сомнительно, чтобы оно предназначалось для всего корабля (или станции). А судя по коридору, размеры здесь были солидными, и народу тут должно быть изрядно. Нумерация комнат включала в себя три цифры, комнат не больше полусотни, значит, первая двойка – это номер секции. И наконец, распахнувшаяся справа дверь, или переборка, или как тут все называется, любезно приглашала проследовать в открывшийся проход.

Сергей, старавшийся держаться особняком, направился к двери. Нет, он не был к ней ближе всех, но никто из присутствующих не решался сделать первый шаг. Как только он обходил очередного человека, тот, растерянно осмотревшись, следовал за ним.

Как ни странно, но первым покинул секцию не он. Уже в паре метров от выхода его обогнал тот самый молодой парень, любитель фантастики. Следом, что Пошнагова удивило особо, проследовал мужик, которому он помог разобраться с замком. Еще и одарил Сергея эдаким взглядом, словно Пошнагов должен ему что-то.

В общем, секцию он покинул в числе первой десятки. Народ набирал обороты с поразительной быстротой. В помещении за переборкой обнаружились столики со стульями, словно зовущие здесь обосноваться, и люди ускорились еще больше. Сработал российский менталитет с привычками к очередям и к тому, что мест на всех может не хватить.

– Извини, дорогой, но это место мое, – остановившись рядом с давешним мужиком, вздохнув, произнес Сергей.

Нет, ну вот все одно к одному. Да еще и этот придурок начал краской наливаться. Народ вокруг устремил взоры на этих двоих. А что, в данную минуту с развлечениями не очень, работодатели не появились, так что бесплатная сценка пришлась как раз в тему.

– А тебе не кажется, что это уже перебор? – выплюнул мужик.

– Не кажется, – все так же спокойно ответил Сергей.

– Я не собираюсь уступать тебе место.

– И не надо. Если ты Пошнагов Сергей Демьянович и имеешь порядковый номер двести двадцать два, то можешь здесь хоть гнездо свить.

Говоря это, Сергей показал на черную пластиковую коробочку размером с обычную книгу, примостившуюся в углу столика, совмещенного со стулом. На ней значились его имя и номер. Мужик перевел взгляд в указанном направлении, явно смутился и поднялся со стула. Ага. Не он один так опростоволосился, около трети контингента начали броуновское движение по залу в поисках своего места.

Сергей присел на свой стул и решил осмотреться вокруг. Похоже, конференц-зал совмещал в себе и столовую. Во всяком случае, то, что он видел чуть в стороне, напоминало стойку раздачи. А еще он заметил, что несколько столиков оставались незанятыми. Получается, что срывы с поставками волонтеров – это вроде как в порядке вещей. Ничего удивительного. Всегда найдутся те, кто в последний момент даст задний ход или учудит еще что-нибудь.

Поражала стерильность, царившая на всем обозримом пространстве. Такое впечатление, что они тут все просто помешаны на чистоте. Впрочем, возможно, для космических кораблей это норма, и в этом нет ничего удивительного.

А может, это медблок, а они – всего лишь материал для изучения или предоставления органов. Хотя… Делать им нечего, кроме как пускать на органы разных больных. Но вот вопрос с опытами все еще актуален. Мало ли что там говорил Петр, его дело – завербовать и получить плату за каждую голову. Вот нельзя, к примеру, этим инопланетянам проводить опыты на своих, они и исследуют на людях.

Ладно. Лучше подумать о чем-нибудь другом, а то эдак можно накрутить себя до чего угодно. Желая именно отвлечься, Сергей обратил свое внимание на коробочку. Интересно, можно ее трогать или лучше не тянуть свои грабельки туда, куда не следует?

А вот любитель фантастики, пожалуй, подобным вопросом не задается, как и большинство из присутствующих. Они усиленно крутят в руках эти коробки, но, похоже, понятия не имеют, как их открыть. Ну ни дать ни взять – любопытные обезьянки. А может, их наниматели все это специально делают? Ну, проводят тест на сообразительность или просто развлекаются, как земляне при посещении зоопарка.

А вот и первый сдавший экзамен. Любитель фантастики, приосанившись, с гордым видом начал озираться по сторонам. Что же, плюс ему. Впрочем, до этого не так чтобы и трудно догадаться, просто он был первым. Сбоку обнаружился овал с рисунком из ломаных линий, очень похожий на отпечаток. Сергей приложил к нему большой палец, крышка тут же слегка приподнялась, причем совершенно беззвучно.

Итак, что там внутри? Хм. В общем-то не так чтобы и много. Какой-то гаджет, похожий на айфон. Только похоже, что его можно не то что ронять на землю, но и забивать им гвозди, настолько надежно он выглядел. Какая-то штука из полимера, уж слишком легкая, видимо, подставка для гаджета.

Сбоку пристроился какой-то стержень, форма которого на конце очень похожа на наушник-вкладыш, только без проводов, с блестящей, словно ртуть, капелькой на самом кончике.

Под перегородкой, разделяющей коробку на два яруса, обнаружились какие-то ремешки без застежек или липучек, прикрепленные к основе, по размерам совпадающей с гаджетом. Может, айфон должен крепиться к этой пластине? Вот только решительно непонятно как.

Сергей догадался, что это, скорее всего, что-то типа планшета, но он наверняка куда более многофункционален. Во всяком случае, учитывая то, что инопланетяне значительно обогнали землян в техническом развитии, это должно было быть именно так.

Пошнагов предпочел просто осмотреть увесистый для своих размеров гаджет, даже не пытаясь понять, как он работает. Как там говорят? Сдуру можно сломать все что угодно, даже то место, где костей отродясь не бывало. В правдивости этого высказывания Сергею доводилось убеждаться не раз.

Послышалось знакомое легкое шуршание. Ага. Так и есть. Дверь отъехала в сторону, и в помещение вошли те, кто, похоже, ответит на все вопросы. Впрочем, на все-то, конечно, вряд ли, но хотя бы на многие – и то дело.

Новые лица не остались незамеченными и остальными землянами. Все разговоры тут же смолкли. Как ни странно, но беседующих было очень много, словно все присутствующие собраны не из разных мест, а давно и хорошо друг друга знают. Сергея всегда удивляла способность людей говорить помногу и ни о чем. А чем меньше они друг друга знали, тем более раскованно общались, выдавая подчас то, что в другой ситуации из них и клещами не вытянуть.

Несколько человек поднялись, приветствуя вошедших. Подобное поведение закладывается еще в школе. С одной стороны, это своеобразное приветствие, с другой – выказывание уважения. Сергей не стал присоединяться к этим немногим, и дело вовсе не в том, что он был плохо воспитан. Просто он не видел в этом необходимости.

Инопланетяне – всего лишь деловые партнеры. Причем что-то подсказывало Сергею, что за каждую услугу они потребуют плату. И чем существеннее услуга, тем больше плата. Они собирались спасти его жизнь. А жизнь, родимая, дорогого стоит.

Вошедшие напоминали людей, а не каких-то там зеленых человечков, а еще было в них что-то азиатское. Двое, мужчина и девушка. Кстати, у девушки разрез глаз стрелочками. Женщины добиваются подобного эффекта при помощи косметики, но Пошнагов отчего-то был уверен, что в данном случае косметика ни при чем.

Оба одеты в форму, что придавало им представительности. Кителя двубортные, облегающие, длиной до середины бедер, чем-то напоминают земные девятнадцатого века. Погон нет, зато на воротниках стоечкой наличествуют петлицы со знаками отличия. Восьмиконечные звезды, очень похожие на розу ветров. У мужчины они более крупного размера, не иначе как чином постарше. Похоже, у жителей во всех мирах куда больше общего, чем могло бы показаться.

А еще у обоих на левом предплечье прикреплены точно такие же гаджеты, что лежали в коробках землян. Вот, значит, как эта штука носится. Остается только понять, для чего она нужна.

Мужчина несколько благосклонно посмотрел на тех землян, что поднялись, остался недоволен теми, кто не стал этого делать, и выказал свое крайнее неудовольствие тем, кто, подобно любителю фантастики, вальяжно развалился на стульях. Несмотря на то что он не проронил ни слова, всем все было понятно. Талант у мужика, что тут скажешь.

Тем более это явствовало из поведения парня, с которого словно снесло всю его показную вальяжность и пренебрежение. Такие, как он, среди людей часто встречаются. Они готовы всячески выказывать свое превосходство по отношению к окружающим, считая, что таким образом самоутверждаются и показывают остальным их место. Правда, подобное работает только в том случае, если рядом есть те, кто готов принять их превосходство, или кому просто плевать на все потуги какого-то клоуна. Но стоит появиться кому-то более сильному, и хам тут же сдувается и спешит забиться в какой-либо угол или улизнуть туда, где ему будет более комфортно.

– Садитесь, – заговорила девушка на русском.

Речь давалась ей с трудом, и, похоже, связано это было со строением ее речевого аппарата. Наверняка знатоков русского здесь – раз, два и обчелся, а может, и вовсе она одна. Да и то, скорее всего знает лишь несколько фраз.

– Откройте коробки, приложив большой палец к оттиску сбоку, – обратилась она к тем, кто еще не сделал этого, одновременно показывая, что именно нужно сделать, на той коробке, которую она принесла с собой. – Теперь возьмите в руку вот это стило и вставьте в ухо. Только не нажимайте на кнопку в торце. Не бойтесь, это не опасно. Не нужно прилагать большие усилия, только слегка придавливайте, чтобы вам было комфортно. Хорошо. Теперь нажмите на кнопку в торце. Теперь стило можно вынимать.

Едва нажав на кнопку, Сергей почувствовал, как в ухо словно что-то упало. Ощущения были сродни тем, что возникают, когда в ухо попадает какая-нибудь букашка. Разве только сейчас никто не сучит лапками. Не иначе, как тот самый блестящий шарик отделился от вкладыша. Вынув стило, Сергей убедился, что шарик отсутствует. Ладно, что дальше?

– Теперь снимите на стило оголовок. Приложите открывшийся конец к подушечке пальца и снова нажмите на кнопку.

Проделав эту манипуляцию, Сергей вдруг почувствовал легкий укол. От неожиданности он даже отдернул руку. Ну так и есть, в месте укола начала набухать маленькая капелька крови. Это что же, они тут решили разом взять экспресс-анализы? Что-то сомнительно.

– Переверните искин экраном вниз. Видите небольшой круг вот здесь? Приложите к нему палец с капелькой крови. Кто успел вытереть, выдавите кровь снова. Ее нужно немного.

Сергей выполнил все в точности, измазав кровью небольшой кружок с каким-то непонятным символом. Так как никто не говорил о том, чтобы держать палец в подобном положении, он его оторвал и взглянул на кружок. Ничего так, любопытно. Кровь начала исчезать, словно впитывалась гаджетом. Да что там словно, она именно впитывалась. Уже через несколько секунд кровь внутри кружка исчезла полностью.

Подчиняясь дальнейшим инструкциям, все так же совмещаемым с демонстрацией, Сергей приложил искин к пластине на ремне. Тот сразу же прилип к нему, самостоятельно выровнявшись по габаритам пластины. Потом Сергей приложил искин к предплечью, и ремешки сразу же обвили руку. Получилось плотно, но без дискомфорта.

– Итак, немного пояснений. Искин – это искусственный интеллект, аналог вашего персонального компьютера, хотя различий у них куда больше, чем схожего. Например, сейчас он выполняет роль переводчика.

И впрямь Сергей вдруг поймал себя на том, что левым ухом слышит плавную, мягкую и даже обволакивающую речь девушки на абсолютно незнакомом языке. Тогда как в правом, том самом, куда он ввел блестящую горошину, слышится ее же голос с присущим ей тембром, но изъясняется она на привычном русском.

Если верить девушке, а не верить ей оснований не имелось никаких, искины были строго индивидуальны. Они привязывались к определенной ДНК и могли взаимодействовать только со своим владельцем. Штука эта была крайне полезна, так как совмещала в себе и средство связи, и базу данных. Имелось только одно неудобство – небольшой экран.

Но, как выяснилось, искин был способен передавать данные и на большой голографический экран, размеры которого ограничивались четырьмя метрами по диагонали. Мог также выдавать объемное изображение. Правда, при этих режимах увеличивалось и энергопотребление.

Если гаджет был прикреплен к телу, то использовал энергию биотоков владельца. Но если работал автономно, то при больших энергозатратах заряда в его кристалле могло хватить едва ли на три часа работы. В обычном режиме искин сохранял работоспособность в течение суток, после чего переходил в спящий режим.

Управлять им (вернее, общаться с ним) можно было посредством сенсорной панели, которая слушалась касаний как руки, так и специальной палочки, прячущейся в корпусе искина. А можно было общаться и голосом, при помощи все той же горошины в ухе, работающей в двух режимах.

Мысленной связи не имелось, это девушка ответила на вопрос любителя фантастики. Парень был явно разочарован. Он-то надеялся на некую нейросеть или, на худой конец, на то, что имплантат позволит ему выходить в глобальную Сеть и общаться чуть не со всей галактикой. Облом. Ничего такого нет.

Вернее, есть имплантат-симбиотик, который вживляется под черепушку, с успехом выполняя роль искина и даже во многом его превосходя. Но штучка эта настолько дорога, что позволить ее себе могут очень немногие. К примеру, среди всего персонала системы Океании подобные девайсы имеются только у руководителя проекта и командующего флотом корпорации Арика. А установить его вообще возможно только в столице империи.

Насчет глобальной Сети тоже получилось не очень хорошо. Как оказалось, ее попросту нет. Во всяком случае, в том виде, в каком представлял себе ее парень. Каждая система имела свою Сеть. При перемещении людей к новой системе и наличии соответствующего распоряжения владельца искин автоматически создавал новый аккаунт. Таким образом, в настоящий момент все они привязаны к Сети Океании, принадлежащей корпорации Арика.

Вопросов у собравшихся было более чем достаточно. Но, как видно, никто не собирался удовлетворять людское любопытство. Между ними имели место сугубо деловые отношения, а потому никто не собирался потворствовать землянам.

Оборвав поток вопросов, мужчина взял инициативу в свои руки. Сергей заметил, что действуют они с девушкой синхронно, а значит, все давно отработано до мелочей. Мужчина начал объяснять землянам некую юридическую составляющую их взаимоотношений.

Следуя его инструкциям, Сергей открыл личный кабинет и заглянул на почту, где уже находилось три договора. Все – на двух языках, на русском и ирианском. В первом говорилось о согласии Пошнагова на пятидесятипроцентный курс лечения в регенерационной капсуле, стоимостью в один миллион кредитов. Неизвестно, много это или мало. Для того чтобы договор вступил в законную силу, Сергею достаточно было только кликнуть на иконку, соответствующую земному «да».

По здравом размышлении Сергей предпочел повременить с этим и посмотреть остальные документы, открывая их в порядке очередности. Второй договор являлся кредитным, с ариканским банком, на общую сумму в полтора миллиона кредитов под вполне щадящие, по российским меркам, шесть процентов годовых. Итак, здесь властвует корпорация Арика, и она имеет свой же банк, через который и проворачивает все операции.

Третий документ – не что иное, как контракт на предоставление рабочего места. Зарплата сдельная. Но в пояснительной записке, прикладываемой к договору в виде протокола, указывалось, что заработок акванавтов варьируется от тридцати до пятидесяти тысяч кредитов. При должном усердии и разумной инициативе данная цифра могла увеличиваться многократно. Ну да, когда имеешь дело со сдельщиной, тут ничего удивительного.

Почему акванавтов? А догадаться трудно? Работа им предстояла под водой, причем на самых различных глубинах. В общем и целом – ничего особенно сложного, так как они выступят в роли обычных сборщиков различной органики планеты Океания, на поверхности которой нет ни малейшего островка суши. Самое мелкое из известных мест имеет глубину всего лишь в десять метров.

Разумеется, для этого потребуется и специальное снаряжение, и обучение этому своеобразному дайвингу. А еще будут необходимы средства защиты и оружие. Океания заселена самыми различными обитателями, причем чем опаснее зверушка, тем зачастую ценнее трофей. Правда, добыча его похожа на самую настоящую лотерею с шансами, стремящимися к нулю.

Сергея на эту мысль натолкнул перечень добываемого акванавтами, с указанием местных расценок. По идее и впрямь должно получаться неплохо. Такой заработок вполне позволял разобраться с полуторамиллионным кредитом при вполне щадящей процентной ставке. Но верилось в это с трудом. Очень может статься, что у них тут все запредельно дорого. Землянам ведь придется платить за все, даже за воздух. Да что там, тот же искин, что сейчас уютно пристроился на предплечье Сергея, стоит денег, и наверняка немалых.

Ага. Вот еще один протокол. Указаны сборы на содержание системы жизнеобеспечения. Ничего так, неслабо. Всего лишь две тысячи кредитов. Так, перечень продуктовой корзины. Хм. А вот здесь, если не шиковать, все вполне прилично. Питаясь сытно, но без разносолов, можно уложиться в пять сотен. Ну что же, понятно. Даже если будет оставаться по двадцать тысяч, то разобраться с кредитом реально лет за семь.

Настораживает пункт о платной медицине. И вообще отсутствие хоть какого-то соцпакета. Ну да россиян этим не испугать. И потом, Сергей очень сомневался, что они находятся в ситуации, когда могут качать свои права.

А вот давешний мужик, похоже, решил иначе. Вон как начал сыпать вопросами. Интересно, кто он в прошлом, юрист или какой-нибудь руководящий работник? Весь из себя деловой, приосанился, грудь колесом. При его болезненном виде выглядит это не слишком представительно, но все же.

Собственно, этого и следовало ожидать. Ему предложили либо визировать предоставленные договоры, либо катиться обратно на планету Земля. Нет, тут без дураков, доставят обратно в лучшем виде. Разумеется, при этом хозяева понесут невосполнимые расходы, но они прекрасно отдают себе отчет о рисках, которые сопутствуют подобному набору рабочей силы.

А мужику, похоже, жить хочется. Вот и Сергею хочется. Наверняка тут есть еще какие-то подводные камни, ну не может их не быть. Не бывает все вот так просто и открыто. А с другой стороны, выбирай сам, тут все по-честному.

Что-то сомнительно, чтобы люди, уже успевшие проститься с жизнью и получившие реальный шанс спастись, решили дать задний ход. Сергей тяжко вздохнул и завизировал документы. Непонятно, каким образом эти договоры вступят в законную силу, но ирианцы наверняка знают, что делают.

Глава 3. «Двадцатка».

Мини-комбайн жужжит, словно электробритва, разве только более гулко, что ли. Ничего удивительного, в воде звуки всегда искажаются. А вот вне воды – очень даже похоже, разве только на советские образцы, которыми когда-то пользовался отец. Габариты самого комбайна – в пределах пылесоса. Он и работает как пылесос. Ножи срезают стебли, которые затем засасываются комбайном и подаются в присоединенный сзади стандартный контейнер.

Разумеется, вместе с водорослями аппарат засасывает и некоторое количество мусора, различных рачков и даже рыбешку, прячущуюся в зарослях. Правда, совсем мелкую и глупую, которая не озаботилась тем, чтобы убраться в сторону.

Вот индикатор загорелся красным, и комбайн остановился. Теперь хоть что делай, но пока не сменишь контейнер на пустой, агрегат не запустится. Водоросли в емкости укладываются довольно плотно, но в то же время автоматика не позволяет раздавить их в непонятную зеленную массу.

Это растение очень похоже на земную морскую капусту, только не превышает в длину одного метра и имеет какие-то плоды, напоминающие облепиху, только бурого цвета.

Где именно используют эти водоросли, ни он, ни другие сборщики не знали. Может, в фармакологии, а может, в кулинарии. Ясно было только то, что требуется их очень много. Настолько много, что около полутора сотен баз располагались как раз в районах произрастания этих водорослей.

Если судить по двадцатой базе («Двадцатке», как называли свое пристанище ее обитатели), то получается около ста пятидесяти тысяч человек. Они ежедневно отправляются на промысел и добывают по четыре куба растений каждый. Раз уж вышел на вахту, то с меньшим не стоит и заморачиваться, даже если ты необыкновенно ленив.

Кстати, Сергей заготавливает по восемь кубов. Местный куб – чуть больше земного, но это так, к слову. Пошнагов уже успел заполучить прозвище Стахановец. Правда, есть и те, кто именует его строго куркулем. Отчего столь специфически? У него, как и прежде, нет друзей. Кому интересно находиться рядом с тем, кто только и видит, что работу. А от нее, родимой, как известно, мухи дохнут. И потом, усталость имеет свойство накапливаться, а отсюда вывод – работать по двенадцать часов в сутки, да еще на глубине в шестьдесят метров – это просто мазохизм.

Сергей вовсе не был единственным, кто работал на износ. Но все эти мужчины и женщины походили на него. Иными словами, были такими же одиночками, жили наособицу, потому и организоваться в какую-то группу не могли. А вернее, не видели в этом смысла. Для них была только одна цель – расплатиться по долгам и покинуть Океанию, забыв ее, как дурной сон.

Кстати, корпорация не селит людей согласно национальным признакам. Их распределяют совершенно бессистемно, исходя только из численности, но и не запрещают им перемещения в последующем, разве только со взаимным замещением. Так что основной контингент «Двадцатки» – россияне.

Сергей отсоединил контейнер и, оставив комбайн на месте, с помощью ранцевого двигателя направился к своему скутеру с прицепленными к нему двумя грузовыми модулями, напоминающими клети. Полный контейнер вставить в специальный паз модуля, взять пустой – и обратно.

Движется он плавно и размеренно, что легко объясняется нахождением под водой. Это не значит, что он стал вообще неторопливым. Отнюдь. Излишняя медлительность в этих водах смертельно опасна, но и чрезмерная суета тоже не приветствуется. Все же человек – существо сухопутное и больше привык к иному составу воздуха и среде вообще, а отсюда и быстрая утомляемость. Чтобы достаточно долго сохранять работоспособность, нужно все делать без излишней суеты.

Вот и оставленный на валуне комбайн. Водоросли эти предпочитали расти не только в местах с холодными течениями, но еще и обязательно с каменистым дном. Если вдруг попадалось песчаное пятно, то оно неизменно оказывалось голым. Там вообще ничего не росло и, кстати, не наблюдалось никаких обитателей. Разве только проплывающая рыбина или какой-нибудь донный обитатель пересечет открытое место, направляясь по своим делам.

Присоединить контейнер, дождаться загоревшегося зеленого огонька. Теперь агрегат можно запускать. Кстати, роботов на сборе водорослей не используют. Сергея очень удивлял подобный подход. Ничего сложного в работе людей он не видел. Даже на Земле, при их отставании, каких только роботов уже нет. А уж для этой цивилизации создать подобных работников и вовсе не составит никаких проблем.

На Океании добываются органика и углеводороды, все остальное предоставляет космос, и везде задействованы люди при сравнительно небольшом проценте роботизации. Причем все – исключительно земляне. Обучить людей определенным специальностям оказалось не так сложно. В этом плане ирианцы вообще удивили землян.

Возможно, людей задействовали только по той простой причине, что те полностью окупали все вложения и даже приносили вполне ощутимую прибыль. Конечно, их заработки были в разы выше, чем в цивилизованном космосе, но и цены на все разительно отличались. Все товары приобретались в торговой сети корпорации, и прибыль соответственно капала ей.

Словом, его предположения относительно экономического рабства нашли свое воплощение в реальности. Нет, он не жалел о сделанном выборе. В конце концов, он в любом случае остался в выигрыше. Все в его руках. Будет жалеть себя и предаваться думам о своей тяжкой судьбе, значит, никогда отсюда не выберется. Станет трудиться не покладая рук – и покинет Океанию, да еще и не с пустыми карманами.

Еще в бытность на орбите, в процессе учебы, Пошнагов задал этот вопрос офицеру корпорации, той самой девушке. Та частично согласилась с выводами Сергея. Но пояснила, что основная причина заключается в другом.

Несмотря на достижения в медицине и увеличение средней продолжительности жизни до ста двадцати лет, в цивилизованном космосе очень медленно происходит прирост населения. Ну непопулярно сегодня заводить детей. Поэтому власти прибегают к самым разным приемам в области демографической политики.

Так, например, предприниматели или корпорации, систематически занимающиеся вкладом в дело сохранения жизни разумных, имели солидные послабления в налогообложении. Дополнительные послабления получали те, кто предоставлял рабочие места для людей. Правда, в последнем случае казна ничего не теряла, так как с работников взимался подоходный налог, полностью перекрывающий льготу.

Не видна выгода работодателя, вынужденного платить зарплату? Ну, не все можно измерить деньгами. Порой полезно заглянуть немного дальше своего носа и слегка расширить кругозор. Так, например, можно иметь преимущество на получение государственного заказа. А последнее – это всегда солидный куш.

Сложившимися обстоятельствами и решила воспользоваться корпорация Арика. Каждый из рабочих, занятых на Океании, был в буквальном смысле вырван из лап смерти. Что с того, что земляне не являются подданными Ирианской империи? Это не важно. В законе говорится о разумных. И потом, после окончательного расчета земляне не смогут попасть на свою планету. Это даже не обсуждалось, мало того, оговаривалось в отдельном пункте.

Вместо этого они подадут прошение о предоставлении им ирианского гражданства. Разумеется, они получат его, так как заслужат такую честь многолетним трудом. Таким образом, у империи всегда будет дополнительный ручеек притока населения. Да, жиденький, но зато постоянный и легальный.

А еще земляне, в отличие от тех же ирианцев, с удовольствием заводят детей. Причин тут несколько. Во-первых, в них все еще живут стереотипы Земли. Во-вторых, цивилизация еще не успела их развратить. В-третьих, людям не так просто осознать тот факт, что озаботиться потомством можно и в восемьдесят, при этом без особого труда и проблем вырастить детей и все еще оставаться крепкими и здоровыми.

Однако до того им предстоит трудиться и приносить сверхприбыли для своих нанимателей. Переплачивать за все, включая товары первой необходимости. Подписывая кабальные договоры, земляне даже не предполагали, насколько им придется туго. С другой стороны, как ни странно, но они имели возможность апеллировать к властям.

За соблюдением законности в системе следит наблюдатель. Всем было доподлинно известно, что местное пространство рассекает эсминец ирианского имперского флота. Конечно, при случае защитить от нападения систему он не сможет. Но в этом и нет необходимости. Это задача флота корпорации Арика, насчитывающего до сотни вымпелов.

Если верить тому, что Сергей успел разузнать об ирианском флоте, о неподкупности его офицеров слагают легенды. Любой офицер, запятнавший честь корабля недостойным поступком, должен смыть позор собственной кровью. Разумеется, никто и не подумает драться на дуэли с обесчестившим себя. Но и не дать офицеру возможность искупить свою вину, сохранив хотя бы видимость чести, офицеры также не могут.

В таких случаях собрание офицеров выносит решение, и провинившемуся ничего не остается, кроме как самому разнести себе голову из личного оружия. Можно и отказаться, но такого еще не случалось. Судя по всему, даже если офицер отказывался, то товарищи всячески помогали ему спасти свою честь. Кстати, от подобного не был застрахован даже командир корабля.

Так что, если все это правда хотя бы наполовину, в непредвзятом отношении командира имперского корабля не было никаких сомнений. Но он и не подумает вмешиваться в, казалось бы, несправедливое отношение к землянам. Нет, полномочий у него более чем достаточно. И за спиной его находится настолько грозная сила, что командующий флотом и представитель корпорации будут слушать его очень внимательно.

Однако земляне совершенно добровольно, без понуждения, находясь в здравом уме и твердой памяти, подписали целый ряд договоров. Тот факт, что им предложили выбирать между жизнью и смертью, никого не интересовал. Вот если бы они были разумными, похищенными для обращения в рабство, тогда дело другое. А так… Им предложили честный выбор, и они его сделали. Так что корпорация Арика в своем праве и даже совершила достойное деяние, отмеченное властями.

А ведь мало того, что землянам нужно расплатиться по всем долгам и скопить кое-какие средства, чтобы отправиться в цивилизованные системы, так еще не мешало бы озаботиться тем, чтобы тебя за это время не употребила в пищу какая-нибудь милая местная зверушка или рыбка. А желающих в этих водах хватало.

Сергей перекинул тумблер, и комбайн прекратил жужжать, беспрерывно поглощая срезаемые буро-зеленые водоросли. Причина была в четырех раковинах моллюсков, которые он заметил в стороне. Они являлись дополнительной статьей дохода. Правда, зарабатывали таким образом далеко не все, так как портативный сканер стоил денег, а еще его постоянно нужно носить с собой. Ну и отвлекаться на проверку и сбор моллюсков.

Сбором этих простейших занималась другая категория акванавтов, которых называли ловцами. И, разумеется, работали они не в этих краях. Жемчужные поля имелись как в теплых водах, так и в северных, но то были настоящие поля. Там дно было буквально усеяно моллюсками, здесь же они встречались довольно редко.

Цена приема жемчуга у комбайнеров, как они сами себя называли, была чуть выше, чем у ловцов. Сергей предполагал, что это делалось специально, чтобы заинтересовать их в данном приработке. А вот объемы – несоизмеримы. Кстати, жемчуг здесь рассматривался не как драгоценность. Никто не интересовался размерами жемчужины, чистотой перламутра или ее формой. Интерес вызывал только вес, чем больше, тем лучше. Имелся и нижний предел, после которого жемчужины не принимались.

Сергей по очереди провел сканером над каждой раковиной. Две пустые, одна с только зарождающейся жемчужиной и последняя с вполне сформировавшейся. Сканер одобрительно мигнул зеленым. Ну а раз так, то прибор в кобуру, а из другой извлечь шокер. Поднести к раковине и нажать на пуск. Есть. Створки вскрылись так, словно кто-то включил механизм. Сергей извлек жемчужину и отбросил моллюска в сторону. Тот начал схлопываться еще в полете.

Ловцы жемчуга вообще не убивали моллюсков. Зачем, если извлечь перламутровый шарик не составляет труда? Пройдет года два, и моллюск снова подарит жемчужину товарного веса.

Ладно, с побочным делом закончили, пора возвращаться к основному. Хорошо если комбайнеры за смену находили с десяток жемчужин. А ведь бывало и такое, что вовсе ничего не попадалось. Так что от основного занятия лучше не отвлекаться. А жемчуг… Ну, покупку сканера и шокера Сергей уже оправдал и даже пару-тройку тысяч заработал сверху. Почему бы и нет. Пусть немного, но без копейки нет рубля.

Опять загорелся красный сигнал, и комбайн остановился. Пора менять контейнер. Н-да-а-а, нелегок хлеб акванавта. Обычно комбайнеры использовали по одному двухкубовому грузовому модулю. С двумя управляться труднее, и скорость у скутера куда ниже, про маневренность и говорить не приходится. А все эти составляющие оказывали свое влияние на безопасность. Но Сергей предпочитал не терять лишнее время на перегоне от места сбора до базы.

Вот и получалось, что Пошнагов, как и все, проделывал два рейса. Работая в среднем по восемь часов, основная масса собирала по четыре куба водорослей, а он, при тех же двух рейсах и двенадцати часах работы, собирал в два раза больше. Ну и заработки, разумеется, совершенно несопоставимы.

Монотонная работа продолжалась и с наступлением темноты. Под водой темнеет довольно быстро. Ни о каких сумерках и речи нет. Вот был ясный день, а вот ему на смену уже спешит ночь. Вода на Океании обладает необыкновенной прозрачностью. Даже на глубине восемьдесят метров света вполне достаточно, и видимость просто исключительная. Разумеется, если не попадется какой-нибудь илистый участок. Тогда комбайн поднимает такую муть, что ничего не видно и в паре шагов.

Другая проблема – быстрее забиваются фильтры регенератора, который вырабатывает дыхательную смесь, извлекая составляющие прямо из воды. Хорошо хоть подобные участки все же встречаются не так часто. Встречающийся сор в основном крупного размера, и с ним вполне справляются фильтры грубой очистки, которые с легкостью промываются во время ежедневного душа и ухода за гидрокостюмом.

Комплект снаряжения акванавта включает в себя сразу три фонаря. Первый расположен на шлеме, лицевая часть которого полностью изготовлена из прозрачного композита. Два других – на плечах. Любой из них можно отстегнуть и использовать как простой фонарик. Но пловцы предпочитают пользоваться ими только в крайнем случае. Все же свет привлекает живность, и хищников в том числе.

Прозрачная пластина в верхней своей части является одновременно и многофункциональным экраном. На него может передаваться изображение от личного искина, с которым акванавты расстаются исключительно редко. Правда, для работы с этим экраном нужно уметь соответствующим образом двигать подбородком. Научиться этому было очень трудно. Ну да, как говорится, жить захочешь, не так раскорячишься.

Так вот, лицевая пластина одновременно выступает и как прибор ночного видения. Видимость так себе, все в зелено-черных тонах, но, с другой стороны, жаловаться грех. Вообще-то прибор можно выставить и в черно-белом спектре, но Сергей очень быстро от этого отказался. С одной стороны, картинка более четкая, прямо как черно-белое кино в детстве. С другой – глаза устают больше, чем с зеленым светом, а это один из решающих факторов. Задержки, подобные сегодняшней, – вовсе не исключение, а правило.

Последний контейнер. Что-то он сегодня особенно вымотался. Даже несмотря на впитывающий слой с внутренней стороны костюма, чувствуется, что тело мокрое. А обильное потоотделение, да еще когда костюм создает особый микроклимат, – признак явно нехороший. Чем именно это может грозить, Сергей пока не знает, но точно не пряниками. Нужно будет сегодня же выяснить на базе.

Что произошло раньше – взревело его шестое чувство или сигнал тревоги подал искин, – Сергей так и не понял. Еще не осознав до конца, что происходит, он со всей возможной быстротой упал на колени и выхватил из-за спины штурмовой игольник.

Хм. Вообще-то это, конечно, громко сказано. Попробуйте сделать что-либо в воде достаточно быстро. Вода не является средой обитания человека. Как вам ловкость и быстрота пингвина, моржа или котика на суше? А в воде? Вот-вот, человек – полная противоположность им.

Но, как бы то ни было, избежать первой атаки Сергею все же удалось. Мало того, он даже рассмотрел тень нападавшего, пронесшегося буквально в нескольких сантиметрах над головой. Вот только с идентификацией было так себе. Нечто большое и стремительное. Под это описание подпадали чуть не два десятка местных обитателей, крайне негативно относящихся к человеку.

Искин уже сработал, как и полагается, подав сигнал тревоги по каналу охраны. Боевые дроны патрулируют округу круглосуточно. А потому шансы на то, что помощь все же успеет, довольно высоки. С другой стороны, Сергей привык всегда рассчитывать только на себя.

Собственно, именно поэтому, помимо ручного игольника, стреляющего однограммовыми композитными иглами, как одиночными, так и очередями, он раскошелился на штурмовой. Этот имел и калибр посолиднее, и вес пульки был целых три грамма.

Смешно? А ничего смешного. Эти стволы выплевывали свои снаряды посредством каких-то там полей, придавая им такую скорость, что тот же ручной игольник по пробивной способности мог легко поспорить с «калашом». А штурмовой – так и вовсе с крупнокалиберным пулеметом. Что-то вроде рельсового оружия, только очень уж компактное.

Конечно, в условиях водной среды боевые качества игольников сильно падали, но на расстоянии до сотни метров многие из местных монстров были обречены. Если только руки не затрясутся и не случится медвежьей болезни.

Наблюдая за перемещением нападавшего посредством сканера, работающего в радиусе двухсот метров, Сергей хотел было запросить искин, что за хищник тут рыскает. Но вовремя вспомнил, что тот уже классифицировал цель, отправив сигнал тревоги по каналу охраны. Вот она, информация, в правом верхнем углу.

Было весело, стало смешно, прямо обхохочешься. Акула северных широт. Размеры самца достигают двенадцати метров, и, судя по данным искина, это он, паразит, и есть. С одной стороны, самки акул поменьше почти на треть, но именно они отличаются наибольшей агрессивностью. Впрочем, этот мужик уже обозначил свою позицию. В заигрывании с пловцами акулы ни разу замечены не были, и этот явно не собирается играть в салочки.

Сергей, тихо матерясь и наблюдая за передвижениями хищника, полез устраиваться между грузовыми модулями. Хоть и слабая, но все же преграда, способная подарить толику времени.

О том, чтобы сбежать, не могло быть и речи. Даже если он бросит модули, это ему не поможет, а наоборот, усугубит ситуацию. Скутер способен развить скорость порядка пятнадцати километров в час, но какая это мелочь для акулы. Она нагонит беглеца, даже не прикладывая особых усилий.

Так что, как бы ни было страшно, единственный его шанс – это встретить нападение лицом к лицу. Акула начала описывать круг, оказавшись за его спиной. Между модулями тесно, но и выхода нет, нужно поворачиваться за ней.

Судя по сканеру, до хищника метров сто. Но прибор ночного видения Сергея дает обзор не дальше пятнадцати. Есть и более совершенные модели, но и у тех дистанция не превышает тридцати метров. Стрелять, ориентируясь только по радару? Бесполезный расход игл и заряда кристалла. Шанс попасть, конечно, есть, вот только он весьма незначителен, да и не отгонишь акулу таким образом. Наоборот, если попадешь, еще больше раззадоришь, а тогда она станет куда как более подвижной и резвой.

Ага. Похоже, решила броситься в атаку. Сергей подался слегка назад, практически покинув свое укрытие. Так больше шансов, что акула не доберется до него сразу. Правда, это вовсе не означает, что у него в запасе будет слишком много времени. Как бы не так. Скорее, у него есть только один шанс. Ч-черт, да где же эти дроны?

Руки сжимают рукоять и цевье штурмового игольника, так что пальцы едва не немеют. Приклад до боли впечатался в плечо. Глаза до рези всматриваются в зеленую толщу воды без единого вкрапления черного. Глупо! Так нельзя! Спокойнее надо! Да пошло оно все! Видел он одного обработанного акулой. Разом распластала надвое. Ну же, где ты, тварь?

Скосил взгляд на экран сканера. Точка в тридцати метрах и быстро приближается. Руки еще сильнее стиснули оружие, хотя, казалось бы, сильнее некуда. А ведь он может и не успеть. Что такое пятнадцать метров? Для этой живой торпеды – меньше секунды.

Ориентируясь только по отметке на сканере, Сергей нажал на спуск. Ну и пусть мимо, прицел всегда можно подправить, благо отдачи практически нет. Если же хотя бы одна игла попадет, есть шанс, что акула вильнет. Это пока она нарезала круги, не стоило ее лишний раз дразнить, а теперь ему терять нечего.

Голова хищника словно материализовалась на зеленом фоне. Она быстро росла, проявлялось и остальное тело. И все это происходило настолько стремительно, что нажимающий на спуск Сергей понятия не имел, куда улетают иглы, выплевываемые его оружием со скоростью пятьдесят выстрелов в секунду.

Он продолжал стрелять и тогда, когда акула всей своей массой ударила в проем между модулями, безжалостно сминая и ломая конструкцию из композита. Еще чуть-чуть – и ее пасть доберется до горе-акванавта. Но именно в этот момент останки модулей вместе с человеком отбросило в сторону.

Столкновение было страшным. Даже сквозь довольно толстый гидрокостюм, способный в значительной мере погасить удар, Сергей почувствовал острую боль. А еще…

Нет, а что тут такого? Подумать же ему больше не о чем. Сознание резко прошибла мысль о тратах на ремонт угробленного транспорта. А еще пришли нехорошие думы о том, что, скорее всего, костюм пробил какой-нибудь осколок композита. Сам костюм под замену, тут без вариантов. Плюс медицинская помощь, которая ой как дорога на Океании. Водица здесь еще та, может наворотить такого, что мама не горюй. Считай, та же кислота. Рад будешь, если удастся выжить.

Так. Это он уже сколько думает о своей горькой судьбинушке? Акула давно должна была до него добраться. Нет? Тогда быстренько сменить магазин. С одной стороны, вода не способствует быстрым движениям. С другой – руки трясутся так, что Сергей с трудом сумел отсоединить пустой магазин и, едва не уронив, вогнать полный, на две сотни игл. И только потом сообразил сделать запрос искину.

– Леха, что с акулой? – прочистив першащее горло, поинтересовался он.

– Акула поражена. Вероятность летального исхода – девяносто восемь процентов. Признаков жизнедеятельности не обнаружено, – послышался в ухе уверенный мужской голос.

Сергей всячески пытался подобрать его так, чтобы он максимально походил на голос брата, Алексея. И нельзя сказать, что эти усилия оказались безрезультатными. Конечно, полного сходства добиться не удалось, но все же.

Вообще-то ему говорили, что зря он возится с этим, да еще и имя брата дал искину. В их ситуации для душевого равновесия куда лучше оставить прошлое в прошлом, отсечь и начать все с нуля. Скорее всего, они правы. Но что делать, если он не хочет забывать ни жену, ни детей, ни брата. Он всю свою сознательную жизнь был один, и так уж случилось, что рядом были только они.

Дать имя жены и воспроизвести ее голос он все же не решился. А вот брат… Алексей всегда был рядом, готовый протянуть свою руку. Если Сергею нужен был совет или помощь, то он без раздумий обращался к брату, и тот ни разу не открестился. Искин же получался настоящим спутником по жизни.

Даже в случае смены гаджета данные можно было без труда восстановить. В аккаунте Сергея хранился периодически обновляемый лог. Разумеется, от него можно было и избавиться, это ведь не аккаунт, привязанный к конкретной ДНК. Но делать это было неразумно, так как искин все время совершенствовался, так сказать, становился старше, набирался ума и превращался в настоящего друга и незаменимого помощника.

А еще при замене на более совершенную модель или при поломке старого искина новому не придется постигать все с нуля. По идее владелец даже не заметит замены, если не считать более расширенных возможностей.

– Как же ты ее прозевал, а, Леха?

– Вектор движения указывает на то, что она была укрыта складкой дна. Для исключения подобного в последующем рекомендую использовать сканерный буй.

Показалось, или этот паразит и впрямь позволил себе иронизировать? Трудно поверить, что подобное доступно машине. Но персональный искин не совсем машина, а нечто особенное. Чем дольше искин общается с человеком, тем больше в нем проявляются черты, присущие хозяину. Во всяком случае, именно так говорится во вводной инструкции.

Касаемо же этого сканерного буя… Алексей уже неоднократно советовал приобрести его, однако Сергей предпочитал воздерживаться от лишних трат. Вот штурмовой игольник купил, хотя и дорогая игрушка, потому что не видел причин слепо доверять системе охраны базы. И, как оказалось, не прогадал.

С другой стороны, сканерный буй увеличивает зону обзора связки «искин – шлем» вдвое, а также позволяет засечь перемещение крупного хищника или человека даже по дну. Будь у него этот буй, и Леха вызвал бы боевых дронов куда как раньше.

А вот и кавалерия. С северного и восточного направлений появились сразу две отметки. Искин сразу же квалифицировал их как боевых дронов «Двадцатки». Как бы бед не наворотили. Нет, не наворотят. Алексей уже уведомил их о миновавшей опасности.

Два блюдца диаметром примерно с полтора метра, с маленькими башенками, оснащенными крупнокалиберными иглометами. Есть еще два манипулятора, выдвигающиеся с боков. В этих находятся иглометы калибром поскромнее, зато вести огонь они могут в абсолютно любой плоскости.

– Нужна ли еще помощь?

Если у персональных искинов всегда чувствуется индивидуальность, то вот этот, из службы безопасности базы, совершенно безжизненный.

– Если есть возможность, то сопровождение в виде одного дрона, – наконец приступив к осмотру своего тела, попросил Сергей.

Совсем не праздное желание. Туша акулы лежит неподалеку от опрокинутой техники и при этом над ее головой расползается кровавое пятно. Очень скоро все хищники, находящиеся в радиусе километра начнут стягиваться к этому месту. Веселая ночка предстоит, ничего не скажешь.

Впрочем, система охраны базы давно и основательно отработана. Благо корпорация здесь обретается далеко не десять лет. У дронов имелось еще одно оружие, если можно так выразиться. Они выстреливали электрическими зарядами, которые не могли убить, но зато порождали у хищников стойкое желание покинуть неприятное место.

Так вот Сергею сейчас просто необходима защита. С одной стороны, он не может бросить свое имущество. Это же такие траты! С другой – есть возможность получить не только компенсацию, но еще и неплохо заработать. Печень и желчь акулы потянут на кругленькую сумму. Да и саму тушу можно сдать на базе, получив за нее около тысячи кредитов. Свежатина как-никак. После незначительной обработки мясо хищника могло отправиться в котел.

Н-да. С тушей, похоже, облом. Ему эту громадину в одиночку не утянуть ни при каком раскладе. Но вот вырезать печень и желчь – вполне по силам. А значит, и охрана совсем даже не помешает. Конечно, бесплатно обойдется только время, необходимое для конвоирования до базы, за остальное придется заплатить. Но оно того стоило.

– Принято. Для сопровождения вам выделяется боевой дрон номер двести двадцать два.

Хм. И число очень даже удачное. Ему всегда везло на три двойки. Значит, и теперь все срастется самым лучшим образом. К тому же отсутствие каких-либо прорех в гидрокостюме уже настраивало на добрый лад. Он просто получил ушиб. Но это ничего страшного, даже где-то и привычно.

А это еще что? Сюрпризы не закончились? Нет, искин классифицирует новую отметку на радаре как дружественную. Что-то большевата для скутера и даже для скаута. Неужели «охотник»? Ну и что он здесь потерял? Эти ребята все больше в открытом океане бродят, так сказать, на дикой территории. Ну не вблизи же баз им искать свою дичь.

Эта акула, скорее, исключение. Распугали их уже, за столько-то лет. И потом, охота – это неизменно кровь, от запаха которой хищники просто сходят с ума. Тут уж ни о какой осторожности они думать не станут. Так что «охотникам», решившим открыть сафари вблизи территории какой-либо из баз, очень даже могут влепить в борт торпеду. Или пройтись из крупнокалиберного игломета.

– Здесь «охотник» «Энтерпрайз».

У-у-у, как все запущено. Нет, кто прибыл, тому первым и представляться. Но только делать это нужно хотя бы на ирианском. Уж вблизи-то от русской базы щеголять своим английским, да еще и с таким апломбом, не стоит. Вежливые люди вообще сразу переходят на русский там, итальянский, словом, на язык, закрепившийся на базе, или общаются на ирианском.

Нет, Сергей вовсе не стал полиглотом, просто Леха предоставил ему оба варианта, и оригинал и перевод. Имелась у него такая установка. Это своего рода тест для американцев и англов, многие из которых не изменились даже здесь. Если с понятиями, то сразу включит переводчик. Если мнит себя пупом земли, то вот так – сами переводите и понимайте как знаете. Перевести не проблема, а вот осадок остается.

– И что вам тут нужно? – даже не пытаясь прикрыть свою неприязнь, поинтересовался Сергей.

– Мы услышали сигнал тревоги.

Ты можешь мнить себя хоть Наполеоном, хоть пупом земли, назвать свое корыто самым громким именем, но в этих краях принято помогать друг другу. Если выяснится, что ты мог помочь и предпочел сделать вид, что ничего не заметил… Конечно, случается всякое, но лучше бы тебе иметь железобетонные доказательства, что ты действительно ничего не мог сделать.

– Теперь все в порядке. В помощи не нуждаюсь, – ответил Сергей.

А вот и «охотник». Зар-раза! Приблизившаяся субмарина вдруг озарила все пространство вокруг себя люстрой, обильно утыканной прожекторами. Светло как днем. Вся картина разгрома предстала как на ладони.

– Можем помочь доставить трофей на базу, – прозвучало предложение экипажа.

«Охотник» – это обычно судно с непроницаемым корпусом, рассчитанное на двух человек. Эдакая подводная лодка в миниатюре, имеющая стандартную автономность в десять суток, которую, впрочем, можно и увеличить. Вооружен «охотник» изрядно, имеет крупнокалиберный игломет, считай пушку, пару мелкого калибра, две установки по двадцать нурсов[1], две кассеты по четыре мини-торпеды и пару установок с ловчими сетями.

На Океании бывает всякое. Есть такие гиганты, что это оружие вовсе не кажется излишним. А случается повстречаться и с самыми настоящими пиратами, так что серьезные средства защиты и нападения совсем даже не помешают.

А вообще, вот такой «охотник» был самой настоящей мечтой Сергея. Стоит он изрядно, и кредит под его приобретение дадут далеко не каждому, очень уж хорошо нужно себя зарекомендовать. Но зато на таком красавце можно было отбить и старый и новый кредиты с куда большим успехом и гораздо быстрее. Правда, опять же при определенной доле удачи и приложив усилия.

– Если вас устроит доля с туши, то нет проблем, – проморгавшись, недовольно ответил Сергей на столь наглое, по его мнению, притязание.

– Так не пойдет, – возразили с «охотника». – Туша солидная, но едва ли потянет на тысячу кредитов.

– Вырезать самое ценное и доставить на базу я могу и сам. Так что если не устраивает, проваливайте.

– А как же туша? Здесь же соберутся хищники. Не думаю, что администрации это понравится.

– Конечно, не понравится, поэтому они пришлют сюда дронов, которые приберут мясо. Разумеется, мне за него никто не заплатит, но я это как-нибудь переживу. А вы вообще ничего не получите.

Все было именно так. Добыча принадлежала Сергею, а потому никто другой не имел на нее права. Если он бросал ее, то она тут же переходила в ведение администрации базы (конечно, если подобное происходило на диких территориях, то брошенное становилось достоянием нашедшего). Хозяин трофея мог запросить помощь, и тогда половина трофея уходила в фонд помощников. Причем без разницы, сколько их было, один или сотня. Половина хозяина, вторая делится на всех остальных.

– Х-ха. Кто бы мог подумать… Русский, умеющий торговаться… Ладно, твоя взяла. Только не надо потрошить зверюгу прямо здесь. Мы доставим ее так, целиком.

– Принято. Сами управитесь?

– Занимайся своими делами.

– Хорошо.

Нет, целиком этот монстр в кораблик длиной всего лишь двенадцать метров нипочем не влезет. Тем более на грузовой отсек остается всего-то шесть метров. Но у «охотника» имеется две руки-манипулятора и четыре лебедки, тросы которых оснащены присосками. С помощью этих приспособлений он может без труда отбуксировать тушу в нужное место.

Ну что же, баба с возу, кобыле легче. Пора привести в порядок свое порушенное имущество. Мало ли что все расходы восполнятся с лихвой. Бережней нужно быть, рачительней и почаще вспоминать, что без копейки нет рубля. Тогда и будет тебе счастье.

С транспортом разобрался довольно быстро. Тут ничего сложного, выпотрошить поврежденные контейнеры и собрать по возможности весь композит. Техники на базе его легко переработают и изготовят новенькие контейнеры. При наличии материала платить придется только за работу. А композит – он подороже иной стали будет.

Сам скутер не пострадал, но управляться с ним оказалось сложно из-за поврежденных модулей. Оно и без того, с двойным грузом, не больно-то ловко получается, а тут еще и обтекаемость нарушена. Поэтому добирался битый час.

Наконец показалась «Двадцатка». Когда-то эта база была космическим кораблем, отслужившим свой век. Оно, конечно, можно его и на металл сдать, но к чему такие крайности. С металлом дефицита не наблюдается, миллионы астероидов вполне обеспечивают потребности человека.

Так что с утилизацией кораблей существует некоторая проблема. Придется еще и вкладываться в их разборку, а на выходе… Металлолом – он и есть металлолом. Списанные корабли выставляют на продажу, по цене как раз чуть дороже вторсырья или и вовсе не делая такой разницы.

Покупатели самые различные. В основном из таких кораблей создают космические базы, лишив их двигателей и оставив только систему жизнеобеспечения. Корпорация Арика решила использовать их для устройства подводных баз на Океании. В настоящий момент на планете таковых насчитывалось двести пятнадцать. Плюс корабли меньшего класса, приспособленные под буровые.

«Двадцатка» когда-то была имперским крейсером. До сих пор этот огромный диск завораживает своей грозной красотой и габаритами. И это при том, что никакого серьезного вооружения на нем не осталось. Так, мелочи, да и то произведенное по специальному заказу, обычное оружие здесь очень быстро заржавеет. Из-за агрессивности солей, содержащихся в воде, даже корпус «Двадцатки» обработан специальным покрытием. Нет, обшивка космических кораблей делается из качественной стали, но с Океанией шутки плохи. А так база прослужит хоть две сотни лет.

Вот и док. Запрос докового искина, ответ, и створки ворот поползли в стороны. Нет, это не шлюз, в них здесь вообще нет необходимости. Док представляет собой открытый бассейн со свободным доступом. Это как стакан, перевернутый вверх дном и опущенный в воду. Ограда же и ворота предусмотрены для защиты от хищников.

Можно было бы обойтись и решеткой, вот только она не поможет, если к базе приблизится косяк местных пираний. Сами по себе они не такие уж и большие, но косяк настолько огромен, что отстреливать их просто бесполезно. Это сродни борьбе землян с саранчой. Люди вроде как и сражаются, да все бесполезно. Проще переждать эту напасть, предавшись вынужденному безделью.

Разобравшись со всеми делами, Сергей наконец направился в свое жилище. Как же он сегодня вымотался, это просто ужас. Да еще и перенервничал, с этой клятой акулой. Но зато все одно к одному. Печень и желчный пузырь оказались неповрежденными и потянули на солидную сумму. За вычетом всех убытков он за сегодняшний день заработал тридцать тысяч.

Нет, все же нужно как угодно извернуться и приобрести-таки себе «охотник». Это же какие перспективы! Одна рыбина – и среднемесячный заработок в кармане. А если, к примеру, подстрелить тортилу (на «Двадцатке» так называли огромную океанскую черепаху, за необыкновенную ее ценность)? При удачном раскладе, то есть солидных габаритах, целостности органов и панциря, только с нее можно было получить до пятисот тысяч кредитов, а то и выше. И это здесь, на Океании. А сколько все это будет стоить в цивилизованном космосе – и подумать страшно.

Стоит ли удивляться, что выросшие на «Золотом ключике» обозвали этот плавучий Клондайк тортилой. Остальные с легкостью подхватили это название, озвученное русскими. Правда, от той доброй черепахи, которую в свое время изображала Рина Зеленая, в этой не было ровным счетом ничего. Вообще сомнительно, чтобы у этого монстра в океане были соперники.

Судя по известной Сергею информации, черепаха просто плавает по различным глубинам и всех ест. Хотя… Тортила все же предпочитает глубоководье, непроглядную чернь.

Дом, милый дом. Жилище Сергея габаритами не поражало. При переделке крейсера под базу с него сняли множество ненужного оборудования и систем вооружения. Словом, разгрузили по максимуму. Освободившееся же место отвели под устройство необходимых помещений.

Среди них – и вот эти конуры, в которых едва помещались постель и санузел. Последнее обязательно. Дело в том, что гидрокостюм нуждается в постоянном индивидуальном уходе. По выходе из дока акванавт обязательно проходит дегазацию и сушку в специальной камере, чтобы не тащить внутрь базы разную всячину. Но и изнутри костюм нужно обрабатывать, причем не менее тщательно, если не хочешь заполучить какую-нибудь кожную бяку.

Тесновато, конечно. Уровнем выше расположены стандартные каюты рядового состава. По комфорту они уступают офицерским, но не так чтобы и сильно и уж точно лучше вот этого новодела. Как раз в каютах рядового состава земляне и проживали, когда проходили обучение на орбитальной станции.

Но аренда их стоит вдвое дороже. Сергею же каюта нужна только для двух вещей – обиходить гидрокостюм и уронить свои кости для сна. Основное время он проводит вне каюты. Вот и сейчас в его распоряжении только восемь часов.

Океания по размерам схожа с Землей, и сутки здесь равны двадцати пяти часам. Довольно удобно и не требует столь уж длительной адаптации.

С легким шуршанием дверь отползла в сторону, пропуская в комнату гостя. Хм. Вообще-то правильнее будет сказать – гостью, потому что никому другому Сергей свободный доступ к себе не открывал.

– Ирина, располагайся там, я сейчас выйду, только быстренько закончу с костюмом, – не оборачиваясь, произнес Сергей.

– Да ладно, Стахановец, не напрягайся, девушка подождет. Тем более мне тоже не помешает ополоснуться.

– Ходила в боулинг?

Если Ирина собралась в душ, то не имела возможности ополоснуться после определенных физических нагрузок. В тренажерном зале душевая имелась, а вот в боулинге, до которого она была весьма охоча, – нет.

– Нет, сегодня для разнообразия ходила в клуб, булками потрясти, – задорно хмыкнув, возразила девушка.

Сергей даже выглянул из санузла, совмещающего в себе и туалет и душевую, причем все это на одном квадратном метре. Что-то похожее на таковой в домах на колесах. Бестолково, тесно, но вполне функционально.

– Что это в лесу сдохло? Ты же к танцам сугубо отрицательно.

– Ну, иногда не помешает. У нас тут из развлечений-то – только боулинг, клуб, бар да учебный класс.

– А как же тренажерный зал? – поинтересовался Сергей.

– Это только для здоровья. Нужно быть фанатом, чтобы развлекаться подобным образом.

Кстати, учебный класс Ирина помянула совсем не зря. Там располагалось с полсотни кресел, подобных тем, что были в каютах на орбите. За отдельную плату, и весьма солидную, так как здесь дорого было буквально все, можно было взять такое кресло напрокат. Это позволяло без глупых графиков проходить дополнительное обучение.

Дело в том, что как ни продвинулась вперед цивилизация тех же ирианцев, но технологий, позволяющих вкладывать знания посредством каких-либо гипноизлучателей, у них не было. Правда, в деле обучения они все же шагнули далеко вперед.

У них имелись самые обычные школы, где дети получали азы образования, а главное, учились думать головой. Именно на этом этапе, длившемся шесть лет, осуществлялся отбор для получения дальнейшего образования. Иными словами, отделяли зерна от плевел. Причем государственная программа предусматривала и обучение за счет бюджетных средств.

В этом случае молодые люди, разумеется, с разрешения родителей, подписывали первый в своей жизни контракт. По окончании обучения они обязаны были первые десять лет отработать на государство, там, где в этом возникнет необходимость.

Само же обучение происходило посредством виртуальных игр. Постепенно, от простого к сложному, в процессе игры в голову обучаемого вкладывались необходимые знания и навыки. Разумеется, в процессе обучения важны были и практические занятия. Никакой, даже суперсовременный и максимально натурализованный виртуальный мир не мог сравниться с реальностью. Но тем не менее эффект был просто превосходным.

Спускаясь под воду, земляне уже имели представление о том, куда именно они направляются, и о снаряжении, с которым им предстояло иметь дело. Даже внутреннее убранство баз в игре и реале соответствовало друг другу. Сергей несколько растерялся, впервые оказавшись на базе, так как его не отпускало ощущение, что он тут уже был.

Так вот на каждой базе имелись классы для повышения квалификации. К примеру, если управление скутером не вызывало особых трудностей и этот аппарат был изучен еще на орбите, то следующий по классификации скаут уже требовал отдельного изучения.

Нет, можно конечно же овладеть управлением методом проб и ошибок, затрачивая далеко не дармовые ресурсы и лишнее время. В принципе не такая уж и сложная машина. Но лучше все же воспользоваться обучающей программой или, если хотите, игрой. Благо она недорогая.

Правда, цена на сам скаут кусается. Но с другой стороны, он куда более предпочтителен, чем скутер. Все идет к тому, что Сергей наступит своей жабе на горло и вместо сканерного буя купит именно скаут. Проницаемая кабина, шесть кубов груза, а можно и десять с дополнительным грузовым модулем, ему не привыкать. На вооружении – игломет среднего калибра и боевой искин.

Кораблик способен зависнуть над работающим акванавтом и самостоятельно охранять его от разной напасти. По сути, он является тем же боевым дроном. Так что если у тебя неисправна система опознавания, лучше не приближаться к владельцу скаута, потому как долго разбираться он не станет.

Так вот возвращаясь к системе обучения. Классы довольно популярны, в особенности среди тех, кто приблизился к полному расчету с корпорацией. Нужно определяться с дальнейшим устройством в новом мире и, как следствие, с предстоящей профессией.

Во многом этому способствует социальная игра, кстати, совершенно бесплатная (игрок платит только за аренду кресла). Она была разработана специально для адаптации выходцев с таких отсталых планет, как Земля. По своей сути она чем-то напоминала земную игру «Симс», но, разумеется, куда более продвинутую.

Земляне получали представление об Ирианской империи, постигали обычаи, законы и жизненный уклад. Одновременно игра позволяла определиться с выбором будущей деятельности и начать изучать специальность. И тут уже приходилось раскошеливаться на специализированные программы.

Очень познавательная игра. И весьма популярная среди тех, кто хотел просто отвлечься. Ирина как раз была из таких. О будущем вне Океании ей думать пока еще рано, а вот отвлечься – вовсе даже не помешает…

– Заходи, – освобождая санузел, пригласил Сергей.

– Вы оч-чень любезны, – без тени стеснения скидывая с себя комбинезон, слегка язвительно произнесла Ирина.

Она была той самой девушкой с которой он сталкивался сначала на Земле, а потом на орбите. Блондинка двадцати пяти лет, как оказалось после регенерационной камеры и пары недель усиленного питания – очень симпатичная. Нет, он вовсе не воспылал к ней чувствами, как, впрочем, и она к нему. Это, скорее, было потребностью.

Как показывала практика, некая категория женщин быстрее рассчитывались с долгами перед корпорацией. Ну кто им запретит. Другое дело, что, помимо этого приработка, они были обязаны, как и каждый, сдавать установленный минимум собранной продукции. Это было непреложным. Но и приработок не возбранялся. В конце концов, в замкнутом мирке если кому-то прибыло, то от кого-то и убыло. Если один покинет Океанию раньше, то другой несколько задержится.

Прежних семей и ограничений тут нет, каждый предоставлен самому себе. Так что все зависит только от собственных воззрений на нравственность. Впрочем, справедливости ради нужно заметить, что большинство женщин все же предпочитают постоянных партнеров. Некоторые даже сходятся на одной жилплощади, хотя о семьях Сергей еще не слышал. Впрочем, детей не получится завести в любом случае, с контрацептивами у ирианцев все в порядке.

В принципе им ничто не мешало создать такую же пару. Кстати, Ирина, в отличие от Сергея, проживала на верхней палубе, не желая ютиться в тесной конуре. Вот там-то они и могли бы обосноваться. И по оплате вышло бы куда как хорошо, так как она начисляется на класс каюты, а не на количество проживающих.

Но ни он, ни она не хотели ничего усложнять. Им обоим нужен был партнер, вопрос как здоровья, так и самой обычной потребности. Вот они и сошлись без каких-либо обязательств. Получилось же это как-то спонтанно.

Они вместе попали на одну из китайских баз. Решили перебираться поближе к своим, а такое было возможно либо при наличии вакансий, либо после замены одних работников на других. Со вторым вариантом всегда сложно, тем более если ты не один. Но им повезло, на «Двадцатке» имелось несколько вакансий.

Потом были два месяца нудной и однообразной работы. Однажды, решив немного расслабиться и выпить в баре пивка, они слишком уж увлеклись и проснулись в ее каюте на вконец смятой постели.

Трагедии из этого никто делать не стал. Ну была просто дружба, добавилось немного клубнички. Опять же вопрос, который уже начинал волновать обоих, сам собой разрешился. Как-то просто и буднично стали проводить вместе по три дня в десятидневку. У ирианцев не было такого понятия, как неделя. В месяце – четыре десятидневки, в году – десять месяцев…

– Нормально. Перед ним – голая деваха, готовая лопнуть от переполняющего ее желания, а он дрыхнет.

Сергей даже вздрогнул от неожиданно раздавшихся возмущений Ирины. Странно. Это что же получается, он уснул, что ли? Все же сегодняшний день не прошел даром. Перенервничал он изрядно. И это еще мягко сказано.

Взгляд сфокусировался на возмущенной девушке. Нагая, подбоченившаяся, она смотрела на него взором, переполненным праведного возмущения. Нельзя так к женскому полу, хоть и другу. Особенно к другу. Потому как друзья особенно ранимы. Но и отходчивы.

– Знаешь, Сергей, мне что-то в последнее время не нравится твой вид, – отбросив наигранность и присев на край кровати, озабоченно произнесла девушка.

– Да нормально все. Просто сегодня чуть не угодил на ужин акуле. Наверное, отходняк.

– Ого. И молчок. А ну рассказывай.

– Да нечего, собственно, рассказывать.

Нападение акулы в районе базы – это вообще-то событие. Уже завтра все будут судачить на эту тему, а Ирина, как самый близкий герою человек, ничегошеньки и не знает. Так дело не пойдет. Едва поняв это, Сергей кратко и четко рассказал, что произошло.

– Повезло, – кивнув с самым серьезным видом, констатировала она.

– Это точно, – вынужден был согласиться Пошнагов.

– Но это случилось пару часов назад, а вид у тебя помятый уже давно. Ты когда вообще был на диагностике? Она стоит-то всего лишь двадцатку.

– Да… Как-то не до того было, – пожав плечами, растерянно ответил Сергей.

– Ну а искину-то запрос не делал относительно медицинских показаний? Он, конечно, может выдать только приблизительную картину, но все же. Ясно. То есть урока на Земле для тебя оказалось мало. Нет, ну а чего такого, отделался же легким испугом.

– Скажешь тоже, легким испугом.

– Ты мне зубы-то не заговаривай. Надевай искин.

– Ирин, ну не для того же ты пришла в самом-то деле, – попытался возразить Сергей.

– Брось. Не хватало еще, чтобы ты кони двинул и кинул меня в самый ответственный момент. Надевай искин, говорю.

Ну что ты будешь с ней делать. Пришлось подчиниться. Она вообще девка упрямая, если что себе в голову вобьет, ломом не выкорчуешь.

– Нормально! И чего тянул? – окинув взором показатели, выданные искином, возмутилась Ирина.

– Да как-то… Говорили же – в среднем раз в год, а мы только чуть больше полугода, как под водой, – растерянно ответил Сергей.

– Это если нормально работать, тогда раз в год, а если не вылезать из океана, то тут уж сроки смещаются. Так что, дружище, пора тебе на профилактику.

Ирина имела в виду курс регенерации. А это опять серьезные траты. Казалось бы, зарабатывал больше всех, а на выходе что же? Вровень со всеми? Ну и какого тогда рвал жилы? Сергей сделал запрос относительно гидрокостюма. Расходники-то он менял регулярно, но и на сам костюм водица оказывает свое влияние. Без проблем прослужит еще полтора месяца, потом под замену, без вариантов, а по-хорошему, так заменить надо уже через месяц.

Не удержался, бросился сводить дебет с кредитом. Ирина спокойно наблюдала за его действиями. Сергей такой, и ничего с ним не поделаешь. Вроде и не жадный, но в то же время и не транжира. А еще не любит ошибаться, и уж тем более когда на его ошибки указывают другие.

– Что, разочарован?

– Есть такое дело, – с кислой миной ответил Пошнагов. – По всему получается, что траты на расходники и остальное у меня будут выше, чем у среднестатистического комбайнера.

– Не кисни. Я, если ты помнишь, как раз и есть тот самый среднестатистический комбайнер, и даже немного получше. С учетом амортизации, – Ирина показала на свой искин, который оказался у нее в руках, – выходит, что на сегодняшний день твои доходы превышают мои в полтора раза.

– Угу. А пашу я в два раза больше, живу в конуре и в бар хожу не чаще раза в месяц.

– Это да. Но даже если бы ты жил в нормальной каюте и ходил в бар каждый день, на общем фоне это не такие уж и великие траты. Зато теперь понятно, почему большинство предпочитает размеренную работу и выплату кредита строго по графику.

– Это точно. Если так пахать, может, пару лет и выиграешь, но зато и света белого не видишь.

– Во-о-от. Умный мальчик.

– Ладно, завтра пойду в медблок, – откидываясь на боковую, вздохнул Пошнагов.

– Э-эй, парниша. Не надо строить из себя умирающего лебедя. Показатели, конечно, не радуют, но не такие уж они и катастрофические.

Сергей вновь посмотрел на девушку. Эта от своего не отступится. Если он будет упираться, только зря потратят время, которое можно использовать для сна. Как говорится, раньше сядешь, раньше выйдешь.

Сдаваясь, он развел руки в приглашающем жесте, и Ирина ужом скользнула к нему, тут же обдав его теплом своего тела. Мгновение – и ее губы жадно и требовательно впились в его. Ох и ловкая, шельма. Думал, настроения уж никакого и без домкрата не обойтись. Не тут-то было. Вообще-то завтра медблок. А впрочем, кто сказал, что туда нужно идти обязательно выспавшимся?

Глава 4. Фермер.

Вот, наконец, и «Двадцатка». Не сказать, что Сергей сильно уж утомился после пятичасового перехода, управление скаутом находилось в полном ведении бортового искина. Но все же сидеть в кресле, почти не имея возможности изменить положение тела, и всю дорогу читать не так уж и просто. Нет, привычка читать никуда не делась, и это занятие ему было по-прежнему интересно. Просто за последние годы, работая в такси, Сергей привык делать это все больше урывками, а тут – несколько часов кряду. Это немного надоедает, а уж в условиях, когда особо не разомнешься, – и подавно. Но, как бы то ни было, вот он, конец его путешествия, и это не может не радовать.

До базы еще пара километров. Но скаут Пошнагова уже вошел в охраняемый периметр, предварительно обменявшись опознавательными сигналами с боевыми дронами. Ни одного из них Сергей, разумеется, не увидел, разве что отметку на радаре, как, впрочем, и сами дроны не могли рассмотреть гостя. Они оборудованы видеосенсорами, которые дадут сто очков вперед любым глазам, но даже те пасуют перед водной толщей и имеют ограниченный обзор.

Как уже говорилось, вода на Океании обладает необыкновенной прозрачностью, и все же видимость ограничивается целым рядом факторов. Это и угол падения солнечных лучей, и ясность небосвода, и широта, и, наконец, плотность колоний микроорганизмов на куб жидкости. Словом, этих самых факторов более чем достаточно.

Ах да, есть еще и оптические эффекты, в результате которых могут происходить самые различные метаморфозы. К примеру, более мелкое кажется крупнее, а располагающееся далеко видится настолько близким, что, кажется, протяни руку – и дотронешься.

Правда, человек сумел кое-что предпринять, чтобы компенсировать некоторые недостатки водной среды. При наличии средств можно было обзавестись различными приспособлениями, призванными облегчить жизнь простого акванавта. Все они либо разработаны корпорацией Арика, либо изготовлены по ее заказу специально для снабжения своих баз на поверхности планеты.

Это может показаться смешным, но земляне до сих пор понятия не имели, чем именно занимается их наниматель. Большинство склонялось в сторону фармакологии. Этим проще всего объяснить интерес компании к органике, возможно, уникальной в своем роде во всей Вселенной. Хотя… В то же время они занимались разработкой нефтяных месторождений, а это, скорее, уже химическая промышленность. Впрочем, очень может быть, что они не ограничиваются этими двумя направлениями.

Не суть. Данный вопрос меньше всего интересовал Сергея хотя бы по той причине, что ответ на него никак не мог повлиять на его жизнь. Во всяком случае, в настоящий момент. Главное то, что корпорация могла предоставить своим работникам, дабы увеличить эффективность их работы и, как следствие, отдачу.

Любой мог обновлять свое снаряжение, с каждым разом приобретая более совершенные образцы. Разумеется, за весьма солидную цену. Однако несмотря ни на что, нужно было признать, что усовершенствования того стоили.

К примеру, шлем, оборудованный специальным забралом, позволял видеть чуть не втрое дальше, нежели такой же из обычного прозрачного композита. А вынесенный на его поверхность экран позволял получать различные характеристики видимого объекта (дальность, примерные габариты) и даже определять, кого именно занесло в зону сканирования.

Но существовала и некая сложность. Дело в том, что снаряжение акванавтов весьма специфично. Настолько, что его использование вне Океании находилось под большим вопросом. Единственное, в чем были уверены земляне, так это в том, что, выбравшись с этой планеты, больше никогда не опустятся под воду. Во всяком случае, добровольно. И вообще, у них появлялось стойкое предубеждение к купанию в водоемах как таковых.

Откуда такие сведения о внешнем мире и поведении землян? Так ведь все благодаря Сети. Люди покидали Океанию, но не обрывали окончательно связь. Местные условия способствуют довольно крепким дружеским отношениям.

Дело в том, что любой корабль, выполняющий регулярные рейсы, переправляет еще и сжатые информационные пакеты, которые сбрасывает в каждой системе, имеющей Сеть. Похоже, корпорация одобряла подобное общение людей, которые в цивилизованном космосе образовывали землячества. Для все еще остающихся здесь это служило стимулом. Ну и лишним подтверждением того, что жизнь за пределами Океании – вполне реальна и корпорация их вовсе не обманывает.

Покидающие Океанию избавлялись от лишнего имущества. Нужно ли говорить, что распродажа осуществлялась быстро и особой торговли при этом никто не вел? Разве только совсем уж скупые, с явной патологией. Остальные стремились как можно быстрее распрощаться с этой планетой.

На базах даже была определенная категория людей, которые занимались скупкой имущества отбывающих и последующей перепродажей его за более высокую цену. На «Двадцатке» таких было двое. Основная их деятельность сводилась именно к торговле, хотя и в океан выходить приходилось регулярно.

Руководство корпорации смотрело на подобных торговцев сквозь пальцы. Главное, чтобы акванавт сдавал установленный минимум ресурсов. Если же у него имеется возможность какого-либо приработка, то, бога ради, никто не будет этому препятствовать.

С другой стороны, как бы они это осуществляли при практически полном самоуправлении баз? В случае острой необходимости с землянами разобрались бы быстро и жестко. Достаточно было просто прекратить поставки – и все, любое протестное движение или стремление нарушать правила сошло бы на нет.

Именно благодаря одному из отбывающих с планеты Сергей и обзавелся скаутом. Некто Ванин, расплатившись по всем пунктам и за дополнительный год успев кое-что скопить, устроил распродажу своего имущества. Своеобразно так устроил. Однажды он подошел к Сергею и предложил ему купить все, что он пожелает, по божеской цене.

Разумеется, предложенное Пошнагову было бывшим в употреблении. Но это вовсе не значит, что оно не стоило запрашиваемой суммы. Еще как стоило.

Ванин по характеру был близок Сергею, такой же трудяга, мало обращающий внимание на то, что творится вокруг. Порой таких путают с забитыми и замордованными работой настолько, что они не поднимают головы. Но это ошибка. Лучше бы научиться определять таких людей и обходить их стороной. Пользы от них зачастую никакой, так как их интересует только собственная выгода, и они добиваются ее сугубо собственным трудом. Но и вреда от них не исходит. До тех пор, пока тебя не посещает гениальная мысль задеть их или, что они воспринимают особенно болезненно, погреть на них руки. Они просто неспособны смотреть на подобное сквозь пальцы. Слышали поговорку: не буди лихо, пока оно тихо? Она как раз о таких людях, тихих и скромных в быту и страшных в своей ярости.

Ванин прекрасно понимал, что за настоящую цену ему свое имущество не продать, если только задержаться здесь еще на какое-то время. Отдавать же перекупщикам, которые вот так, за здорово живешь, станут наживаться на нем, он не хотел. Натура не позволяла.

Разумеется, последнее время он пытался найти покупателей, но как-то все не срасталось. Отчего-то люди, готовые переплачивать перекупщикам, напрочь не желают делать подобное, сталкиваясь с владельцем. И это вовсе не является отличительной чертой обитателей Океании. На Земле все точно так же.

Возможно, все дело в том, что настоящий торговец способен продать даже снег в самую студеную зиму. Иным в этом деле просто не удержаться. Глядишь, еще и промотает все то, что родитель зарабатывал не один десяток лет. Подтверждений тому вокруг – множество.

Так вот Сергей для Ванина был идеальным вариантом. С одной стороны, родственная душа. С другой – бережливая натура прямо-таки настаивала на том, чтобы передать имущество в хорошие руки. И наконец, цену он поставил среднюю, между той, что давали торгаши, и той, по которой они смогут все реализовать впоследствии.

Разумеется, Сергей предпочел купить то, что предложил Ванин, благо кое-какие средства у него скопились. Правда, после этой покупки у него осталось не так чтобы и много, считай, ничего не осталось. Но зато он получил скаут с солидным процентом остаточного ресурса, более совершенный шлем, модернизированный Ваниным комбайн и еще кое-что, по мелочам.

В принципе это не больно-то сказалось на производительности. Он не стал собирать больше водорослей. Вернее, при заготовке того же объема он затрачивал времени на час меньше. С другой стороны, это не так чтобы и мало. Все же увеличение ресурса снаряжения и, как ни парадоксально это звучит, организма. Суточный сеанс в регенерационной капсуле кусался.

Основным же стимулом для приобретения предложенного Ваниным снаряжения послужила безопасность. Сергей вовсе не собирался забывать о происшествии с акулой. Да, это достаточно редкое явление. Да, потери от хищников в районе баз ничтожно малы, основа приходится на дикие территории и одиночек. Но вот именно с ним такая напасть случилась. Деньги же нужны живым…

Начав проступать неясным темным пятном, вскоре корпус «Двадцатки» занял все обозримое пространство. Одного взгляда на это колоссальное сооружение хватало, чтобы восхититься теми, кто сумел поднять подобную махину с поверхности планеты.

Нет, корабли, разумеется, строились на космических верфях. И дело тут даже не в том, что люди не желают загрязнять поверхности планет. Просто в невесомости делать это гораздо проще, особенно в условиях, когда восемьдесят процентов работ выполняются роботами.

Корабли вот этого класса могут садиться на планету и взлетать с нее. Причем они способны вывезти в космос огромную массу грузов. Мало того, «Двадцатка» прибыла сюда своим ходом, а демонтаж машинного отделения производился уже здесь, на планете.

Привычные ворота. По случаю дневного времени они открыты, но система безопасности неусыпно бдит за окружающей обстановкой. Так что чужакам сюда ход заказан. Всплыл во внутреннем бассейне, тут же включив откачку воды из-под колпака. Всем хорош скаут, плохо только то, что кабина его проницаемая.

Сделано это из-за того, что места в нем для шлюзовой камеры попросту нет. Да там вообще располагается только один человек. Можно, конечно, при желании откачать воду и прямо из-под колпака. Но к чему, если без специального душа и сушки забрало все одно не поднимешь? Об агрессивности водицы и ее пагубном влиянии на человеческий организм уже говорилось не единожды.

Есть еще вариант – установить специальный душ для дегазации, а затем еще и сушилку. Дополнить оборудование суденышка установкой регенератора воздуха. В итоге все это повлечет к увеличению габаритов, а главное, резко взвинтит цену и стоимость расходников. Прежних энергетических кристаллов будет хватать ненадолго. И все это ради того, что, по сути, и не нужно.

В акватории практически пустынно. Разве только у стояночных причалов не протолкнуться от скаутов и скутеров. Сегодня десятый день, у ирианцев он считается выходным. Впрочем, это не значит, что сегодня нельзя работать, как, например, у евреев в субботу. Вовсе нет. И кстати, среди землян хватало тех, кто и в такой день предпочитал трудиться. Разумеется, это не означает, что они вообще не отдыхают. Просто в официальный выходной на базе особенно многолюдно, что по душе далеко не всем.

У приемных терминалов практически никого. Это хорошо. Несмотря на то что терминалов несколько десятков, раньше, бывало, приходилось и в очереди постоять. Случалось, одновременно сходилось столько народу, что можно было потерять и полчаса.

Сергей подвел свой скаут и подал сигнал. Причальные захваты притянули суденышко и грузовой модуль, намертво закрепив их у стенки. Все, теперь нужно разгружаться. Процесс полностью автоматизирован. Если только не случается форс-мажора, как тогда, после нападения акулы.

В тот раз ему пришлось разгружаться вручную. Несмотря на то что половина контейнеров оказались либо разбитыми, либо выбракованными, попотеть ему пришлось изрядно. Все же весят они не так уж мало. Это в воде их вес практически не ощущается, а вне ее – очень даже.

Терминал начал разгрузку, не дожидаясь, пока акванавт сойдет со своего суденышка. А чего, собственно, ждать? Для чего он сюда еще прибыл, как не сдать груз?

Наконец покинув кабину, Сергей направился к приемному окну, расположенному сбоку основного терминала. Оно предназначалось для приема жемчуга. Лоток выдвинулся, едва только Пошнагов подошел. Алексей, искин, который не дремлет и работает на опережение.

Жемчуга оказалось много. Такие партии приравниваются к ловцам, и, соответственно, оплата идет уже по их тарифам, а они куда ниже, чем у комбайнеров. Но система без труда определила, с кем имеет дело, а потому Леха, мигнув экраном, показал состояние счета, пополнившегося на пять тысяч двадцать пять кредитов…

Случилось это три месяца назад, и инициатором, надо заметить, был вовсе не Сергей. В тот день на него вышел сам полномочный представитель корпорации, некто господин Горх. По слухам, он являлся не кем иным, как сыном владельца корпорации Арика, а здесь знакомился с семейным бизнесом.

Разумеется, он не прибыл лично, а связался по Сети. Но ошибки никакой, это был именно он. Искины недаром завязываются на ДНК. Можно сменить хоть сотню гаджетов, но если ты с кем-либо уже общался, его искин намертво вбил тебя в свою базу данных.

Так вот господин Горх сообщил, что примерно в пятидесяти километрах к северу был обнаружен участок, густо поросший водорослями. Корпорация готова предоставить жилой, складской и ангарный модули без арендной платы, если Пошнагов согласится поселиться на этой своеобразной ферме.

Надо заметить, условия были весьма заманчивыми. Также стоило отметить, что Сергей был вовсе не единственным, кто получил подобное предложение. Именно фермеров и называли одиночками. Правда, они не всегда были таковыми, иногда их набиралось и с десяток. Но все равно жили они наособицу, своим укладом, как и охотники.

Подобные фермы устраивались там, где обнаруживались сравнительно небольшие участки, заросшие водорослями, или где наличествовали не столь уж огромные колонии моллюсков. Базу ставить там невыгодно, а вот для одиночки или небольшой группы ресурсов более чем достаточно. Ну и самим фермерам это выгодно, так как действует некая система скидок и льгот.

И наконец, что немаловажно, приработок в виде сбора жемчуга. Места девственные, не то что вокруг баз, где по одному и тому же месту прошлись уже не раз. А значит, и урожай с моллюсков собирать некому. Вот, к примеру, этот жемчуг Сергей собрал за прошедшую десятидневку, в месяц получается около двадцати тысяч. Да какой-нибудь нерадивый акванавт зарабатывает столько же. А для Сергея это только приработок.

Еще есть и основной доход. Если после приобретения снаряжения у Ванина выработка Сергея практически не повысилась, то сейчас картина изменилась. Против его прежних восьми кубов он стал собирать двенадцать. Девственные угодья хороши еще и тем, что заросли водорослей – довольно густые, а значит, увеличивается и скорость заполнения контейнеров.

Каждый день, кроме выходного, грузовой дрон совершал облет ферм. От фермеров требовалось только разгрузить контейнеры в складской модуль. Остальное не их забота.

Перед выходными Сергей заполнял свой скаут и дополнительный грузовой модуль, чтобы не ехать на базу порожняком. Кроме этого, он лично осуществлял закупку припасов и доставлял их на ферму. Ну не в его характере попусту терять время или гонять транспорт. А эти поездки ему были необходимы.

Единственная ложка дегтя в бочке меда для фермеров – это безопасность. Акванавты могли рассчитывать только на себя. Конечно, ферма оборудовалась автоматической башней с крупнокалиберным иглометом, способным устроить незваным гостям теплый прием на дистанции до двухсот метров. В поле же акванавта охранял его скаут, являвшийся чем-то средним между рабочей лошадкой и боевым дроном. Но эта защита – только от обитателей океана, да и то без полной гарантии.

А ведь были еще и пираты. До сих пор остаются неясными их организация, места базирования и источники снабжения. Возможно, у руководства корпорации или флота и имелись кое-какие сведения, но они предпочитали демонстрировать свою полную неосведомленность…

Еще пять минут, и искин сообщил, что разгрузка завершена. Полные контейнеры заменены на порожние. Счет пополнился очередной суммой, на этот раз куда как скромнее. Ну да ничего удивительного, всего-то шесть кубов водорослей. Теперь можно покинуть терминал.

Сергей отвел скаут к причалу. Оплатил стоянку. На «Двадцатке» он теперь гость, а потому за место у причала нужно платить отдельно. Впрочем, не только за него. Сразу взимается сумма и за заявленное время проживания на базе. На Океании люди платят за все, даже за воздух, которым дышат. Лишние легкие, лишнее потребление дыхательного газа, а соответственно нагрузка на базовый регенератор. Нет, сумма вовсе не астрономическая, но факт остается фактом.

Традиционная и обязательная процедура прохождения через шлюзовую камеру с непременным дегазационным душем и сушкой И вот он опять на территории «Двадцатки». Давно не виделись, целых десять дней. Вот странное дело, вроде и чурается он общества, и не любит многолюдье, но оказался в знакомых светлых коридорах, и сразу же стало как-то теплее.

Снять шлем и вдохнуть полной грудью. Словно домой вернулся. Конечно же регенерационная система всячески фильтрует воздух, удаляя из него как примеси, так различные запахи. Но все это, по сути, бесполезно. Воздух все равно насыщен самыми разными ароматами, что означает только одно – это место не просто пригодно для проживания, оно обитаемо.

Удали отсюда на время людей – и уже через пару дней здесь будет стерильная чистота, от которой с души воротит. У него на ферме – как раз такая беда. Проводя основное время на промысле, Сергей попросту не успевает обжить модули фермы, постоянно находящиеся под присмотром системы жизнеобеспечения. От этого помещения кажутся какими-то чуждыми, неуютными.

– Семеныч, я что-то не понял. Что это было?

– Так сегодня же выходной, вот я и подумал…

– Чего ты подумал, башка безмозглая? Чем там вообще можно думать? Тебе русским языком было сказано: сдаешь треть куба в день. Разве о выходных что-то говорилось? Вышел на работу, треть отдал. Что тут непонятного?

– Но…

– Ты меня понял, Семеныч? – оборвав щуплого мужичка, с нажимом произнес нависший над ним детина.

Угу. Картина знакомая. Земляне на Океании остались верными себе. А может, это отличительная черта вовсе даже и не землян, а рода человеческого вообще, или, как любят говорить ирианцы, разумных?

– Слышь, умник, а ты взял бы да сам собрал эту треть куба. Глядишь, пошло бы на пользу.

С одной стороны, Сергей знать не знал ни этого щуплого, ни быка. И резона лезть в дела, его не касающиеся, у него никакого. Но с другой… На мужика ему плевать, а вот на этого доморощенного рэкетира – нет. Причем эта неприязнь вовсе не была приобретена на этой планете, скорее уж привет из прошлого.

Хотя не миновала чаша сия Сергея и здесь. Некая группа, специализирующаяся в основном на новичках и слабохарактерных, попыталась взять его в оборот. Словом, хорошо, что дали задний ход, иначе все могло выйти куда как плохо. Причем для всех.

Корпорация не лезла в дела землян только до определенного предела. За правонарушения, выходящие за некую грань, на акванавтов накладывались различные штрафы, которые те, разумеется, должны были отработать. Как следствие, увеличивалась и их минимальная дневная выработка.

К примеру, за убийство минимальным наказанием было взваливание долга убитого с причитающимися процентами на плечи убийцы. Разумеется, в каждом случае производилось отдельное разбирательство. Это не составляло труда благодаря персональным искинам, фиксирующим всю информацию.

Сергею были известны как минимум трое, которые считали себя самыми настоящими галерными рабами корпорации. Сумма их долга просто поражала воображение. И ведь отказаться от выплаты никак не получится. Корпорация найдет методы заставить тебя работать. К примеру, определит на ферму, где ты окажешься на полной самоокупаемости и будешь вынужден либо умирать, либо работать, чтобы жить дальше.

Причем по отношению к проштрафившимся применялась особая форма оплаты. Например, с них постоянно удерживалась медицинская страховка. Мало ли как себя поведет человек, еще пустится во все тяжкие. А так – средства на курс регенерации в наличии. Опять же соблюдаются общечеловеческие ценности, и забота о разумных присутствует.

– А ты кто такой, фраер? – тут же переключился на Сергея бык.

Первое правило: ни при каких обстоятельствах не дай своей потенциальной жертве и уж тем более тому, кого подмял под себя, хотя бы усомниться в твоем авторитете. Как только у клиента закралось сомнение – все, считай, что ты его уже потерял. Во всяком случае, если у него есть хотя бы толика самоуважения.

– Я тот, кто раздает бесплатные советы таким придуркам, как ты, – смерив здоровяка ироничным взглядом, произнес Сергей.

Кто бы сомневался, что парень ринется ставить наглеца на место. Нет, Пошнагов вовсе не считал себя настолько хорошим бойцом, чтобы положить такого противника, тем более что двигался тот весьма своеобразно, по повадкам очень похож на боксера. Один хук – и Сергея можно будет выносить. Но он и не собирался драться.

Парень вдруг замер, поднял руки на уровне груди и даже сделал шаг назад. Так сразу и не поймешь: то ли сдается, то ли это примиряющий жест, призванный успокоить оппонента. Ну а чему, собственно говоря, удивляться? Нормальная реакция на ствол ручного игольника, нацеленного тебе точно в лоб.

Сотня игл в магазине. Скорострельность – пятьдесят выстрелов в секунду. Если в водной среде еще есть едва ощутимая отдача, то в воздушной о таковой говорить не приходится. Так что ствол не поведет и не задерет вверх. Одной иглы достаточно, чтобы отправить человека на тот свет.

– Ты уверен, что готов пойти до конца? – склонив голову набок, поинтересовался Сергей.

– А ты типа пальнешь? – выдохнул парень, как видно, с ходу начав накачивать себя решимостью.

– Я пальну. Без проблем, – легонько кивнув, подтвердил Сергей и продолжил: – А потом просто выплачу наложенный штраф. Даже, может быть, задержусь здесь на лишние десять лет. Но тебе это будет уже без разницы. И учти, если что, я сделаю контрольный в голову. Никакая регенерационная капсула тебе не поможет. Ну так как, наверное, у тебя дела?

– Л-ладно, мужик. Но мы еще встретимся.

– Обязательно. Только сначала передай Верховцеву привет от Пошнагова.

– Зачем вы так? Теперь мне вообще жизни не будет, – как только бык ушел, тут же высказал свое недовольство мужичок.

– А это не мои проблемы, – пожал плечами Сергей. – Твоя жизнь, ты и определяйся, как ею распорядиться. Либо ты будешь отдавать часть своего заработка рэкетирам, либо заставишь их себя уважать. Для чего-то же ты носишь игольник.

– Убить человека?

– Никак из интеллигентов?

– Это недостаток?

– Для той среды, в которой вы оказались, – да, – рефлекторно переходя на «вы», ответил Сергей.

Он всегда с уважением относился к интеллигенции, их образованности, воспитанию, манерам. Порой все это просто вымораживало и даже бесило, но тем не менее заслуживало уважения. А вообще, ему всегда нравилось общаться с подобными людьми. Если ему удавалось не молчать, а, как ему казалось, вполне адекватно вести с ними беседу, то его самооценка резко взмывала вверх.

Нет, интеллигентность он не считал недостатком. Но это место и впрямь было не для таких людей. Они не могли оставаться самими собой и должны были несколько измениться, чтобы выжить в этой среде. Здесь слабым не место. А этот еще и смотрит на него, как на… Вот странное дело, на быка смотрел испуганно и затравленно, а на Сергея – с некой долей презрения, что ли. Хотя, может, еще не все потеряно. Почему бы не быть интеллигентным и сильным одновременно?

– Вообще-то у меня мало времени, но еще на минуту я задержусь, – вздохнув, продолжил Сергей. – Итак, вы платите все время, пока находитесь здесь. Причем периодически на вас будут накладываться какие-то надуманные штрафы. А может, просто увеличится такса. Как результат, вы проводите здесь на несколько лет больше и влачите жалкое существование. Или другой вариант. Вы вспоминаете, что помимо образованности в вас есть еще и мужское начало, и просто, без затей, валите этого придурка, когда он в очередной раз станет требовать свою долю. Вас, разумеется, накажут. Наложат серьезный штраф, если клиент встанет на ноги после регенерации, или обяжут выплачивать его долг в случае гибели. Результат – вы задерживаетесь здесь на несколько лет. Разницу уловили.

– Уловил. Хотите сказать, что, по сути, я ничего не теряю. Но ведь и меня могут убить. Причем для выплаты штрафа у них куда больше возможностей.

– Правильно. Но это решение принимать уже вам, а не мне. Сами думайте, как вам быть.

– Дон Кихот. Тот тоже искренне полагал, что помогает людям…

– Послушайте, уважаемый, вы неверно оцениваете мои действия. Ламанчский искренне хотел помочь людям, порой неся для них несчастья. Я же сделал это ради того, чтобы на «Двадцатке» не забывали, что есть еще такой парень, Пошнагов, и задевать его не стоит. Уж простите, но о вас я думал в последнюю очередь. Если вообще думал.

Вообще-то это была не совсем правда, или если точнее, то не вся. С одной стороны, напомнить о себе, конечно, не помешает, но с другой – для этого совсем не обязательно обострять конфликт до крайней степени.

Он не признался бы в этом и самому себе, но подспудно он хотел помочь этому мужчине, явно пошедшему не по тому пути. Еще не поздно обрести себя. Если у него есть хоть толика мужского начала, то не все потеряно. Но Сергей не был готов тащить кого бы то ни было на себе или решать чужие проблемы.

Он не раз и не два сталкивался с подобными ситуациями, когда имеющие солидный заработок брали на себя заботу о своих близких родственниках, в буквальном смысле содержа несколько семей. Многократно наблюдал за тем, как родители продолжают материально помогать своим чадам даже после того, как те обзаводятся собственными детьми.

Сергей искренне считал, что тем самым они не помогают своим близким, а наоборот, оказывают медвежью услугу. Человек слишком быстро привыкает к халяве и атрофируется. Лучше подскажи, помоги получить специальность, найти работу. Но только ни в коем случае не корми, не приучай к подачкам, а ничем иным взятие на содержание быть не может.

Оставив незадачливого интеллигента, Пошнагов направился к лифту. Его путь лежал на второй уровень. Он уже успел связаться с Ириной, и та с нетерпением ожидала его прибытия, поэтому и необходимости снимать каюту на сутки не было. Впрочем, часть его вещей хранилась у Ирины. Просто так было удобнее.

– Привет, отшельник. – Девушка по-дружески пихнула Сергея в бок и полезла обниматься.

Сергею показалось, что он ощутил тепло ее тела даже сквозь гидрокостюм. Все же каким бы ты ни был затворником, полное одиночество человеку противопоказано. Пусть люди для тебя – всего лишь фон и создают такой же шум, но это тебе просто необходимо. Как ни крути, а хомо сапиенс – это дитя общества.

А еще ему совсем даже не помешает, чтобы рядом был кто-то, готовый разделить с тобой радость или горе, кто просто обрадуется твоему появлению. А Ирина обрадовалась, и причем довольно плохо это скрывает. Вон как бодрится, но видно, что даже слегка растерялась и не знает, то ли обнять, то ли принять шлем, который Сергей держал в руке. В итоге решила сделать первое.

– Так. Давай сейчас в ванную. Приводи в порядок костюм и мойся, – начала распоряжаться девушка. – Одежду свою найдешь в шкафу. А я быстренько пробегусь до мастерской и обратно. Мишка обещал сегодня переделать обтекатель. Я вчера, раззява такая, умудрилась столкнуться с валуном. Скорость скутера резко упала, да и в управлении стал как инвалид.

– Так сегодня же выходной, – удивился Сергей.

– Пришлось заплатить по повышенному тарифу. Без скутера я никуда, а работать-то надо. Ну ты как, управишься сам?

– Да не вопрос.

– Тогда я убежала.

У Ирины – самая настоящая ванная, пусть и небольшая. Никакого сравнения с тем убожеством, что было в его прежних апартаментах. Конечно, заниматься шалостями в этой небольшой емкости Сергей поостерегся бы, но если просто принять ванну, то понежиться можно и сидя. Разумеется, это для любителей. Самой Ирине нравилось нежиться в окружении пышной пены.

Обработка гидрокостюма – процедура, уже въевшаяся в кровь. Иначе никак нельзя. Мало того что превратишься в вонючку, так ведь еще и всякие там экземы начнутся. Словом, праздновать лодыря в этом отношении – себе дороже. Причем в прямом смысле этого слова. Медицина-то бьет по карману немилосердно.

Определив костюм на сушку, Сергей направился к шкафу. Без интима у них, ясное дело, не обойдется. Но, по уже сложившейся традиции, они сначала сходят в боулинг, там же можно будет и пива принять. Алкоголь, кстати, весьма дорогое удовольствие. Разумеется, эта дороговизна искусственная, корпорации ничего не стоит произвести данный продукт. Сплошная химия, да и только. Но вкус все же наличествует, причем лучших земных сортов.

Имеется здесь и несколько марок сухих вин, причем по баснословной цене. Они вроде как натуральные, хотя Сергей сильно в этом сомневался. Доставлять на Океанию натуральные земные вина слишком уж накладно. Все же, по самым скромным прикидкам, землян здесь – около двухсот пятидесяти тысяч. А вот выдать химию за натурпродукт и срубить за это дополнительные прибыли вполне в духе корпорации.

Впрочем, переживать по поводу алкоголя из химии не стоит. Наверняка эти умники предусмотрели добавки, которые идут скорее на пользу, чем во вред. Руководство Арики не заинтересовано в том, чтобы травить народ, с этим вполне справляется сам океан.

Хм. Не похоже, чтобы это было его белье. И вообще гардеробчик какой-то веселой расцветочки. Понятно, что они находятся на подводной базе, можно сказать, в спартанских условиях. Но женщины – они везде женщины. Она лучше будет недоедать, недосыпать и еще бог весть на какие жертвы и муки пойдет, лишь бы выглядеть на все сто.

Вот и здесь женщины оставались самими собой. И это хорошо. Это не могло не радовать. Хотя бы просто потому, что, глядя на это чудо, сотворенное Господом, ты не в состоянии остаться равнодушным. И правильно говорят, что нет некрасивых женщин, есть… нет, не мало выпитой водки, а разные обстоятельства. Не верите? Спросите тех, кто провел в полной изоляции эдак месяцев несколько, да хотя бы тех же подводников.

А это что? Сергей протянул руку в дальний угол. Там из-под трусиков Ирины выглядывал самый обычный полиэтиленовый пакет с чем-то белым внутри. Извлек. Какой-то порошок, сильно смахивающий на сахарную пудру. Грамм сто, не больше. Попытался понять, что бы это могло быть, но безрезультатно. Неужели наркота? В принципе если Ирина прихватила ее с собой, то очень даже может быть.

Когда на орбите он пришел в себя, то оказался одетым в форму, как и все остальные волонтеры. Он тогда даже подумал, что их вещи за ненадобностью утилизировали. И каково же было его удивление, когда перед высадкой на планету он получил коробку со всеми вещами. Ему предоставили выбор – утилизировать все или оставить себе. К тому моменту Пошнагов уже представлял, что именно его ожидает внизу, а потому без тени сомнений избавился от всего.

Сергею раньше как-то не доводилось осматривать гардероб Ирины. Но, как видно, она многое решила оставить. Во всяком случае, нижнее белье было явно земного происхождения. А вот платья по большей части местные. На базах всегда найдутся те, кто может взяться за иглу со знанием дела. Вот и пополняются гардеробы девчат. А еще можно заказать наряды по каталогу. И кстати, похоже, это единственное, что поступает сюда без дикой наценки. Непонятно почему, но факт остается фактом.

Прикрыв шкаф с вещами Ирины, Сергей открыл узкий пенал. Ага. Вот и его вещи. Впрочем, мог бы и сразу догадаться, что ему отведут крохотный отдел. Да и глупо ожидать иного. У него вещей-то – раз, два и обчелся. Все уместится в сравнительно небольшую сумку.

Одежда же вообще не блещет разнообразием, обычные спецовки, разве только инопланетные, ну и различной степени потрепанности. Белье также стандартное. Ну очень все походит на армию. А впрочем, какая, собственно говоря, разница. Главное, что не светит голым задом, и ладно. И вообще, в плане гардероба мужикам куда как проще.

Ирина появилась примерно через полчаса, довольная донельзя. Как выяснилось, не было бы счастья, да несчастье помогло. Скутер она покупала новый, стандартного дизайна. А хотелось чего-нибудь эдакого, эффектного и стильного. Девушка, что тут скажешь.

К слову заметить, ничего особо сложного в подобной переделке нет. Просто Ирина самую малость менее бережлива, чем Сергей. К примеру, ютиться в конуре ей претит. А вот выбросить деньги только ради того, чтобы придать своему транспортному средству иную внешность – уже перебор.

Однако коль скоро вышло так, что все одно нужно ремонтировать разбитую обшивку, Ирина решила использовать данное обстоятельство с пользой. Переплата в этом случае небольшая. В конце концов, композитному принтеру без разницы, что ваять. Оставалось только выбрать из каталога форму и доплатить мастеру за отступление от стандарта. Ну и, разумеется, добавить композита, если переработанного старого будет недостаточно.

Вообще механики на базах проходят особняком. Эти парни не занимаются добычей ресурсов. Их заработки немногим превосходят средние. Но зато они не подвергают себя риску за пределами базы и вообще лишний раз стараются не выходить в океан. Так, для общего кругозора, не более. А еще они овладевают специальностью, с которой потом могут без особой головной боли трудоустроиться в цивилизованном космосе.

– Значит, получила то, что хотела? – подвел итог охватившей девушку эйфории Сергей.

– Еще бы. Так, ты обожди еще малость. Займи себя чем-нибудь. А я быстренько в душ, и собираться.

– Ири-ина-а, – с явным сомнением протянул Сергей.

– Да брось ты, – отмахнулась девушка, сбрасывая с себя комбинезон. – Знаешь же, что я, как электровеник. Ну если хочешь, можешь отправляться в боулинг, а я подойду попозже.

– Да ладно. Чего уж там. Жду, – решительно тряхнул головой Сергей.

Впрочем, нельзя сказать, что он пошел на серьезный подвиг. Нет, когда женщина начинает куда-либо собираться, то мужику лучше запастись терпением, а еще не помешало бы занять себя чем-нибудь, чтобы время не тянулось столь долго и тягостно. Но дело в том, что Ирина не относилась к таким девушкам. Не будучи красавицей, она обладала настолько миловидной внешностью, что при самом минимуме затраченных усилий и времени умудрялась выглядеть на все сто. Ну и еще была собранна и целеустремленна, что способствовало экономии времени.

Так что не прошло и десяти минут, как она уже выбежала из ванной и, обтираясь на ходу полотенцем, направилась к шкафу. Похоже, сушка волос в ее намерения не входит. Впрочем, и правильно. Ее влажные длинные, до середины спины, белокурые волосы смотрелись просто шикарно, а еще и завивались мелкими кудрями, отчего превращались в пышную копну. Словом, при виде такой картины у кого угодно дыхание собьется. И даже высохнув, они будут притягивать взоры.

– Кхм. Сереж, я давно хотела тебе объяснить, – вдруг став серьезной и как-то обреченно опустившись на кровать, заговорила Ирина.

Сергей с удивлением посмотрел на подругу, которая, держа в руках трусики, даже не думала их надевать. Интересно, что такого серьезного случилось, что ее настроение так разительно переменилось? Нет, за собой он никаких грешков не чувствовал. Ну разве только едва не уподобился какому-то фетишисту, когда слегка покопался в ее нижнем белье. Но так ведь без фанатизма, и вообще, он тогда думал о другом.

– Что случилось, Ириш?

– Знаешь, я ведь наркоманка. Родители всегда выполняли любые мои капризы. А мне, дуре эдакой, все время хотелось чего-то нового, свежих ощущений. Словом, однажды я решила попробовать кокаин. Дальше – больше. Родители пытались меня вытащить из той трясины, да только все без толку. Наконец, настал момент, когда я сбежала из дома. А потом еще и заразилась СПИДом. А примерно через полгода на меня вышел Петр.

– Погоди. Но ведь кокаин нюхают, а не колются им. Как же ты заразилась?

– Им можно колоться, его можно курить, можно нюхать. Просто эффект разный. А кокаин я выбрала потому, что в России он считается чем-то вроде благородного наркотика и стоит раза в четыре дороже героина. Ну и еще чтобы в некоторой степени предохраниться от СПИДа. Дура. Словом, заразилась я самым традиционным путем.

– Ясно, – пожав плечами, произнес Сергей, все еще не понимая, к чему она завела этот разговор.

– Сергей, я знаю, как ты относишься к наркоманам. – Девушка подняла голову и устремила на него вопросительный взгляд. – Теперь между нами все кончено?

– У-у-у, как все запущено. Ириш, перед отправкой сюда я совершил ограбление и умыкнул почти восемьдесят миллионов рублей, предал и бросил своих близких. Во всяком случае, они будут меня ненавидеть до конца дней. Теперь ты меня не захочешь видеть? Так уж случилось, что у нас есть прошлое, которое осталось где-то там, в недосягаемости. И настоящее, сильно отличающееся от прежней жизни. Лично я не готов жить прошлым.

– Просто я подумала…

– Глупости. Ты не наркоманка. Во всяком случае, я вижу, что пакетик запаян. Употребление наркоты ты не смогла бы скрыть, а значит, уже девять месяцев, а это, считай, земной год, ты абсолютно чиста. И заметь, это при условии, что одного сеанса в регенерационной капсуле тебе хватит, чтобы избавиться от наркозависимости. Мне непонятно только одно, откуда это у тебя?

– Последний привет с Земли, – горько улыбнувшись, ответила девушка. – Я перед отбытием тоже отметилась. Навестила барыгу и стащила у него кокаин. Он, наверное, до сих пор меня с собаками ищет. Потом, когда нам возвращали вещи, меня спросили, что это, я ответила, и они потеряли к этому интерес.

– Чего переживать попусту, когда тебе все равно не избежать регенерационной капсулы, – согласился Сергей. – А чего не сдала на утилизацию?

– Не поверишь. Не смогла. Не решилась.

– Отчего же, поверю. Знаешь, у меня дедушка в свое время своеобразно так бросал курить. Выставил на комоде непочатую пачку папирос и сверху положил коробок спичек. Вот так, на виду. Бывало, его начнет крутить в дугу, так он подойдет к папиросам, погрозит им пальцем и заявит, что все равно курить не будет. Отец тоже отличился. Рассказывал, что чуть не каждый день подумывал о том, чтобы закурить. Завтра. Но обязательно. Потому как курить ему нравилось. Наступало завтра, и его начинала давить жаба. Столько времени промучился, и все зря? Но ведь хочется. Ладно. Тогда завтра.

– И долго он себя так завтраками мучил? – невесело ухмыльнувшись, поинтересовалась Ирина.

– Угу. Двадцать лет не курил и все время вот так изводил себя.

– Думаешь, у меня так же?

– Скорее всего. Ты же каждый день меняешь белье и постоянно сталкиваешься со своей прошлой слабостью. Сама того не сознавая, ты стремишься проверить, можешь ли ты противостоять этому соблазну. Так что мое отношение к тебе изменится только в том случае, если ты будешь продолжать изводить себя, в то время как мы могли уже отправиться в боулинг. Ну, чего ты уставилась на меня? Собирайся, копуша.

Ирина как-то затравленно улыбнулась, уморительно шмыгнула носиком и тут же начала торопливо облачаться. Пакетик же с кокаином ненавязчиво и привычно вернулся на прежнее место. Впрочем, Сергей не придал этому особого значения.

К наркоманам у него отношение и впрямь было резко отрицательным. Он в равной степени не любил ни пьяниц, ни наркоманов, добровольно и вполне осознанно загоняющих себя в угол, и по-настоящему уважал тех, кто умудрялся выбраться из этой трясины. Потому как чтобы скатиться – достаточно одной только дурости и самоуверенности, веры в то, что его-то эта беда точно обойдет стороной. А вот чтобы выбраться из трясины, нужны воля и характер. Ну как не уважать того, кто осознал неверность пути и сумел проявить оба этих качества?

Пусть Ирина не сама избавилась от этой напасти. Пусть ее выдернули оттуда сильной рукой. Но она извлекла из этого урок. Даже зная, что теперь наркотики для нее не такая уж и проблема, она не повторяет свою ошибку. Мало того, и с характером у нее все в порядке, так как этот пакетик мозолит ей глаза каждый день.

Боулинг мало чем отличался от таковых на Земле, разве только никакого персонала, все автоматизировано. Рядом с каждой дорожкой – столики со стульями. Чуть в стороне – автоматические бары, из расчета один на пять дорожек. Здесь кроме напитков можно было заказать и закуску, и просто пообедать, коль скоро возникнет такое желание.

У Сергея с Ириной таковое желание возникло. Поэтому они поспешили к бару. Сделали заказ, вооружились пивом и отправились отыгрывать свою первую партию. Почти все дорожки оказались занятыми, выходной, ничего не поделаешь, но когда они уже настроились на долгое ожидание, одна группа как раз освободила дорожку, убравшись по своим делам.

Однако едва они вошли в раж, как поступил сигнал о готовности заказа. Животы как-то синхронно издали урчащие звуки, явно намекая, что дальнейшего издевательства не потерпят. Делать нечего. Отложив шары, они поспешили к бару.

Мм. Жареное акулье мясо было просто на высоте. Нет, у Сергея на его небольшой кухне получается получше. Но все же стоит делать скидку на то, что вот этот кусок приготовлен роботом, лишенным каких-либо вкусовых рецепторов и обоняния.

Кстати, возможность самостоятельно готовить себе еду была еще одной прерогативой фермеров. На базах подобное находилось под строжайшим запретом. Для этого есть автоматизированные пищеблоки.

– Странно, океан воздействует на наши организмы далеко не лучшим образом. Но зато мы без какого-либо вреда едим мясо местных обитателей. А ведь по идее и оно должно быть токсичным, – прожевав очередной кусок, заметила Ирина.

– Не обольщайся, – покачав ножом, возразил Сергей. – Это только кажется, что все так просто. На самом деле мясо проходит специальную обработку. У меня на ферме есть некий девайс, что-то вроде микроволновки, где можно обрабатывать не больше трех килограмм зараз. Агрегат стоит в ангаре и после пятнадцатиминутной обработки запаивает мясо в вакуумную упаковку, с которой я потом прохожу дегазацию.

– А я думала, вас всем обеспечивают.

– Никаких проблем, если хочешь, то выписывай с базы или подключай пищеблок. Но зачем есть мороженое и приготовленное роботом, если можно добыть и приготовить самому?

– Ну и к чему это вообще? Много ли ты сэкономишь? Еда тут не настолько дорога.

– Угу. Но свежатина – это совсем не одно и то же, что размороженное.

– Да какая свежатина? Это после обработки-то в твоей микроволновке?

– Ну, ты-то знаешь, что добыл эту рыбину сам.

– Логично. Слушай, я каждый раз узнаю о твоей ферме что-то новое и каждый раз удивляюсь. Такое впечатление, что вас прямо-таки купают в различных льготах и вообще всячески поощряют фермерство.

– Мне вообще кажется, что это какая-то новая политика корпорации. Небольшие участки, заросшие водорослями, встречаются довольно часто. Другое дело, что базу устраивать возле них не получится. Смысла нет. А вот для небольшой группы акванавтов работы там более чем достаточно. Опять же сама посуди. Кто отправится на ферму? Только тот, кто стремится как можно быстрее расплатиться с долгами. Вот и выходит, что это выгодно всем – и корпорации и акванавту. Оба получают большую прибыль. Ты все же еще раз подумай насчет переезда ко мне. Там угодий хватит и на десяток таких трудоголиков, как я. Кстати, ферма именно на такое количество людей и рассчитана.

– А с хищниками и бандитами как?

– Ну, пока я их не встречал.

– Вот именно что пока. Нет, Сереж, ты уж извини, но, как говорится, от добра добра не ищут. Я лучше тут по зернышку, да под защитой базы, чем там грести лопатой, все время вертя головой, чтобы не слопали.

– Ну что же, это твой выбор. Но помни, если что, я всегда буду рад.

– Ага. А тогда и вовсе позабудешь о «Двадцатке». Зачем, если я буду под боком.

– Да брось. А как же боулинг?

– Значит, выходной в моей компании не сможет заменить тебе боулинг?

– Не-а.

– Ну и гад же ты, Пошнагов, – перегнувшись через стол и двинув его в плечо, возмутилась девушка.

Быстро доели, и Сергей вновь вооружился шаром. Есть грязными руками ему претило, а вот пить пиво, время от времени забрасывая в себя кусок соленой рыбки, – совсем другое дело. Рыбка здесь далеко не таранька, чего вообще-то не хватало, но приготовлена вполне добротно, да еще и нарезана на кусочки. Нанизал такой на вилочку и употребляй. А что, очень даже удобно, и грязное в рот не тащишь, и за шар не хватаешься жирными руками.

– Ба-а-а, ка-а-акие лю-у-уди. Стахановец собственной персоной. Никак соскучился по «Двадцатке»?

Сергей бросил взгляд на окликнувшего его, хмыкнул и взялся за очередной шар. Ну не было у него желания разбираться с разными придурками. А с этим и подавно. Так уж случилось, что, не сделав ему ничего плохого, Сергей заполучил в его лице если не врага, то уж точно недоброжелателя.

Началось все еще на орбите. Это именно Родину Пошнагов помог разобраться с дверью, а затем еще и указал на то, что тот занял не свое место перед первой встречей с представителями корпорации. Вроде ничего особенного. С кем не бывает. Однако Родин никак не мог простить Сергею своей же оплошности.

– Что такое? Стахановцам претит общение с окружающими? – восприняв спокойствие Пошнагова по-своему, снова съязвил Родин.

Вообще-то Сергей никогда не обижался на стахановца. Как говорится, из песни слов не выкинешь. Но все дело в том, что те, кому хотелось съязвить, предпочитали делать это за его спиной, а не выставляться напоказ. И потом, он честно пытался проигнорировать колкость этого умника. Но…

– Слушай, Витек, шел бы ты лесом, – прекрасно зная, что Родин не терпит такого обращения, небрежно бросил Сергей.

Надо заметить, что этот мужчина, теперь просто пышущий здоровьем, на Земле служил начальником паспортного стола. И, как следствие, к подобному отношению никак не привык. Он позволял себе смотреть на окружающих с превосходством, да чего уж там – с пренебрежением.

Стоит ли удивляться тому, что Виктор тут же налился краской. Казалось, его возмущению нет предела. Еще немного, самая малость – и плотину его терпения попросту прорвет. А тогда уж возможно все что угодно.

Океания – своеобразная планета. Ее водный мир, полный опасности, либо низвергает человека, пробуждая в нем поистине животный страх, либо закаляет характер. Первые никогда не отдалятся от базы хоть на сколь-нибудь большое расстояние или выходят организованными командами, предпочитая доплачивать за охрану. Кстати, той же команде Верховцева, потому как трудяги полностью подвластны ему.

Родин принадлежал ко второй категории. К тем, кто преодолевал свой страх и, освоившись со средой, чувствовал себя на глубине вполне комфортно. Поэтому к его прежнему характеру добавилась уверенность в себе. Впрочем, справедливости ради нужно заметить, что рохлей он не был и на Земле.

– Для тебя – Виктор Степанович, – вперив в Сергея злой взгляд, сквозь зубы процедил Родин.

– Слушай, Виктор Степанович, – словно соглашаясь, но в то же время с явной иронией, начал Сергей, – шел бы ты в заданном направлении. А именно – лесом. Или тебе придать ускорение пинком?

Двое спутников Родина поспешили придержать своего товарища, направившегося было в сторону Пошнагова. Что там за кошка пробежала между ними – им невдомек, но неприятности никому не нужны. Никому не улыбается подвергнуться штрафу из-за действий одного умника, оказавшегося рядом. Вот когда будет один, пусть пристает к кому угодно.

Поэтому спутники Родина предпочли оградить его, а скорее, все же себя, от возможных неприятностей. Пошнагов был из тех, кто не любил давать задний ход. Случались прецеденты с мордобоем и хватанием за игольники, благо до стрельбы не дошло. У Родина же, как видно, за последнее время сильно повысилась самооценка, а тут этот фермер нарисовался.

– Мы еще вернемся к нашему разговору, – решив сохранить лицо, сквозь зубы бросил Родин.

– Обязательно. Когда рассчитаешься по кредиту, подходи, я выпишу тебе особые пилюли, – кивая, словно соглашаясь с собеседником, произнес Сергей.

– Сергей, обязательно было цепляться к этому? Тебя и так не больно-то любят, а ты еще и масла в огонь подливаешь.

– Ерунда, Ириш, – бросив шар и наблюдая за ним, возразил Сергей. – Во-первых, как ты верно сказала, меня и так не любят. Во-вторых, мне до них нет никакого дела. На Океании больше двухсот тысяч человек, но из всей этой толпы меня интересует отношение только одного человека. Ириш, ты меня любишь? – подмигнув и склонив голову набок, заговорщицки поинтересовался Сергей.

– Об-божаю, – подавшись грудью вперед, с придыханием ответила девушка.

– Ну вот видишь. Остальные строго идут лесом. – Непринужденно махнув рукой, Сергей ухватил шар и протянул его девушке, намекая на то, что ее очередь бросать.

В общем и целом выходной удался. Все те небольшие неприятности, что сопутствовали ему, оказались настолько ничтожными, что быстро забылись. А вот время, проведенное с подругой, оставило свой неизгладимый след. Ну как неизгладимый, во всяком случае, до тех пор, пока краски этого дня не потускнеют и их не перекроют другие, более яркие.

Хм. А ведь еще была и ночь. Нет, все же хорошо, что их встречи стали более редкими. Раз в десять дней – это же совершенно другое восприятие. Появляется какое-то ощущение праздника, что ли. Словом, никакой обыденности, которая начала проявляться в прошлом.

– Сереж, а что ты делаешь? – вдруг сев на кровати, поинтересовалась Ирина.

Сонливости как не бывало, о неге и говорить нечего. Да она скорее походила на встопорщившуюся кошку. А еще – испуг во взгляде.

– Странно, мне казалось, что это понятно. Собираю вещи. Мне еще пять часов пути. Не забыла?

– Я не забыла. Но зачем ты забираешь одежду и белье? Ты все же решил…

– Тьфу ты, глупость какая. Ирина, я открою тебе одну тайну. Я очень тяжело схожусь с людьми, а потому и друзей у меня не так много. К примеру, на сегодняшний день только один. Потому я как-то не привык ими разбрасываться.

– Но вещи свои от меня забираешь.

– Во-первых, мне нужно что-то носить. Я у себя на ферме слегка пообтрепался. Во-вторых, у тебя остается еще один комплект. Кстати, ты не могла бы приобрести еще кое-что из одежды? Размер ты знаешь, остальное – на твое усмотрение. Но только не больно-то увлекайся, – тут же поспешил обозначить хоть какие-то границы Сергей.

– Не вопрос. Сделаю. А чего же ты тогда схватил тот комбинезон, в котором вчера был? Возьми чистый. Этот я потом приведу в порядок.

– Хорошо, – легко согласился Сергей.

Сборы оказались недолгими. Да и вещей – всего ничего. Несколько смен нижнего белья да один комбинезон взамен разодранного. Все это легко уместилось в небольшой непроницаемой сумке. Когда Сергей уже был готов ее запечатать, Ирина вдруг подскочила и, как была, нагая, устремилась к шкафу.

– Сергей, забери это. – Все такая же нагая и соблазнительная, девушка стояла перед ним, протягивая пакетик с белым порошком.

– Уверена?

– Давно бы надо смыть его в унитаз, да как-то все руки не доходят.

Угу. Либо духу не хватает. Поди пойми, что за тараканы водятся у человека в голове. С одной стороны, она ненавидит и этот порошок, и то подобие жизни, обретенное благодаря ему. С другой – боится окончательно оборвать связующую нить.

Сергей взял пакетик и хотел было сразу направиться в санузел, но, поймав взгляд девушки, решил повременить. В конце концов, какая разница, где он его выбросит. Подкинув пакетик на руке, Сергей положил его в сумку с вещами.

Порядок. К выходу готов. Гидрокостюм уже надет. Остается только подхватить шлем. Подмигнуть Ирине. Ан нет. Обнять и поцеловать. Нет, с костюмом явно что-то не то, или он пасует строго под натиском горячего девичьего тела, потому что Сергея вновь обдало теплом.

Глава 5. Знатный трофей.

Ну вот и очередное утро. Нет, за стенкой жилого модуля – все та же непроглядная толща воды и тьма. Но искин никогда не ошибается. Уже утро, в этом никаких сомнений. Как и в том, что пора подниматься, завтракать и отправляться на промысел. Так уж случилось, что на нем висит изрядный долг и его нужно отрабатывать.

Впрочем, в сравнении с остальными у него вполне приличные шансы проделать это куда быстрее. Согласно состоянию его счета и кредита, его дела шли на лад вполне уверенными шагами. И это не могло не радовать, так как означало, что для полного расчета с корпорацией ему будет достаточно не десяти лет, а шести. Разумеется, если не случится ничего способного повлиять на этот расклад. Хм. Лучше бы не надо.

Нет, работать он готов всегда. В конце концов, бесплатный сыр бывает только в мышеловке. Но при этом хотелось бы иметь возможность маневра. Да хотя бы хлопнуть дверью и убраться куда глаза глядят. Но при наличии задолженности перед работодателем ты лишен подобной возможности. И это Сергея напрягало больше всего.

Пошнагов потянулся и, прикрыв свою наготу халатом, направился на выход. Он вообще любил спать голым, так ему было комфортнее, но даже будучи на ферме один, не мог себе позволить разгуливать без одежды. Комплекс? Очень может быть. Но он предпочитал поступать именно таким образом. Мало того, по возвращении с работы он обязательно обряжался в одежду, хотя в этом и не было никакой особой необходимости.

Спальня небольшая, скорее пенал два с половиной на полтора метра. Хватает только на то, чтобы разместить кровать и небольшой встроенный шкаф для личных вещей. В результате между кроватью и шкафом остается узкий проход около полуметра.

Казалось бы, на «Двадцатке» у него апартаменты были попросторнее. На деле же спальня предназначалась именно для отдыха и ничего другого не подразумевала. Кстати, при желании эта комната становилась обиталищем для двоих, для этого достаточно было только опустить верхний ярус.

Из спальни попадаешь в довольно просторный коридор, уходящий вправо. Слева – две двери. Одна ведет в туалет, вторая – в довольно просторную ванную, во всяком случае, побольше установленной в каюте Ирины.

Рядом – третья дверь, за ней расположена сушилка. Здесь одновременно могут сушиться десять гидрокостюмов. Данная ферма стандартная и спроектирована под десять акванавтов. Странно было бы ожидать иного. Здешний участок, поросший водорослями, слишком обширен для одного комбайнера. Но руководство корпорации не спешит с укомплектацией ферм, предоставляя возможность подобным коллективам формироваться самостоятельно. Все же людям жить практически в изоляции, и лучше бы они подбирались самостоятельно.

Правда, в случае с Сергеем они, похоже, ошиблись. Он вовсе не тяготился одиночеством и чувствовал себя вполне комфортно. Нет, кое-какое общество не помешало бы. Например, Ирина. Но на ее отказ он не сильно огорчится. В конце концов, есть выходные и поездки на базу.

И потом, лично он ничего не теряет. Если руководство решит начать формировать коллектив фермы, то Сергей всегда может перебраться на другую. Есть и такие, что рассчитаны только на одного человека. Они совсем уж крошечные, но, с другой стороны, места для проживания там вполне достаточно.

Справа по коридору видны еще четыре двери, за которыми располагаются каюты для будущих фермеров. Напротив последней – дверь, ведущая в кают-компанию, где заодно расположена и кухня с пищевым блоком и плитой, для личной готовки.

В торце – дверь, за которой находится техническое помещение с энергетическими кристаллами и системой жизнеобеспечения. Там же расположена дегазационная камера, откуда имеется доступ в технический модуль. Весьма просторное помещение, способное вместить в себя десяток скаутов.

Имеется еще складской модуль, но к нему доступа нет. Там располагается автоматический терминал, наподобие тех, что установлены на базах. Подгоняешь транспорт, и терминал автоматически разгружает полные контейнеры, заменяя их пустыми. Сбор продукции и ее доставку на базу осуществляют транспортные дроны…

Утренний туалет. Потом приготовить завтрак. Сергей предпочитал делать это сам, так что пищевой блок простаивал, будучи невостребованным. Жаль только, что мясо не свежее, а после разморозки, да к тому же китовое. Оно и жирнее и жестче. Но Сергей предпочитал все же чередовать свежатину с замороженными продуктами. А то эдак доведешь себя любимого, что будешь воротить нос даже от отличного акульего мяса…

Океан встретил его привычной темнотой. Ничего не поделаешь. В этих широтах рассвет под водой наступает позже на пару часов, так же, как и закат случается раньше. Ну да ничего, те первые дни, когда окружающая кромешная тьма его пугала, уже канули в Лету.

Скаут, установленный на автопилот, уверенно довел его до нужной точки. Именно здесь он остановился в прошлый раз. От фермы это совсем недалеко, но если попытаешься найти это место без помощи приборов, то можешь провозиться очень долго, либо тебе останется в бессилии ждать рассвета…

Солнце уже было в зените, когда Сергей вздрогнул от неожиданно раздавшегося взрыва. Собственно говоря, если бы фильтры в шлеме не сработали должным образом, то ему пришлось бы худо. Рвануло практически у него над головой, можно сказать, в непосредственной близости. Под водой звук многократно усиливается, да и скорость его в несколько раз больше, чем в воздухе.

Вот только радоваться тому, что он не пострадал, Сергей не торопился. А чему, собственно, радоваться, когда ты наблюдаешь, как висевший над тобой в качестве охраны скаут вдруг начинает опускаться на дно, имея солидный крен на правый борт и теряя куски обшивки. Его искин на запросы не отвечает. А значит, потеряна основная защита.

Главное же, взрыв может означать только одно. Виной тому не обитатели глубин, а человек. Противник куда более серьезный и страшный. Вот когда по-настоящему подумалось о бандитах, бороздящих местные глубины.

Ну и как они могли подобраться незамеченными? Эффективный радиус действия иглометной установки на ферме – только две сотни метров, зато радар действует на пять километров. Радиус же действия местного вооружения ограничен километром. Сомнительно, чтобы бандиты имели что-то более серьезное. Только то, что поставляет на планету корпорация.

Выходит, что подошли они из-за бровки. Ферма Сергея располагалась рядом с ней, дальше на север начинался крутой спуск. Глубина в этих местах достигает трех километров. Словом, без специального снаряжения акванавту туда ходу нет. Да и нарваться там на кого-нибудь большого и голодного ой как просто. Дикая территория.

Но для тех, кто оседлал, к примеру, «охотника», это не помеха. Имея на борту систему регенерации, теоретически они могут опуститься на любую глубину. Правда, если у них хватит энергии. Человеку нужно слишком много времени на акклиматизацию и декомпрессию, а энергетические стержни не бездонны. Обшивка судна же без выравнивания внутреннего и наружного давления попросту не выдержит и лопнет, как орех.

Ладно. Итак, они подошли с глубины, засекли скаут, который имеет обзор около четырехсот метров, и сбили его. Отлично! Возьми с полки пирожок! Лучше подумай, что делать!

Сергей укрылся за валуном, изготовив к бою свой штурмовой игольник. Вообще-то глупо. Если бы в воде был акванавт, пусть и в бронескафандре, то шансы у Сергея были бы. Обшивку же «охотника» ему не пробить, даже если стрелять в упор.

Стационарный игломет на ферме мог бы помочь, но только не на такой дистанции. Далее двухсот метров субмарине он ничего не сделает. Разве только краску поцарапает. А Сергей был в трехстах метрах от фермы. Тут, видишь ли, и водоросли гуще, и моллюски попадаются почаще. Еще скаут… Угу. Нет скаута. Приласкали его.

Связаться со службой безопасности «Двадцатки»? Или напрямую с представителями корпорации? Те кровно заинтересованы в том, чтобы изжить такое явление, как бандитизм. Спокойно. Не ты один такой умный. С фермой связаться – без проблем. Внутренняя сеть исправна. А в остальном – кисло. Нет связи. Глушат. Причем так качественно, что не только выход в Сеть отсутствует, но и гидрофоны не работают. Там слышится только шум прибоя, какового на Океании отродясь не бывало. Ну разве только на самой заре появления планеты. Словно под колпак взяли.

– Ну что, не надоело еще играть в прятки? – Еще и издевается, козел. – Выходи, если бы хотели тебя грохнуть, уже грохнули бы.

– Ну сначала-то нужно было со скаутом разобраться, – возразил Сергей.

– Это верно. Да только зачем ты нам мертвый нужен. Какая с тебя тогда польза?

– А какая от меня может быть польза?

– Во-о-от. Теперь начался деловой разговор. Да вылезай ты из-за своего камушка. Не тронем.

Вылез. Проще не стало. Только голубой фон водной толщи на всю дистанцию визуального обзора в полтораста метров. Шлем у него хороший, Ванин продал совсем даже не туфту. На Океании лучше просто не купить. В идеальных водных условиях визуальный обзор до двухсот метров. Но сейчас он ничего не видит, лишь точка на радаре.

Они его, скорее всего, тоже только по радару держат, потому как находятся на дистанции двухсот метров и выше метров на двадцать. И таки да, зависли над самой бровкой, значит, все же с глубины пришли. От них до фермы – метров пятьсот. Хм. Нет, игломет с фермы даже краску не поцарапает. Это еще при условии, что попадет.

– Ну и чего вам надо? – складывая приклад бесполезного штурмового игольника и отправляя оружие за спину, поинтересовался Сергей.

– Да ничего особенного. Вот тут, у бровки, мы будем оставлять грузовой модуль на десять кубов, который ты будешь заполнять раз в четыре дня. Там будет еще и коробочка, в которую ты будешь ссыпать жемчуг на сумму в тысячу кредитов. Все понял?

– А не жирно?

– Нормально. Жизнь дороже будет.

– А если соскочу обратно на базу?

– Никуда ты не соскочишь. Даже с учетом нашей доли ты все равно здесь будешь зарабатывать больше, чем на любой из баз. Считать мы умеем.

И не только считать, но еще и прятаться. Корабля не видно. Все субмарины обладали некими индивидуальными особенностями, и при случае он мог бы ее опознать по внешним признакам. А это говорит о том, что они наверняка легально числятся охотниками и бывают на базах. Не опознать его и по искину.

Как уже упоминалось, эти гаджеты строго индивидуальны. Персональные завязаны на владельца кодом ДНК. И при обычном общении Сергей как минимум смог бы сохранить данные собеседника. Корабельные искины привязывались к своим носителям и были столь же индивидуальны. Во всяком случае, пока их не перепрограммируешь, а это задача далеко не тривиальная.

Несмотря на индивидуальность, персональные искины можно было маскировать без особого труда. Для этого достаточно было вести переговоры не напрямую, а замкнув свой искин на нейтральный. Тогда беседующий будет фиксировать посторонний прибор. Но даже в этом случае как минимум имеется идентификационный номер. Это обычная норма для производителей. По-другому просто не бывает. Если только это не военный образец, имеющий высокую степень защиты и маскировки.

С Сергеем сейчас общались именно через безликий искин. Ну и как такое возможно? Ведь это означает либо поставку на Океанию неучтенного оборудования, причем весьма специфического, либо появление на планете программиста-виртуоза, способного сворачивать мозги искинам, бывшим в употреблении. Признаться, в первое верилось больше.

– А если решишь устроить нам какую бяку, живым не уйдешь, – между тем продолжал неизвестный. – Твой код ДНК нами зафиксирован. Так что никуда ты не денешься. И еще. Мы не одиночки, и даже если подстерегут того, кто будет забирать ресурсы, тебе это не больно-то поможет. Надеюсь, вопросов нет?

Да уж, какие тут вопросы. То, что бандиты не могут существовать, не имея какой-либо организации, понятно уже давно. А теперь, похоже, ясно и то, как они умудряются выживать в условиях Океании. Скорее всего, кто-то попросту организовал контрабанду ресурсов, добываемых на планете.

И это именно организация, а не какие-нибудь одиночки. Одиночку можно отловить, хотя бы и случайно. И тогда тем, кто был на него завязан, – конец. А организация, потеряв одного, поставит на его место другого. Только так можно выстроить стройную и работающую схему.

Будь иначе, зачем бы тогда охотникам понадобились водоросли и жемчуг? Простые бандиты брали бы то, без чего им не выжить, в первую очередь энергетические кристаллы и стержни. Но нет. Эти берут ресурсы, которые им по идее некуда деть. Охотник, сдающий на базе ресурсы, характерные для комбайнеров или ловцов, тут же возбудит подозрения.

Вот только они сильно ошибались, если решили, что Сергей станет безропотно на них работать. Нет, свернуть им башку он не мог. К сожалению. Если бы знать, кто они такие, то, при случае, можно было бы разобраться на базе, найти повод и… Но идентифицировать их он не в состоянии.

И потом, что бы это дало? Одиночка, противостоящий преступному сообществу и при этом выходящий победителем… Конечно, все это – и инопланетяне, и Океания, и его нынешняя жизнь – самая настоящая фантастика, воплотившаяся в реальность. Но всему есть пределы. В том числе и фантазии.

Ему конечно же пока удается противостоять тем же рэкетирам Верховцева. Но, признаться, они и организацией-то как таковой не были. Так, шпана, не более. Таких легко отбрить, если только дать им понять, что тебя лучше не трогать. Вырасти в полноценную организацию у них не получится, на базах есть только один хозяин, и это корпорация. Остальные могут лишь клевать крохи, да и то пока не вносят серьезные нарушения в сложившийся порядок.

Но вот эти, похоже, как раз организация, и противостоять им Сергей не сможет. Однако и работать на дядю он не собирался. Бог с ними, с большими заработками. У него неплохо получалось и на базе. Конечно, они правы, тут будет выходить всяко лучше. Вот только не готов он кого-то тащить на своем загривке. Правда, им об этом знать совсем не обязательно.

– Хорошо. Я согласен, – наконец ответил Пошнагов.

– Еще бы тебе не согласиться, Стахановец ты наш.

Стахановец? Нет, понятно, что они пользуются переводчиком, но ведь можно это делать и чтобы запутать. Теперь Сергей был более чем уверен, что перед ним русские, причем хорошо известные на «Двадцатке» или знавшие его лично. И все благодаря одной оговорке.

Ох, ребятки, зря вы так. Разумеется, вычислить их будет достаточно сложно. Но зато и шансы теперь не стремятся к нулю. Охотников не так чтобы и много, имеющих деловые контакты на этой базе, – еще меньше. Остается отсеять и выбрать русские экипажи. Так что было бы желание. А вот в его наличии Сергей пока не был уверен. Как там говорят? Не буди лихо, пока оно тихо? Вот, золотые слова, под каждой буковкой готов подписаться.

Неужели Верховцев, зараза такая, решил поквитаться с Сергеем? Похоже на то. Во всяком случае, на «Двадцатке» отсутствуют другие группировки, специализирующиеся на рэкете. Будь иначе, Сергей непременно об этом знал бы. Не так уж и много народу сосредоточилось на сравнительно небольшой площади. Выходит, что и Верховцев не совсем шпана, а все же часть какой-то организации?

Кстати, теперь понятен и механизм работы этих самых бандитов. Нет никаких контрабандистов. Даром, что ли, корпорация держит в системе целый флот? Да тут и мышь не проскользнет. Но человек – настолько изворотливая натура, а если еще и из преступной среды, с наличием соответствующего опыта…

Словом, все очень просто. Есть небольшая группа рэкетиров, состав которой периодически обновляется. Они подминают под себя всех слабых и нерешительных. Организуют их охрану, хотя, по сути, эта функция лежит на боевых дронах. Ну да рэкетиры выступают дополнительной гарантией. За эту охрану, а скорее, все же халтуру, они имеют свою долю. Серьезную такую долю. На одного рядового бойца выходит эдак две Сергеевых нормы, никак не меньше.

Охотники, скорее всего, держатся особняком. Они только пользуются услугами того же Верховцева. Иными словами, глава рэкетиров за долю малую легализует добычу охотников и перебрасывает средства на их счет. Всем хорошо, и все довольны. Как говорится, все гениальное просто.

– Мы установили модуль и включили маяк. Как его принимаешь? – вновь послышался голос охотника, отвлекая Сергея от его мыслей.

Черт, а ведь и не поймешь, мужчина это или женщина. Спокойно. Сначала нужно определиться, насколько он обижен на этих паразитов и стоит ли начинать на них охоту. И только ответив на эти вопросы, расстраиваться по поводу невозможности идентификации.

– Маяк принимаю, – мысленно сплюнув, ответил Сергей.

Оно лучше бы и в реале, уж больно настроение поганое. Но плеваться, будучи в глухом шлеме, занятие явно неблагодарное. Эдак получится только лишнее расстройство относительно собственных умственных способностей.

– Вот и ладушки. Через четыре дня заберем посылочку. Ты уж постарайся, дружище. Да не расстраивайся ты, так уж устроен мир, и не нам его менять.

Переводчик не в состоянии передавать эмоции, но Сергею показалось, что он различил в голосе охотника издевку. Ничего удивительного. С воображением у него всегда был порядок, даром, что ли, с детства читал запоем. Поэтому даже нарисовать картину с сидящим за пультом управления и самодовольно ухмыляющимся мужиком ему было не трудно.

– Слева!

А вот теперь и голос другой, и в нем слышится испуг. Или ему показалось? Да какой там показалось! Это был именно испуг и даже паника, пусть электроника и не способна передавать эмоции. И что это может означать?

Сдвоенный взрыв. Потом еще один. Гулкий удар. Треск разрываемого композита. Лишенный эмоций и от этого более жуткий, душераздирающий крик, раздавшийся в эфире. Экипаж «охотника» не успел разорвать связь. И все это доносящееся словно сквозь вату благодаря своевременно сработавшим фильтрам.

Поначалу Сергей впал в ступор. Однако долгое пребывание в растерянности – это не для него. Уже в следующую секунду его рука потянулась к штурмовому игольнику. Еще немного, и оружие готово к бою. Хотя… С кем биться? Если судить по его наблюдениям, кто-то всерьез занялся охотниками. Кто? Конкуренты? Обитатели океана? Да чего гадать, когда можно все доподлинно выяснить.

– Леха, доложи обстановку, – едва совладав с собой, чуть слышно выдавил Сергей.

Глупо шептать, когда никто, кроме верного искина, тебя не услышит. Но в данный момент Сергей вообще плохо соображал, что делает. Вот опять схватился за оружие, хотя прекрасно понимает, что сейчас оно бесполезно. Но его тяжесть, кстати, практически не ощутимая в воде, дарит некую уверенность в себе.

– «Охотник» подвергся нападению. Предполагаю большую океанскую черепаху, взрослая особь. Субмарина неуправляема, ее искин на запросы не отвечает. Вероятность гибели судна и экипажа – девяносто пять процентов. Вероятность ранения черепахи в результате применения бортового оружия «охотника» – пятьдесят процентов.

Тортила?! Вот уж новость. Причем крайне неприятная. Этот гигант вообще никого не стесняется во всем океане, разве только человека. Да и то встреча с ним «охотника» вовсе не означает, что добычей окажется именно черепаха. Эта тварь не просто огромна, она обладает мощными панцирем и роговым покрытием лап и головы. Броня настолько серьезна, что даже мини-торпеда не всегда способна поразить цель.

А еще эти животные очень злопамятны. Так что если тортиле удалось уйти подранком, никаких сомнений, она будет атаковать людей при первой же возможности. Причем там, где животные руководствуются инстинктом и убивают только в случае необходимости, тортила убивает сугубо из ненависти.

Словом, тот еще противник. Одна радость – эти черепахи предпочитали глубоководье, хотя сегодняшняя гостья, как видно, оказалась исключением или очень уж осерчала на людей и специально охотилась на своих обидчиков. Что там творится в ее мозгу, не понять.

Все это пронеслось в голове Сергея с быстротой молнии. Уже через секунду он улепетывал во все лопатки, врубив ранцевый двигатель на полную мощность. Во всяком случае, если скорость пешехода можно охарактеризовать как бегство во все лопатки, то все обстояло именно так. Впрочем, выбора у него все одно не было. Разве только поплотнее прижиматься ко дну, уменьшая шансы своего обнаружения.

Куда он бежал? Ясное дело, на ферму. Только она могла подарить ему хотя бы иллюзию безопасности. Впрочем, крупнокалиберный игломет, все же чего-то да стоил, даже против тортилы. Разумеется, нужно было попасть в уязвимые места, которых в броне черепахи не так чтобы и много, но это хоть что-то.

Вот, наконец, и шлюзовой бассейн. Сергей бросился к двери дегазационной камеры. По-другому внутрь не попасть. Ага. Разбежался. Карантинные мероприятия никто не отменял. И самое паршивое, миновать их можно, только разбив вдребезги всю управляющую аппаратуру.

Ничего не поделаешь, пришлось постоять под душем, потом подставиться под теплые воздушные струи и только после этого наконец ворваться во внутренние помещения фермы. Впрочем, далеко он не ушел, тут же завернув в операторскую.

– Батон, доложить обстановку, – буквально падая в кресло оператора и оборачиваясь к пульту, распорядился Сергей.

Что же, этого и следовало ожидать. Персональный искин, да еще и далеко не новой модели, в значительной степени уступает стационарному, даже если и он является ветераном. Поэтому сведения, полученные от искина, без затей названного Сергеем Батоном, несколько отличались от того, что выдал Алексей.

Если коротко, то воссозданная картина выглядела следующим образом. «Охотник» поднялся с глубины и, уничтожив скаут, появился в поле зрения радара фермы. Затем, также из-за бровки, появился биологический объект, классифицированный искином как большая океанская черепаха.

Каким образом субмарина прозевала атаку, оставалось непонятным. Скорее всего, данная картина не прояснится и в будущем. Оба искина Сергея не могли нащупать ни одного своего собрата, ни стационарного, ни персонального на «охотнике». Это могло означать только одно – кабина судна оказалась разгерметизирована, и внутрь хлынула вода.

Кстати, косвенным подтверждением тому стали крики членов экипажа. Каждому акванавту предоставлялась возможность на собственной шкуре испытать, как именно действует вода Океании. С этой целью на голую кожу капали лишь одну маленькую капельку. Хм. Вообще-то местная водица – сродни кислоте. Во всяком случае, язва образовалась знатная, и очень быстро. И это помимо токсичности.

Так вот, местная среда была агрессивна не только по отношении к людям. Доставалось и электронике, которую всячески старались ограждать от взаимодействия с водой. Так, например, персональные искины во время погружений находились в специальных чехлах. Последние менялись вместе с гидрокостюмами.

Час-другой в воде, и на электронных носителях не сохранится никакой информации, а сами они придут в полную негодность. А уж это-то время у водицы будет. Пока не убедится в полной своей безопасности, Сергей и шагу не ступит за порог. И потом, очень может быть, что субмарина уже покоится на недосягаемой для Пошнагова глубине…

Далее из доклада стационарного искина следовало, что «охотник» успел задействовать мини-торпеду и два нурса. Все три снаряда достигли цели. Кроме этого, была зафиксирована работа пушки, успевшей выпустить десяток болванок. Если были попадания, то от такого подарка, да еще и в упор, спасет далеко не любая броня. Разве только здесь оказалась уж очень древняя особь.

Словом, вероятность летального исхода для тортилы – восемьдесят процентов. Дезориентация и временная потеря дееспособности – сто процентов. Таким образом, можно считать, что проблема разрешилась сама собой. Нужно было начинать подсчитывать убытки, а если повезет, то и трофеи.

Трофеи – это обязательно. И о своем скауте нужно позаботиться. Только не так скоро. А чтобы ожидание не было таким уж тягостным и нервы окончательно не расшатались, не помешает приготовить ужин.

С докладом же службе безопасности корпорации он пока повременит. И вообще пока воздержится от каких-бы то ни было телодвижений. Даже если тортила и жива, то досталось ей изрядно. Вряд ли она станет искать своих обидчиков, чтобы порвать любой ценой. Она же не защитник Брестской крепости, чтобы драться насмерть. Придет в себя и уползет зализывать раны, чтобы потом поквитаться.

А вот сделать все так, чтобы никто не смог оспорить его права на судно, совсем даже не помешает. Вообще-то он подобными вещами никогда не интересовался. Нет, ну если ты нашел там что-нибудь, то оно конечно же твое. Но как будут обстоять дела с «охотником»?

Дело в том, что такая игрушка по карману далеко не каждому. Кораблик приобретается в кредит или вообще берется в аренду. Правда, с последним стараются не связываться, все же предпочитая кредит. Сумма выплаты практически идентична, но зато по прошествии примерно трех лет «охотник» становится твоей собственностью. И это не такое уж плохое вложение. Убывая с планеты, ты либо выставляешь судно на торги сам, либо уступаешь банку. В любом случае ты получаешь на счет солидную сумму.

Конечно, желающих пойти на это не так чтобы и много. Шутка ли, новый «охотник» стоит целых два миллиона. И это плюсом к первому, полуторамиллионному кредиту. То, что на покупку корабля скидываются обычно двое, оптимизма не добавляло. Конечно, заработки у охотников значительно выше, и в итоге они рассчитываются быстрее. Правда, если остаются в живых. Все же дикая территория – это опасные края. Потому и доля охотников среди землян не так велика.

Так вот. Если охотники успели выкупить свою посудину – это одно. Тогда никаких сомнений в том, что находка принадлежит Сергею. А вот если кредит еще не погашен, то возможны варианты. Какие именно? Да кто же его знает. Нужно уточнять и выяснять специально, чтобы не опростоволоситься.

И коль скоро непосредственной опасности нет, то стоит немного обождать с докладом и разузнать все тонкости. К примеру, если банк наложит лапу на «охотника», то надо демонтировать с корабля хотя бы тяжелое вооружение, которое ой как не помешает на ферме. Будь у него в наличии что-то посерьезнее штурмового игольника, он посмотрел бы, как эти гады диктовали бы ему свои условия.

К слову сказать, ничего сверхсложного в том, чтобы обзавестись подобным вооружением, не было. Без труда можно было приобрести хоть десяток установок. Весь вопрос упирался только в цену, которая кусалась, как большая акула.

Корпорация предоставляла стандартную защиту, то есть крупнокалиберный игломет, способный защитить от большинства обитателей Океании. Остальное нужно было приобретать за свой счет. Для десяти фермеров это было не столь существенно, а вот для одного – практически неподъемно.

Словом, все было за то, чтобы пока не торопиться с докладом. Правда, его старания могли хоть чего-то стоить при одном условии: если «охотник» не сполз по склону на недосягаемую для Сергея глубину. В последнем случае ему останется надеяться только на службу безопасности корпорации.

И еще. Он даже в мыслях не мог допустить, чтобы вылезать из гидрокостюма. Мало того, не стал снимать и шлем. Только и того, что поднял забрало. Повторять судьбу охотников, оказавшихся без снаряжения в стремительно заполняющейся забортной водой кабине, ему не хотелось категорически…

Судно упало неглубоко. Опустившись на склон бровки, оно съехало примерно на двадцать метров ниже уровня шельфа, что не представляло проблем для акванавта. Дальнейшее падение кораблика было остановлено торчащей скалой, поросшей мелкими водорослями.

Так он и висел над темной бездной, в которую непременно скатился бы, если бы не скала. Впрочем, и на том уровне с освещением было так себе. Хотя сейчас стоял день, и на шельфе видимость все еще была в порядке, здесь царили сумерки. Сомнительно, чтобы тут когда-нибудь было светлее.

Следов тортилы вообще никаких. Скорее всего, она погрузилась на дно этой впадины. И коль скоро за прошедшие два часа она так и не появилась, то по всему выходит, что либо черепаха издохла, либо убралась зализывать раны. В любом случае выяснять это Сергей не собирался. Даже богатство, что сулили трофеи с этой зверюги, не возбуждали у Пошнагова и намека на жажду наживы.

Впрочем, чего думать о синице, когда у него в руках оказался журавль. Конечно, «охотника» потрепало, и ремонт потребует серьезных вложений. Но это же не разовая прибыль, а возможность заработка. Причем солидного. Да просто продай он его в нынешнем состоянии и наверняка перекроет процентов восемьдесят своего долга перед корпорацией.

Непонятно? А вот Сергей в этот момент просто ликовал. Он узнал этот корабль. Это был тот самый «охотник», который появился после схватки с акулой. Об этом говорили и обводы, и идентификационный номер на борту, и запоминающееся название «Энтерпрайз». А еще Пошнагов сделал запрос в Сеть и получил ответ. «Охотник» был полностью выкуплен и являлся собственностью двух американцев.

Вот откуда они знали о его прозвище, и вот отчего Сергей ошибся, посчитав, что на «охотнике» русские. Кстати, с этой парочкой он был знаком лично. Мужчина лет сорока и женщина за тридцать. Они были не просто напарниками, а, если верить их заявлениям, собирались с комфортом устроиться в цивилизованном космосе и создать самую настоящую семью. У них вроде как уже и с долгами было покончено, оставалось только скопить кое-что и убраться отсюда.

Н-да. Теперь понятно, как они зарабатывали на жизнь. Обкладывали фермеров данью. Причем ничуть не стеснялись с объемами. Десять кубов – это выше среднедневного заработка. А срезанные водоросли должны были пройти заморозку уже в течение суток. По прошествии этого срока их можно было просто выбросить. Так что в качестве откупных можно было предоставить только свежую продукцию, и никак иначе. А значит, откладывать понемногу каждый день не получится.

Короче, сволочи эти охотники, и весь сказ. У Сергея не шевельнулось даже тени сожаления по поводу их судьбы. Наоборот, его обуяла самая настоящая радость по случаю обретения столь ценного трофея.

Примерно с час он провозился, пока закрепил корабль, чтобы обезопасить его от сползания вниз по склону. Не хватало еще лишиться приза, когда он был практически в его руках. Только после этого Пошнагов решился на более детальное обследование судна, лежащего на правом борту.

Удар пришелся снизу и слева. Как и предполагал Сергей, кабина оказалась сразу же разгерметизирована, и забортная вода буквально в считаные мгновения заполнила ее пространство. Оба блока левого борта, с нурсами и мини-торпедами, оказались повреждены, а вернее, чуть не вырваны с корнем. Они болтались на каких-то ошметках кабелей и композита.

Осмотр выявил отсутствие двух нурсов и одной торпеды, как раз с левого борта. Влево и вниз направлена и пушка, что опять же говорило в пользу атаки черепахи снизу. Вот только орудийная установка сработала слишком поздно, уже непосредственно перед ударом, а потому и успела выпустить только десяток снарядов. Опять же в цель или мимо – непонятно.

Направив луч света в кабину сквозь уцелевшие окна, Сергей увидел и бывших владельцев кораблика. Два трупа, мужской и женский, одетые в легкие шорты и майки, плавали в довольно тесном помещении, заставленном различным оборудованием. Тела уже подверглись губительному действию воды, и не только.

В кабине было множество мелкой рыбы, жадно обсасывающей трупы. Это пока еще в воде не появился запах смерти или крови, потому и более крупных представителей не видно. Разумеется, все зависит от размеров собирающихся пировать. Пробоина конечно же солидная, но, к примеру, акуле тут делать явно нечего.

Как нечего тут делать и Сергею. Теперь судно никуда не денется. Вопрос с принадлежностью трофея разрешился. А ждать, кто именно заявится сюда на запах смерти, у Сергея не было никакого желания.

Как ни странно, служба безопасности в сопровождении целого десантного взвода появилась буквально через полчаса. И это с учетом того, что силы были доставлены сюда с орбиты. Оперативно работают, нечего сказать.

Технари тут же начали курочить технику. Нет, не в смысле разбирать все подряд. Демонтировалась кое-какая электроника и практически полностью пульт управления. Изымались все искины, корабельный, оружейные и персональные.

Даже если бы Сергей мог что-то возразить против подобного самоуправства, он не стал бы этого делать. К чему, собственно говоря? Вся электроника и без того должна отправиться на свалку, ведь она и так вышла из строя.

Американцы, как видно, были уж слишком самоуверенными и не озаботились дополнительной защитой оборудования. А может, полагали, что коль скоро случится разгерметизация кабины, то и им не жить. Ну а раз так, то к чему проявлять заботу о новом владельце. В общем, чем бы там они ни руководствовались, результат был налицо.

– Как следует из доклада вашего искина, произошло это три часа сорок три минуты назад, – наконец закончив изучать «начинку» Алексея, заговорил дознаватель.

Что же, все логично. К чему задавать вопросы раньше времени, если сначала можно получить всю доступную информацию. Причем без каких-либо домыслов, зафиксированную с протокольной точностью.

Несмотря на индивидуальную принадлежность, все гражданские искины имели коды доступа для полиции. В случае наличия соответствующего ордера, служители Фемиды могли считать с них всю информацию, не заручаясь согласием владельца.

На Океании роль полиции выполняла служба безопасности корпорации. Как говорится, со всеми вытекающими отсюда последствиями. Правда, разрешение на получение данных с искинов здесь выдавал не прокурор, а представитель руководства корпорации. Соответствующий пункт имелся в одном из договоров.

– Все верно, господин Ганид. Это произошло в указанные вами сроки. – Еще бы Сергей не согласился с очевидным.

– Но вы не спешили сообщить нам о случившемся. Почему?

– Я испугался. Сидел тут, на ферме, и трясся от страха, – поведя рукой вокруг, со вздохом признался в постыдном Сергей.

– Пошнагов, не надо этих игр. Тут не театр, а я не благодарный зритель. Сообщить в службу безопасности ты испугался, но зато не забыл закрепить «охотника», чтобы он не сполз во впадину. Уверен, что ты собирался снять с него все вооружение и вообще все, что плохо лежит. И не сделал это только потому, что узнал: судно теперь бесхозное. Или ты начинаешь со мной разговаривать откровенно, или тросы крепления порвутся и субмарина отправится в пучину. Нужно объяснять, кто найдет судно после этого?

– Что-то мне подсказывает, что это будет служба безопасности.

– Правильно. А потом мои парни продадут его банку и получат некие премиальные. А ты останешься с носом. Ну так как, будем говорить?

– Господин дознаватель, признаться, я не понимаю, чем вызвал ваше негодование, – примирительно начал Сергей. Ну не бодаться же ему со службой безопасности, в самом-то деле. – Я ведь не скрыл этого факта. Хотя и мог после сообщить о находке. Характер повреждений ясно указывает на атаку черепахи. Сомневаюсь, что кто-то стал бы проводить по этому поводу расследование.

Дознаватель смерил Сергея взглядом и вздохнул. Что же, этому мужчине не откажешь в логичности. Он и впрямь мог умолчать о противоправных действиях и представить это как находку. Причем обнаружить ее где-нибудь подальше от фермы.

В конце концов, нет ничего сложного в том, чтобы притащить сюда пару-тройку баллонов с газом, приподнять «охотника» и перевезти в другое место. Для этого достаточно даже скутера, не то что скаута.

– Я понял, что ты хотел как лучше. Но по-своему, так, чтобы не упустить выгоду. Но если бы мы прибыли сюда хотя бы в течение часа после случившегося, то могли бы обзавестись ценной информацией. Теперь же, я уверен, все данные с искинов безвозвратно утеряны.

– Не вижу проблем, – пожал плечами Сергей. – Вы можете получить эти сведения проще и быстрее, чем думаете. Думаю, что половина, если не большинство охотников замешаны на рэкете. Проверьте их искины, и все тут же станет ясным. Просто пока меня крутили эти ребята, я тут подумал…

Сергей без утайки рассказал обо всех выводах, к которым пришел в ходе беседы с рэкетирами, например, о возможной связи шаек на базах с охотниками, обкладывающими фермеров данью. Высказал уверенность и в том, что наверняка возле каждой фермы найдутся лишние контейнеры или грузовые модули, предназначенные для уплаты неофициальных налогов…

– Ерунда, – отмахнулся дознаватель. Странно, вроде слушал внимательно, и такая реакция. – Фермеры поостерегутся доносить на своих обидчиков хотя бы по той причине, что побоятся расправы со стороны подельников тех, кого мы задержим. А начать потрошить искины просто так, без причины, не можем себе позволить даже мы, даже в этой глуши и несмотря на некие пункты договора. Господин Горх не санкционирует подобное ни при каких обстоятельствах. Только при наличии веских оснований. Не знаю, за кого вы тут себя держите, но для корпорации вы вовсе не бессловесная скотина и обладаете определенными правами. Это непреложное условие закона о льготах. Так что все это ерунда. Что же касается ваших выводов относительно бандитских группировок на базах, то они очень интересные. Попробуем копнуть в этом направлении.

– Кхм. Господин дознаватель, а как же с «охотником»?

– А что с «охотником»?

– Ну. Тросы закреплены нормально? Они сумеют удержать корабль от падения?

– Оно бы стоило… Ну да ладно. Можем договориться.

– Я весь внимание. – Сергей и впрямь был сосредоточен, он готов на многое ради получения приза.

– Итак, уже через пару часов тебе на счет поступят три сотни тысяч кредитов. Премия за уничтожение пиратского судна, учрежденная корпорацией.

– Но я…

– То, что их уничтожила черепаха, не твоя забота. Этим займусь я. А ты, как только деньги поступят на твой счет, переправишь их вот на этот.

Алексей сообщил, что на почтовый ящик Сергея поступило сообщение. Наверняка номер счета. Что же, все предельно ясно. Его выставляют в качестве героя, за деяние, которое он не совершал, чтобы путем махинации получить солидную сумму.

Согласен ли на это Сергей? Еще как согласен. С него не убудет, зато никто не станет топить его «охотника». Именно что его, потому как он теперь считал корабль своей собственностью.

Глава 6. На волосок от смерти.

– Обводы оставляем прежние? – делая пометки на стационарном рабочем искине, поинтересовался Михаил.

Это механик, обретающийся на «Двадцатке». Ему все одно, чем заниматься. Есть скутер – займется им, скаут – подавай, «охотник» – вот напугали. Да ему даже корпорация время от времени подбрасывает работенку, в основном реанимировать боевых дронов. Случается такое, что достается и им.

Вообще-то у Михаила работы всегда хватает. Шутка ли, на базе всего-то двое механиков. А техника, она и есть техника, все время требуется что-то подправить или откровенно починить. Смех смехом, но столкновения под водой вовсе не редкость. Либо с валуном каким, либо с собратом. Так что случается и такое, что к механику можно попасть только по записи.

Но у Сергея был особый случай. Во-первых, у него на починку становилось сразу две единицы. Во-вторых и в самых главных, тут работы было на такую приятную сумму, что Михаил без зазрения совести отодвинул всех заказчиков в сторону. Да он тут поднимет никак не меньше шестидесяти тысяч. Шутка ли.

– Миша, давай не будем, – изобразив кислую мину, со вздохом произнес Сергей.

Нет, дело вовсе не в том, что прежде чем задавать этот вопрос, механик словно невзначай пролистнул несколько вариантов, один краше другого. Сергей не понимал, когда на Земле машины начинали обвешивать различными спойлерами и тому подобной дребеденью. Лишнее это все и лишенное смысла.

Впрочем, здесь, под водой, обводы играют далеко не последнюю роль, а для «охотника» скорость и маневр значат очень много. У «Энтерпрайза» была вполне оптимальная форма, но, как говорится, нет предела совершенству. Если убавить вон там, прибавить вот здесь и оптимизировать тут, то характеристики в некоторой степени улучшатся.

Однако Сергей сейчас находился в том состоянии, когда, как говорится, не до жиру. Казалось бы, богатый трофей, но он опять оставался с тем, с чем спустился на Океанию. С пустыми карманами и с кучей долгов. Хм, последние, кстати, значительно возросли.

Даже продажа скаута не могла покрыть расходы на работу механика. А ведь это только малая часть из предстоящих трат. Потому как платить ему придется много. Очень много.

Так, например, одна только дегазация «охотника» и скаута обошлась в десять тысяч. Ничего не поделаешь, здесь душем не обойтись. Пришлось в буквальном смысле этого слова топить технику в специальном бассейне и выдерживать там в дегазационном растворе несколько часов.

А ведь нужно восполнить всю электронику и еще бог весть сколько всего. Словом, хотя корабль и достался ему трофеем, чтобы поставить его на ход, придется вывернуться наизнанку. Судя по прикидкам Михаила, сумма приблизится к миллиону.

Потом предстояло еще приобрести обучающую программу и пройти полный курс управления кораблем. Кстати, в нагрузку к «охотнику» и за отдельную плату нужно будет приобрести дополнительную программу по оружию. Конечно же без оружия субмарина не изучается, хотя бы по той причине, что такие суда безоружными просто не бывают. Но без прикладной программы это будет просто условная игрушка.

Словом, играть ему в виртуале придется изрядно. Хорошо хоть на Океании на вопрос овладения практическими навыками смотрели сквозь пальцы. А ведь за эти дополнительные курсы также пришлось бы платить.

Получается, что даже награда за уничтожение рэкетиров не смогла бы покрыть всех расходов. Как не помогла и реализация грузового модуля. Очень уж он оказался специфическим и предназначался именно для добычи водорослей. Иными словами, он еще подошел бы для скаута, хотя и был для него великоват, но уж точно был слишком мал для «охотника», так как не подходил под основную его добычу.

В настоящий момент ситуация выглядела таким образом, что он словно приобрел корабль в кредит с неким виртуальным компаньоном, внеся при этом причитающуюся с него долю. Правда, имелась одна существенная разница.

В данном случае, вложив около миллиона, он становился единоличным и полноправным хозяином судна. А это уже совсем другой расклад, другая работа и другие заработки. Главное же, это его активы и ничьи больше. Иными словами, при убытии с Океании он сможет продать судно минимум за полтора миллиона. Конечно, если сумеет расплатиться по кредитам. Но, с другой стороны, не расплатившись, он отсюда не уберется.

В настоящий момент сумма долга Сергея исчислялась почти двумя с половиной миллионами кредитов. И если первый был выдан под щадящие шесть процентов, планка второго остановилась на двадцати.

Н-да-а-а. Охотники конечно же зарабатывали больше и расплачивались примерно втрое быстрее против обычных ловцов или комбайнеров. Как, впрочем, и в разы чаще погибали. Но несмотря на высокую долю смертности и в связи с этим – неполный возврат долгов, за время своей деятельности они успевали принести корпорации куда большую прибыль.

И все же банк выдавал кредиты не всем подряд. При заявке на крупную сумму отказов случалось куда как больше, чем положительных ответов. Но Сергею не отказали. Скорее всего, повлияла его репутация трудоголика.

– Значит, обводы оставляем прежние, – пожав плечами, подытожил Михаил.

– Именно. Ты вообще ничего не мудри. Просто восстанови коробочку, чтобы работала, как часы. С остальным разберусь потом, когда появится прибыль.

– Ерунда это все, Сергей. Поверь моему опыту, потом тебе будет не до этого. Два кредита, да еще с такими процентами. У тебя сразу же обнаружится хронический дефицит в средствах. Одна только подготовка к выходу будет съедать не меньше пятнадцати тысяч. Так что прими совет: если хочешь что-то сделать, то делай сейчас, потом будет поздно.

– Понимаю, но сейчас у меня нет денег. И меня вполне устраивают эти обводы корпуса. А обезопасить электронику от забортной воды совсем даже не помешало бы.

– Вот уж чем никто и никогда не заморачивается, – искренне удивился Михаил. – Тут ведь как считается – если забортная вода попала в кабину, то кранты, без вариантов. А вкладываться, чтобы потом приз достался в рабочем состоянии нечаянному наследнику или гаденышу, подбившему тебя, никому не хочется.

– Угу. Это если позабыть о том, что ты акванавт и у тебя под рукой имеется гидрокостюм, в который ты можешь обрядиться в считаные секунды.

– Брось. Взять твоих предшественников. Когда бы они успели обрядиться в защиту?

– Это случайность, и не стоит ее возводить в правило. Во время охоты или обнаружения неопознанной цели всегда найдется время, чтобы обезопасить себя. Вот только получив пробоину на дикой территории, добраться до обитаемых мест без корабля не получится, а он гарантированно издохнет. Я вообще не понимаю, почему руководство корпорации так непродуманно строит эти суда. Может, потому что привыкли рассуждать категориями космоса? Безвоздушное пространство не мешает работе электроники.

– Да при чем тут космос, – отмахнулся Михаил. – Ты, кстати, играешь в этот их местный «Симс»?

– Незачем пока. Язык изучаю, но для этого мне достаточно и той версии, что закачана в мой искин. Виртуала никакого, но практика понемногу нарабатывается. О дальних планах думать еще слишком рано.

– Согласен. Но тут виртуал и не нужен. Ты заметил, какие заработки у героев игрушки и какой характер цен на различные товары?

– Ну игрушка и жизнь…

– Правильно говоришь, – перебил собеседника Михаил. – Но только все равно подобные игрушки должны отталкиваться от реала. Да хотя бы ради того, чтобы не мудрить попусту и не изобретать велосипед. Так вот по этой игрушке получается, что в империи средняя зарплата колеблется в районе пяти тысяч кредитов. Заметь, минимум в четыре раза меньше, чем зарабатывают наши акванавты.

– Если ты хочешь напомнить мне о том, что у нас здесь все втридорога, то зря стараешься, я об этом помню, – отмахнулся Сергей.

– Я хочу тебе объяснить, что вот эта твоя ласточка по идее должна стоить в пределах двадцати тысяч кредитов, даже несмотря на то, что композит – довольно дорогая штука. А уж электроника, которая используется здесь, в цивилизованном космосе вообще продается на вес, прямо как на Земле китайская. Ты представляешь, какую прибыль получает корпорация от наших телодвижений?

– Получается, им значительно выгоднее, чтобы в случае обнаружения мы получали просто оболочки, без начинки. Им эта начинка ничего не стоит, а мы выкладываемся по полной. Лихо. Но в общем-то ничего нового.

– За исключением того, что если бы ты получил кораблик с исправной электроникой, то твои траты были бы в разы меньше, чем сейчас. Соответственно ты завладел бы «охотником» при минимуме долга. Ну и кому от этого выгода, кроме тебя? Заметь, все денежки поступают корпорации. Я на комплектующие никакой накрутки не делаю. Мое только то, что выходит за работу, ну и композит.

– Это да, – вынужден был согласиться Сергей. – Но и поделать мы ничего не можем, так что остается жить по их правилам.

– Но это также значит и то, что ты можешь, не стесняясь, попросить увеличить сумму еще тысяч на шестьдесят. Коли уж выдали крупный кредит, то пойдут и на его небольшое увеличение.

– За одним маленьким исключением. Мне потом эти денежки возвращать, – не согласился Сергей.

– Ну и что, – по обыкновению пожал плечами Михаил. – На фоне общего кредита эта доплата просто ничтожна. Если, конечно, тебе столь важно обезопасить электронику.

– Слушай, а шестьдесят тысяч – это не круто? – вздернул бровь Сергей, до которого дошло, что его собираются хорошенько поиметь. – Вся работа по восстановлению корпуса, монтажу оборудования и его калибровке – шестьдесят тысяч, а тут просто герметизация – и та же сумма.

– И заметь, это если я займусь электроникой одновременно с монтажом. Если после, то сюда добавится еще и отдельная плата за демонтаж. А дорого, потому что никто и никогда этого не делал. Мало того, даже не думал в этом направлении. Разве только кроме меня. Так, делать нечего, забавлялся на досуге.

– Мироед.

– Угу. Так как? Делать будем?

– Ну подожди малость. Сейчас сделаю запрос в банк. Вдруг откажут.

Как ни странно, банк не отказал. Как видно, Сергей считался вполне перспективным клиентом. Пошнагов даже заподозрил, что пожелай он получить больше, то никаких проблем с этим не возникло бы. Другое дело, что как раз он-то и не желал брать даже лишнюю тысячу.

– Нормально! Друг называется! Сергей, а чего это я от посторонних узнаю о том, что ты на базе?

– О, Ирина. Ты как тут? – растерянно ответил на приветствие подруги Сергей. – Я думал, ты работаешь.

Все верно, день был в самом разгаре, и акванавты, как говорится, находились в поле. Сергей сверился с хронометром. Время к обеду, а значит, подошла пора сдачи дообеденной выработки.

– Стою я, понимаешь, у терминала на сдаче и там узнаю, что некто Пошнагов прибыл на «Двадцатку», да еще и не без приключений, – подтверждая предположения Сергея, возмущенно продолжала девушка.

Она не без любопытства начала осматривать примостившегося на стапелях «охотника». Разумеется, посмотреть тут было на что. Где бы она еще увидела подобное судно вот так, на расстоянии вытянутой руки. Раньше случалось все больше издали. К тому же охотники базировались в отдельном доковом бассейне, во избежание столкновений. Они, конечно, тоже из композита, вот только куда более прочного, так что малюткам типа скутера и скаута лучше не попадаться на их пути. Опять же, обусловлено это и тем, что добыча у них иная, и терминалы комбайнеров им никак не подходят.

Вот только Сергей заметил, что Ирина ведет себя уж больно наигранно. Вроде и осматривает судно, но все время бросает косые взгляды в сторону Пошнагова, словно пытается что-то рассмотреть в его облике. Может, вот так, не заостряя внимание, хочет убедиться, все ли с ним в порядке?

– Н-да-а-а, Сереженька. Стоит тебя оставить без присмотра на пару-тройку дней, как ты тут же вляпаешься, – вынесла свой вердикт Ирина.

Это да. После его последнего посещения базы прошло только трое суток, а тут – такие события. Но ведь он не больно-то к ним стремился и вообще подумывал о том, чтобы переселиться к Ирине. Это куда более желательно, чем пахать на рэкетиров. Помог его величество случай, и никак иначе.

– Да ладно тебе. Я-то тут при чем? Работал, никого не трогал, а тут эти придурки. Ну что, Миша, договорились?

– Не вопрос, – согласился механик. – Кстати, скаут можешь забрать уже завтра.

– А «охотника»?

– Дня четыре, не меньше. Да и какая, собственно, разница. Все одно тебе в виртуале сидеть не меньше недели. Если хочешь, могу помочь с клиентом на скаута.

– Уж не ты ли тот клиент? – взглянув с прищуром на механика, полюбопытствовал Сергей.

– А что тут такого? – ничуть не смутился Михаил. – Тебя не обижу. Птичку доработаю и продам с малой накруткой, тысяч на пять. Деньга невеликая, но все в плюс.

– Я подумаю, Миша. Я так понимаю, что с работой на сегодня ты закончила? – обращаясь к девушке, поинтересовался Сергей.

– Это с чего такие мысли, Сергей Демьянович?

– Ну, сюда-то ты прибежала. Опять же дневной минимум уже выдала. Значит, в виде исключения можно подумать и о досуге.

– Ой. Дайте-ка догадаюсь. Исключительное событие – это ваше появление. Не так ли, Сергей Демьянович?

– Именно, Ирина Анатольевна, – выводя ее под ручку из ангара, с самым серьезным видом подтвердил Сергей.

– Ну я прямо и не знаю, как быть в этом случае. Разве только в виде исключения…

– Только в таком разрезе, Ирина Анатольевна, и никак иначе.

– Ох, уговорил, речистый, – прыснув в кулачок, все же сдалась девушка.

Впрочем, не больно-то она и сопротивлялась. Конечно, Роговцева относилась к числу тех, кто праздности предпочитал работу, и по заработкам твердо держалась в середине. Но она не являлась трудоголиком, как тот же Сергей, поэтому особой трагедии в том, чтобы немного расслабиться, не наблюдала.

– Ну и куда пойдем? В боулинг?

– Только сначала приведем себя в порядок, – указывая на тот факт, что они оба сейчас обряжены в гидрокостюмы, подтвердил Сергей…

В боулинге наблюдалось запустение. Разумеется, это не значит, что там никого не было. Еще чего. Всегда есть те, кто предпочитает работе отдых. Корпорация конечно же прибегала к некоторым мерам принуждения, но не настолько, чтобы желающие не нашли возможность попраздновать лодыря.

Впрочем, даже будь требования более жесткими, таковые все равно нашлись бы. Взять тот же СССР, где была предусмотрена статья за тунеядство, причем за это можно было получить вполне реальный срок. Но и тогда нашелся целый пласт так называемых семидесятирублевиков. Категория неквалифицированных низкооплачиваемых разнорабочих, состоящих в основном из людей, ведущих антиобщественный образ жизни.

Так что если на Земле ты был алкашом, то с какой радости здесь превратишься в работягу? Не-э-эт, ты будешь жить так, как привык, как тебе комфортнее. Разумеется, были и исключения, те, кто хватался за представившийся второй шанс. Но в большинстве своем люди оставались самими собой, хотя бы по той причине, что попадали сюда уже сформировавшимися личностями. Какими – это вопрос другой.

Землян ведь не отбирали, а гребли всех подряд, лишь бы соответствовали минимальным критериям. Таким, как неизлечимая болезнь и возраст в пределах от восемнадцати до пятидесяти лет. Соответственно в число волонтеров попадали самые разные люди, от алкоголиков до откровенных преступников.

Даже группировка Верховцева не перегибала, имея с категории непутевых акванавтов лишь малую долю. Как полагал Сергей, связано это было с тем, что, по сути, все они тут были как в аквариуме и при желании уследить за ними нет никаких проблем. Так что пока все более или менее чинно, корпорация не лезет в дела землян. Но стоит перегнуть, и может прилететь привет.

– Здравствуйте.

Сергей с откровенным недовольством посмотрел на плюгавого мужичка, отвлекающего его от увлекательного занятия – поедания довольно неплохо приготовленной акулятины. Нравилось ему это мясо, чем-то отдаленно напоминающее щуку и в то же время имевшее свой особый, ни с чем не сравнимый вкус.

Н-да. Вообще-то одежду здесь шьют автоматы. Причем строго по мерке. Так что, несмотря на то что имелось только четыре фасона различной спецовки, вся она должна была приходиться впору. Вот только, похоже, не в этом случае. На этом мужичке комбинезон все равно висел мешком.

– Здравствуйте. – Буркнув в ответ, Сергей вновь уткнулся в свою тарелку.

Мужичка он узнал. Это был тот самый интеллигент, за которого вступился Пошнагов три дня назад или которого использовал для того, чтобы лишний раз подчеркнуть перед человеком Верховцева свою независимость. И тот и другой варианты будут правильными. Но это вовсе не значило, что Сергей расположен терять время на беседу с этим незнакомцем.

– Меня зовут Евгений Семенович Развалов. Ну, в смысле Евгений, – тут же поправился мужчина, когда Сергей, в очередной раз оторвавшись от приема пищи, поднял на него взгляд.

– Я должен похлопать в ладоши?

– Н-нет. Но… Словом, я хотел вас поблагодарить.

– Не знаю, за что, но на здоровье. А теперь, если позволите, я хотел бы поесть.

– Сергей, ты бы поаккуратнее с этим неврастеником, – когда мужчина отошел и устроился через столик от них, тихо заметила Ирина.

– А что, стоит? – Сергей даже слегка склонил голову набок, выражая свое удивление.

– Угу. Он позавчера из игольника изрешетил одного подручного Верховцева. Хорошо так поработал, тот выйдет из регенератора только завтра.

– И что, Вениамин Константинович так просто это проглотил? – поинтересовался Сергей.

– Представь себе. Удивлен?

– Признаться, да. При его роде деятельности он никак не может позволить себе ослабить хватку. Я так думаю, что очень скоро этого Евгения ожидает несчастный случай, а если ему очень уж не повезет, то в океане. Интересно, он думал об этом, когда следовал моему совету?

– Так это ты ему насоветовал?

– Я просто напомнил ему, что он мужчина и что у него на боку оружие. Ну и показал, как действует ствол игольника, направленный в наглую морду. А дальше уж он сам.

– Ясно. Но ты все равно держался бы от него подальше. Кто его знает, может, он решил обвинить в своих бедах именно тебя. Курс лечения в регенерационной камере – удовольствие не из дешевых. А в случае со смертельным исходом – в два раза дороже. А платить за такое удовольствие будет именно он, и это не считая штрафа.

– Ну а кому сейчас легко, Ириш? Ладно, давай доедать и пошли покатаем шары.

– А потом в клуб, – решительно рубанула девушка.

– Булками потрясти? – вздернув бровь, иронично поинтересовался Сергей.

– Сугубо ради разнообразия, – в тон ему ответила девушка.

– Ла-а-адно. Если только ради разнообразия, то принимается.

Они уже успели сыграть одну партию, когда к ним подошла целая делегация. Девять человек, похожих друг на друга, как однояйцевые близнецы. Ну ладно, как двойняшки. Интеллигенция, попавшая во враждебную среду, иначе и не скажешь. Ну не готовы эти люди жить по закону джунглей. И в этом нет их вины.

– Чем обязан, господа? – понимая, что браться за шар бесполезно, поинтересовался Сергей.

Кто знает, чем обернется эта беседа? Права Ирина, эти мужики, загнанные жизнью в угол, могут сподобиться на любой поступок. Кстати, один из них уже переступил через себя.

– Кхм. Если позволите, я озвучу нашу просьбу. – Кто бы сомневался, что лидером в этой группе будет тот, кто уже проявил свою способность к решительным поступкам.

– Был бы признателен. А то я в растерянности: выслушать ли вас, сразу ли послать, а то и вовсе хвататься за игольник, – обводя собравшихся взглядом, с ухмылкой заявил Сергей.

– К чему же такие крайности?

– Вот и я о том же. Итак, Евгений Семенович?

– Нам известно, что вы проживаете на ферме, рассчитанной на десятерых человек, как по условиям проживания, так и по площади произрастания водорослей.

– Первое так, второго хватит и на большее количество, скажем, десятка на полтора-два, все зависит от работников. Но дайте-ка я угадаю. Вы хотите переселиться на мою ферму и подошли ко мне, чтобы обговорить этот вопрос, так как у меня имеется приоритет и без моего согласия у вас ничего не выйдет. Все правильно?

– Не совсем. Дело в том, что мы не только хотели бы поселиться вместе с вами на ферме, но еще и готовы платить вам за охрану. Скажем, треть куба за каждый рабочий день.

– Интересно девки пляшут, по четыре штуки в ряд. А какой вам смысл платить мне ту же таксу, что и здесь Верховцеву и компании?

– Во-первых, не таксу, а официальную плату, согласно договору, который мы предлагаем вам с нами заключить. Сразу уточню, мы заранее согласны на все ваши условия, – обведя взглядом своих товарищей, поспешил уточнить Развалов. – Во-вторых, на фермах традиционно сборы выше, чем в окрестностях баз, и ваша выработка – лишнее тому подтверждение. Ну и, в-третьих, это наше решение. Так уж случилось, что мы просто боимся выходить в океан без охраны. Стыдно, но из песни слов не выкинешь. Но коль скоро так случилось, то нам хотелось бы самим решать, кому платить за охрану.

– Все-то у вас логично, Евгений Семенович, за исключением одного. Вам не нужно получать от меня никакого согласия, так как я в скором времени покидаю ферму. И случится это в ближайшие десять дней. Так что можете заселяться хоть сейчас. Лично я не против. Разумеется, при условии, что моя комнатка пока побудет моей. Вещей у меня немного, но хотелось бы их все же собрать.

Такого оборота эта группа в висящих балахонами комбинезонах, похоже, не ожидала. Не слышали о случившемся происшествии? Странно. Вообще-то здесь с развлечениями не очень, можно перечесть по пальцам, поэтому новости разносятся со скоростью лесного пожара.

К примеру, если бы Сергей интересовался тем, что происходит вокруг, то непременно знал бы и о происшествии с Разваловым. Наверняка эта новость внесла свежую струю в местную Сеть, и ролики со смертельной схваткой затерли до дыр.

– А чему вы, собственно говоря, удивляетесь? Неужели не в курсе того, что мне достался призом «охотник»?

– М-мы-то как раз в курсе. И именно поэтому подумали, что с помощью субмарины вы сможете обеспечить нормальную защиту, – растерянно ответил Развалов.

– Н-да-а-а, Евгений Семенович, это вы, конечно, хорошо придумали. То есть вы решили, что, имея «охотника», я останусь на ферме и буду вести жизнь обычного комбайнера? Нет, защита конечно же достойная. Вот только сомнительно, что зарабатываемого мною на сборе водорослей будет достаточно для содержания такого монстра. Не исправят ситуацию и ваши добровольные пожертвования.

Сергей по-шутовски развел руки в стороны, словно лишний раз подчеркивая, насколько опростоволосилась подошедшая к нему группа. Но уже через секунду он стер с лица напускное веселье. Да, он сторонился людей, предпочитая вариться в своем мирке самостоятельно. Случалось, и проходил мимо чужой беды. Но он не был готов издеваться над кем-либо.

В сердцах он схватил шар, сделал пару шагов и запустил его по дорожке. У него всегда так, когда он начинает злиться. Если в морду, то сразу в нокаут, если стрелять, то в десятку, а если запустил шар, то непременно страйк.

Ну не виноваты они, что сделаны из другого теста, и это вовсе не повод для веселья. Можешь помочь – помоги. Не можешь – пройди мимо и сделай вид, что ничего не заметил. Незачем глумиться над человеком. Подобное повысит самооценку только какой-нибудь недалекой личности или откровенного быдла.

– Я прошу прощения за то, что немного не сдержался. Но и вы должны понимать, насколько ваше предложение несостоятельно. Однако я не вижу причин, отчего вам не осуществить задуманное. Погодите. – Подняв руку, Сергей остановил готового заговорить Развалова. – Я понимаю, в вас сидит страх перед водной толщей. Вам хочется чувствовать защищенность. Именно поэтому вас и смогла подмять группа Верховцева. Но вы можете решить эту проблему. Причем самостоятельно. Поверьте моему опыту, пара скаутов и огневых точек на ферме – куда более действенная защита, чем несколько бойцов Верховцева. Понимаю, бездушные машины, лишенные каких-либо эмоций, не вызывают доверия, но ведь они не ведают и страха.

– Вы уж извините, но я по образованию филолог и в словесной эквилибристике куда сильнее вас, – угрюмо вмешался один из товарищей Развалова. – Я это к тому, что если у вас есть конкретные предложения, то мы готовы их выслушать. Если нет, то просим нас извинить.

– Значит, нужна конкретика. Ладно. Итак, вас девять. Каждый из вас может взять небольшой кредит, думаю, заявки до ста тысяч банк одобрит без проблем. Уверен, что даже у Евгения Семеновича в этой связи не возникнет проблем, несмотря на некие неурядицы. Нужно только правильно все преподнести. Не надо пугаться. Я понимаю, что плодить долги никому не хочется, но оно того стоит. Итак, в вашем распоряжении окажется весьма внушительная сумма в девятьсот тысяч. Этих денег вполне достанет для покупки пары скаутов, которые можно использовать в качестве боевых дронов. Еще вы сможете закупить тяжелое вооружение. Установленное на модулях фермы, оно будет весьма эффективной защитой от всех неприятностей. Даже от тех придурков, которые решат поиметь с вас свою долю. Таким образом, останется только одна проблема – перешагнуть через свой страх перед водной средой. К сожалению, это все, чем я могу вам помочь. Что же касается вас, Евгений Семенович, то боюсь, что у вас попросту нет другого выхода. Верховцев не простит вам вашей выходки по отношению к его человеку. Причем регенерационная капсула вам точно не поможет.

– Думаете?

– Уверен. Просто я не упоминал об этом в нашу прошлую встречу, предполагая, что вам и так все будет понятно. Но теперь вижу, что ошибся. Так что, что бы ни решили ваши товарищи, добро пожаловать на ферму.

Члены группы переглянулись, потом попрощались и плотной кучкой направились на выход из игрового зала. Сергей мог помочь им лишь советом. Он указал реальное направление выхода из тупиковой ситуации. Да, путь не из дешевых, требующий одномоментного вложения солидной суммы. Но вполне осуществимый и довольно безопасный.

Кстати, Сергею подобный финт ни за что не удался бы, даже если бы он решился на большой кредит. С одной стороны, он один просто не потянул бы выплаты. С другой – под оборудование защиты фермы ему одному такую сумму никто и не выдал бы. А вот группа – это совсем другое дело.

– Н-да-а-а, Сережа. Странный ты все же, – глядя вслед уходящим, задумчиво произнесла Ирина. – Всячески стараешься показать, что тебе на всех и на все плевать, но в то же время не можешь просто так пройти мимо. Взять того же Родина. Ведь никто, кроме тебя, и не подумал подсказать мужику, что нужно делать с той дверью.

– Угу. А уж он-то как мне теперь благодарен.

– Не твоя вина, что у него с мозгами тяжко. А вот эти… Попомни мои слова, уже в течение часа они сделают заявки в банк и навестят механика, чтобы решить вопрос с тяжелым вооружением.

– Это их проблема. У меня перед ними нет никаких обязательств. Как бы они ни решили, это их выбор, и меня он не касается.

– Интересно, а если бы они были твоей ответственностью, как бы ты тогда поступил?

– Да никак. Либо они делали бы так, как говорю я, либо пошли бы своей дорогой.

– Странно. А мне казалось, что ты не бросишь того, кому позволил к себе приблизиться.

– Э-э-э, подруга, это что за настроения?

– Да так, подумалось.

– Зря подумалось, Ириша. Если бы речь шла о детях, то разговор иной. Там нет мозгов, одни эмоции, и тут одних аргументированных доводов мало. Их обязательно нужно будет подкрепить либо крепким тумаком, либо пламенной идеей, способной зажечь молодые сердца. Но здесь детей нет. И если ты к сорока годам не обзавелся мозгами, то это диагноз. Я никого не собираюсь убеждать в очевидных вещах и уговаривать сделать правильный вывод.

– То есть хочешь сказать, что ты всегда прав?

– Нет, не хочу. Но если я не прав, убеди меня в этом. Я никогда не считал свое мнение истиной в последней инстанции. Так что если мне аргументированно укажут на мою ошибку, я ее признаю. Ты лучше скажи, как теперь, согласна быть вместе со мной?

– Это на «охотнике»-то? – откинувшись на спинку стула, вздернула тонкие брови девушка.

– Ну да. На ферму я теперь точно не вернусь. Разве только за вещами.

– А как же ты без места базирования? «Охотник» – довольно тесная коробчонка, человек же имеет свойство с годами обрастать имуществом. А так у тебя всегда есть я со своей комнатой на «Двадцатке.

– Ириш, ты хорошо подумала?

– Поверь, я подумала. Здесь, плохо ли, хорошо, я имею все шансы лет через восемь, а то и семь, расплатиться по всем долгам, причем с минимальным риском. А что на «охотнике»? Можно расплатиться года за четыре. А можно однажды не вернуться и стать кормом для рыб. Прости, но это точно не для меня. Так что удачи, и просто помни, что у тебя всегда есть причал. Ну что, дальше по программе у нас клуб?

– Я так понимаю, шары катать ты устала?

– Не то чтобы устала, но душа сейчас требует другого. Нужно выплеснуть весь негатив, чтоб ему пусто было.

– Согласен.

Клуб на «Двадцатке» мало чем отличался от таковых на Земле, к такому выводу пришел Сергей. Работая в такси, он не раз и не два подвозил клиентов до ночных клубов, в городе их было три. Но вот попасть внутрь как-то не случалось. Знал, что там царят буйство веселья и звука, в буквальном смысле этого слова закладывающего уши. Внутренний же интерьер ему доводилось видеть только на экране телевизора, случалось смотреть кое-какие сериалы.

Молодежи в клубе было откровенно мало. Земляне в возрасте от восемнадцати до двадцати пяти составляли едва ли пятую часть. Молодые все же болеют реже. Но недостаток молодежи вовсе не означает, что веселиться тут некому. Было бы место, а клиентура найдется. Причем даже в разгар рабочего дня.

Сергей обвел помещение взглядом. В зале сейчас было порядка тридцати землян. Они разбились на группки от четырех до десяти человек и выплясывали кто во что горазд в беспрерывно мерцающем свете, под нескончаемый шум самой настоящей земной музыки.

У Сергея тут же появилось желание уйти отсюда. Нет, причина была вовсе не в том, что он не хотел находиться среди этих повес, живущих днем сегодняшним и не думающих о завтрашнем. В конце концов, это их дело, и его оно не касается. А вот музыка, отдающаяся в мозгу болью, представляла собой проблему.

Однако стоило только встретиться взглядом с Ириной, как желание уйти само собой отступило. Девушка с ходу успела заразиться духом безудержного веселья клуба. И, надо заметить, ее настрой и, чего уж там, завораживающие движения захватили и его. Поэтому он просто улыбнулся, постарался вспомнить те па, которые когда-то изображал на дискотеках, и последовал за тянущей его на танцпол девушкой.

Переживания Сергея относительно соответствия атмосфере клуба и своих танцевальных способностей оказались напрасными. Как выяснилось, на фоне большинства присутствующих он выглядел вполне на уровне. А когда изобразил брейк, так и вовсе оказался в центре внимания…

– Ну ты даешь! Никогда бы не подумала, что ты способен выдать такое! – возбужденно тормоша друга, выпалила Ирина, когда они наконец оказались вне клуба.

– Во-первых, не надо так кричать, мы уже вышли из этого царства грома и порока, – с напускным спокойствием произнес Сергей. – Во-вторых, как оказалось, я кое-что все же помню. Ну и в-третьих, все же хорошо, что я не рискнул изобразить нижний брейк.

– А ты еще и нижний можешь?

– Спокойно, девушка. Поумерьте свои эмоции. Когда-то мог. И кстати, не так уж и плохо. Но боюсь, что, даже расставшись с лишним весом, благодаря регенерационной капсуле, я все же не готов к воссозданию подвигов моей былой молодости.

– Слушай, а как же так получилось? Если ты мог выдавать подобное в молодости, то, значит, ты был завсегдатаем молодежных тусовок. В твое время это наверняка было круче вареных яиц, хотя бы потому, что это круто и сегодня.

– И тебя удивляет, как из такого молодого человека получился такой замкнутый тип. Так?

– Ну-у-у. Это ты сказал, – с хитринкой ушла в отказ Ирина.

– Да я, конечно же я.

– Так все же?

Она даже слегка подпрыгнула, показывая нетерпение. Ну чисто маленькая, изнывающая от любопытства девчушка. А когда она еще и умилительную рожицу состроила, Сергей растаял окончательно.

– Да были учителя, – все же не стал особо откровенничать он. – Словом, жизнь так обернулась, что все расставила по своим местам.

– Девушка? – не сдавалась Ирина.

– Вот почему чуть что, так обязательно девушка и разбитое сердце? – искренне удивился Сергей.

– По закону жанра, – пожав плечами, ответила Ирина.

– Не девушка. Она-то как раз дождалась меня и помоталась со мной по гарнизонам. Выдержала все, поддерживала и верила в меня, даже когда я сам уже не верил и опускал руки. Но хватило других учителей. Друзья, узнавшие, что я поступил в училище, поспешили откреститься от шакала.

– Шакала?

– Офицера. Нас так называли в девяностые. У отслуживших срочную не могло быть с таким, как я, ничего общего. И потом, пока я учился в училище, они как раз вливались в рыночную струю. Даже двоечники зарабатывали в разы больше, чем я получал как офицер.

– А что было потом?

– Потом? Потом был командир части, сделавший меня самым молодым ротным за всю историю округа. Шутка ли, меня, молодого лейтенанта, поставили на должность уже через три месяца после прибытия. Я за командира был готов в огонь и в воду, верил ему, как себе, а на выходе он использовал меня в своих махинациях. Мне тогда один майор собственной безопасности помог, увел от тюрьмы, отправил в Чечню. Тогда как раз первая кампания шла.

– Ну вот видишь, не все, значит, гады.

– Конечно, не все. И я тогда на этого мужика готов был молиться. Но, как выяснилось, я вполне мог обойтись неполным служебным или увольнением, а меня в самое пекло, вместо младшего брата того майора. Потом в Чечне были красавчики. Один сдал нашу колонну с потрохами. Другой просто бросил под огнем без помощи. До сих пор не понимаю, как мы сумели прорваться. Правда, выжила только половина. Ну и дальше в жизни встречались индивиды, кто по-крупному гадил, кто по-мелкому. Словом, как в той поговорке, чем лучше узнаю людей, тем больше нравятся собаки.

– А может, тебе просто не везло с людьми?

– Может. Мне жена вообще говорила, будто по всему выходит, что я свой лимит на дерьмо в человеческом обличье уже исчерпал, дальше должно быть по-другому. Но я как-то уже устал проверять.

– А твои ребята? Солдаты, которых ты тогда вывел? И вообще, раз уж был на передовой, то отношение у подчиненных должно быть другим.

– Солдатики – те да, со всем уважением. Но, признаться, только те, кто со мной был в Чечне. Когда вернулся, для других я оказался из одного теста с остальными. Им без разницы, воевал ты или нет, они-то из этого котелка не хлебали. И вообще…

– Ложись!!!

Крик Ирины совпал с резкими и частыми слившимися воедино хлопками. Именно так звучат выстрелы игольника, бьющего длинной очередью. Вот только распознать этого Сергей уже не успел. Он сумел выхватить свой игольник. Он все еще был жив, когда стрельба продолжалась. Но все его существо заполонила адская боль, забившая остальные чувства. А потом пришли тишина и покой.

Ирина не просто выкрикнула предупреждение. Она успела еще и опрокинуться на спину, выхватив из кобуры игольник. Мгновения, пока нападающий сосредоточился на Сергее, вполне хватило, чтобы направить оружие на злоумышленника в маске, отключить предохранитель и нажать на спуск.

Поток игл ливнем излился из оружия. Часть игл ударила в композит стен, вырывая куски отделки. Другая нашла-таки свою цель. Но из-за малого расстояния прошила свою жертву и все так же обрушила избыточную энергию на стены.

Израсходовав примерно половину магазина, Ирина поднялась на ноги, продолжая держать оружие наготове. Потом переключила предохранитель на короткие очереди, по три иглы, и, удерживая игольник перед собой двумя руками, двинулась к повороту, откуда появился убийца.

В принципе в подобном поведении не было никакой необходимости. Ручной игольник, хотя и имеет габариты пистолета Стечкина, на деле в три раза легче него. При стрельбе в воде имеет незначительную отдачу, в воздушной среде таковой нет вообще. Но, как видно, сработал стереотип, и девушка предпочитала использовать обе руки.

Приблизившись к перекрестку коридоров, она рывком бросила свое тело вперед, сделав кувырок через правое плечо. Потом ушла в левый перекат, все время держа оружие наготове и контролируя окружающее пространство.

Только убедившись, что здесь больше никого нет, она поднялась на ноги и направилась к лежащему на спине убийце. Мертв. Мертвее не бывает. Хм. Вообще-то здесь возможно все. Наличие смертельных ран еще не гарантирует летального исхода.

Ирина сдернула с головы трупа маску, сделанную из черной футболки. Убедилась в том, что узнала нападавшего. После чего направила игольник ему в лоб, переключила предохранитель в режим одиночного огня и нажала на спуск.

Все, теперь нельзя терять ни минуты. Убедиться в том, что Сергей не имеет ранений в голову. Перебросить его через плечо – и бегом в медблок. Т-тяжелый у нее все же дружок. Ну да друзей не выбирают. Они сами появляются на жизненном пути, и нередко ими становятся вчерашние враги.

В принципе у нее есть целых полчаса для того, чтобы доставить тело убитого до регенерационной капсулы. Но рисковать как-то не хочется. А потому, хотя ноги и подгибаются… Бегом! Только бегом!

Глава 7. Компаньоны.

Единственное неприятное ощущение – это резь в глазах из-за яркого света. А нет, еще чувствуется какой-то дискомфорт и даже тянущая боль в груди. Вот и левое плечо ноет. Хм, и живот сводит так, словно вот-вот обделаешься.

Словом, ощущения такие, будто ты проснулся после хорошей пьянки, да еще и закончившейся доброй дракой. Перечисленное выше отражало только самые яркие моменты. Казалось, что у него болит каждая косточка, каждая клеточка. Ну очень неприятное состояние.

А чего, собственно, ожидать? Очень даже малая плата за возможность восстать из мертвых. Интересно, сколько в него всадили игл? Единственное, что он помнит, – это то, что все тело вдруг взорвалось адской болью.

Ну вот, теперь он еще и плакса. Глаза начали слезиться, проложив две влажные дорожки к вискам. Но зато свет уже не так режет и хоть что-то можно разобрать, пусть и через мутную пелену. Белый композитный потолок со световой панелью посредине. Очень информативно.

Попробовал повернуть голову. Безрезультатно. Пошевелить ногой или рукой. Тот же эффект. Хм. Это что же, в регенерационной капсуле какой-то сбой случился? Если он парализован, то лучше бы его не воскрешали.

«Спокойно. Даже если сбой, это лечится. Уж если ирианцы могут воскрешать трупы, то с каким-то там параличом для них разобраться – как раз плюнуть. Конечно, это цена вопроса, ну да где наша не пропадала», – пронеслось в голове.

Дверь с характерным шуршанием отъехала в сторону, впуская кого-то в помещение. Не имея возможности повернуть голову, Сергей скосил глаза. Бесполезно, дверь оказалась вне поля зрения. Ан нет. Вот появился кто-то в форме, похоже, из службы безопасности.

Ну, все верно. Подобные столкновения в обязательном порядке расследуются. Тем более тут налицо преднамеренное убийство, а не спонтанное, под влиянием момента. Сергей четко помнил человека в черной маске.

– Как самочувствие, Сергей?

– Опять вы? – удивился Пошнагов, рассматривая своего старого знакомого, дознавателя Ганида.

Как ни странно, но говорить он мог. Правда, при этом слегка саднило горло. Но все же этот момент не может не радовать. Хотя бы не будет мычать и ощущать себя еще более беспомощным.

– Разумеется, я. Неужели вы думаете, что штат дознавателей на Океании столь уж велик? Нас всего-то десяток на все базы и буровые платформы.

– Наверное, работы непочатый край?

– Хватает. Но, признаться, когда я служил в органах планетарного правопорядка, мне приходилось работать ничуть не меньше и за куда более скромное вознаграждение, – беззаботно отмахнулся дознаватель, присаживаясь на стул, который Сергей сразу не заметил.

– Ясно. Господин Ганид, коль скоро вы тут, то не могли бы передать этим железякам андроидам, что, хотя они меня и оживили, я остался парализованным. И, кстати, дополнительное лечение будет за мой счет?

– Успокойтесь. За лечение с вас не возьмут ни одного кредита. Мало того, регенерация прошла вполне успешно, ваш организм функционирует нормально. Что же касается паралича, то он искусственный, чтобы обезопасить вас от самого себя. Через несколько часов это пройдет.

– Спасибо, господин дознаватель. Успокоили.

– Да, собственно говоря, не за что. Теперь давайте к нашим вопросам.

– Сразу замечу: я понятия не имею, кто в меня стрелял. Разве только могу предположить, что это месть Верховцева за погибший экипаж «Энтерпрайза». Хотя, убей бог, не понимаю, чего мне мстить, если с ними разделалась тортила.

– Ну, за погибших охотников вам никто и не собирался мстить, хотя с принадлежностью нападавшего вы и не ошиблись. Это действительно был один из подручных Верховцева.

– Идиоты. Решили, что можно вот так просто кого-то убить в подобных условиях и остаться безнаказанным?

– Цель была в том, чтобы наказать вас за то, что вы лезете не в свои дела. В частности, целый десяток их «мулов» решил выйти из-под их опеки и устроиться особняком на ферме. И это благодаря вашему вмешательству. Касаемо же того, чтобы избежать наказания… Исполнитель оказался весьма предприимчивым индивидом. Отправляясь на дело, он снял персональный искин. К тому же им удалось вывести из строя пару камер наблюдения.

– И как вы на них вышли?

– Ну, мы бы вышли на них в любом случае. Они конечно же хитры, но и у нас есть свои методы. Впрочем, не думаю, что это их остановило бы. Верховцев и его люди вполне могли позволить себе выплатить крупный штраф. Зато ваша гибель послужила бы знаком для тех, кто не находится под их влиянием, не лезть не в свои дела. С взбунтовавшимися работягами они собирались разобраться чуть позже.

– Ч-черт! А что с Ириной?! – спохватился Сергей.

– Как ни странно, с ней все в полном порядке. Мало того, она разобралась с нападавшим, и, я бы сказал, весьма радикально. Кстати, вы в курсе, что на Земле она увлекалась пейнтболом?

– Пейнтболом?

– Вы не знаете, что такое пейнтбол? – удивился Ганид.

– Я-то знаю. А вот откуда вы о нем знаете? Или ирианцы столь плотно занимаются изучением землян?

– Вообще-то мы не были в курсе. Но смогли составить свое мнение из опроса других лиц. Так что с моим вопросом?

– Нет, я не знал об этом ее увлечении.

– Странно. Вы ведь любовники, – вновь вздернул бровь Ганид.

– Знаете, на Земле есть такая поговорка: секс не повод для знакомства.

– Хотите сказать, что вас ничего больше не связывает?

– Отчего же. В последнее время мы начали сближаться и даже стали более откровенными друг с другом. Но мы только в начале пути. Так что до увлечений в прошлой жизни дело еще не дошло.

– Ясно.

– А что значит радикально, господин Ганид?

– Она разнесла нападавшему череп. Причем с особым цинизмом, произведя контрольный в голову.

– И чем это ей грозит?

– Знаете, девушки ведут себя так, защищая либо своего ребенка, либо любимого человека. Учитывая сложившуюся ситуацию, я не стал заострять внимание, как именно игла угодила в голову нападавшему. Хотя сам факт летального исхода остался.

– И?

– Она должна будет выплатить остаток его долга. Это несколько меньше, чем еще и причитающийся к нему штраф за предумышленное убийство.

– Ясно. А что со связью охотников и Верховцева? Теперь-то у вас появились основания для проверки персональных искинов.

– Появились. Только проверка не выявила связи охотников с Верховцевым. Впрочем, как я подозреваю, они не были связаны ни с кем ни на одной из баз.

– По-моему, вы ошибаетесь. Они ведь должны были как-то сбывать собранное с фермеров.

– Они и сбывали. Контрабандистам. Вот смотрю я на вас и готов прибить за вашу жадность. Если бы не она, то мы имели бы важнейшие сведения, а в результате не получили ничего. Ну чего вы на меня уставились?

– Да просто вопросов у меня появилось еще больше. Но не знаю, уместно ли мое любопытство.

– Спрашивайте, чего уж, – поерзав на стуле, благосклонно разрешил дознаватель.

– Вы говорите, что отобранные ресурсы охотники сбывали контрабандистам. Но как они получали плату? Здесь существует только один банк, и он принадлежит корпорации. Насколько мне известно, наличные в цивилизованном космосе не в ходу. Но тогда банк смог бы отследить любое движение средств.

– Правильно. За исключением мобильных терминалов. Они абсолютно безликие и вполне платежеспособные. Конечно, существует тайна вклада, которую банк соблюдает неукоснительно. Но порой терминал просто удобнее.

– Что-то в тайну вклада верится с трудом, – с нескрываемой иронией усомнился Сергей.

– И напрасно. Командир имперского эсминца не станет замалчивать факт нарушения прав и свобод. Словом, корпорации очень не хочется лишиться своих льгот и монополии на разработку недр планеты. Вот и получается, что владельцу такого терминала остается только добраться до места, где имеется любой из банков, открыть в нем счет и закачать на него деньги.

– И охотники покупаются на такое? Но ведь эти терминалы могут быть фальшивками, – все же не мог поверить в такую простоту Сергей.

– Фальшивками? А, ну да, вам как новичку простительно. Терминалы можно без труда приобрести здесь, на Океании. На них проще аккумулировать средства и потом вывозить их за пределы системы. Почти все операции можно производить с помощью банка, через Сеть, или с помощью другого такого же терминала. Весь фокус в том, что снять деньги с неаккредитованного в каком-либо банке терминала нельзя.

– Странно. Я ни о чем подобном и не слышал.

– Ничего удивительного. Банковские операции как таковые начинают интересовать землян только тогда, когда впереди уже брезжит отбытие с планеты. Так что охотникам, решившимся на противоправную деятельность, нет никакой необходимости примыкать к полукриминальным группировкам на базах. Да и расценки у контрабандистов повыше, чем у корпорации. Иначе какой смысл с ними связываться.

– А как контрабандисты умудряются действовать в системе, охраняемой целым флотом?

– Они же не захватывают систему. Тихо пробрались сюда и так же тихо ушли. Есть технологии, позволяющие проделать это. Дорогие, не без того. Однако ресурсы Океании с лихвой окупят любые затраты. Причем в прямом смысле этого слова.

– Отсюда я делаю вывод, что нас по-крупному обманывают, принимая ресурсы за бесценок, – ухмыльнулся Сергей.

– С чего это вы так решили? С вами как раз все по-честному. Вы простые сборщики, и за эту несложную работу, требующую минимальной квалификации, имеете солидные заработки.

– Только при этом работаем во вредоносной среде и с риском для жизни.

– Вот поэтому у вас и большие заработки. Считаете несправедливым?

– Хм. Вообще-то… Да какого черта… Мы все получили второй шанс на жизнь, а она дорогого стоит, – вздохнув, вынужден был признать Сергей.

– Вот и я о том же, – разведя руки в стороны, подытожил Ганид. – Тем более что при отбытии с планеты и получении гражданства земляне зачастую имеют на руках довольно внушительную сумму. Ну, те, кто не бросается бежать отсюда без оглядки. Так что вы можете начинать не с такого уж и нуля. Не пожалейте времени, поиграйте в виртуале, найдете ответы на многие вопросы.

– А что с Верховцевым и его парнями? Просто я за Ирину беспокоюсь. Вряд ли они простят ее. А законодательство здесь весьма специфическое. Сомневаюсь, что в случае грамотно смоделированной ситуации они обойдутся большими потерями, чем она.

– И правильно делаете, что сомневаетесь. В отношении Верховцева и его людей принято решение о наложении на них крупных штрафов и выселении их на ферму, приписанную к девяностой базе. Они теперь будут ловцами. Ну и ограничение по посещению базы и запрет на появление на «Двадцатке».

– Если судить по местным реалиям, выходит довольно круто.

– Да, меры достаточно жесткие. Но они слишком уж зарвались и перешли грань допустимого. Кстати, с вашей легкой руки мы заполучили еще одну проблему.

– Интересно, и в чем я провинился на этот раз?

– Влезли не в свое дело и спровоцировали Верховцева. А для корпорации он, между прочим, был выгоден.

– Тем, что заставлял людей пахать и таким образом обеспечивал сбор ресурсов?

– И почему вы склонны видеть все в черном цвете? Отчего не взглянуть на этот вопрос с другой стороны? Люди Верховцева обеспечивали охрану тем, кто откровенно боялся выходить в океан, и способствовали более высоким сборам.

– Да какая охрана? В пределах базы с этим вполне справляются и дроны. Конечно, случаются исключения, но довольно редко. И потом, группа из нескольких акванавтов вполне может отбиться и от акулы. Даже без штурмовых игольников.

– Пусть группа Верховцева давала только иллюзию защиты, но люди ощущали поддержку. И подтверждение тому – прошедшие трое суток после перевода этой группы. У трехсот двадцати человек резко упала выработка. Так что Верховцев и его компания все же помогали этим испуганным бедолагам. Хотя бы тем, что дарили иллюзию защиты и заставляли работать. Конечно, они получали свой процент, однако и люди имели возможность не только зарабатывать на пропитание, но и гасить долги по кредиту, а значит, приближали момент, когда покинут Океанию.

– Выходит, все-таки Дон Кихот, – задумчиво произнес Пошнагов, вспомнив разговор с интеллигентом по фамилии Развалов.

А еще он вспомнил беседу с ним же, но уже трехдневной давности. Что там предлагал Евгений Семенович? Пра-а-авильно. Он и его товарищи готовы были платить Сергею, если он возьмется за их охрану. Сами. Вот что примечательно. Так что, возможно, Ирина и ошиблась. Не станут они вкладываться в тяжелое вооружение и селиться на опустевшей ферме. Коль скоро Верховцева не стало, найдут другого защитника.

– Вы это о чем, Сергей?

– Да так, о своем. И что теперь будет с этими несчастными, шарахающимися от собственной тени?

– Нормально все будет. Сегодня я объявлю об окончании разбирательства и с шумом отбуду на орбиту. Остатки группы Верховцева, те, кто не особо высовывался, за пару дней успеют разобраться между собой. А потом все вернется на круги своя. И, думаю, те бедолаги только облегченно вздохнут. Я даже могу предположить, кто возглавит новую группу рэкетиров.

– И кто же?

– Ваш добрый знакомый, Родин Виктор Степанович. Он за последнее время успел хорошо подняться в иерархии Верховцева и при этом сумел остаться в стороне от острых вопросов.

– Кто бы сомневался. В этом отношении у Родина большой опыт, все же был начальником паспортного стола, а это в коррупционной структуре что-то да значит. Во всяком случае, неприятности чувствует пятой точкой.

Нет. Не останутся Развалов и его товарищи. Коль скоро сообщество не вырвано с корнем, то и простить взбрыкнувшего мула они не смогут. Ничего для этого интеллигента и его друзей не изменилось. Только бы они это поняли.

– Итак, господин Ганид, раз уж со мной закончили, теперь давайте к вам. Что вы хотите от меня?

– А с чего вы взяли, что я чего-то хочу?

– Ну, как я понял из нашей беседы, досталось мне знатно. Настолько, что я пролежал в регенерационной капсуле целых трое суток. Разумеется, вы и не думали находиться тут столько времени, поэтому разобрались с Верховцевым и компанией за пару-тройку часов, считая следствие, принятие решения и его исполнение. Но опять спустились с орбиты к моменту моего пробуждения, да еще и отвечаете на мои вопросы, будто вам заняться нечем. Причем общаетесь чуть не на равных, что для офицера безопасности само по себе показатель. И все это – из-за моих красивых глаз? Не смешите мои тапочки, они и так смешные.

– Ну что же, вы правы. Я хочу предложить вам работать на службу безопасности.

– Знаете, из меня шпион как из свиньи балерина.

– Простите?

Сергей говорил на ирианском. Не сказать, что он владел языком в совершенстве, но все же вполне пристойно. Стремясь изучить язык, он старался практиковаться при любой возможности. В частности, когда играл в виртуале. Он даже с персональным искином общался на имперском языке, не раз и не два ставя Алексея в тупик своим произношением.

Но его усилия не пропали даром. В конце концов язык ему поддался. Разумеется, его характерный акцент никуда не делся. Но зато теперь он понимал даже беглую речь и вполне прилично изъяснялся.

Для его общения с дознавателем было достаточно и одного искина господина Ганида, но Сергей предпочитал говорить на ирианском, явно испытывая удовольствие от своих успехов. Однако последнюю фразу он сказал на русском, чем поверг в удивление и Ганида, и его искин, несмотря на то что тот был куда более продвинутой моделью, чем Алексей.

– Это такая русская поговорка. Ну, свинью вы себе представляете?

– Да, конечно, – утвердительно кивнул Ганид.

– А изящную танцовщицу?

– Разумеется, – опять утвердительный кивок.

– А теперь замените стройную молоденькую красавицу на свинью.

– Ага. Теперь понимаю, что вы имели в виду, – тряхнув головой и хлопнув себя по бедру, весело произнес офицер. – Нет, от вас вовсе не потребуется вести какую-то шпионскую деятельность, кого-то выслеживать, знать явки и пароли. Вы будете заниматься тем, чем, собственно, и занимаются все охотники. Просто если на вас выйдут и предложат кое-какую работу, я хотел бы об этом знать. Вот и все.

– Но ведь нет никакой гарантии, что на меня кто-то выйдет. Очень может быть и такое, что я никого не заинтересую и ваша ставка попросту сгорит.

– На мой взгляд, пассивный метод тут наиболее эффективен. И, разумеется, вы всего лишь одна из наживок, один из множества крючков. Итак, вы согласны?

– Какие условия?

– Хорошие условия, не переживайте. В случае передачи нам сведений о местоположении базы контрабандистов вы получите премию в один миллион кредитов.

– А если я не добуду эти сведения?

– Тогда вы ничего не получите, но и мы ничего не теряем, так как никаких льгот, вознаграждений или помощи с нашей стороны в данном случае не предусмотрено.

– А к чему меня вербовать? Просто объявите о награде. Наверняка найдутся желающие заработать такой куш.

– Все не так уж и просто. О награде в среде охотников известно. Но, как видите, они предпочитают иметь дело с контрабандистами, а не с нами. Опять же в случае если они будут уличены в сокрытии сведений, то им грозит всего лишь штраф.

– А что грозит мне в случае нарушения договора?

– Тоже штраф. Разве только, как внештатному сотруднику службы безопасности, в три раза больший, чем обычному акванавту.

– И в чем подвох?

– В том, что применить коды доступа к искину обычного акванавта мы можем только с санкции представителя руководства корпорации, господина Горха. А искин внештатного сотрудника можем выпотрошить без его согласия, а соответственно и получить скрытую информацию.

– И зачем мне это нужно? Никаких льгот, никаких поблажек, никакой поддержки, одни только обязанности.

– Правильный вопрос. Разумеется, официально я не смогу вам ничем помочь, хотя бы из-за отсутствия реальной пользы от нашего сотрудничества. Но в то же время кто сказал, что я не могу оказывать вам негласную поддержку. Так сказать, в частном порядке.

Поддержка офицера безопасности, притом что их на всю эту планету, покрытую океаном и населенную четвертью миллиона человек, всего лишь десять человек… Может, кто-то скажет, что это ерунда, но только не Сергей. Он конечно же не считал себя самым умным, но понимал, что господин Ганид просто обязан иметь определенное влияние или рычаги воздействия. Нет, даже негласная поддержка такого человека дорогого стоит.

– Я согласен, – решительно произнес Сергей.

– Вот и хорошо. И еще. Кто бы ни был вашим напарником, его эти условия никоим образом не касаются. Соглашение заключается только между нами.

– Я понял.

– Вот и отлично. Я пришлю договор на вашу почту. Жду подтверждения, как только ознакомитесь с ним.

А будет это часов эдак через несколько, когда Пошнагов наконец сможет двигаться. Ему сейчас и искин не возвращают, потому что он даже пальцем не может пошевелить. Правда, есть еще и голосовой режим, и голографическое изображение, с их помощью с этим гаджетом вполне можно управиться. Но доктора – они и есть доктора, даже если это всего лишь бездушные андроиды.

Время тянулось, как караван по пустыне. И ладно бы смог уснуть, так нет же. Ни закрытые глаза, ни тысяча и один баран, ни полное отрешение с попыткой изгнания всех мыслей ни к чему не привели. Выспался за трое суток, считай, на год вперед.

Попробовал зайти с другой стороны и начать о чем-нибудь думать. Или сразу обо всем. Лишь бы отвлечься от самого главного, ожидания, когда же наконец это клятое онемение прекратится и он сможет пошевелиться. Кстати, это же будет означать и то, что ему можно сваливать из стерильного бокса. Настолько стерильного, что даже тошнит.

Он так увлекся этим самым ожиданием обретения подвижности, что не заметил, как это случилось. Когда дверь в очередной раз с шуршанием отъехала в сторону, он обернулся и заметил входящую в бокс Ирину. Только после этого его озарило, и он попробовал пошевелить руками и ногами.

– Ну слава богу, а то я уж и не верил.

– Не верил в то, что я тебя навещу? – остановившись возле его кушетки и вздернув брови, поинтересовалась девушка.

– Да нет. Меня тут слегка парализовали, так что ни ногой, ни рукой не пошевелить, – с трудом принимая сидячее положение, пояснил Сергей.

З-зар-раз-за. Больно-то как. Впрочем, а чего стоило ожидать? Что возвращение из мира мертвых в мир живых пройдет абсолютно безболезненно? Вообще-то грешно жаловаться. Радоваться нужно данному обстоятельству, а не прислушиваться к различным болевым ощущениям. Болит, значит, живой. Не болит только у мертвых.

– А вообще как?

– Ириш, не дави. Не знаю как. Пока не очень. Но вроде бы все неприятные ощущения постепенно отпускают. Будем надеяться, что к тому моменту, когда я наконец оденусь, мне полегчает еще больше.

Говоря это, Сергей показал на вошедшего в бокс андроида со стопкой одежды. Или, правильнее будет сказать – вошедшую, так как робот был сделан в виде довольно милой девушки, точнее, куклы, потому что, несмотря на высокое мастерство исполнения, ее искусственность сразу же бросалась в глаза.

Оставив выстиранные белье, комбинезон и обувь, андроид удалился (или удалилась?). Сергей совсем запутался. Поправочка. Одежда вовсе не выстирана. Она новая. Что ж, все верно. Кто станет заморачиваться со стиркой, если автомат с легкостью пошьет другой комплект одежды и обуви. Это куда проще. Опять же их стоимость обязательно внесут в счет за лечение. Впрочем, грех жаловаться.

Одевался не без помощи Ирины. Нет, он бы и сам управился: чем больше двигался, тем больше притуплялись болевые ощущения. Но к чему такие сложности, если есть тот, кто готов тебе помочь? Опять же забота Ирины и прикосновения ее рук были ему приятны.

– Ну и как, полегчало? – когда он наконец облачился в одежду и перестал чувствовать неловкость по поводу собственной наготы, поинтересовалась Ирина.

– Вот не поверишь, но полегчало.

– Отчего же не поверю. Тогда пошли потихоньку?

– А вот тут не уверен, – с сомнением произнес Сергей. – Полное ощущение, что разучился ходить.

– Давай, пробуй. Я подстрахую.

– Странно, а я думал, ты порядочная девушка.

– Еще одна такая шуточка – и я буду готова заплатить очередной штраф.

– Ой, не советую, красавица. Это же просто страшно подумать, какие на мне висят кредиты. Да ты тогда до конца века отсюда не выберешься.

– А кто сказал, что я тебя с контролем пришибу? Так, только ради профилактики. А то с кем я потом кувыркаться буду? И без того раздразнил девушку и бросил на целых три дня. Ну что, готов? Встаем.

Поначалу весьма ощутимые болезненные ощущения начали отступать с каждым следующим шагом. Правда, если бы не Ирина, то ему пришлось бы несладко, так как пока не покинули пределы бокса, он чуть не висел на девушке.

Интересно, если бы она не пришла, то его поддержал бы, или поддержала бы, тот, или та, андроид? Ничего смешного. С одной стороны – робот, с другой… Словом, это надо видеть, и сомнительно, что при этом хоть у кого-нибудь обойдется без путаницы. Впрочем, ни один из возникших по этому поводу вопросов Сергей выяснять не собирался, тут же направившись на выход из медблока, который был четко виден в конце широкого коридора.

К выходу Сергей подошел уже самостоятельно. Держался все так же неуверенно, продолжал ощущать дискомфорт, но вполне на уровне. Прежде чем распахнуть перед ними дверь, та самая андроид (или такая же) вручила Сергею его искин и пояс с кобурой, откуда выглядывала рукоять его игольника.

– Теперь порядок? – когда они наконец оказались за пределами медблока, вновь поинтересовалась Ирина.

– Ну, я бы поостерегся сейчас вступать в какие-либо разборки или удовлетворять некие постыдные желания сомнительных особ. Но в остальном порядок.

– Это кто тут сомнительная особа?

– Не знаю. Я к ним не хожу. А ты о ком подумала?

– Балабол. Шагай уже. Тебе не помешает поспать немного.

– Вот уж чего не хочется, так это валяться в постели.

– Это ты сейчас так говоришь. А как только доберемся до комнаты, сразу копыта откинешь.

– Опять угрожаешь?

– Да не в этом смысле откинешь. Стоило ли спасать тебя, чтобы опять мочить.

– Сама угрожала, – тут же поспешил напомнить Сергей.

– Так это там, в медблоке. А из своей комнаты опять придется тебя на себе тащить. Между прочим, ты не пушинка.

– Звучит убедительно. Слушай, Ириш, а как так получилось, что ты разделалась с тем придурком?

– Тоже мне, нашел проблему для бойца ГРУ. Да мы таких стрелков на завтрак, причем без соли.

– А здесь ты засланный казачок, с целью выведывания инопланетных секретов.

– Точно. А ты откуда знаешь? Тоже из наших? – заговорщицки стрельнув глазами по сторонам, чуть не шепотом поинтересовалась девушка.

– Трепачка ты, Ирка. Я серьезно. У меня боевой опыт, ну какой-никакой, но есть. А ты… Дознаватель что-то про пейнтбол говорил.

– Да было дело, – уже более серьезно махнула рукой Ирина. – Я вообще в детстве оторвой была, все время с мальчишками играла. Отец даже побаивался, что с замужеством будут проблемы.

– Что так?

– Ну у какого нормального мужика возникнет желание жениться на кореше? Н-да-а-а. Не оттуда папа беды ждал. С другой стороны, если бы не эта натура, то и с наркотой не связалась бы.

– Так что там с пейнтболом?

– Да ничего особенного. Я же говорила, что из обеспеченной семьи. Отказа никогда и ни в чем не знала. Поэтому когда у нас в городе появился пейнтбольный клуб, мне купили необходимое снаряжение, и я поспешила туда записаться.

– Насколько я знаю, игроки обычно прячутся за разными прикрытиями и молотят друг в дружку чуть не в упор.

– А я прямо как спецназовец.

– Именно. Во всяком случае, Ганид остался под впечатлением.

– Поначалу так и было. Но нам это показалось скучным. Наша компашка, пара десятков человек, стала собираться на берегу речки. Там кусты, деревья, свежий воздух. Словом, партизанили от души, и тут уж как только не изгалялись. Если бы из огнестрела, с громом и молнией, то, может, и сплоховала бы. А эти игольники хлопают только чуть громче да чаще пейнтбольных стволов. Вот и вся разница. Так что я все сделала, считай, на одних рефлексах.

– А башку тому зачем разнесла?

– А потому что не фиг. И вообще, кто его знает, как бы он себя повел, если бы не я его, а он нас.

– Ладно, не закипай, – пропуская ее в лифт, примирительно произнес Сергей.

– Э-э-э, ты куда собрался? – наблюдая за тем, как Сергей прикоснулся к сенсорной панели в районе единицы, что соответствовало первому уровню, уточнила девушка.

– Не беспокойся, берлогой на первом уровне я обзавестись не успел.

– Очень смешно. Ты к Мишке собрался, что ли?

– Сегодня вроде как срок, – постучав по экрану искина, на котором сейчас отображался хронометр, подтвердил ее догадку Пошнагов.

– Господи. Но ведь глупость. Завтра навестил бы.

– Завтра он выкатит судно в бассейн, да еще и ангар может занять. Так что лучше осмотреть его работу сейчас, пока не поздно. Чтобы потом не было мучительно больно. Все же «охотник» – дорогая игрушка.

– Ладно. Но только попробуй мне свалиться! Прибью и скажу, что так и было.

– Не переживай, не свалюсь. Послушай, Ирин, а сколько там тебе насчитали?

– Какое тебе дело?

– Ты серьезно?

– Не обижайся, Сереж, но… – взглянула она в его глаза и выпалила: – Ну семьсот тысяч. Теперь тебе легче?

– Не легче. Но зато понятно, как обстоят дела, – пробурчал он, покидая кабину лифта, довольно быстро домчавшего их до первого уровня.

– Ну и как обстоят дела? – бросила она ему в спину и, видя, что он не останавливается, поспешила с ним поравняться.

– А никак. И еще немного хуже. Ладно. Разберемся.

– Что значит разберемся? – замерла Ирина, уперев руки в бока.

– А то и значит, – бросил через плечо Сергей.

Пришлось Ирине опять его догонять. Может, он и был не в лучшей форме, но очень быстро приходил в себя и совершенно не выглядел только что покинувшим больничную койку после серьезной болезни.

– Что ты задумал, Сереж? – взяв его легонько под локоть, уже спокойно поинтересовалась она.

– То, что и должен. Долг я возьму на себя. Даже не думай платить по нему. В конце концов, ты оказалась в этом дерьме из-за меня.

– Вообще-то он мог свалить и меня. Так что выбора у меня не было, и, ты тут, по сути, ни при чем. Я уже большая девочка, могла бы и подумать о том, что ты просто мастерски заводишь недоброжелателей.

– Какие громкие слова. Если бы не была бы такой молодой, то я решил бы, что ты проходила по линии комсомольских активистов. А кто мне жизнь спас? Нормально все, Ириша. По-честному. Ты мне – жизнь, я тебе – закрытие навязанного кредита. Я так думаю, что еще и должен тебе останусь.

– Ты бы поступил так же.

– Возможно. Но сделала это ты.

– Нет. Я так не могу.

– А я тебя и не спрашиваю. Буду гасить, и все тут. Уж что-что, а гасить чужой кредит может любой. Без проблем. Но если ты категорически против, тогда у меня есть другое предложение, а вернее – старое. Ириш, без напарника мне будет тяжко. Хочу я того или нет, но я не смогу все время находиться на борту, нужно будет выходить в океан. Знаешь, в этом случае все же лучше, если тебя будет прикрывать не бездумная машина, а человек, в котором не сомневаешься. Так уж случилось, что ты единственная, кому я могу доверить свою шкуру. Шестьдесят на сорок, с учетом того, что у меня с долгами посерьезнее будет, да и процентная ставка совсем даже не щадящая.

– Как бы я в этом случае не оказалась в значительном барыше. – Уголки ее губ слегка подались в стороны в смущенной улыбке.

– Ничего. На этот случай у меня имеется «охотник». Поверь, он перекроет любой твой барыш.

– Вот так вот, запросто. Ты хотя бы посчитал, какие деньги можешь потерять, вводя такого компаньона?

– Нормально все. Когда легко приходит, уходит без боли.

– Ой ли?

– У меня именно так.

– Сереж, большое спасибо. Я понимаю, что ты от чистого сердца. Да и вообще, другой бы от такого предложения обделался от радости. Но… Помереть я вполне могла и на Земле.

– Ириш, сама подумай, твой долг увеличился в полтора раза, а соответственно увеличивается и время пребывания здесь. Ты вроде никуда не лезла, была паинькой, но неприятности сами тебя нашли. Получается, что не все от тебя зависит. Знаешь, у меня был один дядька знакомый. Пил безбожно. Все думали: сгорит от водки. А он однажды оступился на порожках, высотой ниже колена, – и насмерть. Причем в кармане была бутылка водки, которая осталась целехонькой.

– Я тебя поняла, Сергей. Но ведь недаром говорят: не кликай беду.

– Вот и не кликай. Давай просто работать. Ведь большинство охотников благополучно расплачиваются по долгам и отбывают с Океании. Три, максимум – четыре года, и мы свободны как ветер. Да еще и с монетой в кармане.

– Большинство, но далеко не все. Я подумаю, – все же с явным сомнением в голосе произнесла девушка.

– Некогда думать, Ирина. Пора принимать решение. – Сергей уже откровенно начал давить, заметив слабину в обороне девушки.

– Ты еще скажи про подписание договора.

– А что, вполне нормальная практика. Знаешь, сколько народу из друзей превратились в злейших врагов, когда между ними встали деньги?

– То есть вот так? Еще не получил согласие, но уже стремишься привязать к себе поплотнее?

– Ничего подобного. Согласен на все твои условия, кроме распределения прибыли.

– Ладно. Составим еще договор, не сомневайся, – мило улыбнувшись, произнесла девушка.

У Сергея даже от души отлегло. Главное, что Ирина дала согласие на словах, которым всегда была хозяйкой. А оформить все документально можно и позже. Тем более нужно будет пересмотреть пункты стандартного договора, хотя, может, они их вполне устроят. Словом, не на ходу же этим заниматься.

Михаил встретил Сергея с нескрываемой радостью. Еще бы, столь серьезный заказчик сумел вывернуться из серьезной передряги. А это значит, что оплата за выполненные работы последует незамедлительно.

Погибни он – и начались бы разбирательства с оставшимся наследством. Разумеется, имущество погибшего отошло бы банку ввиду задолженностей погибшего по кредитам. И Михаил очень сильно сомневался, что банк стал бы оплачивать что-то сверх стандартных работ.

Нет, он конечно же не стал бы их выполнять, если бы Сергей погиб, так что неоплаченных трудозатрат не случилось бы. Пошнагова подстрелили слишком быстро, поэтому приступить к дополнительным работам механик просто не успел. Но дело-то в том, что Михаил был вовсе не против заработать шестьдесят тысяч кредитов.

Кстати, он все сделал, как только узнал о том, что Сергей – в регенерационной капсуле. Отвертеться от уплаты за выполненные по договору работы заказчик теперь не мог. Да и не водилось за ним подобного жлобства, что бы там про него ни судачили.

– Ну что, Миша. Будешь хвастаться?

– А ты как думал. Ты только погляди на этого красавца.

Красавец? А что, вполне. Обводами похож на пассажирский самолет, разве только длина – всего лишь двенадцать метров, а диаметр корпуса не больше трех. Вместо хвоста – перо руля, вместо крыльев – рули глубины. Двигателей не видно. Их вообще-то два водомета, но они скрыты в корпусе.

А вот оружие очень даже заметно. Сейчас оно установлено по-походному, то есть пусковые установки прячутся за обтекателями. На каждом борту имеется по три установки. Одна – с двадцатью нурсами. Вторая – с четырьмя мини-торпедами. Третья – для стрельбы сетью, в комплекте – десять сетей с четырьмя разрядниками, выполняющими также роль грузил.

Вообще добывать хищников, да еще и пуская кровь в пределах нахождения их собратьев, затея не самая лучшая. Охотникам ведь нужен улов, а не уменьшение поголовья обитателей Океании. Впрочем, не сказать, что их целью являлись только хищники, но опять же забывать о них и устраивать кровавые игрища не рекомендуется.

Куда предпочтительнее оглушить жертву, подготовиться и в сжатые сроки разобраться с ней. Вот именно для этого и нужна сеть с разрядниками, выдающими поистине колоссальный заряд энергии, способный оглушить многотонную живность.

Под носовой частью расположилась пушка, калибром примерно в двенадцать миллиметров. Вроде и несолидно, но, с другой стороны, она выпускает свои снаряды с такой скоростью, что перед ней спасовал бы и земной танк. Она его просто разберет на запчасти, причем при своей скорострельности в три тысячи выстрелов в минуту сделает это в доли секунды. Страшное и весьма серьезное оружие. Правда, в водной среде его боевые характеристики резко падают, ну да и этого хватает с избытком.

Также на наружной обшивке есть два манипулятора. Эдакие гигантские руки, являющиеся отличным подспорьем для экипажа. Уж больно здоровенной бывает добыча, подчас куда больших габаритов, нежели сам «охотник». По бокам и опять же за обтекателями имеются по три лебедки с длинными и прочными тросами.

Сбоку примостилась дверь, похожая на таковую у аэробусов. Это один из двух возможных входов в обитаемый отсек корабля. За дверью расположена шлюзовая, она же – дегазационная камера, а по совместительству – еще и душевая кабина.

Попасть в грузовой отсек, имеющий в длину семь метров, можно через опускающуюся заднюю аппарель. Также туда есть доступ и из жилого отсека, разумеется, через такую же шлюзовую камеру и никак иначе.

Жилой отсек заслуживает отдельного внимания. Если коротко, то из-за тесноты его можно сравнить с кухней в хрущевках. А если немного подробнее, то картина следующая. В носовой части расположен пульт управления с довольно узкой столешницей и пара вращающихся кресел. Первая предназначена как для приема пищи, так и для работы в целом. Не очень хорошее решение, но ничего не поделаешь.

Если обернуться к кормовой части, то справа будет находиться холодильник, совмещенный с кладовой, где хранится продовольствие на десять суток автономного плавания. Далее – небольшой уголок, который, собственно, и является кухней, маленький столик, двухконфорочная плита. Над ними подвешены микроволновка и многофункциональный автомат, способный выдавать различные напитки от кипятка до чая. В шкафчике под столешницей – посуда.

Далее по этой стороне – уже знакомая шлюзовая. Хорошо хоть туалет находится в отдельной комнатенке. Просто при виде этого многофункционального помещения Сергей тут же вспомнил жутко неудобный санузел в его бывшем жилище на первом уровне базы. Кто когда-нибудь пользовался чем-либо подобным, тот поймет, о чем речь.

Под туалет выделен небольшой уголок сразу за шлюзовой. Небольшой в прямом смысле этого слова, здесь же сбоку – небольшая раковина для умывания. Сергей, даже сбросив избыточный вес, все же оставался довольно крупным мужчиной, а потому его подобное обстоятельство напрягало особенно. Ну да чего уж.

По левой стороне от грузового отсека имелась сушилка, рассчитанная на два гидрокостюма. Кстати, Сергею повезло еще и с тем, что данные костюмы у погибших имели композитные бронепластины.

Это, конечно, не полноценный бронескафандр, по цене не уступавший скауту, но уже что-то. Если сам костюм подлежал замене, то пластины просто переставлялись. Их даже подгонять оказалось не нужно, они вполне соответствовали габаритам Сергея и Ирины. Разве только заказать новые сами костюмы.

Потом – встроенный платяной шкаф. Разумеется, сейчас он пустой, но сиротствовать ему осталось недолго. И судя по скептическому взгляду Ирины, он явно не отвечает ее запросам. Ну да тут все в стиле минимализма или, если позволительна такая вольность, микромализма. Да, так будет куда точнее.

И вот, наконец, участок, который был куда более свободным. Можно сказать, целая площадка свободного пространства. Разве только наверху, на высоте около двух метров, так же, как на самолетах, имеются откидные багажные полки.

Однако в отсеке тут же стало тесно, едва Михаил откинул от стены и разложил спальное место. Или, если попросту, самую настоящую кровать с поднимающимися спинками и ложем шириной в целых полтора метра. В результате этой манипуляции остался только узкий проход около полуметра.

– Это что? – Подбоченившись, Ирина осуждающе уставилась на Сергея. – Может, ты еще и под выстрелы сам полез, только ради того, чтобы заманить меня сюда?

– Ирин, ты чего завелась? Да это от прежних хозяев осталось, – отчего-то зардевшись, как красна девица, начал оправдываться Сергей. – Если ты не забыла, то они были парой и вообще собирались пожениться. Я просто решил не переделывать ничего. Смысла не было, я-то к тесноте привычный. Но если хочешь…

Взгляд на Михаила, тот сразу же с готовностью кивнул, правда, явно борясь с желанием расхохотаться. Ничего удивительного. Во-первых, он прекрасно знал о взаимоотношениях этих двоих. Во-вторых, они в настоящий момент слишком уж напоминали манерничающую семейную парочку.

– Сделаем. Без проблем, – наконец проглотив смешинку, с напускной серьезностью ответил Михаил. – Два яруса, ну, как в купе, разве только можно сделать чуть пошире, чтобы удобнее было. Места останется вполне достаточно. Даже можно будет не складывать. А еще под нижней койкой можно будет сделать ящик, барахло какое складывать.

– Не надо ничего, – буркнула Ирина, старательно отводя взгляд от ложа и выглядя при этом довольно уморительно, – И так сойдет. Миша, сотри с лица эту улыбку, или я тебе сейчас всю рожу распахаю. Я, между прочим, девочка взрослая.

– Да ладно тебе, Ирин, – все же не выдержав и издав короткий смешок, отмахнулся механик. – Посмотрела бы ты на вас со стороны, вообще оборжалась бы.

– Ха-ха-ха, – передразнила она мужчину, а потом вновь осмотрелась и уже серьезно заметила: – А вообще ящик все же сделай. Но так, не особо широко.

– Хорошо.

– Н-да-а-а, тесновато, конечно, особо не разгуляешься.

– Ну а чего ты, собственно говоря, ожидала? Это же не круизная яхта. Техника для работы предусмотрена, – пожав плечами, возразил Сергей. – И кстати, в этом плане вполне на уровне.

– Угу. Трудоголик, что еще скажешь. Знаешь, я, наверное, комнату на базе оставлю за собой, – все так же задумчиво осматриваясь по сторонам, произнесла Ирина.

– Ага. Несколько комнат, – не удержался от ухмылки Сергей.

– В смысле? Ты что-то имеешь против?

– Я? Нет. Но обстоятельства – да. Мы же не будем приписаны к какой-то базе. Вольные охотники. Какая база окажется ближе, туда и пойдем. Не переться же нам за сотни километров, лишь бы попасть на «Двадцатку».

– Н-да. Ты прав.

– Да не расстраивайся ты так, Ириш. Для моих вещей вот этой одной откидной полки будет достаточно, остальное все в твоем распоряжении. А что касается удобств, то обещаю: каждый заход на базу будем снимать нормальный номер с ванной.

– Ну смотри, компаньон, никто тебя за язык не дергал.

– Миша, как насчет моего заказа? – осматривая пульт управления и не находя ничего примечательного, поинтересовался Сергей.

– Нормально все. Хоть сейчас пускай сюда забортную воду.

– Типун тебе на язык, – тут же отмахнулась Ирина.

– Да я это образно. Так вот, вся электроника, кроме бытовой техники, останется в целостности. Судно сохранит управляемость и ход, лишь бы силовые кабели и двигатели не повредило. Я за свою работу отвечаю.

– Ну что же, тогда давай расплачиваться, присылай калькуляцию.

– Уже у тебя на почте.

Сергей изучил содержимое присланных документов, тяжко вздохнул – больно уж цена кусалась – и оформил перевод денег. Практически сразу же послышался эдакий звон монет, вызвавший довольную улыбку Михаила. Это он поставил такое оповещение на свой счет. Что же, звук очень даже мелодичный, а главное, ласкающий слух.

– Кстати, нужно зарегистрировать ласточку, а то без этого тебя с базы не выпустят, – проверив поступление средств и направляясь на выход, уведомил Михаил.

– И опять за плату, – недовольно буркнул Сергей.

– А ты как думал. Мы тут даже дышим за плату. Да не переживай так. Такса одна, что на скаут, что на «охотник». Им главное, чтобы учет единицам вести.

– Ну хоть это успокаивает.

– Кстати, если думаешь давать «охотнику» еще и дополнительное имя, то лучше озаботиться сразу. Если потом – выбросишь лишнюю тысячу.

– Погоди. Так ведь я когда оформлял свой скаут, то с меня взяли только сотню.

– Правильно. И если бы ты обозвал его «Грозой морей», уплатил бы все ту же сотню. А вот сменить имя – это уже головная боль. Для владельца, разумеется.

– Дневной заработок за смену имени? Да это грабеж.

– Да чего ты завелся, Сергей? У тебя еще целая неделя в запасе, пока вы будете в игры играть – придумаете.

– Ну что, Сережа, «Варяг»? – с хитрым прищуром поинтересовалась Ирина.

– Угу. Я так думаю «Варяг-шесть»? – взглянув в сторону Михаила, поинтересовался Сергей.

– Обижа-аешь. Только пятым будет, – возразил механик.

– Ну тогда «Ирина»? – склонив головку набок, продолжала измываться подруга.

– Здрасьте, приехали. Не одна крайность, так другая. «Щука» будет. Так наши подлодки в войну называли, – вопросительный взгляд на Михаила.

– Не помню, – пожал тот плечами и сделал запрос искину. – Порядок, «Щуки» нет.

– Вот и будет первой.

– Кстати, господа хищники, а как вы смотрите на приобретение прицепного грузового модуля? Весьма полезная штука, увеличивает полезный объем более чем в два раза.

– И во столько же уменьшает скорость, – в тон ему произнесла девушка.

– А также в полтора раза уменьшает энергозатраты на каждую заработанную тысячу кредитов и в два раза увеличивает заработок одной автономки. Разумеется, при наличии везения и желания трудиться. Но и с тем и с другим у вас проблем вроде как нет.

– Дай-ка догадаюсь. Это прицепной модуль «Щуки», – вновь взглянув на механика с прищуром, утвердительным тоном произнес Сергей.

– «Энтерпрайза», – возразил Михаил. – Его владельцы оставили на хранение в бассейне «Двадцатки» и имели неосторожность погибнуть. Бесхозная вещь перешла во владение администрации базы и куплена мною на торгах.

– Скажешь тоже. Наверняка ты с администрацией в доле и купил за копейки, – фыркнул Сергей.

– Ну и что? Тебе нужен модуль в хорошем состоянии и по приемлемой цене?

– Нужен.

– Ну так и бери, чего тут воздух сотрясать.

– Сколько?

– Двести тысяч.

– Вот мне интересно, а сколько такие штуки стоили бы у нас на Земле, – скрипнул зубами Сергей. – Там же ничего особенного. Композитный корпус, контейнеры, холодильная установка и энергоблоки.

– Правильно, – в такт его словам кивнул Михаил. – Брать будешь?

– Не буду. Мой лимит на кредиты исчерпан, а таких денег у меня нет.

– Спокойно, Сергей. Не кипи как самовар. Мы возьмем, Миша. Только чуть позже. Сейчас Сережа остынет, мы оформим предварительный партнерский договор, чтобы банк выдал кредит. А потом купим у тебя этот модуль.

– Думаешь, тебе одобрят кредит?

– А почему нет? Если тебе дали миллион, да еще и под грабительский процент, то почему не выдадут твоему партнеру, у которого, несмотря на большую задолженность, процентная ставка куда как меньше. Я думаю, тысяч триста мне все же выдадут.

– Куда так много-то?

– Да ладно, Сергей. Запас карман не тянет. Подозреваю, что снаряжать эту штуку в поход – то еще удовольствие. Опять же нужно покупать изучающие программы, а они для каждого персональные. Ну что, Миша, если так дело пойдет и дальше, то уже через несколько месяцев прощай, Океания?

– Хотелось бы, да где то счастье, – отмахнулся Михаил от предположения девушки. – За три местных года, что я здесь обретаюсь механиком, это первый такой серьезный заказ. «Охотников» не так много, и еще меньше обнаруживают погибшие корабли, которые потом восстанавливают… Словом, когда мне улыбнется такая удача повторно, даже и не знаю.

– Мое снаряжение выкупишь?

– Нет, Ирина, давай под реализацию. Как появится новая партия, толкну за малый процент, а деньги позже тебе переведу, – все же не стал наглеть механик, чем заслужил благодарную улыбку девушки.

Все же Ирина оказалась права. До ее каюты Сергей добирался уже на одном упрямстве, изрядно переутомившись. Вроде и провели в мастерской не больше часа, и никаких физических нагрузок. А вымотался так, будто в одиночку разгрузил целый вагон цемента. Доводилось ему заниматься подобным в годы учебы в военном училище, ощущения один в один.

Глава 8. Тяжкие будни охотника.

– Дистанция восемьсот, глубина двенадцать. Скорость двадцать. Цель групповая. По первичной оценке – тридцать две особи. Идут плотной массой. Предположительно гаудины.

– Принял. Цель – середина группы. Глубина десять. Один нурс. Огонь.

Корпус «Щуки» легонько вздрогнул, выпуская из установки снаряд, тут же устремившийся в сторону гаудинов. Вначале его выбрасывает посредством мощного импульса, но уже на расстоянии в несколько метров врубается двигатель, который несет снаряд к намеченной цели.

Перед выстрелом в нурс закладываются определенные параметры: глубина, дистанция и характер срабатывания взрывателя. Последний можно выставить на определенное время, пройденную дистанцию, массу находящегося вблизи объекта или удар. Можно ввести сразу все параметры или только часть.

Нурс имеет весьма значительный заряд взрывчатки благодаря компактным размерам энергетического кристалла и движителя. Энергии вполне достаточно, чтобы снаряд поразил цель на дистанции до тысячи метров. Дальнейшее движение происходит только по инерции, и, разумеется, снаряд уже не способен сохранять прежнюю траекторию.

Эти характеристики позволяют использовать нурс как для обороны, так и для охоты. Правда, его стоимость, как и все на Океании, «слегка» завышена, а потому бить им в одиночную цель не рекомендуется. Ну разве только появится такая красавица, как тортила. Но в эту королеву океана лучше палить вообще из всех стволов. Причем если она достаточно близко, эдак метрах в двухстах, то не раздумывая ни секунды.

Однако сейчас наметилась вполне достойная цель. Гаудины. Это животные, чем-то напоминающие дельфинов, разве что чуть крупнее. Самцы достигают в длину шести метров, самки – пяти. Но они, так же как и дельфины, дышат атмосферным воздухом, делая в минуту примерно один вдох-выдох.

В погоне за добычей они могут нырять на глубину до семисот метров, но предпочитают не опускаться ниже сотни – для них и на такой глубине вполне достаточно еды. Океан богат различной рыбой, которую гаудины употребляют в пищу без разбора. Случается, нападают и на куда более крупную дичь, чем сами, как то акул и китов, правда, в этом случае защищая себя или потомство.

Словом, ни разу не задиры и от запаха крови не теряют рассудок. Разумеется, если не голодны. Но опять же если у добычи крутится, к примеру, акула, то предпочтут обойти место чужого пиршества стороной.

Кстати, внешне они очень красивы. Если при виде тортилы или акулы тебя берет оторопь от страха, ледяным кольцом охватывающим сердце, то с гаудинами все иначе. Нет, ты опять замираешь, не в силах пошевелиться, вот только причина – в красоте этих животных. Они грациознее земных дельфинов и обладают великолепной расцветкой – черная спинка и серебристое брюхо.

Кстати, несмотря на раскраску, соответствующую земной косатке, и схожие габариты, гаудины похожи именно на дельфинов. Отчего так? Да кто же его знает. Возможно, все дело в той грациозности и легкости, с которой они движутся. А еще они высоко выпрыгивают из воды и ныряют, практически не давая брызг, а не падают брюхом вниз.

Великолепное животное, которым хочется только любоваться. Но правда заключается в том, что Сергей вынужден на них охотиться. Гаудины необыкновенно ценны. Даже ценнее тортилы, разумеется, если удастся найти столь огромного гаудина, как эта черепаха. Особенно ценятся молочные железы самок в период кормления потомства.

Вообще-то охотиться на самок разрешено не круглый год, а только четыре месяца, когда кормление новорожденных подходит к концу или уже завершилось. Самцов можно бить круглый год, но охотники предпочитают не заморачиваться с этим. Не так уж и просто добыть стремительного гаудина, не используя при этом нурсы, взрывы которых на некоторое время глушат животных. А использовать это оружие на охоте не в сезон просто запрещено. Подобное приравнивается к браконьерству и карается штрафами.

А вот, к примеру, на тех же хищных китов раудов охота разрешена круглый год, без каких-либо ограничений. Эти убийцы, подобно косатке, охотящейся на дельфинов, предпочитали в качестве добычи именно гаудинов. Вернее, тут присутствовала какая-то патологическая ненависть, прямо как у кошки с собакой. А учитывая, что рауды так же держались стаями, гаудины спасались от них бегством.

Правда, рауды не такая предпочтительная добыча. Притом что добываются все те же органы, цена за равную массу – в два раза ниже. Рауд гораздо крупнее гаудина, а значит, и возни с ним куда больше, да и сам по себе этот хищник опаснее. К тому же в грузовой отсек «охотника» поместится только молодой рауд, то есть не зрелый и бесполезный, как добыча. Так что разделывать тушу придется за бортом, а это сопряжено с определенным риском.

Однако стоит заметить, что популяцию раудов охотникам удалось несколько сократить. И так как они наряду с человеком являлись основными врагами гаудинов, то и количество последних за долгие годы даже увеличилось.

Кстати, срок путины или охотничьего сезона вовсе не фиксированный. Он вполне может продлиться и куда меньше. Все зависит от того, как скоро охотники выберут разрешенную квоту. Едва это произойдет, как по Сети тут же разлетится запрет.

Разумеется, это не значит, что на базах прекратят прием добычи. Вот только перед сдачей тебе нужно будет доказать, что ты забил гаудина до поступления запрета. Сделать это несложно: если это правда, то достаточно представить данные с бортового и персонального искина. Именно посредством их будет доказано и обратное. А тогда штраф. Ну и кому это надо?

Так что популяцию гаудинов контролируют. Хотя остаются еще и контрабандисты. Уж эти-то не заморачиваются никакими сроками, и о численности этих красавцев им заботиться не нужно. Но, возможно, этих самых контрабандистов не так много, коль скоро животных меньше не становится.

Сергей взглянул на соседнее кресло, где устроилась нахохлившаяся девушка. Нет, она конечно же понимала необходимость заработка, но не одобряла охоты на этих замечательных животных. Да что там, она не одобряла и охоту на их убийц, раудов.

Но, с другой стороны, она этому и не препятствовала. Более того, четко и грамотно выполняла свои обязанности. Как говорится, взялся за гуж, не говори, что не дюж. Это был их заработок. Снаряжение судна в поход – довольно дорогое удовольствие. Конечно, на выходе, при большой удаче, можно поднять значительную сумму, но зачастую это было далеко не так.

В этой ситуации остается только одно: работать на прибыль. И они уж точно не могли себе позволить пропустить путину на гаудинов. Судя по информации в Сети, в прошлом году она закончилась на месяц раньше срока. А ведь то, что популяция животных не уменьшается, вовсе не означает, что их можно встретить на каждом шагу.

Словом, повезло сегодня им с Ириной, что тут скажешь. Только бы теперь удачно попасть нурсом. А то с гаудинов станется. Либо затеют свои прыжки, либо уйдут на глубину, либо и вовсе резко свернут в сторону. Подвижность и смена настроений им характерны.

Есть! Если судить по сканеру, то попали вполне удачно. Но пока это только догадки. В этом деле никогда нельзя быть полностью уверенным. Вот отметки начали расходиться в разные стороны от места детонации нурса, словно лучи на детском рисунке, изображающем солнце. Гаудины слишком хорошо знали, что может означать вот такой взрыв. С человеком их связывает весьма давнее знакомство.

Еще немного. А вот и они. Те, кому суждено сегодня стать добычей. Сергей велел промаркировать все пять меток и отслеживать их. Искин исправно выполнил команду. Возле каждой метки появилась информация с характеристиками.

Угу. Одна из особей разочаровала сразу. Недоросль. Если его не приголубило насмерть и он очнется, то отправится искать свою семью. Ничего невозможного в этом нет, гаудины способны подавать сигналы и слышать друг друга даже через сотни километров. Так что все шансы у подростка есть.

Четыре оставшихся – вполне взрослые особи. Нет, три. Одна из меток вдруг пришла в движение. Искин послушно выдал информацию о начавшемся движении, продолжая отслеживать метку. Та как-то вяло двигалась в случайном направлении, вроде даже как кругами. Ага, вот начала подниматься к поверхности, не иначе как за порцией воздуха.

Эта особь может создать проблемы, если вдруг решит защищать своих сородичей. У гаудинов весьма сильно развиты родственные чувства, и порой они проявлялись даже в противостоянии с человеком, хотя хищники уже давно уяснили для себя простую истину: от этих странных существ лучше держаться подальше.

Нет, у него ничего не получится. «Охотник» ему не по зубам, разве что только сам акванавт, который будет вынужден выйти в океан. Кстати, Сергей уже облачается в гидрокостюм, а наличие бронепластин дает вполне серьезные шансы на то, чтобы выстоять в этом противостоянии. Опять же напарник прикрывает своего товарища с помощью пушки.

Но дело даже не в этом. Если оглушенная рыба всплывает кверху, то гаудины, наоборот, начинают тонуть. Конечно, они способны надолго задерживать дыхание, но если контузия слишком серьезная… Ну и скольких сможет поднять к поверхности один гаудин? То-то и оно.

Когда они подошли к тонущим животным, очнувшийся гаудин так и не покинул своих товарищей. Вернее, не имея возможности помочь всем, он поднял на поверхность детеныша и сейчас, поддерживая его, уходил в сторону. Остальные уже опустились на глубину в пятьдесят метров и продолжали погружаться. Медленно, словно нехотя, и в то же время с какой-то траурной торжественностью. Что же, сейчас глубина самая оптимальная, и лучше бы им и дальше не спешить.

Сергей ободряюще кивнул угрюмо смотрящей на него девушке и подал команду на закрытие двери шлюза. Пара секунд – и аквариум наполнился водой, еще пара – и дверь отошла в сторону, открывая выход в океан.

Сергей сквозь прозрачную стенку еще раз взглянул на Ирину. Девушка явно расстроена и даже зла на него. Они уже три месяца работают вместе, и, кстати, эта стая гаудинов у них вторая. Уже после первого раза она предложила отказаться от путины. Правда, достаточно убедительных доводов (за исключением душевных мук) она представить не смогла. Пошнагов же предпочел не обращать внимания на первый за время их знакомства скандал, затеянный ею по этому поводу.

Н-да. А как все у них замечательно начиналось. Первый выход вообще запомнился целой гаммой новых ощущений. И первое, что они сделали, – это всплыли на поверхность. Увидеть местное солнце не сквозь толщу воды, чувствовать бьющую о борт «Щуки» волну, наблюдать за плывущими по голубому небосводу облаками… Это было так необычно.

Кстати, местное светило отличалось от земного, в первую очередь тем, что казалось голубым. И вообще, не отпускало ощущение инородности данного света. Правда, какой он на самом деле, они все равно не увидели, сработала система безопасности, и стекла потемнели, предохраняя глаза экипажа.

Потом они прошлись к месту гибели американцев. Нет, Сергей вовсе не собирался отдать должное их памяти. Еще чего. Каждый да получит по делам своим. А вот проверить, как обстоят дела с тортилой, очень даже не помешает. А вдруг ее тогда насмерть приголубило?

Конечно, внутренние органы уже давно съедены местными обитателями, но ведь есть еще и панцирь. Очень дорогая штука. Сергей подозревал, что его покупают из желания сделать бассейн. Просто трудно себе представить, куда еще можно применить такую громадину.

Как ни странно, но тортилу они нашли. Ее останки лежали на глубине шестьсот метров, на довольно внушительной площадке, нависшей над бездной. Вообще-то им, можно сказать, повезло, их суденышко могло погружаться не далее тысячи метров.

Конечно, при желании можно опуститься и глубже, увеличив давление внутри корпуса, чтобы его не раздавило. Но в этом случае потребуется акклиматизация, а при всплытии – еще и декомпрессия. Все это – настолько длительный процесс, что их энергетических стержней просто не хватит на полный цикл, разве только в режиме жесточайшей экономии. И потом, едва достигнув большой глубины, нужно будет начинать обратный путь. Словом, овчинка выделки не стоит. А уж ради удовлетворения праздного любопытства – тем более.

Останки были обглоданы самым тщательным образом. На подобных глубинах с пищей вообще плохо, поэтому просто сгнить органике не дадут, все непременно будет определено в дело. Вот интересно – местный океан способен полностью растворить человеческие кости, а кости местных обитателей будут лежать веками. Разве только те, что достигнут дна, постепенно затянет илом.

Сергей как завороженный наблюдал за останками этого гиганта, попытавшись хотя бы представить себе его атаку. Картина получалась ну очень страшной. Да сам только огромный окостенелый клюв, размерами всего лишь вдвое меньше «Щуки», наводил самый натуральный ужас.

А вот с панцирем вышел полный облом. Тортила, конечно, серьезный противник, и с броней у нее все в порядке. Но живая первозданная мощь все же не в состоянии противостоять творениям человеческих рук. Панцирь имел довольно внушительный скол и явно обозначившуюся трещину на две трети длинны. Не иначе как результат подрыва нурсов и торпеды. Кроме этого, наличествовала строчка отверстий, оставленных пушкой. Все же стрельба велась буквально в упор, и снаряды наделали дыр.

Н-да. Как показал запрос в Сеть, данный образец не представлял интереса не то что в коммерческом плане, но даже и для ученых, у которых имелись куда более целые экземпляры. Халявы не получилось. Пришлось им добывать свой хлеб насущный в трудах праведных.

Так вот за это время у них само собой произошло распределение обязанностей. Сергей выходил в океан и работал, так сказать, руками, разделывая и собирая добычу. Ирина прикрывала его и осуществляла техническую поддержку. Словом, каждый занимался своим делом, и это устраивало их обоих.

Сложились у них и свои правила, куда же без них. Так, например, на базах они всегда задерживались на трое суток и непременно снимали каюту на втором уровне, так, чтобы с удобствами, хотя и без излишеств. Обязательное посещение боулинга и клуба. Поддержка порядка в жилом отсеке – полностью прерогатива Ирины, в грузовом хозяйничал Сергей.

И еще. Перед каждым выходом Пошнагова в океан девушка непременно провожала его. Нет, она не подходила к прозрачной переборке шлюзовой камеры. Но они непременно обменивались взглядами. Он – словно вручая ей свою жизнь. Она – как будто убеждая его, что непременно о нем позаботится.

И вот сейчас вместо взгляда Ирины Сергей увидел ее фигуру, склонившуюся над пультом управления. Отчего-то данное обстоятельство показалось дурным знаком. Ведя столь опасный образ жизни, волей-неволей станешь суеверным. Ну вот не понравилось ему ее поведение, и все тут. Что-то защемило внутри. Захотелось наплевать на уже практически добытых гаудинов, вернуться в отсек и уйти из этого района.

Мысленно чертыхнувшись, Сергей резко (насколько это возможно в воде) отвернулся и двинулся на выход. Его ждет работа, которую нужно сделать быстро и без проволочек, если они все же хотят взять свою добычу. Остальное все – из области мистики и душевных метаний, не имеющих никакого отношения к реалиям жизни.

Подплыть к первой лебедке, подхватить присоску, прикрепленную к тонкому, но прочному тросу. Теперь двигатели на полную, и вперед, к первой жертве. До нее не так чтобы и далеко, всего-то метров тридцать.

Судя по габаритам и спинному плавнику, это самка. Что же, это увеличивает прибыль примерно на двадцать процентов. Приставить присоску к боку. Отжать кнопку. Секунда – и присоска намертво прилипла к туше.

Разумеется, если действовать неаккуратно, то можно и оторвать приспособление, но искин знает, как нужно обращаться с добычей. Длины троса вполне достаточно, чтобы постепенно погасить скорость погружения, а затем начать подтягивать тушу к кораблю.

Следующее немаловажное действие – нужно прикончить гаудина. Причем сделать это с минимальными потерями и так, чтобы не особо привлекать хищников. Сергей извлек нож и двинулся к дыхательному клапану, расположенному в верхней части головы.

Отточенное до бритвенной остроты керамическое лезвие без труда пронзило кожу. Круговое движение, взрезающее клапан. Из-под него вырвался пузырь с воздухом. Гаудин дернулся пару раз и окончательно затих.

Скорость погружения жертвы значительно увеличилась, но этим займется искин. Сергей же развернулся и двинулся опять к кораблю, за концом троса следующей лебедки. Контуженые гаудины продолжают опускаться все ниже, и время терять никак нельзя. Оптимальная глубина, на которой может работать акванавт, – до сотни метров.

Второй также оказалась самка. Судя по всему, снаряд подорвался точно в середине стаи, именно там и держатся самки и детеныши. Самцы стараются находиться по периметру.

Остался последний. Этот расположился неудачно. Сейчас он по одну сторону кормы «Щуки» и в мертвом пространстве пушки. Конечно, в случае необходимости Ирина сможет достать его нурсом или торпедой, ведь турели находятся на выдвижных манипуляторах. Вот только использовать их для прикрытия акванавта – плохая идея. Очень плохая.

– Сергей, не спеши. Дай мне развернуться.

Ирина недовольна и не собирается скрывать этого. Еще чего! Какой чурбан! Просто нет слов. Прибила бы паразита! Но обязанности есть обязанности.

– Пока ты будешь разворачиваться, он может погрузиться еще ниже, – недовольно буркнул Сергей.

– Не рискуй.

– Надеешься, что очнется и уйдет, да, Ириша?

– Ты дурак, Сергей. Если он очнется, то без прикрытия тебе конец. Грузовой модуль мешает маневру, подожди немного. До конца разворота – пятнадцать секунд.

– Слишком долго. Я пошел.

Ирина хотела было его обругать, но только беззвучно пошевелила губами. Чертовы гаудины. Да, они прекрасны, равнодушно смотреть на них невозможно, но ей не нравилось то, что они встали между ними. А главное, понимая правоту Сергея умом, она никак не могла совладать с собой.

Вот, наконец, и третий гаудин. Хм, самец. Огромный детина. Вымахал на шесть с лишним метров. Может, вожак? Да кто же их знает. Руки делают привычную работу. Приставить присоску. Отжать кнопку. Достать нож, предварительно надев темляк. Снаряжение акванавтов дорогое. Так что лучше позаботиться о сохранности, иначе только на его восполнение и будешь работать.

Черт! Гаудин вдруг открыл глаз, напротив которого сейчас и находился Сергей. Огромный такой глаз, размером с тарелку. Но пока еще замутненный. Каково!!! Взгляд хищника быстро обретает ясность возвращающегося сознания. Сергей как завороженный уставился на стремительно происходящую метаморфозу. Наконец гаудин пришел в себя настолько, что явно осознал необходимость атаки противника.

У гаудина нет шеи, поэтому для нападения ему нужно повернуть все тело или хотя бы две трети. Что самец и сделал. Сергею удалось избежать огромной зубастой пасти только благодаря тому, что хищник все еще не пришел в себя полностью.

Сергея охватил самый настоящий ужас. Даже наблюдать несущегося на тебя в стремительной атаке хищника – это совсем не одно и то же, что смотреть прямо ему в глаза.

Конечно, в сравнении с человеком гаудин и в дезориентированном состоянии был куда более проворен. Но все же куда медлительнее, чем обычно. Сергей успел выставить перед собой руки, упершись в верхнюю часть огромной головы. Его как щепку сорвало с места и буквально отбросило в сторону.

В какой момент он подал команду включить ранцевый двигатель, Сергей не понял и сам. Но случилось это как нельзя вовремя. Вторая атака, уже более стремительная и скоординированная, для гаудина опять не увенчалась успехом, так как акванавт успел подняться над хищником.

Рука сама собой выпустила рукоять ножа и выхватила игольник. Сергей оказался над головой очнувшегося хищника, с оружием, направленным точно в темя гаудину. Рефлекторно он отжал предохранитель и нажал на спусковой крючок, ощутив хотя и упругую, но незначительную отдачу.

Предохранители на оружии акванавтов устроены таким образом, что при первом нажатии включается непрерывная автоматическая стрельба. При повторном – короткие, на три иглы, очереди. В третьем положении оружие переходит на одиночные. Это способствует спасению жизни пловца, хотя и ведет к перерасходу боеприпасов и энергии в кристалле. Но какие это мелочи.

Две секунды. Долгие и вместе с тем стремительные две секунды Сергей поливал из своего игольника голову гаудина, находящуюся под ним на расстоянии менее двух метров. Энергии игл было достаточно не просто для проникновения сквозь кости черепа и поражения мозга. Они буквально разрывали плоть, нанося внушительные раны. Две секунды – и над изодранной плотью образовалось кровавое облако.

– …Идиот, в сторону!!! Сергей, ты меня слышишь?!

Крик Ирины буквально ворвался в его уши. Нет, искин сработал штатно, и восклицания девушки звучали во вполне приемлемой тональности. Но в том, что она кричит на пределе возможности голосовых связок, можно было не сомневаться. А еще в ушах пульсирует кровь. Толчки настолько мощные, что Сергей слышит, как она бежит по артериям, гораздо отчетливее, чем голос подруги.

Никаких сомнений, Ирина разрывается уже довольно давно. Иначе и быть не могло. На один из мониторов пульта управления выведено изображение с камеры на шлеме Сергея, поэтому она видела ровно столько же, сколько и он. И очень даже может быть, что пережила ту же гамму ощущений. Хотя… С Ириной нельзя быть до конца уверенным хоть в чем-нибудь. Взять тот же случай с покушением…

Приходя в себя, Пошнагов взглянул на свою руку, в которой все еще сжимал уже разряженный игольник. Нож так и болтается на темляке. Отчего-то подумалось, что если бы гидрокостюм не был изготовлен из материала, чем-то напоминающего кевлар, то он непременно пострадал бы от соприкосновения с бритвенно острым лезвием.

Потом пришло осознание того, что он сжимает рукоять разряженного оружия. Сергей трясущимися руками заменил пустой магазин на полный. Сообразил, что данное оружие несколько несерьезно. Вложив игольник в кобуру, взял в руки штурмовой. Отжал предохранитель. Приклад выдвинулся, заняв боевое положение. Пошнагов осмотрелся вокруг в поисках противника.

– Сергей, ответь!

– Да, Ириш… Я тебя слышу. Не кричи.

– Ты в порядке?

– Да, в полном, – нервно сглотнув и продолжая осматриваться по сторонам, ответил он.

Наконец до него дошла вся несуразность его действий. Кого он ищет? От кого собрался обороняться? Тот, кто пытался на него напасть, сейчас под ним, в кровавом облаке. Странно, но кровь у местных обитателей красная. А чего, собственно говоря, странного? Вселенная, она одна. Вон и инопланетяне – нормальные хомо сапиенс. У них с землянами может быть даже совместное потомство.

Отчего-то подумав о том, что Ирина непременно видела, как он вооружился штурмовым игольником, и мысленно кляня себя за растерянность, Сергей сложил приклад и убрал оружие. Потом на свое законное место последовал нож. Этого времени хватило, чтобы более или менее взять себя в руки. Хотя бы для того, чтобы не дрожал голос.

– Ирина, искин контролирует падение этого гаудина?

– Да, Сереж, контролирует.

– Хорошо. Подводи его к аппарели. Его заводим первым, уж больно кровит. И вообще давай торопиться, пока не появились акулы.

– Хорошо.

Вот и хорошо, что хорошо. А он… Ну, пока ему делать нечего, подплывет к «Щуке» и отбоится за все свои страхи. Стоп! Нельзя. Никак нельзя. Во-первых, нужно держаться так, чтобы напарнице было удобно его прикрывать, хватит, повыпендривался. Во-вторых, его телеметрия выведена на тот же монитор, который, к гадалке не ходить, сейчас под особым контролем девушки. Так что бояться потом будет. Сейчас нужно работать.

Как-то раз, еще на Земле, Сергей нарвался в Инете на ролики гринписовцев. Он никогда не понимал этих защитников животных. Нет, в том, что касается сохранения исчезающих видов, грабительского подхода к дарам природы, тут он с ними солидарен. Но всему же есть предел. Может, людям еще и вегетарианцами заделаться в угоду им?

Но тот ролик его впечатлил настолько, что он потом пару часов ходил как пришибленный. Там были запечатлены кадры убийства дельфинов. Этих великолепных красавцев, которые всегда воспринимались им исключительно как нечто неподражаемое. А как они прекрасны, когда резвятся! К тому же дельфин считается другом человека. А кто убивает друзей?

Н-да-а-а. Тогда он переживал. Был готов набить морду какому-то неизвестному туземцу-убийце. А тот всего лишь выполнял свою работу. Вот точно так же, как сейчас Сергей. Грузовой отсек, куда заведены две туши гаудинов (больше просто нет места), сейчас напоминает самую настоящую бойню.

Разумеется, Сергей в гидрокостюме, и ни одна капля крови не попадает ему на кожу. Мало того, регенерационная система костюма исправно вырабатывает дыхательный газ, лишенный каких-либо запахов. Но у Сергея в носу стоит металлический запах крови, а во рту ощущается противный привкус, словно он закинул туда целую пригоршню медных монет.

Это игры памяти. Именно она подбросила ему образы из прошлого. Из того самого прошлого, которое он так хотел забыть. Разорванные или изрезанные тела, от которых исходит смрад, пока еще не имеющий ничего общего с гниением. Запах смерти. Иначе и не скажешь.

Это не первая их добыча. Приходилось разделывать и акул, и внушительных размеров рыбу фатук, достигающую в длину трех метров, и много кого еще. Но вот такое поганое чувство у него только во второй раз. Когда на борту опять оказываются гаудины. Может, это Ирина с ее истериками? Хотя… Вряд ли.

Закончив возиться и еще раз осмотрев дело рук своих, Сергей зашел в шлюзовую камеру и закрыл дверь. Все полезное с туш взято, остальное – мусор, как бы мерзко это ни звучало.

Успокаивает только одно. Ничто из выброшенного ими не пропадет даром. Что-то успеют растащить обитатели поверхностных вод. Что-то достанется тем, кто живет уже на глубинах, где никогда не бывает света. Оставшееся достигнет дна, но и оно не сгниет, став пищей донных обитателей. В природе ничего не пропадает даром. Это только человек способен гадить везде, куда только дотянется.

Разумеется, они выбрасывали не все. Под полом имелся холодильный отсек, куда складывалось мясо. Оно потом сдавалось на базе. Все же большинство народу к охоте не имеет отношения, но нуждается и в мясе и в рыбе. Поэтому глупо отказываться от дополнительной возможности подзаработать, пусть и выходит не так много.

Вот только ценная часть туши едва ли составляет десятую часть от всей массы добычи. Так что трюм, даже полностью переделанный в рефрижератор, забивается куда быстрее. И у них он сейчас забит полностью.

– Ирина, открывай аппарель и заводи последнюю тушу.

– Приняла. – Голос девушки звучит как-то подавленно и надтреснуто.

Показалось? Черта с два. Да он вообще не уверен, что у него самого сейчас не похоронный тон, при его-то убитом настроении. Господи, ну гаудины, ну и что с того? А ведь он с азартом отправлялся в эти широты. Тут вообще сейчас народу много, и все охотятся на гаудинов, напрочь игнорируя другую дичь.

Думал, после первого раза хандру унесет, попривыкнет, огрубеет. Даже перед сегодняшним выходом в океан был в этом уверен. Еще и на Ирину накричал, доказывая свою правоту. Ну и где та уверенность? Да и была ли она у него? А может, просто самого себя старался в этом убедить? Может. Да только на поверку вышло то, что вышло.

Последнюю тушу он разделал куда быстрее. Нарабатывался опыт. Вот только менее мерзко от этого не стало. Нет. Плевать на все. На гаудинов он больше не охотится.

Кто-то скажет про ненужную рефлексию. Кто-то обвинит в мягкотелости. Кто-то покрутит пальцем у виска и назовет его идиотом. Ведь отказ от путины на гаудинов – это минимум плюс один год к пребыванию на этой планете. А он скажет, что не все можно измерить деньгами. Скажет о том, что не нужно делать того, к чему не лежит душа, и уж тем более того, с чего эту самую душу воротит.

Вероятно, что-то такое было в его облике, потому что едва только он избавился от шлема и встретился взглядом с Ириной, как она ободрительно ему кивнула. Потом вдруг прослезилась и, утерев слезы, совсем по-детски шмыгнула носом.

– Никогда? – едва справляясь с комом в горле, спросила она.

И вот странное дело, всего лишь одно слово, а он прекрасно ее понял. Впрочем, порой достаточно только одного слова. А может, все дело в том, что они сейчас настроены на одну волну.

– Никогда, Ириш. И пошло оно все в бездну. Годом больше, годом меньше. Какая, собственно, разница. Хотя, признаться, выбрасывать даже акулятину не хочется. Неправильно это, и все тут.

– А мы возьмем еще один модуль. Мне Миша рассказывал, что такой можно заказать. Он крепится снизу и имеет вытянутую и более широкую форму. Полторы сотни кубов. Правда, мы станем еще более неповоротливыми. Но зато отдача увеличится.

– Странно, я о таких и не слышал, – вылезая из костюма, произнес Сергей.

– А они просто не пользуются популярностью. Ну кому захочется возиться с мясом при таких закупочных ценах. А на деле – это лишняя копейка. Да, по сути, благодаря этому модулю можно окупать снаряжение «Щуки» в поход.

– Ну, может, ты и права. Подумаем, посчитаем. Но, Ириш, я совсем не обещаю, что мы станем самыми правильными охотниками на планете. Если окажется проще сбрасывать тонны мяса, то я так и буду поступать.

– Но гаудинов и раудов мы больше не трогаем?

– Сами – нет, – утвердительно кивнул Сергей.

– Спасибо, Сереж.

Ирина стремительно приблизилась к нему и, обняв, жадно поцеловала в губы, обдав его жарким дыханием и измазав лицо горячими солеными слезами. И в этот момент Сергея наконец отпустило. Все время что-то держало за горло, а вот теперь отпустило.

– Ириш, я в костюме. И вообще, давай к искину, нужно задать новые параметры и новый курс. На кого охотиться будем? У нас еще половина модуля пустая. Возвращаться налегке как-то не комильфо.

– Ага. Ты пока раздевайся, а я проверю обстановку, сделаю запросы, – оставляя его в покое и утирая слезы, заверила девушка. После чего тут же метнулась к пульту. Хм. Да какой-там метнулась. Сделала четыре шага и оказалась в кресле. На «охотнике» особо не разгуляешься, практически все находится на расстоянии вытянутой руки.

– Ну что у нас тут? – поинтересовался Сергей, когда наконец привел себя в порядок и занял свое кресло.

– Вот, нашла в Сети данные со спутника. Крупный косяк рыбы в двух часах от нас.

– Ну, даже если это фатук, то толку от нее сейчас никакого. До нереста еще далеко, так что у самок нет икры, а у самцов молоки не той кондиции. На одной же печени много не заработать. Больше провозимся.

– Ну а где еще может быть крупная добыча, как не там, где много еды? – резонно возразила Ирина.

Хм. А что, пожалуй, она права. Обитателям местных вод плевать на нерест и тому подобные условности. Им нужно пропитание. И вот этот косяк рыбы для них все равно что приглашение на обед. Тем более при наличии такого количества еды вряд ли те же акулы будут столь уж агрессивны. Хотя… Нет, эти точно взбесятся, едва почувствуют кровь. Но ведь существуют и бескровные методы. Главное – обнаружить цель.

Опять же если гаудины и рауды как добыча исключаются, остальные морские обитатели Океании не такие проворные и изворотливые. Так что можно применить и сети без особого риска их потерять, что очень даже возможно при охоте на местных «дельфинов» и «косаток».

Два с половиной часа, затраченные на преследование и поиски рыбного косяка, принесли-таки положительный результат. Да еще какой. Не сказать, что эта добыча более предпочтительна, но все же и она стоит далеко не копейки. Опять же пятнистая южная акула гораздо меньше северной, а потому ее разделкой вполне можно заниматься и в грузовом отсеке. Это удобнее и безопаснее, чем за бортом.

Сергей вновь облачился в гидрокостюм. Вошел в шлюзовую кабину. Взгляд на подругу… Ну вот. Давно бы так. Ирина задорно улыбнулась и ободряюще кивнула.

– Смотри не выделывайся, не входи в мертвое пространство и не становись на линию огня, – послышалось ее напутствие.

Между прочим, эти слова совсем даже не лишены смысла. Менее трех часов назад он именно это и сделал. Мало того что Ирина запаздывала с наведением из-за неповоротливости «Щуки», так еще и Сергей метался перед гаудином, находившимся под неудобным углом. Выстрелить Ирина конечно же могла, вот только океан – он и есть океан, в любой момент способен выкинуть какой-нибудь фортель, от внезапного волнения до другой рыбы, оказавшейся на траектории иглы. В последнем случае столкновение с ней может послужить причиной незначительного отклонения от точки прицеливания, и, как результат, несчастья. Пусть вычисления производит даже самый современный искин, все случайности предусмотреть не может и он. А уж в океане, где жизнь буквально бурлит, и подавно.

– Принял не выделываться. Выхожу, – не менее задорно ответил Сергей.

– Прикрываю, горе ты мое луковое.

Вообще-то Сергей думал, что после происшествия с гаудином побоится выходить в океан, да еще и кишащий акулами. Но ничего подобного. Наоборот, даже какой-то азарт. Им словно овладело желание оправдаться перед самим собой за содеянное недавно.

– Ирина, я готов, – взяв в руки присоску от первой лебедки, доложился Сергей.

– Принято. Начинаю работать.

Манипулятор с установкой, заряженной ловчей сетью, пришел в движение. Вот он двинулся, сопровождая какую-то из четырех акул, проплывающую буквально в двадцати метрах. Странное дело, совсем не страшно, словно он и не в воде, где они могут до него дотянуться, а наблюдает за происходящим на экране монитора.

Выстрел! Четыре снаряда рванули вперед, расходясь в стороны и растягивая сеть. Она настолько тонка, что ее практически не видно. Так, что-то неуловимое порой блеснет отдельными нитями – и все.

Есть! Сеть, разойдясь квадратом четыре на четыре, захватила сразу две особи. Снаряды (они же – накопители энергии) продолжили движение. Наконец наступил момент натяжения, сработали предохранители, и энергетический разряд устремился по нитям сети. Две акулы, похоже, самки, вдруг забились от боли, а затем безвольно замерли. Две их товарки поспешили отплыть в сторону. Даже находящиеся рядом с сетью испытывают далеко не приятную гамму ощущений. А все, что не поддается осмыслению и пониманию, – пугает. Ну, Ирина, ну погоди!

– Подруга, а всю стаю одной сетью слабо? – отстегивая еще одну присоску и устремляясь к оглушенным акулам, поинтересовался Сергей.

– Так получилось, – несколько игриво попыталась оправдаться девушка.

– Паршиво получилось, Ирина. Когда случайно, то бог с ним. Но вот так, специально… У меня, между прочим, не так много времени, а каждый раз устраивать в воде гладиаторские бои в мои планы не входит.

Первая акула, сеть повисла именно на ней. Просунуть между ячейками присоску. Приставить к боку. Отжать кнопку. Извлечь щуп, ввести в жаберную щель. Теперь до упора в сторону мозга. Нажать на кнопку. Разряд! Человеку в гидрокостюме такая процедура не представляет опасности. А вот мозг акулы поражается необратимо.

– Прости, – между тем произнесла девушка, на этот раз уже искренне, и это радует.

– Прикрывай, – меняя энергонакопитель на щупе, приказал Сергей.

– Прикрываю.

– Эту можешь оттаскивать.

– Принято.

Теперь переместиться к следующей акуле. Та выскользнула из сети, которая, впрочем, и не предназначалась для того, чтобы опутать жертву. Задача сети – захватить как можно большую площадь и послужить проводником для энергетического разряда.

Теперь быстро повторить манипуляции, не забывая посматривать по сторонам. Порядок. Остальным акулам есть чем заняться. Их тела вальяжно движутся на фоне огромной сверкающей массы рыбного косяка. Кстати, это не фатук, а лапануа, рыба, чем-то похожая на скумбрию, только раза в два больше.

Правда, она абсолютно бесполезна для акванавтов. В том плане, что годится только на сковородку, но никакого навара с нее нет. Разве только вот так, когда ее огромные косяки привлекают интересующую людей добычу. На этот раз – пятнистых акул. Лапануа не прочь полакомиться и гаудины с раудами, но сейчас их тут нет.

Кстати, наличие безмятежных акул четко указывает на отсутствие раудов. Они конечно же отдают предпочтение своим меньшим собратьям, то есть гаудинам, но совсем даже не откажутся перекусить и акулами. Причем ничуть не стесняются нападать и на большую северную.

Что самое интересное, даже при наличии огромного косяка рыбы рауды предпочитают атаковать более крупную дичь. Кто знает, может, им не интересно питаться тем, кто не способен дать отпор. Или все дело во вкусовых качествах. А может, причина в обычной лени, все же есть разница: атаковать один раз по-крупному либо гоняться за мелкой добычей.

Нормально получилось с этим косяком. Хорошо и то, что вокруг не крутились другие «охотники», хотя пару раз и мелькали на сканере. Вот только они тут же теряли интерес к лапануа и сопровождающим их акулам, как только понимали, что интересующая их добыча тут отсутствует.

Так что за двое суток Сергей с Ириной без проблем смогли забить остававшийся свободным объем прицепного модуля и взять курс на ближайшую базу. И странное дело, даже у Ирины ни разу не шевельнулась жалость. Разве только сожаление по поводу того, что им приходится выбрасывать тонны мяса, вполне приличного на вкус и даже диетического…

– Внимание, право двадцать, дистанция три тысячи, глубина тридцать, неопознанный корабль.

Сергей и Ирина переглянулись и тут же вскочили с койки. Вполне удачный поход движется к своему завершению. Добыча в контейнерах, искин ведет «Щуку» заданным курсом. В присутствии человека нет никакой необходимости. Ну и отчего не расслабиться?

Вот только, как видно, кое-кому такая идиллия пришлась не по душе. Но, скорее всего, все дело в том, что «Щука» неторопливо двигалась прямым курсом на сто пятую базу. Причину, по которой судно движется в данном направлении, можно определить практически однозначно. Если же еще и помнить о том, что в настоящий момент идет путина на гаудинов, то с большей долей вероятности можно судить и о характере груза.

Отчего напрашиваются именно такие выводы? А какими они еще должны быть в данной ситуации? При встрече в океане двух «охотников» или просто акванавтов, как только происходит взаимообнаружение сканерами, следует неизменный обмен идентификационными данными. Информация об этом не просто фиксируется в самом искине, но тут же дублируется в логе. Поэтому даже в случае уничтожения гаджета данные не теряются, если об этом не позаботится сам владелец.

Разумеется, это происходит в обычном режиме и служит гарантией того, что оказавшийся поблизости корабль не станет тебя атаковать. Если же кто-то задумал что-то плохое, то его искин останется безликим и даже не подумает отвечать на запрос. Причина этого очевидна и ничего хорошего не сулит. Именно поэтому искин воспринимает подобное происшествие однозначно. Опасность.

– Есть связь с Сетью? – помогая Ирине сложить кровать, выкрикнул Сергей.

– Ответ отрицательный, – все так же без эмоций ответил корабельный искин.

– Глушат, – взглянув на разом погрустневшую Ирину, произнес Сергей. – Так, нечего нюни распускать. Обряжайся в гидрокостюм.

– А ты?

– Ира! Бегом обряжаться, я сказал!

Он боднул девушку таким яростным взглядом, что та тут же проглотила готовые сорваться с ее губ возражения. Ну вот, нет ни капли сомнения, возрази она – и тут же получила бы затрещину в стиле Пошнагова.

Сам Сергей тем временем, как был нагишом, метнулся к пульту, тут же приступив к анализу имевшихся данных. И, судя по его брани, ситуация ему совсем не нравилась.

– Что там? – обряжаясь в костюм в двух шагах от него, поинтересовалась девушка.

– «Охотник», что же еще. Только куда более легкий, чем мы, а значит, и с маневренностью у него полный порядок. Идет на сближение на максимальной скорости.

– Что будем делать?

– Убежать не получится. Даже если и разгонимся на полную, то сможем выдавать не больше тридцати километров, он же легко даст все сорок. Будем вертеться, так, чтобы он не вошел в мертвую зону.

– Может, сбросим грузовой модуль?

– Ага. Как еще чего. Он нас прикроет с кормы. Опять же если его разнесут, то им ничего не достанется. Значит, с кормы атаки не стоит опасаться, ведь им нужен наш груз. Не станут они использовать и нурсы. Только торпеды и пушку, которыми можно бить прицельно.

– Я готова, – падая в свое кресло, доложилась девушка.

– Шлем надень, – направляясь к сушилке за своим костюмом, приказал Сергей. – И ничего не трогай, я уже ввел данные на разворот и удержание цели.

– Приняла, – водружая шлем на голову, ответила Ирина.

Полминуты – и полностью экипированный Сергей уселся на свое кресло. Вообще-то ложемент не рассчитан на человека в скафандре, и модель здесь простая, не способная к изменению конфигурации. Поэтому сидеть не очень удобно, ну да лучше уж небольшие неудобства, чем купание в местной водице.

– Внимание на «Щуке». Как меня принимаете? – послышался голос, явно принадлежащий члену экипажа неизвестного судна.

Ничего удивительного в том, что они смогли опознать судно, на которое собираются напасть, искин «Щуки» ведь не маскировался. Да и не имел он такой возможности, потому как принадлежал самому обычному «охотнику». Чего не скажешь о незваных гостях. Если уж они смогли заглушить выход в Сеть и связь, то остаться незамеченными им все равно что чихнуть.

– Нормально принимаем, – отчего же не поговорить, коль скоро есть такая возможность.

– Ребята, не надо дергаться. Нам ваши жизни без надобности. Просто сбрасывайте грузовой модуль и уходите.

Угу. Понять пиратов можно. Даже если модуль пуст, за него можно получить весьма солидную цену. К тому же эти модули, в подавляющем большинстве случаев, абсолютно безлики. Но он не может быть пустым по определению. В этом случае охотникам на базе попросту нечего делать.

Опять же бандитам вовсе не улыбается вступать в бой. Их интересует прибыль, а не возможность получить по зубам. Даже самые незначительные повреждения не входят в их планы. Словом, в данной ситуации есть смысл драться только для подвергшихся нападению, потому как теряют они очень много. Но и тут не все однозначно. Во сколько человек оценит свою жизнь? Вот то-то и оно.

Кто-то скажет о том, что можно оставить модуль и после того, как выйдут из зоны глушения, связаться со службой безопасности. Но на деле это вовсе не означает, что результат будет положительным. Нет, СБ сработает оперативно, и даже будут задействованы серьезные ресурсы. К пиратам на Океании, да и вообще в космосе, отношение однозначное. Вот только в космосе это где-то даже проще, чем здесь, в водной толще.

Под ними сейчас четыре тысячи метров. Пиратам достаточно уйти на глубину и затеряться. Есть множество способов. Что самое интересное, все проходят обучение этому, так как данные умения способствуют не только уходу от преследования СБ, но и от пиратов.

А еще можно просто сбросить модуль с настроенным определенным образом маячком и сместиться далеко в сторону. Немного усилий – и вот они уже не контрабандисты, а обычные охотники, которых сейчас в этих широтах достаточно много. Словом, как и века назад, у пиратов по-прежнему есть возможность избежать наказания, иначе они уже давно перевелись бы.

– У меня встречное предложение. Разворачивайтесь на сто восемьдесят градусов и уматывайте отсюда. Груз мы вам не отдадим ни под каким видом.

– Парень, ты готов умереть?

– А ты готов умереть? – с вызовом возразил Сергей.

Впрочем, зря он это. У пиратов наверняка работает двойной переводчик. Они наверняка и о том, что это вопрос, догадаются лишь по смыслу, а не по интонации. Как, впрочем, догадывается и сам Сергей. Так что тут без разницы, как говорить – спокойно и размеренно, как робот, или возбужденно и темпераментно, как истый итальянец.

– Ладно. Мы хотели по-доброму.

– Да пошел ты со своей добротой далеко и надолго. И кстати, не скажешь, кто это такой смелый? Ну, раз уж вы нас все одно похоронили.

– Это тебе не нужно при жизни, не понадобится и после смерти. Если вдруг передумаешь – кричи. Может быть, я даже тебя услышу.

– Услышит он, – отключив внешнюю связь, пробурчал Сергей.

– Сереж, что будем делать? У этих парней наверняка куда лучше с вооружением.

– Ну, мы тоже можем кое-что им противопоставить.

– Брось. Они правы. Жизнь куда дороже. К чему было отправляться к звездам, если потом вот так рисковать?

– Ирина, я каждый раз так рискую, когда выхожу в океан. Не далее как пару дней назад я едва не оказался в пасти гаудина. Или тебя занимает только вопрос собственной безопасности?

– Сереж, зачем…

– Все, подруга. Времени нет. Ты или со мной, или отойди в сторону и не мешай, – зло бросил Сергей.

Господи, неужели и в ней он ошибся? Неужели и она такая же, как и все те, кто столько раз предавал его? Хотелось бы, чтобы это было иначе. Но мысли о правильности его выводов упорно лезли в голову. Ладно, с этим разберется потом. Сейчас просто нет времени. Еще немного – и противник окажется в зоне поражения.

Итак, что он имеет. Две установки с нурсами, в каждой – по полтора десятка снарядов. Хм. Нужно вовремя восполнять боекомплект, а не трястись над каждым кредитом. Торпеды, восемь штук, за время владения «Щукой» они не израсходовали еще ни одной. Три тысячи снарядов в пушке. Эти расходовались куда как чаще, но и стоили сущие мелочи.

Все. Это весь арсенал. Надо полагать, что у пиратов он ничуть не больше. Разве только в плане нурсов они побогаче будут. Просто сомнительно, чтобы их «охотники» вооружались до зубов. Это обязательно привлечет внимание, ведь они бывают на базах.

Впрочем, установки вооружения вполне можно сделать и съемными. Перед посещением баз демонтировать и прятать в грузовом отсеке. Никто не имеет права доступа на борт судна, разве только СБ, да и то при наличии соответствующего разрешения.

Интересно, отчего это корпорация так бьет по рукам своей же службе безопасности? Боятся козней правительства, что приведут к потере монополии и финансовых льгот? А что, очень даже может быть. Ведь, по сути, Ганид прав, земляне, покидая Океанию, вовсе не уходят отсюда бессребрениками, а совсем наоборот. Ну и зачем корпорации платить такие деньги тем, кто даже не является гражданином империи? А затем, что зыбкие права работников охраняются куратором в виде командира имперского боевого корабля.

Вроде все логично. Но, с другой стороны, они же дают по рукам тем, кто должен охранять эту самую монополию, так как контрабандисты как раз на нее и посягают. Полная каша. Ничего не понятно. А главное, мысли об этом появились в его голове как нельзя более кстати.

– «Щука», курс на сближение с противником.

– Принято.

– Сергей…

– Я сказал, не сейчас.

– Слушай, ты, умник с отшибленными мозгами. Все время ждешь, когда тебя кинут, чтобы в очередной раз сказать, какие все твари?!

– Да я…

– Именно что ты. А ничего, что ты тут не один?! – не дав ему раскрыть рта, выпалила девушка.

Забрала у них пока были подняты, поэтому он сумел увидеть и прочувствовать всю гамму ее возмущения. Какую? А вы попробуйте послушать девушку, кричащую прямо вам в лицо довольно тонким голоском. Сергей скандалы ненавидел с самого детства, наелся этого по горло, через родителей, а потому и ощущения у него сейчас были не из лучших.

– Л-ладно. Давай в шлюзовую. Выпущу тебя. Когда все закончится, либо подберу, либо подашь в Сеть сигнал бедствия.

– Ну и урод же ты, Пошнагов! Я не это имела в виду. И вообще, за кого ты меня держишь?

– Кхм. Ирина, тебе не кажется, что сейчас не время выяснять отношения.

– Поэтому я и не собиралась этого делать. Ты сам говорил, что грузовой модуль для них – добыча. И они постараются не повредить его. Тогда нужно не на сближение с ними идти, а, наоборот, от них и выставить модуль между нами, как щит. В результате они не смогут использовать нурсы.

– Та-а-ак. Логично. Но они могут обозлиться и разнести грузовой модуль, – начав успокаиваться и рассуждать более здраво, произнес Сергей.

– Могут. Но тогда уж им точно не будет никакого смысла гоняться за нами. Первое – мы получим маневренность. Второе, перестанем являться привлекательной добычей. Так что, по-моему, лучше развернуться.

– Еще есть какие предложения? – Как видно, Сергею что-то не нравилось в диспозиции отступления.

Понять его нетрудно. В этом случае он полностью отдает инициативу в руки противника и лишает себя возможности маневрирования. Если же «Щука» будет двигаться встречным курсом, у нее будет куда больше простора.

– Сети, – пристально посмотрев на Сергея, ответила девушка.

– Что – сети?

– Можно выставить их как щит, выстреливая их поочередно. У нас, – она запнулась, всматриваясь в данные на мониторе, – осталось три штуки по левому борту и четыре – по правому.

Да, с сетями они здорово поиздержались. Хорошо хоть ни одой не потеряли. Правда, теперь перезарядить как сами установки, так и разрядники они смогут только на базе, но зато не придется их закупать. По иронии, эти сети стоили дороже нурсов. Скорее всего, причина крылась в их многоразовости.

– Ты предлагаешь переловить снаряды? А ничего, что там большая ячея?

– А ничего, что при малейшем соприкосновении пройдет разряд, и…

– «Щука», курс неизменный на противника. Приготовить сети. Цель прямо по курсу. Ирина, ты гений. Дистанция до противника?

– Дистанция тысяча. Зона поражения нурсами и торпедами, – монотонно доложил бортовой искин.

Ну вот, осталось совсем немного. Максимальный радиус поражения местного вооружения составляет около тысячи метров. Но это вовсе не значит, что уже сейчас можно стрелять. В морском бою цели постоянно пребывают в движении, а потому снаряды должны иметь запас хода, хотя бы одну треть, а лучше – половину.

В особенности это относится к торпедам, способным к маневрированию. Имея большую скорость, торпеда вынуждена описывать и бо́льшую, чем «охотник», дугу при развороте. Это в значительной степени увеличивает расстояние, пройденное снарядом. И если получится провести противоторпедный маневр, есть большая доля вероятности, что у торпеды попросту не хватит запаса хода на повторную атаку, и она затонет.

С нурсом вообще все просто. Если удалось избежать попадания, то он больше не опасен. Движитель выработает ресурс, после чего снаряд самоликвидируется. Разумеется, если раньше не сработает один из параметров, вложенных во взрыватель.

– Дистанция семьсот. Противник открыл огонь. Предположительно шесть нурсов.

Господи, как же вымораживает эта монотонность бездушной машины. То ли дело – персональные искины. Сергей заметил, что его Алексей обретает все больше человеческих черт и постепенно начинает походить на его старшего брата. А может, все дело в самом Сергее, который желаемое выдает за действительное.

– Зафиксирован пуск двух торпед.

Между двумя докладами прошло не больше пяти секунд. На нурсы пираты конечно же не надеются. Задача этих снарядов – сработать вблизи «Щуки» и хотя бы на время ошеломить ее искин и сканер. Этого будет вполне достаточно, чтобы торпеды, следующие во второй волне, нанесли решающий удар. Если же нурсы сумеют еще и повредить «коробочку», это только приветствуется.

Если бы пираты стремились просто уничтожить противника, то они не стали бы ограничивать свою атаку только двумя волнами. Лично Сергей перестраховался бы как минимум четырьмя. Но нападающие ограничены в своих возможностях, им непременно нужен груз, причем в целости и сохранности.

Не желая надеяться только на задумку Ирины, Сергей вначале использовал свою заготовку и контратаковал нурсами с выставленными на определенное время взрывателями. Разрывы снарядов должны были если не уничтожить первую волну, то, во всяком случае, сбить с траектории.

Надо признать, эта мера возымела действие. Два нурса сдетонировали. Еще три изменили траекторию и теперь должны были пройти со значительным отклонением от прежнего курса. А вот последний снаряд успел проскочить разрывы и упрямо стремился к намеченной цели. С ним разобралась пушка, уничтожив его примерно в сотне метров от «Щуки».

Торпеды угодили-таки в ловчие сети. Похоже, что в результате разряда их электроника серьезно пострадала. Детонации заряда не произошло, но зато они резко изменили курс.

Ответную атаку Сергей произвел, как говорится, из всех стволов. Он выпустил все до последней железки. Даже все снаряды из пушки. Натиск оказался настолько массированным и настолько отвечал каждой букве этого слова, что пират не смог ему ничего противопоставить. Нет, они конечно же попытались отбиться, но не были готовы к такому нерациональному расходу дорогих боеприпасов.

Глава 9. Новый контракт.

– Браво! Ты, как всегда, в своем репертуаре. – Ганид всплеснул руками ну прямо как недовольная старуха.

Н-да-а-а, крепко же он зол на Сергея. В прошлую встречу они приятно общались на «вы», господин дознаватель держался чуть ли не на равных. А теперь готов порвать, как тузик грелку, и при этом даже тыкает. Вот только Пошнагов никак не поймет причину подобного поведения.

– Ну что я на этот раз-то сделал не так? Едва только появилась связь, как я тут же поспешил сообщить вам о нападении. Я бы даже подцепил останки пирата, но не хватило маневренности, грузовой модуль не позволил. Не бросать же его. И потом, вы ведь прибыли достаточно быстро.

– Быстро, да недостаточно, – вздохнул дознаватель, предлагая Сергею присесть.

На месте происшествия Сергею делать было нечего. Все имеющиеся данные он сбросил Ганиду. Было искренне жаль, что не удалось подцепить подбитого пирата. Это был бы настоящий приз. Ну да ничего не поделаешь, тот слишком резво погрузился на недосягаемую для «Щуки» глубину.

Что же касается Ганида, то тот решил-таки лично пообщаться с Сергеем, для чего и прибыл на сто пятую базу. Причем ему еще пришлось ждать в течение трех часов, пока собеседник добрался до места. Правда, как только «Щука» причалила, Сергей был вынужден тут же все бросать и мчаться по зову представителя СБ.

И вот сейчас они находились в стандартном рабочем кабинете, каковые имелись на каждой базе или нефтяной платформе. Обстановка насквозь казенная, лишенная какой-либо индивидуальности. Т-образный стол, рабочее кресло, четыре стула у приставного столика. И все. Никаких шкафов, стационарного рабочего искина, вообще ничего.

Ну да и бог с ним. Есть где присесть, и то радует. Сергей что-то недовольно буркнул, типа если кто-то облажался, то он тут ни при чем, и опустился на указанный стул. Кстати, он сейчас был в гидрокостюме, из-за чего испытывал некоторые неудобства. Все же кабинет СБ – это не океан. Переодеться же он не успел по известной причине.

– Опять что-то не срослось? – наконец угнездившись на стуле, поинтересовался Сергей.

– Не срослось, – подтвердил Ганид, – ты разнес там все к дьяволу. Все, до чего не успела добраться вода, превращено в крошево. Словом, у нас опять нет никакой информации. Поднятые обломки годятся только на вторсырье. Вот такие дела.

Вообще-то вторсырье на Океании тоже стоит недешево. Это ведь композит. Тонны композита, являющегося здесь весьма дорогим ресурсом. Опять же кое-какое оборудование могло и сохраниться. Оно может быть демонтировано, а затем пущено в оборот. Сергей бросил вопросительный взгляд на дознавателя.

– Даже не думай, – тут же возразил Ганид. – Ты его упустил. К подъему со дна не имеешь никакого отношения. А значит, и премиальные тебе не положены. И не жалко же тебе было всаживать в них столько.

– Знаете, господин Ганид, я открою вам один секрет, – явно разочарованный тем, что ему ничего не перепадет, с кислой миной начал Сергей. – Я не охотник за головами и не служил в подводном флоте, так что правилам подобного боя не обучен. По мне, так я лучше переплачу за вооружение, чем отправлюсь на тот свет.

– Они предлагали вам оставить груз и уходить, – не согласился Ганид.

– Ну и что с того? Я не подряжался работать на каких-то уродов. Никогда и никому не позволял жиреть за свой счет, не собираюсь этого делать и впредь.

– Вообще-то ты там был не один.

– Так что с того? И потом, сомневаюсь, что они меня вот так отпустили бы.

– Зря сомневаешься. Отпустили бы. Зачем им твоя смерть? Есть множество способов уйти с добычей.

– Угу. Это если забыть о том, что я могу дождаться, пока они подцепят грузовой модуль, а потом, когда они станут неповоротливыми, как коровы, атакую сам.

– До тебя таких умников не было, и пираты всегда отпускали «охотников». Можешь сделать запрос в Сеть, там описано достаточно таких случаев.

– Кхм. Я не знал.

– Похоже, ты не любитель лазить по Сети. Ладно, с этим проехали. Жаль, конечно, что мы по-прежнему там же, где и были. Ну да чего уж теперь-то.

– Послушайте, господин Ганид, у нас на самолетах используются так называемые черные ящики. – Сергей вдруг встрепенулся от пришедшей в голову мысли. – Это записывающее устройство, находящееся в прочной оболочке, которая предохраняет его от повреждения в случае крушения. Самолет разбился, все вокруг сгорело, но следствие все равно может докопаться до истины. Мне удивительно, почему у вас здесь нет ничего подобного.

– Почему же, на космических кораблях есть.

– А здесь нет. Даже элементарная герметичность для искинов не предусмотрена. Для персональных на гидрокостюмах есть, а на судах – нет. Причем без разницы, скутер, скаут, «охотник» или обычный дрон. Если добралась забортная вода – все, конец.

– Что ты хочешь этим сказать?

– Да ничего я не хочу сказать. Просто мне это кажется странным.

– Корпорация не желает нести лишние траты, вот и все. Это ведь дополнительное оборудование.

– Угу. Для землян оно будет, несомненно, дорого. Для нас тут вообще все дорого. Но для корпорации… Что-то я в этом сомневаюсь. Да даже если и дорого, всяко дешевле, чем потери от контрабандистов и пиратов.

Ганид помял подбородок, задумчиво глядя на Сергея и слегка уйдя в себя. Но достаточно быстро отбросил эту задумчивость и как ни в чем не бывало заговорил о совершенно другом:

– Сергей, у меня для тебя есть одна работенка. Ответственная и прибыльная.

– Вы это о чем, господин Ганид? – тут же делая стойку, встрепенулся Сергей.

Х-ха. Похоже его надежды на плодотворное сотрудничество с СБ начинают сбываться. Вот сейчас ему подбросят какой-нибудь выгодный контракт. Очень своевременно, если учесть, что они с Ириной отказались от охоты на гаудинов.

И вообще, не сказать, что их дела блещут. Казалось бы, триста тысяч кредитов за уничтоженный пиратский корабль – весьма щедрое вознаграждение. Но… вот без этих «но», просто никуда. Пополнение боекомплекта вооружения до штатного количества привело к тому, что от этих денег осталось только пятьдесят тысяч.

Нет, сумма тоже ничего. Когда-то это составляло месячный заработок Сергея. Но все же не настолько велика, чтобы очертя голову бросаться на поиски пиратов. Так что дополнительный приработок очень даже не помешает.

– Корпорация командировала на Океанию очередного ученого, – между тем начал пояснять Ганид. – Этих умников хлебом не корми, дай только пощупать планету своими руками. Держи контракт. Поработаешь в другом качестве. Переквалифицируешься, так сказать, в няньку, будешь возить этого умника туда, куда скажет. Глядишь, и на логово контрабандистов нарветесь. А тогда уж здравствуй, миллион.

– Что-то сомнительно, – открывая почту и начиная знакомиться с условиями договора, возразил Сергей. – Океания велика, и вероятность того, что мы обнаружим на ее просторах иголку, слишком мала. Я бы сказал: ничтожна.

– Согласен, но ведь есть еще и случайность, – пожал плечами Ганид. – И потом, благодаря тебе за сравнительно короткий срок уничтожено два пиратских судна.

– Одно. К гибели «Энтерпрайза» я не имею никакого отношения.

– В официальном отчете значится другая информация, – пожав плечами, возразил дознаватель.

– Не думаю, что в вашем деле стоит полагаться на подтасовку фактов и приписки, – отрываясь от изучения документа и поднимая взгляд на Ганида, возразил Сергей.

– Возможно. Но факт остается фактом, именно встреча с тобой стоила тем пиратам жизни. И потом, мне все равно нужно приставить к этому умнику няньку. Так отчего бы не тебя? Так сказать, в качестве поощрения на будущее плодотворное сотрудничество.

– А почему не выделить ему судно с парой парней из СБ? К чему именно «охотники»? – искренне удивился Сергей.

– Потому что никто так не знает воды Океании, как земляне.

– Э-э-э, так не пойдет, – наконец дойдя до пункта об оплате услуг, тут же возмутился Сергей.

– Ну что тебе не нравится? – устало вздохнув, поинтересовался Ганид.

– Это называется материальное поощрение? Плата за аренду «Щуки» составляет тридцать тысяч кредитов.

– И что тебя не устраивает? Вся дополнительная экипировка и оборудование – за счет корпорации. Экипаж судна имеет право на сдачу всех обнаруженных ресурсов. А находки случаются очень интересные. Чем ты недоволен?

– Чем? Да всем. Мы зарабатываем не меньше сотни тысяч кредитов на каждого. А тут общая арендная плата – тридцать тысяч. На двоих. На секундочку, у нас еще и долгов выше крыши. Я не стану визировать этот договор.

– Еще как станешь. Ты ведь не хочешь поссориться со мной?

– Послушайте, ну почему мы? Найдите кого-нибудь другого.

– И не подумаю. Визируй договор. Просто поверь старине Ганиду и делай.

Оно бы послать этого гада. Но его правда, если он обидится и захочет попортить им кровь, то сделает это без труда. Способов и возможностей у него более чем достаточно. Как видно, ему как офицеру безопасности поручили обеспечить эту самую безопасность какому-то ученому. И разумеется, с него по этому вопросу спросят со всей строгостью.

Вот он и решил назначить опекуном того, кто, на его взгляд, лучше всего с этим справится. Как бы это смешно ни звучало, но Сергей – везучий сукин сын, а на Океании везение стоит далеко не на последнем месте в характеристике акванавтов. Прямо как у Наполеона, который, прежде чем назначить офицера на должность, обязательно интересовался его удачливостью.

Конечно, Сергея условия слегка не устраивают, точнее, не слегка, но у Ганида собственный интерес. Пожелания охотников его интересуют меньше всего, и возразить ему особо нечем. Возможно, подобным образом он дает понять Сергею, что в следующий раз нужно быть аккуратнее и не уничтожать улики с таким тщанием.

В настоящий момент дознаватель уподобился тем самым пиратам, которые хотели выдоить Сергея. А ему очень не нравилось, когда кто-то… Ну и что тут можно поделать? Как ни странно, но пока ровным счетом ничего. И появится ли возможность поквитаться в будущем, совершенно непонятно.

А вот Ганид при необходимости может смоделировать любую ситуацию и обставить все так, как ему заблагорассудится. Ну и что ты тут поделаешь? Да ничего. Придется визировать и надеяться на то, что в ходе экспедиции им все же что-то да перепадет.

– Отлично, – удовлетворенно взглянув на входящее сообщение от Пошнагова, произнес Ганид. – Сегодня отдыхайте. Завтра перегоните свою «Щуку» на девяносто восьмую базу. Это в двадцати часах ходу отсюда. Судно сразу загонишь в ремонтный бокс. К тому времени как раз прибудет оборудование. Механик уже получил задание. Обоснуетесь там на несколько дней, пока вашу «Щуку» не подготовят.

– Извините, но к чему это? «Щука» в полном порядке, недавно прошла ремонт и весь технический регламент.

– Запомни, Сергей, всегда можно что-то улучшить, – вполне доброжелательно улыбнувшись, произнес Ганид. – К тому же ты не забыл про пункт с дополнительным оборудованием? Ну и как ты собираешься его устанавливать?

– А как я его потом буду демонтировать? Сейчас-то все за счет корпорации. А что будет потом.

– Потом будет потом. Не забивай себе голову разными мелочами. Иди отдыхай, завтра в поход.

Надо же, когда соглашался на сотрудничество, то надеялся на какие-то преференции, а на выходе – полный ноль. И даже некая цифра со знаком минус. Какая? А время покажет. Все будет зависеть от того, сколько времени с ними проведет этот яйцеголовый.

Ирина уже успела снять каюту и скинуть Сергею номер. Сейчас это совсем не помешает. Признаться, нахождение в гидрокостюме в воде и на воздухе – это две большие разницы. Возможно, проблема чисто психологического, а не физиологического порядка, но от этого ничуть не проще, все тело ноет и зудит, требуя извлечь его на свет божий.

Девушка встретила новость о подписанном контракте с нескрываемым разочарованием. Кто бы сомневался. Правда, в отличие от Сергея, она не стала костерить коварного дознавателя СБ на все лады, а полезла в Сеть.

Сергей даже где-то немного обиделся, глядя на подобный подход. Их тут, понимаешь, беззастенчиво имеют, а она решила еще и выяснить подробности. Осознав, что полного единения с Ириной сейчас вроде как не получается, он отправился в ванную, приводить в порядок и костюм и себя. Неизменный и обязательный ритуал для всех акванавтов.

Когда же вышел, то застал девушку в задумчивости. Не растерянной, не разочарованной, не злой, а именно задумчивой. Она словно что-то прикидывала в уме, не имея возможности прийти к однозначному ответу.

– Нарыла в Сети что-то интересное? – встав посреди комнаты во всей своей нагой красе, поинтересовался Сергей.

А что, очень даже имеет право. Мало того что благодаря регенерации он избавился от лишнего веса, так еще и постоянные физические нагрузки дают о себе знать. Сейчас, глядя на свое отражение, Пошнагов должен был признать тот простой факт, что даже в годы своей молодости он не выглядел настолько эффектно.

– Можно сказать и так, – не без удовольствия рассматривая обнаженного мужчину, начала девушка. – Понимаешь, привлечение к работе с учеными экипажей «охотников» – это обычная практика. Во всяком случае, в обозримом прошлом так было всегда. Обусловлено это тем, что акванавты лучше чувствуют океан из-за своего образа жизни. Еще из материалов следует, что подобной чести всегда удостаивались только самые удачливые.

– То есть те, кто и без того нормально зарабатывал.

– Угу. Но учитывая те риски, которые имеются на Океании, заработки крепко замешены на способности выживать. А корпорация, похоже, заинтересована в том, чтобы ее ученые не погибали.

– А с чего ты взяла, что это ученые корпорации?

– Это не я взяла. Во всех материалах говорится о том, что ученые работают на корпорацию. Наверняка это так, раз уж в системе стоит флот корпорации, а империю представляет только один эсминец.

– То есть у корпорации Арика полная монополия на этот мир.

– Похоже на то.

– Ладно. А нам-то какая радость с того, что корпорация проявляет сердечную заботу о своих ученых?

– А такая. Судя по всему, ни один экипаж, имевший подобный фрахт, об этом не пожалел. Все они находятся в списке тех, кто покинул Океанию раньше положенного срока. Правда, к тому моменту, как им сваливалось на голову столь выгодное предложение, они успевали походить на «охотниках» как минимум года по два. В этом отношении мы выбиваемся из общей картины. Но, думаю, что рвать на себе волосы слишком рано.

– А благодаря чему они так резко богатели и разбирались со всеми долгами? – живо заинтересовался Сергей.

– Не знаю. Тут никакой конкретики. Может, подчистила СБ, а может, сразу рекомендовала парням не распространяться.

– Ла-а-адно. Будем надеяться, что мы не станем исключением в этом счастливом списке.

– Тебе так тут надоело?

– Хм. Как тебе сказать. В общем и целом я как-то даже привык к местным реалиям. Признаться, тут и не пахнет той мрачной картиной, которую так любили рисовать земные фантасты, в особенности кинорежиссеры. Все чисто, пристойно, светло и даже сухо, несмотря на обилие воды. Но меня убивает то простое обстоятельство, что здесь я не принадлежу самому себе. Я не могу даже поднять голову и оглянуться, потому что должен пахать, иначе не сумею расплатиться по долгам.

– А на Земле у тебя было иначе?

– Нет, не иначе. Смешно, но я стал замечать деревья, птиц и вообще дышать по-другому, только когда узнал о болезни. Раньше было как-то не до того. Но ведь я уже не на Земле. Так отчего же все должно быть по-прежнему?

– Ну что, в боулинг? – решив сменить тему разговора, подпрыгнула на кровати девушка.

– Учитывая то обстоятельство, что в походе нам недоставало только его, то, пожалуй, да, – задумчиво потерев нос, согласился Сергей.

– Э-эй, ты это на что намекаешь, – подбоченилась девушка, лукаво стрельнув в него взглядом.

– И не пытайся меня смутить. Я уже слегка перешагнул тот возраст, когда подобные намеки заставляют краснеть.

– Х-ха! Кто бы говорил. Видел бы ты выражение своего лица, когда на «Щуке» обнаружилась двуспальная кровать, – отмахнулась Ирина. – Но я вообще-то не о том, а о клубе. Вот только попробуй сказать, что мы туда не пойдем.

– Кхм. Л-ладно. Уела. Но все равно через боулинг. Я там хотя бы успею принять на грудь.

– Это обязательно, иначе я даже и не надеюсь затащить тебя на танцпол…

Н-да-а-а, веселая у них случилась пирушка, если более или менее они пришли в себя только на подходе к нужной базе. Ирина, пожалуй, и удивилась бы подобному обстоятельству, так как Сергей никогда не злоупотреблял, но в этот раз она и сама не отставала от него. Как видно, их все же накрыло, хотя и с опозданием на несколько часов. Разминуться со смертью – это не шутка.

На девяносто восьмой базе их встретил местный механик. Впрочем, ничего удивительного, так как его уже успели предупредить об их появлении. Провели полную дегазацию «Щуки», закатили на стапель и определили в сухой док.

– Ну все, уважаемые, можете быть свободны на четверо суток, – вырубив лебедку, с помощью которой выкатил судно из шлюзового бокса, произнес механик.

– Хм, господин… – Сергей вопросительно посмотрел на механика.

– Эрик. Просто Эрик, – отмахнулся пухлый розовощекий мужчина лет тридцати пяти.

– Эрик, что значит: можете быть свободны на четверо суток?

– То, что это и может означать. Помочь мне вы ничем не сможете. Руководствоваться вашими пожеланиями я не буду, так как имею четкие инструкции по компоновке и оборудованию судна. Получается, что вы будете только путаться у меня под ногами. А раз так, то валите-ка вы отсюда. И вещички не забудьте. Теперь вы здесь появитесь только тогда, когда будете забирать судно.

– Л-ладно. Скажи хотя бы, где именно ты будешь кудесничать, чтобы мы могли забрать свои вещи. Не тащить же сейчас с собой все пожитки.

Нет, за то, что что-то может пропасть, Сергей не переживал. Ничего подобного за механиками отродясь не водилось. Да и вообще, такое явление, как воровство, среди акванавтов было редкостью. Но это вовсе не значит, что механик станет заботиться о сохранности вещей. Делать ему больше нечего. Если что-то порвется или окажется испачканным, винить в этом можно только себя.

Ну и еще на «Щуке» были предприняты кое-какие меры предосторожности, призванные спасти всю электронику. Между прочим, Сергею эта предосторожность встала в круглую сумму. Поэтому не хотелось бы, чтобы кто-то что-то там наворотил.

– Приберите все с коек, потому что я их демонтирую. Остальное можете не трогать.

– К пульту управления не полезешь? – задал насущный вопрос Сергей.

– Нет. Что я там забыл? Все переделки касаются только дополнительного оборудования.

– А чем это тебе наша кровать не угодила? – возмутилась Ирина.

При этом она схлопотала ироничный взгляд Эрика, но даже не подумала смущаться. Как однажды заявила Роговцева, она уже взрослая девочка. Так что все досужие рассуждения ее интересуют мало. Проигнорировать же покушение на широкую и удобную постель она не могла.

– Кровать, говоришь? Х-хе. Вот молодцы. Да не стреляй ты в меня глазками, красавица. Правда, молодцы. Можно только радоваться, что здесь, на загривке у дьявола, есть те, кто просто живет полной жизнью. А что до… кровати… То тут ничего не поделаешь. На ее месте будет дополнительное оборудование. Поверьте старине Эрику, вы о нем не пожалеете.

– Что за оборудование? – тут же встрепенулся Сергей.

– Извини, приятель, но, как любили говаривать на Земле, без комментариев. В свое время сам все узнаешь.

Четыре дня на незнакомой базе могли бы показаться вполне познавательными и даже где-то способными разнообразить обыденность, если бы эта база, как и многие другие, в прошлом не являлась когда-то кораблем, как и «Двадцатка». Так что интерьер ничем особенным не отличался. Ну, нет царапин и дыр в привычных местах, лица другие мелькают, а в остальном – все одно и то же.

Разве только по составу местное население сильно разнилось. Здесь царил полный интернационал. Хватало всех национальностей. Кстати, англоязычные пытались и здесь общаться со всеми только на своем родном, но номер не прошел. Если на Земле все еще действует их авторитет, зарабатывавшийся в течение пары сотен лет, то здесь им никто не собирался потворствовать. Поэтому на девяносто восьмой властвовал ирианский.

Кстати, Сергей был полностью солидарен с местными обитателями. Он недолюбливал как Англию, так и Америку. Потенциальный противник, так его учили в школе, в военном училище, так оно осталось и в настоящее время.

Россия проиграла холодную войну, и НАТО сейчас старается ее всячески добить. Иное дело, что из этого ничего не получается. Русский медведь, подобно излюбленным голливудским героям, изрядно повалявшись по рингу, избитый до изнеможения, отчего-то вдруг начал подниматься и наливаться силой. И это кое-кого ой как пугает, потому как разъяренный медведь – это реально страшно.

Ну да политика Земли осталась на Земле. А здесь есть обычные люди. И если кто-то забывает о том, что отныне сам является представителем отсталой и даже варварской цивилизации, то это его трудности. Причина одобрения Сергеем культивирования ирианского была вовсе не в попрании английского, а в практической пользе изучения языка их новой родины. Во всяком случае, пока имеются все предпосылки к тому, что именно Ирианская империя и станет местом их дальнейшего обитания.

Четыре дня, отведенные механиком, пролетели довольно быстро. Сергей с Ириной решили по полной использовать короткий отпуск, столь внезапно свалившийся им на голову, ну и, как говорится, оторвались. Ну прямо как малолетки какие, у которых только и забот, что поиск новых развлечений и острых ощущений.

Но как бы им ни было хорошо, утром четвертого дня Сергей поспешил связаться с механиком. Ирина с нетерпением следила за переговорами, пристроившись на кровати. Как видно, она успела соскучиться по «Щуке», которую уже считала своим домом. Впрочем, чему тут удивляться, если основное время проводишь не на базе, а на борту субмарины.

Удивительное началось буквально с порога ремонтного бокса. Во-первых, там находился господин Ганид, что вообще ни в какие ворота. Во-вторых, едва за ними закрылась дверь, как дознаватель переслал на их почту расписки о неразглашении. В случае несоблюдения данного обстоятельства им грозили серьезные штрафные санкции.

Впрочем, нужно быть глупцом, чтобы трепаться о таком на каждом углу. Дело в том, что оборудование, установленное вместо их шикарной кровати, являлось не чем иным, как мобильными регенерационными капсулами.

Механик установил их в два яруса, как обычно помещаются койки. Не сказать, что пользоваться ими будет удобно, а если учесть еще и то обстоятельство, что они же будут и спальными местами, то настроение и вовсе становится кислым.

Что такое регенерационная капсула в условиях Океании? О-о-о, если вспомнить о том, сколько приходится выбрасывать на плановые регенерационные процедуры, то это – весьма лакомый кусочек. А уж с наличием ингредиентов на десяток процедур, так и подавно.

Словом, если нападения на охотников случаются и за куда более скромную добычу в их грузовых модулях, то о подобном куше и говорить не приходится. Дело еще и в том, что мобильные регенерационные капсулы одновременно являются и спасательными, как в космосе, так и в океане. Соответственно разгерметизация корпуса субмарины аппаратам была не страшна, поэтому и захватить их было вполне реально.

Вот и причина, по которой информации об экипажах, работавших с учеными, – кот наплакал. Просто охотники не торопились откровенничать. С одной стороны, тут играет роль забота о собственной безопасности, с другой – штраф в миллион кредитов за длинный язык – это уж совсем круто.

Одно непонятно. Чем таким экстремальным будет заниматься экипаж «Щуки», что понадобилось подобное оборудование? Что-то смертельно опасное? Вообще-то желания влезать в серьезные авантюры не было никакого. Но делать нечего. Завизировали расписки, тем более что ходу назад у них попросту не было.

– Значит, так. Слушайте меня внимательно, молодожены, – когда с формальностями было покончено, заговорил Ганид. – Обычно в конце экспедиции ученые заправляют капсулы под завязку и забивают грузовой отсек дополнительными энергетическими стержнями. Как правило, охотникам остается ингредиентов на восемь-девять процедур. Какая сумма, улавливаете?

– Кхм. Не ожидал.

– А ты думал, я тебя ограблю? Ну признайся, Сергей.

– Честно говоря, я думал, что вы хотите выместить на мне злость за то, что из-за меня дважды остались с носом.

– Угу. Было такое желание, – ухмыльнулся дознаватель. – Но ты не больно-то обольщайся. Я говорю, как правило, а это не значит, что обязательно. Бывает и такое, что эти умники уходят крайне недовольными. Так что все в твоих руках, Сергей.

– Почему только в его? – тут же вскинулась Ирина. – Этот ученый – женщина?

– Все правильно, Ирина, это женщина. Но причина того, что вы не пойдете в поход, вовсе не в том, что Сергей должен будет удовлетворять ее сексуальные потребности. Причин, почему я остановил свой выбор именно на нем, несколько. Во-первых, судно подготовлено для работы двоих акванавтов. Во-вторых, Сергей имеет опыт нахождения в закрытом пространстве с женщиной, а это, насколько я понял, не так-то просто, мужчины и женщины слишком по-разному смотрят на многие вещи. И то, что Сергей прекрасно ладит с противоположным полом, – несомненный плюс. Ну и наконец, вы уж не обижайтесь, Ирина, но он не только пилот, но еще и отвечает за ее безопасность.

– Тогда не проще ли было бы не ставить меня в известность по поводу этих капсул? – удивилась Ирина.

– Лишние вопросы. Излишняя секретность может спровоцировать охоту пиратов на «Щуку». А так… Очевидно, что один из экипажа должен остаться. Судно повел наиболее опытный и решительный. Можно ввернуть в легенду желание ирианки вкусить греховного плода с дикарем с окраины галактики.

– Господин Ганид, а для чего вообще на борту установили эти капсулы? – все же задал интересующий его вопрос Сергей.

– Ну а как же еще? Иначе каждое погружение будет проходить слишком долго, а уж с учетом декомпрессии… С помощью же капсул все становится гораздо проще. Укладываетесь в них, задаете параметры погружения, искин рассчитывает давление и состав дыхательной смеси. Пока готовится жилой отсек и судно погружается на заданную глубину, организм акванавта проходит акклиматизацию. Кстати, пилот может участвовать в управлении кораблем, акклиматизацию можно проходить как в состоянии сна, так и в полном сознании.

– Так вот как наша доблестная служба безопасности умудряется прямо с орбиты погружаться на серьезные глубины, – понимающе кивнул Сергей, обретя ответ на очередной вопрос.

– Н-да-а-а. Вообще-то если бы вы более внимательно изучили материалы, относящиеся к полевым регенерационным капсулам, то узнали бы это гораздо раньше.

– Раньше мне было без надобности. На «Щуке» есть еще какие-то переделки? – Сергей взглянул на механика.

– Да. Шлюзовая кабина, ведущая в грузовой отсек, сместилась к левому борту. Сам отсек уменьшился на три метра, – с готовностью пояснил Эрик.

– Ого. Давно мечтали сделать жилой отсек попросторнее, но куда годится такой куцый грузовой. Я теперь там разве только рыбу фатук смогу разделывать, – вскинул брови Сергей.

– Вашей спутнице потребовалась лаборатория, так что ничего не поделаешь, – развел руки в стороны Ганид.

– А как же потом с обратной переделкой? Тоже за счет корпорации?

– Можно, – с самым серьезным видом кивнул Ганид. – Но в таком случае со всем оборудованием. Или вы можете остаться резервным судном, закрепленным за научным отделом.

– Хм. Пожалуй, лучше побыть в резерве, – дернув себя за кончик носа, произнес Сергей. – Я одного не понимаю, господин Ганид, к чему вот так каждый раз возиться с субмаринами, если можно завести для этого штатные суда?

– Я сейчас открою вам страшную тайну. Вот эта переделка вашего «охотника» – сущие копейки. Даже регенерационные капсулы не так уж дороги, если вспомнить о том, что они довольно устаревшей конструкции.

– Тоже мне тайна, – хмыкнул Сергей. – Да в этом уверен каждый акванавт Океании.

– Правильно. Но есть кое-что еще. Опыт, везение, характер – их невозможно приобрести ни за какие деньги, и никакие специальные подготовки в этом не помогут. Наконец, капризная девочка-удача зачастую крепко завязана не просто на определенном человеке, но на тандеме «человек – корабль».

– Высокотехнологическое общество – и такие страшные суеверия, – не удержавшись, хмыкнул Сергей.

– Хотите сказать, что вы не суеверный?

– И суеверный, и в Бога верую, – буркнул Сергей, покосившись на Ганида. – Но мы-то еще не покорили космос в такой степени, как вы, так что для землян это нормально.

– При чем тут покорение космоса и вероисповедание? – вздернул брови Ганид.

– Ну, у нас по мере развития различных наук (а уж с выходом на орбиту Земли – точно) сильно развился атеизм, – глядя куда-то в сторону, ответил Сергей.

– Ага. А наша наука шагнула еще дальше. Верно? Так вот, Сергей, согласно систематически проводимым социологическим исследованиям, девяносто процентов населения цивилизованного космоса являются представителями тех или иных религиозных конфессий. Подозреваю, что у вас на Земле этот процент будет пониже.

– Серьезно? – не поверил Сергей.

– Ирина, ну хоть вы повлияйте на вашего неуча. Когда же он наконец возьмет себе за правило пользоваться Сетью и играть в виртуале. А то ведь совсем диким заявится во владения империи, и тогда его посадят в клетку, чтобы показывать за деньги. О-о-о, а вот и ваша начальница на следующие два месяца, – поспешил сменить тему Ганид, едва в помещении появилась еще одна девушка.

Высокая, крутобедрая и пышногрудая меднолицая красавица с правильными чертами лица. Слишком правильными. Зелеными лисьими глазками, обрамленными длинными изогнутыми ресницами. Если сюда приплюсовать еще и копну великолепных волос с фиолетовым отливом, то можно представить себе тех самых эльфиек, которых так любят расписывать в сказках для взрослых. Нет, не в тех, что сразу же лезут в голову, причем далеко не только мужикам, а в фэнтези.

Ах да. Еще немаловажная деталь. Девушка была сверстницей Ирины, которая ей явно проигрывала и на фоне инопланетной красавицы выглядела серой мышкой. Ну а что тут скажешь, весьма эффектная дамочка, да еще и в обтягивающем комбинезоне, подчеркивающем ее идеальную фигуру. Словом, изящество, красота и соблазнительные формы, хоть сразу выбрасывай белый флаг.

Поначалу Сергей даже обмер, до того сногсшибательный эффект произвела его новая спутница на целых два месяца. Однако он довольно быстро взял себя в руки. Возможно, причина крылась в том, что он никогда не крутил романов с подобными красавицами, считая, что они ему не по карману. А может, все дело в том, что ему куда ближе были простые и теплые женщины. Вот как Ирина.

Словно желая ее поддержать, Сергей взял девушку за руку, слегка пожал кисть и ободряюще улыбнулся. Правда, улыбка получилась вместе с тем еще и извиняющейся. Ему было совестно перед ней, что он хоть и мимолетно, но все же поддался чарам «эльфийки». Отчего-то мысленно он называл ее именно так.

– Приветствую вас, госпожа Алайя. Как добрались до базы? – Дознаватель встретил красавицу, демонстрируя исключительную вежливость.

– Была бы рада сказать, что хорошо, милый Ганид, но в этом случае я непременно солгала бы. – А вот Алайя была довольно фамильярна и в этот момент походила на исключительную стерву. – Эти капсулы настолько же стары, насколько и неудобны. Просто бедствие какое-то. Отчего корпорации не раскошелиться и не поставлять сюда нормальное оборудование, а не этот антиквариат?

– Поверьте, как только я займу место в совете директоров, то непременно подниму этот вопрос, – с легким поклоном заверил Алайю Ганид.

– Кхм. Насколько мне известно, ближайшие пару месяцев вам придется использовать одну из этих убогих капсул в качестве постели, – глядя на ученую, не удержался от заявления Сергей.

– Ганид, я так понимаю, это тот самый субъект, который уничтожает пиратов одной левой?

– Вы правильно понимаете, госпожа Алайя.

– Хм. Я думала, ты обладаешь куда более героической внешностью.

– Я не напрашивался на ваше общество. Если не устраиваю, можете настоять на другой кандидатуре.

– Хм. В таком случае я была бы не против заменить тебя на твою напарницу.

Н-да. Сергей, как обычно, в своем репертуаре, у него просто талант заводить знакомства. Хотя, с другой стороны, он всегда умудрялся ладить со своими клиентами, когда работал в такси, а уж с клиентками – и подавно. Но те никогда не позволяли себе вести себя по-хамски или искусно скрывали свой стервозный характер. Вернее, находились и такие, только их знакомство длилось ровно одну поездку. Вот и эта, похоже, из той же когорты.

Оно, конечно, можно стиснуть зубы, да только куда ты денешь свою натуру. А уж если предстоит длительное путешествие в стесненном пространстве, лучше бы избежать подобного общества. Мало ли чем может обернуться психологическая несовместимость.

Но и отправить с «эльфийкой» Ирину Сергей также не мог. У нее эта самая несовместимость, похоже, выражена куда более ярко. Мало того что в ее глазах сверкают молнии негодования по поводу пренебрежительного отношения со стороны ученой, так ведь есть еще и несомненное превосходство Алайи в плане внешности.

При чем тут это? Просто Сергею вспомнилась притча про одного мужчину, которого поймали амазонки. Воительницы в красках расписывали, как именно они его убьют, стремясь посеять в его сердце ужас. Он же вместо того чтобы испугаться, искренне принял все обвинения в адрес мужчин и выказал готовность умереть. Но молил только об одном: чтобы его убила самая красивая из амазонок. Стоит ли говорить, что воительницы попросту выкинули его за пределы своих земель, так и не сумев решить, кто достоин лишить его жизни.

– Боюсь, что Ирина не сможет меня заменить, – пожав плечами, возразил Сергей.

– Отчего же? – вскинула брови Алайя.

Вот же чертовка! До чего хороша. Хороша во всем: и в спеси, и в наигранном удивлении, и вообще…

– Оттого, что я являюсь единоличным владельцем «Щуки». Ирине принадлежит только грузовой модуль. Так что отказываясь от фрахта, я имел в виду то, что вам придется искать другое судно, – твердо заявил Пошнагов.

– Ганид, где ты раздобыл такую прелесть?!

– Для вас – только самое лучшее, уважаемая госпожа Алайя. – Надо же, а этот прохиндей, оказывается, может быть очень даже милым.

– Он мне определенно нравится. Механик, корабль готов? – тут же потеряв интерес к словесной перепалке, поинтересовалась ученая.

– Да, госпожа Алайя. Корабль полностью экипирован согласно вашим дополнительным указаниям, – с готовностью доложил Эрик, как видно, уже общавшийся с нею по Сети.

– Отлично. Ганид, ты закончил со своим инструктажем?

– Да, все формальности улажены.

– Замечательно. В таком случае я полагаю, тебе пора отправляться по своим делам. Дорогая, – Алайя перевела взгляд на Ирину, – я верну вам вашего кавалера буквально через пару-тройку часов, как только он закончит с подготовкой судна к походу. Сергей, ведите даму на борт.

– Кхм. Я не уверен, что это правильное решение, госпожа Алайя, – все же решил не отмалчиваться Сергей.

Уж лучше разобраться со всеми нюансами на берегу, чем потом расхлебывать в океане. Случись что – и Сергей вместо заработков получит лишь дополнительную головную боль.

– Считаете, что не сможете ужиться со стервозной особой? Или вы являетесь женоненавистником и ярым сторонником мужского шовинизма?

– Просто я считаю, что на корабле может быть только один начальник. В данном случае, госпожа Алайя, это не вы.

– Интересно. Можете обозначить свою позицию поконкретнее?

– Могу. Вы задаете направление, ставите задачу, а уж я решаю, как добиться выполнения. Иными словами, вы ученый, наниматель и пассажир. Но не более.

– Было бы странным, если бы это было иначе, – хлопая ресницами, словно куколка, ответила Алайя.

Пошнагов даже растерялся от такой резкой метаморфозы. Переход от закоренелой стервы до покладистой особы произошел столь же стремительно, сколь и естественно. Ей недоставало разве только передничка, чтобы предстать в образе милой домохозяйки. Нет, он ничуть не преувеличивает, потому что в этот момент она являла собой именно такой образ. И это несмотря на все свои стати и неземную красоту. Вот как такое возможно?!

– Вам нечего мне ответить, милый юноша? Тогда давайте не будем утомлять друг друга словесной эквилибристикой и пройдем на борт. Ганид, милочка, вы еще здесь? Странно, мне казалось, что мы уже простились.

Ну вот. Теперь она снова включила стерву, и в какой момент она перевоплотилась, уловить попросту невозможно. Ганид демонстративно, но практически бесшумно похлопал в ладоши и, отвесив ироничный поклон, направился на выход.

Ирине уход дался явно тяжелее. Ей было трудно смириться с тем простым обстоятельством, что последнее слово осталось не за ней. Вместе с тем крайне не хотелось выглядеть смешной. А еще она вдруг ощутила такой укол ревности, что едва смогла перебороть желание вцепиться Алайе в волосы.

Ну вот наконец он и на борту. Теперь можно самому увидеть все те изменения, что были внесены в планировку субмарины. Впрочем, ничего особенного. Все именно так, как и рассказывал механик.

Алайя тут же обозначила, что нижняя капсула принадлежит ей, предоставив Сергею сомнительное удовольствие пользоваться вторым ярусом и каждый раз карабкаться туда по лестнице.

Все же капсула в некотором роде – громоздкая штука с выдвижным герметичным колпаком. Для того чтобы забросить в нее свое тело, придется вспомнить о некоторых гимнастических приемах. Хорошо хоть кроме лестницы имеется еще и ручка, прикрепленная к потолку рядом с капсулой.

А вот лаборатория удивила наличием кресла для выхода в виртуал, но Сергей предпочел не выказывать излишней любознательности. В конце концов, это вотчина его пассажирки. Он вообще здесь оказался по двум причинам: первая – это все же его корабль, а потому он должен знать о нем все. Вторая – ему нужно было осмотреть грузовой отсек, а пройти в него теперь можно было только через лабораторию.

– Сергей, ты уже думал над тем, чем будешь заниматься в будущем? – вдруг поинтересовалась Алайя.

Вообще-то ему сейчас было не до разговоров. То, что он увидел за шлюзовой кабиной, его совсем не обрадовало. Грузового отсека практически не было. Во всяком случае, то, что осталось, на таковой тянуть никак не могло. К тому же изрядное пространство занимали два скутера, примостившиеся по бортам, и появившиеся дополнительные закрывающиеся стеллажи, где, судя по всему, хранились дополнительные энергетические стержни.

– Что? Ах это. Нет. Я еще не решил, чем буду заниматься, когда покину Океанию. Слишком рано загадывать. А обучающие программы стоят слишком дорого.

– А я бы на твоем месте задумалась. Кресло мне будет нужно не все время. Так что сможешь овладеть какой-нибудь специальностью. После таких экспедиций всегда есть реальный шанс не просто расплатиться по долгам, но и сделать состояние. Как, например, это было с экипажем из моей последней экспедиции.

– Последней?

– Я уже в шестой раз на Океании. Под водой в общей сложности – около полутора лет. И за бортом была достаточно долго, где-то около четверти от всего времени.

– Ясно. Признаться, несколько неожиданно. Опять же даже не думал над тем, куда отправлюсь после.

– А стоило бы. Ганид говорит, что ты дьявольски удачлив. А если он говорит, то так оно и есть. И с такими талантами ты думал просидеть на Океании достаточно долго? Смешно.

– Вообще-то насчет везения – это уж как-то очень оптимистически звучит. Не сказал бы, что могу отнести себя к удачливым.

– Серьезно? Я ознакомилась с твоей анкетой. Скажи, как много людей выживают после той болезни, что была у тебя? Я имею в виду, на Земле.

– Мало. Очень мало. Да и то не выздоравливают, а могут только отдалить неизбежный конец.

– Ты тоже отдалил, причем, по самым скромным подсчетам, на добрые восемь десятков лет. Ведь на Земле этот срок сам по себе уже считается солидным?

– Да, восемьдесят – это солидный возраст.

– И после этого ты считаешь себя несчастливым? О местных твоих похождениях я помолчу. Так что с удачей у тебя все в порядке.

– Но я мог и не заболеть. А тогда был бы рядом со своей семьей.

– А почему ты не хочешь взглянуть на это с другой стороны? Каждое несчастье подбрасывает тебя на следующий уровень и влечет за собой везение. Лично я отдала бы многое, лишь бы ты был рядом со мной. Но, к сожалению, это невозможно. И вовсе не потому, о чем подумал ты. Красивые женщины нередко глупы, это просто их выбор. К чему учиться, забивать себе голову ненужной ерундой, если все можно получить гораздо проще, благодаря одной только внешности и хорошим манерам? Наука обычно – удел синих чулков, которые подчас сами делают себя безобразными, элементарно переставая за собой следить. Я предпочитаю быть красивой и неглупой одновременно. Правда, за все в нашей жизни нужно платить. Моя плата – одиночество, несмотря на восьмидесятилетний возраст.

– Сколько?! – Сергей просто опешил, услышав эту цифру.

– Хорошо сохранилась? Не так ли? – легонько поправив правой рукой свою фиолетовую гриву, кокетливо произнесла она.

– Ах да…

– Все верно, регенерационные процедуры. Но только не те, которые проходите вы. Если бы я пользовалась такими допотопными капсулами, – Алайя махнула рукой за спину, намекая на те, что расположились в соседнем помещении, – то сейчас выглядела бы примерно твоей сверстницей, а может, и постарше. Все же организм имеет свойство изнашиваться. Но при наличии более современных регенерационных устройств можно добиться лучших результатов. К примеру, я после возвращения залягу на очередной курс. Эти капсулы меня устроят только для работы, не более.

– Хм. Госпожа Алайя…

– Да, Сергей. Говори.

– Да так. Ничего. Извините.

– Брось. Нам два месяца сидеть под толщей воды, быть может, не видя естественного света. Так что лучше обойтись без недоговоренностей.

– Просто хочу понять, какая из вас настоящая.

– Ну что же, Сергей. Та Алайя, которая вошла в ангар, – такая же настоящая, как и та, что стоит перед тобой. А вот какую из этих сущностей увидишь ты, будет зависеть целиком от тебя. С первым своим экипажем я промахнулась, всячески желая настроить взаимопонимание. Плохо от этого было всем – и им и мне. Пришлось расторгать договор. Как результат – экспедиция была сорвана, работа не завершена, парни остались без достойного заработка. Я даже настояла на демонтаже всего дополнительного оборудования.

– Но ведь с вами отправляется только один. Неужели нельзя было произвести замену?

– А как ты считаешь, в каком состоянии у меня тогда была нервная система? Да со мной тогда не смог бы сладить даже святой. Не-э-эт, с таким настроем продолжать экспедицию мне было никак нельзя. Вот после того случая я и взяла за правило сразу показывать, что я могу быть не только терпимой и покладистой, но и требовательной, и просто стервой. Это способствует тому, что мой спутник не переступает определенную грань. И кстати, то, что я тебе сейчас все объяснила, ничуть не означает, что что-то изменилось. Я по-прежнему все еще я.

– Понял. И рад, что мы выяснили все вопросы. Думаю, сработаемся.

– Не сомневаюсь в этом. Теперь слушай меня. Пополни запасы продовольствия из расчета на два полных месяца. Не надейся на удачную охоту. Будет возможность добывать пропитание – хорошо. Не будет – мы должны быть готовы к полной изоляции.

– Чтобы в океане не найти еду? Алайя, признаться, мне в это не верится.

– Ты что-нибудь слышал о Виринианской впадине?

Сергей пожал плечами, потом спохватился и сделал запрос искину. Алайя спокойно ждала некоторое время, пока он выяснял первичные сведения. Впрочем, подробных и не было. Впадина была зафиксирована из космоса, глубина – восемь тысяч метров, средняя ширина – пятьдесят километров, длина – четыреста.

– Н-да-а-а. Прямо преисподняя какая-то. На таком глубоководье и впрямь можно оказаться без охоты. И баз поблизости нет. Потому как вокруг глубины – тоже залюбуешься, от двух до четырех тысяч. Вот только не представляю, на чем я там смогу заработать? Там же одни голые скалы и ил.

– Сергей, я химик, причем в весьма широком смысле. И я здесь не в первый раз. Словом, не беспокойся, с пустыми руками ты не останешься в любом случае. А вот насколько они окажутся полными, зависит уже от тебя и твоей капризной спутницы удачи.

Глава 10. Экспедиция.

– Мм, как вкусно пахнет, – шумно втянув воздух ноздрями, с наслаждением произнесла Алайя.

– Стараюсь, моя высокочтимая госпожа, – отпустив наигранно подобострастный поклон, ответил Сергей.

– И у тебя это великолепно получается.

– Тогда прошу к столу.

Пошнагов широким жестом указал на небольшой складной столик с парой таких же стульев. Это идея Ирины. Она считала неверным пользоваться столешницей пульта управления, если можно использовать пространство, освобождавшееся при подъеме койки. И впрямь, так оказалось куда более удобно и даже где-то романтично. Роговцева порой, под настроение, устраивала праздничную сервировку.

Вообще-то удивительно, как до этого еще никто не додумался. Конструкция довольно проста, у Сергея дома был такой столик. Правда, сделан он был из деревянных реек, но композит ничем не хуже. Главное же, так куда удобнее. Правда, раньше, при откидной койке, места оставалось куда больше, чем сейчас, со стационарными капсулами, когда столик буквально полностью перекрывал проход. Ну да им не приемы устраивать, и потом, так все одно лучше, чем ютиться за пультом.

– С удовольствием. – Степенно кивнув, Алайя, воплощая в себе саму грацию, скользнула к столу и опустилась на складной стульчик.

Вот как это у нее получается?! То она восторженный ребенок, то стерва, то просто теплая женщина или вот, как сейчас, воплощенное достоинство древнейшего аристократического рода. Вроде и села на обычный складной стульчик, но проделала это так, что воображение невольно дорисовывает нечто сильно смахивающее на трон.

Сергей даже поймал себя на мысли, что невольно поддался этим чарам, и постарался подобраться. Причем произошло это сугубо по его желанию, без какого-либо давления со стороны девушки. Уж очень не хотелось ударить в грязь лицом.

Кстати, Алайя – и впрямь представительница древнего аристократического рода. Сергей поначалу даже поразился, что аристократка ударилась в науку. Но, как оказалось, в этом нет ничего удивительного. Ее предки на протяжении веков служили империи на поприще науки. И в том, что она сейчас работала на частную корпорацию, не было ничего зазорного. Ведь в итоге все шло на пользу государству.

– Вы не перестаете меня удивлять, госпожа Алайя, своими метаморфозами, – усаживаясь напротив и стараясь при этом не выглядеть увальнем, произнес Сергей.

– Ну, друг мой, ты сам время от времени начинаешь эту игру, я только любезно поддерживаю твое начинание.

– Признаться, мне просто доставляет удовольствие наблюдать за тем, как ты мгновенно преображаешься. В этот момент ты просто неотразима.

Ничего удивительного в том, что он перешел с ней на «ты», не было. Просто она в очередной раз изменилась, и сейчас перед ним сидела самая обыкновенная девушка, не лишенная самоуважения, но вместе с тем простая в обхождении. И потом, дав понять в первый день, чего можно от нее ждать, Алайя больше не «включала стерву» и сама настаивала на простом обхождении, так сказать, без чинов.

– А в другое время, значит, удовольствия никакого? – смущенно опустив глазки, словно совсем молоденькая девчушка, тихо произнесла Алайя.

– Хм. Вообще-то мы обедаем, а потом нам еще предстоит работа. Так что, если ты не против, давай обойдемся без намеков. Опять же столик не позволит расстелить коврик.

– Ну кто сказал, что нам никак не обойтись без коврика.

Она произнесла это, вновь изменившись, с придыханием, подавшись вперед и едва не наваливаясь своим неподражаемым бюстом на столик. Сергей даже нервно сглотнул. Чего греха таить, любовницей она была просто великолепной. То ли в силу возраста и опыта, то ли в силу натуры, но факт остается фактом. Не желать эту женщину было просто невозможно. И потом, он ведь не давал никаких обещаний Ирине.

Кстати, инициатором таких отношений стала именно Алайя. Правда, Сергей ничуть не сомневался в том, что это ничего не значит. Уж что-что, а приоритеты эта красавица расставлять умела. Они любовники – и она всячески подчеркивала его мужественность. Работают – и она начальница. В океане – и она идет вторым номером, неукоснительно выполняя его распоряжения.

Но порой случалось и вот так, когда ей просто хотелось пошалить. Иногда это приводило к бурным любовным утехам, а порой заканчивалось, как сейчас. Она вдруг переставала заигрывать и становилась вполне серьезной. Что ни говори, но работа для нее всегда была на первом месте.

– Сережа, не заводись. Нам и впрямь работать.

– А ты не заводи. Я не аристократ и вот так владеть собой не могу, – развел руками Пошнагов.

– Ладно. Больше не буду.

Угу. Старо предание. Не будет она, как же. Еще как будет. Правда, грех утверждать, что ему это не нравилось. Они уже больше месяца находятся в условиях полной изоляции и ограниченного пространства, притом на такой глубине, куда никогда не проникал свет. Так что разнообразие тут просто необходимо. И уж тем более когда нет никаких развлечений, даже в Сеть не выйти. Связь имеется благодаря специальному передатчику, но в Сеть сквозь такую толщу воды не пробиться.

– Слушай, Сергей, я все не перестаю удивляться тому, как ты вкусно готовишь, – отправляя в рот первый кусок мяса и слегка закатывая глазки, произнесла Алайя.

– Скажешь тоже, вкусно. Вот Ирина – та да, готовит, а я только так, чтобы с голоду не помереть.

– И все же я чрезмерно рада, что у вас на «Щуке» нет пищевого блока. Признаться, это самое страшное испытание во время экспедиции.

– Угу. Все оттого, что мужики не любят готовить, а тебе ни разу не попадался смешанный экипаж. «Щука» и раньше принадлежала одной паре, поэтому здесь и обустроен небольшой кухонный уголок, что не может меня не радовать. Признаться, есть блюда, приготовленные живыми руками, куда приятнее.

– И я полностью тебя в этом поддерживаю.

– Алайя, у тебя как с планами?

– Хочешь позаниматься?

– Ну, это целиком и полностью в твоих руках.

– Нет проблем. На сегодня виртуал мне больше не понадобится. Так что можешь пользоваться. Но, надеюсь, приготовить ужин ты не забудешь? – мило улыбнувшись, поинтересовалась начальница.

– Разумеется, нет. Но и ты обещай, что не станешь меня провоцировать и не заставишь позабыть об учебе.

– Клянусь! – торжественно положив правую руку на сердце, пообещала она.

– Лучше просто пообещай, – усомнился Сергей, видя такую торжественность.

– Ладно. Обещаю. – На этот раз она пожала плечами, изображая легкую обиду.

И как только она, при всей многогранности своей натуры, умудряется быть одним из ведущих специалистов в своей области? Нет, Сергей вовсе не сомневался в этом. Просто, на его взгляд, все ученые не от мира сего и погружены в себя.

У Пошнагова была одна парочка постоянных пассажиров. Она, нигде не работавшая, и он, ведущий хирург их города, доктор медицинских наук. Отчего-то у них не было желания иметь собственную машину, и они предпочитали пользоваться такси.

Так вот, насколько понял Сергей, мужа отличала крайняя несобранность в быту. Он даже умудрялся несколько раз сесть в машину в домашних тапочках. Жена ходила за ним, как за маленьким, все время сетуя на то, что к ее троим детям у нее есть еще и четвертый, старшенький. Но зато в больнице он преображался, становясь совершенно другим человеком.

Алайя же в этот сложившийся у него образ ученого никак не вписывалась. Она была совершенно другой. Эта женщина могла полностью погрузиться в свои исследования, а потом вдруг переключиться и предстать в самом неожиданном образе. Интересовалась вопросами, совершенно не связанными с ее основным родом деятельности. Словом, одна сплошная загадка. И в этом была ее особая прелесть.

– Алайя, я давно хотел спросить… Не то чтобы именно тебя… В общем, а как можно узнать координаты Земли? И вообще, как она у вас называется? Признаться, в Сети нет ничего похожего на ответ.

– В Сети? Дорогой, да ты не найдешь ответ на этот вопрос ни в одном навигационном сборнике.

– Не понял.

– А чего тут непонятного. Земля, она, кстати, именно под таким названием и проходит в материалах корпорации, является одной из тайн Арики. Ее координаты столь же засекречены, как и координаты Океании.

– То есть как это засекречены? – удивился Сергей, даже отложив нож и вилку.

– Да вот так. Координаты Земли известны только нескольким пилотам, которые забирают оттуда новых поселенцев для Океании. Ну и еще хранятся в секретном архиве корпорации и в центральном имперском архиве. Кстати, эти пилоты понятия не имеют, какие координаты у системы Океании. Ты ведь уже знаешь, что собой представляет навигация?

– Ну конечно. Берется определенная отправная точка, от которой и ведутся все расчеты. У каждого из государств имеется своя система координат, привязанная к своим точкам, которая может меняться по мере необходимости. Существует и международная, принятая для всех государств цивилизованного космоса. Эта остается неизменной.

– Правильно. Так вот для пилотов, прыгающих к Земле, этой отправной точкой является система Океании. Они просто больше никуда не смогут прыгнуть.

– Почему же? Ведь можно сделать прыжок куда угодно, выйти к известным мирам, а потом соотнести маршрут своих прыжков с навигационной системой…

– Угу. Если бы все было так просто. Дело в том, что ни один здравомыслящий пилот не станет прыгать наугад, если только это не исследовательское судно. Никому не хочется оказаться в открытом космосе с сухими баками.

– То есть пилоты, прыгающие к Земле, просто не могут воспользоваться другим маршрутом?

– Если они не самоубийцы, то нет.

– А как же флот корпорации?

– На всех кораблях, кроме пяти тяжелых крейсеров, основной ударной силы флота, установлены внутрисистемные прыжковые двигатели. Они просто не предназначены для дальних переходов, несмотря на всю свою грозную силу, по сути, это карманный флот, и только. И вообще, лишь у адмирала Раута имеется доступ к координатам Океании. Есть еще корабль снабжения, который осуществляет регулярные рейсы в цивилизованный космос. Но с ним не все так просто. Словом, доступ к информации строго дозирован.

– Однако координаты Океании не являются столь уж секретными, коль скоро тут имеются контрабандисты.

– Это так. Утечка произошла достаточно давно, но пока не носит серьезных масштабов. Подозреваю, что данными завладел какой-то секретный синдикат, который не желает ни с кем делиться. Впрочем, правильно делает. Пока сохраняется тайна и у него имеется лазейка, он на коне. Но если появятся конкуренты, давно сложившаяся система рухнет. А никто не готов к столь существенным потерям. Мало того, ни одно из государств цивилизованного космоса не устроит нарушение равновесия.

– Не представляю, как этому сможет помешать флот корпорации. Если вторжение будет совершено какой-либо из империй, то Арика не сможет продержаться сколь-нибудь долго, чтобы успела подойти подмога. Даже если флот будет прыгать по всей системе, как блоха, их уничтожат максимум за сутки.

– А флот Арики рассчитан вовсе не для отражения атаки со стороны другой империи. Я же говорю, сложившееся положение дел всех устраивает. И потом, на этот случай Арика подстраховалась. На планете расположено несколько десятков термоядерных зарядов. Так что при вторжении они будут активированы, и тогда вся уникальная ценность планеты превратится в пыль. А это не выгодно никому. Кстати, Арика скрупулезно следит за экологией и делает все, чтобы природный баланс соблюдался. Разве только с неким незначительным перекосом в сторону нужных видов. Как, например, с гаудинами.

– А чем так уникальна Океания?

– Смеешься? – Алайя даже вздернула брови в неприкрытом удивлении. – Арика занимает ведущее положение на фармацевтическом рынке цивилизованного космоса. Это основное направление ее деятельности. И ресурсы Океании здесь играют наиважнейшую роль. Далее, именно из ресурсов Океании получают ингредиенты для регенерационных капсул. Разумеется, дабы не нагнетать обстановку, во многих государствах налажено лицензированное производство, но сырье поступает только от Арики. Ну и какая-то часть – от контрабандистов.

– А зачем же тогда флот? Сотня кораблей – это все же не так чтобы и мало.

– Флот не сможет противостоять государству, но вполне способен урезонить пиратов. Как видишь, Арика вовсе не полагается на одну только секретность, не забывает о контрабандистах и готова к встрече с любым противником.

– Что же, спасибо, просветила по многим вопросам. Теперь кое-что стало понятно. Вот только не надо намекать на то, что я неуч и не умею пользоваться Сетью. – Сергей выставил перед собой руки в протестующем жесте.

– Не буду, – мило улыбнулась Алайя, отпивая сок из высокого стакана, – Получается, ты решил стать пилотом, чтобы найти Землю и отправиться домой? – перевела она разговор в несколько иное русло.

– Домой? Хм. Ну, навестить дом я и впрямь не отказался бы. Однако возвращаться не хочу. Мне теперь там будет слишком тесно. Коль скоро удалось вырваться в космос, то я хочу посмотреть миры. Поэтому и выбрал профессию пилота.

– А почему малые транспортники? Отчего не большие?

– Во-первых, обучение пилотированию большим транспортником стоит куда дороже, займет несколько лет и потребует получения серьезного образования. Во-вторых, мне ни за что и ни при каких обстоятельствах не заполучить такое судно в собственность. Быть же наемным работником не хочется. А вот малый транспортник мне вполне по карману. Судя по собранной мной информации, для приобретения чего-то удобоваримого я смогу уложиться в миллион кредитов.

– А почему именно транспорт? Ты можешь приобрести курьера.

– Нет, курьер мне точно будет не по карману. В смысле я конечно же смогу его купить, но не смогу содержать. А вот транспортник позволит и заработать на хлеб с маслом, и путешествовать.

– А еще попробовать найти Землю. Так ведь? Ну признайся, тебе ведь хочется там побывать?

– Конечно, хочется. Но это не является для меня самоцелью. Только так, посмотреть, убедиться, что с близкими все в порядке. Кстати, а почему координаты Земли держатся в секрете?

– Это же очевидно, – вновь пожимая плечами и отправляя в рот очередной кусок мяса, ответила Алайя.

– Вообще-то нет, – возразил Сергей, для которого ничего очевидного здесь не было. – Если координаты Земли привязаны к Океании, то, по сути, они попросту бесполезны. И к чему тогда делать из этого секрет?

– Ладно. Просвещу тебя и в этом вопросе. Но только, уж извини, посетую на то, что ты не любишь сидеть в Сети и играть в социалку.

– Во что играть?

– Мог бы и догадаться. Так называют эту игру, предназначенную для социальной адаптации выходцев из отсталых миров.

– Хм. Действительно, мог бы и догадаться.

– Вот-вот. И до остального дошел бы своим умом.

– А к чему мне все это? У меня ведь впереди было десять лет. Это сейчас значительно меньше. – Сергей все же решил показать, что он не так уж и глуп.

– Я бы сказала, что у тебя вообще не осталось времени на раскачку, ну да ты это и сам знаешь. Впрочем, мне импонирует твой подход – решать проблемы по мере их поступления. Но прими совет: ставь перед собой высокую планку и стремись к ней. Достиг, ставь следующую. Только так, все время двигаясь вперед, и никак иначе.

– Ну, отработать почти два с половиной миллиона кредитов, да еще и с процентами, – цель, вполне достойная.

– Согласна. Но ведь жизнь не стоит на месте.

– Бесполезный спор. Я тоже не стою на месте. Как видишь, я все еще на Океании, но уже готовлюсь ее покинуть. Просто все как-то уж слишком быстро происходит.

– Что же, убедил. Итак, Земля. Ваша планета весьма выгодна для корпорации Арика. Она черпает оттуда рабочий ресурс и вместе с тем…

– Мне известно и про льготы, и про то, что корпорация добывает ресурсы Океании, фактически ничего не тратя. Сомневаюсь, что цена этого «охотника» и малого космического транспорта хоть в чем-то сопоставима. Однако «Щука» стоит вдвое дороже.

– Все верно. Помимо этого сама себя Земля защитить не может. Появление в ее системе военного корабля класса эсминец смертельно опасно для землян, так как они не смогут ему ничего противопоставить. Пираты редко обладают кораблями подобного класса. Зачастую их флот состоит из обычных гражданских судов, хоть и изрядно вооруженных. Но даже такой кораблик с навешенным на него допотопным, по нашим меркам, оружием, – серьезное испытание для Земли. Несколько подобных судов смогут доить планету без какого-либо противодействия. Вряд ли их заинтересуют полезные ископаемые. Разве только углеводороды как сырье для химической промышленности. А вот люди – это совсем другое. Целый беззащитный мир, откуда можно вывозить рабов тысячами. Один небольшой корабль работорговцев может вместить до пяти сотен человек. Большой – все пятьдесят тысяч.

– Рабы? То есть не такие, как мы, контрактные, которых обкладывают долгами, а самые натуральные? – Удивлению Сергея не было предела.

– Господи, да ты когда-нибудь научишься пользоваться Сетью? – тяжко вздохнула Алайя, но потом махнула рукой и продолжила: – Наличие развитых технологий вовсе не означает, что во всех государствах цивилизованного космоса доминируют законы, исключающие рабство. Есть еще две империи, в которых оно разрешено, а работорговцы – вполне уважаемые члены общества. Имеются и колонии этих государств, где царят такие же законы.

– Ясно. – Теперь настал черед Сергея скрипеть зубами.

А что тут поделаешь, если воображение тут же нарисовало образ дочери и сына с рабскими ошейниками на шее. Вот отчего так: если ему в голову лезет какая мысль, то в первую очередь самый дурной сценарий?

– Это пережиток, и долгое время считалось, что подобное общество обречено. Но действительность оказалась такова, что обе эти империи вышли в космос практически одновременно с другими, которые более не приемлют подобного отношения к разумным.

– И что, корпорация хранит координаты Земли в секрете только из-за того, чтобы спасти землян от работорговцев?

– Во-первых, не нужно сарказма, – наставительно ткнула пальцем в его сторону Алайя. – Мы не имеем никаких обязательств перед землянами, так что и обвинять нас не за что.

– Получается, финансовая выгода?

– А вот это уже верно. Одна из причин именно экономическая. Ты даже не представляешь, насколько выгодна корпорации существующая схема и какую она приносит прибыль. Уже только из-за этого совет директоров хранил бы координаты Земли в секрете. Но есть и вторая причина. Арика заинтересована в том, чтобы около Земли не появлялись другие корабли, так как в этом случае велика опасность захвата одного из транспортов корпорации с волонтерами. Как результат – произойдет утечка информации о местоположении Океании.

– Что же, такая постановка вопроса мне понятна. Ладно, черт с ними. Ты закончила?

– Да. Спасибо, все было очень вкусно. Пойду поработаю.

Женщина сначала промокнула губы салфеткой, но потом не удержалась и совсем по-девичьи игриво потянулась, так что комбинезон обтянул ее прелести.

– Между прочим, мы договаривались, – погрозил ей пальцем Сергей.

– И что, мне теперь обрядиться в страшный балахон? – вздернула брови Алайя.

– Ты знаешь, о чем я. Не провоцируй. Собиралась работать, так иди и работай.

– Да ла-а-адно. Тоже мне, нашелся неотразимый мужчина моей мечты, – фыркнула она.

– А ты походи по рынку, поторгуйся.

Алайя уже знала этот анекдот, а потому заливисто рассмеялась. Уж больно к месту пришлось его упоминание. Сергей временами развлекал ее земным репертуаром. Особо понравившееся она даже записывала на искин.

Надо заметить, что подобной чести удостоились далеко не все рассказанные Сергеем истории. Все же большинство анекдотов основаны на чем-то особенном, присущем определенной среде или менталитету.

Взять, к примеру, анекдот про Брежнева, Косыгина и волка. Тут даже российская молодежь не вся в курсе, отчего нужно смеяться после слов о том, что волк ходит в туалет медалями. А уж инопланетянке так и вовсе нужно устраивать экскурс в историю. И так практически со всем репертуаром.

То ли сжалившись над своим подчиненным, у которого появилась возможность позаниматься в виртуале, то ли решив, что ей и самой не помешает поработать, Алайя решительно чмокнула Сергея в щеку и тут же удалилась в свою лабораторию, предоставив ему возможность разбираться с последствиями обеда.

Так уж случилось, что на Сергея легли обязанности и повара, и судомойки, и вообще он оказался мастером на все руки от скуки. Вот только самолюбие его от этого ничуть не страдало. Если он и был прислугой у госпожи Алайи, то с весьма солидным жалованьем.

Ее предположения относительно обитателей Виринианской впадины оправдались. Эти места практически полностью были заселены колонией доселе невиданных моллюсков. Их размеры просто поражали: метр в высоту, диаметр не менее двух. Они покрывали поверхность сплошным ковром с минимальным промежутком между ними.

Но больше всего впечатляло их содержимое. Разумеется, речь о жемчужинах, покоящихся внутри них. С одной стороны, перламутровая «сердцевина» моллюска была неправильной формы, а зачастую вообще представляла собой полный сюрреализм. Но с другой, у местных жемчужин ценились не форма и эстетический вид, а вес и содержание нужных веществ. Эти обладали поистине огромным весом, в среднем составлявшим около семи килограмм.

Несмотря на уникальность ресурсов планеты, далеко не вся флора и фауна представляла интерес для людей. Некоторые образцы были бесполезными с экономической точки зрения. Так, имелся ряд моллюсков, производивших жемчуг, который был совершенно не востребован.

Но с этим кладом все было в порядке. Алайя заверила, что хотя процентное содержание интересующего корпорацию ингредиента здесь меньше, чем в добываемых образцах, все же его в жемчуге такое количество, что этот товар непременно будет закуплен. Хотя цена за единицу веса, конечно, будет ниже, чем у традиционного жемчуга.

И все же, несмотря на это, перед Сергеем лежало целое состояние. А главное – и проблем со сбором никаких. Несмотря на огромные размеры, моллюски вполне нормально реагировали на шокер, разве только его приходилось разряжать полностью только на одну раковину.

Но, как говорится, голь на выдумку хитра. Пошнагов уже был готов к тому, чтобы начать сбор урожая. Он организовал переходник от одного из использованных энергетических стержней. Энергии для подачи в сеть корабля там было кот наплакал, но для работы доморощенного шокера – вполне достаточно…

Да что это за день сегодня такой! Уже третий комбинезон пачкает. Это же каким талантом нужно обладать, чтобы умудриться нахвататься грязи на субмарине, где грязи неоткуда браться по определению. Угу. Это если не готовить из полуфабрикатов на практически самой обыкновенной электрической плите. А еще, наверное, сегодня так сошлись звезды.

Нет, со стиркой никаких проблем, но не разгуливать же сейчас нагишом. Это Алайя притащила с собой целый гардероб, причем в упаковке. Нижнее белье из расчета на каждый день, верхняя одежда – раз в три дня. Лишнее подтверждение, что земляне серьезно переплачивают даже за одежду.

Кстати, благодаря его нанимательнице ему удалось выяснить, отчего женские наряды, разительно отличающиеся от робы, стоят не так уж и дорого. Оказывается, это привет от ирианских женщин, которые заказывают одежду якобы для себя, а затем спускают ее на планету.

Там разработана целая схема, которой руководство корпорации не в силах противостоять. А может, дело в том, что руководство вовсе не является однополым. Как говорится, женская солидарность в действии. Впрочем, не сказать, что Сергею и другим мужчинам это не нравилось. Очень даже наоборот.

Загрузив посуду в моющую машину, Сергей скинул с себя робу и направился к контейнеру с грязной одеждой. Вот что ему мешало заранее простирнуть? Нет же, поленился. Решил на завтра отложить, а оно вон как вышло.

Ладно, Алайю видом мужского нижнего белья не удивить, тем более она в течение нескольких часов будет занята работой и не станет отвлекаться на мелочи. Хотя по поводу его вида она конечно же пройдется. Ну да ничего, не впервой выслушивать подтрунивания, и от нее в том числе.

Однако выход нашелся сам собой. И как только он об этом забыл? Впрочем, ничего удивительного. Как только он запустил стиральную машину, сразу же направился к верхней, закрывающейся полке. Ее когда-то любезно выделила в его распоряжение сначала одна женщина, а впоследствии оставила за ним и вторая.

С этими женщинами вообще все непросто. Ирина чуть не испепелила Алайю, когда та попросила ее забрать все свои вещи, до последней пуговицы. Еще и Сергею досталось: мол, это все из-за тебя. А он при чем, если у него и выхода-то другого не было?

Ну точно, вот она, та самая герметичная композитная сумка в которую он уложил комбинезон, когда однажды возвращался с базы на свою ферму. Так уж сложилось, что одежда несколько месяцев пролежала мертвым грузом.

Сначала Сергей не успел использовать комбинезон на ферме, потому что нагрянули пираты. Потом на Пошнагова было совершено нападение, и Ирина на радостях, что все обошлось, заказала сразу несколько комплектов одежды. Вещи-то свои с фермы он забрал, да только за ненадобностью забросил сумку на полку. Не выбрасывать же практически новую вещь?

И вот наконец настал момент, когда дело дошло и до этого комбинезона. Ого. А вот и привет из прошлого Ирины. Да не нужен он ему сто лет, и никто тут за него преследовать не станет, вот и забыл за ненадобностью. Сергей покрутил в руках пакет с белым порошком, бросил его на свое пилотское кресло и извлек одежду.

Хм… А говорили, что ткань немнущаяся. Это, наверное, оттого, что ее обычно не держат месяцами в сложенном состоянии. Подобного обращения никакая ткань не выдержит. Ну да ладно, ему тут не перед кем красоваться. Избежит насмешек – и ладно. А что касается складок, так и что с того, не его вина, что автомат выдает некачественную ткань. И вообще, быть в мятой одежде – это совсем не одно и то же, что и голым.

– Что это ты затеял переодевания? – послышался голос Алайи.

Проникнув в жилой отсек, она тут же направилась к автомату напитков. Странно, у нее же в лаборатории есть такой же. Она вообще не мыслила, как можно работать без сагнолла. Этот напиток у ирианцев был сродни земному кофе, в том смысле, что занимал его нишу, но при этом с кофе не имел ничего общего. Разве только тонизирующий эффект. Многие земляне ностальгировали по кофе, а вот Сергею больше нравился местный напиток, и запах более приятный, и вкус несравним.

– А что с автоматом в лаборатории? – удивился Пошнагов действиям Алайи.

– Ты его зарядить забыл.

– Извини. Сейчас все поправлю.

– Так что ты тут за переодевания устроил?

– Да так. Испачкался, пока возился с посудой.

– Это тебе месть от твоей подруги. Я видела, как она забрала кухонный фартук.

– Это не мне месть, а тебе. Никакая женщина не потерпит, чтобы другая пользовалась ее вещами.

– Трудно возразить. Но неужели она думала, что я буду стоять у плиты?

– Ну, у женщины это в крови. Помню, моя дочурка, от горшка два вершка, а туда же, на кухню лезет маме помогать. Оторвой была страшной, мальчишки плакали. Но как только исполнилось тринадцать, осознанно обосновалась на кухне и завела записи с рецептами.

– Скучаешь по семье?

– А ты как думаешь?

– Я никак не думаю, потому что у меня никогда не было детей, – буркнула Алайя, впервые за все время их знакомства выглядя смущенной.

– Не любишь эти вечно верещащие комочки?

– Не люблю, когда лезут не в свое дело, – припечатала женщина, устремив на Сергея строгий взгляд. – А это что у тебя? – явно переводя разговор в другое русло, поинтересовалась женщина, кивнув на кресло, где лежал пакетик с кокаином.

– Наркотики. С Земли еще, – отмахнулся Сергей, не желая вдаваться в подробности.

– Ого. Интересно. А ну-ка, ну-ка, дай взглянуть.

– Ты с ума-то не сходи. Мы на такой глубине, что лучше лишний раз не рисковать. Кто его знает, какая будет реакция?

– Если ты не забыл, то я химик, причем не самый худший.

– Я вовсе не хотел…

– Я знаю, что ты не хотел. И как его принимают?

– Вдыхают небольшое количество через нос.

– И каковы ощущения?

– Это не мое. В смысле я никогда раньше не принимал наркотики, поэтому не могу сказать точно. Но, наверное, что-то вроде эйфории.

– Ну, милый мой, эдак можно охарактеризовать любые наркотики. И что ты собираешься делать с этой дурью?

– Выбросить. Давно хотел, да только забыл про них.

– Мне отдашь?

– Алайя, это наркотики. Проблем у тебя не будет?

– А кто станет проверять? И потом, я порой балуюсь дурью с разных планет, разные ощущения. Это интересно и познавательно. Ну так как? Я могу и купить.

– Да брось ты. Хочешь – забирай. Хотя…

– Ты этого не одобряешь. Так?

– Так.

– Не переживай. В моем случае это действительно только с познавательной точки зрения. Я ученый и в тот момент, когда перестану проявлять любопытство, перестану существовать как специалист.

Алайя подбросила в руке пакетик с порошком, кивнула Сергею и, резко обернувшись, упорхнула в лабораторию, не забыв при этом кружку с исходящим паром сагноллом. Господи, ну девчонка девчонкой, вот кто скажет, что этой ветренице всего-то восемьдесят с хвостиком.

Разобравшись со всеми делами, Сергей направился в лабораторию. Алайя никак не отреагировала на его появление, с головой погрузившись в работу. Он же, в свою очередь, совершенно не собирался ее отвлекать. Стараясь не шуметь, зарядил аппарат, а затем расположился в кресле. Настроил искин, водрузил себе на голову шлем и погрузился в виртуал.

Каждый день минимум шесть часов Сергей занимался в виртуале. Если получалось больше – хорошо. А вот меньше он старался не допускать ни при каких раскладах. В случае необходимости он без раздумий отрывал время от сна. Все указывало на то, что он отбудет с Океании уже через пару месяцев, да и то если только они опоздают к отбытию транспорта, ежемесячно доставлявшего грузы в цивилизованный космос. Так что времени у него не так чтобы и много.

Когда Алайя предложила ему подумать о будущей профессии, Сергей сначала усомнился в ее словах. Все же обучающие программы, если это не общеобразовательный курс, весьма дороги. И чем выше специализация, тем дороже обучение.

К примеру, обучение вождению катера и малого транспорта не требовало никаких особых знаний. Необходимо было только изучить систему управления и получить минимум по навигации. Ввиду малого радиуса эти суда перемещались только по известным, имеющим развитую инфраструктуру маршрутам. То есть по уже давно проторенным путям.

А вот для управления судами посерьезнее требовалась уже более вдумчивая подготовка в течение нескольких лет. Начинать нужно было с общеобразовательной программы, которую, при полном отсутствии лени, можно было пройти экстерном за год. А потом еще и летное училище, куда брали далеко не каждого, даже на платные отделения. Обучение в училище длится два года, и тут уж никаких экстернов, все согласно учебному плану. И кстати, никакой гарантии, что тебя не срежут и не отправят, так сказать, поднимать народное хозяйство.

Словом, разница весьма ощутима. Ну и наконец, он не был бы себе хозяином, а полностью зависел бы от нанимателя. Сергей же не был готов к этому. Еще с того момента, как он уволился из армии, он решил, что отныне будет работать только на себя, и никак иначе. Ну и просто глупо терять несколько лет, тогда как получить лицензию на маломерные суда можно максимум за четыре месяца.

Таймер сработал примерно минут десять назад, но Сергей не торопился. Он специально выставлял оповещение с запасом, чтобы не обрывать обучающий процесс. А так – спокойно прошел очередную миссию, завел транспортник в ангар и вышел из игры.

Кстати, сегодня ему впервые удалось выполнить все задания без ошибок, и это радовало особо. С каждой десятой миссией объем предполетной подготовки увеличивался. Усложнялся и процесс взлета, управления, навигации. Словом, от простого к сложному. А еще ни одна миссия не обходилась без каких-либо неисправностей.

Но Сергея ничуть не напрягали постоянные трудности. Ему было интересно. Все же молодцы инопланетяне. Они не просто свели процесс обучения к играм, но еще и сделали их красочными и интересными. Персонажи этих программ обладали своими характерами, а любые, даже самые занудные цифры подавались в игровой форме, и ты сам не замечал, как прорабатывал с ними несколько квестов, невольно усваивая и впечатывая в свою память.

Этот метод довольно давно известен и на Земле, только не имеет распространения. Каждый охотник желает знать, где сидит фазан. Кто не помнит эту поговорку? А сколько людей без нее не просто запомнили бы цвета спектра, но еще и их очередность? То-то и оно.

Отключив аппаратуру и стараясь не шуметь, Сергей вышел из лаборатории. Алайя, может, и обладала живой и игривой натурой, но когда она работала, то лучше было ее не отвлекать. И вообще, не стоит дергать человека, если он занят. Любое дело требует особого настроя и внимания. Тот, кто думает иначе, просто не способен ничего сделать качественно.

– Сергей, не хотелось бы тебя разочаровывать, но нам пора возвращаться на базу, – усаживаясь за стол, задумчиво произнесла Алайя.

– Что-то случилось?

– Да, случилось.

– Наша находка – пустышка? – с явным разочарованием предположил Сергей.

– Что? А, нет. Не пустышка. Настолько не пустышка, что я предполагаю… В этой походной лаборатории я не могу сделать полный анализ, но похоже, что эти моллюски послужат новым толчком в фармакологии, если не прорывом.

– Это значит, что их жемчужины не окажутся дешевыми?

– Дешевыми? Да если я права и второй основной ингредиент вступит во взаимодействие должным образом, то они куда более ценны, чем известные образцы.

– И когда ты хочешь отбывать?

– Хорошо бы уже сегодня. Образцов у меня более чем достаточно. Мне нужно как можно быстрее добраться до настоящей лаборатории. Но все же, наверное, завтра утром будет в самый раз.

– И скоро будет результат?

– Смеешься? Ни о каком результате не может быть и речи. Сначала работа с ингредиентами. Затем – проработка в виртуале. Испытания на животных. Тестирование на добровольцах. И только потом можно будет говорить о чем-то более конкретном.

– То есть несколько лет?

– Ну, я так думаю, что не меньше двух. У меня ведь только ощущения, догадки, интуиция. А наука любит точность, расчет, факты.

– Алайя, я понимаю, что ты стремишься отбыть, чтобы продолжить работу. Но…

– Сергей, ты за кого меня принимаешь? Ты думаешь, я позабыла о том, что именно является заработком акванавтов? У тебя достаточно времени. Только знай меру, не забивай грузовой отсек жемчугом под самый потолок.

– Почему?

– Потому что, по сути, это новый ресурс. Пока непонятно, как можно использовать его наиболее эффективно. Так что его добычу налаживать никто не станет. У тебя могут принять опытную партию, коль скоро мы нашли жемчуг в исследовательской экспедиции. Но на большее не рассчитывай.

– А мне казалось…

– Тебе правильно казалось. И ты и твоя подруга полностью рассчитаетесь по долгам и даже сможете увезти с собой солидную сумму. Но если ты думал заработать на этом огромное состояние, то ошибся.

– Да в общем-то грех жаловаться. У нас на двоих долгов наберется больше четырех миллионов. Задержимся немного здесь, подкопим еще кое-что. В конце концов, даже если и год, ведь это не десять в самом-то деле.

– Хочешь совет? – с самым серьезным видом спросила Алайя.

– Давай.

– Вы закроете долги, и кое-что у вас окажется сверху. У тебя есть «Щука», у Ирины – грузовой модуль. Там, в освоенном пространстве, это очень большие деньги. Так что не испытывай судьбу, которая столь благосклонна к тебе, и при первой возможности убирайся отсюда. Сколько еще продлится эта счастливая полоса, никто не знает. Быть может, ты уже выбрал весь свой лимит. Не дразни судьбу.

– Жадность порождает бедность.

– Как ты сказал?

– Да это не я. Там, где я жил прежде, бытовала такая поговорка. Означает, что нужно уметь вовремя остановиться.

– Жадность порождает бедность. Хм. Точнее и не скажешь. Получается, что ты все знаешь.

– И сколько мне будет позволено принять на борт этих самых жемчужин?

– Собери три десятка. Уверена, что этого будет более чем достаточно. С запасом.

Сергей прикинул в уме возможные барыши. Не забыл учесть процентное содержание основного ингредиента, представляющего ценность на сегодняшний день. Взял минимально возможную цену. Да, Алайя права, этого будет вполне достаточно для полного расчета с корпорацией. И с тем, что не следует дразнить судьбу и отправляться искать удачу в другое место, он тоже был согласен.

Если все сложится как надо, то они с Ириной рискуют стать самыми настоящими рекордсменами по минимальности срока пребывания на планете. Алайя правильно все поняла. Пусть Сергей и не хранил девушке верность в плане секса, уж что такое дружба и чего она стоит, он знал точно.

Что же, похоже, для них забрезжил свет в окошке. Да что свет! На дворе вовсю уже встает заря нового дня. Это же насколько им должно не повезти, чтобы все пошло прахом?

Глава 11. Игры фортуны.

День, ночь… Эти понятия здесь неактуальны. Почему? Да потому что здесь никогда не было света. Нет, когда-то он конечно же был, не сразу ведь вся планета ушла под воду. Вот только в то время здесь не было жизни или она только зарождалась. Но, как бы то ни было, вот эти валуны не видели света уже тысячи, а скорее миллионы лет. Пока и сюда не забрался человек.

Сергей поднес электроды к очередной раковине. Подал энергию. Разряд. Раковина послушно раскрылась. Правда, сделала это, в отличие от более мелких собратьев, обитающих на мелководье, медлительно и вальяжно.

Впрочем, ничего удивительного. Сергей даже не брался предположить, сколько может весить одна вот такая толстая створка моллюска.

Наконец створка поднялась достаточно, чтобы можно было извлечь огромную жемчужину, больше напоминающую самый настоящий булыжник. Теперь нужно действовать без промедления. Хозяин этой драгоценности довольно быстро приходит в себя после шока. Если он прихлопнет руку Сергея, то кости раздробит качественно. А еще акванавту ни за что не избавиться от подобного захвата самостоятельно.

Жемчужина перекочевала из мягкого чрева моллюска в садок. Это уже четвертая. Пора возвращаться на «Щуку». Нет никакого смысла, чтобы чрезмерно перегружаться. Доступ в грузовой отсек свободный, через откинутый пандус. Отходить далеко от субмарины нет никакой нужды. А потому четыре – это вполне оптимальное число.

Тут ведь еще какое дело. Обычно его всегда прикрывала Ирина, отслеживая окружающую обстановку. Алайя же в настоящий момент беззастенчиво спала, предоставив это время в распоряжение Сергея для сбора добычи. Оно бы и ничего, так как он уже давно избавился от боязни темноты, а скорее, даже непроглядного мрака. Но это вовсе не значит, что он не опасался того, кто может оттуда явиться.

Разумеется, бортовой искин отслеживает ситуацию и в случае чего прикроет Пошнагова. Но ему уже доводилось наблюдать, как машина не справлялась со своими обязанностями. Именно вследствие подобного сбоя и погиб прежний экипаж «Щуки».

Так что он предпочитал не отходить далеко. Благо моллюсков вокруг хватало, и даже с избытком. Выискивать наиболее выдающиеся образцы он не собирался хотя бы по той причине, что вряд ли ему заплатят больше некоей планки. Кстати, Алайя недвусмысленно дала ему это понять. Ну а раз так, то и бог с ними, соберет то, до чего сможет дотянуться. Опять же так куда спокойнее.

Еще одна ходка, и можно будет присоединиться к спутнице. В смысле отправляться на боковую. Сергей вовсе не собирался давать себе слабину, а потому предпочел сначала закончить запланированное занятие в виртуале, а для сбора добычи использовать время сна. Подумаешь, поспит на пару часов меньше. Ничего страшного.

Все случилось слишком неожиданно и стремительно. Он даже сообразить ничего толком не успел. Вот только что он извлекал очередную жемчужину, а в следующее мгновение на нем сомкнулись чьи-то челюсти, усыпанные множеством острых и загнутых вовнутрь зубов.

Откуда такие подробности? Так ведь он их воочию наблюдает, эти зубы, в свете головного и плечевых фонарей. А нет, уже не наблюдает. Теперь он видит лишь какую-то сморщенную розоватую субстанцию. Нет, не сморщенную. По мере того как его проталкивают в этот странный мешок, стенки распрямляются и начинают натягиваться.

А вот теперь он, пожалуй, полностью в этом своеобразном мешке. Спеленатый, словно путами, не в состоянии пошевелить даже пальцем, скрученный в рогалик, будто эмбрион. От невозможности пошевелиться им начала овладевать самая натуральная паника. В голове – никаких мыслей, лишь всеобъемлющий ужас.

Фонари продолжают исправно светить, представляя взору натянутую стенку желудка, покрытую коротким ворсом. С этих ворсинок словно что-то стекает, причем довольно обильно, растворяясь в воде мутными разводами. Это что же, его начали переваривать?!

От вида вот этих стенок желудка его едва не вырвало, что для акванавта крайне нежелательно и даже смертельно опасно. Пожалуй, именно благодаря подкатившему тошнотворному кому он и пришел в себя. Во всяком случае, начали появляться конструктивные мысли. И первая – закрыть глаза и начать глубоко дышать, насколько это вообще возможно в данной позе.

Сергей постарался максимально расслабиться и не думать о том, что не имеет возможности пошевелиться. Регенератор работает исправно даже в этих экстремальных условиях. Поначалу наметился кое-какой сбой с подачей дыхательной смеси, возможно, он и усугубил панику. Но сейчас система уже подстроилась под новую среду и извлекает воздух из других ингредиентов. Он чистый, без каких-либо запахов, и это не может не радовать. Правда, из-за скрюченной позы дышать несколько трудно, но с этим можно смириться.

Несмотря на пугающую обстановку, Сергею все же удалось взять себя в руки и осмыслить все произошедшее. Именно благодаря этому он сумел воссоздать всю картину в целом, а еще произвести первичную инвентаризацию.

Итак, несмотря на то, что заглотившая его тварь обладала вполне серьезными зубами, костюм и композитные пластины выдержали. Сергей чувствовал, что ему несколько досталось, и без гематом тут явно не обойдется, но все же ничего страшного не произошло. Главное, что не нарушена герметичность костюма и нет сломанных костей.

А вот дальше хорошее заканчивается. Вода Океании сама по себе разъедает гидрокостюм, а вместе с желудочным соком этой твари (знать бы еще какой) справится со своей задачей куда как быстрее. Так что времени у него немного. К тому же нельзя исключать то простое обстоятельство, что кое-где все же имеются поверхностные повреждения костюма.

Сергей отключил фонарь, чтобы не лицезреть стенки желудка, и всмотрелся в монитор на забрале шлема, куда начал вызывать нужную информацию, благо искин не пострадал. Итак, повреждений костюма не наблюдается, и, судя по расчетам, он сможет сопротивляться этой среде еще целые сутки. Хм. Вообще-то всего лишь сутки. Ну и кислота в желудке у этого монстра. Но куда хуже то, что фильтры регенератора, кстати, практически новые, выработают свой ресурс уже через пару часов.

Вдобавок ко всему, эта тварь и не думает отдыхать в укромном уголке, переваривая свою добычу. Судя по показаниям сканера, она неизменно отдаляется от «Щуки», хотя Сергей и не может определить направление. Но не субмарина же сейчас движется в самом-то деле.

Учитывая то что он будет принимать маяк судна на расстоянии до пяти километров, времени у него совсем мало. Он просто не сможет самостоятельно подняться с такой глубины. Без регенерационной капсулы это просто невозможно.

Спокойно. Только без паники. Это самое худшее, что может сейчас случиться. Начни он дергаться – и все, ничего нельзя будет сделать. А тогда – верный конец.

– Алексей, отслеживай курс.

– Принял. Курс отслеживаю.

– Какова вероятность, что мы сможем найти «Щуку», если выйдем за пределы действия ее маяка?

– Учитывая отсутствие данных о течении, невозможность определить контрольные ориентиры и постоянную смену нашего курса – на расстоянии в шесть тысяч вероятность восемьдесят процентов, на расстоянии семь тысяч – уже пятьдесят…

– Понял, – не стал выслушивать полный доклад Сергей, – отслеживай ситуацию.

– Выполняется.

Итак, что он имеет. У него за спиной находится штурмовой игольник. Бесполезно, он слишком массивный и его никак не извлечь, даже если получится дотянуться (это вполне возможно – правая рука как раз согнута в локте и прижата к шлему). По этой же причине не воспользоваться игольником, находящимся на правом бедре. Стенки желудка вполне эластичные, но в ответ на малейшее движение начинают сжиматься еще сильнее.

Остается нож. Судя по ощущениям, его рукоять сейчас где-то поблизости от левой руки. Задачка также не из простых, но зато это – вполне реальный шанс.

Добраться до рукояти удалось посредством невероятных усилий. На каждое движение желудок отвечал неизменным сжатием, и приходилось на некоторое время замирать, чтобы он опять самую малость расслабился. А вот с тем, чтобы извлечь лезвие наружу, пришлось повозиться. Да что там повозиться, выдержать самое настоящее сражение.

Однако как бы трудно это ни было, Сергею все же удалось добиться своего. Правда, при этом он не просто взмок, а еще и умудрился пережечь чертову уйму дыхательной смеси. Это вызвало не только потемнение в глазах, бог с ним, Сергей все равно не включал свет. Главное, лимит работы фильтров регенератора резко сократился до полутора часов.

И все же это была победа. Теперь перевести дух, а заодно дать твари успокоиться. Сильна, зараза. Ну да кто бы сомневался. В ней, наверное, длины метра четыре, если не больше, и по весу она превосходит человека раз эдак в несколько. Так что тут впору удивляться тому, что у него хоть что-то получилось.

Теперь развернуть кисть. Опять медленно, постоянно пережидая очередные сокращения мышц монстра. А вот теперь, когда с направлением вроде как угадал… Сергей резко подал руку вперед, вкладывая в это движение все свои силы. Лезвие дотянулось до стенки желудка, и острие уперлось в нее.

Продолжая давить, Пошнагов сумел продвинуть его еще на какое-то расстояние. Остро отточенное лезвие без труда слегка взрезало плоть. Не нравится! Болевые ощущения явно пришлись монстру не по вкусу, и давление желудка несколько ослабло. Одновременно с этим Сергей почувствовал под собой твердую поверхность и то, что чудовище начало ворочаться.

Не иначе как хочет уложить свою добычу поудобнее. А вот не угадала, дорогуша! Едва почувствовав, что получил хоть какую-то свободу действий, Сергей сразу же попытался сделать надрез. И ему это удалось. Монстр начал метаться, вот только это уже было бесполезно, потому что нужно знать, кто самое опасное существо во вселенной!

Глубоководная тварь решила использовать свой последний шанс и напрягла свой желудок, вкладывая в это всю силу. Если получится, то она задушит все еще живую жертву. А может, это была всего лишь судорога, реакция на боль.

Керамическое лезвие без труда вошло в плоть по самую рукоять. Потом, подчиняясь легким движениям, начало взрезать плоть. Рука получала все больше свободы, а Сергею становилось легче дышать. Наконец желудок буквально лопнул, и акванавт вывалился наружу.

Пошнагов уже успел продумать свои действия, а потому, едва оказавшись на свободе, включил головной и плечевые фонари, одновременно выхватывая штурмовой игольник. Конечно, хотелось бы проделать это быстрее, но тут уж ничего не поделаешь. Долгие тренировки в воде дали свои результаты, однако вода вносит свои коррективы даже для самых быстрых.

А вот об океанских обитателях этого не скажешь. Конечно, его противнику пришлось описать круг, чтобы вновь напасть на столь своенравную добычу, но проделал он это довольно быстро. Так что Сергей едва успел взять прицел и нажать на спуск. Приклад привычно легко лягнул плечо, и поток игл устремился к неожиданно верткой и подвижной цели.

В какой-то момент Сергей даже запаниковал, не в состоянии попасть в своего противника. Но в конце концов ему все же улыбнулась удача. Сергей начал осматриваться по сторонам в поисках монстра, едва не пообедавшего им.

Сзади, метрах в двадцати, виден огромный мутный шар взбаламученного ила. Ага. Похоже, именно там его и валяли, стараясь расположить поудобнее, когда он начал колоть ножом. Может, именно там и прячется это чертово чудище? Одна сплошная непроглядная муть.

Хм. Сканер показывает девственную чистоту. В смысле там конечно же имеются какие-то мелкие обитатели, но сканер, подчиняясь введенным параметрам, ясное дело, их не замечает. Итак, ничего крупного. А как насчет поменьше? Тоже никого. Что же, ничего удивительного, хотя бы потому, что чем глубже, тем меньше обитателей. Природа всегда и во всем выдерживает баланс.

Тогда, получается, на него напала вот эта рыбина?! Нет, конечно, когда она раззявила свою пасть, то это очень даже впечатлило, и Сергей в нее вроде даже мог пролезть, а уж если она помогает такими зубками, то и подавно. Вот только рыбка эта в длину никак не больше метра и вообще не отличается особенно героическими пропорциями.

Что же, похоже, других кандидатов на роль монстра нет. Тогда остается убедиться в том, что у него не галлюцинации. Сергей приблизился к рыбе, прицелился и сделал одиночный выстрел в голову. Кто его знает, может, эта тварь еще живая. Рыбина даже не дернулась. Сергей перезарядился и принялся изучать своего недавнего противника.

Разгадка не заставила себя долго ждать. Если коротко, то получалось, что нижняя челюсть хищника вроде как не соединена с верхней, из-за чего и открывается так широко. Ребра у рыбы отсутствовали, а сморщенное в настоящий момент брюхо способно было растягиваться, принимая в себя чуть ли не вчетверо большую добычу, чем сама тварь. В подтверждение того, что это не бред, Сергей даже нашел место откуда он буквально прорезался на свободу.

Вот такая замечательная рыбка. Ничего удивительного в том, что ее прозевали оба искина, бортовой и персональный. Конечно, в океане хватало хищников небольших размеров, но до сих пор считалось, что никто из них на людей не нападает. Разве что кроме пираний. Но они представляли опасность только когда шли косяком.

Косяк же неизменно обнаруживался искином, о чем следовало предупреждение. А уж что там, пираньи или какая другая рыбка, акванавту предстояло выяснять самостоятельно. Вообще-то люди предпочитали не заморачиваться на эту тему и уходить в сторону от скопления рыб. Гидрокостюм, конечно, прочная штука, но, как говорится, если долго мучиться, что-нибудь получится. Вот пираньи и не останавливаются, пока не добьются результатов.

Да даже косяк самой обычной рыбы представляет собой опасность, потому как притягивает к себе крупных хищников. Устанет какая-нибудь акула гоняться за верткой добычей, приметит неповоротливого акванавта и перенацелится. Так что в любом случае обнаружение искином рыбьего косяка было для акванавта сигналом убираться в сторону подобру-поздорову.

Удовлетворив свое любопытство и перенастроив искин на возможную опасность от хищников со скромными размерами, Сергей задался вопросом, что делать. Нет, конечно же вопрос глупый, нужно плыть к «Щуке», но вот где она находится? Если верить искину, то субмарина где-то в десятке километров к юго-западу.

Однако здесь имеется подводное течение. Судя по давлению, Сергей сейчас находился метров на пятьдесят ниже того уровня к которому адаптировался его организм. При чем тут глубина? Да так, одна маленькая деталь, во всяких там расщелинах или ущельях течение отчего-то многократно усиливается. Искин же вел отсчет по счислению от маяка «Щуки». Причем с момента потери контакта с ним производил вычисления, основываясь на среднепотолочных данных. То есть Алексей взял за основу ту скорость, которая имелась у рыбины в момент обрыва связи с маяком.

К тому же, чувствуя дискомфорт, рыбина несколько раз меняла направление движения. И вообще, эта тварь никак не желала двигаться каким-нибудь определенным курсом. Впрочем, чего ожидать от бродяги без кола и двора.

– Алексей, каковы шансы добраться до «Щуки»?

– Двадцать шесть процентов.

Коротко и лаконично. Впрочем, учитывая высказанные им ранее предположения, Сергей ожидал куда более худшего. Хм. Куда хуже-то. Двадцать шесть процентов – это даже не тридцать.

– Каково состояние гидрокостюма? Коротко и без процентов.

– Костюм продержится еще триста часов, фильтры – десять, энергии – на двадцать часов непрерывного движения с крейсерской скоростью.

– Л-ладно, это куда лучше, чем было в брюхе у рыбки. Но все равно как-то маловато. Кисло, одним словом.

– Не понял вопрос.

– Я говорю, выводи курсор в направлении на «Щуку». Во-о-от так. Отлично. Ну что, «Он сказал: «Поехали», – и махнул рукой».

На этот раз искин предпочел промолчать. Все же, что ни говори, а эти гаджеты были настолько приспособлены к обучению, что постепенно учились даже определять настроение хозяина. Чудны дела твои, господи, электроника, способная распознавать чувства. Пусть и не все.

Постепенно поднимаясь до адаптированной глубины, Сергей двинулся в направлении, указываемом зеленым курсором, туда, где по идее должна находиться субмарина. Очень удобно. Еще бы и данные были бы не среднепотолочными.

Дело в том, что курсор указывал только направление и не был ориентирован на конкретную точку. А значит, Сергей вполне может двигаться определенным курсом, одновременно сносимый течением. В его ситуации это просто неизбежно.

Оставалось только молиться и надеяться, что течение здесь все же не такое сильное, и соответственно его снесло на незначительное расстояние. Ему бы хоть краешком зацепиться за зону, покрываемую маяком. Хотя бы на секундочку, на мгновение.

Стоп! Что это было? Вот сейчас. Никакой ошибки. Это сигнал. Что-то слишком уж рано. Но, с другой стороны, кто его знает, как мог себя повести Алексей в таких условиях работы и без каких-либо ориентиров.

Сергей начал описывать круг, пытаясь нащупать мелькнувший сигнал маяка. Это случилось уже через минуту. Потом он двинулся в его сторону. С каждой секундой сигнал прерывался все реже и становился более уверенным, пока, наконец, не стал постоянным.

Пошнагов взглянул на таймер. До момента, когда Алайя проснется, еще целых четыре часа. Нормально. Успеет к ее пробуждению. Вот она удивится его похождениям, а главное, снимкам агрессора-недомерка. А что, поверить в то, что эта рыбка может заглотить человека целиком, не так уж и просто…

Н-да-а… Это явно не «Щука». И вообще, у маяка практически сдохло питание, коль скоро сигнал настолько слабый, что теряется уже через пару-тройку сотен метров. Вот только Сергею от этого ничуть не проще.

Нет, с одной стороны, вроде как есть неплохой шанс получить право на миллионную премию. С другой, с возможностью воспользоваться этим самым шансом как-то не очень. Потому что сначала нужно найти «Щуку», чтоб ей опрокинуться через левое бедро три раза кряду.

Отчего такие противоречивые мысли? Есть и другие. Только они в основе своей матерные. Потому как когда голодный вместо краюхи хлеба находит мешок золота, то иным мыслям в его голове просто не место.

Примерно через пять минут Сергей приблизился к тому объекту, который издавал уловленный искином Пошнагова сигнал. Абсолютно стандартный сигнал, а потому принятый им за его «Щуку».

Вот только на поверку субмарина оказалась не чем иным, как осколком малого универсального транспорта. Такие суда способны перемещаться как в открытом космосе, так и в атмосфере, и в водной толще. Именно такой и собирался приобрести Сергей по отбытии с Океании. И именно на таком его и его спутников вывезли с Земли.

Вообще-то от корабля мало что осталось, так, всего лишь довольно крупный фрагмент обшивки носовой части. Вряд ли у Сергея получилось бы идентифицировать погибшее судно, но тут опять-таки помогла случайность. Дело в том, что, собираясь приобрести именно такую модель, он и обучение в виртуале проходил на ней же, а как следствие, был хорошо знаком с обводами корпуса.

Обнаружился и источник подачи сигнала. На Земле такие модули называют черными ящиками, здесь – аварийный искин. Он наполовину погрузился в ил вместе с куском обшивки, но извлечь его не составило труда. Все благодаря особой конструкции крепления, с одной стороны, довольно надежной, с другой – позволяющей с легкостью отсоединить модуль.

Когда Сергей согласился работать на СБ, он проштудировал все сведения, связанные с контрабандистами. Вообще-то их было немного. Было известно, что таковые имеются, что они поддерживают пиратов. Имелись предположения, что некоторые из пиратов постоянно проживают на тайной базе контрабандистов, эдакой Тортуге Океании.

А еще было упоминание об одном-единственном корабле контрабандистов, который был обнаружен и сбит. Случилось это три года назад. Его атаковали в верхних слоях атмосферы. Имеются свидетельства очевидцев. Вот только от него мало что осталось: при разгерметизации внутри все начисто сгорело.

Если это был корабль контрабандистов, то вот в таких аварийных модулях, которых на борту даже такого малыша – шесть штук, должны находиться сведения о координатах их базы. И соответственно СБ должна была их накрыть. Если бы это было так, стала бы корпорация скрывать подобный факт? Как бы не так, они раструбили бы о своей победе на весь свет, чтобы другим неповадно было.

Тогда получается: температура была такой силы, что контейнеры, выполненные из сверхпрочных сплавов, не выдержали этого напора. Может, кристаллы памяти и уцелели, но поди найди их на глубине в семь тысяч метров, да еще и с вырубленными маяками. Но одному из модулей явно повезло, и вроде как повезло Сергею. Если он доставит «черный ящик» Ганиду, премия в миллион кредитов ему обеспечена.

А может, даже и больше. Нет, точно больше. Он ведь не просто предоставит сведения о местоположении подводной базы, но еще и сдаст маршрут, по которому осуществляется контрабанда. А эта ниточка, если за нее грамотно потянуть, может привести в самое логово, туда, откуда растут ноги. Остается самая малость – найти «Щуку».

Примерно через час он уловил сигнал маяка. Вот только непонятно, «Щука» это или нет. Обычный стандартный сигнал, как и тот, что в аварийном искине, который сейчас у него в руках. Если выберется из этой переделки, обязательно озаботится об изменении сигнала, так, чтобы сразу знать, что это его субмарина.

Это желание у него появилось вовсе не на пустом месте. Сначала аварийный искин, теперь вот опять какой-то маяк. По идее он должен был обнаружить «Щуку» на юго-западе, а сейчас сигнал звучал с северо-востока, то есть с диаметрально противоположного направления.

Искин, исходя из имеющихся данных, выдавал вероятность обнаружения «Щуки» в пределах всего лишь половины процента. Даже то, что на подобной глубине может оказаться другое судно, Алексеем оценивалось в десять процентов. Возможно, это другая исследовательская партия.

Единственное, в чем Пошнагов был убежден, так это в том, что это точно не база пиратов. Та просто не могла располагаться глубже тысячи метров. Пираты не имели регенерационных капсул, которые бы способствовали быстрым акклиматизации и декомпрессии, а потому и постоянно нырять на подобные глубины не могли.

И все же вот так открыто ломиться к неизвестному судну не дело. Сначала не помешает осмотреться, выяснить, кто там находится. А вдруг все же пираты. Правда, он даже не представлял, каким образом они могли оказаться на такой глубине. Но ведь были еще и контрабандисты.

Этим-то ничего не стоит опуститься на такую глубину. К тому же сначала редко, по одному, а потом все чаще начали попадаться гигантские моллюски, и по мере продвижения вглубь колонии экземпляры становились все крупнее.

Если учесть, какой массы здесь жемчужины, контрабандистам был прямой смысл заняться этим лично или привлечь акванавтов из землян, которые решили переселиться на пиратскую базу, не желая быть контрактными рабами корпорации. Во всяком случае, об этом ходили упорные слухи.

Словом, все было за то, чтобы особо не отсвечивать и подкрасться к объекту как можно незаметнее. Дальше придется действовать по обстановке. Если понадобится, то вступать в бой и захватывать судно.

Как он определит, кто именно перед ним – враг или такие же исследователи, как они с Алайей, – Сергей понятия не имел. Но и выхода другого не видел. Положение просто отчаянное. Либо он что-то предпримет, либо гарантированно умрет уже через несколько часов, так как фильтры выйдут из строя.

Прибор ночного видения позволяет рассмотреть обстановку всего-то метров на тридцать, и это куда более совершенная модель, чем была у него раньше. Корабль, подающий сигнал, скрыт во мраке. Ничего удивительного. Его «Щука» так же прячется в темноте, чтобы не привлекать хищников. Бог весть, как у них устроены глаза и что они видят в кромешной мгле, но на свет реагируют однозначно, как на добычу.

Кто знает, может, если бы Сергей при работе пользовался прибором ночного видения, то этот недомерок и не напал бы на него. Правда, не пользоваться светом Пошнагов не мог. Слишком много нюансов, чтобы действовать, наблюдая неясную картинку, что дает ПНВ. Альтернативой рыбке могли оказаться закрывшиеся как капкан створки моллюска.

До источника сигнала – порядка четырех сотен метров. Сергей отложил в сторону найденный аварийный искин. Этого расстояния вполне хватит, чтобы его не обнаружили на неизвестном судне. Теперь поудобнее перехватить штурмовой игольник – и вперед, тишком, бочком, без шума и пыли.

Конечно, можно запросить искин субмарины с помощью Алексея. Но что будет, если эти ребята настроены самым что ни на есть враждебным образом? В таком случае выжить у Сергея нет никаких шансов. И это даже при условии, что они просто запрутся в своей скорлупке.

Полчаса Сергей крался между огромными раковинами, пытаясь ни в коем случае не попасть под сканеры неизвестной субмарины. Он даже старался лишний раз не поднимать головы и не пользовался двигателями, передвигаясь по грунту. Так сказать, от греха подальше. Правда, ничего не мог поделать с излучением от работающей регенерационной системы. Оставалось надеяться на то, что оно незначительно.

Ага, вот в его поле зрения наконец показался корабль. Такой же «охотник», как и его «Щука». Значит, или другие исследователи, или… А кто здесь еще может быть? Пираты? Даже не смешно. Стоимость регенерационной капсулы в условиях Океании Сергей не брался даже представить. Как минимум она должна была соответствовать стоимости самого судна.

С другой стороны, контрабандисты могли обеспечить пиратов необходимым оборудованием для сбора крупного жемчуга. Ну и зачем им в таком случае спасать Сергея, тут уж, скорее, они бросятся искать «Щуку», чтобы добраться и до Алайи. Чем позже корпорация узнает об этом Клондайке, тем им лучше.

Эт-то ещ-ще что такое! Сергей опустил взгляд вниз. Потом вновь посмотрел в сторону «охотника» и включил свет. Вода чистейшая, разве только возле Сергея вьется легкая взвесь, а потому видимость отличная, насколько это вообще возможно в этих условиях.

На него, словно весело подмигивая, смотрела надпись, сделанная стилизованной кириллицей. «Щука». Ну и как такое возможно? Как эта красавица могла оказаться здесь? Как он мог подойти к ней с северо-востока, если именно в этом направлении его и унес этот клятый недомерок?

Но тем не менее это был его «охотник». Под ногами, как лишнее подтверждение, лежал садок с собранными им же гигантскими жемчужинами. А рядом валялся шокер его собственной конструкции. Вот если бы он в момент атаки держал это ноу-хау в руках, клятому недомерку не удалось бы так просто с ним справиться.

Нет, Пошнагов конечно же испугался бы, даже и говорить нечего. Но зато точно со страху нажал бы на спуск. Минимум оглушил бы эту заразу, а дальше разобрался бы, не отходя от кассы. Однако в этот момент он укладывал в садок очередную жемчужину. Хм. Вообще-то грех жаловаться. Потому что если бы не это, то не было бы и столь драгоценной находки.

Придя к выводу: все, что ни делается, делается к лучшему, Сергей развернулся и направился за аварийным искином. За своей нечаянной добычей, которая едва не стоила ему жизни. А ведь по всему получается, что удача начинает выставлять ему все более солидные счета. Правда, и награда по-настоящему царская.

Выйдя из шлюзовой кабины в лабораторию, Сергей невольно посмотрел на таймер. Алайя будет спать еще целых полтора часа. Сам он уснуть после всех этих приключений не сможет, что и неудивительно. Во всяком случае, пока адреналин в его крови не разложится, на отдых нечего и рассчитывать.

Ну и чем заняться? Обучением в виртуале? Конечно, как вариант это можно рассмотреть. Но только как вариант. На самом деле его как магнитом манило к кристаллу памяти аварийного искина. Ведь это был ключ не просто к расчету по всем долгам, но и к очень крупному кушу.

Вскрыть корпус не составило труда, на любом «охотнике» имеется хотя бы минимальный комплект инструментов. Мало ли что может случиться? Будучи в открытом океане, аварийку не вызовешь. Как и ожидалось, кристалл был стандартный и без труда поместился в приемник кресла виртуала.

Охохошеньки. Вот это он попал. Премия? Э-э-э нет, тут бы голову сберечь. Если хоть кто-нибудь узнает о том, что он это видел, то ему не жить. Однозначно и бесповоротно. Интересно, а Ганид об этом знает? Вряд ли. К чему его-то посвящать. Используют втемную. И вообще, чем меньше людей об этом знают, тем лучше.

Отчего такие страхи и страсти? А догадаться сложно? Пра-а-авильно. Это надо же, как его угораздило. Начав просматривать содержимое памяти кристалла, Сергей выяснил много чего интересного.

Ну, во-первых, это действительно был контрабандист, вот только его никто не сбивал. В смысле никто из разумных. Просто стечение обстоятельств и крайняя степень невезения пилота. Когда он был уже в верхних слоях атмосферы, в корабль угодил небольшой метеорит. Система предупреждения, из-за прохождения этих самых слоев, сработала слишком поздно. Бортовой искин успел катапультировать пилотский отсек, а вот что касается корабля, то ему не повезло.

Как видно, скрыть этот факт не получилось. А может, нужно было вещественное доказательство существования контрабандистов. Как бы то ни было, но этот случай предали огласке. Сергей даже допускал, что остальные аварийные искины погибли или попросту не были обнаружены. Это ведь даже не иголку в стоге сена искать, а нечто еще более невообразимое, даже несмотря на наличие маяков.

На кристалле имелись точные координаты местоположения подводной базы контрабандистов. Сергей оказался прав в своих предположениях, она располагалась на глубине примерно в пятьсот метров, куда субмарина могла нырнуть без труда. Наверное, переход осуществлялся через специальные шлюзы, а внутри базы удерживалось привычное для людей давление глубины в шестьдесят метров. Во всяком случае, этих сведений на кристалле не было. Только координаты базы.

Также там содержались данные относительно маршрута, которым пользовались контрабандисты. Малый транспорт в автономном режиме способен совершить максимум три прыжка с дальностью в одну систему. После этого запас топлива иссякнет – свертывание пространства требует значительной энергии. Прибавить сюда повышенный расход из-за использования мощных маскировочных полей… Да тут даже на два прыжка может решиться только самоубийца.

Но этого контрабандистам и не требовалось. Сделав один прыжок, корабль прибывал к станции дозаправки и пополнял запас топлива. Далее процесс несколько ускорялся. Отчего-то контрабандисты прекращали пользоваться маскировкой и совершали по два прыжка. Так, с дозаправками, они добирались до цивилизованного космоса.

Тут нужно было разбираться самым детальным образом. Ведь перед ним были только координаты, без каких-либо навигационных карт. Имелись, конечно, карты в его обучающей программе, но, несмотря на свою реальность, помочь они не могли. Просто на них обозначены лишь несколько систем Ирианской империи, чего для обучения было более чем достаточно. Единственное, что понял Сергей, так это то, что от Океании даже до границы фронтира нужно было преодолеть тридцать систем. Весьма солидное расстояние, если не сказать больше.

Итак, во-первых, находка несла с собой надежду на получение крупной премии, а во-вторых, пугала до колик. Дело в том, что на кристалле имелись сведения и о другом маршруте, и он вел на Землю. Кстати, она действительно находилась всего лишь в соседней системе. Одной полной заправки с запасом хватало на два прыжка туда и обратно, на посадку и взлет, а также маневрирование.

Вот только контрабандисту незачем летать на Землю. Работорговля – это совсем другой бизнес. Да и не принесет он столько барышей, как контрабанда ресурсов Океании. А значит, нет никаких контрабандистов. В смысле они есть, вот только в их роли выступает корпорация.

Зачем им это? А ради выгоды. Разумеется, они имеют какие-то льготы и послабления в налоговом бремени. И, как утверждают многие, это весьма солидная сумма. Но кто сказал, что корпорация откажется от дополнительного заработка? Наоборот, эти дельцы постараются нажиться на всем, на чем только возможно. К примеру, получают прибыль с землян.

Так отчего же не обойти имперских надсмотрщиков и самим не организовать контрабандистскую организацию, которая станет попутно качать ресурсы планеты? Без фанатизма, чтобы не нарушить экологический баланс. В любом случае значительные барыши обеспечены. Опять же со сбытом никаких проблем, ведь лицензионное производство осуществляется практически во всех цивилизованных государствах. А кто откажется от контрабандных и, как следствие, более дешевых ингредиентов.

Отчего корпорация использует одни и те же корабли? А так проще. Коли уж пилотам доверяют маршрут до цивилизованного космоса, то до Земли – сам бог велел. Опять же если вдруг что-то случится с маскировкой или еще каким-то образом контрабандист будет обнаружен, то он без труда выдаст себя за… да за самого себя и выдаст, всего-то.

Вот только непонятно, отчего на этих кораблях имелись рабочие аварийные искины. Зачем так рисковать? Да какая, собственно, ему разница. Тут голова должна болеть о другом. Для него эти сведения отозвались похоронным звоном. Кто он такой, чтобы от него не то чтобы откупаться, но и просто с ним о чем-то договариваться? Кто станет верить его клятвенным заверениям о том, что он никогда и ни за что.

Нет, конечно же они могут, к примеру, взять его на работу. Почему бы и нет, коль скоро он стал носителем столь ценной информации. Опять же и специальность выбрал нужную. Разумеется, если ему в очередной раз повезет.

Но все дело в том, что он этого не хочет. Нет у него желания работать на большого дядю, и все тут. И потом, Алайя права, если он еще не выработал свой лимит везения на Океании, то этот предел уже близко. Вот, казалось бы, невероятная удача – и гибели избежал, и сумел раздобыть солидный приз. А на поверку вышла пустышка. Да еще, возможно, опасность от нее исходит куда более сильная, чем от самой обозленной тортилы.

Сергей посмотрел на хронометр, быстренько подчистил оперативку виртуала, так, чтобы не сохранилось никакого упоминания о просмотре информации с кристалла. Хорошо все же, что он слишком торопился, а потому предпочел не скачивать информацию, а работать прямо со съемного носителя. Нет, конечно же если начнут копаться вдумчиво и целенаправленно, то, может, что-то такое найдут. Вот только для этого нужно иметь хотя бы мало-мальский повод, которого, как надеялся Сергей, у СБ не будет.

Хорошо бы переодеть костюм. Все же его запас прочности не внушает оптимизма. Опять же искин способен сделать лишь общий анализ, а ведь могут быть и маленькие повреждения. К примеру, зуб этого проклятого недомерка сумел надколоть материал костюма, и кожу человека от агрессивной среды отделяет лишь тонкая преграда, которая вот-вот сдастся.

Но ничего не поделаешь, придется рисковать. У него конечно же имеется новый комплект. Рассчитывая провести столь долгий срок в изоляции, они не могли не позаботиться о запасных костюмах. Но как потом объясняться с Алайей, если она вдруг проснется. Да и времени осталось всего-то ничего. Так что нужно спешить.

Оказавшись в грузовом отсеке и опустив пандус, Сергей оседлал один из скутеров. Помянув добрым словом и механика и того, кто заказывал дополнительное снаряжение для экспедиции. В частности, Алайю. Он бы еще и скаут с собой захватил, да его расположить негде.

Буквально десять минут – и он оказался за пределами колонии моллюсков. Еще немного. Нормально. Теперь закопать поглубже в ил корпус аварийного искина, который с момента вскрытия перестал подавать сигнал. И все, назад на субмарину.

Сергеем владело дикое желание похоронить там же и кристалл, но он все же не решился этого сделать. Из-за его несносного характера у него и без того не так уж много близких людей, поэтому те, кто есть, ему особенно дороги. Он просто не мог вот так запросто отказаться от возможности повидать свою семью, от которой его сейчас отделяют несколько световых лет.

Разумеется, осуществить это очень трудно. Никакой малый транспорт, даже с дополнительными баками и трюмом, забитым топливом, не сможет преодолеть расстояние от границ освоенного космоса до Земли. До родной планеты даже от последнего форпоста цивилизации очень далеко, тридцать систем. А такой корабль может прыгнуть только на три. Банально не хватит запаса топлива, даже в один конец. Но все же это далеко не невозможно. Необходимо только хорошенько постараться и приобрести нечто более внушительное. А вот если отказаться от информации, записанной на кристалле, тогда уже надежды никакой…

До пробуждения Алайи Сергей успел подчистить все, до чего только мог дотянуться. Теперь если не прибегать к детальной, на уровне экспертов, проверке, не удастся ничего установить.

Сейчас картина выглядела так, словно он отсутствовал, а затем вернулся, побитый и изжеванный, как непроваренный кусок мяса. Рыбка не подарок и страха понагнала основательно, но все же прокусить костюм ни в одном месте не смогла. Но зато синяков понаставила от души.

Глава 12. Сколько может стоить здоровье.

Он открыл глаза, разом вынырнув из оздоровительного сна. А как это еще можно назвать? Именно что оздоровительный сон, потому что в регенерационной капсуле ты просто спишь, пока оборудование и восстанавливающие ингредиенты делают свое дело. Взгляд на данные, проецируемые на прозрачный колпак капсулы. Порядок. Максимум, возможный на Океании, получен.

Алайя говорила о том, что эти капсулы являются уже древностью, будучи представителями второго поколения. Первые вообще отличались просто несуразными габаритами и гораздо меньшей эффективностью. Сегодняшние образцы, уже шестого поколения, умещаются в таком же компактном корпусе, что и второго, вот только куда более эффективны. Яркий тому пример – сама Алайя.

Дело в том, что в работе этих капсул половина результата зависит от регенерационных компонентов, а вот вторая – от электроники и программного обеспечения. Так было в самом начале, такое положение дел сохраняется и по сегодняшний день. Компоненты улучшаются в ходе беспрестанной работы химиков и биологов. Программное и электронное обеспечение также не стоит на месте.

– Ирина, ты проснулась? – сдвинув колпак к ногам, поинтересовался Сергей.

– Да, уже проснулась, – послышался сверху голос девушки.

Узнав о том, что Алайя спала на нижнем ярусе, Ирина тут же заявила, что она устроится на верхнем. И это невзирая на неудобства, связанные с подъемом туда. Сергей вынужден был только пожать плечами и отвести взгляд в сторону.

А что ему еще оставалось делать? Доказывать девушке, что она самая-самая? Так правда заключается в том, что он действительно так думает и уже не раз ей об этом говорил. Но ведь и обязательств у него перед ней никаких не было. Они оба совершенно свободны и являются просто друзьями. Ну, довольно близкими друзьями.

Чувства вины перед Ириной у него не было. Правда, присутствовало другое. Ну не любил он ощущать себя дураком. А тут… Не понять одной простой истины, что он для Ирины уже давно не просто друг… В принципе она ему тоже небезразлична, но тут, пожалуй, он уже все проморгал. Спать они, возможно, еще будут, а вот о большем можно и не мечтать. Во всяком случае, пока в девушке не угаснет обида.

– Слушай, Сергей, а мы не торопимся? Ну к чему нам сейчас проходить курс? Прошли бы попозже, перед самым отбытием, – спрыгивая сверху, произнесла Ирина.

Про отбытие Ирина заговорила очень даже не зря. Алайя оказалась права или сдержала обещание, не суть. Главное, что жемчужины у них приняли в лучшем виде, и теперь он и Ирина перед корпорацией были абсолютно чисты.

Плюсом к этому у них на счетах осела некая сумма. Ирина стала обладательницей двухсот тысяч, Сергей – четырехсот. Девушка только пожала плечами, заявив, что все по-честному и вообще с его стороны это несравненная щедрость, так как все это стало возможно только благодаря его усилиям. Плюсом к ее сумме послужила продажа грузового модуля.

Девушка со счетом в полмиллиона кредитов. Для освоенного космоса – это весьма солидная сумма, и Ирина является прямо-таки завидной невестой. Этих средств вполне достаточно, чтобы открыть какое-нибудь свое дело. Не крупную компанию, но на хлеб с маслом хватит.

Правда, на ее фоне Сергей выглядел куда как солиднее. К четыремстам тысячам стоило прибавить как минимум два миллиона за его «Щуку». Какая-то сумма, но явно не убийственная, неизбежно уйдет на приобретение лицензии пилота маломерных судов. Оставшихся денег вполне достанет на то, чтобы приобрести корабль, причем далеко не самый худший.

Однако пока они не могли покинуть Океанию. Во-первых, транспорт курсировал только раз в месяц. Во-вторых, они все еще числились за научным отделом корпорации ввиду продолжавшегося действия контракта. Правда, они были приписаны конкретно к Алайе, а та, в свою очередь, заявила, что Сергей может поступать по своему усмотрению, о чем имелся соответствующий документ, ею же завизированный.

– Ирина, не говори глупости, – также выбираясь из капсулы, возразил Сергей. – Я не собираюсь продавать «Щуку» в последний момент по бросовой цене. Объявление я уже выложил в Сеть, так что жду клиента. А капсулы принадлежат корпорации, и продавать их мне никто не позволит. Тянуть время, чтобы сэкономить в одном и потерять в другом, причем куда больше, просто глупо.

– И что, уже есть клиенты?

– А ты как думала? Чуть не десяток. Но это так, пена.

– В смысле?

– Судя по торгу, это просто перекупщики. Может, механики, а может, кто-то из тех, кто и на Земле занимался перепродажей подержанных автомобилей. Если ты не в курсе, то у нас в России это целое направление бизнеса, со своими неписаными правилами, традициями и понятиями. Так что ничего удивительного в том, что такие парни нашлись и здесь.

– Понятно. Ну что, с регенераций покончили, пора заняться делом.

– Может, в боулинг?

– Нет, я в класс. В боулинг вечером.

– Ясно. Слушай, я никогда не интересовался… А что ты изучаешь? Какую специальность выбрала?

– Я хочу стать навигатором. У этих представителей цивилизованного космоса есть одно неоспоримое преимущество перед землянами. Они все долгожители. Поэтому совсем не обязательно начинать карьеру в двадцать, чтобы к среднему возрасту успеть добиться хоть чего-нибудь. Даже если я начну сейчас, то имею все шансы достичь больших высот.

– Трудно с тобой спорить. Но ведь это серьезное направление. С кондачка получить такую специальность не получится. И вообще, нужно начинать с самых азов.

– А ты думаешь, я только в социалку играла? Если хочешь знать, я за это время экстерном прошла весь среднеобразовательный курс. И сейчас занимаюсь, чтобы получше подготовиться к вступительным экзаменам в высшую навигационную школу.

– Ого. А там, глядишь, и академия?

– Не сразу. Для академии нужно будет еще отработать в поле лет десять, никак не меньше. За это время суметь себя зарекомендовать должным образом. И только потом попытать счастье в академии.

– Серьезные перспективы. Потребуют усидчивости, собранности и целеустремленности, но на выходе можно получить джек-пот.

– Я к этому готова, поверь. Одну жизнь я уже растратила понапрасну, второй раз такого не будет.

Сергей внимательно посмотрел на девушку. А ведь и впрямь, второй раз она не станет пускать свою жизнь на ветер. Кстати, это в некоторой степени объясняет и ее столь бурную реакцию на отношения Сергея и Алайи. Скорее всего, девушка зацепилась за этот повод, чтобы разорвать свою привязанность к Пошнагову и освободить тем самым себе руки.

Семья и карьера несовместимы, а уж для женщины – матери и хранительницы домашнего очага – и подавно. Сергею часто доводилось сталкиваться с женщинами, достигшими определенных высот в бизнесе или карьере, и зачастую они были несчастливы.

Одни оставались в одиночестве и в лучшем случае успевали запрыгнуть в последний вагон, родив ребенка для себя. Другие лишались мужей, так как успешная женщина просто не может не доминировать и дома, а этому всегда и при любых условиях будет противиться любая мужская натура. Даже в самой распоследней тряпке и размазне есть мужское начало, которое требует своей реализации. Некоторые мужчины уходят просто в никуда. Другие находят новых подруг, которые видят в них не няньку и домохозяйку, а защиту и опору.

Вряд ли Ирина этого не понимает. Оттого и решила воспользоваться моментом и избавиться от своей привязанности. Это он погорячился, когда предположил, что между ними еще могут быть хоть какие-то отношения. Не пойдет она на это. Испугается, что даст слабину, и тогда плакала цель ее новой жизни.

Вообще-то глупость. Нет ничего важнее семьи. И если ты не гений, способный осчастливить человечество необыкновенными открытиями, то от тебя ничего не останется, кроме твоих потомков. Сергей всегда придерживался именно этой точки зрения и никогда не рассматривал свою жизнь с другой позиции.

Конечно, с такой продолжительностью жизни, которую имели люди развитого космоса, о потомках можно было подумать и позже. Например, для Алайи в ее восемьдесят с хвостиком и сейчас обзавестись мужем и детьми нет никаких проблем. И, казалось бы, для этого есть все предпосылки: карьера в порядке, в материальном плане никаких трудностей, положение в научной среде имеется.

Но есть другая проблема. Алайя уже не может остановиться. Она поглощена своей работой, попросту не мыслит себя без нее. Сергей помнил, какая у нее была реакция, когда он заговорил с ней о детях. Но даже отдавая себе отчет в необходимости обзавестись детьми, чувствуя в этом потребность, Алайя откладывала это на потом, полагая, что у нее еще достаточно времени.

Ошибка. Все нужно делать в свое время. Не зря же народная мудрость гласит: никогда не откладывай на завтра то, что можно сделать сегодня. Все поговорки рождены с потом и кровью, а потому полны мудрости многих поколений. Отложишь раз, отложишь и второй. Окажешься пленником ощущений, будто пишешь черновик и еще успеешь переписать набело. А потом придет осознание того, что жизнь уже прожита и ничего нельзя изменить.

И это может случиться, даже если тебе отмерено два века. Казалось бы, целая уйма времени. Но его-то, как правило, и не хватает. Всегда найдется то, чего ты не успел, о чем забыл или то, что отложил на потом.

Вот и Ирина угодила в эту самую ловушку. А может, у нее-то как раз все сложится по-другому. Негативный опыт у нее есть. Уж кому-кому, а ей известно, как благодаря минутной слабости, глупости и одному-единственному необдуманному поступку можно потерять целую жизнь.

– Я тебя понял, Ирина. Если боулинг отменяется, не вижу смысла тащиться в класс. У нас же есть свой виртуал. У тебя кристалл с собой?

– Да.

– Тогда устраивайся и изучай.

– А ты? Кресло-то у нас одно.

– Да мне все равно нужно идти. Эрик, механик местный, о чем-то хотел со мной поговорить. Почему-то по Сети не может. Тайны какие-то разводит.

– А собирался в боулинг, – с язвинкой произнесла девушка.

– Ну, это же он хотел со мной поговорить, а не я с ним. Так что ты занимайся, а я пойду разузнаю, что там ему понадобилось.

– Ладно. Тогда я пошла.

– Давай. Но вечером играем.

– Разумеется. Я ведь не фанатка, чтобы сидеть в виртуале, пока мозги не закипят.

Эрик нашелся у себя в мастерской. Хотя механик и предлагал встретиться в любом удобном для Сергея месте, тот решил не отвлекать человека от работы, а потому направился к нему сам. В принципе правильно сделал. Это он теперь вольный ветер. Рассчитался по всем долгам и может себе позволить небольшой отпуск. А вот Эрик к таковым не относился.

– Я видел в Сети объявление о продаже «Щуки», – тут же взял быка за рога механик, едва собеседники устроились в его конторке и вооружились исходящими паром кружками с сагноллом.

– Лишний разговор. – Сергей даже покачал головой, показывая, насколько он лишний. – Я отдам «Щуку» перекупщикам только в самом крайнем случае. Так что извини. Кстати, мог бы об этом и по Сети поинтересоваться.

– Угу. Я так и понял, поэтому и не собираюсь говорить с тобой на эту тему. Во всяком случае, пока. Тут другое. Раз уж ты собрался продавать «охотника», значит, полностью расплатился и скоро отбываешь.

– Глупо было бы предположить другое.

– А как будет с регенерационными капсулами?

– Да как с ними будет? Демонтируют. Вот ты, скорее всего, и демонтируешь.

– Я или кто иной, не суть. Главное то, что как только это случится, то их тут же заберут на склад корпорации, а компоненты утилизируют. Глупо было бы не использовать их ресурс.

– Ну, мы с Ириной прошли курс регенерации. А дальше… Погоди-погоди, ты хочешь пройти курс?

– Ну, у меня по плану через пару месяцев, не вижу причин отказать себе в этом, а также в возможности подзаработать.

– А поподробнее?

– Для того и просил о встрече. Скажем так, я готов заплатить за курс вдвое меньше номинала. И тебе хорошо, и мне выгода.

– Ясно. Экономия, причем ощутимая, даже с учетом того, что процедуру пройдешь раньше срока. Но ведь ты говорил что-то о заработке.

– Правильно мыслишь. Так вот, я организую тебе клиентов по такой же цене на других базах.

– Ты головой не ударился? – Сергей демонстративно поднялся, чтобы уйти.

– Погоди, Сергей.

– Да не о чем разговаривать. Я подписку о неразглашении давал, если нарушу – кранты, навесят такой штраф, что небо с овчинку покажется.

– Да погоди же, говорю тебе.

– Не волнуйся, что касается тебя, без проблем. Заплатишь, пройдешь процедуру. Хотя ты в любом случае пройдешь ее, когда я поставлю «охотника» к тебе на демонтаж.

– Не пройду. Не будет у меня на это времени. За каждый просроченный час с меня спросится по всей строгости. Но ведь ты можешь демонтировать капсулы на любой базе. Понимаешь?

– То есть все механики дают подписки о неразглашении?

– Наконец-то начал соображать. Такое, чтобы охотники отбывали с Океании сразу после завершения экспедиции, не так уж и часто случается. В основном капсулы позволяют им серьезно сэкономить на курсах регенерации. В твоем случае такой солидной экономии не предвидится, зато ты можешь заработать реальные кредиты, хотя и в два раза меньше от номинала.

– Уже интересно. Дальше.

– У механиков есть свой закрытый форум, где мы общаемся без посторонних. Я могу сделать горячий запрос на потребность в регенерации. Парни ответят уже в течение часа. После этого останется только прикинуть маршрут и определиться со счастливцами. Конечно, придется покататься, ведь далеко не у всех подошел срок. У тебя, кстати, заправки на сколько процедур еще хватит?

– На четырнадцать.

– Н-да. Многовато. Даже не знаю, найдутся ли в пределах досягаемости нуждающиеся в процедурах.

– Ну а если, в зависимости от сроков, поиграть с ценой? Пусть и не такой большой заработок, но все же.

– Хм. А это идея. Тогда и запрос нужно будет сделать по уму. Я этим займусь. Минимум миллион поднимешь.

– И какой процент тебе?

– По две тысячи за каждого клиента.

– И с каждого из клиентов ты также поимеешь. Так?

– Вот что за дурная привычка считать чужие деньги, – даже не стараясь скрыть своего возмущения, всплеснул руками Эрик.

– Ладно, не ворчи. Договорились, – дружелюбно толкнув механика в плечо, успокоил его Сергей.

– Тогда я сегодня пробью парней и свяжусь с тобой.

Внезапно открывшаяся возможность обогащения Сергею пришлась явно по душе. У него появились перспективы стать куда более состоятельным человеком, чем он предполагал. Ирина наотрез отказалась от своей доли в этом предприятии. Как отказалась и от прогулки по океану, предпочитая оставаться на базе в безопасности. Мало ли что может случиться, по закону подлости, в последний момент.

Впрочем, Сергей и не настаивал на получении ею своей доли. Предложил ради приличия, не более. В конце концов, он и без того сделал для нее достаточно много. Нет, он вовсе не собирался вычеркивать ее из списка друзей. Еще чего не хватало. Мало того, попроси она его о безвозмездном одолжении, он пошел бы на это без колебаний.

Но девушка, как видно, так же дорожила его дружбой, несмотря на наметившийся в их отношениях холод. А потому даже не помышляла о каких-либо финансовых вопросах. К тому же она прекрасно помнила, скольким обязана ему.

Хотя… Хорошо, Сергей вытащил ее из долговой ямы на несколько лет раньше, чем это получилось бы у нее самой. Но в то же время благодаря ей он вообще остался жив. Так что понятие взаиморасчетов в их ситуации довольно скользкое и размытое. Именно поэтому Сергей и был готов платить, а Ирина считала, что уже и без того многим обязана ему.

Словом, вся прибыль от этого предприятия должна была пойти ему в карман. Он увидел в этом подарок судьбы, компенсацию за упущенную премию по поводу базы контрабандистов. Правда, теперь он знал, кто именно стоит за этим незаконным оборотом ресурсов Океании, и не строил иллюзий относительно того, что ему действительно выплатили эту премию. Но, похоже, он все же получит свой миллион, если не так, то эдак…

Сигнал тревоги прозвучал внезапно и пугающе. Впрочем, тревога всегда случается внезапно. Ни о каком окончании квеста не могло быть и речи. Сергей резко разорвал контакт с игрой, сорвав с головы шлем. Что бы ни случилось, это куда важнее, чем очередной этап обучения.

– «Щука», доклад! – едва выбежав из лаборатории, тут же выкрикнул Сергей.

Практически одновременно с его словами где-то за бортом и не так чтобы и далеко, раздался взрыв. Потом еще один. И вдогонку – еще два. Пол под ногами дрогнул, и, чтобы удержать равновесие, Сергей вынужден был упереться в стенку шкафа. Тот, в свою очередь, толкнул так, что отсушил руки. Наверное, рвануло слишком уж близко. Впрочем, кой черт наверное, если все именно так и есть.

Это как же такое случилось, что «Щука» прозевала пирата?! Ладно бы они шли над мелководьем. В этом случае бандиты могли залечь на дне. Теперь уже не секрет, что у них куда более мощные сканеры кругового обзора. Обнаружил судно, вышел на пересечение курса, залег на дно, дождался удобного момента и атаковал. Но под ними сейчас находилась Лакруанская впадина, а тут глубина не меньше пяти тысяч метров. Негде спрятаться.

Сергей даже не пытался занять ложемент и брать управление субмариной на себя. Раз уж «Щука» сумела самостоятельно разобраться с первой атакой и подарить ему кое-какую фору, то стоит ею воспользоваться, чтобы обезопасить себя любимого. Поэтому он кинулся к шкафу с гидрокостюмом. Нужно было облачаться, и как можно быстрее.

Возможно, предприми он немедленно меры противодействия, и противник пожалел бы о том, что связался с ним. Но Сергей решил, что куда разумнее будет все же обрядиться в гидрокостюм. Местная водица как-то не располагает к купанию нагишом. А в том, что придется в нее окунуться, Сергей отчего-то не сомневался.

– Субмарина класса «охотник», – тем временем начал доклад искин. – Курс двести семьдесят. Дистанция пятьсот. Глубина сто. Скорость сорок. Приближается. Идентификационный номер искина… Атаковал шестью нурсами и двумя торпедами. Мною предпринята стандартная процедура противодействия.

Угу. Эту процедуру разработал сам Сергей, основываясь на не таком уж и богатом опыте. Стандартная процедура включала в себя выбрасывание в направлении снарядов противника ловчих сетей. Кстати, они с Ириной и не подумали распространяться по поводу такого нестандартного применения сетей. Зачем? К любому способу можно придумать какое-нибудь противодействие. А так у них в руках, может, и шестерка, но все же козырная.

После сетей, по замыслу, следовала контратака. Залп из десятка нурсов и четырех торпед. Весьма расточительно, по местным меркам. Но зато и неожиданно, что только на руку обороняющимся.

Как раз именно сейчас из блоков вышли последние торпеды, о чем искин и информировал Сергея, уже надевающего шлем. Солдат первого года службы, облачающийся в полную форму за сорок пять секунд, ему сейчас и в пыль не попадал. Все же постоянная носка и обслуживание гидрокостюма на протяжении довольно длительного срока помогали отработке движений до автоматизма.

– Ложись на противоположный курс! Полный ход! – выкрикнул Сергей.

– Принял. Выполняю, – с олимпийским спокойствием и даже равнодушием ответил искин.

Защелкнув шлем, Сергей метнулся в пилотское кресло, тут же охватывая взором всю картину. На одном из мониторов высвечивается идентификационный номер искина, вышедшего на связь с искином «Щуки». Именно поэтому последний и не поднял тревогу раньше времени.

Нет, на проверку базы данных у него ушло совсем немного времени. Но в него была заложена программа не торопиться с выводами относительно враждебности цели. Жизнь есть жизнь, и случается в ней всякое. На субмарине могла произойти авария и прежнюю электронику заменили, новую же или забыли зарегистрировать или всему виной какой-нибудь сбой. Не бросаться же теперь на всех подряд, коль скоро обнаружившаяся субмарина не выказывает никаких действий, которые можно квалифицировать, как враждебные.

Черт! Обычный безликий номер. Похоже, пираты сменили тактику и стали использовать левые искины. Приблизиться как можно ближе, после чего атаковать и включить глушилку. Все. На такой дистанции жертва практически обречена. К тому же они не стали экономить, а предприняли довольно массированную атаку.

Все же Сергей и Ирина не зря сохранили в секрете свою уловку, да еще и озаботились домашней заготовкой. Эти действия для нападавших оказались самой настоящей неожиданностью. Правда, не сказать, что они не смогли ничего этому противопоставить.

До Сергея донеслись отдаленные разрывы. Сначала нурсов, потом более басовитые, торпед. Он даже успел обрадоваться тому, что сумел попасть в противника. И радовался ровно до тех пор, пока не послышался голос искина.

– Противник задействовал активную противоминную защиту. Цель не поражена.

Это еще что за защита такая?! Ни о чем подобном Сергею слышать не приходилось. Как, впрочем, не было времени с этим разбираться. Да и не успел бы он этого сделать.

Имея преимущество в скорости и времени, пираты уже сократили расстояние до двухсот метров. Идеальная дистанция для использования пушки, которая способна прошить насквозь все переборки. Причем по субмарине, которая в сравнении с местными обитателями была неповоротлива, как стельная корова на льду, пираты могли вести поистине снайперскую стрельбу.

Хорошо хоть первые снаряды ударили чуть выше головы Сергея. Мгновение – и лобовое бронестекло покрылось множеством белесых точек, оставляемых крупными иглами. Они ударяли в последнюю преграду, выбивая дробную скороговорку, но, не в силах ее преодолеть или хотя бы завязнуть в ней, начинали падать на панель с легким перезвоном.

Впрочем, Сергей этого уже не видел и не слышал, так как едва успел упасть на пол и откатиться в сторону. Как только он это сделал, иглы разорвали его ложемент и впились в приборную панель. Молодец все же Мишка, механик «Двадцатки», не схалтурил. Качественный композит, использованный им для предохранительного короба приборной панели, выдержал атаку.

Иглы торчали в гладкой поверхности композита, но все же не смогли пробить его насквозь. А значит, начавшая прибывать вода не доберется до электроники. Во всяком случае, какое-то время. И это еще один козырь в рукаве. Конечно, если до него вообще дойдет. Уж больно все тут весело получается.

Вот когда не помешал бы грузовой модуль. В этом случае снаряды пушки не смогли бы пробить наружную обшивку и добраться до двигателей, о выводе из строя которых все с тем же равнодушием доложил искин. Способность двигаться потеряна. А это верная смерть.

Попробовать задействовать остальное вооружение? Вода тугими струями врывается в отсеки, ее уровень быстро поднимается. Пираты явно уверены в том, что если после такого обстрела экипаж и выжил, то управлять кораблем не в состоянии.

Ничего удивительного, после подобной атаки впору обделаться. Вот только Сергей бывал уже в таких переделках. Да, за время мирной жизни он успел отвыкнуть от всех этих кошмаров войны. Но Океания довольно резвыми темпами способствовала восстановлению уже начавших атрофироваться навыков.

Черт! Но как бьют! Весь центр и пространство вдоль левого борта буквально прошито выстрелами. А вот в сторону правого борта не прилетел ни один снаряд. Будь иначе – и Сергею попросту не жить, несмотря на то, что он лежал на полу. Вероятно, получив сведения о том, что силовые установки выведены из строя, пираты решили сместиться выше и теперь вели обстрел длинными очередями под углом и сверху.

Стоп! А как так получается, что правый борт остался нетронутым? А просто все. Местные сканеры, конечно, не образчики новизны, но даже они позволяют определить, имеет ли судно грузовой модуль или нет. А если нет грузового модуля, то добыча получается сомнительной, потому что в этом случае люди будут защищать свои жизни, а значит, драться до последнего. Пираты же дерутся только за добычу.

В этом плане «Щука» не представляла для нападающих никакого интереса. Если только не знать вот об этих регенерационных капсулах, к одной из которых и откатился Сергей. Кто? Эрик? Или кто-то другой из механиков? Как у них это вообще происходит? Очередность, с которой Сергей должен был посетить базы, выложена для всех пользователей форума или только для тех, кто согласился на сравнительно дешевую процедуру регенерации?

Спокойно. Об этом еще будет время подумать, сначала нужно выбраться из этой заварухи. Ага. Отличная идея. Вот только с ее осуществлением как-то не очень. Искин доложил о повреждениях блоков вооружения левого борта и заклинивании пушки. Башенка могла вращаться, но само орудие потеряло способность вертикальной наводки. Теперь ее можно использовать, лишь если противник сам выйдет на линию огня.

– «Щука», огонь всем, что есть, по правому борту.

– Принято. Выполняю.

Сергей почувствовал, как снаряды один за другим начали покидать стволы установок. Если повезет… Кому повезет, у того и петух снесет. Ну же, милая Фортуна, ты же столько раз помогала! Разрывы начали раздаваться довольно быстро. Впрочем, чему тут удивляться, коль скоро стрельба ведется буквально в упор. Пират кружил над жертвой на расстоянии не больше полутораста метров.

– Противник задействовал активную противоминную защиту. Цель не поражена.

Проклятье! Это была последняя надежда. Стоп. Не такая уж и последняя. Главное не терять головы. Итак, что он имеет. Субмарина превращена в решето, и до полного затопления ей осталась самая малость. Секунд пять, не больше. Далее – все исправное вооружение осталось без боекомплекта. Сопротивляться нечем. Есть еще ручной и штурмовой игольник.

Насчет игольников даже не смешно. Пираты не станут покидать своего «охотника», им это не нужно. Более того, они вполне могут себя обезопасить, позволив «Щуке» опуститься на глубину метров в двести. Сергею такого давления не выдержать, и выход у него один – покинуть субмарину. А тогда он легкая мишень.

Все эти рассуждения конечно же хорошо, вот только если он собирается что-то предпринять, то самое время начинать действовать. Судя по ощущениям, «Щука» уже погрузилась на серьезную глубину для акванавта в легком костюме. Придется рисковать.

Сергей рванулся в сторону лаборатории. Пройдя ее насквозь, открыл проход в грузовой отсек. Как и следовало ожидать, вода была уже повсюду и полностью заполнила все отсеки. Также ожидаемо разбит тот скутер, что был прикреплен у левого борта. Но зато тот, что у правого, оказался очень даже целым.

Воспользовавшись аварийным люком правого борта, Сергей вывел агрегат в океан. Надежда, конечно, небольшая, но все же это лучше, чем ничего. Какое-то время его будет прикрывать корпус «Щуки». Ну а дальше остается полагаться только на удачу, которая отчего-то решила от него отвернуться. Обидно, что это случилось именно в тот момент, когда он уже уверовал в свою счастливую звезду и видел себя владельцем космического корабля.

Главное не спешить. Глубина нарастает довольно быстро, но и выхода другого нет. Нужно двигаться с «Щукой», пока это возможно. Пираты не смогут долго оставаться в стороне. Их мощность также не беспредельна.

Если подбитая субмарина погрузится слишком глубоко, она будет для них потеряна. конечно, если у них самих нет регенерационных капсул. Впрочем, даже если и есть, вряд ли они станут использовать ресурс капсул для погружения на большую глубину, если этого можно избежать.

Есть! Алексей работает вполне исправно, да и «Щука» все еще жива, потому на экране шлема четко отображается информация, обработанная обоими искинами. Пират довольно быстро приближался к «Щуке». Еще немного. Еще. Все, больше ждать нельзя. Слишком глубоко.

Сергей запустил двигатель скутера и начал отдаляться от уже практически сцепившихся субмарин. По сути, его расчет делался только на жадность пиратов. Они ведь вышли в океан, чтобы при минимуме затрат получить максимум прибыли. Ну и кто в этих условиях станет запускать торпеду? Разумеется, Сергею от нее не уйти, это не нурс. Впрочем, подрыв нурса может его как минимум оглушить, а дальше разобраться с пловцом не составит никакого труда. Но даже этот снаряд довольно дорог. Использовать же пушку не получится, мешает «Щука».

Да и к чему пиратам лишние телодвижения? Самое главное – это захват субмарины с призом. Беглеца можно будет догнать и потом. Даже отягощенная такой добычей, субмарина имеет куда большую скорость. А тогда уж, с чувством, с толком, с расстановкой расстрелять акванавта из пушки.

Во всяком случае, Сергей поступил бы именно так. Правда, это вовсе не значит, что и пираты будут думать так же. В конце концов, речь ведь идет об их безопасности.

А вот выкусите. Правильно он их просчитал. Дистанция уже около двухсот метров, а с их стороны никакой реакции. Сейчас он находится уже выше их, и в настоящий момент они не могут воспользоваться пушкой, так как беглец находится в мертвой зоне. А вот выпустить более серьезный снаряд не позволяет жаба. Зря вы так, уроды. Ох зря.

По местным понятиям, после затопления жилого отсека вся электроника умирает. И это верно, если только не найдется такой параноик, как Пошнагов. Никто и не подумает вкладывать серьезные средства, чтобы обезопасить электронику. Никто не подумает. А он подумал.

– «Щука», подрыв всего оставшегося боезапаса.

– Принято. Выполняю.

Рвануло знатно. Скорее всего, сдетонировал и боекомплект пиратов. Больно уж шумно получилось. А еще волна докатилась до Сергея, оставалось только удивляться, как это его не сбросило со скутера.

Состояние не очень. Резкое погружение и всплытие никогда до добра не доводят. Но в общем и целом – вполне приемлемо. Могло быть и хуже. Спасибо персональной аптечке. Она встраивается в блок системы жизнеобеспечения и представляет собой пневматический шприц. Заряжен он каким-то препаратом, кстати, тоже недешевым, а потому его берегут как зеницу ока. Он помогает максимально смягчить результаты резкого перепада давления.

Когда Сергей более или менее пришел в себя и начал соображать, первым делом он осмотрелся по сторонам. Разумеется, задействовав сканер Алексея. Ничего. Ну, тут-то удивляться нечему. Искин охватывает радиус порядка двухсот метров. Ага. А вот и Сеть появилась. Значит, глушилка вырубилась.

Интересно, этим козлам хватило такого подарочка, или они все же как-то смогли выбраться? Вряд ли. Если пространство не глушат, значит, вода добралась до электроники, а это выравнивание внутреннего и забортного давления. Нет, тут и аптечка не поможет.

Ла-а-адно. С пиратами разобрались. Теперь пора переходить к делам своим скорбным. Ну, раз уж жив остался. Итак, перво-наперво нужно решить, сообщать ли о случившемся Ганиду. Вопрос: а что это даст? Ответ: ничего. Даже если его используют втемную и он не знает о том, что корпорация и есть та самая организация контрабандистов, Сергею тут ничего не обломится.

Ну прибудет сюда группа. Нырнут на дно впадины. Даже если оба судна будут в относительно целом состоянии, в чем лично Сергей сомневался, ему от этого никакой выгоды. Все, что смогут поднять, эти ребята заберут себе. Сергею же останется только премия за уничтожение пиратов.

Черт! Три миллиона! Он только что лишился трех миллионов!!!! Буквально двадцать минут назад он был состоятельным человеком, строил планы на будущее, причем осуществимые, и вот теперь у него нет ничего.

Спокойно. Во-первых, у него есть полмиллиона кредитов, все же Эрик прошел процедуру и пополнил его счет сотней тысяч. Жаль, что больше никто не успел. На Сергея напали буквально в полусотне километров от девяносто восьмой базы. Дальше – у него есть гарантированная премия в триста тысяч за команду пирата. Ну не верил Сергей в то, что они выжили. Всего, выходит, восемьсот тысяч. Уже что-то.

К тому же экипаж мог находиться в гидрокостюмах. А значит, их персональные искины могут уцелеть, будучи в защитном чехле. Спокойно. Ведь уже ясно, что на этот миллион рассчитывать нечего. Итак, отсюда можно снять всего лишь триста тысяч. Да-да именно что всего лишь. На фоне таких колоссальных потерь иначе и не скажешь.

Чувствуя, что его мозг начинает закипать от злости, и придя к выводу, что его общее состояние более или менее нормализовалось, Сергей запустил двигатель скутера. Обдумать ситуацию, как и обкостерить себя последними словами конечно же не помешает, но ведь это можно делать и на ходу.

Так. А с какой стати он будет терять время? У него же есть доступ к Сети. Итак, форум механиков. Хм, есть такой. И действительно, доступ ограничен. В качестве пароля – номер лицензии. Если не зарегистрирована, то и доступ тебе не получить. Ладно. Тогда с другой стороны.

– Привет, Михаил, – едва только на экране искина появилось лицо механика «Двадцатки», произнес Сергей.

– Стахановец? Какими судьбами? Есть претензии к моей работе? – Задавая эти вопросы, парень уже улыбался.

Похоже, был рад видеть своего бывшего клиента, принесшего ему серьезный барыш. Кто знает, может, еще что обломится.

– Претензии к работе? О чем ты? Наоборот, спасибо за качество. Твоя работа только что спасла мне жизнь.

– То есть? Так ты сейчас в океане, потому что…

– Именно, дружище. Раздолбали мою «Щуку» под орех. Но и она не осталась в долгу. Когда ее взяли на абордаж, я подорвал остатки боекомплекта.

– Лихо.

– Если бы не твоя герметичная укупорка электроники, ничего бы не получилось. Так что готовься, при встрече напою тебя вусмерть.

– Ну уж нет. Ты лучше забей мой холодильник пивом.

– Заметано. Миш, я чего звоню-то. Скажи, ты на вашем форуме механиков зарегистрирован?

– Да.

– А там не было оповещения по поводу внеочередной и дешевой процедуры регенерации.

– Регенерации? Серега, а ты не перегрелся?

– Все нормально, Миша. Вот моя подписка о неразглашении. – Сергей отправил на ящик Михаила копию документа, и тот сразу же успокоился.

– Вообще-то такое случается очень редко. На моей памяти – ни разу не было. Я об этом знаю только из просмотра архивов. И, признаться, не отказался бы от подобной халявы, у самого плановая процедура в конце месяца.

– Ну тогда ты не мог пропустить подобное сообщение.

– Конечно не мог, если бы оно было.

– А его не было?

– Серега, говорю же тебе, не было. Погоди, тогда получается…

– Да. У меня на «Щуке» были две капсулы и заряда на тринадцать процедур. Но меня банально слили пиратам. Да чего уж, проехали. Миш, у меня просьба, ты никому о нашем разговоре не говори. Лады? А за мной не заржавеет, даже если сам не смогу приехать, сделаю перевод на два холодильника пива.

– Обойдусь одним, за хорошую работу. Не волнуйся, я никому. Хочешь спросить?

– Ну не прощать же, в самом-то деле. Я три миллиона потерял на ровном месте.

– А что, корабли на атомы раскидало, что ли? Никаких вариантов нет? Опять же у капсул хороший запас прочности, и океан им не страшен.

– Угу. Лакруанская впадина. Название о чем-нибудь говорит?

– Нет, но подозреваю: что-то очень глубокое.

– Пять тысяч.

– Круто.

– Ладно, Миша, бывай.

– И тебе удачи.

Вот так вот. Ну что же, пора возвращаться на девяносто восьмую базу. Кто-то должен платить по счетам, и Сергей готов выступить в качестве кредитора. А что касается СБ, то пусть она еще побудет в неведении.

Сергей прикинул состояние энергетических кристаллов скутера. Нормально. До базы хватит, хотя и впритык. Правда, добираться придется целых семь часов. Но это не критично. Пошнагов уже привык к неспешной и даже плавной жизни Океании.

Опять же пока суд да дело, можно успеть прослушать какую-нибудь аудиокнигу. Жаль, на скутере отсутствует искин, а соответственно нет и автопилота. Он бы с куда большим удовольствием почитал бы. Давненько уже себя не баловал.

А то ведь мало того что чтецы бывают разные, так еще и читать будет Алексей. Он, конечно, не бортовой искин, но и не человек, так что будет тараторить, как и положено бездушной машине.

Скутер к расслабленности не располагает. С одной стороны, нужно им управлять, с другой – отслеживать ситуацию вокруг. Все же океан, и здешние обитатели далеко не мирные. Так что только слушать. Но и то дело.

Глава 13. Никогда не сдавайся.

– Ну здравствуй, Эрик. Что, морда немецкая, не ждал? Стоять! Еще раз дернешься – отстрелю что-нибудь.

Ишь как затрясся, гаденыш. Вон даже щеки подрагивают, а ведь и не толстый, так, всего лишь упитанный, не более. Ага. А еще и рука, которую он занес над выдвинутым ящиком, дрожит.

Сергей сделал жест игольником, показывая: мол, отойди в сторону. Незадачливому немцу ничего не оставалось, кроме как подняться со своего стула и отойти на пару шагов. Больше все равно не получилось бы, конторка у него тесная, не развернуться. Пошнагов заглянул в ящик стола. Так и есть, там лежит кобура с игольником.

– Что, дружище, неудобно возиться с техникой, имея оружие на бедре? Понимаю. Издержки основного вида деятельности. А вот мы, акванавты, предпочитаем никогда не расставаться с оружием. Оно порой спасает жизнь.

– Каждый зарабатывает на хлеб по-своему, – слегка прокашлявшись, ответил Эрик, и, надо заметить, не настолько испуганным голосом, как можно было ожидать.

– Согласен. Одни бороздят толщу океана, рискуя шкурой, другие подставляют этих бродяг, наводя на них пиратов, – не отводя внимательного взгляда от механика, кивнул Сергей.

– Ты о чем вообще говоришь? И что все это значит?

– Спокойно, Эрик. Не надо так нервничать. Вот мне интересно, когда вы, немецкие морды, уже успокоитесь и поймете, что ваш великий канцлер Бисмарк был в здравом уме и твердой памяти, когда не советовал своим потомкам ссориться с Россией. А значит, и с русскими. Неужели вам, дубины, не ясно, что одно от другого неотделимо.

– Оч-чень познавательно. Может, теперь объяснишь, отчего ты ворвался ко мне с оружием наперевес?

Оп-па. А немец-то не из трусливого десятка. Если вначале он основательно испугался, то теперь полностью взял себя в руки, даже щеки перестали трястись, и руки сжались в кулаки, а во взгляде появилось искреннее возмущение.

По всему получается, что Пошнагов совершил глупость предоставив ему время прийти в себя, собраться с мыслями и выработать позицию защиты. И все же Сергей не сомневался в одном: если здесь и сейчас он не получит того, что хочет, то Эрик не жилец. Причем в самом прямом смысле этого слова.

– Эрик, я рад, что ты перестал трястись и теперь готов к конструктивной беседе. Итак, не подскажешь, по какому именно адресу находится тот форум, о котором ты мне рассказывал? Чтобы избавить тебя от греха лжесвидетельства, замечу сразу: ты не единственный мой знакомый механик. Так что я точно знаю: на форуме механиков ничего подобного за ближайшие несколько лет не было.

– Я…

– Стоп. Я понял. Ты сейчас начнешь юлить, а мне это неинтересно. Понимаешь, я эти суды, адвокатов и тому подобную дребедень не любил еще на Земле. Не хватало мне еще устраивать судебное заседание здесь. Итак, парень, есть вещи, в которых я уверен настолько, что мне лично никакие доказательства не нужны. Не хочешь называть адресную строку, не надо. Если дойдет до СБ, они вытрясут из твоего искина все, даже сколько раз в день ты пускаешь газы.

– Ничего не понимаю. Чего ты хочешь?

– Немного. В сравнении с тем, что уготовил мне ты. Итак, я хочу, чтобы ты показал мне свой мобильный банковский терминал. Я знаю, что он у тебя есть. Его просто не может не быть. Не официальным же счетом ты пользовался при расчете с пиратами? Установка кое-какого специфического оборудования и вооружения, а заодно и информация стоят денег.

– Ты больной придурок. Может, объяснишь, что тебе нужно? О чем ты вообще говоришь? – даже умудрившись состроить презрительную мину, произнес механик.

– Ты дурак, Эрик. Хотя бы потому, что решил, будто сможешь от меня отболтаться. Единственное, что ты можешь, – это откупиться, отдав мне то, что у тебя имеется. Только в этом случае я гарантирую, что не вышибу тебе мозги. Именно мозги, учти это. Обещаю, никакая регенерация тебе не поможет. Ты же понимаешь, что мне не грозит пожизненный срок и тому подобная земная дребедень. После твоей смерти установят твою причастность к утечке информации, о неразглашении которой ты давал подписку. Мои действия сочтут неправомерными, и я вынужден буду заплатить штраф. Кстати, учитывая обстоятельства, подозреваю, что не такой уж и большой. Вот только тебе это будет уже без разницы.

– И что тебе помешает вышибить мне мозги после того, как я выполню твои условия?

– А зачем мне брать твои деньги, а потом нарываться на штраф? Чтобы уйти с сухим остатком? Я что, похож на такого придурка?

– Ты пожалеешь об этом, – сквозь зубы процедил механик, уловив во взгляде Сергея одну простую истину: он не шутит.

Вообще-то странно было бы ожидать от Пошнагова шуток после происшедшего, да еще при столь простых порядках, царивших на Океании. Подумаешь, вышиб мозги ближнему своему. Заплати штраф и спи спокойно. Нет денег – не вопрос, банк с удовольствием предоставит тебе кредит. А уж Сергею с его репутацией – так и вовсе без проблем. У этих инопланетян удачливые индивиды в чести.

Понимая безвыходность ситуации, в которой он оказался, во всяком случае сейчас, Эрик попытался сделать шаг к столу. Однако Сергей пресек эту попытку.

– Терминал в столе, чуть дальше игольника, – сделав недовольную мину и отходя на прежнее место, произнес Эрик.

Сергей еще дальше выдвинул ящик и действительно обнаружил терминал. Взял небольшую коробочку, чем-то напоминающую земной сотовый телефон, повертел ее в руках, а потом сказал Эрику:

– Вводи код.

Механик только тяжко вздохнул и ввел код, после чего вернул терминал Сергею. Тот бросил взгляд на экран и недовольно скривился. Он ожидал куда большего, чем какие-то триста тысяч. Либо нелегальные операции для Эрика были в новинку, либо тот имел еще один терминал. Но в одном Сергей был уверен на сто процентов: теперь этот гад будет стоять на своем, мол, ничего не знаю, есть то, что есть.

– Теперь открывай свой банковский счет, – перегоняя деньги с терминала на свой счет, распорядился Сергей.

– Хочешь вообще оставить меня с пустыми руками?

– Вот только не надо давить мне на жалость. Упырь недоделанный. А ничего, что я из-за тебя потерял три миллиона? А как насчет того, что ты хотел отправить меня на корм рыбам? Открывай свой счет и не зли меня. Тем более что часть штрафа у меня уже есть. Отлично, мой счет у тебя в памяти должен сохраниться, переводи туда все. Только делай так, чтобы я все видел. Мо-оло-оде-эц. Черт! Только сотня. Ну ты и жук. Точно есть еще один терминал.

В этот момент в тесную конторку вбежали сразу два бойца СБ с штурмовыми игольниками наперевес.

– Всем стоять! Служба безопасности! Руки, чтобы я видел!

Сергей тут же поспешил уронить на стол свой игольник и задрать руки, обратив ладони в сторону бойцов. Конечно же его не стали бы убивать. В смысле в голову специально не целились бы, если только случайно угодили бы. Но к чему этот экстрим. К тому же ощущения после воскрешения далеки от приятных.

Ага. А вот и господин Ганид. Быстро они на этот раз. Хорошо хоть успел все свои дела порешать. Четыреста тысяч – это, конечно, не миллион, но все же не помешают. И никому он их не отдаст. Хотя… Ганид уже доказал, что своего не упустит. Так что до припрятанного терминала, в существовании которого Пошнагов не сомневался, дознаватель доберется.

– Господин Ганид…

– Помолчи, Эрик. Тебе сейчас нужно думать не о том, как облить грязью Сергея, а как самому выкарабкаться, – обрывая механика на полуслове и снимая с его руки искин, произнес Ганид.

Потом подал знак штурмовикам, и они вывели немца из конторки. Дознаватель, двигаясь по-хозяйски неспешно, обошел рабочий стол, заваленный всякой всячиной, и устало опустился на стул. При этом он успел несколько вальяжно толкнуть игольник в сторону Сергея, намекая на то, чтобы он забрал эту игрушку.

– Восемь часов. С момента нападения прошло восемь часов. Сергей, мне кажется или мы все же о чем-то с тобой договаривались.

– Господин Ганид, я потерял минимум три миллиона…

– Понимаю, – прервал он Сергея. – И сколько удалось отбить?

– Четыреста тысяч. Плюс триста тысяч за пиратов, если ничего не изменится.

– А может?

– Вы порой бываете столь непредсказуемы, а главное – убедительны…

– Это хорошо, что мы друг друга понимаем. Но восемь часов! – Дознаватель неодобрительно покачал головой.

– Господин Ганид, неужели я, на фоне таких потерь, стану пренебрегать наградой в миллион кредитов? Просто я справедливо рассудил, что только полный придурок может отправляться в бой, не обрядившись в гидрокостюм. А значит, и оба персональных искина в защитных чехлах. Я не представляю, насколько мне должно не повезти, чтобы пострадали сразу оба.

– Угу. Очень даже может быть. Но если опять мимо, то я тебе ноги повыдергиваю.

– Ну, может, старина Эрик все же сумеет компенсировать ваши труды.

– А почему не ты? – копаясь в искине механика, поинтересовался Ганид.

– Ну, со стороны Эрика это было бы полным свинством. Так сильно подставить меня, а потом еще и предложить самому выкручиваться.

– Но Эрик ведь уже кое-чем поделился.

– Господин Ганид…

– Знаю, знаю, ты потерял минимум три миллиона, – все так же задумчиво и не отвлекаясь от искина задержанного, нараспев произнес дознаватель. А потом вдруг выпрямился и устремил взгляд на Сергея. – Х-ха. Ты везучий пройдоха. Вот они, переговоры с одним из охотников, где Эрик сдает тебя и капсулы. И знаешь, что это значит?

– Что?

– Тебе полагается еще одна премия, за этого придурка механика. Только не раскатывай губу, за него – только пятьдесят тысяч.

– Нормально, – возмутился Сергей, – вообще-то он торговал секретами корпорации.

– Это так. И он за все ответит. Но он не занимался непосредственно грабежом и вымогательством в океане, а значит, не может быть приравнен к пиратам. Еще вопросы?

– Я могу идти?

– Ну, сведения по бою в океане ты уже сбросил. Остается дождаться, пока будут обнаружены обломки, так что не вижу причин тебя задерживать.

Ясно. Ганид сразу дает понять, что рассчитывать хоть на какую-то долю с субмарин Сергею нечего. Впрочем, он и сам не сомневается в том, что там будут лишь обломки. Все же рвануло знатно, если волна докатилась даже до него. Правда в том, что хотя бы один персональный искин уцелеет, он также не сомневался. Но награду он явно не получит.

Ладно. Спасение утопающих – дело рук самих утопающих. Нельзя все время жить прошлым, как нельзя и что-либо изменить. Остается идти вперед, делая выводы, и постараться не наступить на одни и те же грабли.

Как он и ожидал, Ирины в каюте не оказалось. Она, наверное, была в учебном классе. Девушка в последнее время словно с цепи сорвалась, посвящая обучению каждую свободную минуту. Она непременно хотела поступить в высшую навигационную школу и обязательно получить государственную стипендию.

Рачительная девочка, ничего не скажешь. Настолько рачительная, что ее не останавливает необходимость отработки на государство в течение нескольких лет. Это тем более удивительно, что Ирина старалась, по возможности, избегать различных рисков. Государственная же служба подразумевала под собой и риск в том числе. Причем нередко весьма серьезный, так как работать выпускникам зачастую приходилось там, куда ни одну частную контору и кнутом не загонишь.

Однако девушку это ничуть не останавливало, и причину этого Сергей постичь никак не мог, как ни старался. Отказываться рисковать в том случае, когда тебе светит пусть и сиюминутная, но вполне ощутимая выгода, и осознанно идти на риск в надежде на будущую перспективу карьерного роста. Лет эдак через несколько, и это в лучшем случае.

Он успел не только принять душ и почистить свой костюм, но вдобавок еще и хорошенько выспаться. Вернувшаяся в каюту Ирина застала его уже готовым на выход и ожидающим от нее сигнала о встрече. Дело в том, что он отправил ей сообщение о своем возвращении, правда, не стал обозначать его как срочное, чтобы не отвлекать ее от обучения. Сергей предполагал, что девушка свяжется с ним, как только освободится, но она предпочла явиться лично.

– Привет.

– И я рад тебя видеть, дорогая. Почему не звякнула?

– Хотела, чтобы ты рассказал мне о случившемся, глядя в глаза. Только не говори, что ничего не произошло.

– Эрик, паразит такой, слил меня пиратам. Им уже занимается СБ. Сам я, как видишь, цел, чего не могу сказать о «Щуке».

– Сильно ей досталось?

– Как мне кажется, ее разнесло вдребезги, да еще и над Лакруанской впадиной. Словом, безвозвратно. И да. Не надо банальностей типа: я тебе говорила. Довольствуйся тем, что ты была права.

– Господи, дурак, какой же ты дурак. – Девушка прильнула к его груди, забавно шмыгнув носом и заливая его комбинезон слезами. – Слава богу, ты цел остался. Остальное ерунда.

– Это да. Были бы кости, а мясо нарастет. Ну что, пошли обедать. У тебя ведь график.

– Пойдем. Сереж, ты же больше никуда не сунешься?

– Ну, у меня же уже нет «Щуки».

– Сереж?

– Ирина, а как ты думаешь, потеряв такие деньги, я куда-нибудь еще сунусь?

– Не делай этого. Не знаю, что ты задумал, но не делай этого. Когда выберемся в освоенный космос, разберешься со всеми делами. Если мне удастся получить стипендию, то ты сможешь воспользоваться всеми моими деньгами. Не морщи лоб, я продала грузовой модуль. Так что у меня четыреста тысяч и неплохие перспективы поступить на учебу за счет государства. Плюс твои деньги – уже почти миллион.

– Если быть точным, то при таком раскладе миллион двести, с копейками, – скривившись, ответил Сергей. – За угробленных пиратов и за Эрика мне заплатят премию триста пятьдесят тысяч.

– Тем более. Получается, что у тебя вполне достаточно средств и на то, чтобы заплатить за окончание обучения с получением лицензии, и на покупку пусть и не нового, но вполне ходового малого транспорта. Все как ты хотел. Ну ладно, можешь считать, что я свои деньги положила в банк, вот и будешь мне выплачивать обычную банковскую ставку.

– Вообще-то это не совсем то, о чем я мечтал.

– Ты что-то задумал.

Не вопрос – утверждение.

Сергей взглянул ей в глаза, полные слез и мольбы. Хорошая она все же девушка. Правильная. Жаль только, не получится у него свить с ней уютное гнездышко. Ведь видно, что больно девчушке, но от своего не отступится и будет с маниакальным упорством двигаться к намеченной цели. Не судьба. А раз так, то не след нарушать свои планы.

– Кстати, о деньгах. Я отправил тебе на почту завещание. В случае моей гибели ты получаешь все. Извини, но в благотворительность и разные фонды я не верю, так что тебе придется стать неприлично богатой.

– Сергей…

– Все. Обсуждать больше нечего. Знаешь, на Земле я однажды увидел рисунок. Цапля, готовая проглотить лягушку. Но зеленая пупырчатая продолжала барахтаться и даже, схватив птицу за шею, передавила ей пищевод. А снизу надпись: «Никогда не сдавайся». Судьба – это не то, что нам предопределено, а то, что мы делаем сами. Везение, удача – это все великолепно, но они бесполезны, если человек сидит на пятой точке и ждет, когда кто-то решит его проблемы или все само рассосется.

– И все же ты что-то задумал, – шмыгнув носом, повторила девушка.

– Ты даже не представляешь, насколько все просто и легко. Тут даже на везение рассчитывать не нужно, достаточно все точно рассчитать. Как говорили латиняне, удача любит подготовленных.

– Я…

– Все, Ирина, пошли обедать. Я отбываю вечерним транспортом на «Двадцатку».

– На «Двадцатку», – словно сглотнув твердый ком, растерянно произнесла Ирина.

– Так надо. И еще очень прошу, не думай о плохом, а то ведь я парень такой, могу обвинить в том, что ты сглазила. – Сергей шутливо погрозил девушке пальцем.

– Да ты что! Я не глазливая, – вдруг отчего-то восприняв его слова всерьез и испуганно вытаращив глаза, встрепенулась девушка.

– Вот и ладно, – приобнимая подругу и легонько подталкивая ее в сторону двери, решил закончить Пошнагов.

Она, может, и не глазливая, может, все эти приметы – сущая ерунда. Но факт остается фактом: эти ее постоянные опасения в конце концов нашли свое воплощение в реальности. Хорошо хоть не с летальным исходом. Так что Сергей предпочел бы, чтобы она вообще не думала о его предприятии.

Лучше пусть подумает о том, что через двадцать дней с орбиты Океании отбывает транспорт. Это единственная возможность достигнуть цивилизованного космоса. Подобные рейсы совершаются ежемесячно. Вывозятся грузы и доставляются в империю отработавшие свое акванавты. И коль скоро тебя здесь ничего не задерживает, лучше уж на этот корабль не опаздывать.

На орбиту можно добраться с помощью челноков, ежедневно совершающих рейсы между орбитой и базами. На них и их причалах на орбите поддерживается постоянное для всех акванавтов давление, поэтому люди могут совершать путешествия, не опасаясь вреда для здоровья.

Кстати, это еще одна статья доходов корпорации. Другого способа перемещения между базами попросту нет (если, конечно, ты не обладаешь собственным транспортом). Одним челноком поднимаешься наверх, пересаживаешься на другой, следующий к нужной базе, и спускаешься на планету. Правда, на всякий случай лучше бы зарезервировать место заранее, чтобы не пришлось ночевать на орбите. Но и тут ничего сложного, благо местная Сеть работает исправно, а челноки ходят строго по расписанию.

Сергею повезло. В салоне, рассчитанном на десятерых, их было всего лишь четверо, а на «Двадцатку» их спускалось только двое. Правда, за проезд пришлось выложить целую тысячу, и еще две за багаж. И все же скутер оказалось проще захватить с собой, чем на месте покупать новый. А без него ему ну никак. Поэтому он и не роптал.

– Ого. Какие люди в Голливуде. Стах-хановец.

Сергей как раз закончил разбираться со скутером, направив его в причальный бассейн, и, взвалив на плечи здоровенный баул со своими пожитками, шел в жилую зону. На этот раз он решил остановиться на втором ярусе. В конце концов, Ирина права, незачем превращаться в скрягу и экономить буквально на всем. Кстати, он для себя уже решил, что на своем корабле (а в том, что он его приобретет, Сергей не сомневался) постарается организовать максимум комфорта.

Так вот, когда он уже взял курс на жилой сектор, и послышался этот голос, полный сарказма и даже неприкрытой издевки. Очень знакомый голос. Сергею даже не надо было оборачиваться, чтобы безошибочно определить его обладателя. Но он все же это сделал и встретился взглядом с говорившим.

– Ну здравствуй, Виктор Степанович.

Вот так. Сергей постарался по максимуму быть нейтральным. С одной стороны, вроде как и не прогнулся, заговорил на равных. С другой – дал возможность своему оппоненту сохранить лицо. Если власть на «Двадцатке» ему окончательно не отсушила мозги, то он сделает верный вывод. Если же это все же случилось, то Сергей не виноват.

Пошнагов конечно же знал о том, что Родин не просто возглавил рэкетиров «Двадцатки», но даже заделался главой администрации. Сергей подозревал, что это только из-за нежелания выходить в океан, так как других явных и ощутимых преимуществ эта должность не давала. Впрочем, власть, даже самая маленькая, да еще и практически полностью отданная на откуп, вполне способствует обогащению.

– Воды слухами полнятся, будто ты взлетел, а потом больно приземлился. Что, решил вернуться к истокам?

Нет, точно власть ему мозги отсушила. Ну чего заводится и Сергея заводит? Пошнагов даже на секунду отвел взгляд в сторону, чтобы не видеть эту наглую рожу, иначе очень даже мог сорваться. И, как видно, это не ускользнуло от двух быков, стоявших рядом с Родиным. Вон как напряглись, готовые к схватке.

– Слушай, Виктор Степанович, нам бы пошептаться. Только минутку. Очень прошу.

Ну не входило в планы Сергея устраивать разборки с этой дубиной, переполненной самомнением. Не для того он сюда прибыл. Может, Родин и решил бы иначе. Но, как видно, его сопровождающие были парнями битыми, а потому без труда углядели, что Сергей далеко не шавка.

Вопросительный взгляд на Родина. Тот, в свою очередь, наконец включил мозги и понял, что данная ситуация для него наиболее благоприятна. Поэтому глянув на своих сопровождающих, он утвердительно кивнул, и те отошли на несколько шагов.

– Слушай, Витенька, сюда внимательно, – придвинувшись к нему так, чтобы быки не могли расслышать, зашипел Сергей. – Первое – твоя правда, был у меня взлет, и разом я потерял три миллиона. Вот только, если ты не в курсе, те, кто меня приземлил, похвастать своей удачливостью не могут, потому как превратились в трупы. А еще, несмотря на мои потери, сегодня у меня нет долгов, и в загашнике лежит восемьсот тысяч. Очень сомневаюсь, что у тебя, несмотря на вымогательства, имеется подобная сумма. Второе – никогда не путай меня со своими шестерками. В следующий раз я не стану щадить твое самолюбие. И третье – сделай, пожалуйста, вид, что меня нет. Просто нет, и все тут.

– Все сказал? – хмуро бросил Родин.

– Я-то сказал все, а ты делай выводы. Некогда мне. Счастливо оставаться.

С этими словами Сергей поправил сумку с пожитками, висящую на левом плече. Потом довольно многозначительно, но опять же чтобы быки не заметили, тронул кобуру с игольником. Наконец, изобразив легкий кивок, отвернулся и пошел прямо по коридору, сетуя по поводу того, что лифт отчего-то расположен далеко.

Странное дело, но нападения со спины он ничуть не опасался. И вообще как-то не сомневался в том, что Родин сделает правильные выводы. Ну действительно, сколько можно заботиться о его авторитете, пусть и сам о нем хоть немного подумает.

У Пошнагова же хватало своих забот. Перво-наперво – снять каюту. Потом посетить механика Мишку и обговорить с ним кое-какой заказ. У Сергея были свои виды на окрестности базы. Почему? Просто эту территорию он знает хорошо, а значит, и ориентироваться будет куда как проще.

Пока суд да дело, вышел в Сеть и запросил Развалова. Того самого интеллигента, что отважился сменить базу на ферму, и выступившего негласным лидером последовавших за ним фермеров. Это ему сегодня определенно везет, тот как раз был на базе. Прибыл за расходниками, но решил переночевать на «Двадцатке», а с утра – в обратный путь.

Ничего не изменилось. Как боялся океана раньше, так и сейчас боится. Впрочем, это даже хорошо, так как отвечает расчетам и планам Сергея. Он, как тот лягушонок, решил не сдаваться и ухватить судьбу за глотку. Просто для этого нужно выполнить некоторые условия и немного подготовиться. И пока все складывается как нельзя лучше.

– Здравствуйте, Евгений Семенович. Что-нибудь выпьете?

Встретиться они условились в боулинге. С одной стороны, Сергей распробовал эту игру, и ему просто нравилось катать шары. С другой, тут можно и выпить, и перекусить, и спокойно поговорить. При наличии свободных дорожек никто не станет лепиться друг к дружке, а значит, и лишние уши будут подальше. В баре такого не будет точно. Встречаться же на нейтральной территории и на сухую как-то не хотелось.

– Здравствуйте, Сергей Демьянович. От угощения не откажусь, – присаживаясь напротив, ответил Развалов. – Прошу прощения за задержку, нужно было закончить кое-какие дела.

– Вы один?

– Разумеется, нет. Глупо ездить сюда каждый раз, как взбредет в голову. Отвлекаться же от серой обыденности просто необходимо. Вот и совмещаем приятное с полезным. Просто ребята завернули в клуб, ну и виды на девочек имеют.

– А вы к продажной любви сугубо отрицательно?

– Отчего же. О здоровье нужно заботиться. Я сугубо отрицательно к этим клубным пляскам. Танцевать не умею, а выглядеть смешным не хочется.

Сергей внимательно смотрел на устроившегося напротив мужчину, составляя о нем новое мнение. Перемены в нем были весьма разительными. Он прибавил в массе и теперь не выглядел болезненно-худым. Плечи стали более крутыми, руки налились силой. Взгляд уверенный. Сомнительно, чтобы сегодня этого человека смогли бы запугать быки Родина.

Понял Сергей и ошибочность своего мнения относительно намерения Развалова переночевать на базе. Нет, он вовсе не боялся океана. Теперь не боялся. И остался здесь на ночь именно по уже озвученной причине. Парням, да и ему самому, время от времени нужно отвлекаться от постоянной работы и выпускать пар.

Неужели Сергей ошибся в своих расчетах и перед ним – сформировавшийся лидер небольшой общины? Мог ли этот человек воспользоваться данным Сергеем советом и создать крепкую команду, способную за себя постоять? Окинув его еще одним взглядом, Сергей понял – этот мог. Поэтому разговор он повел без особой надежды на успех.

– Как устроились на ферме?

– Спасибо, хорошо. Поначалу правда было жутко до одури. И это несмотря на то, что мы последовали вашему совету и закупили тяжелое вооружение. Только когда искин на пару с двумя скаутами приголубил акулу, мы уверовали в надежность защиты и перестали шарахаться от каждой тени.

– А в остальном как?

– Вы о пиратах?

– О них, родимых.

– Я слежу за новостями в Сети. Привычка еще с Земли, знаете ли. Ну, вы, наверное, слышали такое выражение, как кухонная интеллигенция. Вот я один из ярых представителей этой прослойки.

– Там перемывали кости правительству, а здесь корпорации?

– Нужно же как-то бороться со скукой. Но вам, как я погляжу, скучать некогда. Уничтожить трех пиратов за неполный год – таким не может похвастать даже служба безопасности.

– Есть такое дело. Правда, не обошлось и без потерь.

– Подробности не поведаете?

– С легкостью. Но хотелось бы сначала услышать кое-что от вас.

– Вы опять о пиратах?

– Да.

– Появились. Примерно через месяц пожаловали. Поговорили, пришли к соглашению.

– А подробности услышать можно?

– Ну, мы с парнями пришли к выводу, что такое явление, как пиратство, нам не изжить, и вообще пусть этим занимаются соответствующие органы. Но и грабительские условия пиратов принимать не стали. Наличие тяжелого вооружения оказалось достаточно весомым аргументом в этом споре. Словом, сошлись на одном грузовом модуле на сорок кубов в десятидневку. Они прибывают за ним каждый девятый день и уходят.

– Это вы лихо. Помнится, с меня они хотели получать в два раза больше. А послать по известному адресу не пытались?

– Была такая мысль. Тем более что мы можем довольно серьезно огрызнуться. Но потом поняли, что нам это может обойтись куда дороже. Отобьемся от одного пирата – появится другой. Словом, сплошные расходы. Ну и риск. Нельзя ведь поручиться в том, что никто из наших не пострадает.

– Поэтому решили платить?

– Это проще.

– Но отчего же не приголубить пирата? Трофей с легкостью перекроет все ваши потери, и что-то мне подсказывает, что вы останетесь в значительном барыше. Тем более есть еще и премия за уничтожение пиратского судна. А если повезет и СБ обнаружит там данные о контрабандистской базе, то это плюс еще один миллион. По-моему, достаточно, чтобы рискнуть.

– Мы находимся в заранее невыгодном положении, – покачав головой, возразил Развалов. – Вы ведь помните, что неподалеку от фермы начинается склон впадины. Вот оттуда они и появляются, там же, у склона, устанавливают грузовой модуль. Оттуда могут и атаку организовать, оставаясь невидимыми для нашего сканера. Это несложно, учитывая, что ферма имеет неизменные координаты. И потом, даже если мы его сумеем, как вы выражаетесь, приголубить, субмарина затонет на недосягаемой для нас глубине.

Все же Сергей переоценил Развалова и его товарищей. Океана они уже не боялись, это факт, но и бойцами не стали. Нет, если прижмет, то они не станут трястись в уголке, а примут бой. Но это только в том случае, если у них не будет другого выхода. А так они все те же. Готовы платить, лишь бы их не трогали, разве что научились выторговывать себе более выгодные условия.

Вроде все доводы Евгения Семеновича звучат вполне логично и обоснованно. Вот только… Кто хочет что-то сделать, думает как. Кто не хочет, думает почему.

Развалов обрисовал объективно позицию фермеров и тяжесть ситуации, в которой они оказались. Правда, даже не попытался высказать предположение, как отвадить пиратов от своей фермы.

Закупить недешевое тяжелое вооружение, чтобы только защищаться от хищников? Вообще-то оно того не стоило. И потом, с этим вполне справятся пара скаутов, имеющих двойное назначение. Проблема же с мертвой зоной для обзорного сканера легко решается с помощью выносного пассивного сканера, связанного с основным. Но, похоже, фермерам так спокойнее.

С другой стороны, это полностью устраивало Сергея, потому что идеально вписывалось в его план, который еще пару минут назад он успел похоронить. В принципе задуманное вполне можно осуществить на любой территории. Однако когда знаешь местность как свои пять пальцев, – это уже треть успеха…

На «Двадцатке» Сергей провел еще два дня, после чего загрузил в арендованный у механика грузовой модуль свои пожитки и отбыл в открытый океан. Его могли наблюдать отдаляющимся от базы в северном направлении. Где-то там, в сотне километров, находилась база тридцать, и он вполне мог направиться в ее сторону.

Далековато, не без того, но отправляться в подобное путешествие на космическом челноке – довольно дорого. Уж лучше своим ходом, прихватив пару-тройку запасных энергетических кристаллов. Правда, в том случае, если не болеешь медвежьей болезнью. Все же путешествие отнюдь не отличается безопасностью.

И никто не мог предположить, что Сергей сделает крюк, после чего, обойдя «Двадцатку» по большой дуге, направится в противоположную сторону. Очень странный финт, если не сказать больше. А главное, непонятно, для чего ему это нужно. Тем более что в том же направлении примерно одновременно с ним вышли фермеры. И если он направлялся к ним, а никого другого в той стороне просто не было, то куда безопаснее было бы передвигаться в компании. Тем более если у тебя самый обычный скутер, не имеющий никакого вооружения.

Однако Сергей точно знал, что ему с Разваловым и его товарищами не по пути. Кто его знает, как они себя поведут, едва только прознают о его намерениях. Если они, испугавшись последствий, поспешат предупредить пиратов, то у него не только ничего не получится, но он еще и голову сложит. Так что лучше уж так, тишком да бочком.

До места добрался уже к ночи и без проблем, что не могло не радовать. Ну не входили в его планы никакие приключения, их у него и без того предостаточно. Так что такой подарок океана, как несколько часов спокойного пути, Пошнагов очень даже оценил.

Несмотря на то что в воде сейчас никого не должно было быть, Сергей предпочел лишний раз не высовываться. Он и к ферме-то подобрался со стороны впадины, укрываясь за переломной губой. Что с того, что фермеров сейчас в океане нет? Зато есть недремлющий искин и сканер кругового обзора, которые могут засечь его на раз.

Отключив систему жизнеобеспечения, Сергей перешел на резервную. Вообще-то она не была предусмотрена, и Михаил смотрел на Сергея как на больного, но все же заказ выполнил. Дополнение к костюму представляло собой баллон, наполняющийся дыхательной смесью. В этом случае Сергей мог извлечь энергетический кристалл и переложить его в специальный футляр, блокирующий любое излучение. Кстати, туда же отправились и кристаллы от оружия.

С помощью этих ухищрений Сергей теперь был практически незаметен для сканеров, разве что приборы примут его за живой объект, каковых в океане превеликое множество. А вот определить, что это человек, никто не сможет. Просто потому, что человек здесь обязан фонить излучением энергетических кристаллов.

Выбравшись из впадины, Сергей довольно скоро обнаружил грузовой модуль. Как и ожидалось, пустой. Ничего удивительного. Водоросли необходимо доставить и подвергнуть криозаморозке в течение суток, в противном случае можно все выбрасывать. Сегодня же закончился восьмой день. Опять же этот модуль вмещал в себя дневной заработок всей бригады, а половина парней только к вечеру вернулись с «Двадцатки».

Длительная практика обращения с «охотником» Сергею пошла на пользу. Поэтому он сразу же прикинул, как именно пират будет подхватывать модуль. Потом, вполне уложившись в полчаса, подготовил встречу для дорогих гостей и поспешил обратно в укрытие.

Когда он вернул кристалл на место, тут же послышалось жужжание, а индикатор зарядки замигал так, словно он врубил ранцевый двигатель на полную мощность. Ничего не поделаешь. С одной стороны, вдвое увеличившаяся нагрузка на регенератор. С другой – дополнительное оборудование в виде компактного насоса высокого давления, закачивающего дыхательную смесь в баллон.

Когда баллон опять наполнился дыхательным газом, Сергей вернулся к модулю. Нужно было закончить подготовку. Подобрал удобное место, так, чтобы оказаться под брюхом «охотника». Вырыл углубление между двумя валунами.

Здесь он будет находиться перед нападением на бандитов. Получилось вполне уютно. Нет, сутки напролет тут лежать не рекомендуется, все тело занемеет. Но пару часов потерпеть можно. Осталось только замаскировать, чтобы фермеры не заметили.

Еще у Сергея было специальное покрывало, изготовленное Михаилом по спецзаказу. Находясь под ним, можно без опасения пользоваться любым оборудованием. Материал имел достаточную плотность, чтобы не пропускать излучение. Правда, он же не позволял использовать встроенный сканер персонального искина. Но с этой задачей вполне справится другой, выносной, который Сергей собирался установить позже.

Пираты, или, если быть более точным, рэкетиры, появились с наступлением темноты. В смысле здесь и без того уже несколько часов как стемнело. Но они прибыли в то время, когда нормальные люди уже спят. Либо пашут ребятки на износ, либо не рассчитали время. А может, неприятность какая случилась.

Не суть. Главное, что они прибыли и начали вполне ожидаемые маневры. Пассивный сканер без труда фиксировал все их движения и исправно передавал сведения искину. Сергей же наблюдал картину на голографическом экране Алексея.

– Здравствуйте, парни, – неожиданно раздался голос Развалова на общей волне.

– Здорово, Семеныч. Чего не спишь?

– Вы сегодня подзадержались.

– Не переживай, за наши косяки вам ответ не держать. Если вдруг ваш груз испортится, предъявы кидать не будем.

Ишь ты. А парни-то из России. Уж больно специфический сленг. И еще. Несмотря на то что говорят с измененным голосом, видно, что общаются без дополнительного искина. В смысле искин конечно же левый, но сразу видно, что никто с переводчиком не играет, так как любой переводчик уже завис бы от сленговых словечек.

– Слушайте, парни, я тут хотел вам сказать… – слегка помявшись, вновь начал Развалов.

– Хотел – говори, чего тянуть кота за подробности, – ответил все тот же голос.

– Я тут на «Двадцатке» встретил одного мужика. Пошнагов такой. На его счету уже три пирата. Он интересовался нашими делами на ферме. Спрашивал, крышует ли нас кто.

– Ну и?

– Я ответил, что крыша есть. Ну мало ли, что он там удумал.

– Правильно сделал. Мы – твоя крыша, пусть знают все и не лезут. Не парься, все путем.

– Это-то так. Но потом мы поговорили… Я, конечно, ни за что не поручусь, но мне кажется, что он решил стать охотником за головами. В смысле начать охотиться на вас.

– Во-первых, если это тот самый парень, о котором я думаю, то он потерял свою субмарину. А с голыми руками против танка – это самоубийцей нужно быть. Во-вторых, даже если у него что-то и выйдет, ему нужно сначала обзавестись свидетелями. Среди вас же больных на голову нет?

– Если он доберется до вас, то СБ достаточно выпотрошить наши искины, чтобы понять, что он не врет. Так что награду он свою получит, даже если мы будем клясться, что имели с вами дело сугубо добровольно.

– А чего это ты нас предупреждаешь? – не выдержав, хохотнул второй член экипажа.

– А к чему что-то менять, если все само устаканилось. Словом, вы бы поосторожнее.

– Вот же достали. Да кто такой этот ваш Пошнагов, чтобы мы тряслись при одном упоминании его имени? Короче, не мешай. Иди спать, – не выдержав, окрысился первый.

Ай да Развалов. Сдал на раз. Теперь остается только посмотреть, не предпримут ли рэкетиры каких-либо дополнительных мер предосторожности. Ну, Евгений Семенович, погоди. Аукнутся еще тебе мышкины слезы.

Интересно, а кто это еще предупреждал этих придурков? Может, Родин? А что, вполне вероятно. К тому же есть возможность избавиться от надоевшего кадра чужими руками. Но тогда получается, что Витенька куда дурнее, чем думал Сергей.

Ладно, об этом потом. Сейчас главное «охотник». Тот, в свою очередь, совершает вполне обычные маневры, чтобы не просто подцепить модуль на скорую руку, а серьезно так, основательно. В скором времени должен появиться пловец, иначе правильно модуль не закрепить. Аварийный режим – он и есть аварийный, особой надежностью не отличается. А это чревато, тем более если собираются идти над впадиной. Опять же, не проделав все должным образом, не запустить криозаморозку.

Пора. Дальше тянуть никак нельзя. Извлечь кристалл из регенератора. Так, все работает нормально. Пошел обратный отсчет. У него ровно тридцать минут, пока в баллоне не закончится воздух. Впрочем, этого времени должно хватить с избытком. Либо он уложится во временной лимит и выйдет в дамки, либо… Нет, все равно уложится. Это же целый вагон времени и для того, чтобы разобраться с пиратом, и для того, чтобы потерять дурную голову, удумавшую все это.

Все же передвигаться с помощью обычных ласт не такое уж и приятное занятие. Вот если бы у него был опыт с Земли, тогда еще туда-сюда, но вот так, можно сказать, с кондачка… Он конечно же сегодня попрактиковался, вот только это как мертвому припарка. Хорошо хоть даже и не думал надеяться на свои способности и устроил позицию там, где предположительно должно будет находиться брюхо «охотника». Впрочем, чего это должно, когда вот оно, висит над головой буквально в метре.

Если сканер пиратов сейчас и засек внезапно появившуюся цель, то расценит ее однозначно, как обитателя океана. Главное, чтобы не как угрозу пловцу. Иначе тут же примет меры к атаке. А чтобы этого не произошло, Сергей предпочитает передвигаться буквально по дну. Все же хорошо иметь опыт вождения «охотника», и не по виртуалу, а в реале, и представлять его возможности.

Сергей передвигается под субмариной, покрывшись холодной испариной. И это уже далеко не в первый раз за последние сутки. Как-то неуютно ощущать себя беззащитным. За время нахождения на Океании Сергей привык постоянно держать при себе оружие, которое никак не могло быть лишним в этих опасных водах. Сейчас он, конечно, сжимал в руках штурмовой игольник, но тот тянул только на дубинку, так как без кристалла не мог выпустить ни единого заряда. Был еще и нож, однажды уже спасший ему жизнь, но лучше бы все же иметь что-то более существенное.

Правда, сейчас оружие ему и не нужно. Разве только по закону подлости появится какой хищник. Но лучше бы не надо, лишнее это. Видимость не просто плохая, а исключительно никакая. А что тут поделаешь? Шлем задействовать не получится, так как кристалл сейчас покоится в контейнере. Мощность же Алексея настолько мала, что он позволяет видеть не далее пяти метров, а при отсутствии подсветки видимость и вовсе не превышает пары метров.

Ага, вот он, карабин, прикрепленный к тросу. Теперь подобраться к одному из колец и зацепить его. Не сказать, что перехлестнутый через один из валунов трос сможет бесконечно долго удерживать такую массу, но какое-то время все же подарит. А может, и удержит, коль скоро этот обломок окажется вершиной какой-нибудь скалы. Впрочем, все же вряд ли. Даже если выдержит валун, не выдержит трос.

Еще немного времени предоставит грузовой модуль, закрепленный сразу двумя тросами. Пришлось повозиться, не без того, но все же получилось неплохо. К тому же, зная устройство запоров модуля, Сергей сделал так, что автоматически сбросить его не получится.

Есть! Послышался звук отходящей в сторону двери. А вот и акванавт. Н-да-а-а. Это насколько же нужно быть в себе уверенным, чтобы вот так, без намека на какое-либо опасение, не осматриваясь по сторонам, двинуться прямиком к грузовому модулю? Отчего такие детали? Так ведь парень прет как танк, у него включены и плечевые и головной фонари. Никаких сомнений, так куда удобнее. Но ведь глупость же.

Нет, Сергей в своем возмущении вовсе не имел в виду опасность, исходящую лично от него. В конце концов, парни и впрямь его не опасались, потому что не улавливали никакого источника энергии, а, как уже говорилось, человек в этих водах без подобного обойтись не мог. Ну, почти не мог. О таком анахронизме, как банальный акваланг, при наличии регенераторов как-то не вспоминалось.

А зря. Можно сколько угодно смеяться над кремневым ружьем, но нельзя отрицать, что это смертоносное оружие. Вот только такое ружьишко – самое последнее, что может прийти в голову современному человеку, если вообще может.

Но ведь кроме человека есть еще и местные хищники. Сергей уже успел изжить в себе привычку пользоваться такой иллюминацией. Разумеется, фонари у него были и находились в исправном состоянии. Но после встречи с тем недомерком он предпочитал обходиться прибором ночного видения. Кстати, именно под названием «недомерок» этот хищник и вошел в справочники.

– …сканере чисто. Работай спокойно, – заметил первый рэкетир.

– Ты давай там повнимательнее. Говорят, тут одних приласкала тортила, – все же недовольно буркнул второй, находившийся в воде.

– Было бы неплохо, если бы она здесь появилась. Подняли бы солидно, – весело заметил первый.

А вот это уже просто отлично! Получилось нащупать частоту пиратов. Ничего опасного в этом нет, так как Алексей работает на биотоках, а потому никак не может выдать своего владельца. Послушать же, о чем шепчутся эти двое, не помешает. Мало того что они перешли на другую волну, так еще и используют слабый сигнал, распространяющийся не далее полутора сотен метров. Очень удобно, когда хочешь избежать лишних ушей.

Разумеется, использовать искины куда надежнее. Уж этот-то разговор никто не сможет подслушать. разве что служба безопасности, которая постоянно мониторит Сеть. Это не так уж и трудно, учитывая замкнутость и не слишком большое количество пользователей. Так что лучше бы поостеречься, еще проронишь ненароком контрольное слово и угодишь на крючок СБ.

Но Сеть задействовать не получится в любом случае. Дело в том, что едва появился «охотник», как всяческая связь с внешним миром пропала. Пираты были в своем репертуаре и хотя бы минимально обезопасили себя. Так что оставалась только радиосвязь.

Пока первый занят и никак не может видеть Сергея, он поднялся вдоль противоположного борта повыше. Так, вот здесь будет в самый раз. Пошнагов извлек из сумки коробку оборудованную присоской. Приложил к корпусу. Есть. Теперь не отпадет, даже если «охотник» даст самый полный ход. За взрыватель можно не беспокоиться. Пассивный, энергии не больше, чем в обычной земной батарейке, никакой сканер не обнаружит, если не искать целенаправленно, а уж на корпусе субмарины, которая сама фонтанирует излучением, – и подавно.

– Готово. Врубай лебедку, – опять послышался голос второго.

– Принял, включаю.

– Пошла, – раздался громкий сдвоенный щелчок. – Есть, встало на место. Возвращаюсь.

– Давай.

А вот теперь пора. И лучше бы поторопиться, потому как второй попытки у него точно не будет. Опуститься на дно получилось довольно споро, что не могло не радовать (все же определенные опасения по этому поводу имелись). Теперь пристроиться между уже знакомыми валунами, куда вышел, благодаря тросику, как по нити Ариадны.

Вот и второй. Возвращается на субмарину. Черт! Да какой возвращается, он уже почти у входа. А вот это в планы Сергея никак не входило. Если еще окажется, что и тот, внутри, в гидрокостюме, то Пошнагову придется совсем кисло.

По плану, следовало устроиться под покрывалом. Но парень оказался очень уж сноровистым акванавтом. Словом, Пошнагов опоздал, и прятаться времени уже нет. Нельзя терять ни секунды. Быстро вскрыть контейнер с кристаллом от штурмового игольника. Подхватить его пухлыми, как сардельки, пальцами. Постараться не уронить. Вот так. Теперь вставить в гнездо.

– Саня, берегись! – вдруг послышался встревоженный голос первого. – Там пловец.

– Уверен?

– Только что сканер засек энергетический кристалл.

– Где?

– У меня под брюхом.

Закрыть крышку. Свет фонарей второго бойца пропал. Где он сам, не понять. Искин без связки со шлемом практически бесполезен, а тот, в свою очередь, получает энергию от кристалла системы жизнеобеспечения, сейчас покоящегося в футляре на поясе.

Оружие активировано. Поздно! Где теперь искать этого пловца?! Характерный жужжащий звук, издаваемый проворачивающейся башенкой. Черт, его же сейчас разнесут из пушки!

Команда об активации заряда соскользнула с его губ как-то сама собой. А потом был форменный ад. Вообще-то взрывчатки в заряде было не больше, чем в обычном нурсе. Вот только Сергею как-то никогда не доводилось на себе испытать все прелести разрыва этого заряда. Даже если они срабатывали неподалеку, взрыв всегда смягчал корпус, опять же рядом – это понятие относительное. А тут… Ну недаром же подрыв одного снаряда глушит любое живое существо в солидном радиусе от эпицентра.

Защита сработала практически мгновенно. Но и того, что успел схватить Сергей, хватило, чтобы перед глазами поплыли разноцветные круги. Плюс к этому многотонного «охотника» все же слегка прижало к грунту, и если бы Сергей не находился между валунами, то, возможно, его просто раздавило бы. А так все вышло вполне удачно.

Силы удара оказалось явно недостаточно, чтобы проломить корпус или повлиять на местоположение валунов. Так что Сергей кроме легкой контузии отделался еще и легким же испугом. Хорошо хоть основной удар принял на себя корпус «охотника», а остальное распространилось в другую сторону, до Пошнагова же добрались только отголоски.

Но расслабляться никак нельзя. Воспользовавшись тем, что субмарина слегка приподнялась, Сергей ужом выскользнул из-под нее на противоположную от второго пловца сторону. И сделал это вовремя, так как субмарина не стала долго висеть над дном и, легонько подпрыгнув как мячик, вновь опустилась, на этот раз не собираясь никуда двигаться.

Н-да-а-а. Дуракам везет. Вообще-то подобный финт с подпрыгиванием – это просто чудо какое-то, на повторение которого нечего и рассчитывать. Нет, ну додуматься, активировать заряд, находясь под брюхом корабля. Вообще он собирался сначала хорошенько приготовиться, а уж потом начинать действовать. А перед подрывом вообще планировал находиться с противоположной стороны, предварительно из укрытия подстрелив вражеского пловца.

Вот только жизнь, как всегда, преподнесла сюрприз и лишний раз подтвердила, что даже самый идеальный план может дать сбой. Хм. Вообще-то зачастую именно так и происходит.

Пока мысли мечутся в голове, руки выполняют свою работу. Наконец, все системы гидрокостюма активировались, что в общем-то не может не радовать. Окружающая картина резко преобразилась, в первую очередь благодаря тому, что обзор ПНВ тут же прыгнул до радиуса в тридцать метров.

Отчего-то Сергей в первую очередь взглянул на «охотника», вернее, на результат своей диверсии. Сверху и сбоку, в районе носа, видна рваная пробоина диаметром едва ли не в метр. А он и не ожидал, что сила взрыва может быть столь мощной. Корпус субмарины, конечно, композитный, вот только по прочности он может поспорить даже со сталью. Не с броней, но все же.

Стоп. Не время любоваться творением рук своих. Второй все еще жив и пострадал куда меньше, чем Сергей. Тут к гадалке не ходить. Его ведь прикрывал корпус субмарины. Иными словами, он занимал ту самую позицию, которую по плану должен был занимать сам Пошнагов.

Ну и где его искать? Теперь это игра в кошки-мышки, причем в кромешной тьме. И результат предсказать совершенно невозможно. Разумеется, на стороне Сергея преимущество в знании местности. Вот только отчего-то данное обстоятельство теперь не кажется ему столь уж большим преимуществом. Да еще и в условиях непроглядной тьмы.

Вспомнив обводы бровки склона впадины, Сергей направился к ней, чтобы укрыться от сканера противника. Если тот станет поджидать Пошнагова на месте, то Сергей выйдет ему во фланг и при этом окажется неподалеку. Всего-то метров пятьдесят. Для штурмового игольника – вполне приемлемо.

Правда, в случае если на пирате не окажется серьезной брони. Даже та легкая, что на Сергее, препятствует стопроцентному поражению цели на такой дистанции. Все зависит от угла, под которым игла столкнется с броней. Если же на пирате тяжелый бронекостюм… Акванавты предпочитают им не пользоваться, слишком уж он неуклюж и дорог. Но когда занимаешься таким промыслом, как пиратство, подобные траты уже не кажутся лишними.

Эт-то еще что такое? Кто-то вызывает его по Сети. Ах да, Сеть. После взрыва глушилка пирата перестала действовать и появился доступ к Сети, а следовательно, и связь. Отличная возможность вызвать подкрепление. Конечно, оно будет добираться минимум минут сорок. Нет, лучше уж так. Когда надеешься только на себя, то более собран.

Сергей вновь бросил взгляд в уголок экрана на забрале. Странно, ник вызывающего ему незнаком. Кому это там неймется? Придется обождать, ему сейчас некогда. Вот разберется с пиратом – тогда пожалуйста. Пошнагов отклонил вызов, а при повторном и вовсе временно заблокировал этот ник. Ну некогда ему, неужели не понятно?

Осторожно обогнул поворот. Кто его знает, вдруг пират также решил воспользоваться бровкой. Вроде никого. Продвинулся еще дальше, после чего решил приподняться над бровкой и осмотреться.

Осмотр ничем помочь не смог. Сканер не засек никакого движения или источника энергии.

В принципе ничего удивительного. Перед Сергеем лежала практически ровная поверхность. Но в том-то и дело, что практически. Здесь имелись и редкие валуны, и кое-какие складки. Если пират залег за каким-нибудь валуном, этого будет вполне достаточно, чтобы укрыть сигнал кристалла. В этом случае, чтобы его обнаружить, нужно подняться повыше. Но тогда и Пошнагова гарантированно заметят.

Сергей лихорадочно соображал, как поступить. Может, все же вызвать СБ и пока поиграть в кошки-мышки? И вдруг его осенило. Ведь он был замечен не пловцом, а с борта субмарины, обладающей более мощным сканером, способным не просто обнаруживать цель, но и анализировать ее. Сканер же акванавта не имеет таких возможностей. Сигнал кристалла игольника значительно слабее, чем у основного. Конечно, Пошнагов этого никогда это не проверял, но получается, что акванавт не может засечь столь слабый сигнал. Ведь пират запрашивал, где именно притаилась опасность.

Сергей быстро оценил состояние баллона для дыхания. Практически полный. Ну да ничего удивительного. Сколько он пользовался тем баллоном, минут пять-шесть, не больше. Опять вынуть кристалл из системы жизнеобеспечения, и в футляр его. Мысленно погладить себя по головке за то, что не сбросил ласты. Впрочем, это не его заслуга, просто некогда было думать еще и об этом.

Уже поднявшись на пять метров, Сергей обнаружил пирата. Нет, тот не собирался отсиживаться на какой-то позиции, поджидая появления Сергея, а вместо этого вел активный поиск. Грамотно, ничего не скажешь. Точно просчитав действия Сергея, он уже спустился за бровку и осторожно приближался к тому самому повороту, который недавно обогнул Пошнагов. Ловко. Эдак он вышел бы ему в тыл. Битый жизнью мужик.

Сергей вновь опустился, но на этот раз не к склону впадины, а на дно шельфа. Перебирая по дну руками и помогая себе ластами, он подобрался к бровке перед поворотом. Пусто. Пират уже прошел за поворот. Все так же поверху Сергей срезал угол и вновь выглянул над бровкой, на этот раз за поворотом.

Вот он, красавец. До него – метров двадцать, не больше. Если бы сейчас система костюма была активирована, то Сергей сумел бы его рассмотреть. А так – только пятно на экране шлема. Ничего не поделаешь, придется пользоваться тем, что есть.

Вероятно, пират что-то такое почувствовал или его сканер все же уловил наличие источника энергии, потому что пловец вдруг дернулся, пытаясь найти укрытие. Но Сергей в этот момент нажал на спуск, и поток игл одной непрерывной очередью устремился к цели.

Он прекратил стрельбу только тогда, когда магазин на две сотни игл опустел. Потом заменил его на полный и вновь взял пирата на прицел. Тот продолжал светиться точкой на экране Сергея, вот только теперь эта точка была неподвижной. Не двигался и Сергей.

Минут через пять он все же двинулся на сигнал, не вечно же вот так сидеть. Тем более если бы пират остался жив, вряд ли он стал бы лежать на виду. К чему так подставляться? Наверняка постарался бы воспользоваться укрытием. А если бы был ранен, то не смог бы сохранить неподвижность и подавно, просто потому что вода начала бы разъедать его тело подобно кислоте.

Осмотр показал, что минимум четыре иглы нанесли смертельные ранения, еще штук шесть попали в разные части тела. Кстати, одна из игл угодила в искин, превратив его в кусок бесполезного хлама. Впрочем, возможно, СБ сможет что-то выкачать из него. Разумеется, если прибудет вовремя. И лучше бы с этим не затягивать.

Сергей связался с Ганидом, сообщив о случившемся и посоветовав поторопиться. Тот отреагировал целым потоком брани, как видно, по орбитальному времени сейчас тоже ночь. Потом приказал дождаться его и отключился.

А Сергей и не собирался никуда исчезать. Вот разве только отправился к субмарине, убедиться в том, что второй пират также мертв. Находясь во власти паранойи, он не стал активировать костюм и сейчас, предпочтя поработать ластами. Кто их, этих пиратов, знает, на что они способны. Вон этот оказался каким продуманным. Если бы не преимущество Сергея в невидимости, к гадалке не ходи, разобрал бы его на раз.

Его опасения оказались напрасными. Первый из пиратов перестраховался и обрядился в гидрокостюм. То ли это было разработанное ими правило, то ли судьба погибшего буквально рядом с этим местом американского экипажа им была слишком хорошо знакома, но факт остается фактом. Только это ему не помогло. Он был мертв. Результат взрыва, не иначе.

Все же Сергей дурак. К чему все это ребячество? Достаточно было дождаться, чтобы оба пирата оказались внутри судна, после чего активировать заряд. Даже если бы их контузило, ему ничего не стоило бы добить их, пока они беспомощны. Что же, будет уроком на будущее.

Уроком? Да к чертям собачьим такие уроки. Все. Это было в последний раз. Очень скоро у него корабль до Ирианской империи, и плевать он хотел на все эти разборки с пиратами и прочей братией Океании.

Стоп. А кто это его вызывал? Так, сделать запрос. О! А он ответил сразу.

– Кто это? – недовольно буркнул Сергей, обшаривая жилой отсек пиратской субмарины.

– Здравствуйте, Сергей Демьянович, это Илья Лупин, – послышался молодой задорный голос.

– Какой еще Лупин? – не понял Сергей.

– Ну, я на ферме, в бригаде Развалова. А это вы?

– Я, я, кому же еще-то быть, – прекрасно поняв вопрос парня, которому, судя по голосу, было лет двадцать, недовольно ответил Сергей.

А с чего, собственно говоря, ему быть довольным? С одной-то стороны, он вроде как победитель. Но с другой – Развалов сдал его на чистом глазу. То, что пираты не отреагировали на его предостережение, – это уже другой разговор. И что-то подсказывало Сергею, что остальные фермеры были далеко не против подобного подхода.

– Сергей Демьянович, я хотел вам помочь. Но только не знал, куда именно стрелять. Отметки-то одинаковые, мы ведь с вами лично не знакомы.

Угу. Если бы они уже общались бы раньше, то их искины сохранили бы сведения друг о друге. А так на экране сканера высвечивались две фактически безликие отметки. Выходит, не все на ферме разделяют мнение Развалова. Но, как всегда, решает большинство. Вот и пришлось меньшинству смириться с выплатой рэкетирам.

– Я тебя понял, Илья. Спасибо, я и сам разобрался. Но я не забуду об этом.

– Да о чем вы. Вот если бы помог…

– По меньшей мере, ты хотел помочь, а не сдать меня. Передавай привет Развалову и посоветуй этой интеллигентской морде не попадаться мне на глаза. Я бы и сам, да боюсь, что психану и полезу на ферму выворачивать ему кишки наружу. Все, отбой.

Вскоре прибыл Ганид, устроивший свой штаб внутри десантного многофункционального корабля. Сергей впервые был на его борту и, надо заметить, остался под впечатлением. Десантный отсек был отделен от пилотского переборкой. Мало того, в этих двух помещениях было разное давление и атмосфера. У пилотов – орбитальные, а здесь – глубоководные.

Вдоль бортов устроились ряды с регенерационными капсулами. Кстати, куда более продвинутыми, чем те, что были на борту «Щуки». А может, все дело в том, что это был военный образец. В любом случае, они были очень удобны хотя бы тем, что в них можно было ложиться прямо в бронескафандре.

Ганид устроился за небольшим столиком, оборудованным стационарным искином. Он так и не покидал пределов корабля. Незачем. Бойцы отряда довольно опытные, служат в подразделении уже давно, к чему путаться у них под ногами.

– Ну наконец-то ты сделал хоть что-то правильно. Надеюсь, мы прибыли вовремя, и нам удастся извлечь нужную информацию из останков электроники.

– Ну, если не удастся, вы всегда можете воспользоваться вот этим.

Сергей протянул Ганиду персональный искин первого из пиратов, погибшего внутри субмарины. Этот гаджет казался абсолютно целым.

– Ого. Похоже, на этот раз ты вытянул-таки счастливый билет.

– Господин Ганид, а можно, прежде чем вы приметесь за этот искин, вы посмотрите вот этот терминал. Все же искин был защищен чехлом.

– Хм. Вообще-то это приравнивается к банковским операциям. Да и подбор кода – дело не такое уж скорое…

– Господин Ганид, вы как-то обмолвились, что вам это по силам. Терминал пробыл в воде полтора часа. Пять процентов от содержимого.

– Десять, – как ни в чем не бывало согласился дознаватель, как видно осознав, что дальнейшие препирательства могут пойти во вред.

– Идет, – не торгуясь, согласился Сергей.

Что же, терминал его порадовал. На счет Сергея упало триста пятнадцать тысяч. А вот что касается искина, его ждало очередное разочарование. Впрочем, с каждым разом уверяясь в том, что контрабандисты плотно завязаны с корпорацией и, по сути, являются ее детищем, Сергей был уверен, что заявленной награды не получить никому. Но, возможно, именно вот эти парни и впрямь не имели ничего общего с контрабандистами.

– Что такое не везет и как с ним бороться, – вздохнув, произнес Сергей, когда Ганид озвучил данные.

– Это точно. Прошлые пираты оказались всего лишь в сговоре с механиком Эриком и собирались заработать на регенерации. Учитывая секретность, у них были неплохие шансы. Эти были в сговоре с главой администрации двадцатой базы. Кстати, если бы не ты их убил, то я решил бы, что за этой схемой стоишь именно ты.

– С чего бы это? – искренне удивился Сергей.

– А с того, что эта схема раньше не работала. Фермеров конечно же обирали и прежде, но только взятое с них уходило к контрабандистам. Тут же предусмотрены полуофициальные методы. А господин Горх еще удивлялся тому, что показатели двадцатой базы несколько выросли.

– Мне не очень нравится ваше высказывание насчет полуофициальности. Уж не хотите ли вы подвести меня под нехорошее дело, к примеру, преднамеренное убийство и штраф?

– Добрее нужно быть, Сергей, и о ближних своих думать лучше. Нет, я не собираюсь делать ничего подобного. Вымогательство путем угрозы расправой, причем не единичное, – установленный факт. Так что ты получишь свою награду. – Дознаватель вперил в Пошнагова внимательный взгляд.

– Сколько? – вздохнув, спросил Сергей.

Ничего не попишешь, похоже, дельце все же скользкое, и без смазки никак не обойтись. Впрочем, чему тут удивляться, чиновник – он даже на другой планете останется чиновником. Причем абсолютно без разницы, на кого он работает, на государство или частную компанию.

– Все те же десять процентов.

– Мог бы сразу заказать двадцать за раскодировку терминала.

– А ты знал, сколько там денег?

– Разумеется, нет.

– Вот и я не знал. Но ведь есть еще один бонус – «охотник» является твоим законным трофеем. Кстати, ты можешь сам мучиться с его доставкой, а можешь уплатить всего лишь сто тысяч, и наш пилот без труда подцепит его вместе с грузовым модулем.

– Ну ничего на этой планете не делается бесплатно, – невольно всплеснул руками Сергей.

– Я тебе открою страшную тайну. Во всей Вселенной ничего не делается просто так, правда, расценки везде разные. Ну так как? Я договариваюсь с пилотами?

– Пожалуй, так будет проще. Я свяжусь с Михаилом, он встретит коробочку. А я, если вы не против, своим ходом. У меня тут неподалеку скутер с имуществом припрятан, не бросать же.

– Ты взял такой трофей и трясешься над каким-то скутером? И не лень полдня провести в дороге?

– Знаете, господин Ганид, у нас говорят – без копейки нет рубля. Ага. Тогда по-другому, без одного кредита нет миллиона.

– Отлично сказано. Ладно, договорились, сделаем все в лучшем виде.

– А ведь и вам перепадет от доли пилотов?

– Ну неужели ты думал, что я буду вот так просто заботиться о чужих заработках?

– Ясно. Господин Ганид, а можно мне узнать данные этих парней?

– Зачем?

– Ну, все же русские.

– Лови почту.

Хм. Лепнин Иван Сергеевич, сорок лет. Долгов Александр Петрович, сорок три года. Прибыли полгода назад, по местному времени, разумеется. Субмарина «Комсомолец». Ага. Примерно четыре месяца назад уничтожили «охотника» пиратов. Получили вознаграждение. Судно, судя по всему, разнесли в хлам. Возможно, собрали останки на вторсырье. Тут все зависит от глубин. Во всяком случае, в присланных Сергею данных ничего такого не было.

Ну, все сходится. Обзавелись «охотником», это несложно, если с кредитом не откажут. Странно, правда, что кредит выдали уже через два месяца, ну да кто этих банкиров поймет. Заполучив субмарину, разобрались с конкурентами и заняли их место. Потом потихоньку окучивали свой огород. И, похоже, у них выходило не так уж и плохо.

– К Родину какие-то меры примете?

– А зачем? – удивился Ганид. – Он никому не угрожал расправой, никого не заставляет работать на себя. Наоборот, все на договорной основе, причем самым что ни на есть официальным образом. Любой может расторгнуть договор, уплатив неустойку, или, по окончании контракта через год, уходить, куда захочет. Что же касается этих двоих, тоже ничего, что бы противоречило правилам корпорации. Просто проводил ресурсы через себя, вот и все.

– Ясно. Родин корпорации попросту выгоден.

– При подобном подходе – да.

– Ну, тогда до встречи. Пойду я.

– До встречи.

Эсбэшники долго копаться не стали. Как только Сергей перечислил деньги, подхватили «охотника» и двинулись в направлении базы. Ну и ему здесь околачиваться не след. Как ни странно, но у него не возникло ни малейшего желания посетить место, где он провел несколько месяцев. А может, причина крылась в том, что он не хотел видеть Развалова. Имелись серьезные опасения, что он убьет этого кухонного интеллигента.

– Здравствуй, Ирина, – уже в пути вызвал он по Сети свою подругу.

– Привет. Удачно позвонил, я только недавно вышла из класса.

– Не удачно, а с точным расчетом. Я примерно так и предполагал. Это у нас раннее утро, а у вас там уже обед.

– Куда бы деться, какие мы продуманные.

– А то.

– Я вижу, ты опять куда-то мчишься. – Ничего удивительного, она тоже видит его изображение, а в настоящий момент это только лицо, находящееся в шлеме.

– Не куда-то, а откуда-то. Удачно поохотился, и сдается мне, что это была моя лебединая песня. Сегодня сдам на «Двадцатке» трофей, и можно отчаливать с этой планеты. По-моему, дальше для меня тут предвидятся одни лишь неприятности.

– И насколько удачно сходил?

– Удачно, и даже очень. Практически вернул стоимость погибшей «Щуки». Прихлопнул тут двоих пиратов, на выходе – полтора миллиона, может, даже чуть больше. Это надо с Мишкой определяться, по стоимости трофея.

– И кого? – как-то напряженно поинтересовалась Ирина.

– Кого прищучил? На этот раз – наших соотечественников. Такие Лапнин и Долгов. Ирин, ты чего?

– А? Что?

– Ты как-то в лице сразу поменялась.

– Так, ничего. Просто… Просто я знала их. Иван и Александр?

– Ну да, – растерянно произнес он, уже предвидя что-то нехорошее. – Ирина, мне очень жаль, я ведь не знал…

– Нет, нет, все нормально. – Кой черт нормально, если она едва сдерживает слезы и вообще, по всему видно, готова разорвать связь. – Просто я с ними как-то общалась. Мы в Сети познакомились. Они о себе рассказывали. Саня, он моего отца хорошо знал, хотя и помладше. Собственно, потому и встретились. Сереж, ты не бери в голову. Ты же не виноват, что они в пираты подались. Просто… Прости, Сергей, я потом перезвоню.

Хм. Нет, ну ладно, когда говорят, что Земля – маленькая и круглая. Но теперь-то они на другой планете, за несколько световых лет – и на тебе. Как там говорил поручик Ржевский из «Гусарской баллады»? «Три тысячи чертей, свиданье, как в романе!» Вот и у него нечто похожее. А еще… Ирину он потерял окончательно. Тут и к гадалке не ходи.

Подтверждение он получил уже вечером этого же дня. К тому моменту он определился с Михаилом относительно реализации всего имущества. Успел сдать водоросли, которые предназначались для пиратов. У него даже мысли не возникло что-нибудь вернуть фермерам. Вместе с грузовым модулем, скутером и всем остальным имуществом у него вышло около двух миллионов. Конечно, потери случились, но уже не такие катастрофические, как несколько дней назад.

Так вот, вечером позвонила Ирина и сказала, что она никуда не едет. Мол, она выяснила, что набор в высшую навигационную школу начнется только через полгода, и, чтобы не проедать впустую деньги, решила задержаться на Океании. Так сказать, немного увеличить свой капитал.

В принципе вполне нормальный подход. Не обремененная кредитами, она сможет заработать тысяч двести, если не больше. Потом поместить эти деньги в банк или купить какие-нибудь акции и жить на проценты и стипендию. Очень даже практично. Вот только отчего-то Сергей был уверен, что причина кроется именно в этих погибших русских братках. Все бы ничего, но один из них был последней ниточкой, связывающей ее не просто с Землей, но с домом. Это был человек, знавший ее отца.

Похоже, судьба сделала очередной финт. Практически полностью восстановив свои материальные потери, он потерял единственного близкого ему человека. Опять один. Ну что же, ему не привыкать идти по жизни в одиночестве. А нужна ли ему такая жизнь? Да пошла она к лешему! Никому не хочется оставаться одному.

Стоп. А почему, собственно говоря, одному? У него ведь есть семья. Ну и что с того, что она находится на Земле. Подумаешь, от границы цивилизованного космоса до его планеты – тридцать звездных систем и больше сотни световых лет. Нужно же ради чего-то жить. Так почему не ради того, чтобы обнять самых дорогих ему людей во Вселенной, пусть даже они его сейчас и ненавидят.

Эпилог.

– Разрешите, Анатолий Анисимович?

Хозяин довольно тесного, но светлого кабинета оторвал взгляд от бумаг и посмотрел на появившегося в дверях мужчину. В отличие от Анатолия Анисимовича, которому на вид было около шестидесяти, вошедшему едва ли исполнилось сорок. Невысокого роста, сутулый, худощавый, светловолосый, с невыразительной серой внешностью, и вообще личность довольно непримечательная. Вот так посмотришь на него, и взгляд сам собой скользнет в сторону, потому что ему не за что зацепиться.

А уж если сказать, что перед вами стоит подполковник ФСБ, это вызовет несравненное удивление. Тем не менее это было именно так. Подполковник Слива Артем Георгиевич являлся одним из лучших оперативников главка и весьма серьезным противником. Недооценивать его категорически не рекомендовалось.

Генерал Роговцев относился к числу прекрасно знавших, кто именно перед ним и чего от него стоит ожидать. Как, впрочем, и вошедший отдавал себе отчет, кем является хозяин кабинета.

Скала, известный в узких кругах специалист контрразведки, на долю которого выпало отстаивать остатки былого могущества КГБ. Человек, оставшийся на своем посту и бескомпромиссно продолжавший противостоять распоясавшимся победителям в холодной войне, даже когда правительство стелилось перед ними, как продажная девка. Именно благодаря таким людям Россия и возрождается каждый раз из пепла, расправляя могучие плечи.

– Ну, чего замер у двери, как девка на выданье? Проходи, – сделал приглашающий жест Роговцев.

Слива не стал дожидаться уговоров, тут же сделал три шага и опустился на стул у приставного столика. Привычно окинул взглядом кабинет. Убогонько. Могли бы предоставить помещение и попросторнее, все же их отдел занимается нешуточным делом.

Впрочем, об этом знает только строго ограниченное количество людей. Для остальных они – пятое колесо в телеге и вообще занимаются какой-то общественной деятельностью. Поговаривают, что этот отдел создали специально под Роговцева, чтобы не выгонять на пенсию заслуженного работника. Ну и чтобы всегда был под рукой, мало ли какая консультация понадобится. Все же опыт у старика нешуточный.

Ну и каким должен быть рабочий кабинет такого сотрудника? Правильно, скромным, где-то там, на отшибе. Оно вроде и в главке, отчего не так обидно, и в то же время под ногами не мешается. Возможно, Анатолия Анисимовича подобное обращение и обидело бы, мало того, он порой и показывал, что недоволен. Но это только игра, потому что он верил в то, что занимается по-настоящему нужным делом.

– Чего пялишься на стены? С твоего последнего посещения ничего не изменилось. Докладывай.

– Слушаюсь, товарищ генерал. Есть три кандидата. – Слива протянул Роговцеву не особо пухлые папки с личными делами.

– Ого, сразу три, – тут же оживился генерал.

– Так точно. Двое – из наших региональных управлений, один – от смежников, из СВР. Первые, обычное дело, рак. Эсвээровец служил при посольстве в Африке, подхватил вирус Эбола. Случай, запущенный до крайности.

– Как будут вывозить?

– Уже. Он гражданин России, так что никаких проблем.

– Я так понимаю, он дал согласие?

– А куда он денется? Выхода у него только два, либо в сырую землю, либо с нами.

– Выбор всегда есть, и еще неизвестно, что лучше: то, что предлагаем мы, или могила.

– Любой здравомыслящий выберет шанс выжить, – пожав плечами, равнодушно ответил подполковник.

– Ты хорошо проверил кандидатов?

– Насколько это вообще возможно в сложившихся условиях. С ними поработали психиатры, картина вполне приемлемая. Правда, в таком деле дать стопроцентную гарантию невозможно.

– Я понимаю. Дожить бы до получения первой весточки.

– Кхм.

– Да знаю я, что программа рассчитана минимум на десять лет, да и то без гарантии. Но…

– Анатолий Анисимович, не корите себя. Здесь у Ирины не было шансов. Пара-тройка лет – и конец один. Там же есть хотя и слабая, но надежда. И потом, так уж случилось…

– Я знаю, что случилось. Ладно, Артем, если это все, оставь дела и можешь идти. Готовь людей. Вывози их, ну и массовку подготовь, так, чтобы с похоронами и всем остальным.

– Понял.

После ухода подполковника Роговцев попытался вернуться к прежнему занятию, но голова напрочь отказывалась воспринимать информацию. Вот ведь. Казалось бы, чего только в жизни не случалось и через что только не пришлось пройти, а вот с потерей дочери никак не мог смириться. Ладно бы потерял, а то ведь отправил в неизвестность, и то, что это было ее осознанное решение, вовсе не приносило облегчения.

Ирина с детства была упертой и своенравной. Ей бы мальчишкой родиться, но получилась вот такая атаманша в юбке. Выросла дочка и, подобно своему отцу, решила служить, и хоть кол на голове теши. Два сына и мысли не допускали надеть погоны, а она уперлась – и ни в какую.

Так ведь мало того, еще и всячески рвалась в горячие точки. Причем не абы как, а в боевом подразделении. Имела на личном счету ликвидацию одного полевого командира. Но во время одной из спецопераций не повезло. Банально оступилась и упала, случайно вогнав в ногу валявшийся на полу использованный шприц.

А потом как приговор – СПИД. Вот так, на ровном месте. Из-за какой-то невероятной случайности. Разумеется, оставить на службе ее не могли. Девушка озлобилась на весь белый свет, подсела на наркотики. Словом, разом сломалась и пошла по наклонной с бешеной скоростью.

Но… Как много в этой жизни этих самых «но». А еще самых невероятных случайностей. Это именно благодаря ей удалось выйти на вербовщика инопланетян. Ей бы никто не поверил, вот только то, с какой легкостью этому вербовщику удалось купировать болезнь, просто поражало. И пусть, по его словам, это только временно, результат был настолько ошеломительным, что профессора разводили руками.

Времени у него было меньше месяца. У них времени было меньше месяца. Потому что сначала были бесконечные анализы и исследования. Потом Ирина с огромным трудом сумела достучаться до отца. И только после этого Анатолий Анисимович вышел на президента России, убеждая его в необходимости открытия финансирования и запуска новой программы.

А цель программы была проста. Заслать к инопланетянам своих казачков, коль скоро, как утверждал вербовщик, они такие же разумные. Затем постараться раздобыть инопланетные технологии и доставить их на Землю. А точнее – в Россию.

Вообще-то похоже на бред. Но, с другой стороны, и финансирования требовалось не так чтобы много, и штат не нужно раздувать. Другое дело, что с подбором кадров, засылаемых в космос, дело обстояло, откровенно говоря, из рук вон плохо. Во-первых, нужны были реально безнадежно больные люди. Во-вторых, они должны были вызывать доверие.

Если весь этот бездоказательный бред все же окажется правдой, очень не хотелось бы, чтобы их посланец вдруг заговорил. Незачем инопланетянам знать, что одно из земных государств всерьез вознамерилось обзавестись инопланетными технологиями.

Кто его знает, какой будет реакция. Вдруг они захотят развязать Третью мировую, чтобы им никто не мешал и дальше получать свой живой материал. Чем больше мути в воде, тем проще ловить рыбку. Правда, если бы они попытались договориться с той же Россией, то с вербовкой вообще, считай, проблем не было бы.

Пошло бы руководство страны на обмен своих граждан на инопланетные знания? А попробуйте догадаться с двух раз. Причем так поступило бы руководство абсолютно любого государства, уж тем более занимающего лидирующее положение в мире.

Вербовщика сумели взять примерно через месяц после отправки Ирины. В настоящий момент он жил на одной подмосковной усадьбе. Жил вполне прилично, ничуть не ощущая ущемления собственной свободы. Ну, почти не ощущая.

Кстати, его искин, какой-то персональный гаджет, представлял такой интерес, что эксперта едва удалось урезонить, так он рвался распотрошить и изучить инопланетную электронику. Вот только это была единственная связь вербовщика со своими хозяевами. Кто-то мог сказать, что лучше получить синицу, чем замахиваться на журавля, но Роговцев вновь показал характер.

На этот раз его позиция была куда как тверже и непреклоннее, чем раньше. Если ухватиться за малое, то потеряешь возможность оказать помощь дочери. Пусть эфемерную. Пусть не понятно, дойдет ли она до нее или контора будет отправлять людей в никуда. Главное, что у него, генерала и любящего отца, есть надежда, что это случится. Ну и в случае удачной работы выигрыш России будет куда как более ощутим.

Вслед за Ириной были отправлены еще двое. Майор ФСБ Лепнин и майор ГРУ Долгов. И опять – никаких известий и результатов. Вот теперь подобрали сразу троих. И снова их придется отправлять в никуда, в надежде, что когда-нибудь от них поступят сведения.

Радовало хотя бы одно. Никакого усиленного интереса по отношению к НЛО спецслужбы других государств не проявляли. Впрочем, нельзя исключать и того, что они могут оберегать свои секреты ничуть не хуже, чем Россия. Да чего уж там, западные спецслужбы уже давно и основательно это доказали. Очень не хотелось бы оказаться в числе аутсайдеров, но похоже, что тут от офицеров ФСБ мало что зависело.

Оставалось только выжидать, ну и постараться заполучить еще одного вербовщика. А то эта ученая братия из закрытого учреждения уже откровенно надоела президенту, эдак, глядишь, махнет рукой – и плакала связь с инопланетянами.

В принципе президент – мужик умный и, что такое многолетняя перспектива, понимает. Но проблемы-то нарастают сейчас. Причем как снежный ком. А у России отставание, считай, по всем пунктам. Этот же гаджет и впрямь может способствовать настоящему прорыву.

Впрочем, кто его знает, как оно лучше. Вон вакцину, изъятую у вербовщика, крутят и так и эдак и даже представления не имеют, как такое можно синтезировать. Даже при наличии готового образца могут понадобиться годы изысканий. Вот и с гаджетом может случиться такая же история.

Если же президент выдержит все эти нападки и все сложится удачно, то в далекой перспективе, спустя долгие годы, они получат ответ не на один вопрос, а на сотни. Готовый результат и всю технологическую цепочку.

А еще была и личная причина подобного поведения генерала. Только так он мог обеспечить пусть и эфемерную, но поддержку дочери. Это им уже на месте решать, как быть и каким образом связаться друг с другом. Но если таковая возможность будет, Анатолий Анисимович хотел сделать все, чтобы его дочь не осталась в одиночестве.

Итак, перед ним личные дела трех кандидатов. Нужно работать. Ни в коем случае нельзя допустить ошибку. Он не может подвести дочь, пусть даже им не суждено больше встретиться.

Охотник за головами.

Глава 1. Алаянка.

– Посадка на Раппельском космодроме планеты Алаянка завершена. Местное время – четырнадцать часов. Температура за бортом – тридцать пять градусов. Предварительный анализ показывает отсутствие агрессивной среды. Получено разрешение покинуть корабль. Рекомендуется иметь при себе респиратор.

– Принял. – Сергей не без удовольствия потянулся, сидя в пилотском ложементе, а потом резко поднялся на ноги.

Итак, вновь Алаянка. Вполне приветливая планета, находящаяся на фронтире, в сфере интересов Ирианской империи. Кстати, за эту систему ирианцам пришлось слегка пободаться с багрийцами, открывшими ее немного раньше.

Багрийская империя – это одно из государств, где официально разрешено рабство. По сути, Алаянку открыл один из работорговцев, когда убегал от ирианского эсминца. Такие купцы пользуются уважением только в зоне интересов рабовладельческих государств, вне их пределов они становятся предметом охоты.

Правда, даже в случае задержания с живым товаром на борту работорговцы далеко не всегда оказываются на скамье подсудимых. Подобное происходит только тогда, когда они умудряются нарушить еще и свое «родное» законодательство. Если же они – честные торговцы живым товаром, то Багрийская империя будет драться за них на дипломатическом поприще до последнего. И дело тут вовсе не в личности задержанных, а в престиже империи и государственных устоях.

Но даже в этом случае весь живой товар изымается, и торговец неизменно несет убытки. А если прибавить сюда то, что тяжба за его освобождение в среднем может продлиться около года… В общем, перспектива не из приятных. Мало того что все это время придется провести за решеткой, так еще и вместо заработков – невосполнимые расходы.

Плюс ко всему рабовладелец самостоятельно оплачивает ремонт возможных при задержании повреждений собственного судна. Вообще-то без повреждений, как правило, не обходится. Командиры боевых кораблей государств антирабовладельческого блока никогда не упускают случая поупражняться в стрельбе. Главная задача – захватить невредимым экипаж, судно же интересует нападающую сторону в последнюю очередь, так что корабль порой вообще не подлежит восстановлению.

Словом, выбор у работорговца был невелик. Либо сдаться и после длительной тяжбы выйти на свободу вместе с кораблем (в лучшем случае), но без груза, либо рискнуть и, опять же потеряв груз, суметь спастись вместе с судном. И понести минимально возможные потери.

В общем, в тот раз, когда была открыта спорная планета, багрийцы, видя, что ирианский корабль один, решили рискнуть. Сбросили весь груз, не забыв проинформировать о его характере командира эсминца, а сами ушли в подпространство. Потом сделали еще несколько прыжков наугад, стараясь сбить возможную погоню со следа. В результате ну очень уж рискованных маневров совершенно случайно оказались в системе, где и располагалась Алаянка.

Вообще-то подобные прыжки в некартографированном пространстве не рекомендуются. Это епархия исследовательских судов, и лучше бы об этом не забывать. Прыгая в неизвестность, выйти из подпространства можно в самых неожиданных местах. Например, посреди раскаленного ядра какой-нибудь планеты.

В данном конкретном случае либо на торговце оказался толковый навигатор, либо капитан и по совместительству владелец судна был слишком уж напуган или склонен к необдуманному риску. Но, скорее всего, верх взяла его ну очень бережливая натура, точнее, жадность. Багрийцам удалось выжить только благодаря невероятному везению, и никак иначе. Но зато каков джекпот!

Обнаруженная планета, цивилизация которой достигла уровня начала земного двадцатого века, оказалась настоящим Клондайком для работорговца. За сравнительно короткий срок он сумел не только поправить свои дела, но и изрядно разбогатеть. Через год он обзавелся большим работорговым судном, способным перевозить одновременно до пятидесяти тысяч человек.

Но, как это часто бывает, подвела его собственная жадность. Слишком уж долго он всячески скрывал, откуда вывозит живой товар. Причем, надо отдать ему должное, он проявил прямо-таки чудеса конспирации. Работорговцы готовы дорого заплатить за отсталый мир, откуда безнаказанно и при минимальных вложениях можно качать людские ресурсы.

Торговец оповестил власти Багрийской империи только тогда, когда в системе появилось исследовательское судно ирианцев. Но, как говорится, было уже поздно. В отличие от первооткрывателя, ирианцы не стали замалчивать факт обнаружения новой планеты и официально объявили об этом. Произошел небольшой дипломатический конфликт. Даже пришлось немного побряцать оружием.

Но результат был вполне ожидаем. Ирианцы не собирались уступать обитаемую планету в своем секторе космоса и уж тем более отдавать ее в руки своих давних соперников багрийцев. Так что последним пришлось отступиться, а первым – наладить в этой системе патрулирование силами ирианского флота и даже разместить там небольшой отряд боевых кораблей.

Да, эта система находилась на фронтире. Но ничто не вечно в этом мире, как и границы империи. Государство или прекращает свой рост и останавливается в развитии, или продолжает расширяться. Алаянка была заделом на будущее. Когда придет время, она войдет в состав империи. У нее просто нет другого выбора. Конечно, процесс это небыстрый из-за большой удаленности от центра. Но на вновь открытой планете уже сейчас имелось несколько представительств империи и велась определенная работа с населением.

Правда, данное обстоятельство не могло оказать решительного влияния на военные конфликты, то и дело возникавшие между различными государствами. Но использование миротворческих сил, пусть и небольших по составу, пока помогало избегать слишком уж крупных войн.

Разумеется, велась с этой планетой и торговля, вот только предложить Алаянка могла не так чтобы и много. В основном это были углеводороды и продукция сельского хозяйства. Ну неинтересны империи производимые здесь паровые машины и только-только появляющиеся двигатели внутреннего сгорания.

Кстати, очень может быть, что загрязнение окружающей среды на Алаянке будет не таким сильным, как на Земле. Из-за вмешательства ирианцев здесь все большее распространение получают электродвигатели. Повсюду наблюдается настоящий бум строительства гидроэлектростанций, основной упор делается именно на них. А в южных регионах налаживается производство солнечных панелей. Ирианцы не могут одобрить пережигание углеводородов для получения энергии.

Конечно, покровителям планеты не составит труда построить термоядерные электростанции, но в администрации по делам колоний считают этот шаг преждевременным. Для начала необходимо поднять общий культурный и технический уровень обитателей планеты. Разумеется, сейчас темпы развития общества Алаянки с точки зрения истории просто колоссальные. Но все же процесс этот довольно долгий, как известно, каждому овощу свой срок…

Сергей подошел к шкафчику со спецодеждой и извлек наружу респиратор. Вообще-то в его понимании это был самый настоящий противогаз. Полная прозрачная маска на лицо, герметично прилегающая к коже. Пара фильтров, способных противостоять подавляющему большинству отравляющих газов, особенно природного происхождения. Правда, оставались еще нанотехнологии, перед которыми респиратор пасовал.

Атмосфера на Алаянке в общем и целом была для людей благоприятной, но и сюрпризы планета преподносить умела. Порой зацветали различные растения, на пыльцу которых у большинства пришельцев была аллергия. В районе болот или действующих вулканов случались выбросы природных газов. А еще здесь есть насекомые, укус которых может вызвать ураганную аллергическую реакцию.

У местных ко всем этим явлениям выработался иммунитет, а вот инопланетянам стоило бы поберечься. Известны прецеденты, когда пришельцам не удавалось избежать безвозвратной гибели.

Пошнагов подбросил в руке респиратор. Вообще-то желания тащиться с ним по взлетному полю нет никакого. Для перемещений на планете у него имелся электромотоцикл. А на подобном транспорте ездить без шлема – это увольте. Он и на Земле не понимал подобных глупцов, а уж здесь, когда проломленный череп может послужить едва ли не единственной причиной безвременной кончины, – и подавно. Шлем же и сам оборудован фильтрами. Так что респиратор вроде как не нужен. В здании космодрома постоянно работает система вентиляции и очистки воздуха, и там естественная угроза со стороны планеты отсутствует напрочь.

– «Щука», а в чем проблема? Ты сообщаешь об отсутствии агрессивной внешней среды и тут же рекомендуешь прихватить с собой респиратор.

– Согласно имеющимся данным, примерно через десять суток зацветет акапуана. У некоторых растений цветение может начаться раньше.

– Ясно. Перестраховываешься, значит.

Сергей повертел респиратор в руках, пытаясь прийти к какому-нибудь решению. С одной стороны, он доедет до подземной стоянки, где и оставит свою технику. Это внутренние помещения консульства, а заодно и терминала космодрома. Соответственно там абсолютно безопасно. С другой – никогда нельзя поручиться в том, что ему не придется покинуть консульство. Мало ли что может случиться. Торговля – дело такое, непредсказуемое, как и война. И что же ему тогда, тащиться в шлеме? К виду инопланетян в респираторах местные давно привыкли, а вот шлем – это уже лишнее.

Ладно, респиратор можно прихватить с собой в рюкзачке. Конечно, такая сумка вроде как больше подходит молодежи или хотя бы людям с более субтильной комплекцией. А Сергей – мужчина крупный. Не толстый, теперь-то он себя из рук не выпускает, но все же из песни слов не выкинешь. Ладно, пусть улыбаются. Не в руках же таскать этот респиратор.

Минута – и он готов к выходу, облаченный в костюм для езды на мотоцикле. Вот уж чем он теперь не пренебрегал, так это безопасностью и здоровьем. Жизнь научила. Костюм вполне современный, с системой контроля климата, с композитными вставками. В таком падать не так страшно, а то мало ли что.

Несмотря на свою неприязнь к мотоциклам, в данном конкретном случае он не смог найти этому средству передвижения альтернативу. Места занимает немного, что для малого транспортника очень важно. Ну и без труда доставит куда угодно достаточно быстро и даже с комфортом. Во всяком случае, в условиях Алаянки, где до сих пор основной вид транспорта – это лошадь, электромотоцикл был незаменим.

Сергей покрутил в руках игольник, вздохнул и отложил его в сторону, разместив в кобуре электрошокер. Вроде и вооружен, и в то же время можно обойти возможные неприятности с местным законодательством. Инопланетянам бродить без оружия вне охраняемых объектов не рекомендуется. Мало ли что может случиться, все же время реагирования местной полиции оставляет желать лучшего.

Нет, какой-никакой связью власти здешних блюстителей правопорядка обеспечили. Усиление полицейских структур было одним из требований ирианцев при размещении представительств. Разумеется, никто и не думал принуждать местных к чему бы то ни было. Алаянкцы сами были заинтересованы в поддержании отношений с империей, в особенности в сфере торговли, которая была невозможна без наличия представительств. Имперские торговцы вообще не могли совершать сделки за пределами представительств.

Полицию постарались оснастить в должной степени хотя бы в городах, где находились представительства ирианцев. Вот только подавляющее большинство блюстителей порядка вовсе не готово рисковать своей жизнью ради соблюдения гражданами законности. Кстати, в городах есть районы, куда полицейские заглядывают только во время проведения облав. Как правило, это происходит совместно с армейскими подразделениями и сами полицейские всячески стараются при этом не засветить себя. Армейцам что – покуражились и подались восвояси, а стражи порядка остаются на месте.

Конечно, это не значит, что на улицах городов Алаянки все плохо. Это далеко не так. Вернее, не везде так. Однако инопланетянам рекомендуется иметь при себе оружие на случай самообороны. Хотя бы потому, что любой из них является лакомым кусочком для преступников, специализирующихся на похищениях людей. Вот же упрямые. Ни одного успешного покушения. До получения выкупа ни у кого так дело и не дошло. Но попытки не прекращаются.

Сергей вышел в короткий коридор и по привычке остановился, прикидывая, не забыл ли чего. При этом он невольно осмотрел жилой отсек своего малого транспорта. В общем и целом – не так чтобы очень просторно, но вполне прилично. Есть даже две каюты, расположенные друг напротив друга. Места в них немного, но койка, платяной шкаф и небольшой откидной столик помещаются.

Наличествует и кают-компания, которую он безжалостно отвел под кресло виртуала. Пищу можно принять и в каюте, а вот заниматься самообразованием во время путешествий – совсем не лишнее. Малый транспорт конечно же отвечал всем его требованиям, и заработков на жизнь вполне хватало, но глупо топтаться на месте, если есть возможность идти вперед.

История эта началась больше трех лет назад, когда Сергей еще жил на Земле. Так уж случилось, что он заболел раком. Причем обнаружилась болезнь уже на последней стадии. Словом, надежды никакой. Нет, побарахтаться, конечно, можно, но только это напрасный труд. Вымотать и выдоить своих близких только ради того, чтобы протянуть еще год-другой? Нет, на это Пошнагов пойти не мог.

Будучи человеком деятельным и не робкого десятка, он решил оставить семью, ограбить банк и, обеспечив будущее родных через брата, уйти в сторону в ожидании неизбежного конца. Все именно так и случилось бы, но произошло невероятное. На него вышел вербовщик инопланетян и предложил жизнь в обмен на подписание рабочего контракта. Терять Сергею было нечего, поэтому он без лишних раздумий согласился.

Действительность оказалась именно такой, как говорил вербовщик. Пошнагов и другие земляне, которых вырвали из лап смерти, подписали документы, согласно которым должны были отработать стоимость процедуры регенерации. Так он стал акванавтом, и работать ему предстояло под толщей воды на планете, сплошь покрытой океаном. Она и название имела соответствующее – Океания.

В общем и целом условия оказались вполне приемлемыми, и средний работник мог покинуть планету, расплатившись по всем долгам примерно за десять лет. Срок не такой уж и долгий, учитывая то простое обстоятельство, что после регенерации средняя продолжительность жизни завербованных увеличилась до сотни с лишним лет.

Впрочем, не сказать, что все было так уж радужно. С одной стороны, существовала опасность погибнуть от зубов хищных представителей местной фауны. С другой – среди людей возникали противоречия, причем подчас они достигали такого накала, что могло случиться все что угодно.

Сергею пришлось пройти через многие испытания, но он об этом не жалел. А чего, собственно, жалеть, если все это в результате только пошло ему на пользу. Ему удалось вырваться из лап неизлечимой на Земле болезни, а Океанию он покинул не с пустыми руками. Денег у Сергея оказалось настолько много, что он был в состоянии позволить себе покупку новенького малого транспорта.

Кораблик, конечно, обошелся дороговато, но стоил вложенных в него средств. Подержанное судно – это как подержанный автомобиль, чистой воды кот в мешке. Если повезет, ты приобретешь корабль у нормального владельца и во вполне приличном состоянии. Не повезет – и тогда тебе попадется какой-нибудь ушлый хозяин, который провел предпродажную подготовку и всучил тебе самую настоящую развалюху.

В любом случае, приобретая подержанную технику, ты обязательно в нее вложишься в той или иной степени. А вот новый «экземпляр» совершенно этого не требует. Такая «лошадка» готова работать на протяжении нескольких лет без каких-либо вложений. Просто эксплуатируй с умом, не забывай о профилактике и расходниках.

Вот именно этим и руководствовался Сергей, когда вкладывал деньги в такую покупку. И надо заметить, у него еще осталось достаточно средств, чтобы не работать на кого-то простым перевозчиком, получая при этом гроши. Вместо этого он прошел первоначальный курс обучения, который позволял ему хоть как-то ориентироваться в местной экономике, и получил лицензию на торговлю малым оптом.

Нет, он вовсе не превратился в самого продуманного, умного и ушлого торговца, каких только видел освоенный космос. Будь у него предпринимательская жилка, то он не работал бы на Земле обычным таксистом. Но Пошнагов был работягой, готовым трудиться не покладая рук. А главное, его талантов вполне хватало на то, чтобы, получив в руки отлаженный механизм, не сломать его. Разумеется, если не случится форс-мажор. Тогда за целостность предприятия поручиться уже нельзя.

Словом, Сергей прекрасно отдавал себе отчет относительно своих способностей к предпринимательской деятельности. Поэтому он решил пойти по самому простому пути и взяться за гарантированно прибыльные торговые операции. Они не способны принести баснословных прибылей, но зато стабильны. И Алаянка вполне для этого подходила.

Лаятская система, к которой относилась эта планета, находилась от Лаути, последней базы фронтира, в трех прыжках. Вроде бы это предельная дальность для малого транспорта. На подобных кораблях просто не разместить серьезный генератор свертывания пространства, так что прыгнуть судно могло на расстояние не далее пяти световых лет. Ну и топлива хватало не больше чем на три прыжка. Но в то же время и опасность была минимальной. Ну почти.

Дело в том, что трасса эта считалась вполне освоенной. Поток транспорта не столь уж велик, но все-таки довольно регулярный. Поэтому, даже зависнув в промежуточной системе, можно было передать весть на Лаути или Алаянку с проходящим транспортом, чтобы прислали помощь. В общем, в этом плане все не так уж и безнадежно.

Большим торговым судам на Алаянке делать было нечего, уж больно у них объемные трюмы. Планета просто не в состоянии быстро переварить то, что способен доставить один большой корабль. А какой смысл крупным торговцам вести дела с Алаянкой, если их груз будет реализовываться слишком долго? Конечно, речь здесь не о крупных корпорациях, вывозивших с планеты углеводороды и сельхозпродукцию. В основном же планета была отдана на откуп небольшим компаниям и свободным торговцам, которые пользовались малыми и средними транспортами. Причем первые суда преобладали, ведь этого было вполне достаточно для обеспечения потребностей планеты, покупательная способность населения которой еще не достигла уровня для более крупных поставок.

На Алаянке существовала отработанная система товарооборота, тесно связанная с имперской. Сами торговые операции не представляли сложности. Ну что трудного – зайти на страничку товара и просмотреть имеющиеся там заявки. Затем, все так же в Сети, заключить контракт на поставку, закупить нужный груз и доставить его на планету.

Сама Алаянка могла предоставить не так чтобы и много товаров. Как уже говорилось, углеводороды и сельхозпродукцию вывозили крупные корпорации. Малым транспортам просто невыгодно заниматься вывозом тех же зерновых культур. Слишком уж низкая цена и небольшой объем. А вот крупные суда, да еще и попутно, – другое дело.

Так что «малышам» оставалась экзотика – украшения, что-то необыкновенное, способное разжечь интерес у жителей освоенного космоса. Но Сергей предпочитал не рисковать. С Алаянки он всегда вывозил только один груз – специи и пряности в ассортименте. Да, однообразно и без выдумки. Но зато у него на этот товар всегда находился покупатель с твердыми расценками.

В зависимости от обстоятельств Пошнагов имел чистый доход от двадцати до сорока тысяч с одного рейса. В течение месяца он мог совершить два рейса. Так что сложившееся положение дел его более чем устраивало.

К слову заметить, не имей он средств на самостоятельную закупку грузов, а перевози чужие, его заработки были бы куда как скромнее. Раз эдак в десять. Как говорится, почувствуйте разницу. К тому же заниматься подобной торговлей он сможет еще как минимум пятьдесят лет. Этого более чем достаточно для воплощения его планов на ближайшее будущее.

Казалось бы, вот он, Клондайк для вольных торговцев. Не нужно напрягать мозги, вертеться, как уж на сковороде, придумывать какие-либо операции. Курсируй по накатанному маршруту и зарабатывай на безбедную старость. Но это только на первый взгляд.

Как и в любом деле, здесь существовали свои подводные камни и течения. Например, была опасность наткнуться на пиратов. Системы, через которые пролегала трасса, патрулировались только время от времени. Поэтому торговцам приходилось в основном рассчитывать на свои силы.

Что касается крупных судов, задействованных на вывозе углеводородов, то их экипажи чувствовали себя вполне уверенно. Что, в общем, и неудивительно, при их-то возможностях. Любое подобное судно могло совершить прыжок через три системы разом. Разумеется, если это не была какая-нибудь старинная развалюха, что сомнительно.

«Старички» либо бесследно исчезли в безграничном космосе, либо погибли при самых разных обстоятельствах. Те же, что остались, превратились в базы на границе освоенного космоса. За долгие годы они успели обрасти новыми модулями, складскими ангарами, доками. Так что сейчас, взглянув на это нагромождение, уже и не рассмотришь прячущегося за всей этой шелухой некогда гордого красавца.

Так вот, помимо своей способности совершать дальние переходы, крупные суда еще и серьезно вооружены. Настолько серьезно, что большинству пиратов они просто не по зубам. А вот о маломерных судах подобного никак не скажешь. Во-первых, генераторы свертывания пространства могут отправить их только в соседнюю систему. Во-вторых, после каждого выхода им необходимо корректировать курс и вновь разгоняться, что в среднем составляет порядка десяти-двенадцати часов. А значит, все это время они будут пленниками системы и могут оказаться в роли добычи.

Кроме того, маломерные суда традиционно не имеют серьезного вооружения. Причина этого заключается в скромных габаритах и дороговизне самого оружия. Сергей даже возмутился, когда ознакомился с расценками на вооружение. Ладно еще, когда он был на Океании, его обирали как хотели. Но тут-то с какой стати? Как оказалось, было с какой. То, что он использовал ранее, не шло ни в какое сравнение с тем, с чем ему предстояло иметь дело теперь.

Кроме этого, те, кто вел торговлю с Алаянкой, зачастую не имели возможности застраховать свой груз. Из-за активности пиратов на этой трассе страховые взносы были настолько велики, что Сергей предпочитал не связываться со страховой компанией. Да даже если он будет отдавать пиратам треть всех своих грузов, то получит большую прибыль, чем уплачивая грабительские взносы.

Так что при всей кажущейся заманчивости желающих вкладываться в торговые операции с Алаянкой было не так чтобы и много. Впрочем, Сергея данное обстоятельство устраивало как нельзя лучше. Ну не было у него желания толкаться локтями с другими вольными торговцами или компаниями. А опасность… В конце концов, кому суждено повеситься, тот не потонет.

И потом, у него имелась цель, а для ее осуществления нужны были деньги. Большие деньги. Особыми талантами он не блещет. Как там в старинном бородатом анекдоте? «А что тут думать, трясти нужно». Вот он и тряс, как мог и насколько хватало сил.

Конечно, можно было бы вложить деньги в какие-нибудь акции и жить спокойно в тихом уголке на какой-нибудь чистенькой планете. Много ли нужно человеку, чтобы просто жить? В общем-то нет. Очень даже может быть, что так и случилось бы, если бы он встретил ту, с кем захотел бы прожить эту тихую и скромную жизнь. Или если бы не полюбил космос, его пугающую необъятность и завораживающую черноту с манящими всполохами звезд.

А еще… Пошнагов вдруг почувствовал, что тихая и размеренная жизнь ему уже отчего-то не по нутру. С одной стороны, он очень не хотел попадать под адреналиновую зависимость. С другой – чувствовал, что движется именно в этом направлении и не может остановиться.

Правда, ему все же хватило благоразумия не податься в охотники за головами. Средств на покупку ракетного катера у него достало бы. Причем не какого-то там старого хлама, а вполне приличного корабля. Конечно, радиус действия и автономность у него оставляют желать лучшего, но для охоты их показателей вполне достаточно.

Тем более для получения награды не было никакой необходимости тащить преступников в суд. Достаточно предоставить доказательства их вины и полный отчет о ликвидации. Вооружения, маневренности и скорости катера для решения подобных задач хватает. Разумеется, если не зарываться.

Впрочем, пойди Сергей этим путем – и ему пришлось бы менять поставленную перед собой цель. Дело в том, что, несмотря на романтический ореол и крупные вознаграждения за различных преступников, охотники за головами зарабатывают куда меньше торговцев. Причина кроется как раз в дороговизне вооружения и боезапасов, которые необходимо постоянно пополнять.

Опять же пираты не стоят на месте, дожидаясь, когда же их обнаружит благородный служитель закона и применит к ним высшую меру наказания. Их нужно выслеживать, подчас не один месяц. Без боя они не сдаются, и далеко не факт, что охотнику удастся уничтожить цель при первом же столкновении. Это если он сам не станет вечно дрейфующим космическим мусором. Вот и выходит, что доходы вроде как и солидные, но нерегулярные, а разных накладных расходов предостаточно. Опять же повышенный риск…

Спустившись на разогретый под лучами звезды Лаяти бетон, Сергей осмотрелся. Все как обычно. Хоть это и центральный космопорт Алаянки, не сказать, что он столь уж велик. Квадрат километр на километр, с бетонным покрытием.

Сегодня здесь не слишком многолюдно. На взлетном поле находится всего-то с десяток кораблей, самый большой из которых может взять полтораста кубов груза. Каждый куб практически соответствует земной тонне. Правда, это вовсе не значит, что корабль действительно возьмет именно такой вес. Нет, если на взлет, то пожалуйста. Техника выдержит. Но когда речь заходит о посадке на планету, то лучше бы озаботиться, чтобы вес не превышал двух третей от максимальной грузоподъемности.

К примеру, корабль Сергея мог взять не более семидесяти кубов. Мало? Нормально. Во всяком случае, ему еще не приходилось опускаться на планету, исходя из показателей веса, а не объема. И пока заработки его вполне устраивали.

Чистый среднемесячный доход в шестьдесят тысяч кредитов – это весьма солидно. Тем более что для проживания ему вполне хватало и пяти тысяч, и это с учетом съемной квартиры на Клайпе – периферийной планете Ирианской империи, где он бросил якорь.

Не успел Сергей как следует осмотреться, как искин «Щуки», используя манипулятор, опустил на бетон мотоцикл. Оперативно. Впрочем, все уже не единожды отработано. Можно сказать, рутина, которая, кстати, уже понемногу начинает надоедать.

Сергей вдруг поймал себя на мысли, что ему хочется как-то взбодриться. Ну там, ввязаться в какую-нибудь авантюру, и неплохо бы с пострелушками. В самом крайнем случае – дать кому-нибудь в морду. Хоть что-нибудь, лишь бы кровь по венам побежала быстрее.

Останавливая разгулявшееся воображение, Сергей устроился на сиденье, потом снял мотоцикл с подножки и подал энергию на двигатель. Если говорить по-земному, дал полный газ. Под задним колесом тут же образовалось облако, сначала пыли, потом дыма от перегревшейся покрышки. Слегка поерзав на месте, мотоцикл как бешеный сорвался с места.

Прежде чем подъехать к подземной парковке, Сергей сделал пару кругов по посадочному полю, чувствуя потребность хоть немного взбодриться. Помогло слабо, но это лучше чем ничего. Может, все же переместить виртуал во вторую каюту, а в кают-компании установить многофункциональный тренажер?

Нет. Вторая каюта у него не для интереса, а имеет сугубо деловое предназначение. Конечно, жаль, что использовать ее удается не каждый раз, но все же она вносит свою лепту в пополнение бюджета. Так что бороться с избытком энергии придется каким-нибудь другим способом.

– Что, кровь бурлит? – не выдержав, подначил его на въезде один из десантников. Эти парни обязательно присутствовали во всех представительствах ирианцев, выполняя охранную функцию.

Вот странное дело. Пока десантники болтаются на борту какого-нибудь корабля – мечтают о спокойной службе в каком-нибудь представительстве. Планета – это дело такое. Есть выходные дни, с увольнениями. А в тех увольнениях присутствуют и бары, и девочки, доступные либо после нескольких рюмок горячительного, либо банально за плату. Не то что на борту военного корабля, где вся жизнь идет по раз и навсегда установившемуся распорядку. Ну разве только когда-никогда случится праздник с пострелушками. А так… Скука.

Но стоит только бравым воякам оказаться в желанном раю, как уже через неделю им снова становится скучно. Вино кислое, женщины страшные, морды вокруг мерзкие, так и напрашивающиеся на знакомство с крепким служивым кулаком. И тут они поневоле начинают считать дни, когда же закончится эта каторга. А попав на корабль, десантники вновь осознают, как было прекрасно там, где их сейчас уже нет, и при случае непременно опять станут рваться на какую-нибудь планету. И этот круговорот вечен.

Вот такой вояка и встретил Сергея вопросом с подначкой, борясь со своей скукой. Впрочем, на Алаянке, где до стабильности на всей планете было еще далеко, у десантников все же получалось взбодриться. К примеру, когда совершалось нападение на ирианское представительство в какой-нибудь из стран. Ничего удивительного, такое происходило не постоянно, но все же случалось.

– Что, дружище, давненько не было заварушек? – не видя причины, отчего бы ему не переброситься со служивым парой слов, поинтересовался Сергей.

– Почему же. Два дня назад летали в Равитию. Это в трех тысячах от нас.

– Знаю. А что, там опять началась война?

– А когда она там прекращалась? – вопросом на вопрос ответил десантник.

– Странно. И что, наши не собираются сворачивать представительство?

– Нет, конечно. Власти Равитии полностью выполняют все условия соглашений, насколько это вообще возможно во время войны. Так что наш консул принял решение о том, что представительство будет работать. Другое дело, что желающих пользоваться тамошним космодромом не так чтобы и много. Торговцы предпочитают доставлять грузы в безопасные регионы, а уж равитийцы пусть вывозят товары сами.

– С каких это пор нашим кораблям страшна местная армия?

– С тех самых, как пракийцы подтянули к космодрому свою тяжелую артиллерию. Равитийцев-то они обстреливают издалека, поэтому время от времени их несовершенная система ведения огня дает сбой. Снаряды отчего-то начинают ложиться в районе космопорта и на летном поле. А крупнокалиберный снаряд вполне может сделать лишнюю дырочку в корпусе торговца. Это же не линкор или хотя бы эсминец. Конечно, пракийцы, сволочи, каждый раз начинают извиняться: мол, мы ни в коем случае. Это просто издержки боевых действий. Вот, мол, пусть равитийцы отойдут с этих позиций, и тогда прекратятся подобные недоразумения.

– А равитийцы крутят им кукиш, – догадался Сергей, поудобнее устраиваясь на сиденье мотоцикла.

– А то как же. Король Равитии даже обратился к нашему консулу с предложением временно свернуть представительство, пока ситуация не разрешится. Не хочет с нами ссориться.

– И что консул? – не без любопытства поинтересовался Пошнагов.

Конечно, он мог собрать все интересующие сведения и в Сети, благо она тут уже была налажена. Но с одной стороны, развлечение десантнику. С другой – пообщаться с живым человеком, да еще и хорошим рассказчиком, куда приятнее.

– А наш Раут заверил короля, что ирианская империя всегда выполняет свои обязательства. Поэтому космопорт будет действовать, несмотря ни на какие провокации. А эти пракийцы, идиоты, так и не поняли ничего. Пару дней назад начали наступление, и довольно успешное. Вот только один из полков то ли по глупости, то ли намеренно «заблудился» и ударил по космодрому. Ну, нас подняли – и туда, защищать граждан Ирианской империи, как и суверенную территорию империи.

– Лопнула, значит, терпелка у консула.

– И его нетрудно понять, – пожал плечами десантник.

– Но тогда получается, что вы повеселились. А ты все недоволен. Или веселье обошло тебя стороной?

– Отчего же. Тоже летал. Да только неинтересно это. Наш один десантник может выйти хоть против целой роты аборигенов. Ну что они могут сделать против наших бронескафандров? Нас всего-то пара взводов была, при поддержке шести боевых машин и четырех вооруженных ботов. Так мало того что этот наглый полк раскатали, еще и во фланг наступающим пракийцам ударили. Капитан Бакст с самыми честными глазами потом заверял, что мы заблудились. Народу с их стороны полегло – просто жуть. Еще больше сдалось в плен. А у нас даже насморка ни у кого не приключилось.

– Ну и чего тогда торговцы опасаются там садиться? Разобрались же с пракийцами.

– Не. Только и того, что все вернулись на исходные. Правда, если бы не наш выход, равитийцам небо с овчинку показалось бы. А так – ничего. Мы столько техники пракийцев пожгли и такой разнос устроили, что если король не станет сопли жевать, то скоренько переломит ситуацию. А что касается космодрома, так ведь пушки-то пракийские никуда не делись. С артиллерийской стрельбой у них и впрямь не очень, поэтому могут и накрыть летное поле. И на этот раз – совершенно случайно.

– А что же вы с теми пушками не разобрались?

– Далековато от линии фронта. Нам с нашими средствами ориентирования настолько сильно заблудиться никак не получается. А империя – она ведь поддерживает нейтралитет.

– Я-а-асно. Ну ладно, спасибо за рассказ, поеду я.

– Бывай. Только слышь, парень, ты бы не ходил сегодня в город.

– А чего так-то?

– Да наше «выступление» не понравилось некоторым активистским движениям. Кричат о колониальной политике Ирианской империи, о том, что нас нужно гнать с планеты поганой метлой, мол, и сами с усами. Словом, можно влипнуть в ненужные разборки.

– То есть багрийцам тут будут рады больше?

– Ну, те хотя бы не влезают во внутренние дела, а для поставки им рабов якобы хватает отсталых народов. Ублюдков везде предостаточно.

– С этим спорить не буду. А что же король? Неужели терпит все эти выходки?

– Они – его подданные, и, как бы себя ни вели, он ответствен за них перед Господом.

– Бред.

– Возможно. Но пока ни один из этих активистов не привлечен к суду. Отделываются штрафами. Король все еще хочет достучаться до этих горе-патриотов. Так что поостерегись ходить в город.

– Спасибо за совет. Я обязательно его учту.

Попрощавшись, Сергей проехал в прохладу бетонного сооружения. Когда он пересекал тамбур, его обдало холодным дегазационным паром. Обязательные карантинные мероприятия. Это сразу же напомнило ему об Океании.

Впрочем, там дегазация была неизменным атрибутом. Здесь же это – явление временное. Вернее, периодически повторяющееся. Отцветет акапуана, и можно будет на несколько месяцев свободно вздохнуть, пока не придет черед чего-нибудь другого.

Здание космопорта – весьма внушительное сооружение высотой в двадцать этажей над землей и на десять уходящее под землю. Дело в том, что оно является одновременно и посольством, и консульством. Здесь же проживают все служащие, прибывшие из империи, что при периодических вспышках агрессивности алаянкцев не лишено смысла. В этом же здании находятся и офисы представителей различных торговых предприятий, которые, собственно говоря, и рассылают заявки на товары.

При желании здесь можно найти все что нужно. Имеется гостиница с приличными номерами и за сходную цену, что не лишено смысла. Постоянное пребывание на борту не слишком просторного корабля постепенно надоедает. Найдутся и бары, и ресторан, и игровые и спортивные залы. Наличествуют учебные заведения, которые предназначены не только для представителей империи. Имеется клиника, не сказать, что столь уж огромная, но там расположены два десятка регенерационных капсул. Словом, своеобразный микрорайон, уместившийся в одном здании.

Путь Сергея лежал на восьмой этаж. Именно здесь размещался офис старины Пакрута, торгового представителя местной фирмы «Заза». В этот раз Пошнагов доставил их заказ. И, признаться, творившийся на территории королевства легкий бедлам его немного напрягал. Не дай бог, случится какой-нибудь форс-мажор.

Как бы не пришлось с высунутым языком искать возможность сбыть свой груз. А в этом случае очень может случиться и такое, что товар уйдет за бесценок, а вырученные средства не покроют расходов даже на его покупку. Несмотря на то что Сергей старался не ввязываться в сомнительные операции и брался за гарантированные предприятия, два раза ему уже пришлось так погореть. Потеря сотни тысяч кредитов для него – очень болезненный удар. Хотя и не смертельный.

В настоящий момент он вложил триста тысяч в акции государственной транспортной компании. Дивиденды так себе, чуть больше, чем при самом выгодном банковском вкладе. Но Сергея это устраивало. Никакой головной боли – он мог быть уверен в том, что его вложениям не страшны махинации. При любом раскладе он сможет вернуть свое с полагающимися процентами. А вот частные компании такой уверенности дать не могли, хотя со ставками там куда лучше.

Сергей, конечно, был готов пойти на риск, да и каждый его рейс, по сути, являлся довольно рисковым предприятием. Но в данном случае он мог повлиять на ситуацию, принять решение и вывернуться из неприятностей. А вот самостоятельное плавание в финансовом океане не для него.

– Здравствуйте, господин Пакрут.

– Приветствую вас, господин Сергей. Очень рад вашему появлению. – Хозяин кабинета даже приподнялся из кресла, чтобы поприветствовать посетителя.

Пошнагов постоянно имел дело с местной фирмой «Заза», закупая у них специи и пряности, поэтому ничего удивительного в том, что они с Пакрутом хорошо знали друг друга. Сергей облегченно вздохнул. Весь вид представителя «Зазы» говорил о том, что, несмотря на войну, дела у фирмы в полном порядке, а значит, и сложностей никаких не предвидится.

– С чем прибыли? – вновь откинувшись на спинку кресла и потирая руки, поинтересовался Пакрут.

– Доставил большие видеопанели наружной рекламы. Ловите сведения. Надеюсь, заявка в силе?

– Смеетесь? Еще как в силе, – просматривая сведения на стационарном искине, успокоил господин Пакрут. – Наш король решил развить агитационную деятельность. В столице закончили строительство телецентра, установили несколько ретрансляционных станций. Но видеопанели пока по карману только состоятельным людям, а работать нужно с широкими массами. Эти панели будут устанавливать в людных местах. Так что вашего груза еще и недостаточно будет. А вы, наверное, переживали, что можете понести убытки?

Пакрут был представителем местной торговой компании и сам являлся аборигеном. Просто для упрощения процесса торговли ирианцы, не скупясь, выделяли своим партнерам помещения в представительствах империи.

– Ну, раз уж возникла острая нужда в пропаганде, то не все так спокойно в королевстве Кадийском, – философски заметил Сергей.

– Вы о тех ублюдках, что кричат о засилии со стороны ирианцев? Ерунда. Недовольные всегда найдутся, – легко отмахнулся Пакрут, лихо отбивая чечетку на клавиатуре искина. – Готово. Дайте сигнал на корабль, что к нему для разгрузки направились дроиды.

– Дорогой, а деньги? – наигранно писклявым тоном поинтересовался Сергей.

– Вот все вы так. Нет чтобы по дружбе, от чистого сердца. Не-э-эт, всем деньги подавай. Получите, господин крохобор.

Несмотря на то что общались они на «вы», между ними успели сложиться вполне дружеские отношения, чтобы они могли подшучивать друг над другом.

– Можно подумать, вы свое отдаете, – убедившись в том, что его счет в местном отделении имперского банка пополнился, отмахнулся Сергей. – Код на дроидов пришлите.

– Уже.

– Ага. Вижу. Готово. Можно выгружать.

– Задержитесь на Алаянке?

– Вообще-то не планировал, – насторожился Сергей.

– Тогда вам придется подумать о другом грузе на обратный путь.

– А в чем дело?

– Ну, вы же всегда берете пряности и специи.

– И вы это прекрасно знаете.

– Угу. Вот только война вносит свои коррективы.

– Погодите. Но ведь Кадия не воюет.

– Не воюет. Но когда такое творится, то случайностей не избежать. Словом, с поставками вышла проблема. Корабль с грузом из-за океана погиб. Атака подводной лодки, то ли пракийской, то ли равитийской. А может, просто нарвался на плавучую мину.

– Весело.

Сергей тут же отправил запрос в Сеть. Ни одного предложения на искомый товар. Вернее, кое-что нашлось, но оно в общей сложности тянуло только на десять кубов. Сергея такие объемы никак не могли устроить.

Дело в том, что у него был постоянный покупатель и, как следствие, определенные обязательства. Разумеется, Сергею никто не станет выставлять неустойку за срыв поставок, но зато могут отказаться покупать у него специи и пряности в будущем. Нет, потерять такой канал сбыта Сергей никак не мог.

– Господин Пакрут, максимум через два дня я должен буду отбыть с Алаянки с грузом на борту. Выручайте.

И дернуло же его устроить себе десятидневный отдых на Клайпе. Устал, видишь ли, захотелось развеяться. Ну и что с того, что один день ушел на профилактику «Щуки», а еще день – на ожидание своей очереди. Остальные-то восемь он провел в праздном ничегонеделании.

– Господин Сергей, я не знаю, как вам можно помочь, – пожал плечами Пакрут.

– Ну, может, я смогу слетать за океан и загрузиться на месте? У вас ведь наверняка есть связь с владельцами плантаций.

– Владельцы плантаций не торгуют своей продукцией. Этим занимаются только предприятия по переработке.

– Да какая разница. Вы же с кем-то имеете дело?

– Мы закупаем товар уже по прибытии его в Кадию. Таковы условия игры. Вы же не можете отправиться за океан по двум причинам. Во-первых, это будет незаконно, так как там нет ирианского представительства и вас обвинят в контрабанде. Во-вторых, это просто опасно.

– На опасность плевать. Сложно себе представить, что здесь может столь уж сильно угрожать космическому кораблю, пусть и малому транспорту. Ну продырявят обшивку. Ничего страшного. Всегда можно добраться до центрального космодрома, для этого не нужно подниматься в верхние слои атмосферы.

– Угу. А как быть с контрабандой?

– Послушайте, ну не все же купцы связаны торговыми обязательствами с нами. И не все из них имеют персональные искины. Есть же еще и внутренний рынок. Вы ведь в этом крутитесь не первый год и знаете все ходы и выходы.

– Я попробую, господин Сергей, но не могу ничего обещать, – покачал головой Пакрут. – Для вас это так важно?

– Не хочется подводить постоянного покупателя. Так уж случилось, что я могу лишиться канала сбыта. А это, как вы понимаете, крайне нежелательно. Придумайте что-нибудь, а я в долгу не останусь.

– Ну, вы наш постоянный клиент… – неуверенно произнес Пакрут. – Я попробую. Дайте мне сутки. Если у меня что-нибудь выйдет, то этого времени хватит. Если нет…

– В любом случае у меня пока нет выбора. Буду ждать от вас вестей. И очень надеюсь, что они будут добрыми.

Глава 2. Дела контрабандные.

Сказать, что настроение Сергея ухнуло вниз, – это не сказать ничего. Конечно, ему приходилось терять и куда больше. Но, как уже говорилось, под угрозой была не просто сделка, а налаженный канал сбыта.

Покинув офис Пакрута, Сергей направился в один из баров в зоне отдыха на третьем этаже. Это место было ему хорошо знакомо. Спокойно, уютно, ненавязчивая музыка. Что еще нужно, чтобы опрокинуть стаканчик-другой под плохое настроение?

Нет, он вовсе не относил себя к тем, кто топит свои проблемы в вине. Просто сегодня он уже ничего предпринять не успеет, по той простой причине, что дело к вечеру и рабочий день на исходе. Если Пакрут сможет что-то решить, то не стоит стоять у него над душой. А сам… Он сильно сомневался, что за столь короткое время у него самого получится хоть что-нибудь путное.

К своему стыду, несмотря на то что он уже почти год летает на Алаянку, он так и не удосужился обзавестись хоть какими-то запасными вариантами. А еще не знал, как обстоят здесь дела в торговой сфере. Вся его деятельность сводилась к доставке из империи уже заказанного товара и закупке пряностей и специй у компании «Заза».

Что же касается выпивки, стаканчик-другой горячительного вполне способствует тому, чтобы не забивать себе голову разной всячиной и просто выспаться. Ясная голова ему еще понадобится, а в свете того, что Сергей сейчас во взвинченном состоянии, вполне возможно, что он проворочается минимум половину ночи.

Ему как раз принесли заказанные две порции коньяку, когда искин уведомил его о входящем сообщении. Сергей надеялся в любую минуту получить сообщение от Пакрута, поэтому поспешил проверить почту. Н-да. Чудес не случается. Судя по времени, у представителя торгового дома «Заза» рабочий день уже закончился, и Пакрут не смог ничего придумать. Ладно, остается дождаться завтра.

А вот приславший сообщение до завтра ждать никак не станет. Такие люди вообще не любят ждать. Впрочем, об этом пусть у местных голова болит. Сергею было откровенно плевать на преступного авторитета, обосновавшегося в столице Кадии, Раппеле. Пусть местные ползают перед ним на брюхе и оглядываются по сторонам при упоминании его имени.

Правда, на возможность побочного заработка Сергею далеко не наплевать. Именно из-за приработка он и держал на корабле свободную каюту. Не сказать, что он не рисковал, занимаясь незаконной перевозкой людей, но риск этот был минимальным.

Любая система охраны имеет свои дыры. Иногда это какие-либо нестыковки, иногда – неполадки, которые не спешат устранять. И еще всегда найдутся люди, падкие на левые доходы. Как бы то ни было, люди Бинга, криминального авторитета, доводили клиента до корабля Сергея, а тот принимал его на борт. После этого пассажир становился проблемой Пошнагова.

Процедура была уже обкатана, и не единожды. Сергей вывозил человека с планеты и доставлял до базы Лаути, где передавал с рук на руки своим знакомым, благодаря которым и появился этот приработок. Те, в свою очередь, брались легализовать вновь прибывших.

Пошнагов мог поручиться в том, что у большинства из них все в порядке. Знал бы и обо всех, но далеко не каждый после легализации связывался с ним, чтобы сообщить о том, как устроился на новом месте. Наверное, некоторые считали, что эта просьба – какая-то блажь самого обычного перевозчика. Но те, кто связывался, неизменно оказывались в порядке.

Для чего ему нужно это знать? А для собственного успокоения и осознания того, что он не направляет людей прямиком в рабство. А еще – не передает в руки грабителей, которые реквизируют у них все средства к существованию. Нет, он конечно же не собирается бороться с организованной преступностью и, если узнает о чем-то дурном, не полезет с разборками. Но и людей возить больше не станет.

Конечно, сейчас настроение у него самое что ни на есть поганое, но повлиять на ситуацию с закупкой товара он не может. Так что же теперь, ему еще и пассажира терять? Глупо было бы. Поэтому он отодвинул от себя стакан с выпивкой и решительно поднялся из-за стола.

Уже через пять минут он выехал на своем мотоцикле в сторону морского порта. Дорога имела современное, в ирианском смысле, покрытие из бетона и была прямой как стрела. Правда, продолжалось это не слишком долго, так как космопорт находился всего лишь в трех километрах от столицы. Вот начались городские окраины, и Сергей попал в хитросплетения поворотов и перекрестков плохо спланированных проездов между заводскими территориями и улицами рабочих кварталов.

Король Кадии предлагал разместить космопорт в другом месте. Соответственно и дорога пролегла бы по более чистым кварталам, а не среди этих серых лачуг. Но консул остановил свой выбор именно на этом месте. Чем он руководствовался, непонятно, но дела обстояли именно так. И в общем-то не сказать, что место было неудобным.

Рабочие кварталы сменились припортовыми, и одновременно закончилась проложенная ирианцами дорога, плавно перетекшая в булыжную мостовую. Ничего так сделано, качественно и на века, вот только неровности придавали особую изюминку езде по подобному покрытию.

Кстати, в Раппеле все основные улицы вымощены либо булыжником, либо брусчаткой. Очень дорогое удовольствие, плюс само устройство подобных дорог – довольно долгое дело.

Десять минут по кривым улочкам – и он у цели. Без тени сомнений Сергей оставил своего стального (или все же в основном композитного) коня у высокого крыльца и взбежал по ступеням. Никаких особых мер предосторожности к сохранению техники он не использовал. Но это вовсе не было пустой самонадеянностью.

Во-первых, без взаимодействия с Алексеем, персональным искином Сергея, двигатель не запустится, и мало того, нарушителя ожидает добрый электрический разряд. Во-вторых, хотел бы Сергей посмотреть на смельчака, отважившегося покуситься на имущество личного гостя Бинга.

Трактир «Пьяный боцман» находился в трех кварталах от морского порта и считался вполне приличным заведением. Кстати, по праву, особенно в сравнении с теми забегаловками, что располагались ближе к порту. С наступлением темноты припортовые кварталы начинали жить собственной жизнью, в которую никогда не вмешивались стражи порядка.

Это заведение не только стояло особняком от других, но еще и предназначалось для чистой публики. Причем в прямом смысле этого слова. Один из залов представлял собой полностью изолированное помещение, попасть в которое можно было, только пройдя дегазацию.

Дорогое удовольствие. Но оно того стоило. Именно здесь предпочитали отдыхать ирианцы, прибывающие в Раппельский космопорт. А уж у них-то средств для оплаты по повышенному тарифу хватало. И потом, выбор был не столь уж и велик. Из-за возможной аллергической реакции на что угодно ирианцы вообще не могли чувствовать себя на этой планете свободно.

Сергей миновал тамбур, попутно пройдя дегазацию холодным паром. И только оказавшись отгороженным от внешнего мира герметичной дверью, снял с себя шлем. Оставаться в нем было бы просто неприлично. Здесь это моветон.

Зал не такой уж и большой, всего-то восемь столиков. Правда, есть еще четыре отдельных кабинета, один из которых всегда зарезервирован за негласным владельцем трактира. За столами сидят две группы, из четырех и трех человек.

Судя по всему, трое – это такие же пилоты кораблей, как и сам Сергей. Один из них, тот, что помоложе, все время крутит головой, как видно, набирается впечатлений, а еще все время пялится на официантку, строящую ему глазки. Этот на планете явно новичок. Ну что же, удачи, парень, ты на верном пути. Девочка, конечно, заломит цену, но оно того стоит. Чисто и без каких-либо сюрпризов. Здесь с этим строго.

Довольно шумная четверка расположилась за другим столом. Эти отмахали в открытом космосе сотни световых лет. Прошли огонь и воду в составе планетарного десанта или в абордажном бою. Угу. Они, родимые, десантники ирианского флота. Элита вооруженных сил империи.

Впрочем, любой из военнослужащих будет утверждать, что он служит в самой что ни на есть элите. И каждый из них будет по-своему прав. Вот только в подавляющем большинстве случаев свою правоту они перед теми же десантниками отстоять не смогут. Ну а раз так, то вопрос о том, кто именно является настоящей элитой, отпадает автоматически. Во всяком случае, Пошнагов не собирался это выяснять. И уж точно не сейчас.

Вместо этого он поздоровался со знакомым барменом и едва заметно кивнул в сторону одного из кабинетов. Получив подтверждение своему невысказанному вслух вопросу, Сергей легонько толкнул дверь. Никого предупреждать он не собирался, потому что пришел не просто по делу, а по приглашению. Значит, его должны ждать. Ну и к чему тогда разводить какие-то там условности?

Кабинет представлял собой небольшое, но уютное помещение. Стол на шестерых человек, полумягкие стулья. Вся мебель – местного производства, из красивой и прочной древесины. Стулья вообще заслуживают отдельного внимания. Сергей не представлял, насколько нужно уважать пятую точку, чтобы изготовить такое совершенство. На этих стульях с комфортом можно провести несколько часов кряду и не устать. В цивилизованном космосе подобного добиваются путем использования меняющего форму ложемента, а здесь – обычным мастерством и знанием своего дела.

В кабинете присутствовали трое. Сам Бинг, мужчина средних лет плотного телосложения, обладающий рыжей курчавой шевелюрой и невероятно отталкивающим лицом, обезображенным двумя шрамами. Один из них, от удара ножа или сабли, проходит наискось, от левого виска к подбородку. Второй, от ожога (похоже, оставленного раскаленным прутом), – эдакая широкая бугристая полоса, под углом пересекающая левую щеку.

Второй мужчина был явной противоположностью Бингу и, судя по всему, вообще не имел отношения к преступному миру. Скорее уж представитель благородного сословия. Порода была видна во всем. Одежда вроде и простая, суконная, невысокого качества, явно с чужого плеча, да еще и поношенная, но то, как она сидит на нем, не может не привлечь внимания. Осанка, манеры, взгляд, холеные лицо и руки. Словом, как ни старался господин рядиться под работягу, ничего-то у него не вышло.

И наконец, девушка, лет двадцати, укутанная в какую-то бесформенную хламиду, выглядящую еще страшнее, чем одеяние мужчины. Вот только отчего-то хотелось непременно ей поклониться и в прямом смысле поцеловать ручку. Ангел. Да, именно это определение сразу же лезло в голову при первом взгляде на столь нежное создание.

Интересно девки пляшут, по четыре штуки в ряд. Нет, Сергею приходилось вывозить разных пассажиров. Это были и проворовавшиеся чиновники, и откровенные преступники, которые приходили к выводу, что скопили достаточно средств, чтобы устроить свою дальнейшую жизнь среди звезд. Были молодые люди, искатели приключений, стремившиеся во что бы то ни стало вырваться с планеты, отчего-то вдруг ставшей для них тесной.

Вообще, этот заработок стал возможным в результате политики Ирианской империи, которая не приветствовала миграцию населения. Ирианцы – слишком прагматичный народ, а потому с Алаянкой у них были связаны кое-какие планы. В частности, эта планета в будущем могла стать центром целой области. Но алаянкцам будет не по силам нести подобное бремя, если их планета потеряет большую часть населения. Причем деятельную часть, потому что именно такие в первую очередь и стремятся к новому и непознанному.

Разумеется, были предусмотрены круизы, организованные для элиты планеты. И стоили эти круизы не так чтобы очень дорого. Ирианцы хотели наглядно показать сильным мира сего, во что может превратиться Алаянка. И, судя по наметившимся процессам, направление было взято верное. Хотя конечно же в одночасье проблем и противоречий, которых на планете предостаточно, не решить. Но, как гласит мудрость, любая, даже самая дальняя дорога начинается с первого шага.

Поэтому нет ничего удивительного в том, что желающие покинуть Алаянку были вынуждены прибегать к услугам таких пилотов, как Сергей. Вот только ему еще ни разу не доводилось вывозить тепличный цветок, решивший в одиночку окунуться в весьма небезопасное предприятие.

Почему в одиночку? Во-первых, на борту «Щуки» имелась только одна одноместная каюта. Причем весьма скромных размеров. Конечно, если потесниться, то можно разместить и двоих. Но было еще и во-вторых. Одного взгляда на мужчину достаточно, чтобы понять, что он тут в качестве провожающего, а не отбывающего. Бог весть отчего Сергей решил именно так, но он был уверен в своей правоте.

– А вот и Сергей, – послышался на удивление чистый и звонкий голос Бинга.

Алаянкцу бы на сцене петь, так нет же, он стал преступным авторитетом. Причем едва ли не самым изворотливым, влиятельным и опасным во всем королевстве.

– Здравствуй, Бинг. Как ты узнал о том, что я прибыл на планету?

– Поставил на тебя сторожок, – постучав по персональному искину, пристроившемуся на его левом предплечье, со страшной улыбкой, но вполне добродушным тоном ответил он.

– И давно сторожишь?

– Если ты имеешь в виду вот этих господ, то не очень. Они обратились ко мне меньше часа назад.

– А коль скоро я уже здесь, то ты решил не откладывать дело в долгий ящик.

– Вот нравится мне с тобой работать. Все схватываешь на лету.

– Может, мы уже перейдем к делу? – недовольным тоном и с явным пренебрежением буквально выплюнул мужчина.

Если он думал кого-то этим задеть или указать зарвавшимся простолюдинам их место, то просчитался. Нет, Сергей-то как раз едва не взорвался, так как не привык к подобному обращению. В последний раз он сталкивался с таким обхождением еще на Океании, когда над ним измывалась красавица Алайя. Но правда заключалась в том, что тогда он от нее зависел, а вот этот господин для него – пустое место.

Однако едва успевшую накалиться ситуацию разрядил Бинг. Сразу же после слов мужчины он так выпучил глаза, выпятил губы и развел руками, что Сергей вместо негодования невольно улыбнулся. И как только этому страшиле удавалось при желании выглядеть столь потешно? Все же много талантов скрывается в этом человеке, избравшем преступную стезю.

– Знаете, господин хороший, это я вам нужен, а не наоборот. Поэтому потрудитесь быть вежливым. В конце концов, это вас ни к чему не обязывает и не роняет вашего достоинства, – все же не сумел полностью сдержаться Сергей.

Правда, сказал он это без намека на грубость и даже вежливо. Разумеется, искин, выступивший в роли переводчика, не смог передать все эмоции, как и в случае с неизвестным господином. Но имеющий глаза да увидит. По счастью, как бы ни были различны культура и условия развития общества, невербальная составляющая везде была практически идентичной.

– Спокойно, господа. Мы ведь собрались не ради того, чтобы выяснять отношения, – Бинг поспешил остановить готового ответить господина. – Итак, перейдем к нашим делам. Сергей, надеюсь, наши прежние договоренности в силе и ты возьмешься вывезти эту девушку, не задавая лишних вопросов.

– Если все как всегда, то я не вижу для этого препятствий.

– Кхм. Есть кое-какие дополнительные пожелания, – наигранно скривившись, словно надкусил лимон, произнес авторитет.

– Бинг, я не люблю сюрпризов. Кто она?

– Сергей, мы же договорились: ты никогда не задаешь вопросов о личности пассажиров. Ты просто вывозишь людей, имеющих при себе только одежду и банковский терминал.

– Это ты завел разговор о дополнительных условиях.

– Эти условия будут щедро оплачены, – вмешался неизвестный господин.

И надо заметить, он и впрямь решил, что вежливость не сможет ему навредить. Давно бы так.

– О каких условиях речь? – все же решил уточнить Сергей.

– Ничего сверхъестественного, – тут же поспешил заверить Бинг. – Ты поможешь молодой госпоже адаптироваться. Ты же сам говорил, что у тебя на борту имеется виртуал.

– Смеешься? Даже если я решу тащиться до Лаути трое суток вместо двух, этого времени будет явно недостаточно.

– Я все понимаю. Но, во-первых, она имела возможность позаниматься на виртуале в учебных классах вашего представительства и умеет им пользоваться.

– А во-вторых?

– Во-вторых, я хотел просить тебя на этот раз отступить от правил. Нужно доставить ее на твою планету и взять над ней шефство. Тогда и времени будет достаточно, и у девушки будет связь с родней.

– Лихо. А ничего, что это в корне не стыкуется с нашими соглашениями?

– Но ведь ты же говорил, что тебе не наплевать, как сложится судьба твоих пассажиров, – не согласился авторитет.

– Не путай, Бинг. Мне не безразлично, если мои подопечные будут ограблены или проданы в рабство теми людьми, которым я их передоверю. Но это вовсе не значит, что я собираюсь становиться для кого-нибудь из них нянькой.

– Ну не бросать же ее одну посреди неизвестности? Это не по-людски.

– Бинг, не дави на мою совесть. С ней все в порядке. Я просто выполняю свою работу – и все.

– Послушай, дружище, ты же еще не знаешь цену вопроса.

– Серье-о-озно, – делано удивился Сергей.

– Полмиллиона кредитов – это всегда серьезно. Кстати, я как посредник получу только сто тысяч.

Только? Х-ха! Вообще-то на Алаянке сто тысяч кредитов – это очень большие деньги. Но Бинг прав, в данном конкретном случае иначе и не выразишься. Потому что обычно он за свои услуги брал десять тысяч, столько же получал Сергей, что составляло от половины до четверти чистой прибыли с одного рейса. Весьма ощутимый приработок.

Казалось бы, клиент, который может принести такие барыши, – это неслыханная удача, и за нее нужно хвататься без раздумий. Тем более в свете наметившихся трудностей с грузом. Но все это выглядело слишком уж заманчивым и невероятно выгодным. Практически ни за что получить огромные деньги. Так в этом мире не бывает. Все имеет свою цену, и со временем платить приходится за все.

– Кхм. Н-да. Полмиллиона – это действительно серьезно. Но знаешь, Бинг, у меня на родине есть поговорка – бесплатный сыр бывает только в мышеловке.

– Очень правильная поговорка. Надо будет запомнить. Хотя и у нас имеется нечто подобное.

– И меня это не удивляет. Ты хотя бы не называл такую огромную сумму. Глядишь, и прошло бы.

– С тобой не прошло бы. И потом, ее ведь мало доставить во внутренние системы империи, нужно и там присмотреть.

Сергей окинул взглядом девушку. Этот ангелочек сейчас напоминал затравленного и загнанного под веник мышонка. Так просто на нее и не взглянешь, сразу же сердце сжимается от жалости. Возможно, причина еще и в том, что на Земле осталась дочь, ровесница этой красавицы.

Ее спутник молчит, все время переводя взгляд с Сергея на Бинга и обратно. Понимает, что, как бы ему ни были неприятны эти типы, он в них нуждается. А вот интересно, что такого могло случиться, что эта девочка должна бежать? Да еще и этот дядька – вполне возможно, что ее родственник, есть в них что-то похожее – готов выложить такие огромные деньги.

– Я могу узнать суть того, во что собираюсь влезть? – наконец начав сдаваться, поинтересовался Сергей.

Бинг посмотрел на переодетого господина и слегка пожал плечами, как бы говоря, что другого выхода нет. Впрочем, тот, скорее всего, не видел особого вреда в том, чтобы ввести Пошнагова в курс дела. Поэтому легким кивком дал понять, что Бинг может прояснить ситуацию.

– Есть два дворянских клана, которые решили укрепить свой союз браком двух младших детей своих глав. Обычное в общем-то дело. Все складывалось вполне пристойно, пока молодой человек не перешел грань. Нет, хождение по борделям, карты, пьянки и кутежи – дело обычное, и добропорядочной супруге следует относиться к этому с пониманием. Но всему есть предел. Этот же в запале решил поставить на кон честь своей жены. Слишком ли много было выпито вина, оказался ли он в плену настоящего безумия – не суть важно. Главное, что он это сделал и пошел до конца. То есть сыграл эту партию и выиграл. Вот только его супруге не понравилось то, что он посмел поступить подобным образом. Не важно, что он выиграл, главное то, что он осмелился на подобное. Словом, на следующее утро после того, как она узнала об этом, мужа нашли с перерезанным горлом. И поделом, как мне кажется.

Сергей не без уважения посмотрел на девушку. Нужно иметь не просто спесь и болезненное чувство чести, чтобы поступить подобным образом. Тут нужен характер. Ведь она проделала все это хладнокровно и расчетливо, в этом не может быть никаких сомнений.

Чтобы справиться с мужчиной, ей, скорее всего, нужно было дождаться, пока он уснет. А потом она привела приговор в исполнение. Может, предварительно чем-то опоила. А на это нужно время, за которое она должна была остыть. Так что действовала она не в состоянии аффекта, а вполне осознанно.

Ангел? Хм. Вообще-то любая женщина по-своему ангел. Вот только не нужно забывать о том, что у всех есть две стороны. Нравится вам ангельская сущность, так радуйтесь и не будите дьявольскую.

– С тем, что этот ублюдок получил по заслугам, я полностью согласен. Но я не намерен вешать на свою шею враждебно настроенный клан.

– Дело разрешилось миром. Ну, почти миром, – вновь скривившись, продолжил пояснять Бинг. – Все пришли к выводу, что парень зарвался и своими действиями нанес кровную обиду как ей, так и ее клану. И по всему выходит, что они имели право на месть. Но вместе с тем жизни его лишила жена, которая перед богами клялась любить его, чтить и слушаться. Словом, решение таково: оскорбление, нанесенное ее клану, считается смытым кровью. Не повезло и тому бедолаге, что решился играть на жену собутыльника. Захудалый, мелкий клан, им осталось только утереться и согласиться с правомочностью претензий.

– Дай-ка догадаюсь. Родные открестились от нее. – Сергей кивнул в сторону красавицы, потупившей взор. – И теперь клан ее мужа начал на нее охоту.

– Война никому не выгодна. Кроме того, был заключен еще один политический брак, – соглашаясь с Сергеем, развел руками Бинг. – Но ей от этого не легче. Ее может убить любой, потому что она осталась без защиты, одна против целого света. И похоже, сейчас все гончие встали на ее след, чтобы получить награду за ее голову. Причем за голову в прямом смысле этого слова.

– И ты хочешь, чтобы я вот так, за здорово живешь, ввязался в эту круговерть?

– Не за здорово живешь, а за полмиллиона кредитов. Разницу улавливаешь?

– Мне это невыгодно, – безапелляционно заявил Сергей. – В мои планы входит еще минимум лет десять торговать с Алаянкой, а это куда более серьезная перспектива, чем разовая сделка.

– Думаешь, на тебя начнется охота? – ухмыльнулся Бинг.

– А разве нет?

– Да с чего бы? Во-первых, я не рассказываю на всех углах о своих сделках. Во-вторых, ты никому не интересен. Тебе заплатили, и ты хорошо сделал свое дело. Вот и все. Ну и про то, что продолжаешь опекать девушку, распространяться не стоит. К тебе-то никаких претензий, но кое-кто может спросить о том, где она находится. А ты ведь парень упрямый, говорить не захочешь. Оно тебе надо? А так – все как обычно. Вывез девушку за плату, и беглянка отправилась в неизвестном тебе направлении. Вот и все. Механизм отработан давно и действует исправно. Не верить тебе нет никаких оснований.

Сергей еще раз взглянул на девушку. Не в его правилах ввязываться в опасные авантюры. Пусть только с некоторых пор, но все же это осталось в прошлом. А с другой стороны, эта девочка внушала уважение.

– Хорошо. Я возьмусь за это дело. Но при одном условии.

– Говори, – с пониманием кивнул Бинг.

– Мне нужна пара дней. Возникли кое-какие накладки с грузом. Уйти же порожняком я не могу. Погорят сроки поставок, и я потеряю выгодный канал сбыта.

– И сколько ты планируешь поднять на этом рейсе? – вздернув домиком правую бровь, поинтересовался Бинг.

– Двадцать тысяч.

Мужчина, сопровождавший девушку, все же не выдержал и фыркнул, выказывая свое негодование. Понять его можно: где полмиллиона и где какие-то двадцать тысяч. Сергей спокойно смерил его взглядом и, вздохнув, разъяснил:

– Этот канал приносит мне гарантированные двадцать тысяч кредитов за один рейс. В месяц – в среднем сорок, в год – четыреста. Это без учета товара, реализуемого здесь, на Алаянке, и перевозки людей. Итак, за год работы, не вешая на себя заботу о незнакомой девушке и гнев оскорбленного клана, я без труда получу как минимум те же деньги. – Осмотрев присутствующих, Пошнагов слегка развел руками и закончил: – Мне нужно два дня.

– Господин Бинг, мне кажется, господин Сергей набивает себе цену. Не думаю, что свет сошелся клином именно на нем.

– Господин Хорх, вы пришли ко мне, чтобы спасти свою сестру. И коль скоро вы доверились мне, не мешайте.

– Но…

– Вы по-прежнему хотите ее спасти? – перебил дворянина Бинг.

– Разумеется.

– Тогда он тот, кто нам нужен. Вам – чтобы спасти вашу сестру. Мне – чтобы поддержать мою репутацию. Вы ведь не просто так пожаловали ко мне. Кое-кто уверил вас в том, что я смогу решить вашу проблему.

– Но каждый лишний час, проведенный на планете, увеличивает опасность…

В этот момент Сергей совершенно другими глазами посмотрел на мужчину. Да, горд и высокомерен, но это никак не умаляет его достоинств. Клан отрекся от его сестры, и теперь она изгой, фактически приговоренный к смерти. Он же, презрев опасность, бросился выручать девушку, при этом рискуя собственной жизнью.

А может, риск не так уж и велик? Нужно будет повнимательнее изучить нравы местного дворянства. Раньше как-то было недосуг, да и необходимости такой не возникало. Прилетел, товар сдал, товар принял, улетел. Вот и все, что его связывало с этой планетой. Но коль скоро взялся опекать местную дворянку, то надо бы получше разобраться в предмете.

А заботу о девушке Сергей на себя уже принял. Не мог не принять. Нравилась она ему. Нет, не ангельской внешностью, а вообще. С характером девица, со стальным стержнем. К подобным девушкам невозможно остаться равнодушным. Либо она тебе нравится, либо ты начинаешь ее опасаться или уважать, но равнодушным точно не останешься.

– Х-хорошо, надеюсь, вы знаете, что делаете, – без особой уверенности в голосе произнес Хорх.

– Сергей, у тебя будет столько времени, сколько понадобится. Но…

– Это мы уже обсуждали. Пассажиры садятся только перед вылетом. Когда службе безопасности захочется провести очередную проверку, только богу известно. Если ее обнаружат, то высадят, а меня оштрафуют. Не думаю, что кого-нибудь из нас устроит подобное.

– Л-ладно. Значит, делаем как всегда, – хлопнув себя по коленям, подытожил Бинг. – Итак, господин Хорх, как видите, вопрос с вашей сестрой полностью разрешился. Думаю, недалек тот час, когда вы получите от нее весточку о том, что с ней все в порядке. Дело, конечно, слегка затянется, не без того, но вам это не будет стоить ни одного лишнего кредита. Я назвал цену, вы уплатили деньги, остальное – мои трудности.

Слушая этот спич, Сергей невольно ухмыльнулся. Все же какой артист умирал в этом короле преступного мира. А с другой стороны, как там у кого-то из классиков? «Весь мир – театр, а люди в нем актеры». Вот и играет Бинг свою роль, где-то неприглядную, где-то благородную, но главное, что с душой, а оттого ему поверит даже Станиславский.

Убедившись, что ему тут больше делать нечего, Сергей попрощался с присутствующими и направился к выходу. Мелькнула было мысль опрокинуть стопочку-другую, но как мелькнула, так и пропала. Сработала старая добрая привычка не пить за рулем. Ведь ему еще предстояло добраться до консульства.

Разумеется, он не опасался местной полиции. Эти ребята вообще старались не задевать инопланетян, если только в самом крайнем случае. Да и не было у них здесь еще законов, запрещающих управлять транспортным средством в состоянии опьянения. Тут, кстати, и транспорт в основном на конной тяге.

Что же до выпивки с целью расслабления нервной системы, то усугубить он сможет и в консульстве. Бары там работали допоздна. Кстати, оттуда недалеко и до гостиницы.

Разумеется, если там имеются свободные номера. Что-то он не озаботился этим заранее. Переночевать-то можно и на корабле, но отчего прибегать к крайним мерам, если можно обойтись и без этого. Он конечно же любил свой корабль, но и отрицать, что узкая койка не идет ни в какое сравнение с широкой кроватью, не собирался.

Не забыть перед выходом надеть шлем. Спрашивается, и чего потащил с собой респиратор? Так и болтается в рюкзачке. Кстати, в гордом одиночестве. Если бы не он, то Сергей вообще не брал бы с собой эту заплечную сумку. Ладно, чего уж там. Ведь с самого начала знал, что берет маску на всякий случай. Ну не пригодилась, чего теперь-то из этого целую трагедию разыгрывать.

Выйдя на высокое каменное крыльцо, Сергей по привычке осмотрелся. Типичная для Раппеля улица. Даже где-то приличная из-за булыжной мостовой и отсутствия грязи. Вокруг – только каменные постройки. Правда, вид желто-коричневых кирпичных стен домов, дополняемый старыми и давно не крашенными рамами, все одно мрачноватый. Не спасает ситуацию даже веселая расцветка различных вывесок кабаков и лавок.

И все же это не рабочая окраина, куда Сергей поостерегся бы заезжать. Чуть только сырость – и на улице можно утонуть в непролазной грязи. В сухую погоду пыль поднимается чуть ли не столбом даже за медленно бредущей гужевой повозкой. Пыли там столько, что у Сергея неизменно складывалось впечатление, будто она забирается под костюм и шлем, хотя это невозможно в принципе.

Одного посещения рабочего квартала с Пошнагова хватило. Он тогда был еще новичком на Алаянке, все-то ему было интересно. Вот и устроил себе экскурсию. Но теперь-то он ученый, а потому предпочитает сделать небольшой крюк и лишний раз проехаться по тряской мостовой…

Что случилось, он так и не понял. Какая-то неведомая и неодолимая сила единым махом сдернула его с сиденья на мостовую. Вот мгновение назад он едет и ни о чем не подозревает, а вот земля и небо поменялись местами и закружились в бешеном вихре. Мотоцикл, лишившийся седока, проехал еще метров десять, затем опрокинулся набок, и его протащило еще с десяток шагов.

Странное дело, но боли Сергей практически не почувствовал. Только и того, что присутствовало ощущение, будто ему серьезно досталось. Боль была, но какая-то тупая и приглушенная. А вот в остальном…

В остальном Сергей поражался самому себе. Голова ясная, мысли четкие, рубленые. Тело действует самостоятельно, на одних только инстинктах, разом вздыбившихся, как шерсть на загривке рассерженного матерого кота. Спасибо бурной молодости да Океании, после которой еще и года не прошло.

Нет, никакими особыми умениями он не обзавелся. И спецназовцем тоже не стал. Разве только приобрел способность не теряться в экстремальных ситуациях да взял за правило сначала действовать, а потом думать. Вот и сейчас это правило, возможно, спасло ему жизнь.

Поднялся он сразу же, причем не на ноги, а на колено, да еще и выхватив при этом шокер. Мгновенно осмотрев пространство перед собой и не заметив никакой угрозы, он тут же ушел в перекат вправо через плечо.

Именно в этот момент прозвучал выстрел. Резкий и хлесткий, как удар плети. Давно он не слышал ничего подобного. В последний раз это было на Земле. Очень похожий звук при стрельбе издает винтовка. Пуля, ударившая в булыжник мостовой и выбившая мелкую крошку, подтвердила его догадку.

А в следующее мгновение он и сам увидел стрелявшего в него мужчину. Тот как раз передергивал болтовой затвор карабина местного изготовления. Сергей поймал его в прицел шокера. Быстрая двойка. Руку дважды слегка подбросило. А мужчина, задергавшись, как паралитик, и захрипев, словно ему перерезали горло, упал на мостовую.

Шокер по габаритам схож с игольником и имеет похожие очертания, хотя и не лишен индивидуальности. Все зависит от производителя, марки и модификации. Он также стреляет посредством энергетического разряда, выталкивающего снаряд из канала ствола. Но на этом общее с игольником заканчивается.

Шокер стреляет снарядами, имеющими конденсированный электрический заряд и оснащенными двумя электродами. При ударе эти электроды, выполненные в форме игл, выдвигаются, пробивают одежду и добираются до тела, после чего высвобождается энергия. Вообще-то достаточно плотную одежду иглы пробить не в состоянии, но воздействие разряда все равно будет ощутимо. Да и потом, о самой пуле тоже нельзя забывать (в этом шокер сродни земному травматику). Но как бы то ни было, крепкий человек вполне способен выдержать подобное.

Дальность эффективной стрельбы этого оружия не превышает двадцати метров. Но в данном конкретном случае этого оказалось более чем достаточно. По причине летней поры и теплого вечера на мужчине были надеты только рубаха да сюртук из тонкого сукна. Последний, скорее всего, понадобился для скрытого ношения кавалерийского карабина с отрезанным прикладом.

Вырубив нападавшего минимум на пять минут, Сергей и не думал расслабляться. Еще чего! Тут такое веселье, а он будет варежку разевать. Как бы не так! Ищите дурака за четыре сольдо! Вместо победной позы и горделиво задранного подбородка, разумеется, вместе с носом, – еще один перекат, на этот раз – в другую сторону и через левое плечо.

Все это происходило настолько быстро, что буквально слилось в непрерывную серию. Второй выстрел застал Сергея уже в движении, и пуля, вновь не найдя своей цели, ударила в мостовую, разве только на значительном удалении от первой. Впрочем, чему тут удивляться, если стрелявший находился на другой стороне улицы.

Еще одна двойка. Конечно, Сергей тренировался с игольником, но и с шокером у него должно было получиться вполне прилично. Доказательство тому – первый нападавший, оставшийся за спиной. Но не тут-то было. На этот раз выстрелы не достигли своей цели и пули ушли мимо.

Если первый находился на расстоянии, не превышавшем десяти метров, то второй был на предельной дистанции. Мало того что разброс на таком расстоянии уже ощутим, так еще и стрелял Сергей, как говорится, навскидку.

Вот только заниматься самокопанием некогда. Перекат назад и через правое плечо. Нет, опасаться второго нападающего пока нечего. Он банально еще не перезарядился, успев только отдернуть назад затвор. Но ведь их могло оказаться больше двух.

Стрелять в перекате, на удачу, Сергей не стал. Он прекрасно отдавал себе отчет в бесполезности такой стрельбы. Его оружие практически не издавало звука, так, громкие щелчки, и не более. С его мастерством и характеристиками шокера попасть в цель практически нереально. Остается только психологическое воздействие. А какое воздействие на психику могут оказать щелчки?

Закончив перекат, Сергей растянулся на животе и тут же перекатился влево, уходя за угол кирпичного забора какого-то завода. Выстрел! Пуля ударила в кладку, отколов приличный кусок кирпича.

Сергей снова выкатился на мостовую и, встав на колено, послал в противника сразу несколько пуль. Достаточно одного попадания, даже в палец, чтобы если не отключить человека, то подарить ему целую гамму неприятных ощущений и как минимум онемение конечности. Но в цель попала не одна пуля. Уж больно сильно трясло этого горе-стрелка.

Держа оружие на изготовку, Пошнагов начал вертеться на месте, выискивая новых нападающих. Чисто. Никого. Если кто еще и был, то успел сбежать, перемахнув через забор. Сергей сейчас находился как раз на перекрестке и прекрасно просматривал обе улицы. Одна из них – главная, с выстроившимися в ряд заводами и фабриками, она вымощена булыжником. Другая, пересекающая ее, – обычная грунтовка.

Вон справа стоит пролетка, запряженная прядающей ушами и топчущейся на одном месте лошадью. Бедолага уже давно убежала бы, но кто-то привязал ее к одинокому деревцу, выросшему на обочине. Извозчика, что примечательно, нет. Получается, это транспорт нападающих.

Но об этом потом. Сейчас главное то, что посторонних не видно. Дневная смена на заводах уже закончилась, ночная только началась. Так что никто из рабочих или обывателей на выстрелы не придет. Впрочем, даже если услышат, не придут. Кому нужно ввязываться в такие дела?

Полиция? Если услышат выстрелы или кто сообщит, вполне могут. Рабочие кварталы и промышленная зона – это не трущобы и не порт с прилегающими улицами. Правда, на выстрелы так просто не сунутся, обязательно дождутся подкрепления, а потом уж заявятся всей толпой. С одной стороны, понять их можно: кому охота подставляться за мизерное жалованье. С другой – это их работа, и если страдаешь медвежьей болезнью, уступи место тому, кто не испугается.

Размышляя над этим, Сергей сноровисто связал сначала одного нападающего, потом второго. Даже если нагрянет полиция, с него взятки гладки, и вообще, он чист перед законом, аки слеза. Напали, он их обезвредил. И кстати, очень скоро они будут в норме без какого-либо убытка для здоровья. В чем и прелесть шокеров. Хорошо все же, что он не взял с собой игольник. Вот тогда все было бы куда хуже.

И все-таки появление полицейских нежелательно. Причина проста. В этом случае они обязаны поставить в известность о произошедшем ирианскую службу безопасности. Ведь Сергей – подданный империи. Начнется разбирательство, которое может обернуться для него лично серьезными финансовыми потерями. Опять же девчушке помочь не получится, а хотелось бы. И кстати, не столько ради денег, сколько теперь уже ради нее самой.

Но мысли о ней не позволяли ему забывать и о себе. В конце концов, до сегодняшнего дня он ее не знал. И потом, он выслушал только одну версию произошедшего, поди пойми, является ли она истинной, а не просто правдивой. Ведь, как известно, правда у всех своя. Даже фашисты считали себя правыми, творя свои преступления.

Итак, что же это могло быть? Во-первых, нападающие могут оказаться очередными идиотами, решившими заработать, потребовав выкуп за инопланетянина. Их стрельба вполне объяснима, они могли принять защитный мотоциклетный костюм за разновидность легкого бронекостюма. Такой вполне может выдержать выстрел винтовки.

Вот только не тот, что на Сергее. Этому по силам противиться разве только пистолету или револьверу, возможно, старым образцам винтовок, стрелявших еще дымным порохом, но только не современным (разумеется, в местном понимании). И тогда напрашивается во-вторых. Охотились именно на него и именно потому, что он вызвался вывезти с планеты некую девушку. Кстати, а как ее зовут-то? Не важно.

И вот это Сергею нравится еще меньше. Получается, враждебный ей клан вычислил, к кому именно может обратиться Бинг с подобной просьбой. Дабы предотвратить отлет и преподать урок другим пилотам, решившим соблазниться приработком, они убивают Сергея.

Па-бам! Картина маслом. Девушка оказывается запертой на планете. Конечно, затевать войну с приступным миром клану не с руки. Но ведь и Бинг не станет защищать девушку вечно. В конце концов, она ему никто, и когда он сочтет, что исчерпал все возможности для ее спасения, то просто вытолкает ее взашей. Или придумает еще какой-нибудь вариант, чтобы и честь свою воровскую сберечь, и от проблемы избавиться.

Есть еще и третья версия нападения, с крысами, повсюду разыскивающими девушку в стремлении получить награду за ее голову. Версия с душком, если честно. Получается, среди людей Бинга завелась гниль, и информация из ближайшего окружения уходит на сторону. Означает это вот что. Девушку Бингу не защитить. Но для него это только полбеды. Куда хуже то, что и себя сберечь не получится. Если дело обстоит именно так, то очень скоро и до самого Бинга доберутся конкуренты.

Это если забыть о четвертом варианте. Не желая ссориться с дворянским кланом и в то же время стараясь сохранить лицо, Бинг сам все и организовал. К чему такие сложности? Так ведь нельзя уронить свой авторитет, в кои-то веки к нему обратился аристократ.

Пусть он пришел неофициально, в тайне от своих же, но факт остается фактом. Данное обстоятельство позволит Бингу подняться на качественно новый уровень. Авторитет не может себе позволить проиграть. А если и проиграет, то только ввиду прямо-таки неодолимого стечения обстоятельств.

Словом, накручивать себя и выдвигать самые разные версии можно до бесконечности. А вот решать, как поступить (вызывать службу безопасности или Бинга), нужно уже сейчас. Пока суд да дело, вроде как была отговорка: мол, занят, нужно связать нападавших. Но всему когда-то приходит конец.

Сергей закинул обоих лихих в пролетку, попутно избавив их от револьвера и ножей. Прибрал с дороги свой мотоцикл. Срезал шелковую веревку, натянутую поперек улицы. Прочная вещь, ничего не скажешь. Хорошо хоть он был в защитном костюме и шлеме. Если бы в маске, то, как пить дать, голову срезало бы. А если бы не костюм, то переломал бы себе все кости.

Ладно, чего тянуть-то. Нужно решать, кого вызывать. Просто так оставлять это дело нельзя. И все же натура взяла свое. С одной стороны, не хотелось бросать беспомощную девушку, с другой – терять большие деньги. С вмешательством СБ это произойдет однозначно. Зато сам Сергей будет в полной безопасности. Вызвать Бинга? Вариант помощи девушке и заработка остается, хотя и неоднозначный. Зато и риски лично для него возрастают.

– Ч-черт! Почти год нормально обходился без этого дерьма! Угораздило же меня. Бинг, привет. Давно не виделись. Тут на меня слегка напали, разобраться бы не мешало, – заговорил Сергей, едва на экране искина появилось лицо авторитета, обезображенное шрамами…

Ну не мог он поступить иначе. И с каждым словом понимал, что дело тут даже не столько в деньгах, сколько в той девчушке, все так же остававшейся для него безымянной. Не все можно измерить деньгами. И человек не всегда рискует собой ради выгоды или своих близких. О чем думали бойцы «Альфы» в Беслане, прикрывая незнакомых детей и подставляя свои спины под пули бандитов? Уж точно не о деньгах, не о присяге и не о долге. В тот момент они просто не могли поступить иначе, вот и все.

Нет, Пошнагов вовсе не собирался сравнивать себя с павшими героями. Просто в этот момент он понял, что до конца дней не простит себе, если не сделает все от него зависящее, чтобы вытащить с планеты эту девчушку. А до результата еще очень далеко. По сути, он не сделал еще и первого шага.

Сергей еще раз осмотрел бандитов, уже пришедших в себя и мычащих, бешено вращая глазами. Хм. А может, первый шаг все же сделан? Кто знает, кто знает… Для начала нужно дождаться Бинга с его парнями, а там видно будет.

Глава 3. Дела заокеанские.

Утро добрым не бывает. Угу. Тот, кто первым это сказал, явно знал, о чем говорил. В России обычно такой характеристики удостаиваются два типа утренних часов. Первый означает начало рабочего дня. Второй – пробуждение с чувством глубокого похмелья. Вообще-то Сергей не одобрял и не поддерживал ни бездельников, шарахающихся от любой работы, как от проказы, ни любителей горячительного. Впрочем, вторых также никак нельзя отнести к трудоголикам.

Однако сегодняшнее утро он и впрямь не мог назвать добрым. Едва он открыл глаза, как голову тут же заполнили тревожные мысли. Причем они настолько быстро пришли на смену весьма красочному сну, что он поначалу даже забыл, что ему, собственно, снилось. Ах да. Он видел Землю, живописную поляну на берегу горной речки и пикник, устроенный им в кругу семьи.

Н-да-а-а. Далековато нынче Земля. Да и повода расслабляться пока нет. Вчера, вскоре после происшествия в глухом заводском квартале, появился Бинг. Причем прибыл он не один, а в сопровождении десятка своих головорезов. Вообще-то многовато по местным меркам, и не только по местным. Но авторитет, как видно, чего-то или кого-то опасался. Причем, судя по до зубов вооруженным парням, серьезно так опасался, без дураков.

А вот удовлетворить свое любопытство Сергею не удалось. Бинг заявил, что беседовать будет с ними отдельно и без посторонних ушей. Пошнагову же сообщит о результатах в части, касающейся его. Для возражений у Сергея недоставало оснований. Не говорить же Бингу, что авторитет и сам в числе подозреваемых в злом умысле против Пошнагова.

Идиот. Ну вот что ему мешало, пока ожидал прибытия Бинга, поспрашивать пленных о том, кто они такие есть. Хм. Вообще-то не такой уж и идиот. Добром говорить они явно отказались бы, а пытать… Сергей не торопился пополнять ряды преступного мира. Ему вполне комфортно и в купеческой среде. А переступи он эту грань…

Ну, может, и не прописался бы среди преступников, но если об этом станет известно СБ, то ему могут и закрыть доступ на Алаянку. Это вам не вывоз незаконных мигрантов, который империя, по сути, не запрещала, а просто сдерживала. Прямое нарушение законодательства аборигенов категорически не одобрялось.

А тут еще и проблема с грузом. Сергей при повторной встрече с Бингом даже закинул было ему удочку, вдруг сможет помочь. Хотя, если признаться, эта идея ему откровенно не нравилась. Ну не по душе ему вся эта воровская романтика. Да и нет ее там. Бандиты – они во все времена и на всех планетах бандиты.

Как выяснилось, надежда оказалась напрасной. Авторитет заявил, что будь у него нужный товар, он бы сразу сбыл его Сергею, лишь бы тот побыстрее убрался восвояси вместе с девушкой. Что же, вполне логично.

Нет, что-то там у него конечно же имелось, его крысы где только не пробавляются. Но только с нужным количеством и ассортиментом дела обстояли куда как неудовлетворительно. Разумеется, при наличии времени он смог бы кое-как решить эту проблему. Но вот времени-то как раз и не было.

Ну и ладно. Признаться, Сергей даже испытал облегчение, когда получил отрицательный ответ. Ну не привык он наживаться на горе других. Нет, если там кого-то, уподобившегося волку, то тут он без колебаний и угрызений совести. Вот только преступники себе подобных лишают имущества крайне редко. Все больше – честных или хотя бы относительно честных граждан.

Поднявшись с койки, Сергей направился в ванную умываться. Ему все же повезло, и свободный номер в гостинице нашелся. Правда, сразу после заселения пришлось отбояриваться от навязчивого интимного сервиса.

Дело в том, что весь персонал консульства набирался из местных. Ну кто из ирианцев захочет ехать на край вселенной, чтобы получить низкооплачиваемую работу? Такого добра с лихвой хватает и в империи. А вот для аборигенов подобная работа – просто находка. Один такой работник в буквальном смысле содержит большую семью.

А еще это возможность дать образование своим детям и самому выучиться. Получать образование в представительствах могли себе позволить только аристократы, да и то далеко не каждый. Все же удовольствие из дорогих. Разумеется, имелись и бесплатные квоты. Но чтобы получить бесплатное место, нужно было сдать экзамены и выдержать жесткий отбор.

Служащие представительств имели весьма серьезные льготы и могли либо выучиться сами, не желая мириться со своим общественным положением, либо определить на учебу одного из своих ближайших родственников. В основном это конечно же были их дети. Обучение не бесплатное, но с существенной скидкой.

Словом, деньги ни в коем случае не будут лишними. Вот и искали служащие самые разные способы приработка, которые бы не вступали в противоречие с их основной работой. Например, те же горничные пробавлялись продажной любовью.

Именно такая жрица любви и заглянула к Сергею на огонек, стараясь предстать перед ним в самом соблазнительном виде. Пилоты считались самым предпочтительным вариантом. Они слишком много времени проводят в космосе в полном одиночестве, а потому не очень-то долго раздумывают над тем, стоит ли согрешить. И Сергей вовсе не был исключением, потому как крутить романы ему некогда, а хранить верность некому. Но в этот раз ему было не до утех, голова была забита совершенно другим.

Душ помог взбодриться. Побрившись, Пошнагов стал выглядеть более бодрым и уверенным в себе. Уже немало. Хотя ни этой самой бодрости, ни уверенности он не испытывал. Устроился на кровати, вооружился искином, вошел в Сеть… Угу. Никаких предпосылок, что хоть что-то изменится к лучшему. Даже тот лот на небольшое количество специй уже исчез.

Взглянул на таймер. Не так уж и рано. Набрал Пакрута. Тот уже давно должен быть на рабочем месте. Это Сергей валяется в койке, отходя от вчерашних треволнений и жалея себя любимого. А остальные в это время работают, между прочим.

– Здравствуйте. Чем могу быть полезен?

Сергей в недоумении посмотрел на ссылку вызова. Все верно, офис «Заза», консульство Ирианской империи в Раппеле. А что это за незнакомый молодой человек? Да и интерьерчик за его спиной совершенно не современный, в смысле, не инопланетный, а очень даже местный, где-то вычурный, но явно дорогой.

– Кхм. Извините, я, кажется, ошибся. Хотя не представляю, как такое возможно, – растерянно ответил Сергей.

– Вам, вероятно, нужен был наш офис в консульстве, – нашелся молодой, лет двадцати пяти, человек весьма представительного вида.

– Верно, – согласился Сергей, уже начиная понимать происходящее.

– Дело в том, что господин Пакрут попросил пару дней выходных. У него возникли трудности личного характера. Поэтому я его подменяю. Просто я еще не добрался до офиса, вынужден был задержаться. Итак, чем могу быть полезен?

Интересно девки пляшут, по четыре штуки в ряд. Это еще что за перец? Персональный искин на Алаянке – дело редкое и дорогое, настолько, что далеко не каждый дворянин или купец может себе его позволить. Пакрут, к примеру, пользовался стационарным, установленным в офисе. А ведь этот мужик был на хорошем счету у хозяина и вообще всячески им ценился.

Так кто же подменяет приказчика, пока тот решает свои проблемы? Да какая, собственно говоря, разница? Выяснение этого не может повлиять на решение вопроса, интересующего Сергея. Или может?

– Извините, господин Пакрут обещал постараться решить мою проблему. Дело в том, что я являюсь постоянным клиентом торгового дома «Заза» и всегда приобретал груз пряностей и специй.

– Да, да, да. Господин Сергей, если не ошибаюсь, – тут же о чем-то вспомнив, произнес молодой человек.

– Да. Это я. Так вот, господин Пакрут обещал постараться решить этот вопрос. Быть может, вы в курсе?

– Я в курсе, что в настоящий момент наш торговый дом не может вам помочь. Поверьте, мы глубоко ценим то, что вы являетесь нашим неизменным клиентом на протяжении последнего полугодия. Мало того, мы крайне заинтересованы в том, чтобы вы оставались нашим клиентом и далее…

– Но в настоящий момент ничем мне помочь не можете, – прерывая словесный поток, произнес Сергей.

– Мне очень жаль.

Н-да, весело. Похоже, ему крупно не повезло. Любой торговый дом заинтересован в таких покупателях, как Сергей. Поэтому, чтобы не терять постоянного клиента, они обязательно нашли бы нужный ему товар. Даже если бы сами на этом не заработали ни единого кредита.

Но не может же быть такого, чтобы не нашлось выхода из этой ситуации? Хотя специи и пряности – товар особый, слишком большими партиями не реализовывается. А потому и найти большую партию весьма трудно. Попробуйте представить себе хотя бы куб молотого черного перца. Вот то-то и оно.

Л-ладно. Здесь он пока ничего поделать не может. Но не терять же теперь еще и неожиданную компенсацию. А раз так, то стоит выяснить, как обстоят дела у Бинга. Правда, есть одно существенное «но». Придется поверить на слово авторитету. Но, с другой стороны, Сергей всегда может подстраховаться. Например, не покидать пределы консульства и космопорта.

– Привет, Бинг.

– Здравствуй, Сергей. – Судя по тому, что видел на экране Сергей, авторитет находился в каком-то то ли подвале, то ли просто темном каменном помещении.

– Что можешь рассказать о вчерашнем?

Вообще-то вот такая болтовня – идея не из лучших. Дело в том, что на Алаянке не такая уж разветвленная Сеть и пользователей – раз-два и обчелся. Относительно освоенного пространства, разумеется. Поэтому и СБ куда как проще отслеживать переговоры пользователей.

Ну прямо как на Океании. Но если там палки в колеса вставляла корпорация (как полагал Сергей, в своих же интересах), то здесь подобными условностями никто себя не обременял. Конечно, это не афишировалось. Но Сергей был просто уверен в том, что СБ отслеживает Сеть, выставив сторожки на определенные фразы или слова.

– Тебе нужны подробности? – вскинул бровь Бинг.

– А как ты думаешь, мне нужны подробности?

– Ладно. Тогда через полчаса встретимся в главном вестибюле консульства, – прекрасно отдавая себе отчет, что они могут оказаться на крючке у безопасников, предложил Бинг.

– Принял.

Это где-то даже смешно. Прямо шпионские страсти. Впрочем, Сергей лучше лишний раз будет выглядеть смешным, чем станет понапрасну рисковать. Ему не хотелось ни терять столь щедрый заработок, ни подвести девушку, что для нее означало смерть.

Поэтому насколько бы ни была маловероятна возможность того, что на него выйдет СБ, он предпочел бы не рисковать. Судя по всему, Бинг был такого же мнения. Впрочем, в его случае цена немного иная. То, чего не купишь ни за какие деньги, и то, что порой стоит дороже жизни. Репутация.

Сергей вышел из номера и направился в ближайший бар, где можно было не только выпить, но и неспешно позавтракать. Время вполне позволяло, а потому голодать не было никакой необходимости. Тем более после питания корабельными пайками в течение продолжительного времени особенно остро начинаешь ценить даже самую обычную кухню.

На выходе его остановила администратор. Оказывается, господин Пакрут вовсе не забыл о Сергее и, какие бы там ни были у него проблемы, сообщал, что готов встретиться с ним в полдень. А вот эта новость вселила в Пошнагова надежду. Признаться, он уже был готов заполнить грузовой отсек любым хламом, схватить в охапку девушку и покинуть Алаянку. Просто все говорило о том, что, погнавшись за двумя зайцами, он рискует не поймать ни одного.

Но похоже, что вместе с неприятностями и треволнениями к нему вернулась и его прежняя удачливость. Хотя… Грех жаловаться. Капризная девица все это время и не думала его оставлять. Просто последние полгода обходилась без экстремальной составляющей. И кстати, Сергею это нравилось куда как больше, чем события последних суток.

Бинг прибыл вовремя, хоть часы сверяй. Это у него уже вошло в привычку. Появиться на встрече минутой раньше – проявить нетерпение, а значит, с нервами непорядок. Минутой позже – дать слабину и показать свою нерешительность. Все это отнюдь не приветствуется в его среде, вот и приходится быть точным. Конечно, Сергей к преступному миру не имеет никакого отношения, но кто сказал, что это повод для того, чтобы расслабиться.

– Ну здравствуй еще раз, – усаживаясь в широкое кожаное кресло, устало произнес Бинг.

– Привет. Что-то выглядишь не очень.

– Угу. Всю ночь работал.

– Парни оказались настолько крепкими?

– Ты о своих «крестничках»? Неужели ты думаешь, что нет других вопросов, требующих моего внимания? А что касается этих, то тут вообще никаких трудностей. Они раскололись еще до того, как мы добрались до места. Пришлось их отпустить, даже не тронув пальцем.

– Интересно девки пляшут, по четыре штуки в ряд.

– Бойцы клана Картрон. Надо заметить, у их главы мозги работают. Они сумели срисовать, как Хорх привел девицу в «Пьяного боцмана». Как именно – они не знают, что и неудивительно, они простые солдаты клана. Дальше установили, что в трактир пожаловал ты, сложили два и два и устроили на тебя засаду.

– Хотели убить?

– Именно что убить. А потом раструбить, будто ты погиб из-за того, что собирался вывезти с планеты некую девицу. Это должно было отбить охоту у других иметь со мной дело. Но, я вижу, ты не удивлен?

– Это была одна из версий, пришедших мне в голову. Но откуда обо всех этих тонкостях могли знать простые солдаты?

– А они и не знали. Это я уже сам додумал, что в общем-то и несложно.

– А почему отпустил их?

– Извини, но воевать с одним из могущественных кланов королевства в мои планы не входит. Им, как я вижу, также не хочется вступать в открытую борьбу со мной. Это просто невыгодно. Поэтому и решили подвести меня к той черте, когда я сам вышвырну девчонку на улицу.

– Ясно.

А чего, собственно говоря, Сергей ожидал? Что авторитет бросится за него мстить? Глупость. К тому же она может обойтись очень дорого. Сейчас существует некое равновесие, и это означает, что клан Картрон считается с силой, которую собой представляет Бинг. Нет, дворяне не боятся авторитета, и им вполне по силам с ним разобраться, просто они не готовы платить слишком большую цену.

Это понимает не только Сергей, но и сам Бинг. А иначе отчего ему отпускать тех, кто мог разрушить его планы? Картроны и без того сейчас на взводе, гибель же их бойцов, пусть и не из благородного сословия, могла оказаться камешком, вызвавшим серьезный камнепад.

– В этом дельце появилась еще одна странность, – дернув себя за нос, продолжил Бинг.

– И какая именно?

– Клан пересмотрел свои условия. Теперь они хотят заполучить девчонку непременно живой. Хоть без рук и ног, но живой.

– И?

– Признаться, муженек сам нарвался на неприятности, совершив бесчестный поступок. Если с этим согласен даже я, то что говорить о благородных. Да, они бросили клич и затребовали ее голову, назначив крупную награду. Целых десять тысяч кредитов. Как понимаешь, это очень серьезные деньги для Алаянки. Но особой прыти клан не проявлял. Я даже полагаю, что они решили позволить ей покинуть планету и изначально следили за девицей, чтобы убедиться в том, что она отбыла с Алаянки.

– То есть серьезных намерений ее убивать ни у кого не было?

– Дворяне. – Бинг произнес это так, словно хотел сказать: мол, пояснения излишни. – Кроме этого, награда увеличилась до пятидесяти тысяч. Подозреваю, что красавица не просто сбежала, но еще и прихватила кое-какие денежки, которые клан хочет вернуть. Не надо так на меня смотреть. Потрошить девицу в мои планы не входит. И потом, я уверен, что денежек на планете уже нет. Или очень скоро не будет. Имперский банк – очень удобная штука. Я бы именно так и поступил.

– И тебя не соблазняет возможность снять с нее все эти денежки? – ухмыльнулся Сергей, не допускавший мысли о благородстве авторитета.

Ерунда это все, вот что. С самого детства он слышал рассказы о преступниках, овеянные романтическим ореолом. О благородстве воровских авторитетов, живущих по понятиям. Но кто они на деле? Воры, грабители, убийцы, вот кто. Изнасиловать женщину – это западло, за это на зоне опустят. А вот если ты эту самую женщину зарезал, чтобы снять с нее сережки, – это уже достойно уважения.

Так что и в благородство Бинга он не верил ни капли. Нет у него ничего подобного. Имеется только целесообразность и выгода. Эта девочка ему выгодна, потому как благодаря ей он сможет поднять свой авторитет. А вот добраться до ее денежек у него вряд ли получится. Она уже могла осуществить перевод, и теперь деньги дожидаются ее в любом уголке освоенного космоса. Каждый уходящий с планеты корабль уносит с собой сжатый пакет информации. И если она это сделала, то для Бинга денежки потеряны. Тут много тонкостей, и все они против авторитета. А вот клан вполне может вернуть эти средства.

Все это было аршинными буквами написано на лице Бинга, когда он взглянул на Сергея, вздернув для разнообразия левую бровь. Все верно. К чему задавать глупые вопросы, тем более если тебе известны ответы.

Итак, для Сергея пока ничего не изменилось. Разве только усилилось желание побыстрее разобраться с этой проблемой и вернуться к обычному ритму жизни, который его вполне устраивал. Вот только придется с этим повременить.

В отличие от авторитета Пакрут оказался не столь пунктуальным и явился в номер Сергея с опозданием на полчаса. Впрочем, причины тому были достаточно извиняющими, чтобы Пошнагов воспринял это нормально. А вот само предложение его серьезно обескуражило.

– Господин Пакрут, вы ничего не путаете? Я подданный Ирианской империи и, как вы верно заметили в прошлую нашу беседу, не имею права на осуществление торговых сделок вне ирианских представительств. Мы ведь об этом уже говорили вчера.

– И вы абсолютно правы. Вы не имеете права на торговые сделки вне представительств империи, а вот я имею.

– То есть?

– То есть я сегодня с утра озаботился тем, чтобы получить торговую лицензию с правом торговых операций за границей.

– Вы решили покинуть службу в торговом доме «Заза»?

– Нет. К этому я еще не готов. Но зато я готов немного заработать.

– Давайте так. Я не буду вам задавать глупых вопросов, а вы постараетесь мне все объяснить. А то, признаться, я никак не могу сообразить, что к чему.

– Хорошо, – устраиваясь поудобнее на стуле перед сидящим на кровати Сергеем, Пакрут начал объяснять суть предприятия: – Итак, все до гениальности просто. Ирианским торговцам запрещено осуществлять торговые операции вне представительств империи. Но нет никакого запрета на то, чтобы пилот мог заключить договор с местным предпринимателем относительно транспортировки товаров в пределах планеты. А что не запрещено…

– То разрешено, – закончил за приказчика Сергей. – Получается, вы как торговец нанимаете меня для того, чтобы я доставил товар из-за океана сюда, в Раппель. А уже здесь мы с вами заключим сделку о покупке, – говоря это, Сергей поспешил сделать запрос в Сеть, некоторое время изучал информацию и, наконец, буквально выдохнул. – Действительно, все до гениальности просто.

– Я когда-то начинал службу за океаном, и у меня там остался один партнер, плантатор. Он и сейчас занимается поставками торговому дому «Заза». Человек достаточно надежный и кое-чем обязан мне лично. До вечера времени более чем достаточно, и за это время мы успеем утрясти все необходимые формальность. Затем вылетаем в Балис, где будем как раз с рассветом. Загружаемся – и назад. Уже завтра к вечеру вы сможете покинуть планету.

– Погодите, вы говорите, он плантатор. Но ведь меня не устроит товар с плантации. Насколько мне известно, пряности и специи сначала проходят переработку. Мой партнер согласен фасовать готовую продукцию, но никак не заниматься переработкой.

– Не переживайте. Господин Лакранука сосредоточил в своих руках весь цикл. У него имеется даже пара судов. Правда, открывать торговые представительства здесь он не желает. Говорит, что всех денег не заработать, а вешать себе на шею предприятия, расположенные за океаном, он не хочет. Привык все контролировать.

– Ясно. Стоп. Но ведь у меня нет местной валюты, – растерянно произнес Сергей, но потом спохватился. – Ну конечно же. Вы сказали – вечер. Времени вполне достаточно, чтобы посетить банк и обменять кредиты на любую валюту. Какие деньги лучше будет взять?

– Никакие, – отрицательно покачав головой, произнес господин Пакрут.

– Не понял.

– А чего тут непонятного. Вы попали в затруднительную ситуацию. Я могу вам помочь. Суть сделки такова. Мы заключаем договор на перевозку, летим за товаром и возвращаемся. Здесь же вы покупаете у меня товар по местным расценкам.

– Ага. А вы потом возвращаете мне часть денег в уплату за перевозку. Что? Не так?

– Нет. Мы конечно же заключим договор о найме, и вы якобы получите от меня плату за транспортировку. Но на деле ничего подобного не будет. Это нужно только для отчетности.

– Нормально. То есть я привезу этот товар, причем бесплатно, а потом я же еще и куплю его у вас со всеми накрутками, включая транспортные расходы. Я ничего не перепутал, господин Пакрут?

– Нет, – совершенно спокойно произнес приказчик.

– Мне кажется или кто-то хочет меня нагреть? – окинув хмурым взглядом своего собеседника, недовольно произнес Сергей.

– Мало того. Вам придется внести предоплату за груз. У меня попросту нет средств для того, чтобы осуществить закупку в Балисе.

– Ну-у вы-ы нагле-э-эц. Я, конечно, тот еще делец, но так нагло меня еще никто не хотел поиметь. Вернее, те, кто хотел, теперь даже не могут пожалеть об этом ввиду безвременной кончины.

– Вот только не надо мне угрожать, господин Сергей. Я и без того рискую. В то время как вы лишь поправите свои дела. В ваших действиях не будет нарушения закона. Разве только больше никто не сможет повторить подобное, так как сразу же появится запрет на подобные сделки. Если же господину Варгу станет известно о моем участии в этом предприятии, для меня это обернется настоящей катастрофой. Меня вышвырнут на улицу с волчьим билетом, и я больше никогда и нигде не смогу найти работу. Даже если я решу стать купцом, мне не подняться выше простого лавочника, да и то не в Кадии.

– Не объясните?

– Я сказал хозяину, что у меня проблемы, и попросил два дня выходных. Сегодня меня подменяет его сын. В этом-то ничего страшного, господин Варг – сторонник того, что настоящий купец должен постичь дело с самого низа. А вот то, что я обманул, да еще и воспользовался сведениями, полученными на службе дому, для собственной выгоды, – уже серьезный проступок. Мы ведь при поступлении на службу клянемся всегда заботиться о выгоде торгового дома как о своей собственной. Получается, что я нарушу клятву, а это не приветствуется в деловых кругах.

Сергей задумался. Итак, что он теряет? По сути, только топливо, затраченное на метание по этой планете. Большая ли это сумма? Не смешите тапочки, они и так смешные. Да, на нем откровенно наживаются. Причем по местным меркам оч-чень даже неплохо. Но в результате-то в выигрыше все. Так чего тогда закипать, как самовар? Да потому что он терпеть не может, когда его… А вот тут стоп. Коль скоро решил, что в выигрыше, то не стоит себя накручивать.

– Добро, господин Пакрут. Но вы получите пока только половину суммы.

– Вся предоплата полностью, господин Сергей.

– А вы уверены, господин Пакрут, что нужны мне после того, как открыли весь механизм предприятия.

– Уверен. Без меня вам не уложиться в срок. Конечно, вам могли бы помочь другие торговые дома, так как у них имеются нужные связи. Но никто из глав домов не станет прибегать к уловкам во взаимоотношениях с консулом. Даже если речь идет о постоянном клиенте. В результате это им может слишком дорого стоить. Или сто процентов предоплаты, или до свидания.

– Вообще-то вы мне назвали имя плантатора.

– Вообще-то без договора со мной вам лучше не лететь туда, потому как это будет прямое нарушение существующих положений. Консулу это оч-чень не понравится. Но даже если вы найдете другого, более покладистого купца, господин Лакранука не станет иметь дело с вами.

– Даже если я компенсирую его транспортные расходы?

– Господин Лакранука не будет иметь с вами дело. Хотя бы по причине консервативного склада характера и предвзятого отношения к инопланетянам.

– Вот так?

– Вы можете проверить, – пожав плечами, предложил Пакрут.

– А ничего, что я рискую? – снова сдаваясь, поинтересовался Сергей.

– Я тоже. Вы ведь можете записать разговор и передать запись господину Варгу.

– Все. Убедили. Что у нас по плану первое?..

С делами разобрались быстро. Даже слишком быстро. Пакрут великолепно ориентировался в торговых и банковских операциях. Так что у них даже осталось время, чтобы пару-тройку часов вздремнуть. Все же в ближайшие сутки поспать им больше не удастся. Сначала перелет на другой материк, потом сделка, погрузка и возвращение. И все это – с поправкой на многочасовую разницу во времени.

Сам перелет не вызвал никаких трудностей. Разве только диспетчер был сильно удивлен при выдаче разрешения на старт. Пришлось даже подождать, пока разобрались, что тут и к чему. И, судя по задержке, Пакрут был абсолютно прав. Уже к их возвращению будет вынесен запрет на фрахт ирианских кораблей в пределах планеты.

Ах да. Еще и сам Пакрут. Он, конечно, уже был знаком с некоторыми достижениями инопланетян. Но одно дело – то, что он видел в здании консульства и на взлетном поле космопорта. И совсем другое – картина, что открылась его взору в ходовой рубке корабля. Когда же Сергей включил ему обзорные экраны, предоставив возможность посмотреть на поверхность планеты с огромной высоты, восторгу торговца не было предела…

Плантация господина Лакранука, с которым Пакрут некогда имел дела, располагалась в тропиках. Посадки были разбиты частью на равнине, а частью на склонах покрытой зеленью горной гряды, протянувшейся с севера на юг. У хозяина плантации имелась даже весьма удобная бухта, где расположился небольшой частный порт, по сути – причал, оборудованный подобием башенного крана.

Благодаря удачному расположению и перепадам высот здесь выращивались самые разные сорта специй и пряностей. Так что если они договорятся и если на складах порта найдется все необходимое, Сергей без труда забьет свой грузовой отсек. Опасения насчет какой-либо недостачи вовсе не лишены основания. Все же у растений различные сроки вызревания, и здесь вывоз вполне мог быть поставлен на поток.

В идеале не помешало бы посадить корабль между складами и причалом. Это облегчило бы погрузку. Но, к сожалению, это было невозможно. Слишком уж небольшое пространство отделяло ряды обширных каменных складов, крытых черепицей, от причальной стенки.

Хм. Это они лихо так подкатили. Впечатлений у народа, как говорится, полные штаны. Несмотря на ранний час, людей у складов было предостаточно. Шла погрузка какого-то парусного судна. А ничего так работники, не ленятся. Вон как с рассвета наяривают. Хотя, наверное, к обеду тут наступит мертвый час. Самое пекло, так что и не продохнешь.

Так вот, когда «Щука» начала снижаться, аборигены в плетеных шляпах, одетые в светлые одежды, сначала замерли, задрав головы. Слышать-то об инопланетянах им явно доводилось. Мало того, они даже наблюдали, как где-то высоко в небе летел этот их корабль. Эдакая точка, оставляющая за собой белесый след. А вот вблизи он не такой уж и маленький. И как только в воздухе держится? Но это ладно. Так ведь он к ним приближается. А уж когда заревели турбины «Щуки», пошедшей на вертикальную посадку, нервы у бедолаг не выдержали окончательно. Вселенская паника, крики ужаса и сверкающие пятки. Картина маслом.

– Господин Пакрут, дайте-ка я догадаюсь. Вы не связывались с господином Лакранука, – с явным недовольством произнес Сергей, наблюдая за паническим бегством работников.

– А как бы я это сделал? – пожал плечами приказчик. – У нас ваши технологии – редкость. Он же, являясь человеком консервативных взглядов, приобретать искин не желает ни в какую, хотя с легкостью может себе его позволить. Можно было бы послать ему телеграмму. Но самая срочная дошла бы сюда минимум через трое суток.

– И как теперь быть?

– Никак. Господин Лакранука, конечно, человек консервативный, но не дремучий. Давайте просто выйдем, – так же, как и Сергей осматривая окрестности посредством обзорных экранов, предложил Пакрут.

– А его люди тоже не дремучие? – и не думал сдаваться Пошнагов.

Не хватало еще, прибыв по делам торговым, устраивать тут войнушку. Нет, у местных не было никаких шансов. Но он-то тут не за этим. Господи, вот связался. И ведь не отыграешь назад. Жаба не позволит. Этот Пакрут раскрутил-таки Сергея на полную предоплату. Куда уж теперь отступать, коли свои кровные вложены.

Взгляд на приказчика. Вот молодец. А что это он делает? Вскрыл весьма объемный саквояж, извлек из него пояс-патронташ с плотным рядом блестящих латунных гильз и кобурой, откуда торчит рукоять револьвера. И главное, прилаживает это хозяйство на себя. Да так проворно, что никаких сомнений – пользоваться оружием он умеет. Ковбой, елки-палки.

– А это зачем? – все же не выдержав, поинтересовался Сергей.

– Эти места долгое время были колонией. А еще – рабовладельческим краем. Но после войны за отмену рабства бывшие невольники получили свободу. Господин Лакранука, кстати, одним из первых дал вольную своим рабам и начал платить жалованье.

– Вот так легко принял новые веяния? – искренне удивился Сергей подобному поведению.

– Не легко. Но довольно быстро. И, как результат, потерял меньше всех. И даже приобрел. Большинство его рабов осталось жить в своих прежних поселениях. Да плюс еще и с других мест подтянулись те, кому нужно было где-то обосноваться. Только теперь это поселения свободных граждан, ну и площадка для наказаний исчезла. А вот тюрьма в господском доме – целехонька. Не все рабы захотели становиться вольными работниками, те, кто всегда был склонен к лени и праздности, ушли в леса.

– Ясно. Разбойничают.

– Именно. Уже лет десять как закончилась война, а им все неймется. С другой стороны, жить-то на что-то нужно. Есть мнение, что те же жители окрестных деревень им и помогают. Кто из страха, кто не может забыть кровных уз. Так что можете не сомневаться, вооружайтесь, как положено. И еще, не надо дышать местным воздухом. Тут и алаянкец не всякий вынесет, а что может статься с вами, даже не знаю. В общем, лишний риск.

– Я понял.

А чего тут не понять. И потом, оно со всех сторон оправданно. Легкий бронекостюм не по зубам ни одному местному образцу стрелкового оружия. Хоть в упор стреляй. Опять же насчет аллергической реакции – тоже в точку. И наконец, температура за бортом сейчас уже тридцать, а в перспективе возрастет еще. В костюме же поддерживается микроклимат, и Сергей будет чувствовать себя вполне комфортно.

Когда они уже были готовы выйти наружу, наконец-то появился хозяин округи. Иначе и не скажешь. Рабство-то отменили, но на собственность никто покушаться не стал. А благодаря тому, что Лакранука вовремя сориентировался, ему удалось свои владения даже расширить.

Как пояснил Пакрут, плантатор не только владел этими территориями, но еще и выполнял здесь роль судьи, имея соответствующие полномочия. В общем, поддержание порядка и законности также лежало на его плечах. Но на них вроде как расположилась довольно мудрая голова, а потому этот край процветал. Во всяком случае, и люди здесь жили получше, и бандиты шалили пореже.

Прибыл господин Лакранука на каком-то допотопном автомобиле, которые, похоже, не успеют тут развиться во что-то по-настоящему стоящее. Ирианцы планомерно ведут внедрение других технологий, поэтому двигателям на углеводородах не выжить. Так вот, авто представляло собой что-то похожее на первые фордовские грузовики.

Хозяин сидел в открытой кабине рядом с водителем. Даже дверей нет, только ветровое стекло и сверху что-то вроде маркизы, защищающей как от постоянных дождей, так и от солнечных лучей. В кузове – еще четверо. Все, включая водителя, вооружены карабинами новейшего образца да еще и револьверами. У каждого из прибывших на оружейном поясе было по два ствола. Интересно, они все такие классные стрелки, что могут палить с двух рук, или это для того, чтобы под рукой было дополнительное заряженное оружие?

Господин Лакранука, может, и был человеком консервативным, но все же далеко не дремучим. Потому как пугаться он никого не собирался. Или просто не мог себе этого позволить. Он и кучка бойцов, скорее всего – из бывших надсмотрщиков, фактически в одиночку поддерживают здесь порядок. Так что авторитет для него имеет большое значение.

В округе наверняка проживает не одна тысяча работников. Сверху были прекрасно видны обширные плантации. Чтобы все это обработать при отсутствии механизации, потребуется немало рук.

Если хозяин округи даст слабину даже перед пришельцем с неба, это отрицательно скажется на его авторитете. Отчего-то Сергей подумал именно об этом, когда рассматривал на обзорном экране, как господин Лакранука, мужчина среднего возраста и крепкого сложения, выскочил из грузовика и подал знак своим людям.

Кстати, парни распределились весьма грамотно. У них явно имеется опыт боев. Может, довелось воевать во время гражданской войны. А может, края здесь настолько развеселые, что поневоле пришлось выучиться из-за частых столкновений с бандитами. Хотя, скорее всего, тут имеют место обе эти причины.

– Господин Пакрут, вы бы не торопились выходить. Мне они не навредят, даже если начнут палить из всех стволов. А вам может не поздоровиться. Даже не представляю, кто тогда будет договариваться о сделке, – делано вздохнув и разведя руками, произнес Сергей.

Надо отдать должное плантатору, у него хватило и духу, и уверенности в себе, чтобы встретить инопланетянина с гордо поднятой головой, уверенно сжимая свой карабин. Впрочем, Сергей очень быстро сообразил, что для этого потребовалось не так уж и много храбрости.

Помнится, даже работорговцы не позволяли себе задевать местную знать, а уж ирианцы и подавно. Так что причины, побудившие инопланетный корабль приземлиться здесь, могли быть какими угодно. Но весьма маловероятно, что это как-то могло угрожать владельцу округи. А вот проявить свою решимость перед людьми очень даже не помешает.

– Кто вы и что вам здесь нужно? – довольно резко произнес плантатор.

Алексей вполне сносно смог передать эмоции, вложенные в слова аборигеном. Сергей не забыл отметить данное обстоятельство. Растет искин. Прямо на глазах растет. А вот что касается господина Лакранука, дать бы ему в ухо, чтобы не вел себя так по-хамски.

Ну нельзя же так, ей-богу, с человеком, который только недавно, да еще и серьезно так переступив через себя, стал употреблять обращение «господин». Сергей прекрасно отдавал себе отчет, что это просто вежливая форма обращения. Но ты поди перекрои себя в одночасье, после того как побывал октябренком, пионером, комсомольцем, да еще кандидатом в коммунистическую партию. Когда все детство точно знал, что всех господ в семнадцатом году извели.

Нет, он не разделял большинство взглядов коммунистов и уж подавно не одобрял их методов, но он вырос с таким мировоззрением. Даже когда россияне кинулись смаковать это самое «господин», в армии оставалось обращение «товарищ».

– Господин Лакранука? – поинтересовался Сергей, замерев на нижней ступени трапа.

Хорошо хоть забрало потемнело из-за лучей светила. Иначе хозяин без труда заметил бы, какая гамма чувств отразилась на лице нежданного гостя, и это, разумеется, не способствовало бы успешным переговорам.

– Да, это я. С кем имею честь?

Вот ведь наскипидаренный! Вроде и вежливые фразы бросает, но при этом тон такой, словно беседует с каким-то грязным оборванцем. Да он, наверное, к своим работникам и то вежливее обращается. Хотя бы потому, что считает себя для них чуть ли не отцом. А хорошие родители должны заботиться о своих чадах.

– Господин Лакранука, у меня есть к вам просьба. Оставьте, пожалуйста, этот пренебрежительный и даже презрительный тон. Или я очень сильно обижусь. Конечно, сомнительно, чтобы я тут все сжег. Мой император не простит мне подобного хамства и наверняка наложит серьезный штраф. Но вот морду я вам набью вдумчиво и качественно. И ни ваши люди, ни вы сами мне в этом помешать не сможете.

– Рукке, что скажешь? – не отводя взгляда от Сергея, бросил через плечо плантатор, как видно обращаясь к своему ближайшему помощнику.

– Мне лично этот инопланетянин симпатичен, господин Лакранука.

– А после одной-другой чарки горлодера вы бы сблизились еще больше. Не так ли?

– Сомнительно, что он захочет посидеть в нашем трактире. Эдак ведь можно и ноги протянуть. Но ваша мысль не может не понравиться, – подтвердил мужчина, который еще недавно сидел на месте водителя.

Сергей невольно присмотрелся к своему заступнику. Невысокий крепыш, живчик, похожий на каплю ртути. Он самодовольно ухмыльнулся, поправляя пышные усы, и закинул ремень своего карабина на плечо. Словно по команде так же поступили и остальные, начав покидать свои укрытия.

– Рукке не проведешь. Он чувствует человека даже через вот эти ваши непроницаемые костюмы, – перемещая карабин за спину, произнес хозяин плантации. – Итак, с кем имею честь разговаривать и чем могу быть полезен?

А ничего так, нормальный мужик. И ведь видно, что не испугался. Скорее, почувствовал родственную душу, которая не привыкла пасовать перед жизнью и уж тем более – перед сильными мира сего. А может, Сергей настолько хорошо держался, что это не могло не вызвать у аборигенов уважения. Во всяком случае, теперь плантатор говорил вполне вежливо.

– Меня зовут Сергей. Как вы понимаете, я ирианец. Сюда прибыл по делу.

– Торговля или что иное?

– Лично я прибыл сюда в качестве перевозчика, а вот мой наниматель планирует приобрести у вас товары. Господин Пакрут, можно выходить. Судя по всему, эти господа не собираются убивать нас прямо сейчас.

– Рукке, отправь людей в лес, пусть соберут всех этих бездельников. Нужно заканчивать погрузку корабля, – говоря это, хозяин махнул рукой в сторону стоявшего у причала парусника, укрытого от взора складскими рядами…

Дом у господина Лакранука просторный, не лишенный изящества, в колониальном стиле. Во всяком случае, Сергею на ум пришло именно такое сравнение. Похоже чем-то на дома из исторических документальных фильмов о Латинской Америке. Строгость и вместе с тем изящество линий, просторная веранда, на которой, собственно, и принимал гостей хозяин.

В кои-то веки Сергей пожалел о том, что не прошел курс акклиматизации. Надо заметить, что уровень наноразработок в цивилизованном космосе шагнул достаточно далеко вперед. Регенерационной капсуле вполне по силам приспособить организм человека к той или иной среде.

Разумеется, это возможно при наличии статистических данных о необходимой местности. Можно даже шагнуть дальше, сразу задав иммунитет против самых распространенных раздражителей, бактерий и вирусов. А еще – ввести готовые антидоты против местных ядов растительного и животного мира.

Вот только стоит подобное удовольствие весьма дорого. Сергей не был готов выбрасывать двести тысяч кредитов на подобную процедуру. Прямо как на Океании. Правда, там столько стоил самый обычный сеанс средней регенерации, за который в освоенном космосе нужно было отдать всего лишь десять тысяч кредитов.

Кстати, с такой уникальной средой, как Океания, не могли разобраться никакие нанотехнологии. Она просто враждебна человеку, и все тут. Хотя в то же время дарит компоненты, которые способны не просто излечивать человеческий организм, но буквально перерождать его.

Так вот, ввиду того что ему не нужно жить на Алаянке, Сергей счел лишним проходить данную процедуру. Ну сколько ему предстояло тут находиться? Сутки, двое? После этого он покидал планету. А дела порешать вполне можно, не покидая консульство. В крайнем случае, есть такие редкие заведения, как «Пьяный боцман», где предусмотрена возможность обслуживания инопланетян.

Вот только глядя на то, как хозяин дома и Пакрут смакуют местное вино, ведя ленивую беседу, Сергей уже не был уверен в том, что в свое время принял верное решение. Нет, он не был любителем спиртного. Но вот эта обстановка: находящийся в шаге густой тропический лес, солнечные лучи, пробивающиеся сквозь листву деревьев, непрекращающийся гомон различных птиц, плетеная мебель на просторной веранде…

Кстати, здесь свободно могут разместиться не меньше двух десятков человек, хватит и места, и мебели. До войны плантаторы любили устраивать пышные приемы, соревнуясь в этом между собой. Похоже, господин Лакранука не видел смысла что-либо менять в этом плане.

Сергей не удивился бы, если бы здесь проводились приемы и сейчас. Правда, до ближайших соседей не меньше пары десятков километров, уж очень расширились владения плантатора, но все же. Словом, идиллия, иначе и не скажешь.

И только Пошнагов сидит в защитном костюме, как дурак. Фильтры настолько хороши, что не пропускают даже намека на запах. А ведь здесь должны быть головокружительные запахи и чистейший воздух. Не стерильный, а чистый, уловите разницу. А он всего этого лишен.

Правда, ему остается еще вид, открывающийся с веранды. Великолепная картина. Слева, за каменной оградой – стена леса. Рядом с домиком – зеленый газон, подстриженные кустарники и дорожки, посыпанные мелкой разноцветной галькой. По центру разместилась легкая беседка со столом посредине и расставленными по кругу плетеными легкими стульями с ажурными спинками.

Справа – флигель, в котором проживает прислуга. Белый домик с четкими синими линиями балок выполнен со вкусом и словно сошел с иллюстрации к какой-то сказке. Рядом разбита песочница, в которой в настоящий момент резвится детвора прислуги вместе с господскими сыновьями.

Перед верандой – обширный стриженый газон, за ним – ограда перед обрывом, а дальше раскинулась небесно-голубая бухта. Ее северный берег утопает в зелени леса. Деревья там подбираются прямо к воде. На востоке заметна широкая полоса песчаного пляжа. В том месте так и просятся бунгало для отдыхающих. По водной глади скользит парусник, похожий на земной клипер, распустив при этом белоснежные паруса. Словом, картинка.

– Пакрут, не передергивай. Когда-то ты спас мне жизнь, и, как видишь, я этого не забыл. Ты сидишь со мной за одним столом, общаешься со мной на равных. И так будет всегда, пока я буду помнить о том, что случилось несколько лет назад. А память у меня очень крепкая. Заметь, несмотря на то, что ты свалился мне как снег на голову, которого тут вообще никогда не бывает, товар уже загружается на корабль. Но что значит та цена, которую ты называешь? Разве я когда-нибудь озвучивал то, что продаю специи и пряности в своей бухте?

Сергей вынужден был отвлечься от созерцания красот и вернуться к реальности. В конце концов, похоже, что господин Лакранука собирается слегка их нагреть. Впрочем, нет, не нагреть. Он просто не хочет упускать свою выгоду. Что в общем-то и неудивительно для делового человека.

Насколько уловил Сергей, плантатор любезно согласился вычесть из цены транспортные издержки. Но все остальные накрутки сохранились. Бедняга Пакрут. Не повезло ему. С Сергея он уже все получил, и больше ему не взять. Выходит, что он теряет больше половины от того, что собирался заработать.

Нужно его выручать. Оно вроде как есть повод позлорадствовать. Но ведь верно говорят: никогда не наживайся на чужой беде. Скромнее нужно быть, тогда и не придется сетовать на закон подлости. И потом, ведь Пакрут реально помог Сергею. И вообще, добрее нужно быть. Глядишь, добром тебе и откликнется.

– Господин Лакранука, я прошу меня простить.

– Слушаю вас, господин Сергей.

Вот ведь. Человека, которому обязан жизнью и усаживает за свой стол, называет на «ты», потому как простолюдин. А Сергея сразу же воспринял на равных. Не иначе как ирианская принадлежность сыграла свою роль. А может, все дело в том, что как ни поднимай простого приказчика, он никогда не сможет встать вровень с благородным. Порода – она и есть порода.

– Я не очень хорошо разбираюсь в торговых делах, хотя именно этим и занимаюсь. Ну да у меня все просто. Принял партию товара подешевле, сдал подороже, минус накладные расходы, разница в карман. При этом я пользуюсь одними и теми же поставщиками и, как результат, страдаю от этого. Но зато я немного разбираюсь в людях, господин Лакранука. И сдается мне, что сегодня мы оказали вам небывалую услугу. Вы, как истинный хозяин этих земель и защитник их обитателей, без тени страха предстали перед прибывшими с неба чужаками. Думаю, народ и раньше относился к вам с неким благоговением, теперь же они и вовсе на вас разве что молиться не станут. И в этой ситуации вы торгуетесь из-за каких-то мелочей?

– Вы уверены, что вы плохой торговец? – с сомнением поинтересовался плантатор.

– Еще как уверен. Не стоит позволять другим относиться к тебе пренебрежительно, но всегда полезно трезво оценивать свои способности. Мне это не раз спасало жизнь и как-то позволило не потерять практически все мое состояние, доставшееся не так чтобы и легко.

– Я так понимаю, что вы не простой перевозчик, а непосредственный покупатель. Пакрут же решил на этом деле немного нагреть руки, как и на моем добром к нему отношении.

– Возможно, это и так. Быть может, его сюда привела обычная жажда наживы. Но даже в этом случае, когда он и не думал о вашей выгоде, все обернулось для вас просто замечательно. Так стоит ли пенять тому, кто, сам того не подозревая, приносит вам удачу?

– Вот интересно, Пакрут, чем в следующий раз обернется наша встреча? – покачав головой, произнес плантатор. – Ты получишь ту скидку, на которую рассчитывал, – наконец решительно подытожил он.

Правда, при этом отчего-то смотрел в глаза Сергея, находящиеся под прозрачным забралом шлема. Может, все же наступить на горло своей жабе и пройти нужную процедуру. А то как-то неуютно вот так общаться с человеком и вообще чувствовать себя как бы не у дел. Спокойно. Это всего лишь разовая сделка. Скорее всего, Сергею больше никогда не доведется увидеть этого плантатора. Так что все нормально. Еще пара часов, погрузку корабля закончат, и можно будет вылетать.

Пули ударили по веранде практически одновременно с донесшимися выстрелами. Причем выпущены они были не только из винтовок старого образца, стреляющих дымным порохом, но и из нового оружия. Это легко понять по звукам выстрелов, а еще по тому, как пули ударяют в дерево.

Современные винтовки имеют меньший калибр и большую скорость полета пули. Поэтому удар получается резким и хлестким и зачастую сопровождается треском пробитой насквозь древесины. Пуля же из более старых образцов калибром побольше, а вот скорость у нее меньше. Оттого и удар получается тупой и несколько тяжеловесный.

Реакция Сергея была практически мгновенной. Приучила жизнь, да и недавние события также поспособствовали. Штурмовой игольник тут же оказался в его руках. Доля секунды – и приклад, выехав, занял боевое положение. Палец отжал предохранитель, переставляя его в режим коротких, на три иглы, очередей. А то эдак увлечешься и в пару секунд израсходуешь весь магазин.

Пока производил манипуляции, активировал тактический шлем. Хорошо, что принцип действия у этого и тех, что были на Океании, один и тот же. Не пришлось переучиваться. А от закрепленных в голубых глубинах рефлексов не так уж и просто отвыкнуть.

Странно как-то все происходит. С одной стороны, вроде как все происходит настолько быстро, что успевай только поворачиваться. Тело действует, повинуясь вбитым рефлексам, а мозг живет своей собственной жизнью, подмечая различные мелочи. Порой самые глупые.

Одна из пуль угодила в пузатую бутылку, сильно смахивающую на графин. Вверх и в стороны взметнулся рубиновый фонтан. Отчего-то подумалось о том, что вино должно быть великолепным. Вряд ли такой человек, как Лакранука, позволит себе пить всякую дрянь или хотя бы нечто среднее.

Успевает Сергей обратить внимание и на хозяина дома. Несмотря на неожиданность, плантатор не растерялся. Тут же упал на пол и, пока Пошнагов изготавливался к бою, начал стрелять. Во всяком случае, он успел пальнуть по разу из каждого револьвера. Как там с результатами – бог его знает, но реакция на высоте, да и, судя по положению оружия, пули ушли в направлении противника, а не в голубой небосвод.

Наконец искин, усиленный возможностями тактического шлема, закончил сканирование окружающей обстановки. Всего восемь целей. Расположились на деревьях. Дистанция от шестидесяти до ста метров. Впрочем, позиции шестерых из них видны и так благодаря белым облачкам порохового дыма. Есть у дымного пороха дурная привычка демаскировать стрелка. А кстати, ничего так вооружены бандиты. Качественно. Наверняка наследие гражданской войны.

Дальнейшие мысли совершенно бесцеремонно прервал кто-то из бандитов, попав Сергею в грудь. Костюм выдержал попадание без труда, существенно погасив и распределив удар. Так, будто кто-то толкнул в грудь и не более, разве что от неожиданности его все же немного повело.

Ла-адно. Как там кричал сержант в фильме Бондарчука «Девятая рота»: «А теперь ваша любимая мелодия AC/DC». Ловите, парни, и не жалуйтесь на то, что мало.

Шлем исправно приблизил картинку. Цель на мушке. Сергей нажал на спуск. Совсем несерьезное на фоне раздающихся вокруг выстрелов пощелкивание, сопровождаемое жужжанием. Словами объяснить трудно, но это точно совершенно не похоже на выстрелы. А вот эффект…

Бандита, оседлавшего ветку, отбросило назад, а затем он съехал набок, оставляя на стволе кровавые разводы. Во что превратилась его спина, лучше не думать. Игла на таком расстоянии, да еще угодившая в незащищенное тело, вырывает просто огромные куски.

Однако думать об этом некогда. Разделавшись с одним, Сергей взял на мушку следующего. Потом еще одного. Потом еще и еще. Трое последних почувствовали, что что-то не так. И поспешили спрыгнуть вниз, уходя из сектора огня.

А может, причина крылась в том, что в районе перестрелки очень быстро появились бойцы плантатора и огонь со стороны обороняющихся усилился в разы. К тому же это были вовсе не револьверы, а карабины, обладавшие куда большей эффективностью.

Да, скорее всего, все именно так и случилось. Вряд ли бандиты могли оценить вклад Сергея в произошедшее. И немудрено. Ну откуда им знать, что такое игольник? Ни огня, ни дыма, ни звука выстрела. Ничего. А погибшие? Ну конечно же это дело рук охранников Лакранука.

– Жив, дружище? – склонившись над Пакрутом, поинтересовался плантатор.

Все случилось слишком уж быстро. От начала и до конца нападения едва ли прошла минута. Но за это время бандиты успели немало. Например, подстрелить приказчика торгового дома «Заза» и потерять пятерых своих товарищей.

А вот Пакрут удивил. Сергей с некоей долей иронии рассматривал приказчика, когда тот вооружался своим револьвером. Он просто посчитал, что оружие в здешних краях – это нечто вроде необходимого атрибута одежды. Ну, к примеру, как на Земле – хождение с непокрытой головой было не принято еще в начале двадцатого века. Но действительность оказалась не такой уж и прозаичной.

Правда, приказчик так и не воспользовался своим револьвером. Вот только это ничуть не умаляло его заслуг, а даже наоборот. Дело в том, что игравшие в песочнице мальчишки, в том числе и дети хозяина дома, оказались на линии огня, и Пакрут поспешил оттащить их в безопасное место. Мало того, он при этом умудрился получить пулю в плечо. А значит, могли ранить и кого-то из детей.

– Жив. Только не знаю, как я такой красивый теперь на службу выйду. – Пакрут, кривясь, сел прямо на песке, поддерживаемый хозяином дома.

– Ничего, в медицинском центре тебя залатают за несколько часов, – успокоил раненого Сергей.

– Что-о-о? Отдать кучу денег только для того, чтобы залечить рану, которая и так заживет?

Похоже, слова Сергея приказчику не понравились.

– Ого. А перспектива потерять деньги его даже взбодрила, – не выдержав, рассмеялся Лакранука.

Тем временем появилась супруга плантатора с саквояжем в руке. К удивлению Сергея, там оказался самый настоящий хирургический набор, а сама госпожа очень неплохо, по местным меркам, разумеется, врачевала различные раны. И что самое удивительное, в свое время она оказывала медицинскую помощь и рабам, да и сейчас не гнушалась помогать бывшим невольникам. Причем делала это совершенно бесплатно. Ну и как это понимать?

А нормально понимать, как же еще. Рабы – они вообще-то весьма дорогой товар. Собственность, так сказать. Это у нерадивого хозяина скотина падает на ноги или дохнет, обожравшись какой-то гадости. Нормальный никогда не оставит без пригляда даже окот у кроликов. Вот хозяйка и заботилась о своем имуществе, не гнушаясь даже роды принимать у рабынь.

Сейчас ситуация изменилась. Они больше не ее собственность. Вот только, как и прежде, готовы любого убить за свою госпожу, которая не боится ездить по округе одна. Даже бандиты, как бы ни были обозлены на ее мужа, предпочитают ее не трогать. Им ведь не выжить без поддержки местных. Если люди ополчатся, то лихим долго не продержаться.

– Пакрут, мне проще тебя убить, чем с тобой рассчитаться, – наблюдая за тем, как супруга заканчивает перевязку, вздохнул плантатор. – Если бы это было возможно в принципе, то я решил бы, что ты все это организовал специально.

– О чем вы говорите, господин Лакранука? – пролепетал растерянный приказчик.

– О том, что ты сегодня спас моего сына.

– Да не было ничего подобного. – Надо же, крови потерял изрядно, а краснеет, как девица.

– Угу. Вот только та пуля, что угодила в тебя, могла и в моего сына попасть. Ну что же, похоже, я опять твой должник. А я долги привык возвращать.

– Что там с нападающими? – наблюдая за этой идиллической картиной, поинтересовался Сергей у хозяина.

Вообще-то тут сейчас было бы далеко не до идиллии, если бы Сергей не распечатал свою походную аптечку. Там нашлись и обезболивающее, и антисептик, которые отлично дополнили арсенал госпожи Лайяны. Иначе раненый не то что стонал бы, а выл от боли. Далеко не каждому дано молча выдержать, когда из тебя выковыривают кусок свинца.

И что-то подсказывало Сергею, что приказчик вовсе не относится к подобным волевым личностям. Хотя и не трус, и в экстремальной ситуации ориентируется быстро. Но это совсем другое, не имеющее ничего общего с уровнем болевого порога.

– Как вы и говорили, пять трупов. И насчет того, что сбежали трое, похоже, вы тоже были правы, – обернувшись к Пошнагову, ответил хозяин.

– Организуете погоню?

– Уже. Да только сомнительно, что из этого выйдет толк. Эти ребята не первый год по лесам шастают и наверняка где-то имеют свое логово. В последний раз мы обнаруживали их стоянку год назад. Так что они умеют прятать свои следы ничуть не хуже, чем мы их – искать.

– И что, это новая банда?

– В прошлый раз мы убили шестерых. Трое сумели уйти. Но, как видите, они восстановили свои силы. Уже ограбили две небольшие плантации, почтовую карету и покуражились в одном поселке. Расхрабрились, поверили в себя и обнаглели. Решили поквитаться. Не вышло. Теперь убрались зализывать раны.

– Но еще вернутся, – закончил за плантатора Сергей.

– Знаете, что самое смешное, господин Сергей?

– Что?

– Стоит нам извести под корень одну банду, как ей на смену тут же появляется другая.

– Ну что же, как говорят у меня на родине, свято место пусто не бывает. А что, разве у вас тут нет охотников за головами?

– Ну, для того чтобы их заинтересовать, нужно сначала назначить за эти самые головы награду. Власти не торопятся этого делать, а господа плантаторы не всегда готовы выкладывать свои деньги, чтобы заботиться об остальных. Да и нет у них уже тех прибылей, что раньше. Это ведь у меня здесь рабочих рук в достатке. А на других плантациях дела обстоят куда хуже. Опять же свои дома владельцы защитить способны, а что творится за пределами их усадеб, им неинтересно. Во всяком случае, до определенного момента.

– И что, у вас всегда так было?

– Нет, что вы. До войны тут не то что бандиты, даже воры не водились. Плантаторы жили одной дружной семьей, и каждый следил за своими угодьями. Все эти банды – результат порушенного порядка, просуществовавшего не один век. Но эти ребятки зарвались. Безнаказанно нападать на мой дом никому не позволено. Так что провожу вас – и на охоту.

– Ясно. Господин Пакрут, вы готовы к обратному путешествию?

– Разумеется. – Раненый даже утвердительно кивнул.

– Ну что же, груз на корабле. Мы готовы. Не вижу причин тянуть. Тем более хозяину еще предстоит охота.

Глава 4. Дикий ангел.

– Ну чего же вы замерли на пороге? Понимаю, неожиданно. Но боюсь, что вам все же придется пройти. Хотя бы потому, что вы лишены выбора.

– Воистину говорят: мир тесен. Даже если это целая галактика.

– И я рад вас видеть.

– Господин Ганид. Этого не может быть, но это действительно вы, если только у вас нет брата-близнеца.

Сергей наконец переступил порог и закрыл за собой дверь. Затем прошел к столу и, подчиняясь приглашающему жесту господина дознавателя, опустился на стул у приставного столика. Стоп. Поправочка, не дознавателя, а начальника службы безопасности при алаянкском консульстве. Интересно девки пляшут, по четыре штуки в ряд.

– Удивлены?

– Не то слово. Но как такое возможно? Или это не ваш кабинет?

– Отчего же, последние два месяца здесь мое рабочее место, – не без удовольствия потянувшись, произнес Ганид.

– А как же Океания, с ее высоким жалованьем?

– Ну, человек не должен оставаться на месте. В прошлую нашу встречу вы были акванавтом, теперь звездный бродяга. А я… Жалованье здесь то же, обязанностей и головной боли больше, но и перспективы карьерного роста лучше.

– Можно только порадоваться за вас.

– Можно. Но давайте для начала вернемся к причине моего приглашения. Уж не обессудьте, но она вовсе не в том, чтобы вспомнить былое. Не догадываетесь?

– Уж не мое ли путешествие за океан?

– Вот всегда приятно иметь дело с умным человеком.

– Погодите, я ведь не нарушил никаких запретов. И груз на борту самый обычный. Специи и пряности. Его уже проверили, ничего предосудительного. Сделка была совершена также с соблюдением всех правил и законов.

– Иными словами, все, что не запрещено, то разрешено? Так нужно вас понимать?

– Ну-у-у…

– А вот господину консулу не нравится, когда из него делают дурака.

– Господи, да это простая торговая операция.

– Ну, положим, не совсем простая. Вы всем показали, что можете обвести вокруг пальца консула и вам за это ничего не будет. Это несколько не устраивает господина Раута.

Н-да-а. Если консул вдруг решил, что его обидели, то у него, разумеется, достанет и влияния, и ресурсов, чтобы испортить жизнь кому угодно. Все же, как ни крути, он представляет на этой планете императора и является высшим государственным чиновником для всех подданных империи.

– Но коль скоро со мной разговаривает не представитель консульства, а вы, дела обстоят не так плохо. Я прав?

– Технически я являюсь представителем консульства, – пожав плечами, возразил Ганид.

– И?

– И консул Раут приказал мне перекрыть вам кислород. Весь кислород, – с нажимом уточнил Ганид. – А это значит, что вашим нелегальным перевозкам пассажиров также пришел конец. Разумеется, мы знаем и об этом. Неужели вы действительно думали, что какой-то бандит-абориген сможет подкупать наших людей без нашего на то ведома? Плюс к этому вы должны лишиться всего груза и выплатить солидный штраф. Все это отдано мне на откуп, и поверьте, у меня найдутся возможности, чтобы все это осуществить. Также мне приказано проявить сердечную заботу о господине Пакруте. Империя конечно же стремится быть максимально лояльной к алаянкцам, но это не значит, что они могут делать из нас дураков.

– Но коль скоро вы мне это разъясняете, то все не столь уж и мрачно. Есть какой-то выход. Не так ли?

Сергей не отрываясь смотрел на Ганида, силясь понять, какова же будет цена за то, чтобы ему позволили вывернуться из данной ситуации. А в том, что такая возможность имеется, он не сомневался. Не тот человек господин майор имперской безопасности, чтобы разводить пустопорожние разговоры.

– Вот нравится мне иметь с вами дело. Суть улавливаете буквально на лету. Просто я рассудил, что нет смысла вот так просто прогонять вас с планеты. Коли уж так все сложилось, то не лучше ли для начала получить от этого пользу? И мне удалось убедить в этом господина консула. Вы очень даже своевременно подвернулись со своей махинацией.

– Иными словами, после окончания некоего задания мне все же придется свернуть свою деятельность на Алаянке? – не без разочарования, но все же с надеждой спросил Сергей.

– Это даже не обсуждается, – без тени сомнения подтвердил майор. – Мне, конечно, приятны воспоминания об Океании и о том, насколько плодотворным было наше сотрудничество, но это вовсе не означает, что я готов защищать ваши интересы перед собственным руководством, да еще и на государственной службе. Здесь это крайне не приветствуется. Но вы ведь меня знаете, не в моих правилах обижать моих сотрудников.

– А я уже ваш сотрудник?

– Внештатный. Только внештатный, но что это меняет?

– Если судить по Океании, ничего.

– Вот именно. Не волнуйтесь, я все тот же, и без бонусов вы не уйдете.

– Надеюсь, мне не придется совать свою голову в какую-нибудь заварушку?

– Нет. На этот раз все будет степенно, и все останутся довольными, включая и этого проныру Пакрута. Итак, по прибытии на вашу теперь уже родную планету Клайп вы обратитесь на военные склады длительного хранения. Там вы закупите десять тысяч комплектов бронекостюмов первого поколения, которые затем доставите на Алаянку.

– Хкм. И это называется «никакого риска»? Военные поставки на Алаянку запрещены. Мало того, за подобное я могу оказаться на скамье подсудимых.

– Эти костюмы уже давно сняты с вооружения как безнадежно устаревшие. Даже тот, что висит у вас на «Щуке», – второго поколения. А где вы в последний раз видели костюмы первого? То-то и оно. Нет, вы могли бы его видеть, если бы побывали в молодых колониях, где он распространен как так называемый колониальный защитный костюм. Для агрессивной среды неосвоенных колоний – вполне приемлемая рабочая одежда. Великолепно противостоит и агрессивным растениям, и животному миру. Для армии же эти костюмы не представляют уже никакого интереса. Вот военные и распродают их за бесценок. Не выбрасывать же.

– Империя все же решила кого-то поддержать на Алаянке?

– Эх, Сергей, вы, как всегда, занимаетесь своим делом и не хотите ничего замечать вокруг. А между тем в мире происходят интересные события. Ну как вы думаете, можем мы себе позволить этой планете бесконтрольно двигаться своим путем? Я вам открою страшную тайну: даже сами алаянкцы в это не верят. Итак, вы привезете сюда груз, который сдадите своему компаньону, этому плуту Пакруту. Его подведут под то, чтобы он сам сделал вам заказ. Это не ваша забота. Он выйдет на вас уже через пару часов.

– Имперская служба безопасности?

– Кадийский департамент государственной безопасности. Местные ребята вполне профессиональны для этого.

– Получается, мы с Пакрутом опять провернем операцию под девизом: что не запрещено, то разрешено?

– Именно. И заметьте, после первого раза консул проявил терпение и просто попенял вам. Но вы не вняли и вновь провернули нечто подобное. И уж тут-то вам досталось по первое число. Как результат – все остаются в выигрыше. Консул показывает вольным торговцам и торговым компаниям, что не следует зарываться. Вы получаете от этой сделки чистой прибыли на один миллион кредитов. На большее даже не замахивайтесь. Ваш Пакрут лишается возможности вести дела с ирианцами, но зато получает приличный стартовый капитал, чтобы открыть собственное дело на внутреннем рынке.

– Миллион – это конечно же хорошо, но я могу заработать такие деньги примерно за полтора года. Проверено, – не скрывая разочарования, вздохнул Сергей.

– Вот только не надо наглеть. Во-первых, не миллион, а полтора. Потому что госпожа Клайра беспрепятственно покинет планету.

– Клайра?

– Вы не знаете, как зовут вашу будущую пассажирку?

– Хм. Как-то не удосужился узнать ее имя, – дернув себя за кончик носа, спокойно ответил Сергей.

С возможностями ирианцев в подобной осведомленности не было ничего удивительного. Местные пока еще не имели ни малейшего представления о жучках. Во всяком случае, подавляющее большинство из них.

– Ясно, – между тем продолжал Ганид. – Во-вторых, если бы не мое участие, вы вообще могли бы остаться ни с чем, да еще и лишиться солидной суммы.

– Намекаете на то, что вам положен процент. Что же, я все прекрасно понимаю. Сколько? – ничуть не удивившись подобному обороту и даже не собираясь обижаться по данному поводу, спокойно поинтересовался Сергей.

А что, собственно говоря, он мог тут поделать? Да ничего. И потом, благодаря представившейся возможности он может выйти из затруднения с минимальными потерями. Иначе как удачей это не назовешь. Все же надо было сначала проконсультироваться по данному поводу, а уж потом бросаться в разного рода авантюры.

Ну да чего уж теперь-то. Закончит свои дела на Алаянке и найдет что-нибудь другое. Правда, у него с поисками некоторые проблемы из-за отсутствия деловой жилки. Впрочем, здесь же разобрался, не пропадет и в другом месте.

– Сергей, вы представляете, что означают десять тысяч бронекостюмов первого поколения в местных условиях? – вместо ответа по поводу личной заинтересованности поинтересовался Ганид.

– Боюсь, что это едва ли не бессмертная армия, – по обыкновению пожав плечами, спокойно ответил Сергей. – Здесь попросту нет стрелкового оружия, способного пробить такую защиту. Возможно, в скором времени и появится, но это будет что-то сродни маленькой пушке.

– Кадия собирается выступить на стороне Равитии. Здесь вообще назревает что-то вроде мировой войны, после которой произойдет передел планеты. Мы не можем позволить, чтобы лояльные к нам государства проиграли или понесли изрядные потери в результате затянувшейся войны.

– Да, но эти бронекостюмы не панацея, а только лишнее преимущество. К этому делу непременно нужно приложить еще и мозги, – покачав головой, возразил Сергей.

– Не волнуйтесь, кадийцы с умом воспользуются своим преимуществом.

– А чего мне волноваться? Пусть они волнуются. Так каков процент отчисления в вашу пользу? Только не нужно убеждать меня, что вы решили заработать очки перед вашим руководством. Я вам все равно не поверю, – все же решил вернуться к насущному Сергей.

– Тем не менее я вас сейчас удивлю. Мне ничего не нужно.

– Даже так? Признаться, вы действительно удивили меня. Где тот прагматичный офицер, которого я знал раньше?

– Ну, благодаря Океании я настолько поправил свое материальное положение, что теперь пришла пора подумать и о карьере.

– Вот так вот значит.

– Именно так.

– Господин Ганид, а уж не вы ли посоветовали господину консулу на моем примере поставить в стойло всех торговцев?

Ну не верил Сергей в бескорыстие майора. Тот по определению не мог не поживиться, имея возможность совместить заработок и службу. Тем более когда это можно было сделать не в убыток своим должностным обязанностям.

– Зря вы так, Сергей. Не нужно искать дурной умысел там, где его нет. В немилость господину консулу вы угодили самостоятельно, я лишь воспользовался ситуацией. Понимаю, вас удивляет мое поведение, но я не столь жаден, как может показаться на первый взгляд. Рисковать карьерой даже ради миллиона… Нет уж, не для того я забрался в эту глухомань. Так что все, что вы заработаете, до последнего кредита будет вашим.

Вот уж удивил так удивил. Хотя чистая, незапятнанная репутация дорогого стоит. То, что было в частной компании, не имеет никакого значения. В конце концов, он и отправился туда, чтобы поправить свое материальное положение. А вот разного рода сомнительные факты на императорской службе – это уже совсем иное. И коль скоро Ганид решил добиться значительных высот на этом поприще, то о репутации стоит подумать очень серьезно.

Тут ведь нет демократии. Ирианской империей руководит император. Пусть он и не самодержец, но в его руках сосредоточено достаточно власти. Словом, репутация у ирианцев дорогого стоит. Вот в этом направлении сейчас и зарабатывал очки господин Ганид.

Похоже, Сергей все же ошибся в его оценке. И, судя по всему, виной тому его прошлый опыт: Сергей просто не мог себе представить непродажного чиновника. Ганид на Океании вполне укладывался в представления Пошнагова. А вот этот, нынешний – уже нет.

– Еще один вопрос. На Клайпе знают обо мне?

– Разумеется, нет. К чему службе безопасности лезть туда, где в этом нет никакой необходимости. Эти бронекостюмы свободно продаются, по твердым и невысоким расценкам. Просто покупайте и везите сюда. Ну, не смею больше задерживать. До встречи, – поднимаясь и протягивая руку, произнес майор.

– До встречи. – Сергей пожал протянутую руку и направился к выходу.

А что он, собственно говоря, мог тут поделать? Вообще-то это просто чудо какое-то, что здесь оказался Ганид и решил использовать ситуацию в свою пользу. О том, что было бы, обернись все по-иному, даже думать не хочется. А так…

По сути, благодаря событиям последних двух дней он даже выиграл целых полтора года. Неужели за это время он не сможет найти прибыльное занятие?

Н-да. Столь выгодное и стабильное, как торговля специями с Алаянки, – это, конечно, вряд ли. Но ведь он может вложить солидную сумму в государственные активы и получать свои дивиденды. Плюс так же заниматься доставкой товаров по гарантированным заявкам. Дело довольно обычное, просто с прибыльностью будет так себе. Но все с пользой.

Ладно. Это дела будущие, а сейчас нужно думать о настоящем. Итак, к вылету все готово. Все формальности учтены, весточку Бингу отправил. В общем и целом его здесь больше ничего не задерживает. Остается только захватить пассажирку и стартовать…

Как ни странно, но Бинг появился сам. В смысле, он лично сопровождал девицу Клайру, которая несла объемный саквояж с вещами и отчего-то была в наручниках. Странно, что бы это все значило? Однако Сергей решил не вдаваться в подробности. Еще чего не хватало. Мало ли как у них сложились отношения. Эта юная особа обладала весьма решительным характером, вот и перестраховался авторитет.

В любом случае на «Щуке» командует и принимает решения пилот. Так что недолго девчушке осталось носить эти браслеты. Ровно столько, сколько понадобится времени, чтобы попасть на борт.

– Все, Бинг. Груз принял. Можешь возвращаться.

– Условия немного изменились, дружище. Нас будет двое, – как всегда недобро ухмыльнулся авторитет, впрочем, у него и не получится доброй улыбки.

– Ого. А почему я узнаю об этом в последний момент? – взметнув домиком правую бровь, поинтересовался Сергей. Сейчас он был в маске-респираторе, и выглядело это несколько комично.

– А какая тебе разница при той оплате, что тебе светит?

– Действительно, разница невелика. Но у меня только одна пассажирская каюта. Я, конечно, могу установить дополнительную полку, но…

– Все нормально. Госпожа Клайра любезно согласилась стать моей супругой.

– Даже так. А браслеты от того, что вы любите поиграть в ролевые игры.

– Какие игры? – не понял Бинг.

– Я говорю, дело, конечно, не мое, но ты не забыл, кто эта девочка? Прошлому своему мужу она вскрыла глотку.

– А вот это не твое дело, – стрельнув недобрым взглядом, бросил Бинг.

– Ошибаешься, – покачав головой, возразил Сергей. – То, что она грохнет тебя, не беда. В конце концов, это твои проблемы. Куда хуже то, что она может добраться и до меня.

– Тебе нужны деньги или нет?

– Нужны. Но жизнь – она всяко дороже.

– Не волнуйся, я за ней присмотрю. Я все продумал и предусмотрел. – С этими словами авторитет откинул полу своего сюртука, показывая небольшую коробочку, выглядывающую из его внутреннего кармана. – Райс. Девочка будет летать в облаках хоть всю дорогу. Так что все нормально. Но дополнительная полка, наверное, все же не помешает. Подозреваю, что места у тебя не так уж и много.

– Да, это так, – утвердительно кивнул Сергей, отмечая для себя, что под сюртуком обнаружился и оружейный пояс с револьвером. Потом он отошел в сторону, освобождая проход к трапу. – Ладно, давайте на борт, время дорого.

Бинг было замер, внимательно посмотрев на пилота, явно не доверяя ему и не желая подставлять спину. В ответ на это Сергей только усмехнулся, словно наблюдает несусветную глупость.

– Бинг, места у меня и впрямь немного, к тому же мы несколько дней проведем в замкнутом пространстве. Как думаешь, сколько раз мне представится возможность ударить тебя в спину? Если не доверяешь, то самое время отвернуть в сторону. Тем более теперь тебе подойдет любой пилот, о девочке-то заботиться не надо. К тому же другой тебе выйдет куда дешевле.

– И ты вот так легко отказываешься от полумиллиона?

– Конечно же нет. Это у меня – выбор между заработком и упущенной выгодой. А у тебя, похоже, пятки горят, и ходу с взлетного поля тебе нет. Только в космос. Я просто говорю о том, что если мы хотим заработать, то должны доверять друг другу.

– Действительно, глупо получается.

Вновь одарив свет своей неподражаемой улыбкой, Бинг подтолкнул девушку к трапу и сам начал подниматься вслед за ней. Сергей, еще раз осмотрев знакомый пейзаж, двинулся за ними. Привычная дегазация в переходном тамбуре, чтобы ни одна алаянкская зараза не смогла проникнуть внутрь. И вот они в узком коридоре жилого отсека.

Дверь тамбура с легким шуршанием встала на место. Бинг нервно обернулся на звук, при этом выхватив из кобуры револьвер. Сергей с максимальным спокойствием снял с себя маску-респиратор и уставился на ствол оружия с откровенной издевкой.

– Би-и-инг, ты чего такой нервный? И вообще, ствол-то убери, а то выстрелишь еще ненароком, а ты без меня даже выйти отсюда не сможешь.

– Кхм. Привычка. Те, кто живет без оглядки, в нашем деле не задерживаются, – возвращая револьвер в кобуру, ответил авторитет.

– Понимаю. Ваша каюта справа, через две двери. Приложи палец к матовому окошку, оно запрограммировано на простое прикосновение.

– Ты же говорил, что у тебя только две жилые каюты, – намекая на несколько дверей, произнес Бинг, явно чтобы снять невольное напряжение.

– Это места общего пользования, туалет, душ. Ладно, хватит тут толпиться. Проходите в каюту, мне пора взлетать.

Хлоп!

– Ийхр-р-рха-а-а!

Бинг сначала выгнулся дугой, а затем упал на пол, суча ногами и руками от невыносимой боли, сковавшей тело. Все же сюртук в некоторой степени ему помог, сумев слегка погасить разряд шокера. Ну а раз так… Совершенно спокойно Сергей нажал на спуск еще раз. Так, на всякий случай, целясь туда, где тело было прикрыто только рубашкой.

Когда Бинг перестал дергаться, Сергей склонился над ним, убедился, что под рубашкой ничего не поддето. Что же, второй разряд бандит получил полной мерой. Причем мягкая оболочка пули сумела погасить энергию настолько, что в месте попадания образовалась гематома. Синяк будет знатный, а вот под кожу пуля разрядника не проникла.

Так, теперь извлечь из кобуры револьвер и забрать его от греха подальше. Порядок. Из расчета на очень крепкого мужчину минимум три минуты у него есть. Поэтому не очень-то опасаясь, Сергей направился в грузовой отсек. Где-то у него были композитные хомуты, вполне сойдут за пластиковые наручники.

Как быть с авторитетом, он еще не решил. Лучше всего вытащить его на взлетное поле и оставить там. Пусть побегает от своей братвы, сколько сможет. Вешать на себя его убийство Сергею не хотелось. Вот только связать его все же не помешает. Мало ли какую бяку он успеет сделать, пока будет идти предполетная подготовка.

Банг!

Тело среагировало без участия разума. Уйти в сторону из-за узости коридора – возможности никакой, поэтому, проворачиваясь на месте, Сергей упал навзничь. Рука с шокером тут же взяла на прицел девушку, а вот выстрелить он не успел. Вернее, не он не стал стрелять. Клайра стояла, вытянув перед собой скованные наручниками руки, демонстрируя отсутствие оружия.

Ну прямо как нашкодивший ребенок. Вот только шкода совсем даже не детская. Господи, да с ней нужно ухо держать востро. Вот так ненароком обидишь, а потом, как Бинг, раскинешь мозгами. Это что же у нее за оружие, что так качественно разбрызгивает содержимое черепушки? Револьвер? Он же вроде забрал оружие. Еще один?

Сергей с нескрываемым недовольством поднялся на ноги, осматривая себя, не заляпался ли, а то ведь находился рядом. Вроде повезло куда больше, чем стенам, полу, устланному ковролином, и самой стрелявшей, простенькое платье которой изрядно так изгваздано.

А вот и оружие. Нет, не револьвер. Маленький такой блестящий пистолетик, разве только с нормальным калибром, под револьверный патрон. Ствол один, похоже, переломка, патрон, соответственно, заряжается тоже один. И чего было делать такого мальца под нормальный патрон? Ты еще поди не вырони его при выстреле. Впрочем, вот она не выронила. Или выронила? Оружие-то рядом лежит, не у нее в руках. А может, и сама бросила из-за того, что не успевала перезарядиться.

А девочка и впрямь не подарок. Вроде и смотрит так, будто сожалеет о случившемся. Но не о Бинге, это сразу становится ясным, едва взглянешь на то, как она взирает на свое простенькое платье, стены и пол. Похоже, не ожидала, что получится так грязно.

Грязно? Нет, ей точно плевать на то, что она только что убила человека. И вид кровавых ошметков, разбросанных вокруг, ее ничуть не смущает. Интересно девки пляшут, по четыре штуки в ряд. И это его попутчица на несколько ближайших дней? А ангелочек-то оказался поистине диким ангелом. Весело, нечего сказать.

– И что это было? – пряча шокер в кобуру, поинтересовался Сергей.

– Извините. Не удержалась. – Девушка как-то уж совсем легкомысленно пожала плечиками. – Оно бы лучше, чтобы он в сознании был, но я побоялась, что вы найдете пистолет.

Н-да-а-а, везет же ему на женский пол. Что ни девица рядом, то обязательно терминатор. Помнится, Ирина тоже без тени сомнения разнесла черепушку напавшему на них еще на Океании. Теперь вот эта. Правда, в этом не было особой необходимости. Ну куда бы он делся, связанный по рукам и ногам?

– А откуда у вас оружие?

– Это мой саквояж. Пистолет находился в потайном кармашке. Просто раньше до него добраться было трудно. Этот гад, когда не связывал меня, держал под воздействием райса, а если ни то ни другое, как сейчас, то не сводил с меня глаз.

– Ясно.

– И что теперь? – поинтересовалась девушка, наблюдая за тем, как Сергей обшаривает труп Бинга.

– Ничего. Если наша с вами договоренность в силе, то выполню свою часть сделки.

– Как с ним? – Девушка кивнула на труп, явно намекая на произошедшее.

– Бинг сам нарушил условия. Так чего же удивляться тому, что я также пересмотрел некоторые пункты. Ага, а вот и ты. Ну и как теперь с тобой быть? – вертя в руках мобильный терминал и потешно выпятив нижнюю губу, произнес Пошнагов.

Благородные бандиты только в сказках бывают да в бреднях неоперившейся молодежи. Потому что бандит – он и есть бандит. Нет, конечно же встречаются единицы, на кого снисходит благодать божия и они превращаются в праведников. Но Бинг явно не из их числа. И его поведение – лишнее тому подтверждение.

А значит, авторитет просто обязан был перевести весь бандитский общак в межгалактические кредиты и увезти с собой. Человек он малообразованный, банкам наверняка не доверяет. К тому же не раз сам же их и грабил. Так что стереотип должен был сработать однозначно – деньги лучше держать при себе. Что, собственно говоря, и подтверждал вот этот терминал.

Испытывал ли Сергей какие-либо угрызения совести? Даже не думал. Как, впрочем, не помышлял и о том, чтобы отдать эти деньги на благотворительность. Еще чего не хватало. Во всяком случае, сейчас он к этому явно не готов. Напротив, он собирался использовать любой законный или относительно законный способ для личного обогащения. В его намерения входило добраться до Земли, а не становиться меценатом.

– Извините. Похоже, я вам все карты спутала, – разве только не шаркнув ножкой, повинилась Клайра.

– Ну не то чтобы спутали, но некоторые неудобства создали. Хотя теперь не нужно будет его пытать, – расстегивая наручники с помощью ключей, обнаруженных у мертвого, вполне уверенно произнес Сергей. – Ладно, вы тут пока приберитесь. Весь необходимый инвентарь найдется в душевой. Туда же оттащите и тело. Как выйдем в космос, избавимся от него, а пока придется потерпеть.

– А разве у вас нет андроида-горничной? – искренне удивилась Клайра.

Ну точно из обеспеченной и знатной семьи. Наверняка видела ирианские фильмы, а может, и ездила на экскурсию в империю. Нет, второе вряд ли, в этом случае она бы была уверена в своих силах и в том, что сможет сама устроиться в столь продвинутом мире, да еще и с серьезными деньгами. Хотя, с другой стороны, вполне возможно, что девушка достаточно умна и не собирается путать туризм с постоянным местом жительства.

– А зачем мне горничная на таком маленьком корабле? – резонно возразил Сергей. – К тому же хороший андроид и стоит солидно, а от ширпотреба мало толку. Так что я предпочитаю обходиться ручками. Пылесос, швабра, ведро, ветошь – все это в душевой, в боковом шкафчике, его хорошо видно. А я пока навещу одного моего знакомого и разблокирую этот терминал, – имея в виду майора Ганида, подытожил Сергей.

– Клайра, ноль, пять, восемь…

– Кхм. Это вы к чему? – выслушав длинную вереницу цифр, поинтересовался Сергей.

– Вам же нужен был код доступа, – опять пожала плечиками девушка, и, надо заметить, с раскованными руками это у нее получилось куда более мило.

– А вы откуда знаете? Стоп. Клайра, – начиная осознавать, потер переносицу Пошнагов. – Это ваш терминал.

– Ну да. Не могла же я отправляться в путешествие, не имея денег на карманные расходы. Там было сто пятьдесят тысяч. Сто я заплатила Бингу и пятьдесят оставила себе. С вами собиралась расплатиться уже там, в империи. Бинг просто поленился поменять код и решил использовать мой терминал. Свой он демонстративно, при всех передал помощнику.

– Как ты там говоришь, Клайра, ноль, пять… Ага. Итак, что мы имеем. Хм. Не так чтобы и много.

Сергей прошел в свою каюту, потом вновь появился, держа в руках уже два терминала. Немного времени, вполне привычные манипуляции. Удовлетворенно кивнув, Сергей бросил терминал бывшей владелице.

– Хм. Позвольте полюбопытствовать, и много там было денег? – взглянув на терминал в своей руке, спросила девушка.

– Триста двадцать две тысячи. Признаться, от Бинга я ожидал большего.

– А здесь только пятьдесят. – Девушка показала свой терминал. – Не хотите вернуть мои сто тысяч, что я ему уплатила?

– С чего бы это? – демонстративно отключая свой терминал, возмутился Сергей. – Если я ничего не путаю, вы уплатили Бингу, чтобы он устроил вашу отправку за пределы планеты.

– Все верно.

– Ну так он это сделал. Причем, заметьте, ценой собственной жизни. Наши разборки вас уже не касаются. Вам не то что ничего не полагается из его денег, так вы еще и должны мне.

– Вы получите свои деньги, если до конца выполните свою часть контракта, – вскинув подбородок, гордо бросила Клайра.

– А я не про деньги, – покачав головой, возразил Сергей. – Для начала вы приберетесь здесь за собой. И есть целых две причины, по которым вам следует поторопиться. Первая – сейчас это месиво начнет подсыхать, а тогда уж вы намучаетесь. И вторая – нам пора взлетать, пока служба космопорта не начала вставлять нам палки в колеса.

– Но…

– Никаких «но». Или у вас достанет наглости заявить, что это свинство устроил я?

– Нет, но…

– А раз нет, то извольте поторопиться. Отчего-то мне кажется, что вы все еще заинтересованы в том, чтобы как можно быстрее покинуть Алаянку.

Сергей улыбнулся ей своей самой милой улыбкой, после чего отвернулся и направился в рубку. Опасался ли он нападения со спины? Нет. Более того, он не сомневался, что ничего подобного не произойдет и в будущем. Клайра ему показалась вполне адекватной девушкой, способной непредвзято оценить свои поступки. Да и не нужно ей обострять отношения с Сергеем, тем более если она имеет на него некоторые виды.

Ну и, наконец, он ее в карты не проигрывал и не насиловал, от чего наверняка не удержался Бинг. А судя по заявлению последнего, данное обстоятельство непременно имело место…

Одно из двух: либо она очень торопилась покинуть Алаянку, либо у нее был солидный опыт по поддержанию в доме чистоты и порядка, потому что при самом неторопливом и придирчивом осмотре Сергей не обнаружил причин, почему бы ему не принять вполне качественную работу.

Если бы он и впрямь опасался властей, как он заявлял до этого, то от его неторопливости уже давно не осталось бы и следа. Так что с того момента, как девушка оказалась на борту, ей уже ничто не могло угрожать. И работники космопорта не станут препятствовать отбытию его корабля. Для этого нужны основания, а у них таковых не было.

Но Сергей хотел сразу расставить все точки над «и». Ну и прибраться, не без того. Нет никаких оснований разводить грязь. Эдак раз попустишь, два, а потом не успеешь заметить, как окажешься в свинарнике.

– Что же, работа выполнена на отлично. Официально заявляю, что по этому поводу у меня более претензий нет и вы из разряда уборщиц переходите в разряд пассажиров. Сразу же хочу уточнить, – выставив перед собой руку в протестующем жесте, все так же официальным тоном продолжал он, – «Щука» не является пассажирским лайнером, поэтому на ее борту имеется только необходимый минимум удобств и полностью отсутствует прислуга. Если у вас есть таковое желание, то вы можете отказаться от поездки на этом корабле.

– Издеваетесь? – словно рассерженная кошка, бросила девушка.

– Так. Самую малость, – показав пальцами, сколь незначительно его издевательство, с улыбкой заявил Сергей.

– Я все поняла. Убивать людей на вашем корабле нельзя.

– Во-о-от. Наконец-то. Тем более здесь, кроме нас двоих, никого больше не осталось. Кстати, «Щука» обладает одним неоспоримым преимуществом перед пассажирскими лайнерами.

– И каким же?

– Вы можете присутствовать во время взлета и других маневров в ходовой рубке, а не находиться в своей каюте.

– Серьезно?

– Ну конечно же. Разумеется, если вам это интересно.

– Интересно, – торопливо подтвердила девушка с горящим от возбуждения взглядом.

– Тогда прошу. Ваш ложемент справа от меня.

Взлет, как и ожидалось, прошел штатно. Вот только никак не буднично. Несмотря на необходимость управлять кораблем, Сергей не мог отказать себе в удовольствии созерцания того восхищения, что отразилось на лице девушки. Никаких сомнений, весь ее вид говорил только об одном: только что на его глазах произошло событие под названием «любовь с первого взгляда».

Нет, она влюбилась не в Сергея, о чем, впрочем, можно было сожалеть. Этот ангелочек с отвратительными привычками убивать своих мужчин обладала поистине притягательной и волнительной внешностью. Стоит ли удивляться, что Бинг, которому ничего не могло светить, пошел на крайние меры.

Сергею же кроме внешности импонировал ее решительный характер. Возможно, причина крылась в том, что в этом девушка сильно походила на Ирину. С последней у Пошнагова сохранялись дружеские отношения. Порой она его навещала, когда совпадали ее увольнительные с его пребыванием на планете. Мало того, и тот отпуск, что он себе устроил, он провел в ее обществе. Но только теперь это была дружба и ничего более.

Что же касается чувств Клайры, то она сразу и безвозвратно влюбилась в космос. Если бы было с кем, Сергей непременно побился бы об заклад, что девушка выберет профессию пилота. И судя по тому, что за ней начали настоящую охоту, очень возможно, что у нее найдутся деньги на овладение специальностью и покупку корабля.

Впрочем, поручиться, что она захочет стать именно торговцем, он, разумеется, не мог. К примеру, можно было приобрести тот же рудокоп и заняться добычей руды в космосе. Правда, эта профессия требует больше времени для обучения. Ведь кроме управления кораблем необходимо изучить и получить практические навыки пользования специфическим добывающим оборудованием. А еще (и это далеко не маловажно) приобрести необходимые знания по геологии.

По самым скромным прикидкам, чтобы стать рудокопом, потребуется не меньше года обучения. Но зато сам корабль стоил куда как дешевле того же малого транспорта, что был у Сергея. При современных технологиях основную стоимость корабля составляли прыжковые двигатели. Чем они мощнее, тем дороже корабль.

Самые же дешевые – это системные двигатели, способные прыгать не далее тридцати световых минут. Именно такие и устанавливаются на рудокопах. Этого им вполне достаточно для выполнения стоящих перед ними задач.

Вот только сомнительно, что Клайра согласится стать простым рудокопом. С одной стороны, оно вроде как и в космосе, но с другой – ты словно на привязи, которую не в состоянии порвать. Кстати, и с заработками у них так себе. Во всяком случае, Сергей даже не рассматривал возможность приобщиться к этой славной братии.

Во-первых, для достижения поставленной цели ему нужен был межсистемник, причем настолько мощный, насколько будет возможным. Во-вторых, после Океании вновь возвращаться к монотонному сбору ресурсов, всего лишь сменив водную стихию на космос, – вот уж чего не надо.

И потом, вот так, работая не покладая рук и не жалея себя, можно накопить на вполне приличную жизнь. Если же нужно больше, то тут тебе либо должно повезти, как Сергею с этим каналом специй, либо нужно иметь предпринимательскую жилку, чем Пошнагов похвастать не мог, либо быть готовым рисковать.

Кстати, риск, похоже, как раз его профиль. Во всяком случае, он успел заметить, что как только он пускается в сомнительные и рисковые авантюры, то непременно оказывается в выигрыше. Причем чем серьезнее опасность, тем больше перепадающий ему приз.

Вот интересно, а какими неприятностями ему обернется девушка по имени Клайра? Конечно, хотелось бы, но сомнительно, что плата будет исчерпана тем происшествием на дороге. Бинг не считается. Хм. А ведь и от него перепал солидный куш. Мало ли что ожидал большего, двести семьдесят две тысячи – тоже серьезные деньги…

– Клайра, что с тобой?

Буквально несколько минут назад она лучилась здоровьем, а тут вдруг побледнела. В глазах – страдание и боль. Если бы это случилось при взлете, то было бы понятно. Но они уже успели сойти с орбиты планеты и начали разгон. При этом никаких перегрузок или иного дискомфорта ощущаться не должно. Разве только во время скачка примерно у пятой части людей наблюдается тошнота, лишь у небольшого процента переходящая в рвоту. Словом, на данном конкретном этапе путешествия ей не должно было стать плохо по определению.

– Бинг, сволочь, – буквально простонала девушка.

– При чем тут Бинг? – не понял Сергей.

– Он подсадил меня на райс.

Вот оно что. Ну да, он же показывал коробочку. Насколько знал Сергей, райс вызывал привыкание уже после первого применения. А еще его нужно было принимать чуть ли не по часам, потому что процесс перехода от нормального состояния до ломки был очень краток, сама же ломка – весьма болезненна. Судя по всему, девушку скоро скрутит в бараний рог.

Передав управление кораблем искину, Сергей поспешил в свою каюту. Так уж повелось, что аптечка хранилась именно там. Вызвано это было как раз тем, что на корабле случались пассажиры, подчас проявлявшие прямо-таки нездоровое любопытство ко всему, что их окружает. А медикаменты все же весьма дорогая штука. И потом, вот так не уследишь за кем-то, а потом в решающий момент будешь локти кусать, если достанешь.

Сергей быстро вскрыл аптечный ящик, извлек походный диагност для проведения экспресс-анализа. Не дело это – бездумно пичкать пациента всякой всячиной. Да и не станет такого делать искин инъектора, пока не получит хотя бы минимум данных. Просто не сможет принять решение, что именно вводить в организм.

Разумеется, имелся и куда более дешевый вариант. Тело Бинга все еще было на борту, а коробочка с райсом все так же находилась в кармане его сюртука. В конце концов, Клайра вполне может добраться до цивилизованного космоса, принимая наркотики. Потом пройдет регенерационный курс и избавится от зависимости. Во всяком случае, любые болезненные ощущения пропадут, а дальше все будет зависеть от того, насколько к этой заразе пристрастились ее мозги. А ну как ею овладеет неодолимое желание вновь испытать ту легкость и эйфорию, что дарит райс.

Вот только Сергею претила мысль о том, чтобы давать ей наркотики, даже преследуя благородные цели. Нет, если бы не было альтернативы, то другой разговор. Но она имелась, пусть и стоила много дороже. А считать деньги в подобной ситуации… Хм. Вообще-то посчитал, ничего не смог поделать со своей натурой. Но в то же время и не усомнился ни на мгновение в правильности своего решения.

Н-да. Страшная все же штука этот наркотик. Буквально пару минут назад лучившаяся здоровьем девушка сейчас являла собой жалкое зрелище. Она свернулась на полу в позе эмбриона и тихо скулила, мелко суча ногами.

– Ну, ну, ну, девочка, иди сюда. – Сергей опустился на пол и положил ее голову себе на колени. – Сейчас тебе будет легче.

– Н-н-н. Н-не-э н-на-адо-о. Йа н-не х-хоч-чу, – превозмогая страдания, простонала девушка.

– Тихо, красавица. Тихо. Это не райс. И вообще не наркотик. Это лекарство, – преодолевая ее слабое сопротивление, приговаривал Сергей.

Действовать грубо ему не хотелось, девушке и без того досталось. И опять же у него имелось в запасе время, никто за ним не гнался и не погонял. Хватит с нее уже насилия. Вот взглянула на него глазами, полными боли, а потом, смирившись, прикрыла веки и перестала сопротивляться. Поверила. Вот и хорошо.

Легкое жужжание и пощелкивание. Все. Порядок. Лицо девушки буквально на глазах начало приобретать нормальный цвет. Вот и ладушки. Конечно, это лишь временная мера и от зависимости ее не избавит. Но зато поможет продержаться некоторое время.

Не прошло и минуты, как Клайра облегченно вздохнула и, отводя в сторону взгляд, поднялась на ноги. Стыдно девчушке. Понятное дело, после такого представления любому нормальному человеку будет стыдно. Сильному же духом – так и подавно. А она сильная. Это видно сразу.

– Долго мы еще будем разгоняться? – глядя на один из обзорных экранов, поинтересовалась она.

– Идем без форсажа, значит, еще десять часов, – остановившись в дверях ходовой рубки, ответил Сергей.

– Я хотела бы помыться.

– Сожалею, но пока не получится. Бинг в душевой, не забыли?

– Но мне нужно. Пожалуйста.

– Ладно. Пока идите в свою каюту и разберите вещи. А я что-нибудь придумаю. Туалетные принадлежности-то есть или Бинг все прибрал?

– Эта свинья, похоже, никогда не мылась, но мои вещи он трогать не стал. Только забросил пару своего запасного белья.

– Ну и ладно. Идите, я все организую.

Собрав аптечку, Сергей прошел в грузовой отсек и вскоре вернулся с рулоном тонкого упаковочного композита. С виду – тот же земной полиэтилен, но… Положи перед ним два образца – и Сергей без труда отличит один от другого. Непонятно как, но при всей схожести они разительно отличались друг от друга.

Пришлось немного повозиться, упаковывая тело. Не выносить же его в коридор, где Клайра уже прибралась. А в душевой особо не развернешься. Тем не менее уже через пять минут надежно спеленатый труп оказался в коридоре.

– А почему бы вам не выбросить эту свинью в космос? – брезгливо глядя на полупрозрачный кокон, поинтересовалась девушка.

Сергей в этот момент даже залюбовался ею. Казалось бы, уже успел попривыкнуть к ее ангельской внешности, ан нет, вот опять замер столбом. И ведь даже не скажешь, что еще недавно она пребывала в столь непривлекательном виде. Молода, не без того, но удар держать умеет.

Одно слово – порода. И что самое примечательное, плевать на световые годы, что лежат между ней и Алайей, плевать на разный уровень развития их цивилизаций. Есть между ними что-то общее. И это не просто аристократическая кровь, а нечто большее. Вот только что именно, похоже, Сергею понять не дано.

– Обязательно сброшу, – все же совладав с собой и отведя взор, словно что-то поправляя, ответил Сергей. – Но не в этой системе, а в соседней. Незачем здесь сорить. Оно, конечно, вероятность того, что его тут обнаружат, ничтожна, но от случайностей никто не застрахован. Не хочу, чтобы имперская служба безопасности хоть как-то связала меня с этим трупом. У меня с ними и без того отношения так себе.

– Ясно. Ну, я пошла.

– Разумеется. Душевая в полном вашем распоряжении.

Сергей слишком поздно спохватился, чтобы поинтересоваться, умеет ли девушка пользоваться санузлом ирианского производства. Но, как видно, опасения его были напрасны. Алаянка – весьма примечательная планета, где современное, в понимании ирианцев, оборудование вполне соседствует с местным, допотопным.

Так что Клайра легко управилась самостоятельно. Впрочем, чему тут удивляться. Если уж она умудрилась умыкнуть из клана мужа минимум миллион кредитов, то наверняка оба клана были достаточно продвинутыми. А значит, и удобства в домах были на уровне. У дворянских кланов это едва ли не показатель статуса.

Те миллионеры, что доверяли только деньгам, которые можно пощупать, а лучше так и вовсе монетам из драгоценного металла, были обречены. Если в ближайшее время они не пересмотрят своего отношения, то окажутся в аутсайдерах. Деловой мир не любит проволочек. Нужно всегда шагать в ногу со временем, даже в тех случаях, когда приходится бежать.

– Жаль, нет ванной. – Девушка появилась в ходовой рубке все в том же халате. На голове тюрбаном было намотано полотенце.

Хм. Еще одна любительница принять ванну. Интересно, женщины все такие или это только ему везет. Жена, оставшаяся на Земле, тоже любила понежиться в воде. Алайя постоянно при приеме душа жаловалась на отсутствие емкости, в которой можно расслабиться в окружении пены. Из-за Ирины на Океании при каждом посещении базы они снимали номер со всеми удобствами. Вот теперь еще и эта пигалица туда же.

– Ванны нет и не предвидится, – сам того не желая, отчего-то резко ответил Сергей.

– Извините, если вас это задело, – потупив взор, с виноватым видом произнесла девушка.

Хм. Если бы сам не видел, на что она способна, то не поверил бы, что эта куколка хладнокровно отправила на тот свет уже двоих. Ну вот, еще и его смутила своим невинным видом. Ох, как бы не намаяться с ней. Может, ну ее к черту? Доставит на территорию империи, возьмет по минимуму – и до свидания. Пусть сама выплывает. Надо бы над этим хорошенько так подумать, а то эти полмиллиона могут оказаться ой какими непростыми.

– Давайте приводите себя в порядок, и вас ждет виртуал. Я зарядил социалку с переводчиком. Пора постигать ирианский язык. Не дело все время полагаться на искин. Все же теперь это ваша новая родина.

– Я не знаю, что такое социалка.

– Ничего сложного. Просто игра, я поставил версию для детей, каждый шаг разъясняется самым подробным образом.

– Ясно. А как же… Я хотела присутствовать при прыжке.

– Ну-у-у, дорогая, до него времени еще более чем достаточно. Мы еще и пообедать успеем.

– Сергей, а можно я вас буду называть на «ты»? У нас принято так обращаться даже к прислуге, живущей в доме, и они так же обращаются к нам.

– Вот значит как. Прислуга.

– Ой. Простите, я вовсе не хотела вас обидеть. Это только как пример, – тут же зарделась девушка, не зная, как загладить свою вину.

– Не мучайся, Клайра, я все понял. Но если замечу в тебе господские замашки, ну, ты понимаешь, то сразу распрощаемся.

– Ты не переживай, Сергей, мы даже к домашним слугам не позволяем подобного отношения, а уж о тебе и говорить не приходится. Вряд ли я для имперской аристократии покажусь ровней, так что мы с тобой на одной ступени.

– Хм. Я не был бы столь категоричен. Признаться, немало среди них найдется тех, кто и в подметки тебе не годится. Ладно, с этим закончили. Иди переодевайся. Впрочем, если тебе так удобнее, можешь и в халате. Но полотенце с головы сними, иначе не сможешь надеть шлем.

Глава 5. О пользе паранойи.

– Эй, на «Щуке», может, уже хватит? Давай без драматизма. Гаси маршевые двигатели, деактивируй вооружение и готовься принимать осмотровую команду, – с явным превосходством произнес капитан пиратского корабля, наконец вышедший на связь.

При этом его масленый взгляд скользнул в сторону. Не нужно быть семи пядей во лбу, чтобы понять: пират рассматривает Клайру, устроившуюся в соседнем ложементе. Хм. Вполне объяснимо, потому что там есть на что посмотреть. Девушка, в отличие от Сергея, сидит не в скафандре, а ремни безопасности выгодно подчеркивают ее формы.

Клайра не осталась в долгу, одарив пирата таким холодным взглядом, что… Словом, он будет последним дураком, если при удачном стечении обстоятельств решит уложить ее в свою койку. У Пошнагова даже мелькнула мысль о том, что девушка – это еще один сюрприз для капитана нападавших. Так сказать, оружие возмездия.

– Ты хотел сказать: абордажную команду, – возразил Сергей.

Нет, он вовсе не собирался выполнять условия пирата. Мало того, Пошнаговым уже принято решение драться. Но отчего не поговорить, коль скоро время работает на него. Ведь все очень быстро может поменяться. Ну, к примеру, в системе появится имперский военный корабль. Военные суда (так же, как и торговцы) проходили транзитом через эту систему, навещая Алаянку. И почему бы этому чуду не произойти вовремя?

– Тут все зависит от тебя, парень, – снова ухмыльнулся пират. – Если откроешь двери, то будет осмотровая команда. Если им придется самим проламываться – абордажная. Ну и, как ты понимаешь, отношение к вам тоже будет разным.

– А чего их ко мне вообще присылать? – резонно возразил Сергей. – Сброшу груз, и делайте с ним что хотите.

– А самое ценное припрячешь, – не согласился пират. – Так не пойдет. Лучше мои парни все посмотрят и во всем убедятся.

– А как насчет подумать?

– Вырубай маршевые двигатели, и, так уж и быть, я дам тебе полчаса.

– Вырубить двигатели и сразу отдаться на твою милость? Ты меня за дурака держишь?

– Я держу тебя за человека, у которого нет выбора. Не глупи, парень, нам нужен только груз. Ладно, к воронам, у тебя пять минут, – произнеся это, пират отключился, ничуть не сомневаясь в том, какое именно решение примет Сергей.

В принципе все верно. Застопорить ход и отдать весь груз, продолжив путешествие налегке. Нет, жаба конечно же свербит и будет душить еще долго, но корабль (а главное – жизнь) всяко дороже. Вроде так, да не так.

Уже давно ходит слух о каком-то багрийце, который промышляет на алаянкской трассе. Обычные пираты отбирают груз и, дав пинка, отправляют торговца восвояси, не забирая корабль. Конечно, судно подчас стоит дороже груза. Но тут есть свои правила. Если лишать торговцев судов, а порой это последнее, что у них есть, то это может негативно сказаться на деятельности самих космических разбойников. Просто лишенные выбора торговцы начнут всякий раз лезть в драку, не обращая внимания на преимущество нападающих. Какие уж тут барыши с грабежей, когда постоянно рискуешь подпалить себе шкуру.

А при существующем положении дел до боевых действий зачастую и не доходило. Одни бряцали оружием, другие сбрасывали контейнеры с грузом и продолжали путешествие, костеря пиратов на все лады. Те же, в свою очередь, подбирали груз и желали незадачливому торговцу счастливого пути. Конечно, это происходило лишь тогда, когда превосходство пирата было очевидным. Как в данном конкретном случае.

Багриец же не отпускает свою жертву. Он захватывает корабль вместе с грузом и экипажем. Причем в качестве трофеев рассматривается все без исключения. В Багрийской империи процветает рабство и соответственно множество невольничьих рынков. Кстати, рабы – товар далеко не дешевый, а уж в последнее время в связи с растущим влиянием ирианцев – и подавно.

Конечно, если кто-то заплатит за себя выкуп больше стоимости раба, то ему позволят выкупиться. Вот только зачастую все состояние вольных торговцев выражалось в их кораблике. Значит, и выкуп за них платить было некому. А это рабский ошейник. Без вариантов.

Отчего Сергей принял этого пирата за багрийца? Тут сработало сразу несколько факторов. Во-первых, круизная яхта с навешенным дополнительным вооружением. Именно о такой и ходил слушок.

Во-вторых, требование принять осмотровую команду, чего никогда не предлагают другие пираты. Либо ты выполняешь их условия и сбрасываешь груз, либо готовься встречать абордажную команду со всеми вытекающими радостями. Но только так и никак иначе.

И наконец, в-третьих. У багрийцев есть привычка всякий раз поминать воронов. Ну у православных это черт, у католиков – дьявол, ирианцы поминают бездну, а багрийцы – воронов. Вот эта последняя оговорка окончательно убедила Сергея, что пускать кого бы то ни было к себе на борт не следует…

А начиналось все вполне мирно и пристойно. Они сделали первый скачок от Алаянки. Избавились от трупа Бинга, запустив его в полет по случайной траектории, направленной в сторону от основной трассы. Может, он будет вечно блуждать в безбрежном космосе. А возможно, станет спутником какого-нибудь астероида или его притянет какая-нибудь звезда. В любом случае его судьба их совершенно не интересовала.

Сам собой наладился и быт. Сергей вынужден был все больше читать или смотреть голофильмы, так как отдал виртуал полностью в распоряжение девушки. Ничего не поделаешь, Пошнагов уже приступил к отработке своего гонорара, а потому с собственным самообразованием придется обождать.

Эта система была третьей и последней по счету перед прыжком к космической станции Лаути. Именно там Сергею предстояло дозаправиться и озаботиться легализацией Клайры. Ничего сложного, обычное дело.

Они разгонялись уже три часа, когда сканер засек круизную яхту. Судно появилось из-за одного из астероидов и тут же взяло курс на сближение. О намерениях преследователя догадаться было несложно. Но Сергей все же попытался суметь от них оторваться. Ну кто его знает, в каком состоянии у пирата двигатели, а «Щука» – новенький корабль с минимальным износом, да еще и маршевые двигатели имеют форсажный режим.

Вот только два часа погони показали, что на яхте двигатели все еще в отличном состоянии. Несмотря на пережигаемое Сергеем топливо, пират неуклонно нагонял его, имея неоспоримое преимущество в ходе. И в настоящий момент он приблизился уже вплотную.

– Сергей, а отчего тебе не отдать груз? Нам ведь не отбиться от них? – Девушка вопросительно посмотрела на Пошнагова, выражая недоумение.

– Если бы они потребовали сбросить груз, я так и поступил бы. Жизнь – она дороже. Но они хотят высадить осмотровую команду. Словом, я уверен, что это багриец. Ты хочешь оказаться на невольничьем рынке?

– Что? Нет конечно же! – затрясла головой Клайра.

– Вот и я не хочу. Лучше уж сдохнуть, чем всю жизнь ходить на цепи. Поговаривают, что багрийцы без труда способны сломать и превратить в безвольную куклу абсолютно любого человека. И я этому верю. Ну так как, будем драться или сдадимся?

– Если бы я могла тебе помочь, то ты мог бы на меня рассчитывать.

– Верю. Но ты и впрямь можешь мне помочь.

– Как?

– Обойдись без истерик, – попытавшись разрядить обстановку, ухмыльнулся Сергей.

– Я не истеричка, – обдав его гневным взглядом и чеканя каждое слово, твердо произнесла девушка.

– Верю, верю, – выставив перед собой руки, примирительно произнес Сергей.

Вообще-то в этот момент Пошнагов чувствовал себя самой настоящей сволочью, так как, в отличие от девушки, сидел в своем ложементе в бронескафандре. Модель конечно же старая и от современного штурмового игольника убережет далеко не всегда, но зато гарантированно не даст погибнуть от ворвавшегося внутрь корабля вселенского холода или воздействия вакуума.

Но с другой стороны, он и поделать с этим ничего не мог. Скафандр – одежка сугубо индивидуальная, требующая непременной подгонки под конкретного человека. И между прочим, женские и мужские образцы значительно отличаются друг от друга. Физиология, никуда не деться. Словом, он не мог себе позволить держать на борту запасные скафандры различных размеров и модификаций.

Не было на «Щуке» и спасательных капсул, которых по правилам полагалось четыре. Сергей предпочел их демонтировать, а освободившийся объем занял дополнительным оборудованием и вооружением. Тогда мысль ему показалась довольно оригинальной. Теперь же отчего-то начало закрадываться сомнение относительно полезности его параноидальных идей.

Но в любом случае снимать с себя защиту, проявляя солидарность с девушкой, он не собирался. Да это попросту глупо и нерационально. И потом, он конечно же готов драться за свою пассажирку, и она чем-то напоминает ему его дочь. Но любой глупости есть предел, и его личная глупость не распространялась столь далеко…

Вообще-то маломерному торговцу идти в бой против круизной яхты, наверняка вооруженной до зубов (в том, что пират имеет серьезное вооружение, не было никаких сомнений), – это сродни самоубийству. Разумеется, торговцы разные бывают. Даже средний торговец и по размерам близок к яхте, и с вооружением у него куда как серьезнее. Арсенал же судов, подобных «Щуке», был весьма скуден. Зачастую он состоял из одной ракетной установки с двумя направляющими и запасом не больше десятка ракет. Сами снаряды – маломощные, малого радиуса действия. Боеголовка слабая. К примеру, если ракета даже прорвется через энергетический щит и средства непосредственной обороны, то далеко не в любом месте сможет пробить внешнюю обшивку.

Еще обычно имелась пара иглометных установок. На них лежала задача по непосредственной обороне. Их снаряды не были способны повредить не то что корпус корабля, но и десантного бота. А вот уничтожить ракету на подлете им вполне по силам. Правда, учитывая сегодняшние скорости и возможности вооружения, одна установка могла преградить путь только одной ракете.

И наконец, пушка. Калибр ее редко был сколь-нибудь внушительным из-за ограниченности по габаритам. Но неприятельский десантный бот уже не мог чувствовать себя в безопасности. Да и некоторые участки обшивки судна типа вот этой яхты могли не устоять под напором такого оружия.

Слабо? Разумеется. Но ведь это не боевой корабль, а малый транспорт. Так чему же тут удивляться. Иное дело, что «Щука» в этом плане немного отличалась от своих товарок. И всему виной – ее хозяин и пилот, никак не желавший позабыть негативный опыт Океании. Его принцип был прост до мычания: лучше пусть лежит и не понадобится, чем понадобится и не окажется под рукой.

Пошнагов тогда рассудил, что при случае сумеет дождаться помощи и в скафандре, благо можно облачиться в него при первых же признаках опасности (снова спасибо Океании за науку). А вот освободившийся после демонтажа спасательных капсул объем можно использовать с куда большей пользой. Правда, тогда он даже не подозревал, что ему придется возить пассажиров, а потом попросту не смог перебороть жабу, чтобы отыграть все обратно.

Итак, его «Щука» имела еще одну ракетную шахту, где была установлена пусковая установка с двумя направляющими. Но ввиду ограниченности пространства (в походном положении установка должна была прятаться внутри корпуса) в наличии имелось только две ракеты. Однако снаряды были не простые, а оснащенные мини-термоядерными боеголовками. Очень неприятный сюрприз для нападающего.

Оставшееся место было отведено под энергетический накопитель. Его емкости было достаточно для поддержания щита, куда более мощного, чем тот, что способно генерировать стандартное оборудование. Никто просто не мог ожидать на таком малом судне такой серьезной защиты. К тому же для полной подзарядки накопителя на такой малютке, как «Щука», реактору нужно было трудиться не менее сорока часов. Разумеется, время для подобной подзарядки в пути имелось, но вот в бою накопитель был строго одноразовым средством, если можно так его назвать.

И все же вот эти два новшества, которые пираты никак не могли ожидать на «Щуке», давали Сергею шанс на то, что он сумеет вырваться. Слабый, рассчитанный на высокомерно-презрительное отношение со стороны пирата, но все же. А потому Пошнагов не мог им не воспользоваться…

Сергей излишне задорно подмигнул девушке и взялся за штурвал, переводя управление в ручной режим. Никакие стандартные мероприятия тут не помогут хотя бы потому, что биться при подобных раскладах тут не принято. Ну разве только погибать, не желая становиться рабом. Поэтому он решил использовать любую возможность, рассматривая непредсказуемость своих действий как еще один козырь, хотя и совсем уж незначительный.

Не заглушая маршевые двигатели, которые хорошо маскировали дополнительный энергетический накопитель, Сергей рванул штурвал на себя и вправо, уводя машину вверх и в сторону. Разумеется, в космосе эти понятия сугубо относительны, и у каждого корабля или группы кораблей в бою существуют свои сферические системы координат.

Нечто подобное этому маневру Сергей уже отрабатывал во время обучения. И поначалу эти его выходки неизменно вводили искин в растерянность. Но постепенно тот научился особо не удивляться причудам обучаемого и начал вполне адекватно реагировать. Однако при сбросе всех данных в его памяти неуверенность и замедленная оценка действий Сергея со стороны искина проявлялись вновь.

Ложемент исправно принял на себя основную долю перегрузок, но и оставшегося оказалось более чем достаточно. Сергея с силой вдавило в кресло, широкие ремни впились в тело. Разумеется, бронескафандр погасил воздействие ремней и никакого дискомфорта от этого давления Сергей не ощутил. Но одно то, что он вообще почувствовал ремни, уже говорило о многом.

Невольный взгляд на девушку. Вот кому сейчас достается по полной. Она вообще никогда не ощущала перегрузок, разве только во время старта с планеты. А тут такое, да еще и в столь жестком исполнении. В мгновение ее лицо превратилось в бледную маску. Вот так сразу и не поймешь, то ли ее мутит, то ли она испытывает сильную боль. Даже со стороны заметно, как ремни впились в хрупкое тело.

Вот только отвлекаться на это Сергею некогда. Бросил мельком взгляд – и все, пора возвращаться к происходящему. Хм. Хорошо еще, что при этом он отчего-то решил закрыть забрало шлема. Не иначе как шестое чувство сработало.

Именно в этот момент после его нового маневра желудок Клайры все же взбунтовался, и она выдала целый фонтан. Рвотная масса разлетелась по всей рубке, повисая на потолке, стенах, приборах и растекаясь по пульту управления. Ляпнуло и на его забрало. И как только он сумел удержать в себе содержимое своего желудка?

По большому счету за это он должен был благодарить голливудского «Трудного ребенка». Ну и свое воображение, подчас выдающее поразительные фортели. А причина тут в том, что еще при взгляде на девушку он отчего-то вспомнил сцену с каруселями из этого фильма. Ну ту самую, когда в результате очередной проказы всем дружно стало плохо. Так что произошедшее им воспринялось как-то отстраненно, словно он наблюдает за всем со стороны. Ну разве только быстренько смахнул рвоту с забрала.

Разумеется, пират не смог повторить маневр Сергея. Подобное ему было не под силу из-за его куда больших габаритно-массовых характеристик. Конечно, это вовсе не означает, что у «Щуки» появились шансы сбежать. Скорее уж Пошнагов мог носиться вокруг яхты подобно комару.

Хотя… По большому счету это бесполезно ввиду явного преимущества яхты в вооружении. К примеру, ракет малой дальности с обычными боеголовками того же класса, что имелись на борту «Щуки», у пирата могло быть чуть не под сотню. И пусковых установок не одна, а несколько. Словом, при обычном раскладе Сергею ничего не светило, хоть ужом вертись на сковороде. И очень скоро ему пришлось в этом убедиться.

– Эй, приятель, ты что вытворяешь? – раздался удивленный голос по линии связи, правда, на этот раз без изображения. – Хочешь поиграть? Л-ладно, давай поиграем.

Сергей ничего не ответил, так как испытываемые перегрузки не располагали к разговорам. Вместо этого он только упрямо сжал челюсти, выводя «Щуку» на вектор атаки. Плевать, что там предпримет пират, Пошнагов не намерен на это отвлекаться, упорно осуществляя задуманное.

А с борта пирата ответили залпом из трех установок, отправив в сторону «Щуки» шесть ракет. Сергей ответил двумя. Вот только то, что можно было воспринять за противоракетную оборону, на деле оказалось атакой. Мало того, когда случилось небывалое и траектории двух враждебных ракет совпали без приказа и участия человека, ракета с «Щуки» слегка ушла в сторону, избегая столкновения.

Вполне ожидаемо, снаряды Сергея достигли своей цели и сдетонировали, столкнувшись с силовой преградой щита пирата. Не сказать, что тот не понес потерь, но они оказались мизерными. Две ракеты – и урон в какие-то жалкие три процента энергии.

Стоит ли удивляться, что пират даже не подумал задействовать средства собственной непосредственной обороны. К чему тратить ресурсы даже иглометов, когда можно обойтись щитом, который сам восстановится при работе реактора.

А вот «Щуке» досталось куда более ощутимо. Три ракеты были сбиты иглометами и пушкой. Другие три достигли щита и буквально снесли его, оставив какие-то жалкие десять процентов.

Но Сергей словно и не замечал этого, вновь атакуя противника очередной парой ракет. Разумеется, пират не обратил на них внимания, выдав очередной залп. Ему бы насторожиться, когда буквально с пятисекундной задержкой торговец выпустил еще две ракеты. Да куда там. В настоящий момент он едва ли не празднует победу.

Еще бы, он-то решил, что придется слегка повозиться, строго дозируя свои силы, чтобы не размазать муху по столу. А тут такой подарочек. Этот олух решил сам ринуться в атаку, наплевав на оборону. Правда, силу все же пришлось дозировать, поэтому в полет отправились только четыре ракеты.

Три из них ожидаемо должны были быть уничтожены на подлете. А вот последняя обязательно достигнет цели. Ее мощности должно хватить, чтобы нанести достаточные повреждения и обездвижить противника.

Однако багрийца ожидало разочарование. Последняя ракета, прорвавшаяся сквозь заграждение, так и не поразила цель. Этот сумасшедший ирианец выполнил очередной немыслимый кульбит и сумел-таки избежать попадания. Прошедшая мимо ракета пошла на разворот. Но не нужно быть семи пядей во лбу, чтобы понять, что двигатели ее остановятся куда раньше, чем она сможет провести повторную атаку цели.

На этом удивительное не закончилось. Когда, казалось бы, безобидные ракеты торговца достигли щита, случилось нечто из ряда вон выходящее. Произошел термоядерный взрыв, который мало того что снес щит корабля, так еще и на несколько секунд ослепил яхту.

Ракеты с термоядерными боеголовками на борту обычного торговца?! Бред! Да стоимость одной такой ракеты составляет не менее пятидесяти тысяч. Ну какой торговец зарабатывает столько, чтобы разбрасываться такими деньгами? Коль скоро есть средства на подобные снаряды, то куда проще застраховать груз, а не разыгрывать из себя крутого космического волка, рискующего собственной шкурой.

Все эти мысли еще роились в голове капитана яхты, когда его корабля достигла вторая пара снарядов, один из которых также оказался с термоядерной боеголовкой. Вот тут уж пирату стало не до придурковатого торговца. Пришлось срочно организовывать тушение пожара и проводить восстановительные работы. Не сказать, что повреждения были фатальными, но и несерьезными их назвать язык не поворачивался.

Тем временем, не дожидаясь результата атаки, Сергей опять заложил крутой вираж и, едва не теряя сознание, вывел корабль на прежний курс разгона. Показалось или искин действительно едва ли не вырвал управление из рук пилота, когда получил на то разрешение?

Хм. Могло и не показаться. Во всяком случае, искин без прямого приказа на подобные маневры, на которые решился Сергей, не пойдет. Это противоречит заложенной в Щуку программе. И основная причина состоит именно в том, что экипаж может попросту не выдержать подобных перегрузок, как, впрочем, и само судно.

Едва закончив корректировку курса, искин начал постепенный разгон. Но тут вновь вмешался Сергей. Произведя совместно с Щукой расчеты и убедившись, что топлива едва-едва, но все же хватит, он отдал команду врубить маршевые двигатели в режиме форсажа.

Но пират вовсе не думал отказываться от своей добычи. Из-за полученных повреждений он сильно потерял в скорости. Как видно, капитан яхты испытывал серьезные сомнения по поводу своей способности нагнать купца. Ничем иным столь массированную атаку объяснить было нельзя.

Десяток ракет, пусть и малой мощности и такой же дальности, – для торговца это более чем серьезно. Хорошо еще хоть багрийцу сейчас было невыгодно пользоваться пушкой. «Щука» уходила хорошо просчитанным курсом, так что примени багриец пушку – и снаряды пришлись бы как раз в реактивную струю, ну и соответственно испарились бы, не причинив кораблику никакого вреда.

Сергей не раз и не два отрабатывал подобные маневры в виртуале. В жизни оказалось все точно так же. Только добавились некоторые «приятные» ощущения. Что-то типа выламывающей боли во всем теле, невозможности пошевелить хотя бы пальцем и кровоточащих носа и ушей.

Сергей скосил взгляд на девушку. Бледная как полотно, она сидела в своем ложементе, уронив подбородок на грудь. Одежда перепачкана в жуткой смеси рвотной массы и крови. Но вроде бы крови потеряла немного и похоже, что дышит. Прости, девочка, но, к сожалению, опять не до тебя.

Послышался звук запуска ракет. Искин самостоятельно принял решение о противоракетной обороне. Вот только привычной дрожи во время старта Сергей не ощутил. Ничего удивительного, при таких-то перегрузках.

Однако искин искином, а пора и самому подключаться. Как гласит старинная мудрая поговорка, отдыхать на том свете будем. А туда-то Сергей пока как раз и не торопился. У него забот и на этом предостаточно.

– Щука, из резервного накопителя двадцать процентов на щит, – наблюдая за голографическим изображением, модулируемым искином сканера, приказал Сергей.

Плевать на то, что он хотел до последнего держать наличие накопителя в тайне. Пираты и без того сегодня понаделали море ошибок. Так пусть и сейчас решат, что у этого придурка, с легкостью выбрасывающего сотню тысяч на вооружение, еще и система регенерации щита стоит нестандартная. Двадцать процентов из накопителя как раз восполнят щит до прежней мощности.

Как он и ожидал, благодаря тому что ракеты шли вдогон и соответственно сближались медленнее, «Щука» успела выпустить четыре ракеты, которые и нашли свои цели. Другие три достали иглометы и пушка. Оставшиеся опять снесли щит практически на ноль. Но сам корабль не пострадал. Разве только по нему прошлась дрожь, да Сергея с Клайрой хорошенько тряхнуло. Кстати, последнюю это привело в себя.

– Ну ты как, красавица? – откинув забрало, поинтересовался Сергей.

– Вообще-то плохо… – начав было отвечать, тут же осеклась девушка.

Дело в том, что ей захотелось поправить волосы, и тут она обнаружила, в каком виде сейчас находится. Ну, потом, по-видимому, вернулось обоняние, так как она болезненно и в то же время потешно сморщила носик. Взглянула вокруг, на Сергея, но тот только пожал плечами, словно хотел сказать: мол, дело-то житейское.

– Это я постаралась, – скорее утвердительно, чем вопросительно, произнесла она.

– Скорее да, чем нет, – подтвердил Сергей.

– Но мы хотя бы уничтожили его.

– Ну-у-у, дорогая, у тебя прямо-таки мания величия. Нет, если бы мы впечатали в него еще штуки четыре ракеты с термоядерными боеголовками, то точно разнесли бы. А так только повредили. Но, думаю, отыгранного времени нам хватит, чтобы разогнаться и уйти в подпространство. Если только…

– Что «если только»? – прекратив рассматривать свои волосы, сбившиеся в колтуны, поинтересовалась девушка.

– Если только мы не разозлили его настолько, что… Сволочь, он все же сделал это!

– Что сделал? – опять не поняла девушка, наблюдая за голограммой, от которой Сергей не отводил взгляда.

– Ракеты малой дальности нам уже не страшны. Вот он и ударил по нам ракетами средней дальности. Восемь. Многовато.

Эти снаряды даже с обычной боеголовкой были достаточно серьезным аргументом. Одна такая ракета могла снести щит малого транспортника, да еще и повредить его. Угу. Почти сопоставимо с мини-термоядерной боеголовкой.

– Эй, на «Щуке», привет. Это опять я.

Сергей не стал выводить изображение. Ни к чему этому гаду видеть, в каком они положении. Он обескуражен, обозлен, не знает, чего еще ждать от этого непонятного торговца. Вот пусть и дальше пребывает в недоумении, незачем ему знать, чего им все это стоило.

Опять же Сергей не сомневался, что если этот бандит увидит Клайру в таком виде, то жить ему останется недолго. В смысле Сергею. Они-то с девушкой уже как бы сблизились за эти пару дней. Как водится, им пришлось наблюдать друг друга в, так сказать, домашней обстановке. А тут Сергей выставит ее в неприглядном виде перед совершенно посторонним человеком, да еще и таким, перед которым ронять себя ну никак не хочется. Словом, не поздоровилось бы Пошнагову за такую выходку, вот и весь сказ.

– Ну чего тебе? Боишься, что я опять что-то приготовил для тебя? – наблюдая за пытающейся привести себя в порядок девушкой, спросил Сергей.

– Не думаю, что на этом корыте может оказаться еще один сюрприз. Впихнуть некуда, – с издевкой произнес пират.

– А вдруг я способный, – не пожелав оставаться в долгу, бросил Пошнагов, вложив в свой голос язвинки ничуть не меньше, чем это сделал оппонент.

– Может, и способный, но не волшебник, – отмахнулся пират. – Ладно, время дорого. Даю тебе последнюю возможность. Вырубай маршевые двигатели, и тогда я включу самоликвидаторы на моих птичках. А если нет… Как минимум три ракеты прорвутся сквозь твою защиту. Да даже если доберется только одна, тебе конец.

– Но и ты ничего не получишь.

– Считай, что ты меня разозлил.

Сергей почувствовал, как по кораблю прошла дрожь от стартовавших ракет. Итак, пляска началась. Противоракетная оборона начала действовать. Правда, в шахте больше не было снарядов, что навевало печаль.

– Я обещал тебе сюрприз? – с издевкой произнес Сергей. – Так получай, багрийская морда! Щука, всю энергию из первого резервного накопителя на щит.

Вообще-то резервный накопитель был только один, пусть и буквально огромной для такого судна емкости. Но искин оговорку понял правильно. Вот что значит не просто компьютер, а искусственный интеллект.

– Какого…

Судя по возмущенному тону, бортовой искин пирата только что выдал ему данные о параметрах силового щита вокруг торговца. Весьма впечатляющее зрелище, если не сказать больше. Его мощность превышала прежние параметры более чем в четыре раза. Три ракеты, на этот раз куда большей мощности, вновь практически на нет снесли щит транспорта, но опять не причинили вреда самому кораблю.

Чего нельзя сказать о пассажирке. Клайра набила себе очередную шишку. Девушка не выдержала и поднялась из ложемента, чтобы привести себя в порядок. Сергей был настолько зол и увлекся беседой с пиратом, что не придал этому значения. Ну да хорошо все то, что хорошо кончается. Обошлось без переломов – и слава богу.

– Ну и как тебе мой сюрприз? – убедившись, что с девушкой все в порядке, поинтересовался Сергей у пирата. – Дай-ка подсчитаю. Подобные ракеты стоят порядка двадцати тысяч кредитов. И ты только что выбросил на ветер двести тысяч. Прибавь сюда израсходованные ранее ракеты малой дальности. Сколько их было? Двадцать? И каждая по пять тысяч. На круг выходит только по боеприпасам три сотни тысяч кредитов. А если посчитать еще и полученные повреждения… Ты действительно готов выпустить по мне еще десяток дорогущих ракет?

– Тебе больше нечем обороняться, – не выдержав, буквально выпалил пират.

– А ты проверь, – все так же издеваясь, предложил Сергей.

Ответом ему была разорванная связь. Похоже, багриец на него сильно обиделся. Ну да плевать. Подумаешь, в жизни Сергея появился обозленный лично на него багриец. Можно подумать, если бы Пошнагов не стал его бесить и покорно застопорил машины, ему и Клайре было бы лучше. Очень смешно. Три «ха-ха».

Вообще-то если бы пират имел возможность, то непременно атаковал бы «Щуку». При чем тут деньги, когда задето самолюбие. Только вот у него на борту больше просто не было подходящего вооружения для атаки стремительно удаляющегося наглеца. Будь иначе – и Пошнагову не поздоровилось бы. Причем гарантированно.

В ходе боя Сергей израсходовал все боеприпасы «Щуки». Даже в иглометах и пушке боекомплект был практически на нуле: пара сотен игл и три десятка снарядов. Этого недостаточно даже для того, чтобы совместными усилиями трех огневых точек сбить одну-единственную ракету. Ну разве что случится небывалое чудо…

Прыжок прошел вполне штатно, только точка выхода не могла радовать, так как они оказались на самом краю системы. Строго говоря, станция Лаути находилась на диаметрально противоположной стороне. И если использовать только скорость инерции, они долго добирались бы до своей цели. Очень долго.

Горючего осталось только на кратковременное использование маневровых двигателей. И возможность осуществления управляемого дрейфа не могла не радовать – это избавляло от опасности столкновения с каким-нибудь астероидом. Мало ли в космосе бродяг самого разного размера и с разнообразными траекториями.

Но хорошо уже то, что есть средства дальней связи. Между системами это дело было бы долгим и жутко неудобным, а вот в пределах системы звезды… Здесь имелась даже Сеть. И хотя с учетом всех космических бродяг здесь насчитывалось не больше пяти тысяч человек, это уже не дикая территория. Иными словами, на помощь не только можно было рассчитывать, но и в обязательном порядке получить ее.

– «Щука», бортовой номер ХТА 92123087456375, вызывает диспетчера станции Лаути.

– Диспетчер на связи, – на экране тут же появилось лицо молодого человека с всклокоченной, давно не стриженной шевелюрой.

Н-да, Рихард, как всегда, в своем репертуаре. Опять перед дежурством куролесил, так что дым коромыслом. Нет, не в смысле пил. Он вообще практически не пьет. А вот девушки ему частенько спать не дают. И главное, что в нем находят? Худой, где-то даже болезненно, вечно не стриженный и небритый, одетый неряшливо, как придется. Но даже в условиях дефицита женского пола на фронтире у него с этим не было никаких проблем. Хоть бери и отбивайся.

Но что касается профессиональных качеств, тут он был на высоте. С легкостью распутывал такие транспортные узлы, что другой бы за голову схватился. А для Рихарда это была обычная игрушка. Парень был заядлым геймером еще на Земле, просиживая за компьютером сутки напролет. И как только умудрился заполучить цирроз печени – непонятно.

Смешно, но его земной сексуальный опыт нельзя было назвать таким уж богатым. Ну некогда ему было заниматься подобной ерундой. А вот здесь его сексуальный магнетизм, как говорится, расцвел самым махровым цветом.

– Старик, а ты где? Ну ничего себе! А чего не в соседнюю систему прыгнул?

– Куда сумел, туда и допрыгнул, – недовольно буркнул Сергей. – Можешь прислать кого-нибудь? Мне бы заправиться. Не то я до вас буду несколько лет тащиться.

– Что, попал в переделку?

– Не то слово. Слухи про багрийца на круизной яхте слышал?

– А то.

– Так вот, это правда.

– И как ты ушел?

– Благодаря своей паранойе. Было дело, вложился в вооружение и защиту так, что механик пальцем у виска крутил. А оно вон как обернулось.

– Багрийца распылил?

– С ума сошел? Тут едва-едва на когтях вырвался, а ты говоришь – распылил. Слушай, а можно все разговоры потом? У меня сроки поставок горят.

– Да не вопрос. Я к тебе уже отправил нашего ремонтника. И на эсминец имперский сообщил о багрийце, они там уже тревогу играют.

– Погоди, меня тут вызывают, наверное, командир эсминца.

Молодец все же парень. Любопытство любопытством, но свое дело знает туго. И вообще, повезло, что как раз его смена. Оно ведь как, помощь конечно же ты получишь, это закон. Но вот когда – это уже вопрос отдельный. В случае с Сергеем проволочка могла продлиться и сутки. Ну нет горючего, так и что же с того, жизни ведь ничего не угрожает. Хотя, как говорится, любой каприз за ваши деньги. В смысле, за дополнительную плату.

А вот с Рихардом все иначе. Дело в том, что земляне, оказавшись вдали от отчего дома, стремились к общению, не без оснований считая друг друга земляками. Причем со всеми вытекающими отсюда последствиями.

К примеру, тот же Арсен, обосновавшийся, как и Сергей, на Клайпе. Он мог иметь дело с кем угодно, но предпочитал давать зарабатывать Сергею, превратив его буквально в монопольного поставщика специй и пряностей. И кстати, с риском для себя любимого. Срыв поставок Сергеем грозит пронырливому и ушлому армянину финансовыми потерями. Но чего не сделаешь для земляка, да еще и выходца из России.

– Говорит командир эсминца «Ревущий», второй капитан Эхан, – встопорщенного диспетчера на экране сменил подтянутый и аккуратный офицер имперского космического флота.

– Пилот и владелец малого транспорта «Щука» Сергей.

– Доложите ситуацию.

– В системе Трауба был атакован вооруженной круизной яхтой. С большой долей уверенности могу утверждать, что это был багриец. Направляю вам пакет данных о произошедшем столкновении. От себя хочу добавить: вряд ли он еще там. Я не мог его настолько потрепать. Да и дураком он мне не показался.

– Согласен с вами, но проверить я обязан. Конец связи.

Потом на экране вновь появился Рихард, буквально жаждавший подробностей. Обижать его не хотелось. А отделаться простой отправкой файла с детальным описанием боя… Парню этого было явно недостаточно. Хм, парню. Нет, на вид ему – лет двадцать пять, на деле же – четвертый десяток.

– Интересный тип, – когда обязанности все же призвали Рихарда и он разорвал связь, произнесла Клайра. – Кто он?

– Ты разве не догадалась? Диспетчер. Ну и еще мой земляк. Словом, не чужой человек.

– Ясно.

– И что, он действительно интересный тип? – полюбопытствовал Сергей.

– Ну-у-у, есть в нем эдакая изюминка. Не знаю, как объяснить, но уверена, что женщинам он нравится.

Хм. Другая планета, другая культура, иное мировоззрение, абсолютно иные ценности и критерии мужественности. И эта туда же. Нет, Клайра вовсе не производила впечатления дамочки, готовой броситься в койку к Рихарду. Но сам факт того, что она заинтересовалась этим, с точки зрения Сергея, недоразумением, уже говорил о многом.

До станции добраться они сумели только через четыре часа, и это было просто замечательно. Сергей прикинул по времени: если он не станет тянуть резину, да еще и поднажмет на форсаже, то очень даже сумеет допрыгать до Клайпа в срок. Конечно, форсаж не лучшим образом скажется на двигателях. Опять же перерасход топлива. Так что с учетом амортизации этот рейс ему, скорее всего, выйдет даже в минус. Но и подводить земляка нехорошо. Неправильно это, если можно решить проблему, пусть и путем некоторых потерь. Тем более потеряв в одном месте, Сергей куда больше получит в другом.

Заправив баки, что говорится, под завязку, Сергей приступил к легализации Клайры. С этой целью он направился к своим старым знакомым. Хм. Кстати, тоже землякам. На Лаути их у него было трое. Один из них – диспетчер Рихард. Двое других занимались иным делом. Так сказать, слегка противозаконным.

Отчего слегка? Так ведь, как ни крути, Ирианская империя заинтересована в притоке граждан и уж тем более со слаборазвитых планет. Ведь они мало того что сами по себе увеличивают численность населения империи, так еще и не развращены цивилизацией и торопятся заводить детей.

Коренное население империи с этим делом не спешит. К тому же немалая часть ирианцев даже не помышляет о семье и детях. К чему этот анахронизм? Ну, раньше все было понятно: молодость – это всего лишь средство, чтобы обеспечить себе старость. Иными словами, не вырастишь детей, некому будет за тобой ухаживать в старости.

Но теперь благодаря новым достижениям и технологиям это неактуально. Ведь ты можешь избегнуть дряхлости. Но даже если старость и пришла, о тебе позаботится пенсионный фонд. Зря, что ли, делаются ежемесячные отчисления.

Из-за такого мировоззрения и существуют проблемы с приростом населения, которые нужно как-то решать. Различные льготы и ссуды не имеют должного эффекта, хотя и помогают постоянно двигаться вперед.

Именно поэтому, официально не приветствуя миграцию и даже запрещая ее, империя словно не замечает того, как пилоты вывозят людей, а типы вроде Михая и Шимона занимаются их легализацией. Никаких сомнений: посчитай государство необходимым – и от этих дельцов уже давно ничего не осталось бы.

Сергей связался с Михаем еще перед выходом с причала, а потому их с Клайрой уже ждали. Кстати, предварительно предупредить о своем визите – совсем даже не лишнее. Если, конечно, тебе не лень лишний раз бить ноги на довольно длительной прогулке. Иного вида транспорта, кроме лифтов, здесь попросту нет. Но они помогают перемещаться по вертикали, а вот в горизонтальной плоскости – только своими ножками.

Станция Лаути представляла собой списанный большой крейсер, изрядно обвешанный различными дополнительными модулями. Но несмотря на это, ее обитатели вовсе не были затворниками и не сидели по своим каютам, как сычи. Это относится ко всем. И к руководству, проживающему в каютах высшего и старшего офицерского состава. И к тем, кто зарабатывает достаточно много, чтобы занимать каюты младшего офицерского состава. И к тем, кто живет в совсем уж простеньких помещениях, а скорее конурах. И даже к тем, кто ютится в самых настоящих бараках.

Если сидеть в четырех стенах, то можно сойти с ума. Самый страшный враг подобных станций, находящихся на краю вселенной, – это скука. Если случается эта напасть, то жди беды. Поэтому на станциях нет недостатка в развлекательных центрах, и на каждой без исключения имеется своя арена.

Это особое место, где совершенно законно можно выплеснуть всю накопившуюся негативную энергию. Делается это как посредством банального мордобоя, так и с использованием оружия. Если у тебя есть настроение подраться, то ты можешь прийти на арену и посмотреть на заявки таких же бедолаг, как и ты. Если никого нет, то посиди и подожди, кто-нибудь обязательно найдется.

Словом, с ареной все просто и в то же время сложно. Так, например, если использование шокеров не представляет никаких трудностей, то поединок с использованием игольников уже не так прост. Нужно убедить администратора в необходимости поединка именно до смерти. А потом еще множество формальностей, таких как наличие защитного снаряжения или его отсутствие, медицинская страховка… И так далее и тому подобное.

Сергей шел по станции, особо не торопясь и даже степенно. Хотя со временем у него было и не очень, однако выказывать суетливость здесь не принято. Есть одно высказывание: торопись медленно. Оно как нельзя лучше подходит для здешнего особого замкнутого мирка.

Во-первых, при всех солидных габаритах станции здесь в принципе все располагается не так чтобы и далеко. Во-вторых, если ты бегаешь и суетишься, значит, не дорожишь собственным временем и не умеешь его правильно планировать. А раз так, то и партнер из тебя никакой. В-третьих, что бы ты ни делал, ты должен делать это вдумчиво и основательно. Никакого легкомыслия, так как твой недогляд может стоить очень дорого. Вокруг – сплошной вакуум и вселенский холод, которые не прощают ошибок. Словом, и здесь нюансов более чем достаточно.

Пока шли, Сергей не без удовольствия наблюдал за Клайрой, которая вертела головой на сто восемьдесят градусов, стараясь охватить все и сразу. Что же, понять ее нетрудно. На Алаянке такого количества и многообразия бутиков нет. Там все больше лавки, да и то какие-то блеклые и серые. Разве только во время проведения ярмарок торговые ряды расцвечиваются разными красками и вокруг бурлят жизнь и веселье.

А тут от обилия красок, рекламы, товаров, выставленных в прозрачных витринах, просто глаза разбегаются. И всюду ходит народ, причем одетый весьма разнообразно даже по меркам Ирианской империи. Да и внешность у людей разная, от цвета волос до цвета кожи. Различные закусочные и рестораны, от обычных автоматов питания до изысканных заведений, где обслуживающий персонал набран из числа людей. Да и повара там не машины, поэтому и цены соответствующие.

Вот вроде бы обычный списанный корабль, как и те, что выполняли роль баз на Океании. Только и разницы, что там была вода, а здесь космос. Но обстановка совершенно иная. Здесь у людей во взгляде нет той безнадеги и обреченности, что была там, под водной толщей. Впрочем, оно и понятно, тут всяк волен поступать так, как ему заблагорассудится, и отправляться туда, куда пожелает. Там же жизнь регламентировала корпорация.

Н-да. Как все же похоже. Вот и композитная обшивка стен, которая издали кажется в полном порядке. На деле же она – вся в росчерках царапин, пятнах и разводах, уже въевшихся настолько, что удалить их можно лишь вместе с панелью. А еще видны заплаты. Подгонка, конечно, идеальная, но их цвет разнится с цветом панелей вокруг.

А вот этого на Океании не было и в помине. Взгляд Сергея зацепился за детский рисунок на композите стены. И он явно нарисован сегодня, так как роботы-уборщики вовсе не дремлют. Да, здесь есть дети и полноценные семьи. Даже свои беглецы имеются. Это те, кто поспешил отправиться во взрослую жизнь в поисках приключений на фронтире, не дожидаясь разрешения родителей.

– Эй, красотка, пошли с нами.

Сергей остановился и, протянув руку, спрятал девушку себе за спину. Так лучше. От греха подальше. Нет, он переживает не за нее. Вернее, за нее, но по другому поводу. Как выяснилось, она вскрыла горло своему муженьку вовсе не случайно. В алаянкских кланах знатных девушек в обязательном порядке обучают владению короткими клинками.

Так что если кто-то попросит, причем даже не очень настойчиво, эта девочка может устроить ночь длинных ножей. Или коротких. Эти ребята не являются алаянкскими аристократами, а потому вряд ли смогут ей противостоять. Алаянкцы проходили более интенсивную подготовку, дабы женская часть населения ненароком не начала доминировать над ними. Словом, мало здешним оболтусам точно не покажется. А это лишнее. Им тут находиться-то осталось не больше часа.

Трое. Работяги-рудокопы. И уже подшофе. Скучно им. А скорее, просто не смогли пройти мимо красивой девушки. Чертовски красивой, надо заметить. Тут неизвестно кем нужно быть, чтобы не обратить на нее внимание. И это несмотря на ее платье, которое ну никак не вписывается в современные понятия моды.

Кстати, нужно будет разобраться с ее гардеробом. Причем сделать это здесь, на станции. Не хватало еще привлекать к себе излишнее внимание. А остаться незамеченной в этом хотя и простеньком платье у нее нет шансов. Опять же, несмотря на свою непритязательность, оно ей очень к лицу и смотрится вполне естественно. Вот обряди в это любую девушку на станции, и оно на ней будет сидеть как на корове седло. А на Клайре… Неказистый наряд только лишний раз подчеркивает ее женственность.

Но с этим потом. Сейчас вот эти рудокопы. Двое вроде бы вполне вменяемы, стараются утянуть товарища прочь от чокнутого пилота, уже положившего руку на игольник. Рудокопы, конечно, хаживают в космос, но все же внутри системы, а пилотов где только не носит, и какие только дурные привычки к ним не прилипают.

– Мужик, все нормально. Перебрал братишка, с кем не бывает. Выходной сегодня.

– Я понял, парни. И не в претензии, если вы сейчас же пойдете по своим делам, – ответил Сергей, сосредоточив свое внимание на заговорившем, самом адекватном из троицы.

– Кто это? – даже не стараясь скрыть презрительного взгляда, которым она их провожала, поинтересовалась Клайра.

– Рудокопы.

– Здесь?

– А в пределах освоенного пространства вообще вся руда добывается в космосе. Это куда проще, чем ковыряться на планете, рискуя каждый раз остаться под завалами.

– А что, нельзя было найти руду поближе? К чему тащить ее с этой окраины?

– В этой системе астероидное поле богато кристаллами. Вот их-то и добывают. А руду, ты права, тут никто добывать не стал бы. Да и станции здесь в этом случае не было бы. Она ведь не государственная, а частная. Значит, должна приносить прибыль.

Все именно так. Станции на фронтире появлялись только как часть коммерческих предприятий. Были конечно же и военные, но это там, куда дельцов не заманить ни за какие посулы. А если только появлялась возможность получения прибыли, правительство стремилось тут же отдать это место кому-нибудь на откуп.

С одной стороны, владельцы таких станций платили минимальные налоги, а то и вовсе освобождались от них из-за небольшой прибыльности предприятия. Но с другой – появлялся еще один форпост империи, который не стоил ей ни единого кредита, а подчас еще и сам приносил прибыль.

Причины, по которым основывались станции, были самыми разными. Где-то станции играли роль перевалочной базы для двух и более колонизируемых систем. Находились, так сказать, на перекрестке путей. Порой причиной появления станций становилось обнаружение новых месторождений редких полезных ископаемых. В этом случае рядом обязательно возникал обогатительный комбинат, так как нет смысла вывозить простое сырье.

Что касается Лаути, то с некоторых пор она соединяла в себе обе причины. С одной стороны, добыча и очистка кристаллов. С другой – перевалочная база для относительно нового мира, Алаянки. И со своей ролью станция успешно справлялась. Правда, основные доходы здесь были все же от добычи камней.

На лифте поднялись на нужный уровень. Прошли по широкому и на этот раз безупречно чистому коридору. Вот и каюта, в которой обычно принимают своих клиентов Михай и Шимон.

Эти два венгра появились здесь относительно недавно, всего-то лет десять назад. И похоже, что пока никуда не собирались отсюда съезжать. Впрочем, глупо было бы, заняв такую нишу, бросать жилу, которая приносит стабильный доход без каких-либо намеков на истощение. Подобное произойдет только в одном случае: если империя вдруг откроет двери для свободной миграции. Хм. Ну, им тут работы хватит до конца их дней даже с учетом самых современных регенерационных процедур.

Михай еще на Земле занимался программированием и имел хорошие перспективы, чтобы стать одним из ведущих специалистов в этой области. Но, как и всем землянам, оказавшимся в космосе, ему не повезло. Хотя с другой стороны, скорее, все же повезло. Конечно, работа с компьютерами и искинами – это две большие разницы. Это как тот же компьютер и механический арифмометр. В роли арифмометра, как вы понимаете, здесь вовсе не искин. Но тут ведь главное – мозги, которые заточены на особый лад. А у Михая они были заточены как надо. Поэтому после Океании он без работы не остался.

Однажды Михай услышал о том, как ведет себя ирианское правительство и как приходится мучиться бедным мигрантам, покидающим Алаянку. Причем зачастую они оставляли родные края, прихватив в дорогу солидную сумму денег. Но при всем при этом им приходилось изрядно помучиться, прежде чем удавалось легализоваться. Нередко их откровенно обирали, оставляя ни с чем. В общем, спрос на услуги по легализации имелся. А вот поставить эти самые услуги на поток никто до Михая не догадался.

Тогда-то венгр и взялся за это дело. А заодно привлек своего товарища и земляка (в самом прямом смысле этого слова). Шимон раньше служил в венгерской армии и даже успел повоевать в Ираке в составе войск НАТО. Этот громила, к тому же – отличный боец, стал силовой составляющей их дуэта, прикрывая Михая от разных неприятностей. И сегодня на станции у них попросту не было конкурентов.

Нет, причина конечно же не в здоровяке Шимоне, умеющем с толком воспользоваться игольником. В конце концов, на любую силу найдется другая сила. Но в этом деле одной силы было явно недостаточно. Ведь что такое легализация? Приобретение персонального искина, настройка на обладателя и создание аккаунта?

Не-э-эт, искин конечно же открывает множество возможностей, но по своей сути он всего лишь гаджет. Для легализации же нужен целый пакет документов, потому что человек не может появиться из ниоткуда. И вот в этом-то как раз Михай и был спецом высшего порядка. Тишком да бочком, способами, ведомыми только ему, он умудрялся вдохнуть жизнь в совершенно нового человека, проведя его по всем инстанциям. Даже имперской службе безопасности придется изрядно покорпеть, чтобы докопаться до истинного лица клиента Михая. Вдумчивую же проверку любых сил планетарного правопорядка он перенесет, даже не чихнув.

Кстати, в этом полукриминальном деле Сергей оказался замешан именно благодаря этим двоим. А вернее, тому, что являлся выходцем с Земли. Как уже говорилось, для большинства землян понятие землячества здесь приобрело совершенно иной смысл. Прознав от Рихарда о земляке, регулярно катающемся на Алаянку, Михай и Шимон не могли не устроить дружескую попойку. Не забыли подтянуть и диспетчера. Подумаешь, два венгра, русский и немец. Все это ерунда. Главное, что они земляне.

Вот тогда-то Михай и предложил Сергею заняться перевозкой нелегальных мигрантов. Они же рекомендовали его Бингу, сразу же оговорив особые условия для своего земляка, чего не делали ни для кого. Хотя они и виделись-то один раз, Бинг предпочел все же прислушаться к рекомендациям, поэтому откровенные негодяи через Пошнагова не проходили. Причина в том, что весточки от покинувших планету до Алаянки все же доходили. Так что если бы авторитеты начали отправлять людей в неизвестность, то эта лавочка прикрылась бы очень скоро. А люди начали бы самостоятельно искать выход на пилотов, как, впрочем, это и было раньше. Ну и какой авторитету смысл ругаться с этими имперцами?

– Господи, ты откуда взял такого ангелочка? – Венгр даже обмер, глядя на представшую перед ним красавицу.

– Михай, ты лучше слюни подбери, – ухмыльнувшись, посоветовал Сергей.

– А что такое? – с самым невинным видом поинтересовался хозяин каюты, легонько подмигнув здоровенному Шимону.

– Ну, первому своему глупому воздыхателю она вскрыла глотку от уха до уха. Второму вышибла мозги. Это уже на моих глазах. Причем я говорю об этом в буквальном, а не в переносном смысле.

– Понял. Девушка, вы только не подумайте, я теперь только в сугубо деловом ключе, – затараторил Михай нарочито испуганным тоном. Но потом, уловив в ее глазах смешинку, умоляюще продолжил: – Но вдруг вы сами возжелаете. Ведь может же подобное произойти, и вы снизойдете до бедного смертного.

– Хм. Я знаю, что нравы в империи куда как более вольные, нежели на моей планете, но прошу заметить, что я еще не стала ирианкой, чтобы столь легко принять подобную ветреность.

– Дьявол! Сергей, откуда в твои грубые руки свалился такой ангел? Милая девушка, даже не зная вашего имени, я уже влюблен в вас и готов на любой подвиг, который вы сочтете достойным своей персоны.

– Михай, давай ты спустишься с облаков, где сейчас витаешь, и мы приступим к делу.

– Сергей, ты никогда не был романтиком и…

– Эй, романтик, у меня сроки горят. Мне нужно лететь, и желательно еще вчера.

– Господи, как все обыденно и серо.

– Ты наконец займешься девушкой?

– Работа, работа и только работа. Как я уже устал. Ладно. К делу так к делу. Итак?

– Искин, аккаунт, полный пакет документов, так, чтобы комар носу не подточил.

– Ты за кого меня принимаешь? – тут же возмутился венгр.

– Михай, эту девочку будут искать. Ты знаешь, что означает на Алаянке клан? Отлично. Так вот, ее разыскивает один из самых влиятельных кланов в королевстве Кадия, а может, и за его пределами. Так что если они здесь появятся… Не надо так на меня смотреть. Поверь, если эти ребята начнут спрашивать, то тебе безопаснее будет ответить. Поэтому с самым честным видом возьми предложенные ими деньги и отправь любопытных по ложному следу. Им с тобой в этом плане не тягаться.

– Это уж точно, – уже задумчиво согласился Михай. – Ну, раз такой расклад, то все пойдет по двойному тарифу.

Сергей взглянул на девушку, потом согласно кивнул. Если Михай что-то обещал, то делал. Тут уж если возможным преследователям что и поможет в поиске, то только чудо или случайность, впрочем, зачастую они ходят рука об руку.

Михай управился довольно скоро. Как видно, у него имелось несколько заготовок и одной из них он и воспользовался. Фамилии своей девушка лишилась, а вот имя сохранила. Вернее, приобрела новое, но вполне созвучное ее прежнему, и, кстати, весьма распространенное среди ирианцев. Сергей ничуть не сомневался: будь иначе – и Михай, не задумываясь, сменил бы и его.

Потом был поход по бутикам. Причем Клайре пришлось делать это самостоятельно. Как, впрочем, и добираться до корабля. Благо, за прошедшие двое суток она успела провести достаточно времени в виртуале, чтобы иметь представление о поведении в ирианском обществе.

Пока девушка обновляла свой гардероб, Сергей посетил одного оружейника, чтобы сделать одну очень срочную покупку. Дело в том, что ракеты с термоядерными боеголовками, хоть мини-, хоть мегатонные, на территории империи не купить. Нет их в свободной продаже. Слишком уж мощное вооружение. Но здесь, на фронтире, было возможно найти практически все.

Какими путями оружейники добывали этот редкий товар, Сергей не интересовался. Главное, что он имелся в наличии. Вообще-то похоже, что конкретно вот эти были изъяты из шахт подбитых кораблей. Некоторые станции возникали как раз в районе бушевавших некогда сражений. Сергею были известны три таких системы, которые буквально превратились в кладбище кораблей.

На подобных станциях не найти рудокопов, но зато не пропихнуться от мусорщиков. Это владельцы внутрисистемных кораблей, специализирующихся на сборе вторсырья, ну и тех узлов и систем, у которых еще сохранился кое-какой ресурс. Ввиду не такого уж и бурного технического развития за последние века всему этому еще можно было найти применение, особенно на фронтире. Так вот, эти же мусорщики добывали и различное вооружение.

Разумеется, пополнение боекомплекта на Лаути – идея не из лучших из-за дороговизны. Но уходить отсюда безоружным Сергей не собирался. Еще чего не хватало. Беда может случиться даже в цивилизованном космосе, людей с отшибленными мозгами везде хватает. Но ты сначала поди доберись до тех цивилизованных систем. Довольно долгое время Пошнагову удавалось избегать всякого рода неприятностей, но теперь они отчего-то пошли прямо-таки косяком…

Словом, забот хватило им обоим. Ей – в борьбе с бутиками, ему – с оснащением корабля. Но уже через два часа после прибытия на станцию «Щука» отстыковалась от причала и, выйдя на нужный вектор, начала разгон. С этого момента у Клайры начиналась новая жизнь. Хм. А Сергей, похоже, остался безработным. В смысле он конечно же еще получит солидное выходное пособие по безработице, но выгодное предприятие без головной боли и треволнений осталось в прошлом.

Кстати, эти самые волнения далеко не всегда окупаются значительными и такими приятными бонусами. Взять ту же Океанию. Несмотря на несомненную прибыль, ему довелось и немало потерять. Вот так и здесь. Казалось бы, опека над девушкой подарит ему целых полмиллиона кредитов. Но простая арифметика в значительной степени уменьшала эту сумму. Пополнение боекомплекта влетело Сергею в полные две сотни тысяч кредитов. Оч-чень неслабо. Ну да и выбора у него особого нет.

Глава 6. Удача любит подготовленных.

Лена: Замечательно отдохнула. Сервис выше всяческих похвал.

Аэлита: В сравнении с Ирианской империей или Землей?

Лена: И чего ерничать? Разве Земля хоть в чем-то способна конкурировать с цивилизованными мирами? Разумеется, я могу сравнивать только эти миры, а не нашу дикую и грязную планету.

Ангела: Я бы посоветовала быть поаккуратнее в сравнениях. Может, у вас в России было дико и грязно, но только не в цивилизованных странах. К примеру, у нас, в Германии, уровень жизни в разы превышал ваш.

Лена: Сомнительное утверждение. Но заметь, подруга, я ведь говорю не о России или Германии, а о Земле в целом. Или скажешь, что я не права?

Ангела: Может, ты еще скажешь, что вам было проще здесь адаптироваться?

Лена: Конечно, ватник и валенки немного мешали, но мы справились ничуть не хуже некоторых заносчивых особ.

Виола: Стоп, стоп, стоп. Девочки, брек. Не надо ссориться. Не важно, кто откуда, важно, что мы земляне и где все мы сейчас.

Лена: А мы в шоколаде!!!

Виола: Вот именно!!!

Ангела: Виолочка, где пропадала? И дело ли это – бросать свой форум на столь длительное время?

Виола: Ну, я, как и Лена, ездила отдыхать. Но ни за что не догадаетесь куда.

Ирина только закатила глаза. Теперь начнется. Тема, у кого лучше, длиннее и круче, здесь вечная, и изжить ее просто невозможно. Ну хотя бы потому, что этот форум изначально создавался для общения вот таких блондинок. Нет, Ирина не была знакома лично ни с одной из них, а на фото преобладали брюнетки. Но, как любили говаривать ее подружки по школе, блондинка – это не цвет волос, а состояние души.

Вообще-то Ирину тошнило от всех этих разговоров. Но никуда не денешься. Служба. Несмотря на то, что она сейчас находится… Да кто же его знает, сколько световых лет отделяет ее от Земли. Что-то ей подсказывало, что очень уж много, вот только сколько это в цифровом выражении, никто даже предположить не мог. Нет, конечно же эти данные имелись как в центральном имперском архиве, так и в архиве корпорации Арика, но в обеих этих конторах секреты хранить умеют. Так вот, несмотря ни на что, она оставалась офицером ФСБ России. И никуда от этого не деться. Да и не хотела она никуда деваться, потому как в этом видела смысл.

Год назад Ирина находилась на Океании, проводив в новую жизнь своего все еще единственного друга. Как оказалось, простилась с Сергеем и осталась там она не зря. Вскоре после его отбытия появились сразу трое, привезшие ей привет от отца. Ирина помогла новичкам сориентироваться на Океании, чем в значительной мере сэкономила им время.

После короткого совещания, а скорее, все же знакомства Ирина с радостью свалила со своих плеч ношу ответственности. Нет, она ее вовсе не боялась, просто прекрасно отдавала себе отчет, что она – всего лишь боец. Без ложной скромности хороший боец, да еще и на данный момент лучше всех ориентирующийся в условиях Океании. Но драться и руководить – это несколько разные вещи.

Впрочем, это понимали и на Земле и именно поэтому рекомендовали Яшину возглавить группу. Разумеется, если такая возможность будет. Он конечно же майор и, проходя службу при посольстве, руководил резидентурой и имел какой-никакой опыт нелегальной работы, но как там в инопланетном мире пойдут дела, на Земле не могли даже предполагать. Потому и обходились только рекомендациями, предоставляя своим людям полную свободу действий.

Но сложилось все как нельзя лучше. Нет, то, что двое их предшественников сложили свои головы, конечно, плохо. А самое паршивое то, что погибли они от рук человека, благодаря которому Ирина на сегодняшний день оказалась вольна поступать по своему усмотрению. С другой стороны, виной всему конспирация. Ну кого этот Пошнагов мог видеть в погибших, как не бандитов. Вот и решил на вполне законных основаниях поживиться за счет преступников.

Не суть. Главное то, что, посовещавшись в узком кругу, разведчики единогласно решили: мстить Сергею не за что. Ирине даже не пришлось за него заступаться. Она просто рассказала все, как было, а товарищи уже сами приняли решение. Что, признаться, ее очень обрадовало. Сергей вызывал у нее противоречивые чувства, но вот зла она ему не желала.

Тут же определились и со старшинством в их группе. Этот пост единогласно был отдан Яшину. Игорь Ильич полностью одобрил и поддержал намерение Ирины насчет поступления в высшую навигационную школу. При существующем положении дел это был наиболее верный шаг. Разумеется, избранный путь был долгим и трудным, и идти по нему придется не год и не два, но им сейчас нельзя было пренебрегать ни одной из возможностей. Хотя бы по той простой причине, что никто из них понятия не имел, что именно приведет их к цели.

Ирина прибыла на Клайп, где находилась одна из лучших навигационных школ. Кто знает, возможно, причина была в том, что она подспудно тянулась к Сергею. А может, это он обосновался здесь за пару месяцев до ее появления, предполагая, что она выберет Клайп именно из-за известного в империи учебного заведения. Как бы то ни было, но они оба оказались здесь. Вот только отношения между ними никак не хотели налаживаться.

Вроде дружба сохранилась, и они даже порой встречались. Но теперь уже дальше дружеского общения дело не продвигалось. Опять же встречи эти были достаточно редкими. То Сергей в полете, то Ирина с головой ушла в учебу. Так и жили каждый сам по себе, довольствуясь редким общением.

Впрочем, справедливости ради нужно заметить, что это Ирина всячески избегала близости, Сергей же попросту не настаивал, предоставляя выбор ей. И она это прекрасно понимала. Правда, не знала, как к подобному подходу относиться. То ли поблагодарить Сергея за внимательность, то ли прибить его, потому как самой перешагнуть через погибших товарищей у нее никак не получалось.

Примерно месяц назад на Клайп прибыли Яшин и Павлов, и у нее вновь появился начальник. Не сказать, что Ирина не была удивлена столь скорому их появлению. Все же при прямо-таки фантастической удаче Пошнагова он сумел рассчитаться с долгами только через два года. А тут – неполный год. Рекорд.

Однако, как выяснилось, ларчик просто открывался. Яшин счел, что действия их погибших товарищей были абсолютно верными. Кто-то обвинит их в преступной деятельности. Кто-то скажет о том, что силовики по традиции ударились в криминал. Но правда заключается в том, что перед ними стоит задача, которую необходимо выполнить в как можно более сжатые сроки. Получить какую-либо информацию на Океании, при существующих там порядках, было просто нереально. А это значит, что нужно быстрее вырваться в пределы империи и начать копать с той стороны. Но и здесь, в освоенном пространстве, нужны были средства.

Словом, Яшин очень быстро подмял «Двадцатку» под себя, обеспечив скорейшее отбытие главы рэкетиров Родина. Нет, не в мир иной. Еще чего не хватало. Тот чин чином выплатил все долги и предпочел сохранить свою жизнь, нежели вступать в конфликт с очень быстро организовавшейся и агрессивной группой.

После базы резидент взял под контроль все окружающие ее фермы. Мало того, он всячески способствовал их появлению и заселению. Выживал с базы тех, кто не хотел находиться под защитой его группы. Привлекал тех, кто пасовал перед водной толщей, обещая покровительство. Очень скоро на русской базе две трети акванавтов платили дань за обеспечение безопасности.

Но надо отдать должное Яшину. Он продолжил практику Родина, и каждый из плательщиков отдавал свои кровные сугубо добровольно. Авторитет Яшина возрос после того, как его парни вступили в бой с акулой, внезапно появившейся на дальних подступах. Хищника они убили, но перед тем тот успел порвать одного из комбайнеров. И тут новый глава рэкетиров пошел на беспрецедентный шаг. Было предпринято все для спасения бедолаги и его скорейшей доставки на базу. После этого Игорь Ильич объявил, что коль скоро он и его люди не смогли защитить акванавта, они полностью оплатят его полную регенерацию. Через несколько дней комбайнер уже вышел на работу.

Надо ли говорить, что после этого случая народ стал буквально рваться на «Двадцатку». Однако численность обитателей баз регламентировалась свыше. Простой прагматизм. Если окрестности «Двадцатки» могли обеспечить работой тысячу пловцов, то к чему там держать больше. Вот тогда-то Яшин и начал вытеснять независимых акванавтов…

На Клайпе просто сидеть сложа руки резидент не мог. Слишком уж деятельная натура. Да и вообще, недаром ведь говорится, что под лежачий камень вода не течет. Поэтому Игорь Ильич начал работу по двум направлениям. Первое – для успешной деятельности любой организации нужны средства. Он был хорошим экономистом, а незыблемые законы экономики здесь работали точно так же, как и на Земле. Поэтому их активы уже начали расти, хотя пока и медленно.

Вторым направлением было расширение агентуры. Это не составляло труда ввиду того, что земляне всячески старались держаться друг за друга и даже проживали компактно. В городах появлялись целые кварталы землян. Вот так, без какого-либо деления по национальностям и вероисповеданию. Нет, между собой конечно же трения происходили, но они никогда не перерастали во что-то более серьезное, чем словесная перепалка. А вот пришедшим сюда извне приходилось вести себя крайне пристойно. Здесь как-то было не принято давать в обиду своих.

Разумеется, Яшин не собирался посвящать в суть дела каждого из завербованных. Еще чего не хватало. Их будут использовать только втемную. Теперь-то он точно знал, чем может грозить Земле обнародование координат Солнечной системы. Та же Алаянка, на которую у империи имелись свои виды и планы по расширению сферы влияния, находилась в разы ближе, чем Земля. А значит, за их дом никто не заступится, и корабли, груженные живым товаром, потянутся в освоенный космос.

А это значит, что ему и его товарищам нужно приложить все усилия, чтобы их миссия увенчалась успехом. И тут уж дело даже не в России как таковой, но в Земле в целом. Правда, оставался еще вопрос, кто именно поведет землян в космос. Но для русских разведчиков здесь все было предельно ясно. Нужно было лишь правильно сделать свою работу.

Словом, Ирина продолжала учиться, пробираясь изначально избранной дорогой. Яшин же искал альтернативные пути. Ведь, к сожалению, не было никакой гарантии, что даже через двадцать лет Ирина сможет добиться положительного результата. Что и говорить, в империи хранить свои секреты умели. Как и карать за посягательства на них.

Именно в качестве одного из альтернативных путей Ирина и предложила отслеживать информацию на форумах землян. Их было достаточно много, если не сказать больше. Самый крупный из них так и назывался «Земля», и каких только там не было ветвей, начиная от художественной литературы и заканчивая самой похабной флудилкой.

Кстати, имелся даже форум, объединивший в своих рядах желающих любой ценой найти путь домой. Среди форумчан находились и те, кто обладал литературным талантом и писал книги, некоторые из этих произведений получались весьма занимательными. Их даже можно было рассматривать как пособие для вывода землян на ирианский уровень. Предлагалось столько самых разных путей, основанных на новых знаниях, что Яшин даже увлекся чтением. Правда, не сказать, что в рядах форумчан царило единодушие. Это объяснялось стремлением автора отдать роль лидера именно своей нации. Как, впрочем, и тем, что каждый имел свой путь, по которому должны были идти земляне, и, ясное дело, он был единственно верным.

Разумеется, в поиске нужной информации на форумах землян расчет мог быть только на невероятное везение. Но разведчики находились в такой ситуации, когда любая мелочь могла стать ключом к успеху. Конечно же если они смогут эту самую мелочь рассмотреть. Ну и опять-таки с чего-то же нужно было начинать. Как говорится в одной мудрой поговорке, любая, даже самая дальняя дорога начинается с первого шага.

Впрочем, несмотря на то что поисками информации на форумах оказались загруженными все трое, Яшин отводил этому занятию только вспомогательную роль. Например, таким образом было куда проще развернуть агентурную сеть. Сейчас ему нужно было сколотить команду, причем для успешной деятельности она должна была быть разноплановой. В ее состав должны были войти как интеллектуалы, так и боевики. Он планировал постараться все же подобраться к центральному архиву, а вернее, к его служащим. Но при этом он и не думал отказываться от альтернативных путей.

Ввиду загруженности в навигационной школе Ирине достались только три форума. И среди них вот этот, созданный некоей Виолой и весьма своеобразный по своей сути. Во-первых, зарегистрироваться здесь могли только девушки, и регистрация шла обязательно через персональный искин. Во-вторых, для регистрации необходимо было предоставить выписку с личного банковского счета, на котором должно было быть не менее трехсот тысяч кредитов. Причем время от времени и совершенно внезапно модератор запрашивала все регистрационные данные повторно. Цель проста – девочки не хотели, чтобы среди них затесалась исходящая желчью неудачница. Или, что куда хуже, мужик.

Этот форум объединял только успешных девушек, и плевать, на чем именно основывался успех. Кто-то удачно вложился в какое-то предприятие, привезя с собой с Океании солидную сумму. Кто-то ловко подцепил мужика, готового их содержать. Ничего удивительного, если учесть то простое обстоятельство, что на Океании они не стеснялись в выборе путей получения прибыли. Угу. Все они в свое время «работали» в сфере услуг, торгуя телом и лаской. Правда, в настоящий момент примерно пятая часть форумчанок все же не являлись содержанками, но в то же время тут им было весело и комфортно.

В то, что у этих блондинок можно почерпнуть сколь-нибудь значимую информацию, Ирина не верила. Но по привычке добросовестно выполняла поставленную перед ней задачу. Хотя, признаться, от всех этих кривляний и жеманства ее буквально с души воротило. И это ведь при условии, что она не слышала ничьих голосов. Но по оставляемым постам она настолько живо представляла этих красоток, что готова была задушить всех и каждую…

Виола: Все же что ни говорите, но багрийцы знают толк в том, как организовать отдых. Никакой обслуживающий персонал из андроидов и уж тем более дроидов не заменит живых людей.

Ангела: Ты имеешь в виду рабов?

Виола: Ну отчего если Багрийская империя, то сразу рабы. Там есть и вольнонаемные. Обслуга фешенебельных отелей сплошь из вольнонаемных. Правда, отдых в подобных отелях – только для избранных, а цены там такие, что просто закачаешься.

Ангела: Что-то мне подсказывает, что ты была как раз в том отеле, где обслуга именно из рабов.

Виола: Понимаю, на что ты намекаешь. Но должна тебя немного остудить, подруга. Даже в отелях, где обслуга из рабов, цены раза в три выше, чем в обычных. И потом, нет ничего предосудительного в том, что я не в состоянии тягаться с миллиардерами.

Лена: Виолочка, не обращай внимания на Ангелу, она, как всегда, руководствуется только вредностью своего характера. Лучше расскажи, как там, на багрийских курортах? Затраты стоят того?

Виола: Еще как стоят.

Ангела: Конечно, ведь когда перед тобой пресмыкается человек, а не машина, твоя самооценка неизменно взмывает вверх.

Виола: При чем тут это? Просто человек – он и есть человек, и никакой бездушной машине с ним не сравниться. Кстати, сущее заблуждение полагать, что у багрийцев рабы неизменно забиты плетями и измождены до последней стадии. Если хотите знать, то хозяин заботится о своих рабах так, что многие свободные граждане Ирианской империи так не живут.

Ангела: Ты еще скажи, что рабы отвешивают подзатыльники своим господам.

Виола: Вот не поверите, но я лично наблюдала такую картину, когда старик-раб отвесил подзатыльник недорослю, кстати, своему господину. Уж и не знаю, чем это было вызвано, но это правда.

Лена: Ну прямо Мамушка из «Унесенных ветром».

Виола: Сравнение прямо в точку. А старик, кстати, с Земли. Русский.

Лена: А ты откуда знаешь?

Виола: Так ведь я познакомилась с этим недорослем. Уж очень хотелось попробовать на зуб багрийского аристократа.

Лена: Ну и как?

Виола: Да ничего особенного. Как и все малолетки, горяч и неопытен. Только и удовольствия, что сорвала невинный цветок. Кстати, аристократика именно с этой целью и отправили на курорт.

Ангела: Господи, какие сложности. Не проще ли было отвести парнишку в приватный дом. Или у багрийцев они под запретом?

Виола: Они под запретом у знати. Аристократы могут иметь хоть сотню любовниц и содержанок, но откровенно продажную любовь не принимают…

Ирина в очередной раз вздохнула и решила выйти с форума. Лучше уж она отдохнет, все же завтра экзамен. Что же до отслеживания комментариев, то она сможет это сделать и после. Делать это в реальном времени было выше ее сил. Она уже была готова отдать команду искину на выход, когда вдруг замерла. Ее словно кто-то огрел по голове.

Раб-землянин! Ирина еще раз просмотрела пост. Никакой ошибки. Правда, разговор уже ушел в сторону. Но какая, собственно, разница. Тут шифроваться не нужно. Самое обычное женское любопытство. Ирина быстро проговорила текст, искин добросовестно напечатал ее речь и после команды разместил пост на форуме.

Ирина: Виола, а ты не ошиблась? Как землянин мог оказаться в рабстве у багрийцев?

Виола: Ну какие могут быть ошибки. Говорю же, русский, раб дома Кендеров. Кста-а-ати, Ангела, чтобы ты знала, ему проводили регенерацию шестого уровня. Если ты не в курсе, самого последнего и стоящего пятьдесят миллионов кредитов. Вот тебе и бесправный раб…

Все. Похоже, блондинок опять унесло в сторону и Ирине здесь больше делать нечего. Впрочем, всю необходимую информацию она уже получила. Теперь нужно срочно связаться с Яшиным. Кажется, у них нашелся еще один путь, по которому они могут выйти на координаты Солнечной системы.

– Ирина? Ты чего не спишь? У тебя же завтра серьезный экзамен.

– Серьезный для того, Игорь Ильич, кто во время семестра ерундой занимался. А я, как вы знаете, учусь с удовольствием и завидным прилежанием. Так что пусть другие боятся.

– Вот это правильно. Знай наших. Но ты чего звонишь посреди ночи-то?

– Появились кое-какие сведения, вот и не утерпела.

– Говори.

– В Багрийской империи есть такой древний и уважаемый дом Кендеров, у которого на службе имеется раб с Земли.

– Намекаешь на то, что ирианцы отправляют некоторых землян прямиком в загребущие руки багрийцев? Но я тебя разочарую. Он мог оказаться в рабстве как угодно. В конце концов, попасть в плен, а оттуда в рабство. Это у багрийцев в порядке вещей. Словом, нам нет до этого никакого дела. Но мне кажется, что это не все. Что на сладенькое?

– Есть и на сладенькое. Одно обстоятельство. Это русский, на вид старик, да еще и прошедший регенерацию последнего, шестого уровня.

– Хочешь сказать…

– Корпорация Арика вывозит людей с Земли на протяжении последней сотни лет, – перебила Яшина Ирина. – Среди известных мне землян только незначительная часть выглядит стариками. При этом они не могут себе позволить пользоваться регенерационными капсулами выше третьего поколения. А тут шестого. Значит, перед этим вполне возможно была пятого. Но регенерация уже мало помогает.

– Хочешь сказать, что ему глубоко за сотню лет?

– Если не под двести или даже за… – нетерпеливо поерзав на кровати, выпалила девушка.

– Но это значит, что кто-то вывозил рабов с Земли задолго до того, как ее обнаружила корпорация Арика!

– Вот именно!!!

– Вот так новость! И где нарыла?

– Не поверите. На форуме блондинок.

– Ну вот, а ты не хотела туда лезть. Хм. Правда, это все пока наши догадки, основанные на одних лишь ощущениях. Но, должен признать, направление мне кажется вполне перспективным, – одобрительно подмигнув девушке, произнес Яшин. – Порядок, Ириша. Информацию принял к рассмотрению. Подумаем с Семеном, как ее можно будет реализовать.

– А я уже знаю, Игорь Ильич.

– Да ты сегодня прямо-таки полна сюрпризов. Ну излагай.

– Виола говорила, что молодой господин прибыл на курорт вместе с сопровождающим его рабом, и, судя по поведению последнего, тот еще и воспитатель. Прибыл он, чтобы кое-чего лишиться и кое-чему научиться. Ну, вы понимаете. А значит, так быстро оттуда не сбежит.

– Хочешь предложить перехватить его на курорте и обработать, не отходя от кассы, обоих?

– Ну да.

– Ирин, тут ведь дело такое. Я, конечно, понимаю, что можно развести мужика, и не доводя до интима, тем более малолетку. Но… В общем, чужая территория, менталитет багрийцев нам неизвестен, вдруг для них динамо – как красная тряпка для быка.

– Хотите сказать…

– Если идти этим путем, то нужно быть готовой идти до конца, – твердо произнес Яшин, подтверждая свои слова резким кивком.

– Игорь Ильич, а к чему эти сопли? Что-то сомневаюсь, что на агентурной работе вы больно-то комплексовали, если вам нужно было подложить своего агента под нужного человека. А тут такая нерешительность.

– Хм. Они и ты, как говорится, – две большие разницы. Ты в первую очередь боец, и твоя прежняя служба свидетельствует о том, что ты все время позиционировала себя именно так, и никак иначе. А тут придется полностью перепрофилироваться. И наконец, тогда я был на Земле и имел определенные рычаги воздействия. Здесь либо мы вместе, либо просто провалим задание.

– Не волнуйтесь, Игорь Ильич. Если придется… В конце концов, он ведь не каленым железом будет меня пытать, – как-то без особого задора ответила Ирина.

– Так дело не пойдет, – покачав головой, возразил Яшин. – Либо подходишь к делу с душой, либо не стоит и начинать.

– Ну что вы сразу придираетесь. Не сомневайтесь, пока доберемся до Багрийской империи, я успею настроиться на нужный лад. В конце концов, мне не привыкать и к сексу сразу с несколькими мужиками.

– Угу. Только теперь ты будешь не под наркотой или ломкой.

– Слушай, майор, я сказала, что сделаю, значит, сделаю, – не выдержав, вспылила Ирина.

Вообще-то с выдержкой у нее был полный порядок. Но вот только сейчас… В смысле, в последнее время… В общем, похоже, что у нее появился некий пунктик. Впрочем, вспылив, она выглядела настолько решительно, что Яшин даже одобрительно кивнул. Однако все же решил уточнить еще один момент:

– Ирина, только сначала экзамен. Учебу запускать никак нельзя.

– Не вопрос. Я уже просмотрела график лайнеров, отправляющихся на планету Флайя, где находится этот курорт. Ближайший будет только послезавтра. Я думаю, есть смысл дождаться его, чем передвигаться на перекладных. Если и выиграем, то самую малость, зато ненужных неудобств куча.

– А как быть с законом подлости? Знаешь, как оно бывает, когда не хватает всего одной минуты?

– Как любит говорить мой друг Пошнагов, я не представляю, насколько нам должно не повезти, чтобы все сложилось именно так. И потом, у нас есть имя. Этот юный Кендер не секретный агент и не высокий чиновник, чтобы его нельзя было найти, причем без особого труда. А на курорте там или на родной планете – без разницы. И потом, этими радостями так быстро не насытишься, только во вкус войдешь.

– Добро. Тогда до завтра.

Похоже, на этот раз закон подлости взял выходной. Перелет до Флайи прошел без каких-либо эксцессов или неожиданностей. Так же без труда удалось обосноваться в нужном отеле. Вообще планета специализировалась именно на туризме. Нет, конечно же здесь имелось и производство, но оно ориентировалось только на внутренний рынок и обеспечение туристов всем необходимым. Именно они и были основной статьей дохода.

Здесь можно было получить практически все, что душе угодно. Приверженцев морского побережья ожидали комфортабельные отели и пляжи или дикие условия с минимумом удобств. Любители охоты могли попытаться добыть самых разных животных, от безобидных и неповоротливых до агрессивных и смертельно опасных. Страстных скалолазов и лыжников ожидали на горных курортах.

Отель «Голубая лагуна», который был нужен землянам, уютно примостился на берегу этой самой лагуны с водой нежно-голубого цвета. Ирина думала, что после Океании у нее сложилось стойкое предубеждение к большим водоемам. И абсолютно без разницы, что это будет: озеро или океан. Однако пребывание на отдыхе в комфортабельном отеле, когда из всей одежды на тебе – лишь весьма скромное бикини, сыграло свою положительную роль. Ей тут решительно понравилось. Настроение было на высоте, и ею полностью овладело чувство, что она способна свернуть горы. Хм. Кстати, лагуну огибали довольно-таки изящные скалы.

Молодой человек со своим воспитателем и парочкой крепких рабов-охранников все еще отдыхал в отеле, и это Ириной было воспринято как добрый знак. Единственное, что ее смущало, так это необходимость сближения с повесой из знатного дома.

Нет, она вовсе не сомневалась в своих чарах. Парнишка, как говорится, пошел вразнос, и теперь достаточно легкой улыбки, кокетливого взгляда, чтобы он тут же сделал стойку. Среди отдыхающих женского пола даже установилось некое соперничество, кому удастся затащить его в постель в этот день.

Но правда заключалась в том, что Роговцева всячески хотела этого избежать. Именно поэтому и не предпринимала никаких шагов к тому, чтобы обратить на себя его внимание. Возможно, если бы она была одна такая белокожая блондинка, то у нее ничего из этого не вышло бы. У нее просто не было шанса не выделиться на фоне багриек, жгучих брюнеток со смуглой кожей с сероватым оттенком. Однако в отеле было предостаточно ирианок, которых как раз и отличали светлые волосы и кожа.

Яшин уже начал коситься на девушку, так как за трое суток она не предприняла ничего, чтобы обратить на себя внимание молодого Кендера. А вот сама Ирина по этому поводу ничуть не волновалась. В конце концов, ее задача не охмурить переживающего гормональный взрыв подростка, а получить информацию от старика, его воспитателя.

– Прошу покорнейше простить недостойного раба, милостивая госпожа.

Ирина, лежавшая в этот момент на шезлонге под лучами нежного флайского светила, открыла глаза и посмотрела на старика, склонившегося в почтительном поклоне. Вообще-то достаточно необычное зрелище. За все время пребывания здесь и постоянного наблюдения за этой парочкой она ни разу не видела, чтобы этот все еще крепкий старик гнул спину хоть перед кем-нибудь. Максимум, чего от него можно было ожидать, – это легкий кивок, да и то если он находился перед представителями багрийской аристократии.

Дом Кендеров – один из богатейших и влиятельнейших в Багрийской империи. А потому от уважения к этому дому перепадало и их рабам. Оно, с одной стороны, вроде как и бесправные невольники, но все дело в том, кто их хозяин. Есть такие, что пренебрежение к своему имуществу воспринимают как личное оскорбление.

И уж тем более не рекомендовалось выказывать пренебрежение по отношению к кормилицам, ведь их багрийские аристократы любили подчас больше, чем матерей. С десятилетнего возраста к мальчикам приставлялись воспитатели, которые составляли особую нишу рабов. Отбирались они самым тщательным образом и только из проверенных рабов. Позволялось им многое, но и спрашивалось в разы серьезнее.

Так вот, воспитатель отпрыска главы дома Кендеров мог позволить себе достаточно вольное обхождение. И уж тем более с ирианцами, которых багрийская аристократия никак не желала ставить с собой на одну ступень. Нет, за дерзость с рабов спросится, тут без сомнений. Все же ирианцы – вольные люди. Но опять же смотря с кого и в какой степени. Этому старику, пожалуй, просто попеняют и шутя погрозят пальцем.

– Вы ко мне обращаетесь? – мило улыбнувшись, поинтересовалась девушка, всячески стараясь подчеркнуть свое дружелюбие.

– Это так, да простит меня высокочтимая госпожа.

– Ну что же, я вас очень внимательно слушаю.

– Я… – все же запнулся в нерешительности старик, но потом взял себя в руки и с нескрываемой надеждой произнес: – Недавно мне стало известно, что в ирианской империи появились мои земляки. Много земляков.

– А с какой вы планеты?

– Они называют ее Земля.

– Ну да, я землянка. Так вы…

– Получается, тоже землянин.

– Погодите. Вы сказали, они называют планету Землей. А как вы ее называете?

– Ну, когда меня вывезли оттуда, я не слишком-то разбирался в названиях планет, но точно знал, что твердь покоится на трех китах.

– Ого. Это в каком же году вас вывезли?

– Одна тысяча восемьсот двенадцатый. В то лето Бонапарта напал на Россию-матушку.

– Так вы русский? – переходя на язык родных осин, произнесла Ирина.

– Да, русский, – с видимым трудом и заметным акцентом ответил старик.

Он уже отвык от родной речи. Опять же современный язык и тот, что был две сотни лет назад, некоторым образом отличаются. А старик еще и успел его изрядно подзабыть. Словом, для дальнейшего общения было куда проще вновь перейти на межгалактический. Что Ирина и сделала, к явному облегчению старика.

– Но как вы поняли, что я землянка?

– Не знаю. Вы очень похожи на ирианку, но отличаетесь чем-то таким, неуловимым. А еще я рассмотрел на вас вот этот крестик. Вы православная?

– Да, я православная.

Ирина едва сдержала свое ликование. Еще перед отъездом сюда она подумала, что если старик, по чью душу они едут, был похищен с Земли хотя бы сотню лет назад, то он почти со стопроцентной гарантией должен быть по-настоящему верующим человеком. Не могло быть иначе. А значит, он просто обязан был пронести свою веру через всю жизнь.

И вот, она оказалась права. Старик не смог пройти мимо, возможно, единственного человека его веры, которого он видит впервые за долгие годы. Именно на это и был расчет. Ирина прекрасно понимала, что шанс на это невелик. Но простой медный крестик на самой обычной суровой нитке должен был его заинтересовать, потому что никак не мог являться украшением.

Не сказать, что Ирина вышла из семьи верующих. Напротив, ее родители были ярыми атеистами. А вот она из-за войны сподобилась обратить взор к Богу. Возможно, причина в том парнишке, Евгении Родионове, рассказ о котором она услышала еще в первую свою командировку. Он отказался снять с себя крестик и принять ислам в обмен на жизнь. За эту стойкость и крепость веры многие почитают его за святого, хотя он и не канонизирован.

Но, как бы то ни было, именно рассказ о нем привел Ирину в небольшую церквушку на территории военного городка, где она и приняла крещение. Именно там батюшка и надел на нее этот самый крестик, с которым она никогда уже не расставалась. С ним она шла в бой, с ним тонула в болоте наркотического угара, с ним возродилась к новой жизни.

Чтобы не шокировать общественность, они уединились в тени деревьев. Старик, Виктор Семенович Рашников, оказался очень любопытным. Его интересовало все. А потому их разговор затянулся на целых три часа. Встреча с соотечественницей его настолько взволновала, что он даже позабыл о своих обязанностях воспитателя молодого господина.

Он больше слушал, чем говорил сам. Поэтому Ирине пришлось удариться в исторический экскурс. Рассказать, через что пришлось пройти православию в коммунистические годы. А именно этот вопрос в первую очередь интересовал бывшего крепостного Смоленской губернии. О том, чтобы получить весточку о своих родных, он и не думал.

Однако несмотря на то, что говорила в основном она, Роговцевой все же удалось выяснить интересующие ее вопросы. Так, например, она узнала, что десятидневку назад Рашников встретил первую за две сотни лет землянку. Но, к его глубокому сожалению, та оказалась латинянкой, а еще не пожелала общаться с рабом. Ее куда больше занимал его господин. Да и ему пришлось потрудиться, чтобы парню не снесло голову. После той первой ночи он буквально грезил ирианкой, в смысле землянкой. Н-да-а-а, знал бы этот аристократик, как о нем отозвалась Виола, наверняка все бредни о высоких чувствах тут же вылетели бы из его молодой головы.

По прошествии трех часов Рашников все же вспомнил о своем подопечном и поспешил на его поиски. Ирина же отправилась искать свое начальство, чтобы доложить о результатах. А еще она была необыкновенно довольна собой, так как ей удалось выполнить поручение, не прибегая к крайностям, от чего ее, признаться, буквально мутило. Выбравшись из ямы, она не хотела снова в нее скатиться. Будь иначе, и она воспользовалась бы своим телом еще на Океании.

– Ох, Ирина, ну и хитра-а-а. Решила действовать напрямую. И как тебе это удалось? – подсев к ней за столик на обширной террасе, поинтересовался Яшин.

– Благодаря вот этому крестику. Я оказалась права, он попал сюда двести лет назад. Вы не поверите, во время Отечественной войны тысяча восемьсот двенадцатого года.

– Ага. Значит, вы там с ним не только любезничали.

– Игорь Ильич, я попросила бы!

– Стоп, Ириша, я не знаю, о чем ты подумала, но я сказал это без задней мысли. И о чем говорили?

– В основном говорила я, провела краткий экскурс в историю.

– И?

– Да выяснила я, выяснила. Вот только чем это нам поможет, даже не знаю. Информация крайне скудная.

– Ты не томи давай.

– Его вывез некий работорговец Варган из дома Коганов. Сколько всего вывезли, Рашников не помнит. Говорит, что он видел не меньше сотни человек. Судя по всему, работорговец был средней руки, потому что выставил их на каком-то провинциальном невольничьем рынке, где обретались в основном мелкие дома. В доме Кендеров Рашников оказался в качестве подарка от главы более мелкого дома.

– Варган, Варган…

– Не стоит терять время и делать запрос, я уже это сделала, пока ожидала вас.

– Тогда выкладывай.

– Словом, был такой работорговец из мелкого дома. Но никаких упоминаний о том, что он привозил рабов с какой-то варварской планеты, нет. Я разузнала: в то время активно поставляли рабов с другой отсталой планеты, Вилины. Из этой планеты сделали самый настоящий Берег Слоновой Кости. Разумеется, никто не разбирался, откуда Варган возит рабов, с Вилины или из другого какого места. Как никто не собирался изучать язык рабов. Их обучали всему необходимому, используя метод кнута и пряника.

– Его потомки?

– Есть и потомки, продолжают дело предка и добились сравнительно неплохих результатов.

– Значит, с Земли все же вывозят рабов.

– В том-то и дело, что нет. Уже почти две сотни лет этот дом занимается тем, что разводит (если так можно выразиться) рабов и продает уже выращенных самостоятельно. Причем на рынок поступают рабы, уже прошедшие обучение. Сам же Варган погиб, и, судя по всему, вскоре после того, как доставил сюда Рашникова. Я так думаю, он успел сделать всего несколько рейсов. Если верить информации в Сети, его уничтожил ирианский эсминец, так как работорговец проигнорировал его требования сдаться. Место гибели неизвестно. Но можно попробовать найти обломки корабля и добраться если не до бортового искина, то хотя бы до одного из аварийных. Тогда у нас появится маршрут, которым пользовался Варган.

– Это все равно что искать иголку в стоге сена. Опять тупик.

– Не думаю. Нужно полазить в ирианской Сети. Очень может быть, что сведения отыщутся там. В связи с тем, что торговля людьми ирианцами всячески преследуется, о случаях уничтожения работорговцев должны трубить на весь свет. А там можно потянуть за веревочку. Не думаю, что координаты гибели этого судна будут держать в тайне.

– Ну, допустим, мы установим систему. Но ведь она не так уж и мала. Найти там обломки одного корабля будет не так уж и просто. Все равно – иголка в стоге сена.

– Ну вы же сами говорили: нельзя пренебрегать никакой возможностью. Кстати, у этой шансов больше, чем у меня с моей учебой.

– Опять на удачу намекаешь? Запомни, Ирина: удача любит подготовленных.

– А мы разве не готовимся? Мы не просто так получили информацию о Рашникове, а упорно работали с форумами землян. И искать обломки багрийца будем тоже не в надежде на удачу, а с применением полученных мною знаний.

– Хм. Пожалуй, ты права. Л-ладно, мне и Семену здесь делать больше нечего. Случись что – ты и сама за себя постоишь. А мне не терпится заняться сведениями об этом Варгане. Да и других дел хватает.

– А мне что делать?

– Как – что? Отдыхай. Хоть все каникулы.

– Ну, раз уж начальник разрешает. Я, пожалуй, еще дня три позагораю.

– Вот и действуй. И еще. Перед началом следующего семестра подашь документы на платную форму обучения с восполнением долга по стипендии.

– Не поняла, а это еще зачем? У нас что, деньги лишние появились?

– Ну, во-первых, мы действительно не бедствуем. Я провернул несколько весьма выгодных операций, есть и стабильный доход. К тому же мы имеем постоянное пополнение бюджета с Океании. Там ребята основательно закрепились. Во-вторых, ты все так же будешь обучаться и станешь дипломированным специалистом. Если возникнет необходимость, ты всегда сможешь вернуться на государственную службу. Сейчас такой маневр еще возможен, а с началом семестра уже будет поздно.

– Думаешь приобрести корабль? А как только я получу диплом, отправиться на поиски обломков корабля Варгана?

– Дипломированный навигатор там будет совсем даже не лишним. А данное направление в настоящий момент мне видится наиболее перспективным. Если появится что-то другое, опять внесем коррективы.

– Ясно.

– Ну тогда отдыхай.

Обиделась ли Ирина на то, что ее оставили здесь? Да ничуть не бывало! Она вдруг поймала себя на мысли, как многого была лишена в прошлой жизни. Сначала поставленная цель – добиться во что бы то ни стало назначения в боевую часть, а соответственно направить всея усилия только на боевую подготовку. Потом служба, да так, чтобы не расслабляться, потому что слишком резкие перепады из мира в войну сказывались на психике не лучшим образом. Наркотики, Океания, учеба. Она все время была при деле и никогда по-настоящему не отдыхала.

И вот наконец берег уютной лагуны и она в бикини, подставляющая свое тело под ласковые лучи. Да пошло оно все. Быть может, таких дней у нее больше не будет, а потому все побоку и только отдыхать.

А вот это шалишь. Мужики в программу отдыха не входят. Юный багриец обратил-таки на нее свое внимание. Ирине пришлось взять себя в руки, чтобы не рассмеяться в лицо этому мальчишке, изображавшему из себя непревзойденного мачо. Правда, красовался он перед Ириной недолго, потому как появившийся на горизонте воспитатель отправил ухажера восвояси.

Кстати, с Рашниковым они продолжали общаться на протяжении всего времени, пока Ирина отдыхала в отеле. Они успели о многом поведать друг другу. Так, например, он узнал практически всю ее историю, как говорится, без купюр. Разве только она назвалась бойцом простой части и не упомянула о задании, которое выполняла. Узнала Ирина и его историю жизни.

Уже на следующий день после отбытия Яшина Роговцева получила от него весточку. Очень короткую, но обнадеживающую. «Ирина, ты гений. Отдыхай. Всему свое время». Вот так вот. Похоже, они ухватили удачу за хвост и Ирина оказалась права. В Ирианской империи и впрямь никто не стал делать тайну из уничтожения работорговца.

Как говорится, все имеет свойство заканчиваться, и плохое, и, что самое обидное, хорошее. Закончились и ее каникулы. Нет, в смысле, до начала учебы времени оставалось более чем достаточно, но вот чем заполнить это время, оставалось пока непонятным.

Однако этот вопрос разрешился сам собой, когда их лайнер вынырнул из подпространства у Клайпа. Едва ее аккаунт авторизовался в системе, как тут же сработал сторожок, который она установила на Пошнагова. Значит, Сергей сейчас дома, во всяком случае, в системе и, с большой долей вероятности, – на планете. Прибыл два дня назад.

Впрочем, с него станется тут же снова куда-нибудь улететь. Поэтому Ирина сделала запрос в диспетчерскую службу относительно «Щуки». Ну вот и чудненько. Корабль стоит в списке на завтрашний вылет. Конечно, разрешение можно получить и непосредственно перед отлетом, но, если не горит, лучше все же это делать по предварительной заявке. К тому же Сергей предпочитал не оставлять свой корабль на орбите, а пользовался космопортом.

Решив сделать ему сюрприз, Ирина не стала с ним связываться и извещать о своих планах. В конце концов, одно другому не помеха. К чему бегать от самой себя? А то, что у него уже завтра вылет, так ничего страшного. Можно отправиться в полет и вместе. Кстати, у него там и виртуал установлен, так что скучать точно не придется. Опять же при случае Сергея можно будет посвятить в их планы и включить в группу. Согласится ли он? Еще как согласится, потому как наведаться в гости на Землю совсем даже не откажется. Ведь у него там дети.

Да, теперь только дети. Ирина была уверена в том, что Нина, жена Сергея, не простит ему предательства. Пусть он в тот момент думал только о ее благе и благе детей. Своими действиями он сильно ранил любящую женщину, которая прошла с ним бок о бок через многие испытания. Поэтому Ирина не боялась его потерять. А дети… Дети – это святое. Она сама себя перестала бы уважать, если бы попыталась его отвадить от них.

Так что посвятить Сергея в их планы и привлечь к работе – хорошая идея. И они наконец смогут быть вместе, без каких-либо условностей. К тому же у него нарабатывается бесценный практический опыт пилота, то, что не купить ни за какие деньги и не получить ни в каком, даже самом реалистическом виртуале.

Ирина решила не откладывать визит в долгий ящик. Быстренько заскочила к себе, чтобы сбросить вещи. Отзвонилась Яшину, доложившись о прибытии. Тот в очередной раз подтвердил, что она вольна распоряжаться своим временем по собственному усмотрению. Не возражал и по поводу возможной прогулки на Алаянку. Благо дорога у Сергея уже давно накатана. Закончив с делами и наскоро приведя себя в порядок, она выпорхнула из своей квартиры.

Дверь послушно распахнулась, повинуясь приказу Ирины. Они не стали менять своих старых привычек, и у них обоих был свободный доступ в жилища друг друга. Ну и что с того, что в их взаимоотношениях кое-что поменялось. Неизменным осталось главное – они все еще друзья и оба дорожат этой дружбой. А сегодня… Сегодня так и вовсе все вернется на круги своя, а может, даже перейдет на новый уровень…

– Сергей?

Ирина резко обернулась на молодой девичий голос. И впрямь девочка. Лет двадцать, изящная, если не сказать хрупкая, фигурка, с хорошо обозначенной грудью, подчеркиваемой легким халатиком. Копна иссиня-черных волос, обрамляющая милое, прямо-таки ангельское белое личико. Глаза… Большие, карие, притягательные.

Все это Ирина рассмотрела буквально мгновенно. И столь же стремительно изменилось выражение ее лица, взгляд стал не то что злым, но едва ли не свирепым. Угу. Ею тут же овладело чувство собственничества. А еще – яростное желание тут же растоптать соперницу…

Ирина едва успела среагировать и отскочить назад, благо она уже миновала узкий коридор. Атака была произведена внезапно, молча, молниеносно и весьма профессионально. Девушку спасло какое-то шестое чувство, нечто эфемерное и необъяснимое, появляющееся у многих бойцов, прошедших через горнило войны.

Повторная атака. Сместиться влево, пропуская клинок мимо своего тела. А теперь произвести захват. Мимо. Если уклониться ей еще удалось, то перехватить руку с ножом не получилось. Эта мелкая фурия двигалась с невероятной быстротой. Без какой-либо предварительной подготовки она предприняла очередную атаку, и Ирине пришлось вновь разрывать дистанцию.

Да этот ангелочек – самый настоящий профи. Научиться так искусно владеть клинком можно только после длительных и упорных тренировок. То, что Ирина еще не получила ни единой царапины, было скорее чудом, помноженным на боевой опыт. Но если не перехватить инициативу в свои руки, все может закончиться очень плохо. А с жизнью расставаться в ее планы как-то не входило.

Очередная атака. Ирина отклонила руку с клинком внутренней стороной правого предплечья, а затем тут же перешла в атаку. Ребро ладони, скользнув вдоль отбитой руки противницы, с силой врезалось в шею взбесившейся фурии. Роговцева вложилась в удар, как говорится, от души, поэтому нападающую буквально смело на пол, где она и замерла без движения.

Быстро связать бесчувственную девчушку тем, что попалось под руку. Тут уж не до жиру. Попутно проверить пульс и убедиться, что она жива. Не хватало еще разборок с полицией. Здесь не Океания, и хотя ношение оружия вполне легально, разве только не открыто, за убийство спрашивают строго. А уж если невозможна регенерация – и подавно.

Ага. С этим порядок. А теперь позвонить этому дон-жуану, если только эта красавица оказалась здесь не затем, чтобы его убить. Кто его знает, чем там занимается Сергей попутно с торговлей. В общем-то контрабандой этот мир не удивить, и в той или иной степени этим промышляют все торговцы. А требования, как и спрос, у владельцев товара могут быть самыми разными.

– Сергей, привет.

– Здравствуй, Ирина. Что-то случилось? – обратив внимание на слегка растрепанный вид подруги, поинтересовался Пошнагов.

– Даже не знаю, как тебе сказать. Ты в последнее время никуда не вляпывался?

– Ну, как сказать… Погоди, а что это… Ты у меня? – наконец распознав интерьер за ее спиной, поинтересовался Сергей.

– Угу. И тут на меня набросилась какая-то фурия с ножичком.

– Клайра? С тобой все в порядке? Она мастерски владеет клинком и сейчас сильно напугана.

– Значит, этого ангелочка зовут Клайра? Красивое имя. И девочка красивая.

– Ирина…

– Сереж, ты извини, мне пора бежать. Я заскочила только для того, чтобы повидаться перед отлетом.

– Но…

– Все, Сергей, пока.

Ирина отключила связь, тут же заблокировала его аккаунт и посмотрела на пленницу. Та уже пришла в себя и внимательно рассматривала победительницу в их коротком, но яростном поединке. И, надо сказать, теперь той ярости в ее взгляде не было, но зато присутствовало любопытство.

– Ну и чего ты на меня набросилась? – заметив, что девушка пришла в себя и слышала их с Сергеем разговор, поинтересовалась Ирина.

– Я подумала, что вы посланец клана и здесь, чтобы убить меня.

– С чего бы это?

– Ну-у-у, вы так на меня взглянули.

– Надеюсь, если развяжу, теперь бросаться не станешь?

– Нет. Вы подруга Сергея.

– Угу. Вот именно, что подруга. Ладно, не обращай внимания. Твои извинения я принимаю, прими и ты мои. Прощай.

Разбираться во всем этом Роговцевой явно не хотелось. Едва сдерживая готовые вырваться наружу рыдания и стараясь выглядеть уверенной в себе, она вышла из квартиры. Потом дождалась такси и, только оказавшись внутри флаера, позволила скатиться по щеке первой слезе. Сказать, что ее душили обида и злость, – это не сказать ничего.

Глава 7. Новое предприятие.

– …через плетень…

Вот это и называется малым загибом. Но до чего же красиво и гладко! Аж кровь по венам побежала быстрее. Вроде и не девка, а чувствует, как щеки порозовели. Вряд ли кто-то сможет понять, отчего в груди Сергея разлилось тепло. Потому что этот нескончаемый словесный поток, претендующий уже на вполне большой загиб, звучит на великом и могучем. А знатоков этого языка здесь, можно сказать, и нет вовсе. Редкие русские, расселившиеся по звездным системам, не в счет.

Но каков красавец! Как выводит рулады, переплетает слова и целые выражения. Да он просто поэт. Прямо-таки кружева плетет. Вот очередное коленце. Вытянет или запнется? Очень уж круто завернул. Ага! Знай наших! Ну мужик, ну силен!

Оп-па! Не судьба загибу перерасти в большой. Бармен не принадлежал к ценителям непечатной лексики, пусть даже он не понимал ни слова. А скорее все же ему не понравилось чересчур уж возбужденное состояние клиента. В руках работника сферы услуг появился телескопический шокер.

Мгновение – и здоровяк, дернувшись в конвульсиях, рухнул за стол. Удачно так рухнул, опустив свою задницу на стул и уткнувшись лицом в тарелку с закуской. Еще бы вместо инопланетного блюда подставить салат оливье – и полное соответствие канонам.

Интересная модель шокера. Раньше Сергей ни с чем подобным не встречался. С одной стороны, вроде как применяется дистанционно, с другой – является контактным оружием самообороны. А соответственно никаких дополнительных разрешений на применение не требуется. Вот, к примеру, использование шокера Пошнагова строго регламентировано. Конечно, за его использование свободы не лишат, но штраф наложить вполне могут.

Кстати, абсолютно непонятно за что. Эффект у стреляющих и контактных шокеров совершенно одинаков. И в том и в другом случае следует кратковременная потеря ориентации или памяти. Все зависит от плотности контакта с телом. Убить этим оружием попросту нереально, даже страдающего сердечным заболеванием. Разве только у того будет какой-нибудь кардиостимулятор. Но кардиостимуляторы не применяются здесь уже достаточно давно. К чему, если есть регенерационная капсула, с успехом справляющаяся со всеми недугами.

– Спокойно, парень. Он теперь – моя проблема, – заслоняя собой столь внезапно обнаружившегося русского, произнес Сергей.

Вышибала не стал сразу же обострять ситуацию, остановившись на полпути к клиенту и бросив взгляд на бармена. Вообще-то в таких случаях вызывали силы правопорядка и сдавали нарушителя им на руки. Те определяли буяна в камеру и, когда он окончательно приходил в себя, выписывали штраф. Любишь побуянить – плати и гуляй спокойно. Но именно спокойно, потому как повторный штраф в течение месяца уже вчетверо больше первого, тоже далеко не копеечного.

– Я уже вызвал патруль, – окинув Сергея взглядом, произнес бармен.

Его озабоченность понятна. В случае ложного вызова патрульные наложат штраф на вызвавшего. А так ему полагается треть от штрафа. Как говорится, почувствуйте разницу.

Хм. Похоже, сэкономить не получится. И ведь непонятно, сможет ли этот земляк потом вернуть долг. Вроде не пропойца, отношение к которым у Пошнагова сугубо отрицательное. Л-ладно, парень. Русские своих не бросают. А вот и патрульные. Как и ожидалось, двое крепких парней в униформе. Достаточно крепких и экипированных, чтобы справиться с большинством ситуаций по нарушению правопорядка.

– Что тут происходит? – поигрывая электрошоковой дубинкой, поинтересовался капрал.

Тоже интересный образец. Можно использовать в любой вариации. Хочешь – череп проламывай. Хочешь – гаси разрядом. Причем не нужно тыкать электродами, достаточно прикоснуться любой частью, и жертва тут же получит разряд. На боку имеются еще и дистанционные шокеры. А вот боевого оружия нет. В случае необходимости в нем патрульные должны вызывать подкрепление, которое реагирует достаточно быстро. И тогда только держись, потому как тебе предстоит разбираться с живыми танками.

– Этот клиент увлекся спиртным и, когда я отказался налить ему очередную порцию, начал буянить. Чтобы успокоить его, я применил шокер, – с готовностью пояснил бармен, заодно переправляя блюстителям порядка видеофайл со своего персонального искина.

– Ясно. А этот? – Капрал указал на Сергея.

– Этот подошел после и, похоже, вообще был не с ним.

– Ну и чего тогда ты тут замер, как верный пес, охраняющий хозяина? – смерив Пошнагова любопытным взглядом, ухмыльнулся старший патруля.

– Господин капрал, я не хочу обострять довольно простую ситуацию, поэтому попросил бы вас не провоцировать меня. Тем более я ничего не нарушил, – с каменным выражением лица ответил Сергей.

Ну не нравится ему, когда с ним вот так пренебрежительно. И плевать, что это блюститель порядка. Хочешь, чтобы все вокруг тебя придерживались определенных правил, будь добр сам следовать им. Впрочем, среди рода человеческого это попросту невозможно. Любой, получив власть, непременно станет ею злоупотреблять в той или иной степени.

– Вот и не обостряйте, – в очередной раз смерив взглядом Сергея, произнес капрал.

– Не буду, – заверил Сергей, отметив для себя, что к нему уже обращаются на «вы», хороший признак. – Я хотел бы покончить с формальностями прямо сейчас, без посещения участка.

– Судя по уверениям бармена, вы с этим господином незнакомы. Вы уверены, что имеете полномочия принимать решения от имени этого человека?

– Судя по его речи, это мой земляк, поэтому расходы я возьму на себя. Так что вопросов не будет.

– Угу. Но, помимо штрафа, в базе появится запись о правонарушении с его стороны, что может иметь негативные последствия потом.

– Я прекрасно отдаю себе в этом отчет, господин капрал. Но ситуация такова, что он и впрямь совершил правонарушение. Так что вопрос не в том, появится ли об этом запись, а в том, какова будет его степень ответственности.

– Логично. Нарушение общественного порядка, не повлекшее серьезных последствий. Штраф в тысячу кредитов.

– Ого! Господин капрал, зачем же сразу по максимальной планке для первого правонарушения? – уже успев сделать запрос через Алексея и получить ответ об ответственности за сие деяние, усомнился Сергей.

Не иначе как патрульным так же перепадает доля от наложенных ими штрафов, подпадающих под их юрисдикцию. Вот только несмотря на то, что Сергей решил помочь земляку, это вовсе не значило, что он готов ради этого платить по максимуму.

– А чтобы неповадно было, – отмахнулся патрульный.

– Хм. Что же, господин капрал, тогда, думаю, будет не лишним доставить его в участок и оформить штраф после того, как он полностью отойдет от удара шокером и от алкогольного опьянения.

Ага-а-а! Не хочется возиться. А может, в этом случае штраф будет наложен кем-то другим и самим патрульным ничегошеньки не достанется? Впрочем, может, им и не шла доля от штрафа, а лишь засчитывались показатели, которые влияли на размер жалованья. Но в любом случае, минусы явно перевесили плюсы от разрешения ситуации прямо на месте. Потому что капрал махнул рукой и произнес:

– Учитывая, что никаких особых претензий к нарушителю нет, а также принимая во внимание вашу готовность уплатить немедленно, я назначаю минимальный штраф в пятьсот кредитов.

– Благодарю, господин капрал. На какой счет сделать перевод?

– Держи.

– Ага. Понял. Перевожу. Пожалуйста, подтверждение.

– Принято. Но учтите, я провел вас поручителем. Если вдруг это повторится, вы оба понесете ответственность, как при повторном правонарушении. Причем по максимальной планке.

– Я понял, господин капрал. Благодарю вас, вы можете не беспокоиться, все будет тихо и пристойно.

Хм. Интересно, а Сергей вообще имел основания давать подобное обещание? Кто его знает, каким бузотером может оказаться этот тип. К тому же комплекция у него настолько внушительная, что Сергею с ним вряд ли удастся справиться без шокера. Впрочем, чего себя накручивать, очнется – будет видно.

А вот понять, отчего это он вдруг ринулся помогать незнакомому человеку, не мешало бы. Он, конечно, к землякам со всем уважением, но опять же просто так к себе никого не подпустит. Даже когда венгры предложили ему заняться перевозкой людей, строго обозначил границы, до которых они будут сотрудничать. И вообще, в своей обычной манере старался держаться особняком.

Неужели на него произвел такое впечатление этот самый загиб? Нет, ну а что, исполнение прямо-таки виртуозное. Даже искренне жаль, что, кроме Пошнагова, никто этого оценить не может. Вот у него так ни за что не получится, даже если вызубрит все от зубов. Тут нужен особый подход, так, чтобы с душой, от сердца.

Ага. Мужик зашевелился. Поднялся на руках. Поймал равновесие. Взъерошил волосы, как видно стараясь привести в порядок мысли. Потом уперся в столешницу локтем и уставился на Сергея, поддерживая голову раскрытой пятерней. Угу. Еще и стон страдальческий издал. И в глазах – вселенская печаль. А кто говорил, что будет легко. После такой встряски, да подшофе, немудрено.

– Бармен, подай пару стопок горлодера. Да не смотри ты так. Думаешь, у меня есть желание выплачивать еще четыре тысячи?

– Вы уверены?

– Да уверен, уверен.

– Т-ты кто? – наконец разродился мужик.

– Дед Пихто, – по-русски ответил Сергей.

– О-о-о, зема, – обрадовался страдалец.

Когда же перед ним оказалась стопка с горлодером, так обрадовался еще сильнее. Чокнулись.

– Витя.

– Сергей.

Выпили.

– Ох, зар-раза, ну и гадость. Даже с нашей паленкой не сравнится, а уж с самогоном… Погоди.

Виктор вдруг выпрямился, словно проглотил лом. В глазах тут же появился осмысленный недобрый блеск. Голова медленно повернулась в сторону бармена. Тот поспешно зашарил под стойкой, не иначе как искал шокер. Наблюдая за этим, Виктор зловеще покачал головой: мол, не дури, хуже будет. От двери в сторону возможных неприятностей двинулся вышибала, и у этого шокер-дубинка уже был в руках.

– Вить, ты, конечно, можешь сейчас устроить тут разборки, но сначала выслушай меня, – спокойно и все так же по-русски произнес Сергей.

– А? Что? Ты кто?

– Сергей. Уже забыл? – Пошнагов вздернул бровь, показывая свое недоумение.

– Сергей? А-а-а, Сергей. Зема. Погоди-ка.

– Вить, остынь, говорю. Две минуты, а потом можешь разносить весь этот бар к чертям собачьим.

– Ла-а-адно. Пусть поживут еще пару минут.

Пошнагов слегка приподнял руку, давая знак вышибале, что все в порядке. Тот в нерешительности притормозил и стрельнул взглядом в сторону бармена. Сергей посмотрел и на него. Бармен кивнул вышибале в сторону двери, а сам отошел к другому краю стойки, поинтересоваться, все ли нормально у клиента, пристроившегося там.

– Вить, я все понимаю, но расклад таков, что если ты на них дернешься, то пострадаю я.

– Это как это?

– А просто. Тут был патруль орбитальных сил правопорядка, и мне пришлось заплатить за тебя штраф, чтобы ты не проснулся в обезьяннике. А еще с меня под протокол взяли поручительство за тебя. Улавливаешь, что будет, если ты сейчас устроишь разборки?

– И чего ты вписался?

– Не важно. Главное, что, если ты устроишь дебош, по-любому достанется мне.

– Никто не скажет, что за Витька пострадал кто-то другой. Все, зема, я в порядке. Да и не пьяный я, а скорее уж злой.

Вообще-то Сергей это заметил, еще наблюдая за выступлением Виктора. Будь иначе, скорее всего, он не стал бы за него заступаться. И уж тем более не стал бы заказывать по стопке горлодера.

– Сколько я тебе должен? – деловито поинтересовался новый знакомый.

– Уверен, что хочешь разобраться с этим прямо сейчас?

– Уверен.

– Пятьсот кредитов.

– Держи, – поколдовав с искином, произнес Виктор. – Давай еще дернем.

– По мне, так уже хватит. Если есть проблемы, то так ты их все одно не решишь.

– Не решу. Но может, хотя бы на время забуду, – цыкнув языком, произнес здоровяк.

– Бесполезно. По себе знаю. Только если под стол свалишься и позволишь этим инопланетянам вытирать об себя ноги. Но потом память вернется, и, кстати, вместе с похмельем и осознанием того, что тебя наблюдали не в лучшем виде. По-моему, плохой выбор. Остановиться есть где?

– Да снял тут каморку в ночлежке. Кости есть где уронить, а большего мне и не надо.

– Ну так пойди и переспи свою проблему, а там, глядишь, с утра да на свежую голову все окажется не так уж и плохо.

– Может, ты и прав. Бармен, горячего сагнолла, да покрепче, – взгляд на Сергея, – два.

– Хорошо, господин.

– Господи-и-ин. Когда тыкал меня шокером, господином не называл, – недовольно буркнул Виктор, потерев грудь.

– Да не сердись ты на него, – отмахнулся Сергей. – Он же чуть в штаны не наложил, когда ты начал выводить коленца, да еще и ручищами своими размахивать, как боевая мельница.

– Да что бы он понимал. Мне это их пойло – как слону дробина. Вот я и хотел ему объяснить.

– Так они русский мат не разумеют, – развел руками Сергей.

– Ерунда. Мат – он интернационален. Может, конкретику и не уловить, но общий смысл – без труда. Главное, с душой к этому делу. Ты помнишь, как Кузьмич с тем финном из «Особенностей национальной охоты»?

– Так они там вроде без матов спорили.

– Главное не это, а то, что когда увлеклись и раскрылись, то, не зная языка, отлично понимали друг друга. Вот кто-то скажет: кино, а я скажу: быль. Видел я подобное, и не раз. – Сказав это, Виктор с удовольствием отхлебнул обжигающий терпкий напиток.

Сергей наблюдал за новым знакомым, все больше убеждаясь, что правильно поступил, отбив его у патрульных. Нормальный мужик, с понятиями и по большому счету не дебошир. Это, скорее, бармен перестраховался.

Но вообще-то тут не салун на Диком Западе, чтобы устраивать бои без правил. Бармену этого не нужно. Заведений на станции более чем достаточно, и приличные клиенты предпочтут сменить обстановку. Эдак раз-другой, глядишь, клиентура и поменяется на безбашенных космических волков, которые отдыхать без проблем не умеют. Не успеешь оглянуться, как приличное заведение превратится в сомнительную забегаловку.

– А чего ты вообще завелся? – не удержавшись, поинтересовался Сергей. – Впрочем, можешь не рассказывать.

– Отчего же. Тут никакой тайны нет. Я работал здесь на Раянке. – Виктор ткнул пальцем вниз, подразумевая планету, на орбите которой находилась станция. – Устроился десять лет назад, после Океании. Глупость я тогда совершил. Все бегом, вперед, скачками. А чего было торопиться? Задержался бы на годик, глядишь, уехал бы с солидной суммой. А-а-а, упущенные возможности, – махнул он рукой. – Так вот, океанские денежки быстро подходили к концу, специальность по душе найти не получалось. Словом, все шло к тому, что очень скоро я проем свои сбережения и даже новую специальность придется осваивать в кредит, да еще и заниматься чем-нибудь эдаким, от чего скука сплошная.

– А кем ты был на Земле?

– Офицер, морпех.

– Ну так шел бы в армию. Насколько мне известно, тут никаких трудностей.

– Трудностей и впрямь никаких. Да только армия или какие там наемники – это в крайнем случае. Я из этого котелка уже хлебал и повторять особо желанием не горю. Интернациональный долг, то да се. Хорошо хоть полуживым вывезли, а не бросили помирать на чужбине.

– Афган?

– Ангола. Я оттуда с одной только левой рукой выбрался. Словом, обрубок. Родных никого не осталось, вот и определили меня в дом инвалидов. Да слава богу, появился на моем пути вербовщик, иначе конец.

Хм. Ангола. Получается восьмидесятые годы. А на вид мужичку – лет двадцать семь. Все же непривычно пока общаться с молодыми людьми, которые по факту старше тебя минимум на десять лет. Оно вроде и сам на свои годы не выглядишь, но ведь возраст после регенерационной капсулы никуда не девается, как и жизненный опыт.

– Так ведь корпорация вроде вывозит только неизлечимо больных, – удивился Сергей.

Этим дельцам выгоды от спасения калеки никакой. Им идут льготы только за спасение жизни разумных. В случае же с Виктором его жизни ничто не угрожало. Хотя да, без ног и руки особо не поживешь. Но если следовать букве закона, не тот случай.

– Так и есть. Я там за жизнь цеплялся, как только мог. Из последних сил, на одной злости. Да только отношение к нам было так себе. Так уж случилось, что накрыл меня туберкулез и давай прогрессировать семимильными шагами. В общем, вербовщик вывез полумертвый обрубок. А теперь ничего, нормально получилось, даже руки-ноги отрастили.

– Ясно. А дальше?

– Да дальше все очень просто. Нарвался на объявление, что требуется работник на опасную работенку. Медицинская страховка, все дела. Проверил контору, вполне зарекомендовавшая себя, не левак какой. Прилетел, устроился. Вот так и оттрубил десять лет.

– А что за контора?

– Сфера услуг для туристов-экстремалов. А вернее, охотников. Устраивали сафари на опасных хищников. Я ведь из сибиряков. Дед с детства к охоте приучал, он у меня за всю родню был. Так что, считай, по специальности устроился. Пришлось конечно же местных зверушек изучить, не без того. Но знаешь, что я тебе скажу: звери – они везде звери, а человек – та еще сволочь.

– Угу. Это факт. Еще на Океании убедился. Так а случилось-то что? Экстремалы кончились и контора разорилась?

– Скажешь тоже, кончились. Да этот народ никогда не переведется, а уж среди богатеньких буратин – и подавно. С боссом моим несчастье случилось. Мы за эти годы каждый по паре раз отправлялись на полную регенерацию.

– Ого. Опасные зверушки, как я погляжу.

– Не без того. Но так-то все обходилось. А тут легнуар, это что-то похожее на саблезубого тигра, напал на Раика. Тот свалился со скалы и проломил себе череп. А как ты знаешь, мозги восстанавливать здесь еще не научились. Хороший был мужик, царство ему небесное.

– И что, с его смертью пришел конец конторе?

– Отчего же, она в полном порядке, правда, теперь там заправляет сын Раика. А у нас с ним, мягко говоря, недопонимание. Словом, выставил он меня за дверь без выходного пособия. Хорошо хоть появился уже после проведения следствия, доказавшего мою невиновность.

– Значит, ты сейчас в поиске?

– Это точно. Денег за эти годы я успел чуток скопить. Семьей не обзавелся, так что тратить особо было некуда. Опять осмотрюсь и решу что-нибудь.

– У меня свой корабль, я лечу на Клайп. Если хочешь, можешь присоединиться. Вылет завтра в десять, по орбитальному времени. Мои координаты у тебя есть.

– Угу. Спасибо. Ладно, пойду и впрямь пересплю проблему, глядишь, ты прав окажешься и утром все предстанет в ином свете.

Они расстались, едва вышли из бара. Виктор сразу же направился к лифтовой шахте, чтобы спуститься на уровень, где располагалась ночлежка. Сергей же решил пройтись по этому уровню, являющемуся обзорной палубой и изобилующему различными магазинами, барами и ресторанами.

Особенно дорогие заведения расположились у панорамных окон, из которых открывался прекрасный вид на планету. Пообедать на вершине мира – в этом что-то есть. Именно за этим сюда поднималась молодежь из обеспеченных семей. Не сказать, что билет на орбитальный лифт запредельно дорог. Но ведь потом предстоит еще и обед за весьма кругленькую сумму. Подобное может позволить себе не каждый.

Разумеется, здесь были заведения и с вполне приемлемыми ценами. Относительно конечно же. Кто сиживал в заведениях того же аэропорта, могут себе это представить. Но ведь речь идет о ресторанах с видом из панорамных витрин. Кстати, есть и такие, где имеется прозрачный пол. Но в эти заведения вообще можно попасть только по предварительной записи.

Как ни странно, но космических бродяг типа Сергея в общей доле населения не так уж и много. У подавляющего большинства все заботы связаны с поверхностью той или иной планеты. И, как это ни странно звучит, но больше половины людей ни разу не бывали в открытом космосе. Вот такие пироги с котятами. А потому орбитальная станция – достаточно экзотическое место.

Кстати, эта станция не имела ничего общего со станциями на фронтире. В отличие от них, она изначально проектировалась как станция, а потому была куда более продуманной и приспособленной как для проживания большого числа людей, так и для перевалки значительных объемов грузов.

Подъем пассажиров на орбиту и спуск их на поверхность планеты – только побочная функция орбитального лифта, завязанного на станцию. Главная его задача – это подъем с поверхности углеводородов и другой продукции, в основном сельскохозяйственной. Ну и, разумеется, спуск товаров, доставляемых сюда грузовиками самого разного тоннажа и принадлежности. Доставка изделий, что производятся на предприятиях, основанных в космосе.

Вообще, в развитых мирах основное производство мигрировало в космос. На планетах оставались только сборочные цеха или производство с минимальным выбросом вредных веществ в окружающую среду. Похоже, люди все же осознали, что в необъятном космосе не так уж и много планет, пригодных для обитания человека, а потому вынуждены куда более бережно относиться к своему дому.

Хм. Впрочем, очень может быть, что причина тут и сугубо экономическая. В конце концов, добыча основной доли полезных ископаемых переместилась в космос, потому что это дешевле. Туда же, поближе к сырью, откочевали и обогатительные комбинаты. Ну и производители так же предпочли обосноваться в космосе.

Весь обслуживающий персонал и рабочие этих предприятий проживают в общежитиях с общими кухней и санузлом. Ни на что большее обитателям этих общежитий рассчитывать не приходится. В космосе каждый квадратный метр состоит на службе у практичности и целесообразности.

Такие же места проживания имеются и на станции, только ниже обзорной палубы. Именно в одном из них, предназначенных для сдачи внаем, и устроился расставшийся с Сергеем Виктор. Все верно, жилье станции делилось на две категории. Первая выделялась для работников станции. Вторая сдавалась внаем. Человеку просто необходимо отдыхать и расслабляться, даже если он работает вахтовым методом в космосе.

Опять же есть категория тех же рудокопов, большинство из которых предпочитают снимать жилье на орбитальной станции, а не в ночлежках при приемных терминалах. Да и сами рабочие не прочь пройтись по обзорной палубе в выходной одежде и хлебнуть чего-нибудь горячительного в приличном заведении. Сергей прекрасно их понимал, потому как сам еще недавно пахал, не поднимая головы, от зари до зари.

Так что народу вокруг хватало. Станция вообще походила на самый обычный город со смешанным населением. Кого тут только нет: рабочие, служащие, туристы, транзитные пассажиры, торговцы, военные, космические бродяги… Все это создавало самую настоящую толпу и суету, словно в муравейнике. А еще – одежда, самых разных цветов и оттенков. Ну и люди, со всеми присущими расовыми и видовыми отличиями. Вавилон, да и только.

Сергей подошел к панорамной витрине и посмотрел на планету, расположившуюся где-то там, внизу. Хм. Очень похоже на Землю. В этом полушарии, залитом лучами местного светила, он наблюдал три довольно внушительных материка. В другом полушарии находилось еще два. Между ними раскинулись бескрайние синие просторы океанов и морей. Разумеется, в очертании материков нет ничего и отдаленно напоминающего земные. А вот, к примеру, на Океании нет ни единого клочка суши. И вообще, все виденные им обитаемые планеты имеют одну общую черту – большая их часть покрыта водой.

Земля. По мере того как шло время, им все больше и больше овладевало желание посетить родную планету. Даже не так. Он хотел увидеть близких. Обнять и прижать к груди детей. Хотя… Вике сейчас уже двадцать, Димке девятнадцать. Особо к груди и не прижмешь. Но разве это имеет какое-нибудь значение? А вот Нина… С Ниной все непросто. Если дети простят и поймут, в этом он не сомневался, то жена, которая обладала весьма решительным и твердым характером, вряд ли.

Да плевать. Все равно он хочет взглянуть на них хотя бы одним глазком. И ведь теоретически у него есть такая возможность. Координаты Солнечной системы ему известны доподлинно. Остается только обзавестись подходящим кораблем – и все, привет, родина. Но как раз с этим у него имелись весьма серьезные трудности. Корабль, приспособленный к дальним переходам, стоит в разы дороже его «Щуки».

Как-то раз он наткнулся на форум земляков, где собрались энтузиасты, стремящиеся найти дорогу домой. Господи, каких только теорий там не выдвигалось. В том числе рассматривался вариант сбора средств на покупку корабля нужного класса. Сергея как-то даже посетила мысль провернуть эту операцию. Многие земляне устроились достаточно комфортно и вполне могут пожертвовать на это благое дело некоторую сумму. Эдак, глядишь, с миру по нитке…

Вот только благое ли это дело? Как бы при подобном подходе не подложить родине большую такую свинью. А такой вариант более чем реален. Той же Ирианской империи вступаться за новую систему нет никакого смысла. Океанию они и так обезопасят, хотя бы термоядерными зарядами, затаившимися на планете в ожидании страшного часа. Уж лучше сохранить рынок и продолжать покупать уникальное сырье, чем лишиться его безвозвратно.

А вот Земле не повезет. Она сразу же превратится в один сплошной Берег Слоновой Кости. Уж Багрийская империя и ее товарки не постесняются выставить там свои эскадры, чтобы никакие чистоплюи не мешали им восполнять свою потребность в рабах. Причем багрийцы в первую очередь отдадут предпочтение населению развитых стран, так как выходцев оттуда проще адаптировать под современный уровень.

Нет. Как говаривал старина Мюллер: «Что знают двое, знает и свинья». Поэтому о своих знаниях лучше лишний раз не распространяться. И в этом случае есть только один выход – заработать необходимую сумму самостоятельно. Гениальное решение. Еще бы знать, как это сделать.

Не сказать, что все это время он стоял на месте и ничего не предпринимал. В настоящий момент у него на руках, образно конечно же, находилось около двух миллионов кредитов. Результат его предприятий на Алаянке и в том числе пары последних, принесших основную долю доходов. Эти средства были вложены в государственные ценные бумаги. Прибыль так себе, совсем не то, чего хотелось бы. Зато деньги были в полной безопасности, и забрать их не составляло труда.

Более того, последние полгода Сергей также не стоял на месте. Нет, у него не прорезался талант предпринимателя. Увы. Но зато он сумел нащупать новый Клондайк. Он все так же подвязался на бирже, подбирая груз, который способна была переместить его «Щука». И его рейсы все так же пролегали только между двумя системами. Но вот с прибыльностью у этих рейсов было так себе. В среднем с прогона туда-обратно он получал всего пять тысяч, что никак нельзя было сравнить с прибылями алаянкского маршрута. Однако тут имелась одна изюминка.

Дело в том, что наука, как всегда, не стоит на месте. Вот и местные умники продолжали двигаться вперед. И это движение было сопряжено как с замедлением и определенным стопором в одном направлении, так и со всплеском и даже прорывом в другом. Как раз сейчас наблюдался именно такой прорыв в межсистемном перемещении.

Ученым удалось создать разгонные ворота, которые были способны забрасывать даже малые кораблики на расстояние десятков систем, а это сотни световых лет. Единственное условие – на противоположной стороне должны располагаться такие же ворота. Именно пространство между этими поистине колоссальными сооружениями и свертывалось.

Теоретически корабли могли покинуть этот своеобразный пространственный тоннель в любое мгновение. Но только теоретически. На практике из этого пока ничего хорошего не получалось. Из нескольких десятков кораблей, пытавшихся осуществить выход из подпространства под управлением бортовых искинов, удалось обнаружить только один. Вернее, его часть, да и то в межсистемном пространстве, причем далеко от заданной цели.

Тут проектировщикам двигателей еще предстоит поработать, причем основательно так. Создатели разгонных ворот подбросили им пищу для размышлений. Весьма обильную пищу. По всему видно, что эти самые ворота представляют собой перспективное направление и получат широкое распространение. Иначе и быть не может, потому что это переводит транспортные потоки на совершенно новый уровень. К этому изобретению сейчас приковано внимание всех государств.

Так вот, двое экспериментальных ворот располагались как раз между Раянкой и Клайпом. Вот этим-то обстоятельством и решил воспользоваться Сергей. При помощи ворот он мог преодолевать расстояние в десяток систем всего за сутки. Совершить четырнадцать-пятнадцать перелетов в оба конца за сорок дней – трудная, но не такая уж и непосильная задача. А значит, и его заработки остались на прежнем уровне.

Правда, появились и кое-какие неудобства. Так, например, ему стало хронически недоставать времени на самообразование. Какое уж тут обучение, когда некогда опустить свой зад в кресло виртуала. Прибыть на станцию, сдать груз, проследить за разгрузкой. Найти груз на обратный путь, договориться, проследить за погрузкой. И снова в путь.

Словом, опять пахота ломовой лошади, не поднимая головы и на пределе физических сил. Жаловаться конечно же грех, потому как за это время он успел заработать чистыми триста тысяч, которые также перевел в ценные бумаги. Правда, он понятия не имел, сколько еще сможет выдерживать такое напряжение. Все же при длительных переходах на Алаянку было куда как проще. Не считая той встречи с пиратом, это были просто замечательные деньки, полные покоя и уверенности.

Пошнагов уже давно пришел к осознанию, что если хочет приобрести корабль нужного класса, то ему понадобится что-то менять. Нужно придумать нечто такое, что позволило бы ему в ближайшее время заработать хотя бы двадцать миллионов.

Нет, этой суммы ему не хватит на корабль, способный проделать путь более чем в шестьдесят систем. Это если учитывать и обратный путь. В его планы вовсе не входило становиться заложником Земли. Но подобные переходы под силу только исследовательскому судну, специально приспособленному под длительные переходы и автономию.

Поэтому Пошнагов собирался купить что-то среднее, способное преодолевать расстояние хотя бы в двадцать пять – тридцать световых лет, это в среднем что-то около пяти систем, пусть и за несколько прыжков. В конце концов, ему не привыкать к длительным переходам. Вопрос же с топливом можно решить двумя путями.

Первый – довольно дешевый, простой, но долгий. Осуществить заброс емкостей с топливом в одну точку, создать там достаточные запасы, после чего отпрыгнуть на четыре системы и начать накапливать запасы там. И таким образом продвигаться все ближе к Земле.

Второй путь – более дорогостоящий, зато и гораздо более быстрый. Но тут придется проводить хотя бы поверхностные исследования. Дело в том, что газовые облака в космосе не такая уж и большая редкость. Именно этим и объясняется дешевизна топлива. Но это не значит, что они имеются буквально в каждой системе. А в межсистемном пространстве так и вовсе не стоят на месте, дрейфуя в открытом космосе.

Так вот. Если приобрести мини-газоперегонную установку и засечь координаты таких газовых облаков, то вопрос с топливом разрешится сам собой. Подобные станции, в зависимости от модификации, способны вырабатывать от одной до пяти полных заправок той же «Щуки» за сутки. Правда, его кораблику эту установку не потянуть в принципе. Она конечно же называется «мини», но, как говорится, все познается в сравнении. Для нее потребуется достаточно серьезное судно. Кстати, автономность исследовательских судов достигалась благодаря как раз таким установкам.

Заманчиво. Только вот самая дешевая подобная станция стоит порядка пяти миллионов. Дорого. Но тут ничего не поделаешь. Ведь это не просто установка, а средство получения прибыли. Конечно, с учетом стоимости топлива миллионером не станешь, но и бедствовать не будешь. Кстати, именно такие станции в большинстве своем используются на фронтире и в слаборазвитых колониях.

Так вот, если он не придумает что-то, что позволит ему переломить ситуацию, то процесс заработка необходимой суммы может затянуться на долгие годы. А ему этого не хотелось бы. У каждого человека есть предел терпению, и терпелка Пошнагова очень даже могла лопнуть. А ведь тут еще и такое обстоятельство, что он, по сути, собирался выбросить на ветер чертову уйму денег. И все это ради одного желания повидать близких.

Впрочем… Как там пелось в песне из фильма «Белорусский вокзал»? «А значит, нам нужна одна победа. Одна на всех, мы за ценой не постоим…» Вот и он не постоит. Что такое деньги? В конце концов, это только средство для достижения цели, и не более того. Разве только чем значимей цель, тем больших вложений она требует. У него цель – залюбуешься. Так стоит ли тогда удивляться цене?

Оторвав взор от планеты, Сергей направился в сторону причалов. В принципе вопрос с грузом уже решен, и с утра начнется погрузка. Но что-то от первоначального настроения прогуляться и развеяться ничего не осталось. В очередной раз свернувшие не туда мысли развеяли этот настрой, как солнечные лучи – утреннюю дымку. Поэтично? Угу. Еще бы и настроение соответствующее, так вообще все было бы в полном порядке.

«Щука» встретила его привычной и знакомой до мелочей обстановкой. Сергей столько времени провел на своем корабле, что, без преувеличения, мог перемещаться по отсекам с закрытыми глазами. Хотел было устроиться в кресле виртуала, но тут же отогнал это желание. Ну нет у него сейчас настроения заниматься самообразованием.

Обдумывая вопрос, чем бы таким заняться, решил удовлетворить любопытство относительно Виктора. Все же сам предложил земляку подбросить до Клайпа, не мешало бы узнать о нем немного больше. Бортовой искин без труда подключился к местной Сети и выполнил запрос Сергея относительно фирмы, организующей сафари.

Хм. Не мешало бы уточнить, как именно называлась контора. Потому что на поверку их оказалось несколько десятков. Причем разбросаны они по всей планете. Похоже, что связано это с охотой на различных животных. Пробежавшись по сайтам некоторых фирм, Пошнагов убедился в правильности своих выводов. Причем сафари устраивались не только на опасных хищников, но и на вполне травоядных животных. Словом, на любой вкус.

Как там говорил Виктор? Легнуар? Ага. Нашелся. А вот и список фирм, способных устроить охоту на этого, без сомнения, весьма опасного хищника. Хм. А Виктор, оказывается, работал в ведущей в своей сфере конторе, раз она возглавляет список фирм и имеет самый высокий рейтинг.

Отчего такая уверенность, что именно здесь и работал Виктор? А чего тут гадать, когда вон он на голографии, сопровождает какого-то счастливца, позирующего у трупа этого самого легнуара. Охотник – маленький, заплывший жирком, с лоснящимся лицом, с румянцем на щеках от чувства удовлетворения.

Не-э-эт, шалишь. Может, ты сейчас и чувствуешь себя настоящим храбрецом и думаешь, что круче вареных яиц, на самом деле – это все ерунда. Наверняка еще недавно ты обливался потом и трясся от предстоящей встречи с опасным хищником. Хотя и понимал, что, в принципе, тебе ничего не грозит, потому как вокруг тебя все время находились несколько отличных стрелков, готовых в любой момент прийти на помощь. И Виктор, случайно попавший в кадр на заднем плане, – один из них.

Сергей углубился в изучение содержания сайта. Тут было все – от расценок до роликов с реальными сценами охоты. Надо признать, если ты решил воспользоваться услугами фирмы, то тебе придется изрядно попотеть. Так сказать, вкусить все прелести дикой природы с преодолением реальных трудностей. Выследить дичь и, наконец, добыть ее.

А нет. Вот другой ролик, и здесь охотник находится на вышке в полной безопасности. В зависимости от его пожеланий, зверя можно бить как на большом удалении, так и подпустив его поближе. Прямо как в тире. Прицелился и потянул спуск. Ноги зверя подогнулись, он рухнул на колени и завалился на бок. Все. Чистая победа.

А что тут с расценками? Ого. Кусаются, заразы. Минимальная цена составляет пять тысяч кредитов. Максимальная из заявленных – сто тысяч. Но похоже, что все может оказаться и дороже, так как имеется оговорка о том, что эти цены предоставлены для ориентации. Окончательная сумма всегда индивидуальна и зависит от множества факторов. Постоянным клиентам скидки. Ну, это понятно.

Открыл договор. Ого. А вот это уже серьезно. Конечно, это только приблизительный текст договора, и в каждом конкретном случае он корректируется. Но все же. Сергея удивило наличие пункта об ответственности сторон в случае гибели клиента. Надо заметить, что фирма всячески старалась оградить себя от судебных притязаний. Имелось множество факторов, исключающих ответственность организаторов охоты.

В принципе на собственном опыте Сергей знал, что если следовать определенным правилам и требованиям, то вероятность несчастья можно свести к минимуму. Ведь все эти пункты инструкций по безопасности в большинстве своем написаны кровью. И кстати, выполнить их не так уж и сложно.

А как там у других фирм? В принципе цены вполне сопоставимы. Возможно, популярность конторы, где работал Виктор, обусловлена более качественным предоставлением услуг. А, вот еще что. Несмотря на наличие пункта о снятии ответственности с фирмы в случае гибели клиента по неосторожности, в их конторе подобных случаев не было. А вот сами работники получали весьма серьезные увечья, даже со смертельным исходом.

Все это тщательнейшим образом зафиксировано на сайте и выложено для общего обозрения. Лишний рекламный трюк. Мол, вот она, опасность, налицо. Но вместе с тем мы делаем все, дабы обезопасить наших клиентов, даже рискуем собственной жизнью. Вам же остается только получить свою дозу адреналина, участвуя в самом реалистичном шоу.

Сергей сделал запрос о владельце фирмы. Угу. Все так и есть. Погиб во время проведения сафари. Он сопровождал клиента на охоту за каким-то местным травоядным. Передвигались пешком, чтобы, так сказать, вкусить всю гамму ощущений. Появление легнуара оказалось самой настоящей неожиданностью.

Похоже, все сходится. Разумеется, об увольнении Виктора нет ни слова, ну да это и понятно. Не та информация, чтобы ее выкладывать в Сеть. Обычные кадровые вопросы, которые никому не интересны. Но зато теперь земляка можно смело принимать на борт без тени сомнений. Ну, почти смело. Впрочем, сомнительно, чтобы риск был столь уж велик.

Виктор появился за полчаса до отбытия. «Щука» уже приняла груз, пополнила запас топлива и была готова к отходу. Оставалось только дождаться запланированного времени и получить добро от диспетчера. Никаких причин для форсирования графика полетов не было, а потому кораблик мирно дремал у причала, все еще имея сообщение со станцией.

– Предложение еще в силе? – поинтересовался Виктор, когда Сергей появился в переходном рукаве.

– Для этого обязательно было вызывать меня сюда? По линии связи запросить нельзя? – возмутился подобным поведением Сергей.

– Знаешь, меня всегда учили, что только личный контакт может наилучшим образом охарактеризовать человека. Зачастую первое впечатление оказывается и наиболее правильным.

– Ясно. Ну и как, я прошел тест? – ткнувшись плечом в стенку рукава, полюбопытствовал хозяин и пилот «Щуки».

– Хм. Вообще-то главное о тебе я понял еще вчера, даже будучи подшофе.

– И как?

– Как видишь, я здесь.

– Ну и какого тогда устраивать повторные гляделки?

– Ну должен же ты составить обо мне мнение, когда я полностью трезвый.

– Во-о-он оно как, – с показной важностью произнес Сергей, а потом махнул рукой. – Витя, ты как не русский. За нас все давно сказали наши предки – что у трезвого на уме, то у пьяного на языке. И коль скоро пьяный ты в порядке, то отчего трезвым должен оказаться с гнильцой?

– Никогда не считал, что состояние опьянения может служить мерилом.

– А еще офицер. Чтобы ты знал, в царской армии командир части всякий раз устраивал званые обеды у себя дома в честь прибытия нового офицера. Во время застолья новичка планомерно и методично накачивали спиртным, дабы вся его гниль, коль скоро таковая имеется, вылезла наружу. Алкоголь – зло, но даже его можно использовать на пользу, если не терять головы. Ну чего стоишь? Проходи уже. Скоро стартуем.

От причала отошли по графику, а затем «Щука» сделала плавный разворот и неспешно двинулась в сторону разгонных ворот. Возникни в этом необходимость – и Сергей действовал бы куда энергичнее. Но это было лишнее. До его перехода через ворота было вполне достаточно времени, а потому «Щукой» управлял бортовой искин. Он строго следовал произведенным расчетам, согласно которым корабль должен был оказаться в нужном месте в нужное время.

– А куда мы так неторопливо бредем? – поинтересовался Виктор, расположившись в соседнем ложементе.

– К воротам.

– Кхм.

– Чего ты?

– Да так. Ворота эти… Ну-у-у…

– Тебя что-то смущает?

– Так, сущая безделица. Наличие в названии слова «экспериментальные».

– Расслабься. Я уже полгода так летаю, и ничего. Быстро и удобно.

– Угу. Но я вообще-то рассчитывал на то, что ты будешь передвигаться обычным способом. У меня, знаешь ли, не было времени подумать о будущем. А не мешало бы.

– Как у тебя с деньгами?

– Не скажу, что богач. Но и не беден. Двести пятьдесят тысяч. Во всяком случае, на то, чтобы освоить какую-нибудь приличную профессию, хватит. Да хотя бы тем же рудокопом стану. Денег на получение специальности и кораблик достаточно.

– И стоит из-за этого перебираться на Клайп? Здесь тоже есть рудокопы.

– Не. Здесь меня будет тянуть на поверхность. Все же десять лет романтики просто так из башки не выбросишь. А там – все с нуля. Да и не определился я еще.

– А как смотришь на то, чтобы заняться тем же, чем и раньше? Правда, с некоторыми вариациями.

– Звучит заманчиво. Больше не скажешь? Или боишься сглазить?

– Вообще-то из меня делец, как из свиньи балерина. Так что если получится, то получится, а если нет, то тут уж глазь не глазь.

– Это точно. Погоди, уж не собрался ли ты заняться проведением сафари?

– Есть такое дело.

– У-у-у, парень, как все запущено-то, – даже взмахнул рукой Виктор.

– Ты о чем?

– Ты вообще представляешь, что означает открыть подобную фирму? Да тут одних только согласований, экспертиз и разрешений нужно столько, что впору вешаться. Плюс конкуренция. Разве что у тебя найдется на примете какая-нибудь планета, на окраине, где не только практически нет препон, но и водятся достаточно привлекательные зверушки, чтобы заманить экстремалов. Причем абы чем эту публику не заманишь, тем более неизвестно куда. Ведь одно дело – хорошо изученное и освоенное пространство. И совсем другое – фронтир, а нигде больше ты такую планету не найдешь. Но мало того, эти животные должны быть достаточно хорошо изученными, начиная от анатомии и заканчивая повадками в естественной среде обитания. Очень хорошо изученными. Иначе ты рискуешь разориться еще в самом начале. Вон, про легнуара, казалось, уже все знали. И на тебе. Такого человека на тот свет спровадил! Так что если ты задумал именно это, то прими совет – разворачивай оглобли, пока не поздно.

– Ну а если я все же рискну, пойдешь в компаньоны?

– То есть на процент от прибыли?

– Именно.

– Нет, дружище. Только на фиксированную зарплату.

– Уверен?

– Конечно уверен. Причем в комплекте должен идти весь полагающийся соцпакет и страховка. Помнится, я над этой самой страховкой в свое время потешался. А оно вышло так, что мне этот пункт очень даже пригодился, да еще и не единожды.

– А как быть с рисками?

– Будем решать по отдельной сетке. У всякого риска есть своя цена. Давай озвучивай, чего ты там надумал, и будем разговаривать предметно. Во всяком случае, я готов для диалога и новых горизонтов, – деловито и даже демонстративно устраиваясь поудобнее, произнес Виктор.

Сергей окинул взглядом приборы, убедился в том, что бортовой искин держит ситуацию под контролем. После этого снял ложемент с фиксатора и развернулся в сторону собеседника. Отчего бы и не поговорить. Очень может быть, что все его прикидки и впрямь не стоят и ломаного гроша. Конечно, Виктор не может быть экспертом в этой области, но, во всяком случае, знает куда больше него.

Глава 8. Царская охота.

Бах! Бах! Бах!

Фью-у-у! Тук-к!

Да сколько можно-то?! У них что, арсенал с собой, что ли? Так палить – никакого патронташа не хватит. Впрочем, эта братия любит по возможности таскать на себе пояса, набитые патронами, что твоя пулеметная лента. Причем мало им на поясе, зачастую и портупея крест-накрест имеется. Ну прямо революционные матросы, разве только не в тельняшке.

Хм. А ведь тогда уж, скорее, мексиканские бандиты, какими их любит изображать Голливуд. Опять же и широкополые шляпы очень даже в тему. Тут без них никак. С одной стороны, защита от южного солнышка, с другой – оберегает от всяких подарков, которые так и норовят попасть за шиворот, что в здешних лесах очень даже запросто. Это может быть и веточка, а может и какая ползающая бяка с нехорошими железами, вырабатывающими разную дрянь.

Бах! Бах!

Фш-ших-х! На этот раз пуля прошла значительно выше, продравшись сквозь густую листву. Тук-к! А вот вторая со смачным и тупым стуком снова вошла в ствол дерева. Вроде ничего удивительного, за последние пять минут успел притерпеться, а судя по скорострельности местного оружия и имеющимся запасам, продлиться это могло куда как дольше. Но направление, откуда раздались выстрелы и прилетели гостинцы, Сергею явно не понравилось.

– Витя, нас обошли с левого фланга.

– Понял, командир, перемещаюсь.

– Как думаешь, сколько их? – посылая пулю, как говорится, на глаз и наугад, поинтересовался Пошнагов.

Оно можно бы и в цель, но пока они с напарником предпочитают не торопиться. Так, постреливают время от времени, чтобы бандиты не ринулись в рукопашную, где у них шансов куда как больше. Не сказать, что намного, но они все же есть. А вот затевать перестрелку на дистанции, пусть и не такой уж большой, – с их стороны ошибка.

– Я насчитал десять, – послышался спокойный ответ Виктора.

– Угу. У меня та же цифра вырисовывается. Может, все же плевать на все и пора с ними поговорить по-взрослому.

– Не, Серега, так не пойдет. Мы же не на войне. И платят нам не за то, чтобы мы валили этих идиотов. Наше дело: принеси, подай, подержи, не мешай. Если эти клиенты уйдут недовольными, то все: туши свет, бросай гранату. Загнется твое предприятие на взлете.

– Звучит убедительно. Ладно, давай подтягивайся к Ронку, а я займусь Винком.

– Вот это деловой разговор, – с нескрываемым удовлетворением откликнулся Виктор.

Несмотря на то что Мигузов отказался стать компаньоном, он был кровно заинтересован в том, чтобы предприятие начало развиваться. Ему ведь и без того повезло – едва лишившись неплохого в общем-то места, он практически сразу нашел другую работу с куда более солидным жалованьем. И опять, можно сказать, по профилю. Ну почти. Пришлось вспоминать свою первую специальность и навыки, приобретенные еще на родной Земле.

Бандитов было многовато, да и позиция у них выгодная, но напарники и не думали отчаиваться. Они были уверены в том, что справятся с ситуацией без особых проблем. Эта братия не солдаты и воевать не собираются. Им интересна добыча. А если на пути встречается кто-то зубастый, да еще и умеющий кусаться, то они прибегают к своему излюбленному приему – бегству, что при их знании местности не так чтобы и трудно.

Немалым преимуществом для Сергея и его товарищей было и то обстоятельство, что бандиты были откровенно плохими стрелками. Их первые выстрелы раздались с расстояния в полторы сотни метров, и при этом они все дружно умудрились промазать. Впрочем, как мажут и сейчас, выпуская пулю за пулей в белый свет как в копейку.

Впрочем, чему тут удивляться. В этих местах вооруженных людей более чем достаточно. В каждой семье имеется минимум один ствол, и это может быть как кремневое ружье, так и вполне современная магазинная винтовка. Но степень владения этим оружием оставляет желать лучшего. Боеприпасы слишком дороги для того, чтобы заниматься регулярными тренировками, выпуская живые деньги по мишеням. А уж про унитарные патроны заводского изготовления и говорить не приходится.

Здесь только две категории хороших стрелков: либо охотники, либо богатые землевладельцы. Первых кормит охота, и из-за дороговизны боеприпасов подобный промысел под силу лишь талантливым от природы стрелкам. Вторые приобретают неплохие навыки в стрельбе благодаря тому, что могут себе позволить регулярные тренировки.

У бандитов, казалось бы, с патронами особых проблем нет, во всяком случае, у этих. Но, как видно, и желания тренироваться не наблюдается. А может, они прекрасно отдают себе отчет в том, что сегодняшнее изобилие патронов может смениться завтрашним голодом. Правда, тогда непонятно, чего они развели такую стрельбу, словно участвуют в большом сражении и за их спинами – обоз с припасами.

– Слушаю тебя, Клайра, – переключаясь на частоту связи с «Щукой», произнес Сергей.

– Я на позиции. Вас вижу четко. Могу начать работать.

– Я тебе начну. Виси над головой и даже не думай вмешиваться.

Быстро девочка обернулась, не иначе как летела сломя голову и пережигая топливо.

– Но их десять, – возмутилась девушка.

– И что? Все, не мешай!

Выстрел! Сергей без труда определил, что это карабин Виктора. Тут в вооружении вообще наблюдалась полная пересортица. У бандитов оружие вроде и армейское, но больше половины – это однозарядные винтовки с унитарными патронами, снаряженными дымным порохом. Остальные – новомодные магазинные на бездымном. У Пошнагова с напарником – одинаковые карабины, а вот их подопечные предпочли другие образцы, с рычажными затворами.

– Витя, что случилось? – спросил Пошнагов, стараясь понять все сам.

Они конечно же и раньше постреливали, с одной стороны, удерживая противника на расстоянии, с другой – вселяя чувство уверенности в своих подопечных. Но ведь только что решили, что передадут инициативу нанимателям, а тут опять работает Виктор. И вообще, на этот раз выстрел показался Сергею каким-то уж совсем рассерженным.

– Минус один. Хорошо стрелял, паразит. А нашим подопечным в себя бы прийти, – послышался ответ Виктора.

Хорошая все же штука – искин. Весу в нем – всего ничего, компактен, многофункционален, и пользы от него ой как много. Ну вот хотя бы сейчас он выполняет роль передатчика, а горошина в ухе работает сразу в двух режимах, и никакой тебе гарнитуры. Правда, сейчас они настроены на одну частоту, так что на связи была вся группа. Но тут особой проблемы нет. Говорили они по-русски, а потому не стеснялись в выражениях в отношении своих нанимателей. Разве только держались спокойно, так, чтобы, даже не понимая ни слова, клиенты осознавали то простое обстоятельство, что у их сопровождающих все под контролем.

– Понял, – ответил Пошнагов, готовясь к перемещению.

Вот он подобрался и разом перебежал от своего дерева к укрытию Винка, успев опять наугад выпустить очередную пулю. Тут всего-то пара десятков шагов, но в бою зачастую все зависит от мгновения, а потому и каждый из этих шагов может оказаться последним. А бронежилет не всегда может спасти от пули.

– Винк, вы как? – рухнув рядом со своим подопечным, поинтересовался Сергей.

Несмотря на их ограниченность в вооружении и оснащении, у них имелась парочка достойных вещиц. Это персональные искины и вполне современные шлемы, правда начисто лишенные начинки. Исключение составляет мини-камера, фиксирующая все, что видит владелец шлема. Впрочем, задача шлемов – обеспечить сохранность головного мозга, с чем они прекрасно справлялись. Однако, несмотря на наличие связи, Сергей предпочел перебраться поближе к молодому человеку, так, чтобы он услышал живой голос и, как говорится, почувствовал дружеское плечо.

– В в-виртуале в-все было ин-наче, – заикаясь, ответил парень.

Именно что парень. Он и его кузен имели биологический возраст двадцать лет, а не просто выглядели подобным образом. Впрочем, могло ли быть иначе? Нет, потом, скорее всего, отыщутся и более взрослые любители острых ощущений. Но в том, что первыми окажутся молодые, горячие и жадные до приключений ребята, Сергей не сомневался.

– Это точно. Ни тебе вони, ни тебе грязи или боли, – ободряюще похлопал паренька по плечу Сергей. – Ничего не поделаешь, никакая самая продвинутая обучающая программа не передаст настоящей реальности. Но ведь именно за это вы и платите. Не так ли?

– Вы так сп-покойны.

– А чего мне нервничать? Поверьте, эти идиоты, что решили устроить засаду, сами нас боятся. И потом, я, конечно, понимаю, что визжащий вокруг свинец не добавляет оптимизма, но вы должны знать, что прикрытие находится неподалеку. Взгляните на свой искин и убедитесь в этом сами.

Вжавшийся в нишу, образовавшуюся под корнями большого дерева, парень последовал совету Сергея и действительно обнаружил отметку корабля. Время подлета… Да он уже висит у них над головами, высота – две тысячи, и, похоже, пилот полностью контролирует ситуацию, вот только пока и не думает вступать в бой.

– А почему орудия корабля молчат? – едва не возмущаясь, поинтересовался Винк.

– А вы не понимаете?

– Н-нет.

– Потому что в данной ситуации нет ничего особенного, и мы вполне в состоянии с ней справиться самостоятельно.

Бах!

Вжью-у!

Бах!

Тук-к!

Н-да, обстрел и не думает затихать. Объяснил бы кто, что тут вообще происходит. Отчего бандиты ведут себя столь расточительно? Это же уму непостижимо! По местным меркам, они уже успели пережечь чертову уйму денег. Впрочем, этим вопросом он озаботится чуть позже. А сейчас нужно работать.

– Ну как, Винк, вы готовы показать этим ублюдкам, кто тут настоящий охотник, а кто дичь? – Вновь ободряющая улыбка и кивок в сторону холма, на склоне которого между деревьями и пристроились стрелки.

– Но ведь их больше?

– Бросьте. Количество здесь не имеет никакого значения. Вот увидите: как только достанете парочку из них, они сразу же обделаются. Это же бандиты, они смелы, только когда чувствуют свою безнаказанность. А теперь успокойтесь. Итак, чтобы вам было проще, ориентируйтесь по дыму от выстрелов. Выбирайте себе цель и стреляйте. Я бы предложил воспользоваться оптическим прицелом. Все же ублюдки хорошо прячутся. Итак, вы готовы?

– Д-да. Д-думаю, г-готов.

– К стрельбе подготовитесь сами или помочь?

– Если не трудно, скорректируйте выстрел.

– Не вопрос, – высовываясь из укрытия, бодро ответил Сергей.

Тут же над головой просвистела пуля. Другая ударила в землю, вздыбив небольшой фонтанчик земли. Сергей непроизвольно прищурился, хотя в этом не было никакой необходимости. Прозрачный щиток со специальным покрытием, отталкивающим грязь, способен защитить не то что от комьев земли, но и от прямого попадания пули. Причем из современной, по местным меркам, винтовки и в упор. Главное, чтобы шею не сломало. Но инстинкты есть инстинкты, а потому веки реагируют непроизвольно.

– Итак. Противник прямо перед нами, угол возвышения – двадцать, дистанция – сто пятьдесят. Прячется грамотно, видна только голова. Даже шляпу снял, хитрец.

Винк сумел-таки себя пересилить и взглянуть в сторону бандита, выбранного в качестве цели. Тот как раз только что выстрелил, и обнаружить его по облачку дыма не составляло труда. Оценив обстановку лично, парень опять упал на пятую точку, начав возиться с прицелом.

Оптика была местного производства, причем без каких-либо дополнительных пожеланий со стороны заказчиков. Разве только на карабинах устроили крепление под нее, да еще и таким образом, чтобы можно было стрелять с открытого прицела. Но сделано все было просто отлично. Во всяком случае, на Земле эти прицелы встали бы в один ряд с далеко не последними образцами. Разумеется, с некоторыми допущениями. Так, например, четырехкратное увеличение – это был максимум, на который они были способны. Зато запас прочности таков, что их можно было ронять, волочь и чуть ли не гвозди ими заколачивать.

Выстрел. Ого. А это явно заговорил карабин Ронка. Винк определил это с такой же легкостью, как и Сергей. Вот парень дернулся, переводя взволнованный взгляд на своего опекуна. А в следующее мгновение уже вызывал кузена.

– Ронк, попал?

– Не знаю. Похоже… Дьявол! Мимо. Ну держись. Все, Винк, не мешай.

Парень опять стрельнул взглядом в сторону Сергея и нервно сглотнул. Тот лишь слегка пожал плечами и легонько так кивнул в сторону бандитов. Мол, все в твоих руках. Винк в очередной раз нервно сглотнул и снова высунулся из укрытия, под свистящие вокруг пули. Да сколько же патронов у этих мазил?!

Вообще-то ребят вытащили на охоту не просто так, а после двухнедельного курса молодого бойца. И гоняли их качественно, вовсе не собираясь удовлетворяться одной лишь виртуальной подготовкой. Мало того, наглядно, на животных, показали, на что способно местное оружие. Обстреляли, чтобы ребята сами прочувствовали, каково это, когда над головой свистит смертоносный свинец.

Но, как всегда это бывает, учеба и реальность оказались несопоставимы. В любом случае, на тренировках никак не изжить чувства, что как только все это закончится, можно будет спокойно выпить чашку сагнолла. Стоило же только оказаться под реальным обстрелом, как все позабылось и наступила вполне оправданная растерянность новичка под настоящим обстрелом.

Выстрел! Ай да Винк! Ай да молодец! Точно в лоб. Не иначе как дух соперничества возобладал над страхом. Хотя по большому счету угроза минимальна. Вот без бравады, Сергею сейчас уже где-то даже скучно стало.

– Ронк! Я попал! Точно в лоб закатал!

– Винк, минус один, – не выражая никаких эмоций, подтвердил Сергей.

Выстрел!

– Ронк, минус один, – последовал доклад Виктора в той же манере.

А вот восторженных криков паренька не слышно. Как видно, то обстоятельство, что кузен оказался первым, его огорчило. Ну да это только к лучшему. Дух соперничества и азарт овладели этим молодняком настолько, что теперь о страхе не было и речи. Оказаться быстрее, ловчее, лучше, добыть больше трофеев. Вот что ими руководило сейчас.

Винк, теперь уже не обращая внимания на свистящие вокруг пули, пристроился за корнями дерева, на этот раз представляя собой едва ли не грудную мишень. Выстрел. Мимо. Еще выстрел. И опять мимо. Перевозбудился паренек. Но подобное не входит в планы Сергея.

Пошнагов схватил парня за шиворот и опрокинул на спину, уводя из-под обстрела. Винк впился в него таким гневным взглядом, что, того и гляди, испепелит. Но Сергей и не думает скрывать своего возмущения по поводу поведения паренька. И ему плевать, что у этого идиота практически нет шансов погибнуть.

На борту «Щуки» установлены криогенные капсулы. В случае необходимости тело можно будет поместить в одну из них, а затем доставить в Раппель, где находится единственный по-настоящему современный медицинский центр на этой планете. Но ведь регенерация будет совсем даже не бесплатной, и платить за нее будет Сергей, из страхового взноса. А двести тысяч – это вовсе не шуточки.

– Что ты себе позволяешь? – возмутился Винк.

– Я просто выполняю свою работу, господин Винк. А она состоит в том, чтобы вы оставались живы. Поверьте, ощущения в регенерационной капсуле при воскрешении далеки от приятных. Знаю по собственному опыту. И потом, настоящий охотник тот, кто добывает дичь и при этом сам остается невредимым. А вы уселись, как птица на насесте, изображая из себя самую настоящую мишень. Ну как, успокоились? Готовы показать этим ублюдкам, кого следует бояться?

– Да, – осознав правоту Сергея, решительно тряхнул головой Винк.

– Тогда поднимайтесь и продолжим.

Тем временем бандиты сменили тактику. Кем бы они ни были, но дураками их назвать сложно. Потеряв троих, они начали все время перемещаться, меняя позицию и не давая пристреляться. А вот зажатые ими охотники такой возможности были лишены начисто, так как находились на дне поросшей лесом лощины.

Впрочем, невыгодность позиции с лихвой компенсировалась неумелыми действиями бандитов, которые не шли ни в какое сравнение со стрельбой Винка и Ронка. Все же сожженные на стрельбище сотни патронов сделали свое дело. Парни не только сумели привыкнуть к весьма необычному оружию, стреляющему со страшным грохотом и лягающемуся, как испуганная лошадь, но и научились при этом попадать в цель. Что и демонстрировали в настоящий момент.

Винк подстрелил еще двоих, Ронк – одного, когда бандиты все же решили ретироваться, плюнув на столь агрессивную добычу. Поначалу-то все было в порядке. Дичь была напугана и пряталась, опасаясь высунуть нос из укрытия. Постреливали в ответ, не без того, но делали это без огонька и столь же неумело, как и сами бандиты. Но потом что-то переменилось. И если гибель первого сообщника показалась случайностью, то, когда потери перевалили за половину, вожак предпочел оставить место схватки.

Итак, результат боя – шесть трупов. Поправочка. Трое раненых. И один из них сейчас лежит перед Сергеем и Винком. Пуля угодила ему в плечо, и, судя по всему, рана была не из приятных, коль скоро раненый был не в состоянии оказать сопротивление. Наверняка перебит сустав. Плохая рана. Как только он еще остается в сознании?

Сергей внимательно осмотрел мужчину, взирающего на него с нескрываемым страхом. Ну так и есть, вот они, патронташи, пересекающие грудь крест-накрест. В наличии и оружейный пояс с кобурой, револьвер, выбитый из руки бандита Пошнаговым, валяется в стороне. Хм. И одежда вполне приличная, если не сказать новая. Интересно девки пляшут, по четыре штуки в ряд. Это кто же на них напал?

– Витя, если есть пленные, допроси. – Вместо ответа чуть в стороне раздался револьверный выстрел. – Витя, чтоб тебя!

– Спокойно, Сергей. Один ублюдок кинулся на Ронка. Но у меня есть еще один.

– Хорошо. Ну что, дружище, поговорим? – упираясь револьвером в колено раненого, с улыбкой поинтересовался Сергей.

– А чего говорить, охотник? Убей меня – и дело с концом, – облизав пересохшие губы, невесело ухмыльнулся бандит.

А ничего так, с характером. Впрочем, когда слишком часто наблюдаешь смерть, начинаешь к ней относиться куда спокойнее. И чем чаще ее видишь, тем меньше ценишь чужую жизнь и проще относишься к своей смерти, осознавая неизбежность окончания бренного пути. Как видно, этот тип уже давно смирился с тем, что умрет не в постели.

– Ну, убить я тебя еще успею. Сначала хотелось бы все же поговорить.

– А если не стану?

– А выбора у тебя нет. Либо ты говоришь и умираешь легко, либо ты молчишь, мучаешься, а потом все одно говоришь. Ведь ты же знаешь, что рано или поздно говорят все. Вот только при этом выглядят по-разному. Зна-а-аешь. По твоей роже вижу, что знаешь. Ну так как, мне начать с того, что прострелить тебе колено?

– Спрашивай, охотник.

– Кто вы?

– Банда Гиучо.

Ага. Значит, те самые, за кем, собственно, они и вышли на охоту. Вот только в банде было вроде как шестеро. Опять же одежда на этом типе хорошего качества. А бандиты вроде как должны щеголять в чем-то весьма поношенном. Впрочем… С чего он это вообще взял? Жить грабежом и ходить в рванье, когда можно снять одежду с любого путника или заказать у того же портного? Сомнительно, чтобы эти молодчики не имели возможности посещать города.

– Что-то многовато вас для банды Гиучо.

– Четверо дезертиров присоединились пару дней назад.

– Ясно. Ну а чего это решили напасть на нас? Да еще и столько патронов спалили.

– Вчера, когда вы проходили через городок Пиун, Ходок вас засек. Прознал, что вы охотники за головами и ищете нас. Он вас хорошо рассмотрел, когда вы заходили в трактир. Заметил и ваши скины, которые ну очень дорогие. Вот Гиучо и решил их заграбастать и продать. Четыре скина – это же целое состояние.

– Дурак ваш Гиучо, – демонстративно тяжко вздохнул Сергей. – Искины завязаны только на своего владельца и для другого человека просто бесполезны. А вы мало того что спалили целую прорву патронов, так еще и половину людей потеряли.

О том, что искины можно перепрошить и настроить на другого владельца, Сергей говорить не стал. К чему? Для этого джентльмена с большой дороги такие слова прозвучат как какая-то абракадабра. И вообще на этой планете подобных специалистов попросту нет.

– Гиучо плевать на людей. Только свистнет – к нему хоть сотня сбежится, – откидывая голову на ствол дерева и кривясь от боли, ответил раненый.

– Угу. Это если успеет. Звать-то тебя как?

– Рупол.

– Слушай, Рупол, а тебе одному не скучно будет на том свете?

– Предлагаешь сдать Гиучо?

– А почему бы и нет? Он же тебя бросил. Опять же, ты сам говоришь, что на людей ему плевать, завтра других наберет. Не хочешь подложить ему свинью напоследок?

– Искушаешь?

– Есть немного. Ну так как?

– А жизнь сохранишь?

– Нет. Но я тебе уже говорил, что умереть тоже можно по-разному.

– Это точно. Ладно, слушай. Гиучо сейчас начнет петлять, как зверь. Повезет – устроит на вас очередную засаду. Только теперь подберется поближе. Но как только поймет, что за ним никто не гонится, сразу же отправится в свое логово. И учти, охотник, там у него есть еще двое. А может, и по пути кого-нибудь подберут.

– Где находится логово?

– Если напрямик, то в дневном переходе, там, – бандит махнул в северо-западном направлении, – есть одна горная долина, оканчивающаяся крутыми скалами, как каменный мешок. Три домика, два сарая, загон для скота, огород.

– Вы что же, хозяйство там ведете?

– Не мы. Семья бывших рабов, пожелавших жить вдали от всех. Мужик, его жена, двое сыновей и дочь. Мы их не трогаем, Гиучо даже приплачивает за помощь, а они нас обслуживают и кормят. Не бойся, драться не станут.

– Ясно. Клайра, ты слышала наш разговор?

– Слышала, уже подлетаю, – и через некоторое время: – Ага. Или он не врет, или просто раньше здесь бывал. Не такое уж и широкое ущелье, речка, отвесные скалы. На открытом месте – ферма. Все, как он и говорит. Вижу людей, возятся в огороде, одна женщина доит корову. Погоди. Есть! Вижу одного из бандитов. Мужчина, перепоясан патронташами, в руке ружье, даже не смотрит в сторону работающих.

– Принял. Возвращайся и найди где-нибудь неподалеку от нас место для посадки.

– Приняла. Выполняю.

– Ну что, похоже, ты не наврал. Покойся с миром. Господин Винк, пристрелите его, – поднимаясь во весь рост, произнес Сергей.

– Как это? – удивился парень.

– Разнесите ему череп из револьвера, – ответил Сергей.

– Но почему? Бой закончен, бандиты убежали. Мы можем его арестовать и передать в руки правосудия.

– Угу. Можем. Но к чему эти сложности? Лично я не собираюсь тащить его на себе. И потом, вы думаете, ему будет лучше, когда его повесят?

– Как – повесят?

– Как-как. За шею, пока он не умрет. Я же говорил вам, что мы охотимся за бандитами, приговоренными к смерти. А суд здесь скорый и безжалостный. Итак, вы его пристрелите или это должен сделать я?

– Но бой окончен. Это будет убийство.

– Только не по местному законодательству, а именно по нему мы сейчас и живем.

– Я так не могу.

– Мое дело – предложить, ведь именно за это, за возможность убить человека, вы и платите. Пусть эти твари и не имеют права называться людьми. Итак, вы сделаете это или я?

– Давайте уж лучше вы.

Сергей без лишних эмоций спокойно нажал на спуск, забрызгав ствол дерева кровью и ошметками мозгов. Все же калибры здесь солидные, да и пули у револьверов безоболочечные. Посмотрел на Винка. Парню явно не понравилось произошедшее, и он отвернулся, едва не извергнув содержимое своего желудка. Угу, зрелище не для слабонервных. Но ведь их предупреждали о тяготах, лишениях и суровых буднях охотников за головами. И именно за это они и платили такие большие деньги…

Сергей прекрасно понимал, что делец из него никакой и грамотно создать предприятие по организации сафари ему не под силу. Тут Виктор был абсолютно прав, поминая о конкуренции и множестве других факторов. Но Сергей уцепился за его слова об эксклюзивной дичи. Какую дичь можно предложить, чтобы оказаться вне конкуренции.

Царская охота, где в качестве добычи выступали люди, как таковая, уже практиковалась. Этот грязный бизнес процветал в Багрийской империи и в странах-союзницах. Развлечение дорогое и далеко не для всех. Так, например, Ирианская империя преследовала своих граждан, если они участвовали в подобных забавах. Не принималось во внимание даже то, что это происходило на территории другого государства, где считалось вполне законным предприятием.

Сергей, осененный идеей, специально проконсультировался с именитым юристом по поводу правомерности задуманного предприятия. Хорошо все же, что земляне старались всячески держаться друг друга. Вот и этот, бывший американец, продолживший в новой жизни заниматься привычной юриспруденцией и достигший серьезных высот, оказался как нельзя кстати. Впрочем, тут еще нужно подумать, кто в итоге оказался в выигрыше. Ведь он должен был взять на себя дальнейшее юридическое сопровождение нового и весьма перспективного предприятия.

Так вот, по всему выходило, что Пошнагов никоим образом не нарушит законов империи. Другое дело, что он создаст прецедент и государственная машина отреагирует на этот шаг очень быстро. Для этого вовсе не было необходимости дожидаться вынесения решения сенатом. Запрет мог издать император своим именным указом. А потом уже, вдогонку, появится выверенный, продуманный и сбалансированный закон. И это непременно случится. Но даже в этом случае закон не будет иметь обратной силы.

То, что доктор прописал. Если все выгорит, а оно должно выгореть, то Сергей сумеет зарегистрировать свое предприятие, а после реакции императора окажется монополистом. У него попросту не окажется конкурентов. Останется просто работать, вот и все.

Задумка же была простой, как мычание. Он посетил Алаянку, чему не стал противиться консул ввиду того, что Сергей не собирался торговать. После этого Пошнагов заявил, что собирается создать отряд охотников за головами в Киликии, одной из бывших заокеанских колоний, согласно законам данного государства. Разумеется, никто не стал чинить ему препятствий, тем более он обязался использовать только местные технологии и вооружение, за исключением шлемов из высокопрочных материалов и персональных искинов.

Еще было заявлено, что отряд будет использовать «Щуку» в пределах планеты в качестве транспорта, тыловой базы и средства эвакуации. Это также не встретило никаких возражений, ведь данная мера была направлена на спасение граждан Ирианской империи, из которых должен был комплектоваться отряд.

В общем, юрист потрудился на славу. Консул так и не понял всей подоплеки, чего не скажешь о начальнике отделения имперской службы безопасности майоре Ганиде. Об этом он с самой искренней улыбкой уведомил Сергея. Впрочем, препятствий чинить он не стал, придя к выводу, что данный вопрос его не касается. Нет, если поступит прямое распоряжение прикрыть эту лавочку… В конце концов, лишний повод попасть в поле зрения столичного начальства.

Виктор вместе с программистом из землян также потрудился на славу. Во-первых, он определился с видами вооружения, которые будут использоваться отрядом. Во-вторых, в течение шести месяцев, проведенных на Алаянке, он отработал систему подготовки будущих бойцов отряда, что было достигнуто совместными усилиями с программистом. С ним они и создали обучающую программу для виртуала.

Сергей за это время переоборудовал свою «Щуку», в которой появились дополнительные три каюты. Кроме того, были установлены еще два кресла виртуала и шесть капсул криозаморозки. К величайшему сожалению Сергея, не удалось впихнуть ни одной дополнительной единицы вооружения. Ну да ничего не поделаешь, места на маленьком кораблике попросту нет.

Помимо этого, на Алаянке Пошнаговым были найдены два мастера, один из них занимался как раз изготовлением оптики, второй являлся оружейником. Последний взял на себя как подготовку оружия, так и оснащение отряда. К примеру, бронежилеты были изготовлены именно им.

Кстати, Пошнагов тут ничего не придумал, это снаряжение уже начало появляться в армиях других стран как ответ на бронекостюмы, поставленные Сергеем для Кадии. Разве только присмотрел одного металлурга, сумевшего получить весьма приличную сталь для бронепластин. По местным меркам – весьма дорогую, но зато способную сдержать пулю современной винтовки. Правда, вес такого бронежилета был куда как солидным, под два десятка килограмм.

Не осталась в стороне и Клайра. Как и предполагал Сергей, девушка решила освоить специальность пилота. Имея дальний прицел, он определил ее к себе на стажировку. После же предложил поработать на него. А что, нормальный вариант, пока она не заработает сумму на приобретение чего-нибудь более или менее удобоваримого. У него заработки все одно обещали быть куда более солидными, чем у того же рудокопа. Причем даже не на начальном этапе.

И вот наконец их первые клиенты и первый боевой выход. Сергей представлял его себе как-то не так. Ведь они с Виктором для тренировки и наработки навыков уже уничтожили две банды. И, надо заметить, сработали на вполне достойном уровне. Впрочем, чему тут удивляться, коль скоро повесили себе на шею двух туристов. Сергей даже вздрогнул, едва представил, что их будет хотя бы по двое на брата. А ведь численность отряда была заявлена в десяток бойцов.

– Сергей, по-моему, лучше не спешить и ограничиться двумя туристами, – подтверждая опасения Сергея, произнес Виктор, когда они остались у костра вдвоем.

День, ознаменовавшийся длительным переходом и выбросом лошадиной дозы адреналина, подошел к концу. Сергей не стал организовывать преследование, чтобы дать Винку и Ронку прийти в себя. Все же досталось им сегодня изрядно. Впрочем, они были настолько возбуждены, что долго не могли улечься отдыхать. Зато теперь спали, как сурки.

Несмотря на то что ночевал отряд под открытым небом, их стоянка была в полной безопасности, так как они расположились рядом с «Щукой», из недр которой, собственно, и было извлечено все необходимое для ночлега. Экстрим экстримом, но к чему все доводить до маразма и мазохизма. Небольшой запас продовольствия для обеда, запас воды и патронов – вот и все, что охотники носят на себе. Остальное находится на корабле и доставляется к месту стоянки.

Опять же никаких ненужных рисков с ночным бдением и недосыпом. С этим вполне справятся сенсоры корабля, которые без труда отличат человека от животных и отпугнут последних инфразвуком. Разве только когда появятся люди, придется отбиваться самостоятельно. Применение вооружения корабля строго регламентировано, и давать в руки проверяющим лишний козырь для прикрытия предприятия Сергей не желал.

Признаться, компаньоны сейчас с куда большим удовольствием растянулись бы на койках в своих каютах. Но клиенты пожелали вкусить романтики по полной. Все так, как здесь заведено: костер, спальный мешок, свежий воздух, пища, приготовленная на открытом огне. А раз так, то и инструкторам приходится быть рядом.

– Я подумал о том же, – делая глоток обжигающего сагнолла, приготовленного на костре в закопченном чайнике, ответил Сергей. – Сначала поднаберемся опыта водить по одному подопечному, а там можно будет и увеличить число. Впрочем…

– Думаешь, что нужно увеличивать не число, а плату?

– Ну сам подумай. Стрелки из местных бандитов, что из свиньи балерина. Наши испуганные мальчишки сумели перебить половину банды. А что тогда сможет сделать отряд из десятка бойцов?

– Угу. Ты бы не обольщался, Сергей. Очень скоро до бандитов дойдет, что тут появились странные охотники, с которыми бесполезно затевать перестрелку. Если бы этот клятый Гиучо попер со своей братвой врукопашную, я не уверен, что мы отделались бы так легко.

– Думаешь, не справились бы?

– Если бы опекали мальчишек, нет. Если бы думали, как расправиться с бандой, то, возможно, управились бы. В крайнем случае, вмешалась бы Клайра. Но вот мальцов пришлось бы определять в криокапсулы и отправлять в Раппель. А может, и нас любимых. Одни расходы. Но ведь ты затевал это предприятие не для этого.

– Я тоже подумал о рукопашной, – задумчиво произнес Сергей. – Тогда – отряд из шести бойцов. Думаю, такое количество будет наиболее оптимальным. Будем работать тройками.

– Угу. Только по два туриста на голову – это-о-о…

– Нормально все будет, Витя, – перебил товарища Сергей. – Сам подумай, сейчас к нам подтянулись два романтически настроенных мальца. Но уже завтра публика должна будет поменяться. Как только в Сети появятся ролики, а эти парнишки обязательно раструбят на весь свет о своей крутости, отыщутся настоящие любители острых ощущений. К чему ирианцам риски с багрийскими аттракционами, если они могут удовлетворять свои желания вполне легально. И потом, у багрийцев, как ни крути, все искусственное, а здесь, как говорится, натурпродукт.

– Н-да, – вздохнул Виктор.

– Что не так?

– Да просто… «Натурпродукт». И это о людях. Прямо каннибалы какие-то.

– Угу. Ты еще комплекс вины у себя выработай. Мы же уже говорили об этом, и не раз. Это бандиты. Причем не те, кого власти записали в таковые, а реальные. Вспомни, что мы нашли на той ферме.

– А мы, получается, и судьи, и палачи.

– Не судьи. Приговор им вынесли местные. Если тебе угодно, мы только палачи. Я не пойму, тебе их жаль?

– Да чего жалеть мразоту? Просто боюсь, что сам стану таким же, как они. Понимаешь?

– Понимаю. Поэтому и решил для себя: как только почувствую, что это дерьмо мне нравится, тут же закрою лавочку.

– А силенок-то хватит?

– Хватит, – уверенно ответил Сергей, для убедительности еще и утвердительно кивнув. – Я вполне способен остановиться, когда чувствую, что дальше может дойти до беды. Проверено.

Послышался звук привода входного люка. Вот он подался вовнутрь, а затем скользнул в сторону. Такая конструкция позволяет без труда подводить переходной рукав в открытом космосе без соблюдения стандартов. Рукав просто присасывается к наружной обшивке корабля, обеспечивая герметичность.

– Мужчины, вам нечего делать, решили ночевать под открытым небом? Если им нужен романтический антураж, – девушка кивнула в сторону молодых людей, мирно посапывающих в спальных мешках, – так пусть они и изображают из себя покорителей диких земель. Вам-то это зачем?

Недоумевающе покачав головой, Клайра ступила на выдвинувшийся трап, чтобы присоединиться к ним. Скучно ей. Виртуал – он хорош для фанатов, а фанаткой она не стала. Заменять настоящую жизнь искусственной, а живое общение – виртуальным, было не по ней. Вот и сейчас ей хочется человеческого тепла и ощущения рядом дружеского плеча. Никакой подоплеки или двойного смысла. Все обстоит именно так, как сказано. Но…

– Клайра, замри, – резко одернул Сергей и, когда девушка остановилась, продолжил: – Зачастую все беды происходят тогда, когда люди на работе начинают нарушать правила и инструкции. Во время сафари тебе запрещается покидать борт корабля. Или я что-то напутал?

– Да я тут уже два дня, как арестантка.

– Это не ответ на вопрос.

– Да, согласно инструкции, я не должна покидать корабль. Но…

– Вот и возвращайся на борт. Живо.

Н-да-а. Нет, все же хорошо, что рассерженные девушки не способны испепелять взглядом. Будь иначе – и от Сергея не осталось бы даже кучки пепла, так как она его сразу же развеяла бы по ветру. Однако это не помешало ей выполнить распоряжение, напоследок фыркнув, как рассерженный котенок.

– Зря ты так, Демьяныч, – неодобрительно покачав головой, заметил Виктор. – Надо быть слепым, чтобы не видеть, что девочка по тебе сохнет.

– А кто тебе сказал, что я не вижу? Вот только… Понимаешь, я ее воспринимаю как дочку и ничего не могу с этим поделать. Вот любому глотку за нее порву, но так, чтобы… Не поверишь, но ни разу в эту сторону мысль не свернула.

– Ну и зря. Девочка хорошая, правильная. А то, что на два десятка с хвостиком моложе, так ведь это ерунда. При нынешних технологиях ваш век может быть очень даже долгим.

– Да при чем тут разница в возрасте? – отмахнулся Сергей. – Ну не воспринимаю я ее по-другому, и все тут. Кстати, о незначительной роли разницы в возрасте. Сам-то чего теряешься? Девочка и впрямь правильная, а век у тебя, как сам выразился, еще долог. За тебя отдам ее без возражений.

– Хм. Не, я пас.

– Отчего так-то? Неужели не нравится?

– Брось. Как такая красота может не нравиться. И заметь, я не только о внешности. Но… В общем, кобель я по жизни, потому и не женился. И по этой же причине угодил в Анголу.

– Интересно девки пляшут, по четыре штуки в ряд. А мне казалось, что туда чуть не на конкурсной основе отправляли.

– Ага. Как и в Афган. Родина приказала, ты взял под козырек и попробуй не соответствовать. Ну а я, грешным делом, умудрился на жену командира полка полезть. Хотя, если признаться, до сих пор не знаю, кто кого уложил в койку. Вот он мне протекцию и организовал, вне конкурса, так сказать, – вполне весело ухмыльнулся Виктор.

А что, быть недовольным у него причин никаких. Благодаря этому его жизнь сложилась так, как сложилась, и она его полностью устраивала. Вот так взглянешь на него – и сразу понятно: он доволен всем. И потом, его комполка если еще не преставился, то сейчас шамкает беззубым ртом, а Мигузов все так же крепок и, можно сказать, молод.

– Я-асно. Ладно. Давай отдыхать. Завтра будет весело, – подытожил Сергей их ночную беседу.

В принципе до логова бандитов можно было добраться при помощи все той же «Щуки». И Сергей именно так и поступил бы. Но наниматели придерживались другого мнения, а потому пришлось брать ноги в руки и двигать к обнаруженному Клайрой ущелью своим ходом.

Вообще-то занятие не из приятных, и это несмотря на то, что все они приняли некий тонизирующий коктейль. Никакого вреда, только одни положительные моменты, как, например, повышенная выносливость. Как шутил Виктор, благодаря этой энергетической встряске они уподобились мулам. Правда, от экстрима в виде дополнительной поклажи все же решили отказаться.

Но прелестей хватило и без того. Клайра конечно же постаралась снять максимально возможно точную объемную карту местности. Но даже она не была в состоянии передать всю прелесть предстоящего перехода. Было большое количество различных нюансов и мелочей в виде крутых спусков, глубоких оврагов или густого подлеска из колючего кустарника. Ни один самый суперсовременный сенсор попросту не мог рассмотреть все это под сенью деревьев.

Словом, к концу дня они преодолели только две трети пути. Все же наличие проводника или знание местности – огромное подспорье для тех, кто отважился путешествовать в здешних краях. А еще неплохо бы просто привыкнуть к подобным переходам, потому что, несмотря на допинг, а ничем иным этот коктейль не являлся, вымотались они изрядно.

Однако и на следующей стоянке ребята упорно отказались ночевать в корабле. Понять их, сугубо городских жителей, можно. Вот только и Сергею с Виктором опять пришлось составить им компанию. А они как-то не особо изголодались по первозданной природе. Впрочем, грешно жаловаться, в ночевке под открытым небом и впрямь есть своя прелесть…

– Клайра, как там с подходами к ущелью?

– Порядок. На подходах никого.

– Собачки?

– Накрыла ферму инфразвуком, должны разбежаться.

– Принял.

Что же, собачки шум не поднимут. Испытывая дискомфорт и тревогу, они предпочтут убраться в сторонку. Скотина, конечно, волнуется, но это не критично. Клайра не стала выкручивать регулятор на полную, а потому до паники парнокопытных еще не дошло. Будет плохо, если какой-нибудь бобик окажется на цепи и не сможет убежать. Все же волны страха не столь мощные, а потому долг может пересилить испуг и сторож поднимет шум. Но тут уж ничего не поделаешь.

– Итак, господа, повторяю. Первая пара, я и Винк, движется к крыльцу дома. Виктор и Ронк, подходите с тыла и держите окна. Пошли.

Благодаря все той же воздушной разведке им было прекрасно известно, кто и где ночевал. А потому они двигались вполне целенаправленно, к одному из домов, где квартировали двое бандитов.

Сергей вжался в стену, переводя дух. Что же, пока все тихо, а значит, бобиков на привязи нет. И это радует. Задача в значительной мере упрощается. Теперь окно… Ага. Поправочка, в окнах не стекла вставлены, а бычий пузырь. Тогда в руки ножичек, и так тихонько, чтобы не поднимать шума. Острое лезвие взрезает пузырь с едва различимым треском.

– Витя, я готов.

– Я тоже.

– Тогда начали.

Сергей выдернул шнур запала гранаты, терка сработала, как и положено. Тут же послышалось шипение, и из отверстия в торце цилиндра начали вылетать желтые искры. Все, теперь осталось не больше шести секунд. Пошнагов забросил гранату в вырезанное отверстие и отшатнулся от окна в сторону двери. Внутри послышался глухой стук упавшей на деревянный пол металлической чушки. А ничего так, богато живет фермер, если у него полы деревянные. Впрочем, вокруг стоит вполне годный для строительства лес. Так что было бы желание, построить можно и хоромы.

Плевать на плату клиентов. Поручать дилетантам штурм здания никак нельзя, а потому они останутся снаружи и будут контролировать окна, чтобы никто не сбежал через них. А вот профессионалы займутся тем, чему их когда-то учили как учителя, так и жизнь. Причем последняя еще и экзамен принимала, и плохо ли, хорошо, но они его сдали.

Взрыв! Второй! В доме полыхнуло. Из двух окон – щепки, пыль и дым. Удар ноги в дверь. Не заперта. Не останавливаясь, Сергей двинулся вперед, держа в левой руке включенный фонарь, в правой – револьвер со взведенным курком.

Прихожая. Несмотря на южные широты, зимой в горах довольно холодно, поэтому далеко не лишнее помещение. В воздухе висит пыльная взвесь и дым. Но в общем и целом обзору это не мешает, разве только не ко времени начало щекотать в носу.

Грохот, словно что-то уронили. Дверь в жилую комнату открыта, и Сергей видит, как там заметался луч фонаря. Значит, Виктор уже влетел в окно. Пошнагов перешагнул порог, когда раздался первый выстрел, осветив помещение резкой вспышкой. Пошарил лучом фонаря в поисках второго бандита. Вот он! Но нажать на спуск не успевает. Снова оглушительный в помещении звук выстрела и короткая вспышка. Виктор оказался куда как проворнее.

– Минус два. Чисто, – деловито, с толикой лихости доложил бывший морпех.

– Ясно. Ну раз уж тут все, пошли успокаивать фермера и его домочадцев. Винк, Ронк, держите дом хозяина под прицелом, но не высовывайтесь. Мало ли что он натворит с испугу.

Что же, опасение, не лишенное смысла. В предрассветных сумерках видно, как из окна показался ствол дробовика. А нет, вон еще один. Получается, «мы мирные люди, но наш бронепоезд стоит на запасном пути». А может, он тоже в банде? Нет, это вряд ли. Во-первых, фермеры были замечены при обработке довольно обширного огорода. Во-вторых, оружие. Будь они в банде, то имели бы что-то более дорогое и солидное, а не эти двустволки, причем вполне возможно, что и капсюльные.

Дробовик вообще самое распространенное оружие среди местных жителей. Пусть дальность стрельбы ограничена полусотней метров, зато он не требует особого мастерства в обращении. Наводи и стреляй, а картечь или дробь компенсируют твои кривые руки. Ну если они не окажутся совсем уж кривыми.

– Мы – охотники за головами и только что уничтожили двоих бандитов из банды Гиучо. Мне известно, что вы – простые фермеры, и у нас нет к вам претензий. Разумеется, если вы не начнете стрелять.

Пришлось выставить регулятор громкости искина на полную, чтобы находящиеся в домике расслышали Сергея. Н-да. Только бы они не испугались несколько неживого голоса, издаваемого гаджетом. Пусть персональные искины и отличались от остальных большей человечностью, что ли, но при работе с переводом они все же не были способны в должной мере передавать живую речь. Нет, тот, кто постоянно пользуется этим прибором, подмечает происходящие изменения, но для того, кто никогда не пользовался искином, совершенно ясно, что этот голос неживой. А на фоне необразованности, наложенной на суеверия, это могло породить самые разные картины. Например, пришествие местного антихриста.

– Вы кто? – раздался голос из домика.

– Я же сказал, мы охотники за головами.

– А почему голос неживой?

Ага! Уловили, значит!

– Слушай, мы пришли со звезд. Вашего языка не знаем. Это машина переводит. Ну сам посуди, если бы мы были слугами дьявола, то зачем нам пользоваться оружием и уж тем более стоять тут и уговаривать тебя.

– Хм. Действительно незачем.

– Ну тогда выходи, поговорим.

Ну вот и хорошо. Высокий и крепкий, как дуб, мужик с двустволкой в руках появился в дверях дома. А ничего так, не из пугливых. Другой бы трясся до последнего. Этот же вышел и смотрит прямо, с долей опаски, но без страха. Как видно, у него уже вошло в привычку общаться с бандитами всех мастей. В общем-то ничего удивительного. Места глухие, уединенные. Для бандитов – то, что доктор прописал. Нужно же этим романтикам с большой дороги где-то отдыхать, а возле своего логова и волк не охотится.

– Как тебя зовут? – поинтересовался Сергей.

– Райхам, господин.

– Из бывших рабов?

– Так, господин.

– И давно даешь прибежище бандитам?

– Давно, господин. Но что я могу поделать, ведь я не охотник за головами и не законник. Я должен думать о своей семье.

– Да я тебя не обвиняю. Каким путем возвращается Гиучо: через вход в ущелье или есть тропа?

– Тропа есть. Она ведет через гряду и потом спускается к большаку, проходящему у подножия. Но лошадям и мулам там ходу нет. Так что Гиучо приходит всегда через вход в ущелье.

– Хм. Но ведь банда передвигается пешком. Да и не поездишь по лесу на лошадках.

– Не на себе же тащить добычу и припасы, – пожал плечами фермер. – Вот и используют мулов.

– И когда они должны вернуться в этот раз?

– Я в их дела не лезу, господин. Они здесь живут и, пока мы правильно себя ведем, нас не трогают. Как-то один его человек попробовал обидеть мою дочь, так сам же Гиучо его и убил. Перерезал горло от уха до уха.

– Не боишься, что слишком много нам рассказал?

– Чего же мне бояться мертвого? Бояться надо живых.

– Гиучо мертв? Когда? Кто?

– Он уже умер, хотя и сам этого не знает. Ведь вы не просто так появились тут, а пришли по его душу. И почему-то мне кажется, что к судье вы его не потащите, хотя в этом случае он и будет стоить вдвое против мертвого.

– А ты не такой уж и глупый для бывшего раба.

– А разве я утверждал обратное? В свое время я получил образование вместе с моим господином. Потом он погиб на войне, умер на моих руках. Рабам дали свободу, но она так и осталась на бумаге, потому что мы вольны только умереть свободными. А здесь я могу достойно содержать свою семью, а не ютиться в трущобах, как крыса.

– Я тебя понял. – Сергей обернулся к своим спутникам и обвел их взглядом. – Ну что, кто-нибудь подберет себе трофеи? Нет? Райхам, ты можешь полностью распоряжаться имуществом бандитов. Будем считать это твоей находкой. Ну и о телах, я надеюсь, ты тоже позаботишься, как об этих, так и о других, которые найдешь чуть позже в стороне.

– Я понял, господин.

Молодые люди было удивились такой простоте решения вопроса и тому, что они ничего не сделали фермеру, давшему приют бандитам. Но потом все же согласились с объяснением из двух пунктов. Первый – у фермера не было выбора, и подобное поведение не преследуется по закону. Здесь имеется сетка выплат вознаграждений за предоставление информации о бандитах и напрочь отсутствует ответственность за недоносительство или предоставление крова. Ну и вторым пунктом, против которого им нечего было возразить, значилось то, что молодые люди платят за возможность охоты на бандитов, и подобную возможность им предоставляют. Остальное же их не касается.

Лишив бандитов базы, охотники тут же покинули ферму, предоставив ее обитателям жить привычным укладом. Или почти привычным. Впрочем, Сергей не сомневался, что они не станут убиваться по поводу гибели своих соседей, как не воспротивятся и новым, со схожими повадками. Правда, чтобы подобное стало возможным, нужно до конца закрыть вопрос со старыми.

По идее мальчишки уже сполна получили все, за что заплатили, и даже больше. Оно бы можно и сворачиваться. Но… Не мог Сергей воспринимать это просто как работу. Картина разоренной фермы, обнаруженной ими несколько дней назад, до сих пор стояла у него перед глазами. И пусть он не знал этих людей и даже не был их соотечественником, он не мог отпустить совершившего подобное, коль скоро имел возможность его уничтожить.

Глава 9. Двойной капкан.

Что может быть приятнее выпитой на рассвете кружки обжигающего сагнолла, приготовленного на костре? Хм. Оно, конечно, все зависит от ситуации. Но вот сейчас, когда красный диск светила поднимается над холмами, поросшими редким кустарником, пожалуй, ничего. Душа так и рвется наружу, стремится улететь в неведомую даль, слившись с этим великолепным чистым и прозрачным воздухом.

Боже, как же здесь все напоминает Землю. Вот ни капли не жаль, что уплатил в клинике двести тысяч за акклиматизацию. На секундочку, это цена полной регенерации, считай, воскрешения из мертвых. Разумеется, по алаянкским расценкам. И ведь то, что это была необходимость для удачного ведения бизнеса, тут вообще ни при чем. Просто ощущение возвращения на родину дорогого стоит. А ведь в этих широтах еще и климат сродни Кавказу. Вернее, его степным предгорьям, испещренным холмами, распадками, балками, оврагами и множеством рек.

Как и на Кавказе, здесь нет сплошного леса. Встречаются массивы площадью максимум до десятка квадратных километров, не более. Дальше – только открытый простор, с редким кустарником или островками небольших рощ. Есть еще и полосы шириной не больше полусотни метров, густо поросшие деревьями. Но это вдоль рек и больших ручьев, да и то далеко не на всем протяжении. А так – степь да степь кругом. Впрочем, настоящая степь несколько южнее.

Сергей сделал еще один глоток, наблюдая за тем, как оживает лагерь. Все же человек – странное создание. Казалось бы, он настолько привык к удобствам цивилизации, что, окажись посреди дикой природы, непременно погибнет. Но нет, это далеко не так. За прошедшие полгода Пошнагов насмотрелся на то, как быстро его подопечные адаптируются к окружающей среде.

Среди их клиентов вообще не было тех, кто хотел просто пострелять по живым мишеням, самоутверждаясь и удовлетворяя потребность своей кровожадной натуры. Эти, по сути, являются палачами. Кстати, нашелся среди несостоявшихся клиентов и один толстячок, который пожелал осуществить казнь через повешение. Несмотря на отвращение, Сергей в самых вежливых тонах дал ему от ворот поворот. Нет, их клиенты были иного толка. Они были готовы терпеть лишения и опасность. Разумеется, на их стороне было преимущество, но ведь и бандиты имели возможность расправиться со своими преследователями.

И вот за четверыми такими клиентами он сейчас и наблюдает. Обеспеченные люди, респектабельные и известные если не в высших кругах, то уж точно где-то поблизости от них, здесь они представали простыми бродягами. У всех без исключения – недельная щетина, которую они постоянно подравнивают, не давая перерасти в бороду. Оно вроде бы в бритье в полевых условиях нет ничего особенного, это если без мозгов, заработаешь себе проблемы на ровном месте, занеся какую-нибудь инопланетную заразу. А если придерживаться простых правил гигиены, то все будет в порядке. Но… Они здесь не за этим.

Мало того, еще и настаивают на том, чтобы их инструкторы выглядели так же. Своеобразный антураж. Ну да и бог с ними, за такие деньги можно и потерпеть. А Виктор – так тот и вовсе воспринял это как само собой разумеющееся. Среди охотников, с которыми он довольно долго общался еще на прежнем месте работы, подобное поведение вообще за норму.

Платят участники этой царской охоты, надо заметить, изрядно. Одна путевка стоит миллион кредитов. Это вам не баран чихнул. Правда, далеко не весь миллион идет в кассу. Двести тысяч уходит сразу на акклиматизацию, другие двести попадают в страховой фонд. Случись какая беда, именно фирма обязуется поставить клиента на ноги. Другое дело, что помощь все же будет оказана на уровне, доступном клинике на Алаянке. А оборудование здесь далеко не новейших образцов, хотя и дерут просто безбожную цену. Так что по возвращении домой состоятельным клиентам все равно придется проходить курс в более совершенных капсулах.

Сто тысяч уходят на налоги в казну ирианского императора, и это по-божески. Кстати, они целиком оседают на планете. По местным меркам, сумма значительная. Так что их фирма вносит существенную лепту в финансирование программы по адаптации Алаянки, включающей в себя множество направлений.

Итак, при самом худшем сценарии, с четверых клиентов, а они с Виктором все же решили пока ограничиться именно этой цифрой, фирма получала два миллиона кредитов. Правда, по факту все же больше. За все время им только однажды пришлось помещать клиента в регенерационную капсулу, да и то тогда был не смертельный случай. Бедолаге не повезло получить пулю в бедренную кость. Вот только клинике без разницы, кого ставить на ноги, убитого или тяжелораненого. Если задействована регенерационная капсула, такса одна.

За минусом накладных расходов и жалованья сотрудников фирмы у Сергея оставалось минимум полтора миллиона. Дело в том, что Виктор и Клайра получали весьма солидное вознаграждение, двести и сто тысяч кредитов в месяц соответственно. Пошнагов считал это нормальным, с учетом того, что один тур как раз и укладывался в месячный срок. Об отпуске они, ясное дело, не думали, но, впрочем, и не исключали его.

Сергей только потирал от удовольствия руки. Похоже, он нашел Клондайк и осуществление его цели было не за горами. На его счету уже лежало свыше десяти миллионов. Еще год такой стахановской работы – и можно будет приобрести как подходящий корабль, так и все необходимое для длительного путешествия. Нет, все же лучше два года. Жизнь его приучила, что жирок лишним никогда не будет.

Впрочем, это если получится. Или, вернее сказать, если дадут нормально работать. Дело в том, что имперская служба безопасности, не проявлявшая поначалу к ним никакого интереса, вдруг зачастила с проверками. Они выведывали, насколько фирма придерживается зарегистрированного устава. Такое впечатление, что они получили установку на выявление нарушений. Хорошо хоть Ганид не был конченой сволочью, иначе…

Если служба безопасности очень хочет найти грязь, то она ее непременно найдет, даже если эта грязь будет делом рук самих эсбэшников. Однако либо майор считал это ниже своего достоинства, либо преследовал какие-то другие цели. Как бы то ни было, но он терпеливо ждал, когда его подопечные споткнутся, и не форсировал события.

Из-за этого излишнего внимания к их фирме Сергею пришлось отказаться от махинаций со средствами защиты, несмотря на то что используемые ими бронежилеты были далеки от идеала и, чтобы обеспечить настоящую защиту, должны были весить чуть не двадцать килограмм. Носить на себе такой вес – далеко не шутки, он не только изматывал сам по себе, но и уменьшал груз, который охотники могли взять с собой. И даже тонизирующий коктейль в этом не помогал.

Проблему удалось разрешить, когда на черном рынке появился весьма привлекательный товар. Дело в том, что Кадия все же вступила в войну. Но несмотря на успешное ее ведение, были и потери. Причем и среди штурмовых подразделений, снаряженных теми самыми бронекостюмами, которые в свое время доставил Сергей. Как правило, в случае гибели бойца приходил в негодность и сам костюм, превращавшийся в лохмотья, причем в прямом смысле этого слова.

Вот эти-то ошметки костюма и выкупил Сергей по баснословной цене. Зато у него появился легальный способ обеспечить своих людей вполне достойной защитой. Благодаря вставкам из высокопрочной ткани удалось значительно облегчить бронежилеты.

Правда, тонкие стальные пластины пришлось все же оставить. Если первые бронежилеты клиенты могли забрать как сувенир, новые являлись инвентарным имуществом фирмы и ни при каких условиях не могли оказаться сувениром. А вот стальные пластины клиенты могли забрать без проблем. Что они и делали, в случае если те несли на себе боевые отметины.

– Наслаждаешься, – не спрашивая, а скорее утверждая, произнес подошедший Виктор.

– Утро-то какое, – глубоко вдохнув свежий, чистый воздух, с нескрываемым восторгом ответил Сергей. – Прямо как у нас на Кавказе, – счел он нужным озвучить свои ощущения.

– Не бывал. Вот где только не носило, а на Кавказе как-то не довелось. А что касается всего остального, то да, мне тоже дом напоминает.

– Да откуда у вас-то открытые просторы? – отмахнулся Сергей.

– Это ты зря, – покачал головой Виктор. – Думаешь, как Сибирь, так сплошная тайга? Как бы не так. Алтайские степи, Даурия, никогда не слышал?

– И хочешь сказать, что так же похоже? – все же усомнился Сергей, вынужденный признать, что тройка по географии в школьном аттестате была вполне заслуженной.

– Да, по-моему, степь – она везде похожа. Взять то же Причерноморье.

– А чего же Поволжье и Калмыкию не берешь? – вставил шпильку Пошнагов, припоминая области, где ему доводилось бывать.

– Не-э-эт. Там степь совсем другая, все больше песчаная, – продемонстрировал свою осведомленность Мигузов, а потом решительно рубанул рукой. – Хватит душу травить. Эх, как же на Землю захотелось!

– Так ты же говорил, что делать тебе там нечего.

– А я и сейчас это говорю. Так, взглянуть одним глазком – и хватит. Я, конечно, немало прожил на родной планете, но оказаться к ней прикованным что-то желанием не горю. Мне хочется знать, что передо мной открыты космические горизонты. Да и в космосе мне не показалось так уж скучно. Разве только «Щука»…

– Чем это тебе не угодил мой кораблик? – тут же вскинулся Сергей.

– Да только тем, что он как раз кораблик. В смысле маленький и тесный, прямо как дизельная подлодка, – успокоил его Виктор.

– А тебе атомную подавай?

– Не помешало бы. Все комфортнее. Ладно, пора заканчивать завтрак и выдвигаться.

– Согласен, – делая последний глоток сагнолла, произнес Сергей, а потом заговорил о насущном: – Как думаешь, далеко они оторвались?

– Сомневаюсь. Километров двадцать, не больше. За сегодня нагоним. Вряд ли они двинутся в путь спозаранку. Погони им опасаться нечего, так что спешить не будут. Опять же они уже неделю, как волки, рыщут по степи, может, и вовсе встанут на пару деньков, если место удачное.

В этот раз они преследовали банду, орудующую на севере Киликии, весьма обширного государства, еще недавно бывшего колонией. Их фирма вообще действовала в основном на его территории. Места по большей части дикие, незаселенные. Обжитые оазисы больших и маленьких городов с окружающими их фермами отделены друг от друга значительными и практически не заселенными пространствами. Причем без разницы, в южной части, покрытой лесами, или в северной, степной.

Очень похоже на Дикий Запад времен завоевания Америки. Ну, во всяком случае, как это себе представлял Сергей. Впрочем, как бы оно ни было, но вся Киликия вполне подпадала под определение «фронтир». Малоосвоенное пространство с простыми и жестокими нравами. Здесь смерть всегда была рядом и человека могли убить за пару поношенных, но еще крепких сапог. Стоит ли удивляться, что и правосудие являлось настолько скорым, насколько же и жестким.

Но Сергей не мог испытывать хоть какую-нибудь жалость к тем, кто, покусившись на деньги, убил двоих служащих банка и одну посетительницу, а еще двоих женщин тяжело ранил. И ведь мало того, они устроили настоящую бойню на улице, стреляя во всякого, кто имел неосторожность попасться им на глаза. В общей сложности они убили шестерых и ранили восемь человек для того, чтобы похитить сумму, эквивалентную пяти тысячам кредитов.

Кстати, Пошнагов с удовольствием поставил бы в один ряд с бандитами и идиота-законника славного городишки Вилонна вместе с его помощниками. Мало того что они прозевали демонстративное прибытие в город целого десятка вооруженных до зубов бандитов, так еще и устроили с ними перестрелку на оживленной улице. Ну прозевали, с кем не бывает. Так к чему усугублять и множить жертвы? Дайте им уйти за город и разберитесь уже в чистом поле. Тем более те при прорыве не потеряли ни единого человека. Сергей даже подозревал, что некоторые горожане погибли от рук самих блюстителей порядка.

Впрочем, свое законники получили. Бандиты не стали тупо убегать, а сделали петлю, вернувшись к своим следам. Там они обнаружили следы преследующего их отряда и уже сами стали преследователями. На рассвете, предварительно убрав караул, они напали на отряд законника. Из полутора десятков ополченцев только пятеро смогли вырваться и сбежать домой. Остальные остались в ложбине, на месте лагеря. Двоим раненым хватило ума застрелиться. Над четверыми глумились от нескольких минут до нескольких часов.

Конечно, Сергею было жаль погибших. Он же не зверь, в самом-то деле. Но вот над трупами пятерых – законника и его помощников, которые оказались среди убитых, он плакать не собирался. Окровавленные женские и детские тела, которые он видел на пыльной городской улице, как-то этому не способствовали.

– Думаешь, что они решат отдохнуть? – усомнился Сергей.

– Ну, на их счету – почтовая карета, почтовый вагон и два банка. И все это – за неполный месяц. Не железные же они. Отдых им просто необходим, – уверенно заявил Мигузов.

– А я думаю, что они поднимутся ни свет ни заря и двинутся в направлении ближайшего города на территории Талании. Им перепал солидный куш, так что деньги уже должны жечь руки. Степь – это не слишком подходящее место, чтобы их потратить.

– Ну не знаю. Если ты прав (а это, скорее всего, так) и им просто не терпится потратить деньги, то зачем уходить за границу? До ближайшего таланийского города – три сотни километров. При самом лучшем раскладе – трое суток ходу. А вот до киликийского – полтораста, даже если не будут торопиться, завтра к вечеру уже доберутся, – рассматривая с помощью искина карту местности, не согласился Виктор.

– Сомнительно, – возразил Сергей. – Ну какая им радость тратить награбленное, все время оглядываясь по сторонам? Больно уж кровавый за ними тянется след. А в Талании они не преступники. Спорим на сотню, что я прав?

– А давай.

– Сергей, у нас проблема, – вдруг послышался голос Клайры, которая, как и требовала того инструкция, находилась на борту «Щуки».

– Слушаю тебя, – подключая к разговору и Виктора, ответил Сергей.

– Только что поступило сообщение от безопасников. Нам предстоит очередная проверка.

Вот же… Ну что ему стоило не вспоминать о возникшем повышенном внимании со стороны конторы, руководимой его старинным знакомцем? А главное, непонятно, как поступить. Они уже встали на след. В принципе осталось только выйти к лагерю бандитов, обложить его и завершить охоту, дав бандитам бой. Именно что бой, с такими иначе не получится. Все указывало на то, что там собрались как минимум те, кто знает, с какой стороны браться за винтовку.

Однако нанимателям оказалось этого мало. Если бы Пошнагов пошел по этому сценарию, то получилось бы классическое – играли и не наигрались. То есть вроде как и целей будет с избытком, и изрядная доза адреналина отдыхающим обеспечена, но случится все слишком быстро.

Восемь дней пути в тесном кораблике, потом еще двенадцать – подготовки в поле, и все это только ради того, чтобы потратить день на обнаружение банды, а на второй ее расстрелять? Нет, подобное их решительно не устраивало. Они настаивали на прелюдии. Им нужна была погоня с выслеживанием противника и только потом развязка.

Что же, они вполне имели на это право. Уж за такие-то деньги – точно. Именно поэтому они и разбили лагерь здесь, даже не попытавшись обнаружить стоянку бандитов. Дальше погоня должна была продолжиться по земле. «Щуке», как всегда, отводилась вспомогательная роль. Иными словами, носильщика и спасателя, коль скоро дойдет до подобного.

И вот теперь придется от этого отказаться и лететь в Раппель. Причем задержаться не было никакой возможности. Вызов для проверки подразумевал, что «Щука» уже под колпаком спутников, а значит, у них есть пятнадцать минут, чтобы свернуть лагерь и выдвинуться только по одному маршруту – прямиком в космопорт. Н-да. Нанимателям это явно не понравится.

– Господин майор, здравствуйте. Я прошу прощения, что побеспокоил в столь ранее время…

– Сергей, ты хотел сказать: в столь позднее время. Я уже собирался ложиться отдыхать.

Хм. Ошибочка. Они же сейчас в другом полушарии, и если у них рассвет, то в Раппеле народ ложится спать. Не сказать, что уже перевалило за полночь, но все же далеко не вечер. Подтверждением этого служило и то, что майор был одет в домашний халат, чего, разумеется, не позволил бы себе, будучи на службе. Стоп. Значит, он не на службе? И что все это значит?

– Я еще раз прошу прощения.

– Ну что у тебя?

– Просто нас вызывают в Раппель для очередной проверки…

– Ну так и летите.

– То есть вы не в курсе?

– Я – нет. Наверное, это мой помощник, у него сегодня дурное настроение, поссорился с подружкой, вот и решил скоротать ночь. Так что дергай его. Все, отбой.

Разговор с помощником внес хоть какую-то ясность. Все верно, вызов организовал именно он. Нет, его не смущало то, что перелет займет два часа, он с нетерпением ожидает появления объекта проверки. Именно так, сегодня его интересует только корабль, а в частности – его бортовой искин. Так что Сергей с остальными могут располагать собой по своему усмотрению. И вообще, у «Щуки» до старта осталось десять минут.

На то, чтобы обратить на себя внимание группы и сообщить им «приятную» новость, ушло минуты полторы. Еще секунд тридцать они осознавали информацию. И наконец, не меньше минуты возмущались решением Сергея грузиться на корабль и лететь на космодром.

– Господа, банда от нас никуда не денется. Даже если они решат двигаться в направлении киликийского города, они смогут добраться до него самое лучшее завтра во второй половине дня.

– Ну уж нет. Я заплатил за то, чтобы участвовать в охоте на преступников и иметь возможность подстрелить кого-нибудь из этих негодяев. А все эти ваши трудности со службой безопасности меня мало волнуют, – возмутился здоровяк по имени Регном, заправлявший компанией с трехмиллиардным годовым доходом.

– Верно.

– Правильно.

– Так их, Регном, – поддержали его остальные.

– Господа, время. Некогда спорить. Если «Щука» опоздает со стартом, конец и нашей лицензии, и вашей охоте, потому что вы тут же превратитесь в частных лиц и воспользоваться оружием сможете только для самозащиты, а факт нападения на вас еще нужно будет доказать. У нас все чисто, так что еще к вечеру сегодняшнего дня мы вернемся обратно.

– Еще один вопрос. Нас также должны будут проверять? Иными словами, нам нужно лететь? – опять Регном.

– Нет. Их интересует только корабль и его бортовой искин, – не стал кривить душой Сергей.

– Тогда я предлагаю следующее. Мы отправляемся в погоню, а пилот пусть летит на проверку. Раз уж он вернется к вечеру, то я не вижу никаких сложностей.

– За исключением такой мелочи, как то, что мы останемся без прикрытия и быстрой помощи. То есть если кто-то из вас получит смертельную рану, то она таковой и окажется. Это вы понимаете?

– Да, мы все прекрасно понимаем.

Этот Регном у них как-то сам собой оказался лидером. Впрочем, они вместе уже больше полумесяца. За это время они должны были уже притереться, как и определиться с лидерством. Во всяком случае, первоначальная расстановка сил должна была произойти. Так оно и случилось.

– То есть вы можете сейчас под протокол высказать свое добровольное намерение отправиться в погоню за бандой убийц, осознавая возникшие сложности с поддержкой и возросший риск?

– Но…

– Раз нет, то садитесь в корабль и не тратьте наше время, – отрезал Сергей.

Регном оглянулся на своих товарищей, и те все как один мотнули своими головами, уполномочивая его огласить вслух их согласие. Ну прямо как кони на водопое. Вот только не все так просто.

– Да, мы это подтверждаем.

– Нет, господин Регном, говорите за себя.

– Да, я подтверждаю, что осознаю все риски и согласен на продолжение охоты.

– Теперь быстро каждый из вас – все то же самое. – Сергей слишком многим рисковал, чтобы лишний раз не подстраховаться.

Все клиенты без лишних разговоров и соплей повторили сказанное Регномом. Все же согласившиеся на подобную охоту, да еще и пожелавшие заплатить за это удовольствие большие деньги, должны обладать весьма решительным характером. Вот они и обладали.

Н-да. Теперь случись что – и фирма Пошнагова не будет нести никакой юридической ответственности. Правда, данное обстоятельство послужит плохой рекламой. Ведь одно дело – платить за бурлящий в крови адреналин и совсем другое – безвременная кончина, когда благодаря современным технологиям можно прожить весьма долгую жизнь. Вот только и выхода у Сергея не было, потому что, откажись он от сегодняшней прогулки, и результат будет тот же. И откуда только взялся этот Регном?

– Клайра, открывай грузовую аппарель и готовься к взлету.

Можно ругаться и сожалеть сколько угодно, вот только неплохо бы это совмещать с чем-нибудь полезным. Например, с выгрузкой необходимого снаряжения.

– Выполняю, – даже не подозревая о злости, обуревавшей Пошнагова, ответила девушка.

Одновременно с ее словами раздался звук заработавших сервомоторов, и грузовая аппарель поползла вниз. Тут же врубились реактивные двигатели. И хорошо, что на отдых отряд расположился в стороне. Иначе всему имуществу, оказавшемуся рядом с раскаленной струей, не поздоровилось бы.

– Быстро все встали в цепочку. Виктор, организовывай.

Из-за переделок от грузового отсека «Щуки» мало что осталось, но он все же имелся. А как же иначе, коль скоро у них хватает различного имущества. И кстати, кое-что из этого самого имущества сейчас придется бросить в дикой степи. Иначе никак, потому что загружаться времени нет. Хорошо бы успеть выгрузить самое важное.

Итак, вот они, тревожные наборы. Вообще-то эти рюкзаки довольно объемные, но в них и хранится много чего полезного. Тут есть все, что позволит выжить в течение длительного времени. Причем все это, несмотря на происхождение, имеется в продаже на Алаянке, иначе, по условиям, фирма не могла бы этим воспользоваться. Разумеется, в настоящий момент в рюкзаках много чего лишнего. Но разбираться уже некогда. Тупо схватить и отправить в руки стоящему рядом Регному, после чего подхватить второй.

Последний комплект перекочевал в руки Регнома, и Сергей подал ему знак покинуть корабль. Еще один штрих. Пошнагов подхватил контейнер размером со средний чемодан и выскочил с ним наружу. Несмотря на габариты, тот оказался достаточно легким, чтобы с ним без труда справился один человек.

– Клайра, на взлет!

– Принято.

«Щука» начала взлетать, одновременно закрывая аппарель. Взгляд на хронометр. До контрольного времени еще полминуты. Связь с девушкой…

– Все нормально, Сергей, мы уложились. Дежурный по космопорту подтвердил, – послышался задорный голос Клайры.

– Отлично. Девочка, только помни, что я тебе говорил, никакой отсебятины. Прилетела, проверили и сразу отвалила. За нас не переживай, шестеро взрослых мужиков, что-нибудь придумаем.

– Я тебя поняла.

– Вот и умница.

Проводив корабль, все обратились в сторону наборов для выживания. Н-да-а. Чего там только не было – от банальной лески с крючками до походного диагноста. Эдакая компактная поликлиника размером с обувную коробку. Этот аппарат не только способен провести экспресс-анализ и диагностику, но еще и оказать первую помощь, и, между прочим, довольно существенную.

Сергей отсоединил от большого рюкзака малый рюкзачок и тут же его выпотрошил. После подхватил большую походную аптечку и сунул коробку из композита внутрь. Угу. Половина пространства тут же оказалась занятой, а его снаряжение увеличилось на пять килограмм. А вот перегружаться никак нельзя.

Конечно, большой рюкзак весит куда серьезнее. Но ведь там собрано очень много и чуть не на все случаи жизни. И потом, есть коктейль стимулятора, который действует весьма продолжительное время без каких-либо побочных эффектов. Если не считать таковыми просто зверский голод.

Впрочем, последнее вполне компенсируют вот эти армейские суточные пайки. Очень интересная штука. Габариты – как у плитки земного шоколада, кстати, похожа по цвету и так же разделена на квадратики. А вот вкус чем-то напоминает жареные семечки и свежий белый хлеб. В общем, очень питательно и довольно вкусно. Этих в мешок – с десяток. Кто его знает, как оно все обернется.

Все, больше ничего не утащишь. Бронежилет – три кило, карабин с оптикой – около четырех, револьвер – около килограмма, четыре гранаты – два с половиной кило, патроны к карабину и револьверу общим весом чуть больше пяти. Уже получается около шестнадцати килограмм. Добавить сюда разную мелочовку вроде фляги с водой, персональной аптечки, тот же искин чего-то да весит. И так далее и тому подобное, а все это носить на себе любимом.

Общий вес снаряжения с легкостью переваливает за двадцать килограмм, а тут еще и рюкзачок. Но без аптечки никак нельзя, коль скоро они остались без помощи. Нужно же будет как-то продержаться, случись беда.

– Витя, я взял большую аптечку.

– Ясно. Ну, чтобы по-честному, тогда я на тот же вес наберу патронов и гранат.

– Ты не на войну собрался, часом?

– Ну уж не в пионерлагерь, это точно, – продолжая возиться с беспилотником, который и находился в последнем контейнере, возразил Виктор.

Ну да. У них теперь был беспилотник. Дело в том, что использовать все время «Щуку» неудобно, больно уж она приметная. Да и лишний повод для придирок безопасников. А небольшой самолетик полностью укладывался в местные реалии. Для его изготовления Виктор и Сергей использовали навыки, приобретенные в свое пионерское детство в авиамодельном клубе. Редко кто из мальчишек бывшего СССР не занимался чем-либо подобным. Сделан самолетик из того, что можно найти на Алаянке.

Электродвигатель местного изготовления. Энергетический кристалл и солнечная панель – с видеопанели. Последние получили хождение на планете и оснащались независимым источником питания. Ничего не поделаешь: не все обеспеченные люди проживали в местах, где имелось электричество. И наконец, персональный искин самой простой модели, настроенный на самолет и превращенный в бортовой. Веб-камера искина передавала изображение и могла обеспечить весьма приличное приближение. Все остальные комплектующие – из самых обычных детских игрушек.

Что же касается самих самолетов, то тут Пошнагов не привнес ничего нового, ну разве только сама идея и компоновка. На Алаянке существовало бесчисленное множество моделей летательных аппаратов. Авиаконструкторы строили свои крылатые машины кто во что горазд.

Впрочем, Сергей предполагал, что им не запретили самолетик только по той причине, что они показали, как именно можно использовать доступные средства. Нет, не службе безопасности, у них в подобном анахронизме никакой необходимости не было. А вот, к примеру, помочь той же Кадии, которую ирианцы исподволь поддерживали, не помешает. Тем более тут и впрямь ничего сложного, нужна только идея, как свести все это воедино. Отчего бы не отдать лавры кадийцам. Да бога ради, Пошнагов только «за». Он свою модель не лицензировал, так что пусть пользуются.

Виктор наконец закончил собирать самолетик и, разбежавшись, запустил его в полет. Искусственная птичка тут же довольно резво взмыла вверх. Глядя ей вслед, Мигузов начал задавать задание и направление. Разумеется, он это делал, поддерживая связь через свой искин. Беспилотник довольно резво набрал высоту, затем развернулся и, взяв направление на север, устремился вдаль.

Кстати, конструкция получилась довольно удачной и была способна висеть в воздухе так долго, как только понадобится, если, конечно, не случится чего-то непредвиденного. Во всяком случае, в летнее время, с его длинными днями и короткими ночами. Этому способствовали солнечные панели, конструктивно вписанные в крылья и фюзеляж аппарата, подзарядка днем и расход накопленной энергии ночью. Просто идеально.

Теперь проверить своих подопечных. Возмутитель спокойствия Регном и его приятель Дуат. Мужчины сошлись еще по пути на Алаянку, на борту «Щуки». У них нашлось много общего. И в виртуале они нередко проходили задания в паре. Учитывая это, во время боевой подготовки их также свели вместе. Вот и сейчас они рядом, помогают друг другу со снаряжением. Да и остальные – Лайн и Гарпид – от них не отстают.

Ничего так, управились вполне на уровне. Разве только некоторый перекос в слишком уж большой боезапас. Прямо на войну собрались, а не против десятка бандитов. Не одинок Виктор, не одинок. Ну да кто же им запретит? Ношу тащить им, чрезмерно себя не нагружают, с физической формой порядок. Вольному воля.

Сергей развернул небольшую одноместную палатку. Впихнул в нее все остающееся здесь имущество и включил маяк. Не хотелось бы безвозвратно терять все это добро. Даже по самым скромным прикидкам, его тут оставалось на весьма солидную сумму. Достаточно сказать, что одна только большая походная аптечка стоила двадцать тысяч кредитов, а их тут пять. Ну и дальше по списку. Поэтому по возможности нужно будет вернуться и все собрать. Конечно, застегнутая молния не поможет от людей, но зато не позволит излишне порезвиться разному зверью.

А чтобы никто не поживился за их счет, Сергей установил небольшой заряд с сюрпризом. Всего-то шесть килограмм стандартной взрывчатки. В каждом из комплектов ее было по одному кило. Эквивалент с тротилом – один к полутора. Мало не покажется никому. Ну и с поживой ничего не выйдет. Правда, сюрприз мог сработать и в том случае, если на закладку нарвется достаточно крупный зверь. Но тут уж ничего не поделаешь. Было бы время, собирались бы куда как продуманнее.

Ну вот. И сам, и подопечные к выходу готовы. Теперь еще пару штрихов – и вперед. Во-первых, сделать инъекцию того самого бодрящего коктейля. Это позволит бежать хоть десять часов кряду, не ощущая переутомления и не глотая жадно воздух. Во-вторых, надеть на ноги ходули, благодаря которым скорость передвижения возрастет от десяти до тридцати километров в час, и это с учетом пересеченности местности. Разумеется, горы в этот список не входят.

В последние годы на Земле начало набирать популярность такое развлечение, как джампер. Ходули с рессорами, позволяющими как быстро бегать, так и высоко прыгать. К слову заметить, с их помощью в основном проделывают различные трюки. Завораживающее, нужно сказать, зрелище. Незадолго до встречи с вербовщиком Сергей неоднократно наблюдал, как группа молодых людей бегала и прыгала на джамперах в парке отдыха.

У ирианцев существовало нечто подобное. Только инопланетная конструкция была более продуманной и практичной. К примеру, Сергей очень сомневался, что на джамперах можно вот так бегать по пересеченной местности, скорее уж по дороге, причем без рытвин и кочек. А вот ирианский аналог вполне с этим справлялся. И вообще не казался чем-то инородным, а являлся неким органичным продолжением ноги. И кстати, поставлялся на Алаянку, хотя и стоил по местным меркам неприлично дорого. Игрушка для избранных, так сказать.

Кстати, средняя скорость всадника составляла порядка одиннадцати километров в час, и поддерживать он ее мог не больше восьми часов. Можно и дольше, но тут опять же нужны стимуляторы. Да и то не факт, выдержит ли лошадь подобное издевательство. Все же что ни говори, при всех достоинствах этого животного, оно куда более прихотливое и менее выносливое, чем человек.

Благодаря этим самым ходулям и допингу отряд получал неоспоримое преимущество. Даже несмотря на имеющуюся фору, у банды нет шансов уйти от преследования. Разумеется, если им не удастся запутать следы. Все же Виктор и Сергей так и не стали настоящими следопытами. Но ведь именно по этой причине они и обзавелись беспилотником. Так что нет у банды шансов.

– Витя, ну что там у БП?

– Пока еще никого не обнаружил, – переминаясь с ноги на ногу и взглянув на экран искина, ответил Мигузов.

Всем хороши ходули, но вот стоять на них неподвижно никак не получается. Как следствие, и стрельба с них может быть скорее наудачу. Конечно, долгие и многочисленные тренировки помогут решить эту проблему. Вот только с тренировками было не очень, и Сергей пока не мог похвастать результатами. Разве только на близких дистанциях, до двадцати метров из револьвера и пятидесяти из карабина, удалось получить более или менее внятные результаты. Во всяком случае, в ростовую мишень попадал. У Виктора хотя и лучше, но ненамного. Про остальных в отряде и говорить не приходилось.

– Ясно. Тогда пока двигаем по следу, – подытожил Сергей и продолжил, обращаясь к остальным: – Идем тройками, господа. Витя, вы замыкаете. Вперед.

Как уже говорилось, Сергей вовсе не стал следопытом, но след, оставляемый десятью всадниками, да еще, скорее всего, и с заводными лошадьми, все же рассмотреть мог. А как же иначе, такое количество тянет уже на небольшой табун. Поэтому особенных трудностей с движением в нужном направлении они не испытывали. Ни разу даже не пришлось снизить скорость.

Сергей связался с беспилотником. Пока ничего. Странно. Прошел уже час. Учитывая скорость аппарата (порядка шестидесяти километров), самолетик уже должен был обнаружить банду. Ну не могли бандиты иметь такую большую фору, несмотря на наличие заводных. Даже если бы они решили идти всю ночь, то сейчас уже должны были остановиться на отдых. Иначе попросту загонят лошадей.

Оставаться в этих местах без лошади не рекомендовалось. В большинстве случаев это равносильно смерти. Ведь кроме всевозможных хищников, от которых можно отбиться с помощью огнестрельного оружия, есть еще и местные аборигены.

Они чем-то напоминают кроманьонцев, как их рисуют земные ученые. Смуглый цвет кожи, черные волосы, обычно нечесаные и торчащие колтунами во все стороны. Одежда из грубо выделанных шкур, оружие по большей части каменное или костяное. Каменные же и костяные украшения. У мужчин наличествует растительность на лице. Лица густо покрывают краской.

Правда, за последнюю пару сотен лет их первобытное общество во многом претерпело изменения. В их жизни появились современные предметы быта и оружие. Как ни странно, но несмотря на постоянные стычки с колонизаторами, налицо прирост численности племени. Вроде бы и воюют постоянно, и теряют своих соплеменников, а их численность растет. Не иначе как результат знакомства с прибывшими из-за океана, приведший к уменьшению смертности в результате естественных причин из-за использования разных препаратов.

Впрочем, Сергей особо этим вопросом не интересовался. Для него было достаточно знать, что дикари используют лошадей только как тягловое животное, сами «кроманьонцы» на них не ездят. Да оно им и ни к чему. Имея на себе вес всего лишь в пятьдесят кило, они были способны за день преодолевать расстояние в сотню километров, что по силам далеко не каждой лошади. Ну да, здоровые ребята. Метра под два ростом. И бегуны хоть куда. Им ходули не нужны.

Вот не ко времени он о них вспомнил. Как бы чего недоброго не вышло. Оно ведь как. Подумал о чем нехорошем – и пожалуйста, доставай ложку и начинай расхлебывать кашу, причем зачастую отвратную на вкус. Лучше уж о чем-нибудь хорошем. Ну, например, о бандитах. Куда же они запропастились?

След начал постепенно забирать вверх по склону холма. Вроде ничего удивительного. Если нет острой необходимости, никто не станет загонять лошадь, поднимаясь на склон по прямой. Но Сергей вовсе не собирался забывать, на кого они охотятся. Ведь этот след может вывести прямиком на засаду.

– Витя, возвышенность справа. Осмотрись.

– Принял.

– Только поднимись на гряду по прямой, а потом зайдешь с фланга.

– Думаешь?

– Чем черт не шутит, пока бог спит.

– Сделаю.

– Отряд, сто-о-ой!

Беспилотник – это хорошо, но он где-то там, километрах в сорока, пытается нащупать банду. И пока безуспешно. А хотелось бы взглянуть, что творится здесь, под носом. Это даже в чем-то важнее, потому как является вопросом собственной безопасности. И дело даже не в возможной встрече с дикарями. Просто бандиты уже показали, что способны преподносить сюрпризы и устраивать засады на своих же преследователей.

– Сергей, что-то случилось? – поравнявшись с начальством, поинтересовался Регном.

Угу. Вот так вот. Ну не армейское у них подразделение, а потому обращаются друг к дружке по-простому. Хорошо хоть имен пока одинаковых нет. А вообще нужно вводить позывные. Мало того, что удобно, так еще и антураж соответствующий. И как это ему раньше в голову не пришло? А Виктору? Стоп. Виктора лучше не трогать. Мужик пятнадцать лет провел на Океании, пока расплатился за лечение своих болячек. Последние десять лет организовывал настоящую охоту, а там позывные не нужны. Это тут у них войнушки, понимаешь ли. Недаром же говорят: дурная голова ногам покоя не дает. Ну не делец он ни разу!

– Нет, Регном, слава богу, пока ничего не случилось, – все время переступая с ноги на ногу (на ходулях же!), ответил Сергей. – Просто нужно осмотреться. Не сбивайтесь в кучу. Рассредоточьтесь.

Это уже ко всем. Послушали. Все же дошло до них, что здесь вовсе не шутки. Шальная пуля в незащищенную шею – и все, пишите письма. Впрочем, если прилетит в ногу, будет ничуть не менее весело и уж тем более если повредит кость.

Опять дурные мысли лезут в голову. Лучше, пока есть время, а Виктор при деле, перенаправить БП. Ведь ясно же, что бандиты не так просты, как казалось вначале. Вот так. Возвращайся, парень, и начинай описывать круги, постепенно расширяя зону поиска.

Виктор уже был на середине склона и весьма бодро продолжал подъем. На ходулях брать такие подъемы – одно удовольствие, только получше отталкивайся, чтобы тебя повыше забросило. А вот со спуском так лихо не получится. Сергей даже представить себе не мог, каким нужно оказаться акробатом или смертником, чтобы решиться на подобное. Он хорошо помнил, как в детстве сбегал с крутых склонов. Незабываемые впечатления. Настолько, что сейчас он точно не решится повторить подобное.

Сначала неподалеку ударила пуля, срезав стебель какой-то высокой травы и ударившись в землю, и только потом донесся звук первого выстрела. Затем вокруг зажужжали рассерженные шмели, а следом раздалась целая разноголосица, которая больше походила на разрозненный залп.

Сергей сумел рассмотреть легкие, едва различимые сизые дымки на вершине холма. Не так чтобы и далеко. Метров триста. Вполне приемлемо для точного выстрела, если противник стоит во весь рост. И стрелки среди бандитов были вполне приличными, если судить по свистящим вокруг пулям. Но отряд вовремя рассредоточился. К тому же их пока спасало то, что они были на ходулях, отчего все время пребывали в движении.

– Отставить! Не ложиться!

Сергей едва успел подхватить Лайна, уже готового упасть на землю. Вот только здесь залегать нельзя, потому что охотники тут как на ладони. Все это пронеслось в его голове в одно мгновение, он еще не успел до конца сформулировать свою мысль, а уже отдавал команды:

– Не стоять! Все бегом к берегу реки! Бегом и не останавливаться!

Вообще-то, по-хорошему, в крике никакой необходимости, потому что у всех имеются искины, и как бы тихо он ни говорил, все его расслышат ясно и четко. Но об этом легко рассуждать, находясь в стороне, а не под обстрелом. И осознание того, что попасть в подвижную мишень не так уж и просто, а твое тело по большей части прикрыто броней, ничуть не способствует спокойствию.

Слава богу, никто не стал с ним спорить и что-то доказывать. Все четверо сорвались с места и понеслись к реке, до берега которой было чуть больше трехсот метров. За них теперь можно было практически не волноваться. Если кто-то из бандитов и сможет попасть в цель, скачущую, как кузнечик, то только по большой случайности. Тут ведь приноровиться не получится, так как из-за неровного рельефа каждый скачок отличается от предыдущего.

Ну а чтобы эту случайность уменьшить еще больше, Сергей поспешил вооружиться карабином. Нет, попасть в залегшего противника на такой дистанции нечего и мечтать, тут не поможет даже оптика, она даже наоборот, скорее, будет мешать. Как уже говорилось, невозможно вести точную стрельбу на большую дистанцию, все время пребывая в движении. А в оптику так еще и ничего не рассмотришь. Но зато возможно отвлечь огонь противника на себя. И именно об этом думал Сергей, откидывая флажок предохранителя.

Приклад в плечо. Панорама в оптике все время трясется и скачет. Но это он так, только чтобы лишний раз убедиться в бесполезности ее использования. Свист пули, это совсем уж близко. Выстрел! Прыжок в сторону. Одновременно, еще находясь в полете, Сергей дернул затвор на себя. Все же карабин изготовлен качественно, затвор скользит легко, без какого-либо намека на затруднения и уж тем более на перекос. Когда копытца ходуль коснулись земли в двух метрах правее, очередной патрон уже сидел в стволе.

Сергей не стал гасить амортизацию, а скакнул еще раз, и опять вправо, на этот раз сумев улететь метра на три. Еще в полете приклад уже уперся в плечо. Ноги привычно подогнулись, гася амортизацию. Длительные тренировки не пропали даром, и все его действия производились практически без участия разума. Навести оружие в сторону противника. Хорошо, если пуля пройдет хотя бы рядом с залегшим противником, тогда стрелок обязательно переключится на Сергея. Уловить момент, нажать на спуск, а потом опять прыжок, но на этот раз влево.

Взгляд сам собой начинает выискивать Виктора. Он в принципе находился к противнику если и ближе всех, то ненамного. Все потому, что поднимался на склон под прямым углом к их прежнему курсу. Но зато теперь ему нужно куда больше времени, чтобы добраться до берега реки и выйти из-под обстрела.

Ошибочка. Похоже, Виктор достигнет реки одновременно с их подопечными, а может, даже и обгонит их. Уж больно у него все это резво выходит. Ну если, конечно, он не свернет себе шею. Это же нужно вытворять подобное! Теперь Сергей точно знал, что означает выражение «семимильные шаги».

Виктор как раз сейчас несся на Сергея, подобно скорому поезду, и совершал такие прыжки, что дух захватывало даже наблюдать подобное со стороны. А уж что чувствовал сам Виктор, можно было только догадываться. С каждым шагом он взлетал на высоту не меньше четырех метров и при этом умудрялся пролететь метров двадцать, если не больше. О том, чтобы остановиться, не могло быть и речи. Оступись он самую малость, не выдержи амортизатор – и все, голова-ноги-хвост. Костей не соберешь.

Вот только даже осознавая этого, Сергей не смог удержаться от улыбки. Виктор сейчас как раз находился в одном прыжке от него, и потому Пошнагову было отчетливо видно перекошенное от страха лицо товарища. Тысяча к одному, он сейчас костерил себя за то, что не принял бой, находясь там, на склоне, пусть он представлял бы из себя самую настоящую мишень. Но там шанс получить смертельную рану был куда меньше, чем здесь сломать себе шею.

Крик Виктора, пронесшегося рядом и оравшего в голос, окончательно выбил Сергея из колеи, и он, ничуть не сдерживаясь, рассмеялся в голос. Да, да, товарищу грозит смертельная опасность, а он ржет, как лошадь Пржевальского. Тут ведь еще совсем некстати и анекдот про десантника вспомнился. Пошнагов даже забыл о намерении отвлечь весь огонь на себя. Его просто скрутило от смеха.

Он даже не сразу понял, что произошло, когда его приложило в грудь и опрокинуло на землю, словно кто-то от души въехал ногой. Хорошо хоть при этом его закрутило и он упал не на спину, а приложился правым боком, сумев погасить падение выставленными перед собой руками. Иначе, кто знает, как бы это сказалось на аптечке, корпус которой был выполнен не из удароустойчивого композита.

Это что же такое было? В него попали? Сергей прислушался к своим ощущениям, стараясь понять, не ранен ли он. Да вроде нет. Грудь справа слегка побаливает, но… Если грудь, то тут ничего страшного. Пластина, конечно, не выдержит, но ткань, которая даст фору кевлару, устоит. И все же он ощупал себя. Да нет, вроде все в порядке.

Изогнуться колесом. Задрать ноги вверх. Теперь все нужно сделать, выдерживая сочетание силы, плавности и быстроты, как бы все это противоречиво ни звучало. Р-раз. Все как на тренировках, он оказался на ногах. Хм, и даже карабин не выпустил из рук. Сделав еще один выстрел, Сергей тут же развернулся и, подобно остальным, понесся к берегу реки.

Нет, все же Виктор не успел догнать остальную группу. Тут расчеты Сергея не оправдались. А вот по части того, что ему так просто не остановиться, он оказался прав. Как раз когда Пошнагов начал набирать скорость, подгоняемый свистящими вокруг пулями, Мигузов, в последний раз сверкнув перед его взором, скрылся за урезом берега. Похоже, что купание ему гарантировано. Не беда. Главное, чтобы без переломов. А так – и штаны мокрые вполне оправданно, и простирнет заодно.

Не все так просто. Виктор все же обогнал одного из беглецов. Тот сейчас копошится в невысокой траве, очень напоминая при этом жука, перевернутого на спину. Остановиться и помочь нет никакой возможности. Здесь склон, конечно, не тот, на котором Виктор показывал чудеса эквилибристики, но угол наклона тоже немаленький. А главное, расстояние от стрелков – уже порядка пятисот метров, раненый не добежал до берега самую малость. Да они его сейчас попросту не рассмотрят, если только…

– Регном, не шевелись! Замри, они тебя и в бинокль не рассмотрят.

Еще с десяток прыжков, вот и берег. Йо-о-о, как тут круто-то. Сергею пришлось приложиться о край обрывистого берега пятой точкой и проехаться два с лишним метра по склону. Ага. Остальные тут и приходят в себя после стремительного забега, а главное, все же после приземления. Причем все умудрились искупаться. Нет, Виктор, оказавшийся почти на другом берегу и сейчас пытающийся вылезти из довольно бурного потока ниже по течению, конечно же вне конкуренции. Но то, что он довольно активно двигается, внушает оптимизм.

А вот Сергею купания удалось избежать. Правда, ради этого пришлось пожертвовать отбитой задницей. Но это мизерная плата за право остаться сухим. Ох-х, ё! А может, не такая уж и мизерная, коль скоро так больно даже сейчас, когда он в горячке.

Некогда жалеть себя любимого. На открытом месте остался еще один охотник. И пусть он одет в камуфляж, это просто увеличивает его шансы не быть обнаруженным, но вовсе не делает это невозможным. Хотя… Стрельба вроде прекратилась.

Упираясь копытцами ходуль в крутой берег, Сергей пополз вверх. Наконец ему удалось примоститься, чтобы не так сильно болело. Правый глаз к панораме прицела. Ну где же? Неужели это все? Вот так быстро убедились в том, что цель больше недоступна, и ушли?

Ага. Есть один. Ну теперь-то Сергею не нужно переминаться с ноги на ногу. Правда, тут и расстояние – метров в шестьсот будет, а Сергей никогда не замахивался на звание снайпера. Но с другой стороны, положить пулю где-нибудь поблизости он сможет. И этого вполне достаточно, чтобы заставить бандитов позаботиться о своем здоровье. Уж для них-то он точно будет вне досягаемости.

Они таким образом упустят банду? Ничего подобного. Еще после первых выстрелов Сергей понял, что этот раунд остался за романтиками с большой дороги. Так что все нормально. Пусть уходят, и желательно побыстрее. Ему еще нужно выяснить, что там случилось с Регномом. Ранен? Оступился? Не сломал ли себе чего? Словом, пришла пора зализывать раны и считать шишки, а не гоняться за бандой.

Задержать дыхание. Поймать голову бандита в перекрестье. Выстрел! Затвор. Выстрел! Затвор. Выстрел! Нет, ответного огня бандиты не открыли. И сколько Сергей ни всматривался в прицел, никого больше так и не увидел. Не помог и бинокль, имевший большее приближение.

Наконец БП приблизился на достаточное расстояние. Вот он захватил цель и сосредоточился на группе из девяти человек, сбегающих по обратному склону холма, к слову, не такому крутому. А куда… Ах вот оно в чем дело. Эти паразиты в очередной раз устроили волчью петлю. Поднимаясь на склон холма по касательной, они прошли таким образом, чтобы погоня, идя по следу, напоролась бы на их выстрелы с правого фланга. Двигайся охотники таким образом и дальше, то неминуемо попали бы под кинжальный огонь.

Только бандиты не ожидали того, что Сергей остановит группу и отправит Виктора подняться на холм не наискось, а напрямую. Нет, это не Пошнагов такой гениальный стратег. Просто на ходулях проще штурмовать возвышенность в лоб, а не обходными путями. В обход как раз лучше спускаться, что наглядно продемонстрировал Виктор.

Группа скрылась под деревьями небольшой рощицы. Стало понятно, отчего БП не смог засечь их во время своего облета. Ну теперь-то они от него никуда не денутся. Проблем с топливом у воздушного разведчика нет, может висеть в воздухе сутки напролет. Вот пусть и присматривает за добычей. Угу. У охотников с бандитами теперь еще и личные счеты.

– Все нормально, Регном, можешь сесть.

Сергей опустился рядом с клиентом, уже будучи на своих двоих. Кстати, и его нужно избавить от ходуль. Все равно сейчас предстоит привести себя в порядок после пережитого приключения. Ого. Регному, похоже, нужно срочно оказать первую помощь. Правый рукав его куртки изрядно пропитался кровью.

Все оказалось не так страшно, как показалось вначале. Пуля попала в плечо, пройдя навылет и не задев кость. Правда, Регном потерял изрядно крови, но с этим вполне можно справиться. И вообще, уже через сутки он будет в полном порядке. Даром, что ли, у них с собой полевая аптечка. С помощью зонда и физраствора промыть рану. Потом сделать по паре инъекций вокруг входного и выходного отверстия. Наложить повязку и ждать чудесного исцеления, возможного благодаря научным достижениям ирианцев и введенным в организм наноботам.

– Ну ты как, жив?

– Вообще-то был уверен, что убьюсь к чертям собачьим, – недовольно качая головой, ответил Виктор, опускаясь рядом с Сергеем.

– Да-а-а. Это было нечто. Хочешь, прокручу видео?

– Не. Потом как-нибудь, когда трясти перестанет. Как Регном?

– Уже завтра будет как новенький. Мягкие ткани, легко отделались.

– А не лучше ли было бы их атаковать?

– Они были на слишком выгодной позиции. Завяжи мы с ними бой – и так легко не отделались бы. Ничего, БП теперь у них на хвосте, до ближайшего населенного городка по выбранному ими пути – двое с половиной суток ходу. Так что в следующий раз правила игры будем диктовать мы. А вообще, они, конечно, не ожидали того, что мы станем так скакать, – не выдержав, все же хохотнул Сергей.

– Это точно. Но зато теперь они знают, кто у них на хвосте.

– Ерунда. Ничего они теперь не поделают.

– Угу. Пока ты возился с Регномом, я успел связаться с Клайрой.

– И судя по твоему кислому выражению лица, не все так благостно.

– Это точно. Короче, ее встретили. Погнали с борта и предложили расположиться в гостинице. Никто среди ночи проверку затевать не стал. Да и во время проверки никто ее не пустит на борт. Словом, начнут не раньше чем через шесть часов, а потом еще два часа будут искать, к чему бы такому придраться. И все это – в наше отсутствие.

– То, что там не будет нашего представителя, меня не слишком-то волнует. Даже получи Ганид указание закрыть нашу лавочку, в одном я могу быть уверен: если мы не изваляемся в грязи, то он нам ее совать под ногти не станет. А вот то, что наша группа во время охоты остается без поддержки, – это уже не так радостно. Придется напрячься и постараться не дать банде оторваться.

– С раненым на руках? Ему для регенерации сейчас покой нужен, а ты хочешь устроить марш-бросок.

– Предложения?

– Разбиваем лагерь тут, а утром отправляемся в погоню. К этому времени Регном практически полностью оправится. Во всяком случае, раненая рука не будет помехой. Тогда и скорость сможем поддерживать на уровне. Опять же Клайра появится. Глядишь, удастся убедить наших клиентов не бегать, а цивилизованно долететь практически до места. А пока суд да дело, мы с парнями поохотимся на кого-нибудь. Не пропадать же коктейлю, что мы употребили с утра. Да и свежатина – самое оно для восстановления сил.

– Добро. Так и поступим.

– Поаккуратнее. – Низкий плотный мужичок даже замахнулся на высокого сухопарого подельника.

– Да что же я, без понятия, что ли, – виновато пожав плечами, ответил тот, явно признавая лидерство первого.

– Будет нам с тобой понятие, если перестараемся. Ага. Вроде крови нет, живчик бьется. Вяжем.

Гопники, а именно уличными грабежами и пробавлялась эта парочка, быстро связали высокого крепкого мужчину, по всему видно, благородного сословия. Вообще-то, не напади они на него внезапно и со спины, им бы не поздоровилось. Благородных с детства учили постоять за себя, не важно, есть при себе оружие или нет. Так что нападать на аристократов порой себе дороже. Конечно, человек не может быть всесильным, но шансы на успех в открытом противостоянии у преступников были все же невелики.

Впрочем, рисковали они и нападая сзади. Но больно уж плата за этого субчика была привлекательной. Настолько, что риск нарваться на решительный отпор, причем в прямом смысле этого слова, им показался вполне приемлемым. Хотя… Им при их занятии приходилось рисковать и за меньшее.

Подхватив связанного по рукам и ногам пленника, они потащили его через темный грязный проход между двумя пятиэтажными домами для рабочих, где мог протиснуться только один человек. Наконец соседняя улица. А вот и карета с нанимателями. Ничего примечательного, обычный легкий экипаж, каких по дорогам Кадии катается великое множество. Быстренько затолкать бесчувственное тело внутрь. Схватить деньги, довольно переглянуться…

Коротышка жалобно застонал, получив в грудь укол отточенной стали. Его долговязый товарищ попытался было убежать, прекрасно осознавая, что выстоять против благородного, уже высунувшегося из кареты наружу, у него нет никаких шансов. Но бегство прекратилось, не успев начаться.

Глупо было бы ожидать, что благородные станут надеяться только на свои силы. Слуги из ближнего окружения также проходили серьезное обучение, дабы в случае необходимости выступать в качестве телохранителей. Кучер слетел с козел одним махом, тут же оказавшись рядом с беглецом. Он на миг приобнял его, а в следующее мгновение послышался хрип, исходящий из перерезанной глотки.

Оставив дергающегося в агонии бандита, кучер переместился к тому, что уже не двигался. Оценил точный удар в сердце, а потом, приноровившись, вогнал в старую рану свой нож. Стилет и шпага-трость – это оружие благородных. Не стоит оставлять явных следов. А так все понятно: убиты такими же прохвостами, как и они. Особо разбираться по их поводу никто не станет и уж тем более не будет проводить вскрытие.

Не забыть забрать пачку ассигнаций, сунуть в боковой карман сюртука. Короткий взгляд внутрь кареты. Молодой господин как раз вытащил иглу шприца из бедра пленника. О, вот он уже потянулся к ножу. Не нужно, чтобы на пленнике остались следы от веревок. Это в планы господина не входило. А пленник… Пленник уже никуда не денется. Во всяком случае, в ближайшие двенадцать часов.

Кучер захлопнул дверцу и, вскочив на козлы, тронул экипаж. На все про все ушло не больше четверти минуты. Не сказать, что похищение людей для дворянских кланов – дело обыденное, но эта парочка, похоже, имела серьезный опыт если не в делах подобного рода, то в чем-то похожем.

Карета около часа петляла по улицам. Как видно, похитители проверяли, не будет ли за ними погони. Однако свидетелей произошедшего не нашлось, или жители рабочего квартала предпочли не вмешиваться в чужие дела. Оно ведь как бывает. Вот так сунешь нос, а тебе его прищемят. Так что лучше сделать вид, что ничего не видел и не слышал.

Наконец экипаж заехал в небольшой уютный дворик на окраине столицы, скрытый от посторонних взглядов высоким каменным забором, увитым плющом. Теперь можно вздохнуть с облегчением. Похоже, первый этап прошел без сучка без задоринки. Впрочем, с их опытом и навыками трудно было ожидать иного.

– Здравствуй, Ралин. – Встречать гостей на ступени вышла молодая красивая девушка лет двадцати пяти, одетая в легкое платье, подчеркивающее ее фигуру.

– Здравствуй, Кики, – ответил ей дворянин, на пару с кучером извлекая из кареты своего пленника.

– Это тот самый господин?

– Да, это он.

– Жив?

– Жив. Тебе от него так легко не отделаться. Когда очнется, приложишь все усилия, чтобы он поверил в то, что ты со своим кучером обнаружила его без сознания на улице и привезла в дом. И учти, он далеко не глуп.

– Ну ты же меня знаешь. Я очарую его так, что у него не останется вопросов.

– Надеюсь на это. Мне не нужны проблемы с его кланом. Веди в комнату.

– Прошу следовать за мной.

Девушка прошла через гостиную и направилась к лестнице на второй этаж. Комната, отведенная ею для гостя, была довольно просторной и светлой. У стены – достаточно широкая кровать, чтобы использовать ее не только для сна. У окна – большой письменный стол с необходимыми принадлежностями и весьма удобное кресло.

Вот в него-то и определили пленника. Не время ему еще ложиться в кровать. Сначала дело, а уж потом отдых. Старший из похитителей снял с руки бесчувственного пленника искин и пристроил на столе. Потом извлек из корпуса стило и примотал к указательному пальцу хозяина. Может, аборигены и не разбирались во всех этих электронных технологиях, но зато они обладали просто невероятной сообразительностью. Ну, может, далеко не все, но вот этот молодой человек – точно.

Не имея возможности воспользоваться чужим искином, парень решил обмануть технику. Гаджет, снятый с руки и лишенный контакта с носителем, не способен определить состояние владельца. Если набирать на его сенсорной панели информацию посредством стило, привязанного к пальцу владельца, находящегося без сознания, то искин не сможет определить, в каком состоянии находится хозяин. Зато он без труда узнает, что это именно он вводит текст. Вот так. Все просто.

Для того чтобы до этого додуматься, нужно всего лишь уметь пользоваться искином, а еще подойти к решению вопроса творчески. Ралин имел опыт работы с таким гаджетом. А это означало, что он принадлежал не просто к дворянскому клану, а к довольно богатому и влиятельному. Уж больно статусная штука.

Парень покопался в меню, влез в контакты. Не зная, под каким именем у него будет значиться искомая личность, начал листать их вручную. Благо на Алаянке искины еще не имели широкого распространения, поэтому и контактов у клиента оказалось не так много. Всего-то две сотни. Помогло еще и то, что у этого педанта все они были записаны аккуратно, с указанием полных имен.

Ага. А вот это, пожалуй, то, что нужно. Глянуть переписку. Обратить внимание на стиль написания писем. Ясно. Кстати, значок напротив имени указывает, что контакт находится в пределах досягаемости и его гаджет включен. Что же, тянуть больше смысла нет.

«Привет, сестренка. Это невыносимо – знать, что ты здесь, и не видеть тебя. Может, встретимся, когда будешь в Раппеле? Очень по тебе соскучился. Хорх».

«Ты чего это в письма ударился? Не можешь говорить?».

Девушка-то как раз использовала речь, но настроенный соответствующим образом искин преобразовывал ее слова в печатный текст.

«Не могу. Нахожусь на встрече. Ну так как, что решила?».

«Я в Раппеле. Приходи в ирианское консульство. Здесь хороший ресторан».

«Прости, но в консульство не могу. Нас там увидят вместе. Это лишнее. Не хочу расстраивать батюшку. У него и так со здоровьем не очень, хотя он и храбрится».

«Что с ним?!».

«Он стар. А ложиться в ирианскую клинику не хочет. Говорит, что таким огромным деньгам найдется лучшее применение на благо клана. Прости, давай поговорим при встрече. Сейчас и впрямь не совсем удобно. Так придешь?».

«Я не могу. Ты же знаешь, Картроны меня все еще разыскивают».

«Жаль. Думал, встретимся. Ладно. Прости, я больше не могу общаться».

«Погоди. Можешь в ближайшие два часа?».

«Через час. Веселый переулок, шесть, квартира четыре. Все, больше и правда не могу. Да, искин я выключу, чтобы меня не смогли случайно проследить».

«Я поняла».

«До встречи».

«До встречи».

– Думаешь, она клюнет? – усомнилась девушка, уже успевшая взять в руки бокал с вином.

– У нее нет шансов. Признаться, я очень сомневался, что все может выйти так удачно, несмотря на то что их корабль в порту. Все же информация прошла в последний момент. Но, похоже, удача нам улыбается.

– Ты ее убьешь?

– Да.

– Но зачем? Тебе ведь нужны только деньги?

– Либо я убью ее, либо нужно убить ее брата. – При этих словах Ралин кивнул в сторону мужчины, находящегося в беспамятстве. – А мне не хотелось бы враждовать с кланом Луттонов.

– Думаешь, когда Хорх узнает о гибели сестры, то успокоится?

– Нет. Но и на нас выйти не сможет.

– А если девчонка расскажет о встрече своим друзьям?

– Ерунда. Информация умрет вместе с ее искином, – подчищая следы общения в гаджете Хорха, возразил Ралин. – За все время наблюдений ни разу не поступало сведений о том, чтобы она свободно разгуливает по планете. Значит, ее начальник, Сергей, запрещает ей что-либо подобное. А тут… Короткая встреча с братом, и никто ничего не узнает.

– Но с чего ты взял, что этот ее начальник вообще станет платить?

– Станет. Еще как станет. У него нет другого выхода. Насколько я знаю, он дорожит своими людьми. И потом, гибель сотрудника в результате жадности начальника – плохая реклама для предприятия. А так он отобьет эти деньги в течение месяца.

– А эта их ирианская служба безопасности?

– Ерунда. Они не станут конфликтовать с одним из могущественнейших кланов Кадии ради какой-то беглянки. Расслабься, я все учел.

Глава 10. За двумя зайцами.

Что за ерунда? Мало того что этот чертов помощник Ганида устроил внеплановую проверку и протянул бог знает сколько времени, так еще и Клайра куда-то запропастилась. И искин ее выключен. Нет, если бы в распоряжении Сергея имелись коды доступа и аппаратура службы безопасности, то он смог бы выяснить куда больше. К примеру, где находится сейчас выключенный гаджет или, если он уничтожен, где находился в последний момент.

Но все это досужие рассуждения. Решать же проблему нужно быстро. А в том, что это серьезная проблема, у Сергея не было никаких сомнений. Клайра, конечно, бывает взбалмошной и порой нарушает инструкции, но такого, чтобы он не мог с ней связаться, да еще и в то время, когда отряд находится неизвестно где… Нет, подобного он не мог себе даже представить.

– Здравствуйте, господин Ганид.

– Сергей? Ну на этот раз хотя бы не среди ночи. Что опять стряслось?

– Дело в том, что я не могу связаться с моим пилотом, Клайрой.

– Хм. Секунду. – Ганид явно проверил какие-то данные и, пожав плечами, ответил: – Проверка завершена два часа назад. Ничего предосудительного не обнаружено. Пилот на связь не вышла, поэтому лейтенант опечатал корабль до прибытия собственника. Еще вопросы?

– Я никак не могу с ней связаться.

– Мы – тоже. Именно об этом я вам и сказал.

– Господин Ганид, я боюсь, что с ней что-то случилось. Она еще никогда не отключала свой искин. Вы же можете…

– Я много чего могу, – перебил Сергея майор. – Вот только зачем мне это делать? Вот в чем вопрос.

– Но она – гражданка империи, и, скорее всего, ей угрожает опасность.

– Во-первых, искин, отключенный в течение пары часов, – это не повод для вмешательства службы безопасности в частную жизнь совершеннолетних граждан империи. Во-вторых, вы действительно хотите, чтобы я влез в это дело?

– Да, – решительно тряхнув головой и понимая, что сейчас на кону его предприятие, ответил Сергей.

Все так. Клайра – незаконный мигрант, вывезенный с Алаянки не кем иным, как Пошнаговым. Его же стараниями она незаконно легализовалась на территории империи. Если бы он не был завязан с ней, то это были бы чисто ее проблемы. Но он был в этом деле по уши. Так что начнись разбирательство – и он мог лишиться практически всего, что имеет, в том числе и своего предприятия. Но он не мог поступить иначе. Клайра не просто его пилот, но и одна из немногих на этом свете, кого он считал близким человеком. А он своих не бросает, и цена не имеет значения.

– Будем считать, что вы этого не говорили, а я не слышал, – покачав головой, возразил Ганид. – Не надо так на меня смотреть, все одно не испепелите. И потом, если с ней случилось что-то настолько серьезное, то ей уже в любом случае не помочь. Прошло более двух часов. Тут уж никакая регенерационная капсула не справится.

– Хорошо. Но эвакуировать нас отсюда вы можете? – чуть не явственно скрипнув зубами, поинтересовался Сергей.

– Вы же знаете, мы не занимаемся извозом туристов. И уж тем более не сотрудничаем с наемниками. Разве только вы находитесь в смертельной опасности. Только в этом случае консульство задействует свои силы и средства. Вы можете подтвердить под протокол, что вам угрожает опасность? Нет? Я так и думал. Все, у меня полно других дел.

– Сволочь, – в сердцах произнес Виктор, который наблюдал за разговором.

Чтобы избежать лишних вопросов, они предпочли отойти в сторону. И, как оказалось, поступили верно. Остальным лучше этого не слышать. Все же клиенты платили не за различные форс-мажоры. По всему получается, что их отряд предоставлен самому себе. В принципе ничего страшного. Ситуация вовсе не была безнадежной. Разумеется, они потеряют время, но только и всего. Единственное, что волновало по-настоящему, – это невозможность связаться с Клайрой.

– Не ругай его, – возразил Сергей, явно пересиливая самого себя и стараясь взглянуть на ситуацию объективно. – Он – лицо должностное, поэтому и действует соответственно. Я бы даже сказал, Ганид оказывает нам любезность тем, что не воспользовался ситуацией и не прикрыл нашу лавочку. А ведь он имеет на этот счет недвусмысленные указания. Я в этом уверен.

– Нам от этого не легче. Ч-черт. Где же она?

Именно в этот момент искин Сергея принял вызов от Клайры. Ну прямо как в кино или книжке, когда все случается одно к одному. Впрочем, жизнь зачастую преподносит такое, что ни одной самой бурной фантазии автора и не снилось.

– Клайра…

– Это не Клайра. Хотя она конечно же находится рядом и все еще жива, – послышался явно мужской голос, правда, сильно измененный.

– Спрашивать, кто ты, бесполезно. Не так ли? – чувствуя большие неприятности, поинтересовался Сергей.

– Верно.

Сергей явственно увидел ухмылку, хотя экран искина оставался темным.

– Ну и чего ты хочешь?

– Я хочу, чтобы ты вернул два миллиона кредитов, которые она похитила у клана Картрон.

– Она похитила только полтора миллиона, – возразил Сергей.

– Скажем так, за это время накапали проценты, – и снова ехидный тон.

– И ты гарантируешь, что отпустишь ее?

– Разумеется. Даром, что ли, я не показываю своего лица ни ей, ни тебе.

– Что с Клайрой?

– Погоди, я развязываю ей рот.

– Сергей, прости, – послышался отчаянный крик девушки.

– Спокойно, девочка моя. Спокойно. Ты видела лица похитителей?

– Нет. Они…

– Клайра?

– Извини, дружище, но пока хватит. Как видишь, нам нет резона ее убивать. Ей никого из нас не опознать. Интересы клана – это конечно же хорошо, но никогда не помешает подумать о себе. Итак, отправляю тебе номер счета в местном отделении банка. Было бы неплохо, если бы ты немедленно перевел на него указанную сумму.

– Во-первых, я не держу в местном отделении такую сумму и мне придется осуществлять перевод из империи. А это займет от трех до четырех дней. Во-вторых, я перечислю деньги только в обмен на девушку, и никак иначе. О деталях договоримся. Ну и в-третьих, по твоей милости я сейчас нахожусь за океаном и не успею добраться до Кадии даже за указанные четыре дня. Так что тебе придется обождать чуть дольше.

– Вот как?

– Послушай, ведь искин Клайры у тебя. Как и мой пилот, способный доставить меня в Кадию в кратчайшие сроки. Сам проверь.

– Да, да, я вижу, – несколько растерянно произнес похититель.

– Вот и ладно, что видишь. Сразу говорю, я только что связывался с консульством, и они отказались нас эвакуировать.

– Л-ладно. Мы обождем некоторое время. В конце концов, ничего страшного не случится. А если случится, то я проломлю девочке голову. Ведь ирианцы еще не научились восстанавливать мозг? Видишь, я многое знаю. У тебя шесть дней, чтобы перевести деньги, иначе она умрет.

Сергей хотел было сказать что-то еще, но связь резко оборвалась. А через несколько секунд пропал и сигнал искина Клайры. Гаджет попросту вырубили. Наглый сукин сын. И главное, знает, что служба безопасности не станет влезать в это дело. А еще…

– Сергей, а ты уверен, что Клайра с ним не в сговоре? – помяв подбородок, высказал сомнение Виктор.

– С чего ты это взял?

– Ну а как бы он смог пользоваться ее искином? Они же индивидуальны.

– Не знаю как, но в том, что Клайра тут не виновата, если не считать, что вляпалась в неприятности, я уверен. Давай лучше думать над другим. Как нам отсюда выбираться и как вытащить из этой переделки нашу девочку.

– Думаешь, Картроны ее все же убьют?

– Это не Картроны, – заметив недоумение на лице товарища, Сергей сдался. – Ладно, поясню. Первое, что я сделал после того, как отбил все затраты на новое предприятие, – это закрыл ее финансовый долг перед Картронами, которых она обчистила.

– Ты что-о?.. Это ты – полтора миллиона?..

– Витя, с некоторых пор она мне не чужой человек. Да не то, что ты подумал.

– Да нет, я ничего, – со всей возможной невинностью пожал плечами Мигузов.

– Угу. Старо придание. Так вот, коль скоро у нас интересы на Алаянке, то я решил обезопасить девочку с этой стороны. В отношении смерти этого гаденыша, ее мужа, они с самого начала были настроены вполне лояльно. А вот полтора миллиона, что она умыкнула, по местным меркам – весьма существенный удар по казне клана.

– Значит, вы договорились?

– Да. Они фактически прекратили на нее охоту. Если только она не станет зарываться. А чтобы этого не случилось, я ей ничего и не говорил.

– Но тогда получается…

– Кто-то очень хитромудрый и наглый узнал об этом и решил поиметь с меня еще, – кивая головой в знак того, что Виктор все понимает правильно, ответил Сергей. – Ему известно о том, как она стала гражданкой империи и что мы не станем привлекать службу безопасности, постаравшись разрешить проблему тихо и мирно. Вот только выпускать девочку он не собирается и убьет ее, как и того, кто придет за ней.

– Но зачем? Ведь ему главное – деньги.

– Конечно деньги. Но они нужны живым, а у нас с тобой уже сложилась репутация душегубов. Даже уничтожение ее искина не поможет ему, потому что останется Клайра и ее код ДНК, который откроет периодически сохраняющийся в сети лог. Если она останется жива, то мы получим исчерпывающую информация для выхода на след похитителей. Вот такие пироги с котятами.

– Эх. Нам бы только оказаться в Кадии, а уж там-то мы бы удивили этого умника.

Виктор имел в виду то, что им не составит труда обнаружить местонахождение девушки. Если только ее не держат в глубоком подземелье, что вряд ли. Дело в том, что они трое, как и все клиенты, проходили маркировку. В правое и левое предплечье вводился маркер, благодаря которому можно было обнаружить потерявшегося человека. Два – это на случай потери одной из конечностей, мало ли, как оно все обернется. Впоследствии эти маркеры рассасывались организмом без следа.

Сканер, способный засечь маячки в радиусе до двухсот километров, находился на «Щуке». Их искины также могли обнаруживать данные метки, вот только радиус ограничивался пятью километрами на открытой местности. Так что чтобы обнаружить местонахождение Клайры, им всего лишь нужно было попасть на корабль. Ну не могли ее увезти за тридевять земель или упрятать в глубокой шахте. Тем более на связь похитители вышли из Раппеля.

– А вот с возвращением в Кадию у нас имеются определенные трудности. Да еще и в заявленные шесть суток, – с явным недовольством ответил Сергей, возясь с искином.

– Ты что-то хочешь найти в Сети? – удивился Виктор, а потом уверенно выдал: – Нужно теребить этого самого Ганида. Я понимаю, что на кону – твое предприятие, но коль скоро девочка тебе не безразлична…

– Витя, не суетись. Какую именно цель преследует Ганид, мне, откровенно говоря, непонятно. Но я знаю одно: вытаскивать нас отсюда он не станет. Ну вот. Все не так уж и плохо, как казалось в начале.

– Ты это о чем?

– Да просто вспомнил о том, что видел в космопорте пассажирские флаеры, выполняющие пассажирские перевозки на планете. Один такой борт перевозит два десятка человек по неприличным для империи ценам. А здесь ничего, богатые платят. Еще бы, за несколько часов преодолеть путь, на который уходит до пары месяцев, даже с учетом современных достижений.

– А короче можно? – недовольно обронил Виктор.

– Можно и короче. В Кудоре, столице Киликии, имеется станция, откуда отправляются флаеры прямиком до Раппеля. Шесть часов лету. Билеты можно приобрести прямо сейчас по Сети. Следующий рейс – через четыре дня. Проблема в том, как к назначенному сроку добраться до Кудора.

– Но ведь здесь есть железная дорога.

– Есть. В ста семидесяти километрах к западу. Там находится тот самый киликийский городок Тотти, о котором мы с тобой говорили еще утром.

– Ага. Добегаем до железной дороги. Поезда там должны ходить каждый день, а то и дважды. По железке наверняка доберемся до столицы, – в свою очередь выходя в Сеть и открывая раздел путешествий, уверенно произнес Виктор. – Ну вот, а я о чем говорил? Как раз успеваем. За день добегаем до станции, потом прямым поездом и на флаере.

– С виду все просто.

– Почему это с виду? Исполнение ничуть не сложнее, – с сомнением произнес Мигузов, не понимая, куда клонит Пошнагов.

– Еще как сложнее. Посмотри на них. – Сергей кивнул в сторону четверых мужчин, суетящихся возле костра. – Сомневаюсь, что жизнь Клайры для них что-то значит. Они заплатили за возможность охоты на людей и адреналин, плещущийся в их крови, а не за то, чтобы, как сайгаки, носиться по этой степи по первому нашему требованию. И поверь, пока они не получат желаемого, они отсюда не уйдут.

– Вот же идиоты. Если бы не они… Вот чего было упираться? С нами бы она в это дерьмо точно не вляпалась. Да и эти сейчас уже продолжили бы свою охоту.

– У них-то как раз все в порядке. Погоня, засада, уход из-под огня. Вот сейчас предстоит ночевка в чистом поле, без прикрытия и даже без спальных мешков. А завтра – опять в погоню. Заряд на целый год гарантирован. Бросить их мы не можем, заставить сделать так, как нужно нам, – тоже.

– Что предлагаешь?

– Не я предлагаю, а обстоятельства вынуждают. Отдыхаем, а с рассветом – в путь. Если хорошенько разгонимся, то банду настигнем уже часов через пять. Обгоним и устроим засаду.

– Если только нам удастся заставить этих ребят попотеть.

– Да брось ты. С нашим тонизирующим коктейлем, да после сегодняшнего фиаско они еще и не такое выдадут. Потом повернем на запад и сможем выйти к другому городку на этой же железной дороге, Дантону. Если с бандой справимся оперативно, то успеем на вечерний поезд. Это на пару сотен километров дальше от столицы, но время позволяет.

– Получается, хочешь погнаться за двумя зайцами. И банду взять, и к Клайре на помощь поспеть.

– У нас нет другого выхода, – вздохнул Сергей.

– А если эти упрутся? – Виктор вновь кивнул в сторону четверки.

– Ну, за бандитами они погонятся без вопросов, еще и нас подгонять будут. А что касается поезда… В конце концов, мы свою часть выполним, обеспечим удачную охоту. В отношении же возникшего форс-мажора… Они были ознакомлены с ситуацией и сами, под протокол, несмотря ни на что, настаивали на продолжении охоты. А значит, осознавали возможные риски. И потом, мы ведь наемники, и у нас есть свой устав, они же – наши бойцы, пусть мы и нечасто вспоминаем об этом.

– Угу. Только сейчас не тот случай.

– Совсем не тот. Поэтому ребятам придется подчиниться, или мы имеем полное юридическое право уволить их со службы. То есть бросить здесь, и пусть выкручиваются, как хотят.

– Плохая реклама, – недовольно покачал головой Виктор.

– Плевать.

Ночь прошла без происшествий. Правда, данное обстоятельство не помогло Сергею нормально отдохнуть. И отсутствие спальных принадлежностей тут вовсе ни при чем. Клайра – вот кто не позволил ему отдохнуть, а вернее, мысли о ней, ни на секунду не покидавшие его голову.

Зато с рассветом думать об этом не осталось времени. Уже привычная процедура инъекции допинга, короткие сборы – и вперед. На этот раз – никакой расслабленности. Отряд поддерживал настолько высокую скорость, насколько это было возможно. Предположения относительно состояния Регнома полностью оправдались, сейчас он чувствовал себя гораздо лучше.

Бандиты на этот раз были под постоянным присмотром БП. И, судя по всему, они очень спешили убраться из этих мест как можно дальше. Не иначе как поняли, кто именно встал на их след, и это им сильно не понравилось. Слава о кровожадных инопланетянах, охотящихся на благородных бандитов, летела впереди них.

Как ни старался Сергей выдвинуться пораньше, банда уже была в пути. Мало того, они погоняли лошадей, не больно-то заботясь об их состоянии. Долго подобной скачки лошади попросту не выдержат, даже несмотря на наличие сменных. Но, как видно, бандиты знали, что делали. Возможно, они рассчитывали сменить уставших лошадей на какой-нибудь фактории или ферме. Все же им эти места известны куда как лучше.

Впрочем, назвать главаря умным Сергей не мог. Единственный их шанс спастись был в том, чтобы рассеяться. Но бандиты не делали этого, продолжая держаться одной группой. Это имело бы оправдание, если бы они собирались разобраться с преследователями. Но судя по тому, что они бежали без оглядки, в свои силы в противоборстве они уже не верили. И правильно в общем-то делали.

Неужели их надежда была на прекращение охотниками преследования? Вообще-то глупость, отряд инопланетян никогда не выпускал из рук свою добычу, коли уж брал кого за глотку, то непременно доводил дело до конца. О сложностях же, возникших у Сергея и Виктора, им ничего не известно. Странно все это.

Несмотря на то что банда была под постоянным присмотром, это вовсе не означало, что преследователям ничего не угрожало. Сергей вовсе не думал забывать о дикарях. Поэтому он поочередно с Виктором постоянно совершал вылазки в сторону или отрывался от отряда передовым дозором.

– Серега, посмотри на данные с БП!

Они уже практически нагнали банду, когда раздался вскрик Виктора, полный отчаяния и злости.

– Что там? – даже и не думая останавливаться, на ходу поинтересовался Сергей.

– Да ты взгляни!

– Ну?

– Видишь, что у них впереди?

– Похоже на факторию. Ну и чего удивительного? Сюда-то они и торопились, чтобы сменить лошадей.

Если бы не допинг, то говорить было бы совсем тяжко. А так ничего, вполне справлялся, правда с одышкой, но в общем и целом – нормально.

– Да зачем им это нужно? Они просто засядут за частоколом, и выкуривай их потом хоть целой ротой, – возразил Виктор.

– Думаешь, они пойдут на это? Фактории – это нейтральные территории, там никто не воюет.

– Да какая им разница, когда у них на хвосте погоня. И вообще, у меня сложилось стойкое убеждение, что эти субчики не просто банда, но наверняка воевали вместе. Уж больно ловкие и действуют слаженно. Надо было гнаться за ними в ночь. Регном справился бы.

– Чего уж теперь-то. Ч-черт! Если они засядут в фактории, это все. За двумя зайцами не угнаться. Придется выбирать: либо Клайра, либо банда. Может, поднажмем и нагоним?

– Это вряд ли. Отрыв – километров пятнадцать, а им до фактории – не больше пяти.

– А мы поднажмем. Господа, банда вот-вот укроется в фактории. Если поторопимся, успеем перехватить их на подходе.

Последнее Сергей произнес уже по линии связи, обращаясь ко всей группе. Да еще, мало надеясь на свой призыв, отправил им электронную карту с расстояниями. А в довершение они увидели картинку с БП о том, что именно представляет собой укрытие, куда стремились беглецы. Надо заметить, на берегу реки расположилось весьма крепкое подворье из четырех основательных бревенчатых строений, огороженное прочным забором.

По местным меркам это была даже не фактория, а самый настоящий форт. Если укроются там, поди их потом выкури. Ну если только и впрямь спалить все к чертям собачьим. Кстати, если они затеют атаку форта, то им придется поторапливаться. Дикари явно будут недовольны тем, что кто-то тронул торговца, поставляющего им столь необходимые и полезные товары.

Здесь потому и не воюют в факториях, что они выгодны всем. С одной стороны, форпост цивилизации. К факториям постепенно подтягиваются охотники и авантюристы всех мастей, которые, помимо решения своих вопросов, неизменно разведывают окружающую территорию. К этой же категории относятся и бандиты, которым нужен уголок, где бы они могли отдохнуть и расслабиться в полной безопасности.

Понемногу вокруг факторий появляются жилища переселенцев. Эти так или иначе договариваются с местными, разумеется, на условиях дикарей. Но постепенно происходит неизбежное: либо дикари принимают новый образ жизни, либо их оттесняют год от года набирающие силу новые хозяева территорий. Благо в желающих поставить на карту жизнь взамен возможности вырваться из беспросветной нищеты недостатка нет.

Скорость они набрали прямо-таки беспрецедентную. Сергей специально замерял с помощью искина. Сорок пять километров в час – это вам не баран чихнул. И это не по дороге с асфальтовым покрытием, а по девственной степи. Все же хорошая штука – ходули, жаль только, что Сергей обратил на них внимание лишь недавно. До той поры приходилось рассчитывать только на свои ноженьки, пусть и в сочетании с допингом. Но это максимум двенадцать километров в час.

Им не хватило самой малости. Когда они заметили беглецов, те уже въезжали в ворота фактории. Отряд конечно же попытался достать их. Сергей и Виктор, понимая всю безнадежность стрельбы с ходуль, поспешили принять положение для стрельбы лежа. Плевать, что прежде всего – интересы клиентов и приоритет в стрельбе всегда отдается им. Сейчас главное – достать бандитов или хотя бы изрядно проредить их ряды.

Регном и Дуат без лишних раздумий поспешили последовать примеру своих инструкторов и растянулись на земле. Лайн и Гарпид предпочли не терять время и успеть сделать по лишнему выстрелу из положения стоя. Ну что сказать, в принципе не такой уж и глупый поступок. Им пришлось стрелять с расстояния более шестисот метров, и при этом руки у всех тряслись в прямом смысле этого слова. Так что результативность, что с ходуль, что из положения лежа, была примерно одинаковой.

Правда, в итоге им удалось подстрелить двух лошадей и ранить одного из беглецов. Тот выпал из седла, но все же нашел в себе силы подняться и, сжимая свое плечо, забежал в ворота, скрывшись из виду. Еще пара выстрелов, скорее на задоре и злости, чем в какую-либо конкретную цель, – и все.

Сергей с явным недовольством сменил позу, усевшись на пятую точку. Это конец. Начни они штурм – появятся раненые, которых он не сможет бросить. А может, даже и убитые.

Единственный выход в их ситуации – это длительная осада, благо их карабины все без исключения оснащены оптикой. Так они смогут нанести серьезный урон, загнать обороняющихся в укрытие, а потом начать планомерный штурм, гранат и боеприпасов у них хватает.

Но этот вариант имел два существенных недостатка. Первое – у Сергея попросту нет времени. Часы тикают, и на кону стоит жизнь Клайры. Он не сомневался в том, что похититель убьет девушку. Вообще-то на его месте Сергей уже убил бы ее, потому что давать фору инопланетянину, даже будучи уверенным в том, что служба безопасности палец о палец не ударит, – глупость несусветная. А может, просто чрезмерная самоуверенность. Тут все от личности зависит.

Но помимо этого существовала еще и проблема с дикарями. Если охотники задержатся на достаточно долгое время, то окажутся между молотом и наковальней. А тогда уж останется только одно – уносить ноги, опять-таки с риском для клиентов и для себя. Если пуля перебьет кость ноги, то тут уж никакая лошадиная доза допинга не поможет.

Единственно возможный вариант – штурм, чего они себе позволить не могут. Бандиты явно знали, что делали, когда загоняли своих лошадей. Зато теперь они чувствуют себя в безопасности.

Именно это и озвучил Сергей, когда недоумевающий Регном присел рядом и поинтересовался, что тут вообще происходит. Он-то как раз вместе с товарищами пребывал в приподнятом настроении. Для них дичь была уже в ловушке. Оставалось только перевести дух, прикинуть, как именно действовать, и взять свой законный трофей. А тут вдруг выясняется, что у их инструкторов какие-то затруднения.

– Ну что же, форс-мажоры потому и являются форс-мажорами, что происходят независимо от нашей воли. Тогда просто вызовите службу спасения. Даже если у вас с ними конфликтная ситуация, не думаю, что они откажутся, – пожав плечами, произнес Регном.

– Вы не слышите? Консульство нам уже отказало, – едва не скрипя зубами, ответил Сергей.

Ну а как ему было не злиться на этого дельца, коль скоро он продолжает думать только о своем развлечении? Интересно, он вообще осознает степень риска? Ведь можно не просто получить ранение, а безвозвратно погибнуть в этой бескрайней степи.

– В отличие от вас, я прекрасно слышу, – поднимаясь и оправляя куртку, ответил Регном. – Но я говорил не о консульстве. Я имел в виду то, что и имел в виду. Службу спасения.

– Службу чего?

– Только не говорите, что не знаете о новом предприятии, организованном на Алаянке? Нет, он не в курсе. Господи, я вам поражаюсь, господа. Ну ладно еще господин Виктор, он простой инструктор, не более. Но вы-то, господин Сергей, – глава фирмы! Вы просто обязаны держать нос по ветру! И как с такими способностями вы вообще взялись за это предприятие?

– То, что у меня отсутствует деловая хватка, я знаю и без вас. Но, может, все же объясните в двух словах, о чем вы толкуете?

– Вообще-то информация об открытии службы на Алаянке уже три месяца как выложена в Сети. А месяц назад ее офис заработал в полную силу. Он располагается здесь, в Киликии, это самое удобное место для отслеживания ситуации на континенте. Кстати, мы все были уверены, что та сцена с протоколом вами была разыграна и вы просто не хотите обращаться в эту службу, чтобы не делать им бесплатную рекламу. А оказывается, все куда интереснее. Вы даже и не подозревали об их существовании.

– Много текста, а по делу – ничего, – понимая, что ему придется копаться самому, отмахнулся Сергей.

– Погодите. Ну не обижайтесь, – примирительно произнес Регном. Все же отношения с инструкторами у отряда сложились вполне хорошие. – Если коротко, то с недавних пор на Алаянке появилось новое увлечение. Любители острых ощущений приезжают сюда и принимают двойное гражданство. В свете того, что империя имеет дальний прицел на эту планету, им это удается без труда. А там… В конце концов, охотник за головами здесь столь же законен, как и в космосе, и никто не вправе запретить ему выбирать профессию. Вот только действуют такие туристы полностью на свой страх и риск. Ну или почти, потому что есть служба спасения. По прибытии достаточно посетить их офис, заключить договор, внести первоначальный и страховой взнос, получить маркеры и отправляться на все четыре стороны. Служба будет постоянно отслеживать клиента и придет на помощь, как только тот запросит об этом или система подаст сигнал тревоги. Страховой взнос впоследствии возвращается. Правда, возвращенная сумма зависит от того, оказывалась ли помощь и если оказывалась, то в какой степени.

– Значит, пока мы пахали, не поднимая головы, у нас появились конкуренты, – с явно недовольной миной произнес Виктор.

– Нет, это просто вопиющая некомпетентность! – Регном даже по-бабьи всплеснул руками, что при его габаритах выглядело довольно комично. – Ну какие они вам конкуренты? Они просто заняли другую нишу, вот и все. Поверьте, никто из нас не стал бы платить вам минимум в четыре раза дороже, если бы была альтернатива. И похоже, что зря. – Регном посмотрел на остальных, пребывавших в возбужденном состоянии. Дуат был в своем репертуаре и травил охотничьи байки, поэтому со стороны туристов донесся очередной взрыв хохота. – Ладно. Я никому не стану говорить о ваших ляпах, но и вы сделайте выводы. Кстати, я могу сказать парням, что вы занимаетесь разработкой гениального плана по взятию этой проклятой фактории?

– Несомненно, – подтвердил Сергей.

– И… Свяжитесь вы наконец с этой службой спасения. Признаться, после нашего разговора мне стало как-то даже не по себе. Адреналин – он конечно же хорош, но я как-то не собираюсь отправляться к богам раньше положенного срока.

– Даже не сомневайтесь. Немедленно свяжусь. Не знаю, во что мне это обойдется, но флаер со всем необходимым будет здесь в кратчайшие сроки.

– Нет, все же вы – неплохой боец, но совершенно никчемный делец. Даже не вздумайте переплачивать, строго по прейскуранту и только чтобы не быть обязанным. Я же говорю: тот факт, что вы у них запросили помощь, – для них самая настоящая удача. Клиентов типа меня им не заполучить, мы все же предпочитаем переплатить. Но зато для тех, кто стремится пройти экономклассом, – это показатель новой фирмы. Еще бы, к ним за помощью обращается предприятие для ВИП-клиентов. Дерзайте.

Закончив свою речь с таким видом, словно заслуженный учитель обращался к полным неучам, Регном махнул рукой и поспешил к парням. Дуат как раз начал новую байку, а он умел их рассказывать просто мастерски. Вот так взглянешь на них и не поверишь, что эти на вид довольно молодые парни являются умудренными годами владельцами предприятий с многомиллиардными доходами.

Впрочем, чему тут удивляться. Охотники – они и на Земле совершенно отдельная когорта. На охоте звания, должности и состоятельность не являются определяющими. Тут главенствуют твои способности, опыт, навыки владения оружием, умение воспитать из собак настоящих помощников. Все остальное поминается, и непременно под шутливым соусом, на биваке, под стопочку чего-нибудь бодрящего на лоне природы.

Уже через несколько минут вопрос с транспортом был решен. Как и предполагал Регном, представители службы спасения буквально вцепились в новых клиентов, тут же отправив к ним флаер с необходимым оборудованием. Правда, он был сейчас только один, и на его борту имелось только четыре криокапсулы, но ничего критичного. От столицы Киликии до фактории – всего-то тысяча шестьсот километров, чуть больше часа лета. Так что любая проблема будет решена оперативно и качественно. Впрочем, в планы Сергея не входило устраивать здесь Сталинградское сражение.

Вот теперь у него отлегло от души. Ведь мало того, что его клиенты были в относительной безопасности, так еще у них появилась возможность достигнуть Раппеля через какие-то несколько часов. Похоже, все складывалось так, что Сергею все же удастся угнаться за двумя зайцами.

Коль скоро с вопросом эвакуации все разрешилось, пришла пора придумать тот самый гениальный план по взятию фактории, о котором говорил Регном и которого от них ждали остальные. Хотя, если признаться, ничего гениального на ум не шло. Нет времени на подобные решения. Остается лобовая атака, много шума, адреналина и, скорее всего, крови. Служба спасения предоставляла только эвакуацию, ничем другим она помочь не могла. Эх, сколько бы вопросов сняла «Щука», находись она здесь.

Как только прибыл флаер и сел несколько в стороне, охотники начали действовать. Перво-наперво они приблизились к фактории. Причем делали это настолько демонстративно и открыто, что вынудили бандитов первыми открыть по ним огонь. Едва это произошло, как охотники залегли, используя естественный рельеф местности и рассредоточиваясь по фронту.

Все. С точки зрения местных законов с момента первого выстрела фактория считалась враждебным объектом. Либо объектом, захваченным бандой, в отношении которой вынесено решение суда об уничтожении. Правда, оставался один нюанс. Необходимо было дать знать находящимся внутри, что перед ними представители правосудия.

На этот раз подняться получилось попроще. Еще не выпрямившись до конца, Сергей стремглав побежал к бревенчатому зданию. Получилось довольно резво. Несколько секунд – и он уже прижался к разогретым на солнце бревнам сруба. Дом как раз находился на линии атаки, и бандиты заняли его, стреляя из многочисленных бойниц.

– Эй, в фактории, мы представители правосудия, – прокричал Сергей, держась так, чтобы оставаться в мертвом пространстве. – У меня имеется ордер, выписанный генеральным судьей Киликии на поимку банды Райпута. Эй, Райпут, слышишь?! Мы тут по твою душу. Так что выходи по-хорошему.

– Слышь, законник, ты за кого нас держишь? Нам с парнями терять нечего, что так, что эдак конец один. Так даже предпочтительнее. Все же болтаться в петле – ощущения не из приятных. А так, глядишь, карта удачно ляжет и вас пощелкаем.

– Не много же вы до этого нащелкали.

– А ты не переживай. Всему свое время. Не смогли тогда, сумеем сейчас.

Сергей услышал какой-то смутно знакомый звук, а потом вдруг увидел, как сразу из трех бойниц выпали три цилиндра, шипящие и плюющиеся желтыми искрами. Гранаты!

Уже мало заботясь о том, что он может оказаться в секторе обстрела, Сергей быстро отскочил от стены. Потом резко подпрыгнул и устремился вверх по дуге. Как он сумел это сделать? Откуда взялись подобное мастерство и прыть, ни он, никто другой объяснить не смог бы. И немудрено. Вот так, без какой-либо подготовки, с ходу прыгнуть на высоту почти четырех метров, ухватиться за плоскую крышу здания и успеть перекатиться по ней. Просто нереально. Но он успел. Почти.

Первая граната рванула, когда он уже практически закинул свое тело на кровлю. Признаться, в тот момент он сильно испугался. Каким образом осколки его не задели, оставалось непонятным. Однако вместо того чтобы с испугу упасть вниз, он единым махом оказался наверху и откатился от края. Так что второй и третий взрывы его не могли достать по определению.

Повезло? Ну это как сказать. Скорее уж, это результат страхов, обуревающих человека. Сергей с испугу задействовал резервы организма, которые не используются человеком в обычной ситуации. Иными словами, спят беспробудным сном и задействуются только в минуты отчаяния.

Бросавшие гранаты испытывали обычный страх солдата перед этим несомненно мощным и смертоносным оружием пехоты. Замедлитель вроде как и должен гореть пять-шесть секунд, но кто его знает, какой халтурщик собирал взрыватели. Вот так понадеешься, попридержишь, чтобы замедлитель выгорел наполовину, а она у тебя в руках ка-а-ак рванет. Так что у подавляющего большинства при использовании гранаты есть только одно желание: отбросить ее от себя как можно дальше и как можно быстрее.

Ну и наконец, все тот же страх заставляет человека пригибаться в ожидании взрыва. Именно по этой причине в Сергея никто и не выстрелил, когда он оказался в секторе обстрела. Вот так и выходит, что совокупность сразу нескольких страхов сейчас спасла Сергею жизнь или избавила от мучительных ран.

– Райпут, факторщика с семьей выпусти.

– О! Законник! Прыткий какой!

– Да уж какой есть. Выпусти их.

– А зачем?

– К чему тебе они? Ты зла от него не видел, а прикрыться ими у тебя все равно не выйдет. Мы будем использовать все средства и по закону будем правы.

– А вдруг не захотите брать грех на душу?

– Ты же понял, что мы инопланетяне, иначе не бегал бы от нас. Значит, знаешь и то, что для моих людей – это не заработок, а развлечение. Они платят за право убивать. Твоя правда, я стрелять в простых людей не стану. А вот насчет остальных я этого сказать не могу. И еще. Ты уже видел воздушное судно. Получается, должен понимать, что мы без труда отсюда улетим и дикари нам не страшны. Ну же, будь мужчиной. Только вы и мы. Ты же всегда знал, что своей смертью не умрешь, для тебя что твоя жизнь, что жизнь другого – так, мелкая разменная монетка.

– Ох, уговорил, речистый. Значит, так. Сейчас ты скачешь к своим. Уж больно забавно у вас это получается, хочется еще разок глянуть. Ну и не взыщи, но мы все же постараемся тебя подстрелить. А вдруг повезет. И скажи своим, чтобы не мешали. После того как мы тебя подстрелим или ты добежишь, я выпущу факторщика и его домочадцев. Ну а тогда уж поговорим от души. Как тебе такой расклад?

– А ничего, знаешь, мне нравится, – вдруг ощутив злость, замешанную на азарте, ответил Сергей.

– Ну тогда скачи, зайчик, – злорадно бросил глава бандитов.

Приноровиться и бросить тело вперед. Оттолкнуться двумя ногами. А потом сделать шаг. Со следующим шагом – в сторону. Два шага, и опять в сторону. Теперь подпрыгнуть, опуститься, и прыжок в другую сторону, оттолкнувшись двумя ногами. И все это – под аккомпанемент выстрелов, свистящих и жужжащих вокруг пуль.

Кстати, свинец по большей части пролетает ниже спины. Как пить дать, целятся в пятую точку, понимая, что спина и грудь надежно прикрыты. Такая рана, конечно, вряд ли будет смертельной, но зато гарантированно выведет из строя. По сути, для бандитов это будет удачей.

Вот наконец и пригорок. Еще один прыжок. Погасить амортизацию и завалиться на бок. Не успел. Вырвав болезненный стон, сразу две пули попали в спину, опрокидывая его на траву. Хорошо, что в спину, а не в… Все же эти ублюдки не простые бандиты. Теперь Сергей был в этом уверен еще больше.

– Хорошо скачешь, законник. – Несмотря на расстояние в две сотни метров, слышно бандита было хорошо.

– Рад, что тебе понравилось, – напрягая связки, прокричал в ответ Сергей. – Теперь твоя очередь.

– Не, я не поскачу, – явно веселясь, несмотря на серьезность ситуации, возразил бандит.

Впрочем, он мог веселиться сколько угодно. Главное, что ворота приоткрылись, и в них появились четверо – мужчина, женщина и двое парней-подростков, лет по пятнадцать-семнадцать. Что примечательно, все при оружии и на лошадях. Впрочем, чему тут удивляться. Сергей и раньше был уверен, что факторщик знаком с бандитами.

Покинувшие факторию тут же направились в сторону ближайшего холма. Деваться им было некуда, здесь их дом. Оставалось только дождаться, пока ситуация разрешится, после чего возвращаться и приводить все в порядок. Что же, жизнь – она и есть жизнь, порой она преподносит различные сюрпризы и испытания.

– Ну что, Сергей, теперь повеселимся, – послышался голос Регнома, сверкнувшего белозубой улыбкой.

Обычно все они обращались друг к другу с добавлением уважительного «господин». Но в боевой обстановке некогда обмениваться любезностями. Поэтому несмотря на многомиллиардное состояние, он также превратился в просто Регнома.

– Итак, парни, мое предложение, – заговорил Сергей. – Все дружно лупят по бойницам, стараясь прижать ублюдков. Тем временем двое подбегают к стене дома, как это делал я, и забрасывают внутрь по гранате. Уверен, эти ребята оценят подарочек. Регном, Дуат, готовы?

С одной стороны, он вроде бы должен избавлять клиентов от рисков. Но у них охота особенная, с перчинкой. Так что все прелести риска – в их полном распоряжении. Разумеется, если они откажутся…

– Ясно!

– Принял!

Угу. Эти откажутся, как же, держи карман шире. Нет, если бы без поддержки, то возможно. Но вон он, флаер, готов вытащить их задницы из самых серьезных переделок. К слову, аппарат совершенно не боится выстрелов, даже в упор. Поэтому пилот с интересом наблюдает за разворачивающимся перед его взором действом, не выказывая признаков какого-либо волнения.

Сергей взял в руки карабин. Проверил прицел. Расстояние так себе, ветра, считай, и нет. Значит, вполне хватит и нулевых отметок. Взгляд на остальных. Нормально, вполне по-деловому готовят свое оружие. Но больше поглядывают в его сторону. Ну а раз так, тогда пора.

Приложился к карабину. Приближение у оптики не очень, но черные провалы бойниц все же видны отчетливо. Отдал команду распределить бойницы, чтобы вдвоем не молотить в одну и ту же цель. Теперь навести перекрестье точно на середину темного прямоугольника. Задержать дыхание. Жаль, не видно, есть там с другой стороны кто-то или нет. Наконец плавно выжать спуск.

Выстрел! Следом затарахтели карабины остальных охотников. Регном и Дуат подрываются с места и по прямой несутся к зданию. Петлять Сергей им запретил строго-настрого, чтобы не перекрывали сектор обстрела. Передернуть затвор. Перекрестье. Выстрел!

Парочка добежала (или доскакала) до здания очень быстро. За это время бандиты не произвели ни единого выстрела. Возможно, стрелки не дали им поднять головы. Но Сергей предполагал, что они предпочли отойти с этой позиции.

Вот Регном и Дуат подпрыгнули на высоту двух с лишним метров, и гранаты полетели внутрь. Выбросить их или сбежать из помещения у обороняющихся нет шансов. Пошнагов конечно же использует гранаты местной конструкции и, строго говоря, местной выделки. Вот только все эти гранаты – по-настоящему штучной работы, и замедлитель горит с куда меньшим допуском: три с половиной – четыре секунды, и никак иначе. Поэтому его бойцы четко понимают, сколько могут подержать снаряд в руке.

Как только гостинцы оказались внутри, отряд подорвался и побежал к фактории. Все, счет на секунды. Они еще набирали скорость, когда внутри полыхнуло, и из бойниц выметнуло дым, смешанный с пылью.

– Регном, Дуат, живо вправо, к воротам. По гранате во двор, – наблюдая за происходящим с помощью БП, передающего изображение на искин, приказал Сергей. – Виктор, Гарпид, Лайн, прыжком на крышу дома, держите двор.

В этот момент из-за забора раздались два взрыва. Того, кого заметил Сергей, задеть не удалось. Он успел скрыться. Зато досталось двоим, что покинули здание вслед за ним. Один не шевелится, второй орет благим матом, так что на подходе слышно. Взгляд на Регнома и Дуата. Господи, а радости-то – полные штаны. Сергей мог бы их обозвать маньяками, но не станет. Сейчас они, скорее, санитары этого дикого края.

Тройка взлетела на крышу. Несколько секунд – и раздались первые выстрелы. Потом послышался доклад Виктора о том, что двор они контролируют. Судя по его наблюдениям, противник засел в жилом доме (это напротив ворот), в торговой лавке (здание, на крыше которого они сейчас находятся) и на конюшне (это как раз напротив лавки). Как видно, предвидя атаку гранатами, бандиты заранее покинули помещения, из которых поначалу вели стрельбу, а потому не пострадали. Склад, находящийся правее лавки, похоже, пуст, потому что Виктор сумел рассмотреть на его широких двустворчатых дверях (или скорее уж воротах) массивный навесной замок.

Еще один выстрел. Это Гарпид добил раненого. Ну и правильно, а то его крики уже начали раздражать. Теперь куда как тише. Настал черед атаковать Сергею и его подопечным. Но лезть под пули вслепую – глупее не придумаешь. БП, конечно, дает картинку, но она так себе, детали не рассмотреть, а они нужны.

– Витя, как там с воротами. Заперты? – связался Сергей с товарищем, засевшим со своей маленькой группой на крыше.

– Нет. Только прикрыты. Но там хорошо встретят из дома. В окнах и двери никого не вижу. Скорее всего, заняли позицию в глубине.

– А как насчет закутка рядом с конюшней? Из лавки он просматривается?

– Серега, совесть поимей. Лавка вообще-то подо мной, и мне ни черта не видно. Даже не знаю, бойницы там у них или окна.

– Судя по картинке с БП, окна.

– А, ну да. – Как видно, Виктор и сам сообразил взглянуть на картинку, передаваемую искином. – Так чего тогда спрашиваешь?

– Не пойму, перекрыт там обзор или нет.

– А может, по-простому? Три гранаты во двор, и вы прорываетесь сквозь дым и пыль. Ты скольких видел, когда они перебегали двор?

– Давай не так. Скольких и где видел ты?

– В доме – точно трое. Дальше непонятно. В лавке кто-то есть, но я никого не вижу, ясное дело, просто чувствую, как там кто-то шебуршится. Как бы они не начали стрелять сквозь доски кровли. Современную пулю они не удержат.

– Ну, у них же не пулеметы в самом-то деле. От такой стрельбы толку что от козла молока. Жилой дом на себя взять сможете?

– Сможем. Но опять же гарантии так себе. Говорю же, умные, ублюдки, к проемам не подходят.

– В любом случае хотя бы по нервам ударьте. Понимаю, что огонь на подавление с тремя карабинами, да еще когда проемов больше, чем стволов, – глупость, но другого выхода не вижу.

– Сделаем. Но на многое не рассчитывай, – охладил Сергея Виктор.

– Итак, парни, снимаем ходули. – Сергей наконец начал раздавать распоряжения своим подопечным. – Когда рванут гранаты, забегаем во двор и сразу влево к конюшне. Первым входит, – Пошнагов уловил умоляющий взгляд, – Дуат. Но имей в виду: сначала граната, взрыв и только потом ты. И еще, карабин за спину, револьвер в руку. В помещении так лучше.

– Я помню, – нервно сглотнув, произнес Дуат.

Он словно напоминал Сергею, что они все это неоднократно отрабатывали на тренировках. Причем с боевыми гранатами. Ну да лишний раз повторить не помешает. Как гласит одна мудрая поговорка: повторенье – мать ученья.

– Регном, мы с тобой с карабинами прикрываем Дуата. Держим лавку, там четыре окна и дверь. Твои окна – справа от двери, мои – слева, дверь общая, но она вроде как закрыта. И учти: не пытайся пользоваться оптикой. Только время потеряешь. Работай с открытого прицела. Понял?

– Понял. Жаль лошадей. Красивое и преданное животное, – вздохнул Регном, скорее сожалея о том, что первую скрипку отдали его товарищу, с которым они становились с каждым днем все дружнее.

– На войне как на войне, – сдергивая ходули, возразил Сергей.

Ого. А ведь ощутить под ногами твердую землю теперь как-то и непривычно. Раньше не обращал внимания, потому что не нужно было вот так сразу, через несколько часов беготни на ходулях, идти в атаку на своих двоих. А теперь уловил четкую разницу. А оно как-то не очень, когда в бою чувствуешь хоть в чем-то неуверенность. Ну да с этим ничего не поделаешь. Нельзя давать бандитам слишком много времени.

– Витя, готовы?

– Как пионеры.

– Давай.

Первый взрыв. Еще два, один за другим. Пора. Впечатав приклад в плечо и держа под прицелом окна лавки, Сергей на полусогнутых, боком, двинулся к воротам конюшни. Дуат – чуть впереди и слева, он держит конюшню. Регном – немного позади и справа, также целится в проемы лавки.

Первым выстрелил Сергей и, как видно, попал в человека, мелькнувшего в оконном проеме. А может, ему это только показалось. Но, как бы то ни было, человек пропал. Расстояние так себе, не больше двадцати шагов, камнем добросить можно. Но в бою, когда тебя охватывает напряжение и чувство близкой опасности, все эти считаные шаги и метры становятся особенными. Порой непреодолимыми.

А вот это уже карабин Регнома. Причем в ответ звучит выстрел бандитов. Сергей слышит, как неподалеку проносится пуля. В кого целились, не понять, они идут довольно плотной группой. Но ощущения не из приятных. А тут еще и из жилого дома начинают лететь гостинцы. Сергей слышит и выстрелы слева, и свистящие совсем рядом пули. Но он не может себе позволить отвлекаться на это. Его дело – лавка, а домом займутся другие.

С крыши как заведенные молотят трое их товарищей. Они вовсю стараются прижать бандитов в доме. Вот только прав был Виктор: таким оружием вести огонь на подавление бесполезно. Если бы там были какие слабонервные, то еще туда-сюда. Но эти, похоже, и впрямь бойцы. Впрочем, если судить по тому, что в охотников еще не попали, какой-никакой толк от этого все же был.

Ага, опять тень в окне, и, что примечательно, в глубине помещения. Выстрел! Расстояние небольшое, а вот не попал. Но зато и ответная пуля пролетела мимо. Передернуть затвор. Еще выстрел. Пуля взлохматила сухое крашеное дерево оконной рамы, разнеся стекло верхней, неподвижной фрамуги. Опять мимо цели! Да что ты будешь делать!

Взрыв. Ага, это Дуат. Вот он юркнул внутрь, держа револьвер на изготовку. А вот и повозка с толстыми досками, стоящая рядом с воротами. Иллюзия защиты, не более. Их бронежилеты – те способны защитить от пули, а эти деревяшки – если только от револьверов. Но грех жаловаться, от взора бандитов в доме она прикрывает, уже немало.

И чего только не успело произойти и о чем только не успел передумать! А всего-то пробежали пару десятков шагов. Ну сколько нужно для этого времени? Вот-вот. А ведь ничего еще не закончилось. Все только начинается.

Выстрел!

– Ай! Зар-раза!

Регном, схватившись за левое плечо, валится назад. Не везет мужику. Только на этот раз, похоже, прилетело серьезно. Как бы сустав не пострадал. Было паршиво, стало еще хуже. Держать два проема – еще туда-сюда. Но четыре – это уже перебор.

В подтверждение этому Сергей вдруг почувствовал удар в грудь. Словно кто-то припечатал ногой. Даже дыхание сперло. А вот и второй. Ну и контрольный, куда же без него. Голову мотнуло так, что появилось ощущение, будто ее оторвали. Господи, да сколько можно-то! Его швырнуло назад, и он упал во что-то противное, мягкое и липкое.

В ушах звон, перед глазами круги. А тут еще и воняет так, что мама не горюй. Сергей едва откатился в сторону, как его вырвало. Едва успел забрало шлема поднять. Ого. Это что же получается, он получил сотрясение мозга? Лихо.

Пуля, наверное, все же прошла вскользь, иначе с такого расстояния она должна была гарантированно сломать ему шею. Шлем, конечно, остается непробиваем для пули даже при стрельбе в упор. Только вот в этом случае он спасает лишь мозг, но не жизнь, потому что шея не способна выдержать удар такой силы.

Ну да пока живой, и ладно. Что тут вообще происходит и почему так воняет. Ага. Насчет вони ясно. Это он умудрился налететь на конские яблоки и изгваздаться в навозе. Что же, первый вопрос отпадает. А что с остальным?

Неподалеку от входа лежит бездыханное тело бандита. Как видно, с него хватило и гранаты, но Дуат сделал так, как учили: разнес голову из револьвера, чтобы гарантированно не оставлять за спиной противников. Не забыл он и про лошадей, определив в головы двух из них по свинцовой пилюле и избавляя от мучений. Те, что ближе к воротам, затравленно жмутся в стойлах, бешено вращая глазами и стараясь отдалиться от этих страшных людей. Остальные явно нервничают, но пока не обезумели и с привязи не рвутся. А ничего так, большая конюшня.

Сам герой этой атаки сейчас возится с Регномом. Выходит, вытащил его из-под огня, а это значит, что сам Сергей провалялся какое-то время без сознания. Ну точно, сотрясение. Ага. А стрельба пока прекратилась. Вот и ладно, а то голова прямо-таки раскалывается на мелкие части.

– Дуат, как обстановка? – во рту пересохло, поэтому слова Сергею давались с трудом.

– Бандиты потеряли еще одного. Мы на конюшне, и у нас двое раненых. Регном не боец, раздробили плечевой сустав. Из шока я его вывел, рану перевязал, но… – Он безнадежно махнул рукой. – Ну и ты? Как самочувствие?

– Голова слегка кружится, но это ерунда. Полминуты – и я в порядке, – делая себе инъекцию, ответил Сергей.

– Тогда у нас минус один, – глядя на Регнома, у которого уже помутнел взор, подытожит Дуат.

– Витя, как там у вас? – почувствовав облегчение, поинтересовался Сергей.

– Пришел в себя? Ну и слава богу, а то я уж время засек, чтобы успеть тебя вытащить до того, как станет поздно.

– По делу давай.

– По делу глухо. Мы сидим на крыше лавки. Бандиты окопались под нами и в жилом доме. Тянут время, и оно работает на них. Факторщик оставил семью на холме и куда-то ускакал. Подозреваю, что за местными ребятами, а значит, времени у нас очень мало.

– Если так, то действительно мало. Х-ха, Райпут, паразит. Я-то думал, у него какое-никакое благородство взыграло, когда он отпустил факторщика и его семью. А он, оказывается, решил через него вызвать дикарей на подмогу.

– Очень похоже, – согласился Виктор. – Так какие предложения?

– Нужно либо выбираться, либо валить всех по-быстрому.

– И что выбираем?

– Второе, Витя, второе. Первое куда сложнее в исполнении.

Сергей выглянул в ворота конюшни и тут же поспешил скрыться. Едва он появился, как раздался выстрел, и пуля с тупым стуком вошла в бревно. Но он все же успел заметить, что все трое бандитов расположились у окон и держат ворота конюшни под прицелом.

– Витя, а эти, в лавке, не так умны, как те, в доме. Засели прямо возле окон. Надеются на то, что не дадут нам высунуться? А про гранаты совсем не помнят?

– Гранаты здесь появились относительно недавно, так что местные вояки только в начале пути относительно выработки тактики их использования. Ну что, подброшу им гостинец. Взрыв напротив окон не гарантирую, но то, что рванет в воздухе, – факт.

– Годится. Дуат, ты закончил с Регномом?

– Да.

– Тогда бери в руки карабин и приготовься. Как только рванет, сразу высовывайся и бей по засевшим в лавке. Мои окна – слева, твои – справа от двери. Только не лупи просто так, дождись, пока появится кто-нибудь.

– Ясно.

– Ну что, вы готовы? – послышался голос Виктора, которому, как видно, граната уже жгла руки.

Впрочем, вряд ли тут дело в гранате. Никому не захочется оказаться между двух огней. А у них были все шансы испытать прелести данной ситуации на себе. Так что лучше не затягивать.

Едва раздался взрыв, как Сергей и Дуат тут же появились по краям проема ворот, заняв положение для стрельбы с колена. Пошнагов навел карабин прямо в дымовую завесу, быстро рассеивающуюся и поднимающуюся вверх. Пара секунд – и с видимостью уже в порядке. А вот и первый «клиент». Мужчина в широкополой шляпе появился во втором от двери окне.

Выстрел! Карабин привычно толкнул в плечо. Сергей четко видел, как над головой бандита возникло красное облачко. Ничего удивительного, с такого-то расстояния. Рядом хлестнул карабин Дуата, и, судя по азартному восклицанию, парень также не промазал. А вот и ответный привет. Бандит стрелял поспешно и навскидку, а потому пуля, пролетев проем ворот, ударила в заднюю стену.

Учитывая, что этот «клиент» должен быть последним, Сергей начал его поиски. Так и есть, во втором окне, подконтрольном Дуату. У мужичка винтовка с нормальным патроном, но рычажным затвором, и пока Сергей брал его на мушку, тот успел выстрелить еще раз. Дуат громко хекнул, согнувшись пополам. Похоже, принял пулю на броню. А вот бандиту не повезло, Сергей четко рассмотрел, как пуля попала ему в грудь.

– Дуат, ты как?

– Х-хох-х. Прямо в солнышко.

– Жилет выдержал?

– Угу.

– Сергей, минус два.

Это уже по линии связи, чтобы слышали все.

– Дуат, минус один, – вторя ему и стараясь поймать дыхание, отчитался Дуат.

– Сергей, мои парни предлагают вам покурить в сторонке. Жалуются, что так нечестно, на вас выходит минимум шестеро. А им тоже трофеи нужны.

– Да не вопрос. Мы только прикроем.

– Сергей, мои кредиты и кредиты Лайна ничуть не хуже кредитов Дуата и Регнома, – послышался сварливый голос Гарпида.

– Прошу прощения, но я и не думал никого обижать. И потом, эти ребятки оказались серьезными противниками. Как видишь, нам тут пришлось воевать, а не охотиться.

– Если не возражаешь, теперь воевать будем мы.

– То есть нам вообще не вмешиваться?

– Да.

– Гарпид, я сейчас не тебя спрашиваю.

– Нормально, Серега, мы управимся.

В отличие от тройки Сергея, подопечные Виктора, как и он сам, снимать ходули не стали. Так и поскакали на врага, вынуждая его мазать, несмотря на близкое расстояние. Впрочем, как уже говорилось, тут дело не в ходулях. Правда, дело свое джамперы, несомненно, сделали: бандиты успели выстрелить лишь по разу, а прыгуны были уже в мертвой зоне, под окнами.

Дальше в ход пошли гранаты и револьверы. Несколько секунд – и довольно дерзкая по своему исполнению атака была завершена. Сергей попытался себе представить подобную атаку на Земле. Нет, конечно, там случалось всякое, но условия, мягко говоря, отличались. Подобные действия могли быть следствием отчаяния или ярости, что никак не соответствовало эмоциональному состоянию обычных туристов.

Эта же атака стала возможной только благодаря тому, что бойцы чувствовали: они в буквальном смысле бессмертны. В смысле, больно, конечно, будет, но недолго. Да и излечение наступит не через несколько недель, а за пару-тройку дней. К тому же все эти дни раненый будет спать.

– Витя, вы как?

– Порядок, раненых нет, этих проконтролировали.

– Мы насчитали девять.

– Нормально все. Десять. Того, что подстрелили в воротах, нашли в доме на койке. Лайн его пустил в расход.

– Принял. Ну что же, господа, собираем трофеи, кому какие нравятся, и в путь.

– Мы же получим плату за уничтожение банды?

– Разумеется, Гарпид, как же без этого. Как положено, представим законнику фотографии убитых бандитов, и он отстегнет причитающееся нам.

Ну что же, очередная охота закончилась полным успехом, клиенты довольны, и это не может не радовать. Правда, вот Регном… За его лечение придется заплатить. Но по этому поводу у Сергея была одна задумка. Конечно, его волновала судьба Клайры, но кто сказал, что одно должно исключать другое. Почему он не может подумать о том, как сэкономить на лечении клиента и при этом сохранить лицо и сделать так, чтобы раненый остался всем доволен.

Глава 11. Неравная сделка.

Что-то сегодня в клинике особенно оживленно. Прямо не протолкнуться. Вообще-то Сергею не нравилось посещать это заведение, так как для него это означало только лишние траты. Благо он тут был все же не слишком частым гостем. Но с другой стороны, грех жаловаться. Даже с учетом помещения клиента в регенерационную капсулу для воскрешения он все равно оставался в значительном барыше. Уж в сравнении с его заработками в области торговли – и подавно.

Впрочем, это не имеет никакого отношения к творящемуся в коридоре. Сразу шесть криокапсул. Это что же такое должно было произойти, чтобы обнаружилось такое количество погибших. Оно, конечно, вполне может быть, что это и местные, все же лечение в ирианской клинике было доступно всем, кто способен за это заплатить. Но Сергею слабо представлялось, что должно было случиться, чтобы разом погибло столько весьма состоятельных людей.

Но все вопросы тут же отпали, едва он рассмотрел сопровождавшего этот скорбный груз. Он был одет в форму работника новоявленной службы спасения. Весело у них, ничего не скажешь. Надо бы поточнее разузнать, что это за контора и до каких пределов распространяется предоставляемый ими спектр услуг. Пилот и его напарник оказались не больно-то разговорчивы, мол, наше дело маленькое – прибыть по вызову и оказать посильную помощь, которая может быть самой разнообразной. Например, эвакуация, как в случае с группой Пошнагова.

Внутренние помещения клиники, как всегда, оказывали на Сергея гнетущее впечатление. Вроде и сильно отличается от больниц Земли, и все же есть в них что-то общее. К примеру, витающие вокруг ароматы. Нет, местные запахи не имели ничего похожего на земные, но в то же время все лечебные заведения внутренних систем имели схожее амбре, как и на Земле. Словом, больница – она и есть больница.

– Здравствуйте. Чем могу помочь?

А вот что у местных врачей действительно общее с земными, так это тяга к белым одеждам. Правда, они предпочитают не халаты, а форму, обтягивающую тело. Нет, определенно хороша. В смысле, не форма, а ее обладательница. Сергей даже залюбовался стоящей перед ним белокурой красавицей. Он вообще обратил внимание на то, что, несмотря на огромный скачок вперед и достижения в области создания дроидов и андроидов, в клиниках в основном работали люди.

Исключение составляли окраинные миры фронтира, где набрать полный медицинский персонал попросту не представлялось возможным. Ну не хотели такие специалисты ехать в глушь, вот и приходилось обходиться бездушными машинами. Кстати, Океания – из того же разряда. Впрочем, как раз туда-то желающие наверняка нашлись бы, с тамошними-то зарплатами, но у корпорации и без того с предоставлением рабочих мест разумным было более чем хорошо.

– Здравствуйте, красавица, – при виде девушки тут же оживился Регном. – Вы очень можете помочь. Меня тут слегка подстрелили.

Раненый небрежным взглядом указал на руку, покоящуюся на перевязи. Вот молодец. Сам бледный из-за потери крови и того, что обезболивающее прекращает свое действие. Помощь, оказанную ему, кроме как поверхностной, и не назовешь. Антисептик, обезболивающее и остановка крови – вот и все. Делать укол регенератора глупо, он же в значительной степени ускоряет процесс заживления, а в случае с повреждением костей может привести к неправильному сращиванию.

– Садитесь, пожалуйста.

Несмотря на наличие в распоряжении местных врачей самой разной техники, девушка действовала вполне профессионально. Регном даже не поморщился, когда она избавляла его от повязки. Ну, может, он просто не смог позволить себе проявить слабость рядом с такой красавицей. Хм. Вот интересно, сколько ей лет? А то может статься и такое, что они сейчас засматриваются на шестидесятилетнюю молодуху. Судя по тому, что доктор выглядела лет на двадцать пять, такое вполне возможно. Впрочем, какая, собственно, говоря разница, если она выглядит на все сто. В смысле, не лет конечно же.

Ого. А похоже, любители экстремальных развлечений кое-что все же понимают в этой жизни и в отношении женского пола к проявлению мужской сущности. Вон как доктор провела пальчиками по бугрящемуся, еще розовому шраму от раны в мягкие ткани, залеченному вкривь и вкось в полевых условиях. Оно вроде как для врача и естественно, она даже недовольную мину изобразила по поводу некачественной работы. Но в глазах и облике женщины видится что-то, похожее на восхищение.

Нет, ну а что такого? Регном, как и его товарищи, сейчас выглядит очень даже впечатляюще. Они две десятидневки провели на свежем воздухе и под лучами местного светила. Это при прохождении боевой подготовки под неусыпным контролем со стороны инструкторов, которые гоняли своих подопечных в хвост и в гриву. После этого – несколько дней в поле. В результате их облик просто не мог не измениться. Загорелые, обветренные, огрубевшие лица… Туристы приобрели несколько дикий или, если хотите, брутальный вид. А уж корявые шрамы…

– Плохая работа, – слегка кашлянув и сглотнув, вынесла свое заключение доктор. Угу, а Сергей о чем, возбуждает ее пациент, к гадалке не ходи. – Можно было хотя бы стянуть силовым лучом и склеить края раны, тогда бы получилось вполне прилично. Полевая аптечка включает в себя все необходимое. Впрочем, ничего страшного. Регенерационная капсула устранит все эти шероховатости.

– Вот уж нет, – тут же возмутился Регном. – Руки прочь от моих боевых отметин.

– О-о-о! У нас тут любитель острых ощущений, – с насмешкой вздернула брови девушка.

– А ради чего еще я сюда приперся? – удивился мужчина.

– Ладно. Но ведь другая рана достаточно серьезна.

А вот тут уже настоящие отличия от земных врачей. Никакой громоздкой аппаратуры, и больного доктор никуда не оправляет пройти рентген. Все просто. Вооружилась сканером, поводила вокруг пораженного участка, заставляя Регнома проявлять мужской характер и стойкость. (Все же больно, что ни говори, а обезболивающими лучше не злоупотреблять.) Минута – и доктор уже владеет подробнейшей информацией. В сканер встроен еще и анализатор, так что она получила достаточно исчерпывающие данные о состоянии раненого.

– Конечно, шрам должен остаться куда как впечатляющий, – с наигранным восхищением произнесла она. – Вот только, на мой взгляд, это лишние неудобства.

– В чем именно? – как видно, пациент решил биться за свои выстраданные боевые отметины до последнего.

– Я могу вылечить вас, не прибегая к регенерационной капсуле. Для этого мне придется ввести вам наноботов, которые соберут ваш сустав. Регенерационные инъекции помогут им в этом, как и в исцелении раны. Но все это вне капсулы займет минимум неделю, а может, и больше. При этом мы должны будем обездвижить вашу руку, чтобы не мешать наноботам хорошо сделать свою работу. И наконец, это просто больно, не нестерпимо, но все же вполне чувствительно.

– Я, пожалуй, рискну, – решительно произнес Регном.

– Как скажете. А у вас что? – обратилась девушка уже к Сергею.

– Господин Регном – мой клиент, и он получил ранение, будучи на моем попечении. Собственно, я здесь затем, чтобы узнать, какая именно помощь ему потребуется и во что это выльется.

– Господин Сергей, не так ли?

– Да, вы совершенно правы. – Надо же, он настолько известная личность?

– Помнится, за прошедшие несколько месяцев у вас были еще двое раненых. Но их вы не сопровождали.

– Не было необходимости. Господин же Регном настаивает на том, чтобы самостоятельно оплатить услуги клиники, несмотря на то что уже оплатил медицинскую страховку при заключении контракта.

– Слушай, Сергей…

– Господин Регном, это не обсуждается. Вы – деловой человек и, что такое репутация, должны понимать, как никто другой. Пусть и в таких мелочах. Доктор, я могу быть уверен в том, что запрос об оплате поступит на мой счет?

– Несомненно. Послушайте, а где вы находите таких твердолобых клиентов? Это уже третий случай, когда пациент буквально настаивает на том, чтобы ему оставили его шрамы.

– Я их не нахожу. Это они находят меня. Дело в том, что сегодня человека окружает столько техники, облегчающей его жизнь и дарящей уверенность в безопасности, что некоторых из них начинает посещать сомнение по поводу собственной мужественности. И вот тот, кто хочет убедиться, что он все еще настоящий мужчина, а не какое-то там приложение к очередному гаджету, и находит меня. Я же в свою очередь предоставляю ему возможность проверить самого себя и сделать этот мир немного чище, избавив его от мразей. Как-то так.

При этих словах Регном даже как-то приосанился, всячески стараясь подчеркнуть эту самую свою мужественность. Ну что же, Сергей не мог не одобрить его выбор. Вот только сводничество не входило в перечень предоставляемых услуг, он и без того подбросил гирек на весы новоявленного ухажера. Дальше уж пусть сам как-нибудь. Пошнагов поспешил распрощаться и покинуть кабинет доктора.

Ага. Похоже, медперсоналу удалось быстренько разобраться с наплывом криокапсул и переправить их в реанимационное отделение. Что же, тем лучше. Потому что на Сергея они производили гнетущее впечатление. Коль скоро были применены полевые капсулы, означать это могло либо трупы, либо смертельные ранения. А в преддверии того, что ему предстояло, последнее, о чем ему хотелось думать, – это смерть.

– Какая встреча! Что-то случилось?

– Здравствуйте, господин Ганид. А вы тут какими судьбами?

– Ну, знаете ли, когда в консульство доставляют сразу шесть трупов граждан империи, тут волей-неволей отправишься разбираться в произошедшем. Впрочем, разбираться приходится даже в случае доставки одного трупа. А уж если кончина безвременная, то тут без головной боли ну никак не обойтись.

– Ясно. Разрешите один вопрос?

– Спрашивайте, господин Сергей.

– Вы отказали мне в помощи из-за службы спасения?

– Признаться, я был удивлен тому обстоятельству, что вы вообще заговорили об эвакуации, – не выдержав, ухмыльнулся Ганид. – Правда, потом вспомнил, что вы не являетесь любителем Сети, и предположил, что вы можете и не знать о новом предприятии. Но вы ведь там были не один, а лишний щелчок по носу как следствие вашей неосмотрительности и невнимательности в итоге вам должен пойти только на пользу. Так что никакого злого умысла.

– Ясно.

– Ну а теперь поведайте, по какой причине вы оказались здесь?

– Просто привел раненого. Вот и все.

– Ну хоть так.

– Послушайте, господин Ганид, а отчего у этой службы спасения такая высокая смертность?

– А вы как думаете? Вот у вас за полгода – только третий раненый, которому приходится обращаться в клинику. А тут шесть трупов, причем сразу. Хотя у вас и направленность разная. Эти только вселяют в клиента уверенность, да и то неполную, в том, что вытащат его из передряги и доставят в клинику. Остальное уже не их вопросы. Эдакий экономвариант.

– И много желающих воспользоваться подобными услугами?

– Вы будете удивлены, но много, – развел руками Ганид. – Контора только месяц как существует, а консульство оформило двойное гражданство полутора сотням ирианцев.

– Не думаю, что это предприятие продержится достаточно долго.

– Я бы не был столь уверен. Многие хотят на деле проверить, чего они стоят, но при этом желают иметь преимущества, которых объект охоты лишен. Отсталая планета типа Алаянки – прекрасная для этого возможность. Запрет же на использование современного оружия придает охоте особую изюминку. Тем более что преимущество в виде службы спасения у охотников все же имеется. Вам ведь не надо объяснять, насколько разнится решимость у того, кто знает, что поднимется после смертельной раны, и у того, кто подобной уверенностью не обладает.

– Нет, этого объяснять мне не нужно. А как погибли эти?

– Четверо – в перестрелках. Двоим из них местные подсунули бронежилеты с пластинами из обычного железа. Заверили, что самая новейшая кадийская сталь. Так те их даже не проверили. Во время драки в упор из револьверов, представляете. Двое посчитали, что они – круче вареных яиц и эту тяжесть носить не намерены. Расстреляли на дороге. Еще двое – вообще оригиналы, отказались проходить в клинике акклиматизацию, так и поперлись в респираторах. И как только ума хватило хотя бы заключить договор с этой конторой? Покусали какие-то насекомые, аллергическая реакция, ураганный отек и конец.

– Они что, даже аптечку с собой не взяли? – ошалело качая головой, поинтересовался Сергей.

– Да кто же их знает? Вот придут в себя, будем разбираться. А потом устроим выволочку этой самой службе. Правда, договоры у них готовил юрист, ничуть не уступающий квалификацией вашему. Так что в отношении уже подписанных бумаг ничего не поделаешь, а вот последующие будут заключаться с внесенными поправками. Просто сейчас идет наработка и подбор претензий.

– И что, у них все время так? – искренне удивился Сергей.

– Вообще-то нет. Просто вчера звезды сошлись совсем уж неудачно. Ладно, пойду я. Дел по самую макушку, не знаю, когда и разгребу.

И все. Никакого вопроса о судьбе Клайры. Словно господин майор и не в курсе относительно произошедшего. Впрочем, чему тут удивляться. Все эти бесконечные проверки говорят только об одном: их предприятием недовольны. Разве что никак не могут окончательно сформулировать свои претензии, оттого и не знают, как поступить. Но на всякий случай все же присматриваются и накапливают материалы (как в случае с той же службой спасения), чтобы, как только потребуется, тут же огласить результат.

Вот и с Клайрой, скорее всего, так же. Майор ни на секунду не сомневается в том, что Сергей ее не бросит, и мешать вроде как не собирается. Но никаких сомнений – случись что, и безопасник без раздумий использует это так, как того потребует долг. Нет, Ганид не сволочь, он просто профессионал, состоящий на службе государевой, и при всем его благожелательном отношении, к сожалению, никогда не был другом Пошнагова.

– Витя, ну что там у тебя? – наконец не выдержав, запросил Сергей своего напарника.

Дело в том, что по окончании проверки помощник Ганида деактивировал бортовой искин «Щуки». Поэтому им никак не удавалось связаться с кораблем ни на прямую, ни через Сеть. Соответственно тот не мог им оказать помощь и относительно местонахождения Клайры. Поэтому по прибытии в консульство Виктор поспешил на поиски лейтенанта, чтобы получить доступ на корабль, благо он имел на это допуск вместе с Клайрой и Сергеем. Сам же Пошнагов должен был решить вопрос с оказанием медицинской помощи раненому.

– Да эти безопасники… Ты же понимаешь, сколь высокого они мнения о себе любимых.

– Я все понимаю, – скрипнул зубами Пошнагов. – По делу давай.

– Я уже на корабле. Еще пара минут – и я активирую искин. А ты разве сам сюда не собираешься?

– А с чем, по-твоему, я пойду разбираться с похитителями? С голой задницей?

Сергей имел в виду то, что на территории консульства с оружием и снаряжением находиться было нельзя, если не считать шокеров, да и на те необходимо было иметь разрешение. Поэтому все их снаряжение было сложено у «Щуки», и с ним предстояло еще разобраться. Клиенты могли забрать с собой только оружие и трофеи, что, собственно, они и сделали. Все же снаряжение принадлежало фирме.

Кстати, доставкой охотников во внутренние системы их предприятие уже не занималось. Нет, если те станут настаивать на длительном переходе, то никаких проблем. Но если по пути на Алаянку в этом был смысл, так как людям нужно было притереться друг к другу и освоить теорию учебного курса, то сейчас он терялся. Куда быстрее и с большим комфортом можно было добраться на грузовых кораблях торговых компаний, занимающихся вывозом отсюда углеводородов. Чем всегда и спешили воспользоваться клиенты фирмы. Все же любая жажда приключений имеет свои пределы. Тем более когда трофеи уже у тебя в руках.

– Есть, – наконец послышался голос Виктора. – Сергей, ее держат на какой-то то ли ферме, то ли в усадьбе. Пятьдесят километров от столицы.

– Отлично. В городе все было бы куда как сложнее. Жди меня на борту, я скоро.

«Щука» встретила Сергея привычной и где-то даже родной атмосферой. Вот только не хватало веселого щебета Клайры или ее недовольного фырканья, все зависит от настроения. Главное, что он успел к ней привыкнуть и даже по-своему полюбить, а потому ее отсутствие принимал довольно близко к сердцу.

Все снаряжение Виктор уже определил в грузовой отсек. Оружие – в пирамиду. Хм. С этим он немного поторопился. Не с голыми же руками разговаривать с похитителями, коль скоро Сергей не верит в то, что девушку отпустят. Впрочем, все верно, местное оружие Сергей использовать не собирался. Не тот случай. А это что?

– Витя, ты ничего не напутал? Шокеры? – Сергей не без удивления посмотрел на подготавливаемое товарищем снаряжение.

– Сереж, ну к чему нам проблемы с властями и уж тем более с консулом? А так – очухаются, а дальше по обстоятельствам. В конце концов, можем сделать внушение Клайре, и она больше ни ногой за пределы безопасной зоны. Уж теперь-то ученая будет.

– Хочешь сказать, что если нанесем смертельные раны, то сами вручим в руки своих противников оружие против нас?

– Именно так и будет. Прикроют нашу фирму к чертям собачьим.

– Поверь, если власти захотят с нами разобраться, то они и так сделают это без труда. Это сейчас Ганид занимается тем, что ищет у нас грязь под ногтями, но сам ее туда не пихает. Но если прикажут, он без тени сомнения выполнит приказ. Не сомневайся, он служит не за страх, а за совесть. Впрочем, ему нет никакой необходимости это проделывать. Достаточно только взять в оборот Клайру.

– В смысле? – с искренним удивлением вскинул брови Виктор.

– Кхм. В общем, ты не все знаешь. Клайра не просто покинула планету, она бежала отсюда нелегально и незаконно получила гражданство империи. Так что Ганиду достаточно потянуть за эту ниточку, и он не только прикроет нашу лавочку, но и отправит меня на скамью подсудимых. Поэтому-то я и говорю, что, по сути, он не такой уж и плохой человек.

– Но…

– Все нормально, Витя, тебе не обязательно вмешиваться, я сам со всем управлюсь.

– Кхм. Да я не об этом, – стушевавшись, произнес Виктор, хотя никаких сомнений у Сергея не было: он именно об этом. – Просто считаю, что шокеры все же куда лучше. Сам посуди, это оружие можно использовать без разбора, и если кто из них прикроется Клайрой, то мы сможем стрелять с чистой совестью.

– Угу. Только с точностью у шокера с расстояния свыше десяти метров так себе, а на двадцати радиус разброса – уже семнадцать сантиметров. Поэтому мы поступим совершенно иначе. В этот раз я не собираюсь играть с местными в благородство. Мы наденем бронекостюмы, вооружимся игольниками и используем «Щуку». Чтобы ни одна падла не усомнилась в своем бессилии перед нами. Ну и выдвинемся в полночь.

– Угу. Ночное зрение наших бронекостюмов не помешает. А ты не боишься, что они могут попросту убить Клайру? Он же говорил, что проломит ей голову.

– Если успеет, Витя. Если успеет.

В этот момент искин сообщил Сергею о входящем вызове, и тот сразу же помрачнел. Вызов был с искина Клайры. Это что же получается, у похитителей настолько хорошо поставлена разведка, что они уже знают о возвращении охотников? Ведь разговор был насчет недели, а прошли только сутки. Интересно девки пляшут, по четыре штуки в ряд.

– Здравствуйте, уважаемый, – послышался все тот же измененный голос. Экран искина по-прежнему оставался темным.

Ясно. Неизвестный продолжает играть в прятки, всячески скрывая свою личность. Явно надеется выйти сухим из воды. Ладно, пока что игра идет по его правилам, а потому Сергей взял себя в руки и ответил со всем возможным спокойствием:

– Не могу желать тебе здоровья. Так что давай сразу к делу.

– Что же вы, прибыли в столицу так рано и молчите? Могли бы отправить сообщение, мы держим искин в режиме ожидания, вдруг друзья захотят дать о себе знать, – ничуть не обращая внимания на лед в голосе Сергея, с наигранной любезностью произнес неизвестный.

– Не помню, чтобы тебя интересовала моя персона. Насколько мне помнится, речь шла о деньгах.

– Она и сейчас идет о них.

– Ну и как это согласуется с тем, что мы прибыли в Раппель? Денег-то как не было, так и нет. Перевода ждать еще сутки или двое.

– Хм. Об этом-то я как раз и не подумал. Ну если так, то ладно. Как только деньги поступят, сообщите, пожалуйста, на почту Клайры. Доброго дня.

– И что это значит? – возмущенно произнес Виктор.

– То, что он неплохо понимает наши возможности. И что мы не можем отслеживать искин Клайры, находящийся в спящем режиме.

– Я не об этом. Согласно данным «Щуки», Клайра все так же находится на этой ферме, в то время как ее искин выходил с нами на связь из города.

– А вот это уже действительно интересно, – помяв подбородок, задумчиво произнес Сергей.

С одной стороны, нет никакого желания разгадывать ребусы, но с другой… А с другой – вопросов становилось все больше и больше. Ну как такое возможно? Искины строго индивидуальны и признают только одного владельца. Здесь нашелся специалист такого класса, что способен перепрошить искин? Да это даже не фантастика. Тем более что перепрошитый искин теряет индивидуальность, а этот ничего, работает и все так же принадлежит Клайре, во всяком случае, ее код ДНК легко угадывается. Взяли образец ее крови или плоти? Ерунда, искин без труда распознает это.

Может, они умудрились каким-то образом избавить Клайру от маркеров? Их осведомленность в этом вопросе не может не поражать, хотя бы потому, что та же служба спасения не делает из этого секрета. Но и тут мимо. Эти маркеры попросту неизвлекаемы, работают по принципу наноботов и в течение месяца полностью разлагаются организмом. Есть конечно же военные образцы, те могут сидеть в организме хоть до скончания века, получая энергию от носителя. Но в отношении гражданских лиц подобное недопустимо.

Ну и как она могла оказаться сразу в двух местах? Да никак. Пошнагов явно чего-то не понимает. И коль скоро это так, то лучше не дергаться, чтобы не напортачить чего-нибудь по незнанию. Как там говорится? Информация – это все? Вот именно, что все.

– Чего задумался, Серега?

– Да вот думаю, как Клайра могла оказаться одновременно в двух местах?

– Вот-вот. И я этого никак понять не могу. Неужели есть такие программисты? Так ведь у искинов защита – закачаешься. Разве только местные ученые научились выращивать органы из образцов ткани. Ирианцы вполне могли скинуть им эту технологию. Она использовалась до появления технологии регенерации и сейчас считается устаревшей.

– Я слышал об этом. Но также слышал и то, что для выращивания органов требовалось не меньше двух месяцев.

– Ну и что? Ты представляешь, какие, по местным меркам, деньги два миллиона кредитов? Да это серьезная сумма даже во внутренних системах. Мы здесь обретаемся уже больше полугода, так что при доступе к такой технологии времени было более чем достаточно.

– Ясно.

– А мне не ясно, – честно возразил Виктор.

– Ясно то, что все наши рассуждения – это просто гадание на кофейной гуще. Конечно, хотелось бы раздобыть информации побольше, но, к сожалению, ничего не получится. Значит, будем плясать от того, что маркеры невредимы и их не под силу извлечь даже нашим медикам.

– А вот интересно, как именно они узнали о нашем прибытии? Будь искин Клайры активирован, тогда понятно. Но ведь его включили только для связи с тобой. Да еще и так оперативно.

– Витя, не пытайся усложнять то, что требует простого подхода. Ты забыл о том, что весь обслуживающий персонал консульства – из местных, и о том, что все они – наверняка двойные-тройные агенты.

– А ведь твоя правда. Тем более в консульстве есть местная телефонная связь. А искин засвечен в столице. Ну и с чего начнем? Вычислим сначала этого субчика или нагрянем сразу на ферму? По мне, так лучше начать с него. Возьмем за загривок, и он самым любезным образом вернет нашу девочку.

– Нет, Витя, так не пойдет. Мало ли как оно все обернется. В лицо мы его не знаем, как звучит его настоящий голос – тоже. Даже если мы получим данные о последних звонках по городской линии, я уверен, что звонков было предостаточно. Тут ведь находится множество представительств торговых домов, иначе никто не озаботился бы столь допотопной связью. И как вычислить нужный звонок? Здесь ведь запись не ведется.

– Не думаю, что Ганид может такое дело пустить на самотек, – покачав головой, усомнился Мигузов.

– В любом случае он нам не помощник. Так что самое лучшее – начать с фермы.

– Ну с фермы так с фермы. Тогда на взлет?

– Только заявим вылет. Официально, как полагается. Как раз и положенный интервал выдержим, чтобы без спешки и суеты, и лишнее внимание не привлечем.

– Логично. Незачем лишний раз дразнить твоего Ганида.

– Он не мой. К сожалению.

– Это точно. Скольких бы проблем удалось избежать, будь все иначе.

Разрешение на вылет получили без проблем. Это не было удивительным, учитывая то обстоятельство, что раппельский космопорт нельзя было назвать столь уж оживленным местечком. Все же торговый оборот империи с этой планетой пока еще не был столь уж значительным, и космопрот по большей части представлял собой сонное царство.

Единственное, нужно было указать достаточно аргументированную причину. Ну, с этим проблем никаких. Во-первых, они являются наемниками, официально зарегистрированными как в Киликии, так и в консульстве, а значит, имеют свои дела на планете. Во-вторых, в киликийской степи ими было оставлено далеко не копеечное снаряжение.

Короткий перелет в ночном алаянкском небе – и вот они на месте. Конечно, нельзя исключать возможность того, что их перемещения в пределах планеты отслеживаются. Использование тех же электромотоциклов, а в их распоряжении сейчас имелось две единицы, обеспечило бы практически полную скрытность их маневров. Но на борту «Щуки» находились криокапсулы, которые никак не увезти на мотоцикле. С Клайрой же могло случиться все что угодно.

«Щука» довольно резво приземлилась на лужайку за домом, управляемая искином. Аппарель опустилась, и Сергей с Виктором устремились к цели, все время отслеживая обстановку. Действовать нужно было быстро, чтобы не дать похитителям опомниться. Их ставка была именно на внезапность, скорость и свое подавляющее превосходство в силе.

Кто-то может сказать, что такое поведение при освобождении заложников глупо и неоправданно. Но кто даст гарантию, что действуй они иначе – и результат был бы лучшим? Здесь нужно было тщательное планирование, обладание необходимыми знаниями, а главное – опытом. У Сергея и Виктора ничего из перечисленного не было. Разве только боевой опыт, который они и решили использовать, делая упор на быстроту и натиск.

Усадьбу, а это была действительно усадьба, удалось просканировать с воздуха. Ничего особенного, можно сказать, стандартный помещичий дом. Судя по показателям сканера, Клайру держали в подвале, попасть в который можно было снаружи, и они сейчас этот вход четко видели.

Здание погружено в темноту, не сверкнуло ни одной искорки. Подворье выглядит полностью вымершим. Но это для обычного человека. Сканеры четко указывают на наличие в доме нескольких людей. Правда, определить, ребенок это или взрослый, не получится, даже те, кто выглядит маленьким, вполне могут оказаться карликами, щуплого телосложения или просто находятся в таком положении, что тепловизоры не способны передать истинные контуры. Местное оружие не имеет энергетических кристаллов, а потому определить его наличие у людей практически нереально. Так что кто находится за стенами – не понять. Разве только ясно, что их шестеро.

А, нет, вот и первые встречающие. От хозяйственных построек показались здоровенные псы местной породы. Чем-то похожи на московскую сторожевую, только уж больно свирепые. Настолько, что лучше с ними не связываться. Нет, бронескафандр им не по зубам, еще чего не хватало. Вот только весят эти псины под сотню кило. Эдакий живой таран, может и уронить ненароком. Опять же вроде и ничего страшного, но время потеряется.

Сергей вскинул было штурмовой игольник, целясь в ближайшую из псин, бросившуюся в молчаливую атаку. Но та самым удивительным образом вдруг остановилась, а затем развернулась и потрусила куда-то в сторону. Ее примеру последовали и ее три товарки. Интересно девки пляшут, по четыре штуки в ряд. Что тут происходит? Четвероногие сторожа вдруг почувствовали неодолимую симпатию к нарушителям границ усадьбы?

Это обстоятельство насторожило Сергея, но не смогло остановить. Он здесь не для каких-то изысканий и умозаключений. У него есть четкая задача, и он намерен ее выполнить.

– Витя, дом.

– Принял.

Пара десятков шагов, вот и вход в подвал. Обычный такой, с каменными ступенями и выложенными камнем же упорными стенками, с легким навесом от дождя. Массивная дверь из местного дерева, аналога дуба, заперта на амбарный замок.

Просканировал пространство у входа в подвал. Ему-то не страшен заряд взрывчатки, его бронескафандр не та легкая одежка, которую он доставил контрабандой в Кадию. Этот хотя и всего лишь второго класса, способен противостоять игольникам, а если повезет, то и штурмовым. Так что взрывчатки потребуется столько, что от этого деревянного домика ничегошеньки не останется. А вот находящаяся внутри Клайра не имеет никакой защиты, с нее хватит обычной гранаты на растяжке, и об этом забывать нельзя.

Замок сковырнулся без проблем. Еще бы. Дерево – оно, конечно, твердой породы, но сервоприводы костюмчика тоже чего-то да стоят. Распахнул дверь. На столе горит керосинка, за ним сидит Клайра, не без удивления уставившаяся на вооруженного до зубов человека в бронескафандре. Картина маслом под названием: «Не ждали».

Хм. А не сказать, что обстановка отличается мрачностью. Скорее уж в не приспособленном для обитания людей месте постарались создать хоть какой-то уют. У стены, завешенной старым потертым ковром, – топчан с матрацем и подушкой, застланный вполне приличным одеялом. Стол с парой стульев и каким-никаким освещением. Даже о досуге пленницы подумали, вон у нее в руках книга, судя по переплету, не иначе как любовный роман. Кстати, Сергею доводилось читать местных писателей, и он остался весьма доволен их творениями.

– Здравствуй, моя девочка.

– Сергей? Ты же… А как ты из-за океана?..

– Служба спасения. Слышала?

– А-а-а… Ну да. Я как-то и не подумала…

– С тобой все в порядке?

– Да, в полном. Меня никто не трогал, – кивая головой в такт своим словам, заверила девушка. – Вот, даже кое-какие удобства имеются.

– Вижу.

Странно. А отчего так тихо? Конечно, игольники, даже штурмовые, не издают много шума, разве только пощелкивание, смешанное с жужжанием. Но местное оружие очень даже громыхает. И потом, должны были доноситься хоть какие-то звуки схватки. Но ничего. Странности, начавшиеся с собаками, продолжаются и сейчас.

– Витя, у тебя все в порядке?

– Вот не поверишь, но в полном. Только я никак в толк не возьму, что тут вообще происходит.

– А поточнее?

– Меня тут встретил хозяин усадьбы. Любезно так встретил, как подобает аристократу, проигравшему схватку. Словом, я ничего не понимаю, заканчивай там и дуй сюда, будем думать вместе. Мне что-то убивать расхотелось. А как там Клайра?

– Сидела за столом и книгу читала.

– Вот и я о том же. Ерунда какая-то.

– Ладно, я сначала отведу Клайру на корабль, а потом присоединюсь к тебе.

– Я с вами, – тут же вскинулась девушка, из-за которой Сергей вывел звук наружу, чтобы и она слышала переговоры.

– Ты отправишься на корабль, и это не обсуждается.

– Но ведь я знаю местных аристократов…

– Слушай, девочка моя, а тебе не кажется, что ты уже достаточно наделала глупостей? На секундочку, мы сейчас рискуем лишиться всего и едва не пролили кровь. И с последним до сих пор пока ничего не ясно. А все потому, что кое-кому было трудно придерживаться некоторых правил.

– Я не просила меня спасать, – потупившись, буркнула девушка.

– Не проси-и-ила, – нарочито вкрадчиво произнес Сергей, а потом буквально взорвался: – А ну марш на корабль! Она еще условия мне ставить будет! Потом будешь дуться!

Препроводив бывшую пленницу на «Щуку», Сергей вернулся к усадьбе. Пора тут уже заканчивать и возвращаться к насущному. И без того эта охота для них оказалась затратной, не хватало еще и потерять оставленное без присмотра снаряжение. Вот так вот. Тут бы подумать о другом, но в отношении этого другого – вообще какой-то тупик непонятный, оттого и мысли соскальзывают в привычное русло бережливости и рачительности.

– Что тут у тебя? – поинтересовался Сергей, входя в довольно просторную гостиную.

– Да вот, хозяин, который любезно вышел нас встретить, – показывая на мужчину, ответил Виктор.

Довольно молод, лет двадцать семь. И кстати, в данном случае можно говорить о том, что внешность и биологический возраст соответствуют друг другу. Перед ними – типичный алаянкиец. Ну, не совсем типичный, все же потомственный дворянин, как говорится, порода видна сразу. А главное, совершенно спокоен, сидит в кресле, закинув ногу на ногу, руки лежат на подлокотниках. Даже зависть берет, глядя на его самообладание.

– Итак… – начал Сергей, но был перебит хозяином.

– Ралин, глава клана Гауп. Теперь нет никакого смысла это скрывать, – пожав плечами, пояснил он.

То есть он предлагал при общении обращаться к нему по имени. Что же, это в некоторой степени даже удобно. Сергей решил пока не форсировать события.

– Итак, Ралин, может, объяснишь, что тут вообще происходит?

– Ничего. Вы забираете вашу девушку, оставляете нас в покое и улетаете. Вот и все.

– Как тебе? – не выдержав, хохотнул Виктор. – Вот то же самое он заявил и мне. Я до сих пор в шоке от такой наглости.

– Боюсь, что это не наглость, а трезвый расчет, – возразил Сергей.

Они говорили по закрытому каналу, чтобы аристократ не заметил того, что поставил их в тупик. Впрочем, тот оказался достаточно умен, чтобы понимать, как именно подействовало на них его поведение, а потому заговорил, не дожидаясь вопросов:

– Вы здесь неофициально, потому что имперская служба безопасности не станет ввязываться в это дело. Во всяком случае, господин Ганид до поры воздержится от подобного, так как в некоторой мере вам симпатизирует, господин Сергей, – несмотря на то что лица гостей были скрыты забралами шлемов, он безошибочно определил, кто из них кто. – Ему известно, кем на самом деле является госпожа Клайра. Как и то, что гражданство империи ею получено незаконно. Словом, его вмешательство в первую очередь невыгодно вам. Также вам невыгодно убивать здесь кого бы то ни было, так как это повлечет неприятности для вас лично и вашего предприятия в частности. Я даже отозвал собак, чтобы они не спровоцировали агрессию с вашей стороны. – Дворянин помахал ультразвуковым свистком, который держал в руке.

– Очаровательный наглец, не находишь? – Виктор прямо-таки веселился.

Впрочем, его-то понять как раз нетрудно. Он изначально не горел желанием нарушать закон и тем самым подставлять себя. А тут все так удачно складывается. Не сказать, что Сергей столь уж кровожаден, хотя желание намылить кое-кому холку и присутствовало, но головы он все же не терял.

– Еще какой очаровательный, – согласился Пошнагов и опять обратился к хозяину усадьбы: – Ну, раз уж у нас сложилась такая доверительная беседа, не объяснишь, кто ты и что все это значит?

– Коль скоро речь зашла о доверительной беседе, то попросил бы вас обращаться ко мне в более уважительной манере. Я понимаю, что доставил вам неудобства, но мы с вами не состоим в родстве или близком знакомстве, чтобы вы могли допускать подобную фамильярность, – откинувшись на спинку кресла и держась достаточно самоуверенно, ответил молодой человек.

Зря он так. Подобное пренебрежение и высокомерие подействовало на Сергея, как красная тряпка на быка. Нет, Ралин старался выдерживать деловой тон, вот только Пошнагов этого не понял. А возможно, причина была в том, что этот молодой наглец все четко просчитал. Сергею действительно было куда выгоднее разойтись с ним миром, эдак миллионов на надцать выгоднее. Потому что на кону стояло его предприятие.

Вот только не привык он считаться с деньгами, коль скоро речь заходила о его близких. А Клайра для него стала по-настоящему близким человеком. А еще… Вообще-то в первую очередь он разозлился.

– …Серега, слышишь меня? Серый, очнись. Ну придушишь ты его. А что в сухом остатке?

Пошнагов стрельнул злым взглядом на Виктора. Потом сообразил, что тот не может рассмотреть его взгляда из-за темного забрала, и вновь посмотрел на хрипящего в его руках Ралина. Тот не пытался ни сбежать, ни сопротивляться. Если первое вполне объяснимо, то второе непонятно. Нет, сбежать у него не было шансов, хотя бы потому, что его быстро достали бы из игольника, способного прошить насквозь чуть не весь дом.

А вот поймать его, чтобы вот так начать душить, в скафандре несколько проблематично, как бы уютно ты себя в нем не чувствовал. Человек, отягощенный подобной одежкой, не отличается особой ловкостью. Так что Ралин, обучавшийся различным единоборствам с детства, имел все шансы избежать подобного захвата, но делать этого не стал. Почему?

– Значит, ты готов к тому, чтобы принять смерть. Так, Ралин?

– Кхга. Господин Ралин, – хрипя и массируя саднящее горло, упрямо поправил молодой аристократ.

– Я вот думаю, а что такого наглеца может заставить покориться судьбе? Витя, а не глянешь ли, кто те остальные четверо, которых мы засекли. Уверен, что это близкие нашего хозяина. Ведь ты решил пожертвовать жизнью, чтобы спасти их. Не так ли?

Нет, Сергей уже не спрашивал. Потому что в глазах главы клана Гауп он явственно увидел страх. У любого человека есть слабое место, и у него, похоже, это была семья. Отчего Сергей так быстро сообразил? А он и не соображал ничего. Просто попытался представить, ради кого он вел бы себя вот так же. Только ради очень близких людей – семьи.

– Серый, не перегибай. Ладно еще этого шлепнешь, хотя и под вопросом, но он на это сам нарывался. А семья – это чересчур, – переключившись на внутреннюю связь, возмутился Виктор.

– Господа, я вас прошу. Моя семья даже не была в курсе того, что я задумал, – в то же время дал задний ход Ралин.

И на этот раз – никаких намеков на гордость или демонстрацию к готовности достойно принять конец. Парень как-то сразу сдулся, опустил плечи и понурил голову, демонстрируя свою полную покорность.

– Серега, ты как знаешь, но я этого делать не стану. И тебе не дам.

– Да не собирался я ничего им делать. Хотел, чтобы этот индюк сдулся. А теперь чувствую себя прямо как в детстве, когда во время драки промеж ног кому-то заедешь.

– Нечестный прием. Знакомо.

– Вот именно. А по-честному, он, паразит, меня переиграл, вот что обиднее всего. Пришить его, что ли? Ведь этот гад без раздумий убил бы Клайру, голову на отсечение даю.

– А может, сначала выслушаешь?

Не хочет Виктор связываться с убийством и огребать неприятности. Ну да понять его несложно. Пока грозила опасность Клайре, он готов был пойти на крайние меры. Но девушка уже в безопасности, а значит, нужно думать о будущем.

– Итак, я задал вопрос, Ралин. Кто ты и что все это значит? И лучше тебе говорить правду, – включив громкую связь, продолжил Сергей.

– Я служил в департаменте безопасности Кадии в чине капитана. По долгу службы имел доступ к информации различного рода. Узнав о том, что вы добровольно закрыли долг перед кланом Картрон, я решил, что госпожа Клайра достаточно вам дорога и ввиду приличных заработков вы сумеете выделить еще кое-какую сумму, дабы избавить ее от неприятностей. Похитив ее брата, я вызвал ее на встречу якобы с ним, а когда она явилась, похитил уже ее.

– Один?

– Нет. С моим оруженосцем.

– Но как вы сумели использовать искин Хорха? Это же технически невозможно. Или…

– Он бы скорее дал себя убить, чем стал бы добровольной причиной угрозы ее безопасности, – отрицательно покачав головой, возразил Ралин. – Просто в тот момент он был без сознания. Достаточно снять искин с руки, примотать к пальцу владельца стило, и искин вполне благосклонно воспримет подобное обращение. Правда, общаться можно только в режиме переписки.

– Н-да-а. Недаром говорят: голь на выдумку хитра, – не удержавшись, восхитился Виктор.

– Ну а с Клайрой как вышло? Она же не могла раздвоиться. Мы маркируем всех сотрудников и клиентов маячками и точно знали, где ее держат, – тут же ответил на невысказанный вопрос, Сергей.

– Ясно. Не знал. Впрочем, что-то подобное я должен был предположить. Хотя… Пробел в знаниях или, если быть точнее, их недостаток ввиду отсталости нашей планеты. Просто я подумал, что коль скоро искин находится на службе у человека, то он выполнит его приказ. О полном контроле над прибором не может быть и речи, но против частичного использования его возможностей он не возражает. Разумеется, при наличии распоряжения от владельца. Я был достаточно убедителен, и госпожа Клайра согласилась отдать своему искину подобное распоряжение. Вот и все. Никакого раздвоения личности.

– То есть ты не применял к ней никакого насилия?

– Зачем мне это надо? Озлобить вас до такой степени, чтобы вы бросили все и начали меня разыскивать? К чему эти крайности? С потерей денег вы еще смиритесь, а вот гибель близкого человека не простите никогда. Я моложе вас, но за время службы успел повидать много народу, причем наш контингент отнюдь не относится к простым среднестатистическим личностям. Поэтому я постарался создать ей максимально комфортные условия, чтобы она предстала перед вами не как заключенная мрачного подземелья. Лишний раздражающий фактор, знаете ли.

– А ведь ты врешь. Оставлять девочку в живых в твои планы не входило, – убежденно возразил Сергей.

– Ну, быть уверенным до конца никогда и ни в чем нельзя. Но если бы в этом не возникло нужды, то я не стал бы ее убивать.

– Но ведь она могла вывести на брата, а там ниточка привела бы к тебе.

– Не ко мне, а к клану Картрон, то есть в тупик.

– Ладно. Тогда еще один вопрос. Зачем? В департамент безопасности – строжайший отбор, а значит, ты его прошел. Сомневаюсь, что подобные действия совместимы с честью дворянина и присягой королю.

– Вы правы, несовместимы. Именно поэтому я и подал в отставку. Тем более я рассчитывал покинуть планету. А зачем? Я – предпоследний представитель клана Гауп. К сожалению, эпидемия прошлого года и перенесенная нами болезнь сделали нас с супругой бесплодными. Наш единственный сын в результате осложнений болезни умирает. Конечно, все это – мелочи для ирианской клиники. Регенерационная капсула – и очень скоро мой Игнус будет здоров, а мы с женой сможем подарить ему братьев и сестер. Но это лечение дорого стоит. Слишком дорого. Даже если я захочу продаться вражеской разведке, мне не удастся оплатить лечение хотя бы одного из нас. Вот я и решил…

– Ясно. Прибить бы тебя, ну да ладно, хорошо все то, что хорошо кончается. Завтра с утра все втроем отправляйтесь в ирианскую клинику. Я оплачу ваше лечение.

– Вот так, за красивые глаза?

Стоит ли удивляться тому недоверию, с которым потомственный аристократ отнесся к словам Сергея? Уж кто-кто, а капитан департамента безопасности прекрасно знает, где бывает бесплатный сыр.

– Почему же за красивые глаза? – возразил Пошнагов. – Считайте это беспроцентным займом. Вы отработаете все вложенные в вас деньги до последнего кредита. Здесь, на Алаянке, на нашем предприятии. Я ведь правильно понял, в настоящий момент вы свободны от обязательств по службе?

– Сергей… – попытался было возразить Виктор, но Пошнагов его оборвал:

– Брось. У нас и без того запись вперед. Если увеличим наш отряд еще на пару клиентов, то это только на пользу. Господин Ралин имеет хорошую подготовку, капитан департамента безопасности – это не баран чихнул. Разве что пройдет переквалификацию на нашей базе. Ну как, согласны, господин Ралин?

– И какое у меня будет жалованье?

– Очень серьезное, как, впрочем, и спрос с вас. Для начала будете получать двадцать тысяч кредитов. Из них на руки – пять, этого хватит не только на то, чтобы обеспечить семью, но и поднять из руин ваше поместье. Остальное – в счет погашения долга. Несколько лет – и вы полностью закроете вопрос с задолженностью. А если я в вас не ошибся, глядишь – и жалованье повысится.

– Вы – щедрый человек. А можно узнать, чем вызвана эта щедрость? Найдется множество людей, отвечающих вашим требованиям и готовых работать за такое жалованье.

– Я не понял, вы согласны с предложением или нет?

– Я соглашусь продать душу нечистому, если это поможет спасти моего сына. Но при этом я хочу знать, что я делаю и кем является протянувший руку помощи.

– Скажем так. Мы с вами – из одного теста. Я, как и вы, ради близких готов пойти до конца, куда бы меня это ни привело. И закончим на этом. Завтра с утра – в клинику. Надеюсь, у вас имеется транспорт?

– У меня есть автомобиль.

– Вот и прекрасно. Кстати, ребенок здесь?

– Наверху.

– Клайра.

– Слушаю.

– Возьми большую походную аптечку и беги сюда. Господин Ралин, не забудьте придержать своих собачек. Я просто подумал, что не знаю, в каком состоянии ваш сын. Так что мы сейчас введем ему поддерживающие стимуляторы, чтобы в преддверии избавления от болезни не приключилось беды.

Вот теперь все встало на свои места. Сергей наконец определился со своим отношением к Ралину. Он уважал этого человека. Несмотря на то что тот собирался избавиться от Клайры, едва получит деньги. Нет, может, он сказал правду и не собирался ее убивать, но Пошнагов в это не верил. Хотя и заострять на этом внимание уже не собирался. Ну было и прошло. Впредь будут умнее, и Клайре – лишний урок.

Кстати, из-за нее они задержались на Алаянке еще на сутки. После возвращения из Киликии, где они нашли свое снаряжение целым и невредимым, Сергей устроил встречу Клайры с братом. Для это вполне подошло поместье их нового знакомого. А почему бы и нет, коль скоро он теперь еще и их сослуживец. Опять же подальше от посторонних глаз. Им еще долго работать на этой планете, незачем дразнить уважаемый и влиятельный клан.

Надо сказать, что утихомирить Хорха удалось не сразу. Но разумные доводы все же возобладали над горячностью. А возможно, все дело было в том, что человек, опекающий его сестру, и небезуспешно, взял под крыло еще и семью ее похитителя. В любом случае, несмотря на свой характер, брат девушки прислушался к мнению Сергея.

Виктор отправился с девушкой в качестве охраны. Как-то само собой получилось так, что Пошнагов остался не у дел. Нет, проводить время в праздности – это не его кредо. Но сегодня что-то в кресло виртуала садиться не хотелось. Появилось желание просто посетить уютный ресторанчик консульства и заказать что-нибудь из местной кухни, вредное, но обязательно вкусное. Все же, что ни говори, а поесть он любил.

– Здравствуйте, господин Сергей.

Угу. А вот и Ганид, легок на помине. Ну не получается просто посидеть, никого не видеть и ни о чем не думать. Сомнительно, чтобы усевшийся напротив майор пришел просто составить Сергею компанию за обедом. Не тот это человек и близко ни с кем не сходится, не в его правилах вязать себе руки дружескими отношениями.

– Здравствуйте, господин Ганид. Чем могу быть полезен?

– Есть один разговор, – отклоняясь на спинку стула и позволяя официанту сервировать стол, произнес безопасник.

Хм. Вообще-то этот ресторан не относился к заведениям быстрого питания. Любое блюдо здесь готовилось после поступления заказа. А еще готовили тут повара. Нет, имелись, конечно, автоматизированные заведения, именно быстрого питания, но данный ресторан к ним не имел никакого отношения. А тут – такая оперативность. Просто чудеса, да и только.

Кстати, ресторанчик особенно ценился ирианцами и консулом в частности. Во внутренних системах не многие могли себе позволить постоянно пользоваться подобными заведениями с обслуживающим персоналом из людей из-за дороговизны удовольствия. Здесь же цены были куда как более доступными. Ну и кому не захочется каждый день чувствовать себя миллионером?

– А нельзя ли было поговорить после обеда? Впрочем, какое это имеет значение, все равно теперь только и буду думать, что о предстоящем разговоре.

– Не знал, что вы гурман, господин Сергей.

– Никогда им не был. Просто люблю вкусно поесть, но так уж случилось, что в последние годы моя деятельность не предрасполагает к этому. Питаюсь все больше на ходу и в основном сухими пайками.

– Н-да-а, не позавидуешь. Но тогда вы не должны столь уж сильно расстроиться, если я предложу вам сменить образ жизни.

Ну вот. Господи, недаром все же говорят: не думай о плохом, оно и не случится. Полгода работал и все время ждал, что хорошее имеет свойство заканчиваться. Нет, собственно, особо хорошего в его занятии мало, ведь что ни говори, но доля риска присутствует, причем вовсе не гипотетическая. Конечно, риск сведен к возможному минимуму, вот только полностью от него не избавиться никак. Но все же если учесть получаемые бонусы, то можно было считать, что жизнь удалась.

И вот всему этому, похоже, пришел конец. Сергей вовсе не собирался думать, что Ганид завел с ним речь просто так, испытывая желание почесать язык. Этот если делает, то только по поводу. Профессионал, преданный работе, что тут еще скажешь.

– И что вы хотите мне предложить? – чувствуя холодный комок в груди, поинтересовался Сергей.

– А продайте свое предприятие. Я смогу даже подобрать для вас выгодного покупателя. Скажем, за шесть миллионов кредитов.

– Это шутка? – положив перед собой вилку с ножом и вперив в собеседника строгий взгляд, холодно произнес Пошнагов.

– А разве мы с тобой настолько близки, чтобы шутить? Нет, парень, все вполне серьезно. – Майор резко перешел на «ты», заговорив не менее холодно и куда как более жестко. – И заметь, я снова делаю тебе одолжение, позволяя не просто уйти, а получить кое-какую компенсацию.

– А если я откажусь?

– Давай я сначала тебе все объясню, а потом ты будешь принимать умные решения.

– Л-ладно. Я слушаю. – От аппетита не осталось и следа. Разве только рука потянулась к стакану с соком, что-то в горле запершило.

– Итак. Едва заработало твое предприятие, как консул схватился за голову, так как ваша деятельность противоречила политике, проводимой Ирианской империей. Мы, конечно, не склонны к пацифизму, но и охота на людей, столь любимое развлечение в рабовладельческих государствах, нам также претит. Твое же предприятие – это нечто среднее. Мне удалось убедить консула отказаться от категоричной позиции относительно тебя и не торопиться с выводами. На мой взгляд, от твоего предприятия на данный момент куда больше пользы, чем вреда. Во-первых, мы отворачиваем наших любителей острых ощущений от развлечений на территории Багрийской империи, что уже неплохо для нашей принципиальной позиции в отношении к подобным увеселениям. Во-вторых, как оказалось, твое предприятие способствует поднятию авторитета ирианцев в глазах местной общественности. Еще бы, охотники за головами, очищающие планету от мразей всех мастей. Это обязательно положительно скажется на интеграции планеты в состав империи в будущем. Только эти два пункта уже не позволяют пустить дело на самотек. Ну и еще нельзя забывать о прибыли, которая теперь будет оседать здесь, на Алаянке. Финансирование проекта интеграции планеты ведется вяло, а потому изыскание внутренних резервов только приветствуется.

– И поэтому вы все время изводили нас проверками?

– Нет. Проверками мы вас изводили, выполняя приказ консула. Он хотел, чтобы мы были готовы перехватить управление вашим предприятием, как только поступит одобрение проекта от императора. Словом, мои подчиненные имитировали бурную деятельность, и не более того. Обливать вас грязью – не в наших интересах. Нам нужно эффективно работающее предприятие с незапятнанной репутацией.

– Хотите сказать, что всегда держали руку на моем горле?

– Ты и сам все знаешь.

– Ты даже не сожалеешь о том, что в очередной раз лишаешь меня заработка, – скрипнув зубами, возмутился Сергей.

– Ну, не нужно трагедий, – не придавая значения тому, что собеседник тоже перешел на «ты», спокойно ответил Ганид. – В прошлый раз ты сам был виноват, а значит, должен радоваться, что для решения кое-каких вопросов я остановил выбор именно на тебе.

– Слушай, а сколько еще меня будут держать за горло из-за этой истории?

– Да никто не собирается тебя держать за горло. Живи, трудись, будь законопослушным гражданином, и никто не вспомнит ни о незаконной миграции, чем ты занимался весьма плотно, ни о Клайре в частности. Ну, если конечно же в этом опять не возникнет необходимости.

– То есть теперь я на крючке на всю оставшуюся жизнь?

– Посмотри на это с другой стороны. Не всегда же твои интересы будут пересекаться с интересами империи, – не стал отрицать майор.

– Если я правильно понимаю, то эта смехотворная сумма – все, на что я могу рассчитывать?

– Нет, не все. Ты можешь и дальше работать в фирме, тем более что твои намерения о расширении услуг до шести клиентов в месяц вполне отвечают нашим чаяниям, – Ганид упомянул об этом походя, а Сергею только оставалось сделать выводы по поводу того, насколько плотно служба безопасности держит их под колпаком. Разговор об увеличении числа клиентов был только однажды, прошлой ночью. – Скажем, жалованье в двести тысяч. Еще год назад такие заработки для тебя были верхом мечтаний, – между тем продолжил майор.

– Вот так, значит. Отнимаете предприятие с оборотом в несколько миллионов и предлагаете мне работу с жалованьем в двести тысяч. Лихо.

– Ну к чему же так кипятиться? Предприятие у тебя не отнимают, а покупают по сходной цене. Только не говори, что этого мало. А что касается работы, так ведь ты станешь инструктором, таким же, как Виктор, и в этом случае оплата более чем щедрая. И потом, в свете отсутствия у тебя деловой хватки – это вполне достойное предложение. Ну чего ты так на меня смотришь? Да появись у тебя конкурент, а если бы не мы, то именно так оно и случилось бы, и ты бы прогорел. Итак, я надеюсь, ты благоразумный человек?

– Я хочу получить шесть миллионов шестьсот тысяч.

– То есть лечение Ралина и его семьи должна будет оплатить империя, – вновь блеснул своей осведомленностью Ганид. – Какая-то мелочная шпилька, не находишь?

– Возможно.

– Ладно. Убедил. Но ни кредитом больше.

– Можете перечислять сумму и присылать договор.

– Не так быстро, Сергей, не так быстро. Для начала доберись до Клайпа. Сделка будет оформлена по месту регистрации фирмы. А как насчет тебя?

– Не знаю. Нужно будет подумать, ознакомиться с условиями договора. Словом, сейчас я не готов говорить об этом, – возвращаясь к обеду, ответил Сергей.

Глава 12. Достойный трофей.

– Извини, Сергей, но если ты решишь уйти из фирмы, то я с тобой не пойду.

Пошнагов пристально посмотрел в сторону Виктора, но потом отвернулся, устремив свой взгляд на приборную панель «Щуки». В принципе ничего удивительного в словах товарища, который, к сожалению, так и не стал другом, не было. Действительно, нужно быть дураком, чтобы отказаться от работы с такой зарплатой.

На секундочку, даже наемники получали от десяти до пятидесяти тысяч кредитов в месяц, в зависимости от квалификации. К примеру, такое жалованье, как у Мигузова, получал разве что командир бригады, это вообще максимум из возможного в подразделениях наемников. А ведь при этом им приходилось противостоять как минимум сопоставимому противнику. В их же случае на стороне охотников было достаточно значительное преимущество.

Нет, менять такое место работы на неизвестно что Виктор явно не готов. Не видел он причин и сохранять Сергею личную преданность. Да, когда вставал вопрос о том, чтобы прикрыть его спину, то он последовал за ним. Но тут опять же скорее присутствовал трезвый расчет. В случае негативного исхода событий работа теряется и так и эдак. Пошнагов же – человек достаточно щедрый, чтобы не оставить в трудной ситуации и помочь определиться в дальнейшем. Ну и ответственность за самовольное освобождение заложницы у Виктора должна была быть минимальной.

Словом, выгоды перевешивали, и только поэтому в ту ночь он оказался рядом. А тут предстояло уйти в неизвестность. Да еще при том, что деловые качества Пошнагова оставляли желать лучшего. Оставалась только его просто фантастическая удачливость и способность заметить то, на что раньше никто не обращал внимания. Однако при наличии хорошо оплачиваемой работы выбор не из лучших.

Вот Мигузов и озвучил свое мнение. И, судя по всему, отступаться от своего он не собирается, что в общем-то и неудивительно. Виктор вообще не производил впечатления перекати-поля. На прежней фирме он отработал долгие годы и работал бы дальше, если бы не несчастье с владельцем. Так что тут все ясно.

– А ты, Клайра? – Сергей перевел взгляд на девушку, устроившуюся в соседнем ложементе.

– А я – с тобой, – тут же ответила девушка, при этом мазнув по Виктору осуждающим взглядом.

– Ты не спеши осуждать людей, девочка. В тебе говорит горячность. Ну, может, еще и чувство благодарности. Виктор же мне ничем не обязан. У нас есть такая поговорка: рыба ищет, где глубже, человек – где лучше. И я Витю понимаю. А вот ты хорошенько подумай.

– А я уже подумала. И мои молодость и горячность тут совсем ни при чем. На родной планете мне лучше не появляться, потому как мне там не рады. Да и службу безопасности не стоит лишний раз дразнить, а то еще решат как-нибудь меня использовать. Уж лучше подальше от них. Опять же, как выяснилось, я тебе должна.

При этих словах Клайры Сергей осуждающе взглянул на Виктора. Тому оставалось только тяжко вздохнуть и развести руками. Рассказывая девушке историю ее спасения, он абсолютно случайно, без какой-либо задней мысли, выболтал о закрытии Сергеем долга Клайры перед Картронами.

Недолго думая она тут же перевела этот долг на себя. И даже порывалась все вернуть, благо таковая возможность у нее имелась. Правда, это были все ее сбережения, но ходить в должниках она не собиралась. Пошнагову едва удалось откреститься от подобного шага с ее стороны. Только когда он заявил, что иначе они навсегда рассорятся, Клайра пошла на попятный.

К ее сожалению, Сергей не видел в ней женщину, а ей этого так хотелось. Но с другой стороны, так уж случилось, что они сейчас были самыми близкими друг для друга людьми. А подобными отношениями не разбрасываются. Человеку просто необходимо либо опереться на чье-то плечо, либо заботиться о ком-то. Конечно, не все придерживаются подобного мнения, но это скорее исключения, а не правило. И потом, много ли стоит тот, кто живет только для себя? Скорее, ничего не стоит, потому что он никто, пустышка.

– С твоим долгом мы уже разобрались, – покачав головой, возразил Сергей. – И возвращаться к этому вопросу больше не будем. Договорились?

– Договорились, – устремив на Сергея нарочито преданный взгляд, тут же согласилась Клайра.

Наблюдая за этой картиной, Виктор не удержался от улыбки. Просто вспомнилось, к каким ухищрениям прибегала эта девчушка, чтобы заполучить Пошнагова. И еще более уморительно при этом смотрелся Сергей, когда воистину стоически боролся с желанием отстегать маленькую нахалку ремнем. Н-да. Хорошо все же им было втроем. Но ничего не поделаешь, жизнь вносит свои коррективы.

– А ты не спешишь, Сергей? Может, все же обождешь, пока не определитесь с новым занятием? – поинтересовался Виктор.

– Нет. Резать по чуть-чуть – это хуже не придумаешь. Лучше уж рубить, тем более что мы не бессребреники какие, правда, Клайра?

– А чем мы займемся? – с сомнением поинтересовалась девушка.

– Признаться, я пока не думал. Но зачастую самые верные решения лежат на поверхности. Да вон хоть в вольные рудокопы подадимся.

– Мы-ы-ы? – Сказать, что Клайра была удивлена, – это не сказать ничего.

– А что тут такого? – пожал плечами Сергей. – Я же не предлагаю покупать маленький кораблик и возить руду в час по чайной ложке. Купим пару вместительных барж с современным оборудованием. И вперед. Да каждая из них без особого труда сможет приносить в месяц не меньше полумиллиона. Год – и мы отобьем все вложения. Второй – и сумма удвоится.

– Сомнительно, чтобы все было так просто, – покачал головой Виктор. – Будь это так, рудокопы сплошь были бы миллионерами.

Судя по тому, как испортилось настроение девушки, она думала так же. Или, скорее, была разочарована возможным выбором Сергея. После полетов между системами оказаться запертой в одной из них… Нужно быть пилотом межсистемного корабля, изведавшим бескрайность открытого космоса, чтобы понимать разницу. Она же успела им стать.

– Правильно сомневаешься. Но у рудокопов нет приличных заработков только оттого, что все скопления астероидов внутренних систем уже давно разведаны и поделены между добывающими компаниями. Так что к астероидам с залежами наиболее ценных ископаемых вольных рудокопов не пускают. Поэтому им остаются только бросовые руды, ну и, если повезет, небольшие карманы с ценными породами, не представляющими особого интереса для больших компаний, – согласился Сергей с высказыванием Виктора. – А если взять какую-нибудь систему на фронтире, то картина уже меняется, – тут он с хитринкой взглянул на Клайру. – Здесь компании пока еще не все подмяли под себя. Вернее, они тут практически не представлены. Так что можно найти достаточно лакомый кусочек с ценным трофеем. Тем более если установить на борту баржи обогатительный комплекс и получать не простую руду, а концентрат. Да еще и реализовывать товар не на окраине, а везти во внутренние системы. При наличии трюма в десять тысяч кубов и гипердвигателя это должно быть чертовски выгодно. За один рейс, в зависимости от руды, можно будет получать от полумиллиона до двух. Другое дело, что вольных рудокопов, способных позволить себе подобный корабль, не так чтобы и много. Основная доля владельцев барж – все же внутрисистемники.

– А пираты? – покачав головой, не согласился Виктор.

– Ну а что пираты? Конечно, опасность существует. Но тут уж придется выбирать: либо сидеть в безопасной системе на голодном пайке, либо рисковать. Хотя и риск можно свести к минимуму. Вон я как «Щуку» нагрузил, бедолага-багриец чуть не обделался от злости, когда ему прилетела плюха. А на барже места для монтажа систем вооружений куда как больше.

– Межсистемная баржа. Обогатительный комплекс для концентрата. Вооружение, да такое, чтобы с гарантией отбиться от достаточно сильного противника. Еще не забудь о геологоразведочном сканере, вещица далеко не дешевая. При эдаком подходе на две баржи денег тебе явно не хватит. Да и астероиды с залежами редких металлов под ногами не валяются. Они потому и редкие, – не согласился Виктор.

– Угу. Просто я моделирую ситуацию прямо на ходу, оттого и нестыковки. Но ведь при таком раскладе с концентратами редких руд, добываемых на фронтире, и доходы будут совершенно другими. А баржа… Мы и на одной пока походим. Опять же так веселее. Правда, Клайра?

– Сергей, но ведь ты же еще не решил окончательно?

Нет, все же перспектива оказаться в рядах рудокопов, хотя и на межсистемном корабле, Клайре явно не нравилась. А если еще вспомнить о прямо-таки маниакальном стремлении Сергея к накопительству, то и подавно. Ей так и виделись дни, наполненные скукой, пока буровые лазеры на пару с силовыми лучами наполняют рудой огромный трюм корабля, а обогатительный комплекс перерабатывает ее в концентрат. Представила она себе и возможность развлечения в виде появления пиратов. Хм. Вообще-то картина не из привлекательных. Скорее уж наоборот, пугающая.

– Успокойся, Клайра. Это ведь так, первое, что на ум взбрело. И заметь, на выходе получается куда больше, чем предлагает щедрый Ганид. Подумаем еще.

Вот только сказал он это так, словно уже что-то решил. Еще и обвел взглядом ходовую рубку «Щуки», помяв подбородок, словно прикидывая, сколько можно получить, реализовав этот кораблик. В этот момент Клайра поняла, что Сергей, по сути, ткнув пальцем в небо, попал в цель. Все верно, он не делец и никогда им не был. Вот пахать, как трактор, или рисковать собственной шкурой – это его, тут он готов многим утереть нос. В особенности в первом.

– А вообще-то, знаешь, моя девочка, скучно точно не будет. Тебе нравилась твоя прежняя работа? Во-о-от. А тут только представь себе: различные системы, где никто не толкается плечами, обследование астероидов в поисках нужного. Выход в космос. А ты как думала, ведь случаются поломки и тогда необходимо осуществлять ремонт. Во всяком случае, контролировать ремонтных дронов. Романтика!

Вот именно, что романтика. По мере того как Сергей перечислял различные плюсы, выражение лица девушки менялось. Она конечно же видела рудокопов и не могла сказать, что этих работяг окружал какой-то там романтический ореол. Но ведь это были простые внутрисистемные трудяги. И даже те, кто трудился на фронтире, вынужден был сдавать добытую руду за бесценок, влача едва ли не жалкое существование. Но ведь они собираются работать на совершенно ином уровне. А тогда… Другой уровень – он и есть другой.

– Ты хоть представляешь, на сколько только что наговорил? – не выдержав, хохотнул Виктор. – Да вам потребуется получить несколько специализаций.

– Ничего, разделим их на двоих. А потом, нам вполне достанет и поверхностных знаний, чтобы не тыкаться, как слепые котята. Нам даже большинство допусков получать не нужно, коль скоро мы не собираемся трудиться во внутренних системах. Так сказать, прерогатива фронтира.

– Ну, при таких раскладах твоих денег, может, и хватит. А главное, никакой Ганид тебе уже помешать не сможет. Да и пираты будут обходить стороной. Никому не улыбается связываться со свихнувшимся на вооружении своей баржи рудокопом, – не выдержав, рассмеялся Виктор.

Ну а чего, собственно говоря, не повеселиться, коль скоро скользкий вопрос с расставанием пройден удачно. Расходятся цивилизованно, без взаимных обвинений и обид. Даже вместе обсуждают вполне конструктивные шаги по устройству будущего. Если еще около года назад обсуждение подобных планов было безосновательно из-за их неосуществимости, то сегодня средств для этого вполне хватало.

Наладившееся было благодушное настроение развеял разнесшийся по отсекам корабля сигнал тревоги. Это произошло столь неожиданно, что все трое на секунду растерялись. Первым пришел в себя Сергей. Крутнувшись в ложементе, он сосредоточил свое внимание на главном мониторе, тут же начав раздавать команды.

– Щука, доложи обстановку, продублируй на главный монитор и выведи голографическую карту.

– Круизная яхта. Пират. Дистанция – шесть тысяч.

Искин безошибочно определил старого знакомого, о чем услужливо уведомил своего владельца. Это была яхта того самого багрийца, который имел счет лично к нему. Пират наверняка мог просканировать трюм «Щуки» и убедиться в отсутствии груза. Но Сергей был более чем уверен, что багриец от него не отстанет ни при каких условиях. Просто не было сомнений в том, что этот пират мог себе позволить кроме дела еще и личную месть.

– Черт, да как он мог так близко подобраться? – искренне удивился Сергей.

И было чему. Дело в том, что, наученный прошлым опытом, он теперь старался держаться подальше от скопления астероидов. В прошлый раз именно из-за одного из них и появился пират. Теперь же до ближайшего укрытия было настолько далеко, что «Щука» успевала разогнаться и уйти в подпространство раньше, чем ее настигнут.

– Пират использовал маскировочное поле, – лаконично и четко доложил искин.

Генератор маскировочного поля, даже допотопного первого поколения, стоил очень дорого. И это при том, что на вооружении флота уже имелись генераторы пятого поколения. Купить подобное оборудование можно было только нелегально. Если, конечно, ты готов к неприятностям. При обнаружении соответствующими органами подобной установки на борту, помимо конфискации, капитану грозил еще и солидный штраф. Считается, что честному космическому волку незачем скрываться.

Правда, никто не запрещает устанавливать мощные сканеры, хоть самой последней разработки. Наоборот, это только приветствуется. Вот только желающих не так чтобы и много. Во-первых, они так же очень дороги. Во-вторых, не так много пиратов используют маскировочные поля. Ну и, наконец, в-третьих, уже говорилось о том, что торговцы предпочитали расстаться с грузом, а не вступать в бой. Убежать же у них зачастую просто не было возможности. Уж на чем, на чем, а на скорости пираты не экономили.

Сергей окинул взглядом свою команду. Виктор, как всегда, сосредоточен, разве что слегка растерян. Все же он в подобной переделке впервые. Впрочем, это ему не помешало тут же подняться и направиться в свою каюту обряжаться в бронескафандр. Результат множественных тренировок в виртуале и на практике.

А вот Клайра сразу же побледнела, непроизвольно оглаживая свои волосы. Угу, в прошлый раз ей досталось изрядно. И если она опять повторит свой фортель с выворачиванием желудка, ей не позавидуешь. Дело в том, что теперь у нее тоже был свой бронескафандр, пусть и серьезно устаревшей модификации, зато персонально подогнанный. Так что гадить придется себе под нос, причем в прямом смысле этого слова.

– И чего сидим? Обряжайся в бронескафандр. Тебе еще и меня подменять.

– А… Да, да, конечно. Уже бегу.

Вот и ладно, что бежишь. А то времени и без того – кот наплакал. Пират буквально в затылок дышит. И вообще, он в любой момент может открыть огонь. Слишком уж близко подобрался, паразит.

– Пират запрашивает связь, – вновь послышался лишенный эмоций голос бортового искина.

– Подключай, только изображение не передавай.

– Выполняю.

– Ну здравствуй, старый знакомый. – На экране монитора показалось лицо багрийца. Впрочем, а кого он еще рассчитывал увидеть?

– Не могу сказать, что рад нашей встрече. Жаль, в прошлый раз эсминец тебя не нашел.

– Какой невежливый. Даже изображение не подключил.

– А может, я опять что-то задумал.

– С тебя станется. Ладно, дружок. Пошутили – и будет. В прошлый раз ты мне здорово насолил, а потому слушай сюда. Ты сейчас деактивируешь все свое вооружение, вырубишь маршевые двигатели и спокойно дождешься, пока моя «Невольница» не пристыкуется к тебе. Когда переходной рукав займет свое место, ты откроешь входной люк.

– То есть сдаться на твою милость?

– Правильно понимаешь.

– А если я откажусь?

– Конечно, ты можешь попробовать это сделать. Но я бы не советовал. Я достаточно зол на тебя, чтобы превратить в космическую пыль. И поверь, на этот раз я не стану сдерживать огневую мощь, а сразу атакую по-взрослому.

– А если я, скажем, не хочу в рабство? Что тогда? – взглянув на своих спутников, уже обрядившихся в броню, поинтересовался Сергей.

Потом он передал команду «Щуке» поддерживать связь через персональный искин и направился в свою каюту. Пора было облачаться и самому. Но не прерывать же столь милую беседу. К чему сразу лезть в бутылку, коль скоро можно воспользоваться паузой?

– А кто хочет? – хохотнул багриец. – Конечно, я с удовольствием оставил бы тебя себе и научил лизать мои ботинки. Можешь не сомневаться, ты вытворял бы еще и не то, при этом радостно повизгивая, как неразумный щенок. Сломать можно любого, и мы в этом преуспели, как никто другой. Но пока я выяснял, кто нанес мне обиду, и готовил тебе ловушку, ты успел поднакопить жирок, а я, помнится, из-за тебя поиздержался. Опять же этот генератор маскировочного поля обошелся мне очень уж дорого. Словом, я готов тебя отпустить за скромную плату. Все же я – деловой человек.

– И каков будет выкуп?

– Скажем так, учитывая твои примерные доходы, сумма в шесть миллионов будет вполне справедлива. И чтобы не было никаких сомнений, мы отправимся в систему Тронка, где и произведем честный обмен.

Система Тронка не отличалась ничем примечательным. Обычная звезда фронтира с тремя безжизненными планетами на орбите, парой скоплений астероидов с дешевыми рудами и достаточно обширным газовым облаком. Но имелась там одноименная станция. Небольшая, но достаточно известная. Туда пираты доставляли ценных пленников, и там же производился их выкуп.

Разумеется, всем было известно об этом месте, и властям в том числе. Но никто и не думал применять силу по отношению к этому бандитскому вертепу. Впрочем, бандитскому ли? Владельцы станции, скорее, поддерживали нейтралитет и предоставляли возможность для взаимодействия двух враждебных миров. На станции можно было встретить корабли самых разных государств. А еще ни в этой системе, ни в соседних с ней по неофициальной договоренности никогда не велись боевые действия.

Если человека доставляли на Тронку, то он тут же подпадал под защиту сложившихся здесь обычаев и традиций. С этого момента можно было не сомневаться в том, что пленника непременно отпустят. Разумеется, если за него будет выплачена сумма, назначенная в качестве выкупа.

Так что на первый взгляд предложение пирата выглядело вполне приемлемо. Но это только на первый взгляд. И дело вовсе не в Клайре и Викторе, судьба которых не оговаривалась. Можно допустить, что у Сергея достанет средств на всех. В конце концов, это его выкуп потянул на такую сумму, и в нее пират вложил компенсацию за уязвленное самолюбие. Вот только кто сказал, что багриец станет придерживаться достигнутых договоренностей? Он ведь сам заявил, что его соотечественники – просто виртуозы по части ломки людей, и Пошнагов был склонен ему верить. Пара месяцев обработки – и пленник сам с радостью отдаст все свои сбережения за одно только доброе слово хозяина и почесывание за ухом.

– Я не один. Дай слово, что выкупиться можно будет всем?

Глупо скрывать, что их трое. Когда корабли сблизятся на дистанцию до трех тысяч единиц, сканеры и без того покажут количество людей на «Щуке», как и их расположение. Этого конечно же можно избежать, но все упирается в дороговизну оборудования. Впрочем, в случае с «Щукой» и подобными ей по размерам кораблями – еще и в габариты. К примеру, на его корабле свободным оставалось лишь небольшое пространство грузового отсека. Да и то забито снаряжением.

– Тот прекрасный ангелочек с тобой? – между тем продолжал проявлять любопытство пират.

– Какая разница?

– Ну, за нее возьму не менее трех миллионов. Да, точно три миллиона. Меньше никак нельзя. Такая красавица – на невольничьем рынке просто находка.

Весь их диалог был доступен и Виктору с Клайрой, поэтому когда Сергей вышел в коридор, то заметил, как девушка стрельнула в него гневным взглядом. Хорошо хоть сдержалась от далеко не лестных высказываний. А вот Виктор, посмотрев на Клайру, очень даже уважительно покачал головой, да еще и поднял большой палец: мол, отличная цена. Переполняемая праведным гневом девушка показала ему язык.

– А мой товарищ? – не унимался Сергей.

– Ну, за него хватит и миллиона. Надеюсь, у него найдутся такие деньги? В противном случае будет лизать мои ботинки вместо тебя.

На это Виктор ответил пренебрежительным жестом руки, со значением показав на Сергея и Клайру. Мол, вот настоящий товар, не то что некоторые.

– Пришли мне протокол соглашения, и мы вырубаем маршевые двигатели. Только пришли со своего персонального искина. Лови мои координаты.

– К чему эта казуистика в открытом космосе? Я даю тебе слово багрийского аристократа.

– Я не аристократ. Или так, или можешь распылить нас на атомы. Мне нужны гарантии. А уж как сделать так, чтобы это попало в Сеть, – мои заботы.

– Хорошо, – легко согласился пират.

Еще бы ему не согласиться. Согласно багрийскому кодексу чести, их клятвы распространялись только на багрийцев. Они могли клясться в чем угодно даже ирианскому императору, а потом спокойно переступить через свое же слово, ничуть не уронив достоинства среди своих.

Интересно, этот багриец действительно считает Сергея таким идиотом? Похоже на то. Все же люди, оказавшиеся в безвыходной ситуации, порой ведут себя очень странно. Например, сотни покорно идут на расстрел под конвоем десятка, а потом еще и смиренно ждут, когда придет их очередь получить пулю в затылок. И человек, точно знающий, как из себе подобного сделать покорную скотину, не должен был столь уж сильно удивиться подобному смирению.

– Значит, так, мои дорогие, будем готовиться к абордажному бою, – едва оборвав связь, заявил Сергей.

– А может, все же дадим бой на дистанции? – усомнился Виктор.

– В этом случае, Витя, у нас вообще нет шансов. Мы не успеем даже пикнуть, как нас разнесут. Поверь. Опыт у меня не такой уж и богатый, но реальный.

– А так, думаешь, шансов больше? – уточнил Мигузов.

Сергей взглянул на товарища. Нет, сомнений в том, что нужно драться, у него никаких, как и растерянности. Не сказать, что абордажный бой для Виктора – дело привычное. Скорее уж наоборот. Но держится уверенно и настроен решительно. Несмотря на недостаток времени, он просто взвешивает различные варианты. Да, они так и не стали друзьями, но Мигузов был надежным плечом, на которое можно было опереться без раздумий.

– Так они хотя бы есть. Не может быть на пирате много народу, они ведь не на военные корабли нападают. Ну, в крайнем случае, заберем с собой хоть кого-нибудь. Все не так обидно, – пожав плечами, возразил Пошнагов.

– Добро, – как-то просто и даже буднично согласился Виктор.

– Клайра, как только мы ступим в переходной рукав, закрывай люк и бегом в ходовую рубку.

– Я тоже могу сражаться, – тут же вскинулась девушка.

– Девочка, не спорь со взрослыми, – вроде и ласково, но в то же время твердо возразил Виктор. – Мы с Сергеем уже давно работаем вместе, а у тебя никакого опыта. Так у нас, может, и есть шанс, а с тобой мы точно все погибнем.

– Но не могу же я просто сидеть в сторонке?

– Вот тут ты в точку, – согласился Сергей. – Будешь сканировать багрийца и направлять нас, а то мы будем тыкаться, как слепые котята. И еще. Держи при себе иглогранату. Если вдруг… Словом, даже не думай устраивать с ними перестрелку. Подпусти вплотную, даже если это будет один человек, и подрывай. Лучше уж так, чем превратиться в тварь дрожащую.

– Слушай, а не получится активировать боеголовки ракет? – встрепенулся Виктор. – Ну так, в качестве последнего «прости».

– К сожалению, нет. Даже если их запустить, они не успеют встать на боевой взвод. Подрыв же нужно готовить заранее, на что у нас нет времени. Разве только можешь повеселиться и разрядить в них пушку. Один выстрел сделать получится, – закончил он, обращаясь уже к девушке.

– Почему только один? – удивилась она.

– Слишком близко. При столкновении снаряда с обшивкой корабля произойдет взрыв, орудие просто снесет с турели. Витя, есть предложения по поводу того, как будем действовать?

– Есть. Только в основном матерные.

– Угу. А вот и письмецо от багрийца.

– Слушай, а что ты с ним собираешься делать? – поинтересовался было Виктор.

Вот только ответить ему Сергей не успел, так как на связи вновь появился пират. И, судя по тону, ему было весело. Впрочем, а чего от него еще ожидать-то, при подобном подходе к делу со стороны прижатой жертвы. Подумать только: жертва, которая решила составлять какой-то там договор.

– Итак, ты получил письмо?

– Получил. Дай нам еще пару минут. Нужно же ознакомиться с текстом.

– К воронам! Парень, ты случайно не адвокат?

– Нет. Но мне нужны хоть какие-то гарантии.

– Две минуты. Или я открываю огонь.

– Витя, что по предложениям? – отключая связь и даже не думая заглядывать в почту, поинтересовался Сергей.

– Да я как-то в абордажах не участвовал. Так что и не знаю.

– Примерно через минуту они приблизятся и смогут нас просканировать. Они определят, сколько на борту человек, наличие бронескафандров и их класс.

– Тогда они заставят нас избавиться от них.

– Бронескафандры можно замаскировать.

– Как?

– Деактивировать. Они видят не сам скафандр, а источник питания и электронику.

– Активация занимает не больше секунды, но до того мы будем неуклюжими, как черепахи, – поводя плечами, задумчиво подытожил Виктор, подразумевая вес скафандра, который без малого составлял шестьдесят килограмм, а главное – без сервоприводов делал своего владельца крайне неповоротливым. – Хм. Преимущество все же на их стороне. Они ведь будут также в бронескафандрах, и, судя по тратам этого пирата, класс у них будет повыше. А ну-ка погоди.

Виктор направился в свою каюту, несколько неуклюже передвигаясь в узком проходе коридора. Двоим в подобном облачении разойтись там было бы сложно. Вот он скрылся в своей каюте, а через несколько секунд вновь появился, неся в руке свои подтяжки. Он принципиально игнорировал ремни, используя их только для ношения снаряжения, да и то в большинстве случаев предпочитал портупею.

– Сергей, сколько у тебя гранат?

– Как обычно – четыре. Взять еще? – Гранаты, в отличие от скафандров, у них были современные, мощные, способные нанести серьезные повреждения даже бронескафандру четвертого класса.

– Столько же. Кто его знает, сколько их там. И давайте двигайте к входному люку. Значит, смысл такой. Становимся здесь и деактивируем скафандры, чтобы потом не таскать на себе эту тяжесть, – когда они уже подошли, продолжил Виктор. – Серега, держи конец подтяжек.

– Зачем?

– Переходной рукав – метров пять, и в нем невесомость. Так?

– Так.

– А бросить гранату в деактивированном костюме мы не сможем.

– Рогатка? – догадался Сергей.

– В точку.

– А нас иглами не посечет?

– Будем целиться повыше. Когда граната пойдет в невесомости, то высоту, как и скорость, не потеряет. Если повезет, пройдет у них над головами, а там – либо в стену, либо на палубу, но уже за их спинами. Если все сложится удачно, то они примут иглы в спину. А нам поможет комингс. – Виктор постучал по комингсу у их входного люка. – Он примет на себя иглы, летящие в нас, останутся только те, что ударят в потолок рукава.

– Все на везение.

– Как и этот бой вообще, – по обыкновению пожал плечами Виктор.

– Ладно. Так и поступим. Клайра, как только полетит граната, тут же активируй свой скафандр и беги в ходовую рубку.

– Ясно, – слава богу, девушка уже не спорила.

Сергей и Виктор встали рядом, взяв по концу подтяжек, сложенных вчетверо, вложили гранату, и Виктор оттянул «рогатку» назад. После чего они деактивировали скафандры, и Сергей связался с пиратом, сообщая о принятии его условий.

Как и ожидал Сергей, пират просканировал «Щуку» и, судя по всему, ничего предосудительного не обнаружил. Разве только прошелся по поводу поспешности будущих пленников, сгрудившихся в тамбуре выхода. Впрочем, как показало ответное сканирование, пираты поступили так же.

Всего экипаж пиратской яхты насчитывал шесть человек. По одному человеку находилось в ходовой рубке и машинном отделении. Четверо – у входного люка. Все – в броне третьего класса. Все же в прошлый раз Сергей хорошо потрепал им нервы, коль скоро они озаботились подобным облачением. Кстати, весьма серьезная броня, о чем и сообщил Виктор.

– Бить в лоб бесполезно. Целься в сочленения. Только не в колени, там спереди пластина.

Угу. Он прав. У них – игольники второго поколения, и гарантии, что они пробьют скафандры пиратов, никакой. Разве что пустить длинную очередь в грудь. Если боец в этот момент будет находиться в неустойчивом положении, то его вполне может опрокинуть на палубу…

Они оказались более проворными и первыми открыли вход, получив хотя и небольшое, но все же преимущество. Люк «Невольницы» только начал движение в сторону, когда они уже имели полный обзор. Сергей нервно сглотнул, так как считал, что им необходимо начинать. В их ситуации нельзя было пренебрегать даже столь малым преимуществом, так как оно могло оказаться решающим. Вот только в бою может быть лишь один командир. И ввиду сложности ситуации Пошнагов предпочел довериться более опытному Мигузову.

Впрочем, переживал он зря. Для него время растянулось в минуты, за которые он успел передумать о многом. На деле же не прошло и секунды, как сориентировавшийся Виктор уже начал действовать. Первое, что он сделал, – это отпустил гранату, посылая ее в полет во все еще не до конца открывшийся люк. Одновременно с этим послышалась его команда на активацию скафандров.

Расчет Виктора полностью оправдался. Граната, преодолев разделяющее корабли расстояние, влетела в проем люка пиратской яхты и взорвалась за спинами абордажной команды, стоящей перед входом. Резкий разряд энергетического кристалла послал иглы во все стороны с поистине страшной силой. Проем люка мгновенно заволокло пыльцой из мельчайших осколков композита, которым были обшиты стены коридора.

Пираты отреагировали не сразу. Сказались и внезапность, и взрыв гранаты, которая мало того что осыпала их иглами, так еще и оглушила взрывной волной. Но уже через пару секунд они открыли огонь, вот только Сергей с Виктором успели активировать скафандры и уйти из проема люка. Поэтому иглы, пролетев открытый тамбур, ударили в композит, терзая перегородки кают и перемалывая их в мелкое крошево.

В проход же полетели еще две гранаты. Едва они рванули, как Сергей поспешил выглянуть из-за угла, при этом опустившись на колено. Незачем упрощать жизнь пиратам, у них и без того преимущество. Приклад штурмового игольника упирается в плечо, взгляд выискивает цель. Все это происходит в считаные доли секунды. Мозг сам собой выхватывает данные тактического искина, поступающие на прозрачное забрало шлема.

Может быть, они с Виктором и уступают противнику в классе брони, но уж точно не в навыках. Просто бронескафандр при частой практике уже не является снаряжением. Он становится таким же привычным, как и обычная одежда. Эти же двое прожили довольно долгий срок, будучи облаченными в гидрокостюмы. И пусть разница между ними и бронескафандрами более чем как ощутима, главное – это принцип. Им не привыкать воспринимать подобное снаряжение как самую обычную одежду.

Взгляд тут же выхватывает две фигуры, стоящие в полный рост. Они уже не выпускают бездумно длинные очереди. Похоже, готовы бросать гранаты. Судя по данным тактического искина, еще один находится за углом и один лежит на палубе. Жив, но у него явные неполадки со скафандром.

Один из пиратов замахивается, чтобы отправить в полет иглогранату. Глупость. К чему этот замах, если ее можно метнуть понизу? А за глупость, как известно, нужно платить. Сергей успевает поймать в прицел плечевое сочленение скафандра, да еще и в подмышечной области, самом слабом месте. Короткая очередь на три иглы – и сразу назад, в укрытие. Взгляд еще успевает выхватить то, как пират начал заваливаться на бок с так и оставшейся задранной рукой. Никаких сомнений, там не только заклинило сустав скафандра, но досталось и самому бойцу. А такая рана не может быть легкой по определению. Итак, минус два.

Но это оказалось еще не все. Находившаяся в руке пирата граната так и не отправилась в полет. Упав на палубу, она рванула, посылая во всех направлениях свои смертоносные иглы. Как видно, второму пирату также досталось, или он дернулся, испугавшись близкого разрыва. В любом случае его граната упала в переходном рукаве. Часть игл устремилась в проем люка «Щуки», вот только они не могли причинить обороняющимся никакого вреда.

– Витя, прикрывай!

– Понял!

Сергей рывком послал свое тело в проход и побежал на пиратов, стараясь прижиматься к стене. Вообще-то побежал – это громко сказано. Скорее уж, быстро пошел. Едва он покинул пределы корабля, как гравитация «Щуки» перестала действовать и он оказался в невесомости. Тактический искин отреагировал, как положено, и в дело вступили магниты ботинок. Скорость значительно замедлилась.

Второму пирату из тех, что были в проеме люка, не повезло. Иглы гранат все же добрались до него, а вернее, до его скафандра. Левая рука как-то неестественно откинута в сторону, правую ногу он подволакивает, не иначе как повредило сочленения. А вот правая вполне исправно поднялась, наведя штурмовой игольник на уже успевшего проститься с жизнью Сергея.

Произвести уверенный выстрел на ходу, да еще и когда каждый шаг дается с определенным усилием и необходимо выцеливать отдельные точки скафандра, – просто нереально. А вот перед пиратом такой задачи не стоит. У него явное преимущество и в оружии, и в броне. Еще мгновение – и он будет готов выстрелить.

Но Виктор опередил его. Бандит стоял вполоборота, и сочленения его скафандра были надежно защищены щитками. Сомнительно, чтобы игольнику удалось пробить эту преграду. Поэтому Виктор выстрелил в забрало шлема. Нет, оно, конечно, было также не по зубам игольнику, а сервоприводы сумели компенсировать натиск игл, чтобы те не сломали владельцу шею.

Но так хладнокровно может работать только бездушная машина. Внутри же скафандра был обычный человек, со всеми его недостатками, страхами и рефлексами. Получив несколько игл в забрало, пират на секунду попросту растерялся. И этого оказалось достаточно для того, чтобы Сергей сунул ствол своего игольника ему под мышку и нажал на спуск.

– Клайра, где последний? – осматривая троих пиратов, лежащих перед входом, поинтересовался Сергей.

Двое лежат без движения. Либо уже готовы, либо тяжело ранены. Третий шевелится, но как-то вяло и с видимым затруднением. Это работа гранаты, нанесшей серьезные повреждения бронескафандру, который теперь стал для своего владельца чем-то вроде пут.

– Последний все так же за углом, слева.

Ничего не ответив, Сергей метнул туда гранату, которая рванула буквально через секунду. Нет, он уже не надеялся, что иглы сумеют навредить пирату. В конце концов, в этом скоротечном бою уже использовано пять гранат с довольно мизерным результатом. Вот если бы они рванули рядом с Сергеем и Виктором, тогда был бы серьезный эффект. Броня у них куда как скромнее.

Так что на нанесение сколь-нибудь существенного вреда рассчитывать не приходилось. Но высвобождение энергии кристаллами сопровождалось сильным хлопком и внушительной ударной волной. Именно на последнюю и рассчитывал Сергей.

Рвануло. Рывок из-за угла. Ч-черт. Ноги едва не подкосились, когда он оказался в пределах действия корабельной гравитации. Но искин сработал как часы, компенсировав посредством сервоприводов притяжение и избавляя своего владельца от основной доли неприятных ощущений. Вот и пират. Он уже приходит в себя. Поднимает оружие. Поздно. Сергей привычно сунул ствол штурмового игольника ему под мышку и нажал на спуск.

Сзади послышался какой-то звук. Сергей резко обернулся, но стрелять не стал. Виктор успел догнать товарища и, видя, что тот разобрался со своим противником, начал «производить контроль». Он не стал выискивать слабые места в сочленениях скафандра. Вместо этого поднес свою левую руку к груди в районе сердца и включил лазерный резак. Секунда – и тонкий красный луч прожег броню, добравшись до тела противника. Пират дернулся и тут же затих.

Лазерное оружие не получило своего распространения именно из-за того, что ему требовалось какое-то время для того, чтобы прожечь броню. Но мало что в этом мире сохраняет неподвижность и уж не в бою, это точно. Корабли, бойцы, техника – все пребывает в непрерывном движении. Поэтому лучи лазера оставляют на броне только оплавленные борозды, не успевая проникнуть внутрь.

Конечно, можно добиться и мгновенного результата, если обеспечить по-настоящему колоссальный выброс энергии. К примеру, для того чтобы поразить бойца в бронескафандре, потребовалось бы целое орудие. Ну и кому нужна такая радость? Так что кинетическое оружие продолжало лидировать даже в этих мирах, ушедших в своем развитии далеко вперед по сравнению с Землей.

Обдумывая это, Сергей тем временем повторял манипуляции Виктора, склонившись над своим противником. И вдруг его сознание прошила мысль о том, что они сейчас делают. Это осознание полной победы. «Производя контроль», они обычно стреляли в голову, а тут прожигают сердце. И причина этого только что стала ему ясна. Треть цены бронескафандра составляет стоимость шлема, и они, даже не осознавая этого, сейчас попросту старались сберечь свои трофеи.

Да, с четверкой пиратов они смогли справиться благодаря тому, что те не ожидали ничего подобного. Да, багрийцев еще двое. Да, каждый из них обряжен в броню, которая не чета их. Да, игольники пиратов гораздо более современные. Но Сергей с Виктором уже не сомневаются в себе. А это уже половина победы.

– Клайра, ты задраила люк?

– Да, Сергей. Как только Виктор вышел в рукав.

– Умница. Мы тут, кажется, справились. Как там дела у оставшихся?

– Все так же, один – в ходовой рубке, другой – в машинном отделении. Вы посредине. Только они задраили переборки.

– Это ничего. Яхта не военный корабль, и переборки здесь не бронированные. Чтобы проломиться сквозь такую преграду, хватит и наших резаков на скафандрах. Ну что, Витя, пошли?

– Сергей, тут этот хочет с тобой поговорить, – вновь подала голос Клайра.

– Подключай на общую.

– Эй, ирианец, а я тебя недооценил, – послышались слова капитана яхты.

– Ничего удивительного. Я ведь не ирианец.

– И кто же ты?

– Русский. Нас вообще любят недооценивать и задирают все кому не лень, а потом горько плачут. Вот как ты сейчас.

– А кто говорит, что я плачу? Напротив, я хотел выразить тебе свое уважение. Можешь улетать. Никто тебя не тронет.

– Даже та-а-ак.

– Именно. И не надо иронии. Нас двое, и у нас броня третьего класса.

В этот момент Виктор поднял трофейный игольник, выпустил в стену короткую очередь и одобрительно качнул головой. Сергей повторил его манипуляцию, с удовольствием отмечая, что и его оружие не имеет персонального кода. Только в качестве цели он выбрал труп одного из поверженных. Игла без труда прошила бронепластину, оставив после себя отверстие диаметром с мизинец. А вот это уже просто замечательно.

– Броня третьего класса – это, конечно, серьезно, вот только твоим парням это не помогло. Прими совет: открой переборки, выходи в коридор и деактивируй свой скафандр. В этом случае обещаю тебе суд ирианского императора. Может, тебя даже оправдают.

– А если нет?

– Знаешь, на нашей планете одна из страшилок звучит так: русские идут.

– И что это значит?

– Если к тому моменту, когда мы доберемся до тебя, ты не сделаешь так, как я сказал, ты умрешь.

Сергей оборвал связь. В конце концов, время сейчас работало на пирата. Каждая лишняя секунда давала ему возможность обдумать ситуацию и начать действовать. А может, он уже и начал. Кто его знает, что в этой багрийской башке творится?

– Ты куда, Витя?

– Ну, судя по схеме, которую переслала нам Клайра, ходовая рубка там.

– Сомневаюсь, что у него на борту найдется что-то серьезнее абордажной команды. А вот машинное отделение… Механик может что-нибудь учудить. Конечно, это мудрено, реакторы создавались не для того, чтобы превращаться в термоядерные бомбы. Но у способного человека бомба может получиться почти из чего угодно.

– Убедил. Тогда пошли.

– Клайра, мы в машинное отделение. Следи за нашим другом в ходовой рубке.

– Хорошо.

– И еще. Активируй наши захваты, чтобы он не отстрелил «Щуку».

– Он уже пытался это сделать.

Сказано это было таким тоном, что Сергей явственно увидел багрийца со вскрытой глоткой. Что и говорить, девочка обладала стальным характером, а еще была злопамятна, мстительна и не робкого десятка.

Как и предполагал Сергей, пройти через переборки оказалось не так уж и трудно. Это ведь яхта, а не боевой корабль, поэтому и переборки здесь хотя и стальные, но не бронированные и не такие уж толстые. Их предназначение – противостоять не абордажной команде, а вакууму. Не стоило ломиться через двери, так как различные механизмы могли стать помехой. А вот сами переборки – милое дело, проделал круглую дыру – и следуй дальше.

– Погоди, Витя, – остановил товарища Сергей, когда тот собирался начать вырезать очередной круг в последней переборке, за которой, собственно говоря, и находился машинный отсек.

– А что не так? – удивился Мигузов.

– Нужно с ним поговорить.

– Да зачем он нам?

– Затем, что я только отдаленно представляю себе, как именно нужно обращаться с этим корабликом.

Сергей подошел к интеркому, примостившемуся рядом с электронным замком, и нажал кнопку переговоров. В ответ загорелся зеленый сигнал, явно свидетельствующий о том, что прибор исправен и готов донести голос говорящего за непроницаемую переборку.

– Послушай, парень, мы не имеем ничего против тебя лично и не собираемся убивать. Если ты откроешь дверь и деактивируешь свой скафандр, я обещаю доставить тебя на базу Тронка, где отпущу на все четыре стороны.

– Вот так вот просто?

– Не просто. Еще и подкину тысяч сто на бедность. Разумеется, за работу. Ты поможешь мне разобраться с моим кораблем.

– А что с ним не так?

– Пока не знаю. Но ведь ты здесь не первый день, думаю, разберешься.

– Ах, вон ты о чем.

– А ты сомневаешься? У тебя десять секунд. Либо ты делаешь, как говорю я, либо готовься умереть.

– Двести тысяч.

– Не наглей.

– Этот корабль стоит двадцать миллионов даже без учета дополнительного вооружения и оборудования, что в него понапихано.

– А сколько стоит твоя жизнь? Время пошло.

Как же его достали в последнее время. Все пытаются навязать ему свои условия и продемонстрировать свое превосходство. Не прошло и пяти секунд, как замок щелкнул, возвещая о том, что запоры открылись. Потом послышалось жужжание сервоприводов, втягивающих стержни. Именно из-за них и было проще взрезать сами переборки, а не двери.

– Клайра?

– Он деактивировал скафандр.

Сергей переступил через комингс, стараясь не перекрывать товарищу сектор обстрела. Но предосторожность была излишней. Пират стоял, уперев руки в стену, оружие, включая гранаты и вибронож, лежало рядом, на палубе. Скафандр деактивирован, забрало поднято. Словом, полная демонстрация покорности.

Подойдя к нему со спины, Сергей извлек энергетический кристалл и заблокировал скафандр. Все, теперь парня не нужно даже связывать, потому как он превратился в пленника собственной одежки.

– Витя, остался последний, – не без удовлетворения подмигнул товарищу Пошнагов.

– С ним тоже будешь договариваться?

– Теперь уже сомневаюсь. Клайра, как там наш капитан?

– Движется в вашу сторону. Подходит к шлюзу.

– И ты молчала?!

– Да никуда он не денется. Сейча-а-ас я его… П-получай, гаденыш!

– Что ты с ним сделала? – вздернув бровь и не без удивления взглянув на Сергея, поинтересовался Виктор.

– А напустила на него нашего ремонтного дроида. Будет знать, как назначать за меня цену!

Их ремонтный дроид представлял собой диск с шестью многофункциональными конечностями. Это позволяло ему вполне уверенно держаться на «ногах» и одновременно выполнять ремонтные работы, обходясь без помощника. Весьма удачная схема, зарекомендовавшая себя на практике.

Так вот, помимо иного инструментария, у него имелся еще и лазерный резак. Вот им-то девушка и воспользовалась, применив ремонтника в качестве боевого робота. Как она и ожидала, капитан удовлетворился тем, что перекрыл люк своей «Невольницы» и не обратил внимания на ремонтного робота, сиротливо приютившегося у стенки коридора.

Ничего удивительного, так как эти роботы не могут напасть на человека. Но это в обычных условиях. Картина меняется, если управление им перевести в ручной режим. Когда пират прошел мимо, дроид вдруг вздыбился и спеленал его всеми четырьмя конечностями, после чего задействовал лазер.

– Клайра, он жив?

– Вроде, телеметрия пока еще есть. Сейчас я его!.. – мстительно произнесла девушка.

– Стой! Клайра, не трогай его. Пусть дроид его удерживает, но не вздумай его убивать.

– Л-ладно, – с сомнением произнесла девушка, а потом не удержалась: – А зачем он тебе?

– Потом, красавица. Витя, побежали.

– Может, все же объяснишь? – направляясь за Сергеем, поинтересовался Виктор.

– Мы можем получить все коды к бортовым и оружейным искинам яхты, которые наверняка у него продублированы на персональный искин.

– Но как?

– Витя, не тормози. По методу нашего общего знакомого Ралина.

Глава 13. Близкие люди.

– Здравствуйте, госпожа Ирина. Вы меня помните?

Роговцева смерила взглядом девушку, стоявшую возле двери ее квартиры. Темноволосый ангелок среднего роста с очень ладной фигуркой. На такую красавицу взглянешь – и уже не забудешь, внешность у нее яркая, запоминающаяся. Интересно, как она умудряется ходить по улицам города, не привлекая к себе внимания толп поклонников? Да еще и обходится при этом без неприятностей, при ее-то характере.

– Интересный вопрос. А как я могла тебя забыть, девочка? На меня не каждый день набрасываются с ножом.

– Зачем вы так? Да и какая я вам девочка? Вы старше меня всего лишь на несколько лет, в империи это и разницей в возрасте назвать нельзя. А за прошлое я извинилась, причем от чистого сердца. Я тогда просто была сильно напугана.

– Ладно. Здравствуйте, госпожа Клайра. Да, я вас прекрасно помню. Чем обязана вашему появлению?

– Я хотела с вами поговорить.

– Не думала, что у нас есть общие интересы.

– Вы не пригласите меня в квартиру? Говорить перед дверью как-то… – Девушка пожала плечами, показывая, насколько это неловко.

Ирина в очередной раз смерила ее взглядом, думая над тем, какое решение принять. Нет, никакой неловкости по отношению к этой девчушке она не чувствовала. Еще чего не хватало. Захочет – будет беседовать прямо здесь, и никто ей не указ. Уж эта-то красавица – точно. А ведь и впрямь красавица. Сама Ирина о подобной внешности могла только мечтать. Даже если она сделает себе самую дорогую пластику, с Клайрой ей не сравниться. Создатель – вот самый искусный мастер, и творения, вышедшие из-под его руки, совершенны своей естественностью.

Так. Это ее куда-то не туда занесло. Итак, гостья. Что с ней делать? Да что же она как малолетка какая. Прятаться от нее по углам и защищаться грубостью да назидательным тоном, как только что?

– Проходите, – открывая дверь, просто произнесла Ирина.

Девушка коротко кивнула и ступила за порог. Ну прямо девчушка-печенюшка. Потом вопросительно взглянула на Роговцеву, словно хотела уточнить, как быть. Та поняла ее правильно и жестом дала понять, что она может проходить в гостиную, не разуваясь.

– Сагнолл? – решила проявить вежливость Ирина, когда девушка опустилась в кресло.

– Нет, благодарю.

– Мы с вами практически незнакомы, потому светскую беседу опустим, и если вы не против, то сразу перейдем к делу.

– Да, вы правы, мы с вами пока мало знакомы.

– Пока? – вздернула бровь Ирина.

– Пока, – решительно тряхнув головой, подтвердила девушка. – Но я надеюсь, что мы подружимся. Во всяком случае, из рассказов Сергея я поняла, что у нас много общего.

– Даже так? – борясь с внезапно подкатившим к горлу комом, удивилась Ирина. – Сергей обсуждал меня с вами?

– Нет. Он никогда не обсуждал ваши отношения. И вообще, мы редко с ним говорили о вас. Просто иногда, по моей просьбе, он рассказывал об Океании. У него настоящий дар рассказчика, когда он увлекается, можно просто заслушаться. Ну а на Океании вы почти все время были вместе. Вот, собственно, из этих рассказов я о вас и знаю.

– Надо же. Он еще и рассказчик. Впрочем, Сергей вообще полон сюрпризов и способен удивлять. Но о чем вы, собственно, собирались поговорить?

– Дело в том, что он меня любит…

– Надо же, какое знаменательное событие, – не выдержав, Ирина оборвала девушку.

И откуда только взялась эта пигалица! Нет, бог с ней, появилась она в жизни Сергея уже тогда, когда Ирина сама оттолкнула его. Он мужчина видный и не монах ни разу, так что ничего удивительного. И, едва увидев Клайру, Ирина это поняла, отошла в сторону, полностью дистанцировавшись. Но эта-то чего сюда заявилась?! Какая-то кошка пробежала между ними и она боится, не Ирина ли это?

– Простите. Вы меня неправильно поняли. Он любит вас, я это точно знаю.

– Клайра, вы уж определитесь, что хотите сказать. То он любит вас, теперь меня. Мне-то что с того? А если он меня не интересует? Зачем вы вообще пришли?

– Неправда. Вы его не забыли. Иначе не злились бы так.

– Послушайте, вы, знаток человеческих душ…

– Госпожа Ирина, я прошу, просто выслушайте меня не перебивая. Пять минут. А потом я уйду.

– Л-ладно. Пять минут, – взяв себя в руки и делая приглашающий жест, произнесла Ирина.

– Сергей любит вас, я это знаю, потому что сама вижу в нем мужчину. Мало того, до недавних пор я всячески старалась обратить на себя его внимание. В тот раз, когда вы нас встретили в городе, я специально всячески с ним заигрывала и висла на нем. Ему это нравится… Стойте! Вы обещали пять минут.

Клайра выставила перед собой руку в останавливающем жесте. Ирина уже была готова подняться и оборвать молодую нахалку, но после напоминания об обещании сделала приглашающий жест к продолжению монолога.

– Да, Сергею нравится, когда я с ним начинаю заигрывать, – торопливо продолжила девушка, как человек, который боится, что его перебьют. – И раньше мне это внушало надежду на то, что в какой-то момент это сможет послужить началом к следующему шагу. Но этого так и не произошло. Вы же знаете, что на Земле у него осталась дочь, моя ровесница. Вот он и нашел для нее замену в моем лице. Он любит меня, как дочь, и всякий раз млеет от удовольствия, когда я начинаю с ним дурачиться. Он готов рисковать собой и убить любого ради меня. Но он никогда не видел во мне женщину и не увидит. И, признаться, потеряв свою семью, я рада, что у меня появился Сергей, человек, в прямом смысле заменивший мне отца.

– Хочешь, чтобы я стала твоей мамочкой? – не удержавшись от язвительной ухмылки, поинтересовалась Ирина.

– Любая дочь хочет, чтобы ее родители были счастливы. Пусть я не родная ему по крови, но уж точно друг до последнего своего вздоха. Я ведь вижу, что он вас не забыл. Да и удивительно было бы, если бы это случилось, он мало кого к себе подпускает, но если уж примет, то это навсегда. Больше полугода он находился плечом к плечу со своим напарником по фирме. Они стали хорошими товарищами, причем не раз спасали друг другу жизнь. Но настоящей дружбы между ними так и не возникло. Да что я вам рассказываю, вы и сами все это понимаете.

– Это все, что вы хотели сказать? – не в состоянии проглотить вставший в горле ком, но все же владея голосом, спросила Ирина.

– Я знаю, что он очень часто пытался с вами связаться. Но вы заблокировали его аккаунт. Месяц назад мы захватили пиратскую яхту. Сергей планирует исследовательскую экспедицию. А для этого нам просто необходим навигатор. Ведь у вас скоро стажировка, и так как вы учитесь на коммерческом отделении, вам можно пройти ее самостоятельно, главное – предоставить отвечающий требованиям отчет…

– И вы решили, что я соглашусь лететь с вами?

– Я решила, что глупо двум взрослым людям бегать друг от друга, оставаясь при этом одинокими. Опять же путешествие может затянуться, глядишь – и у вас все бы наладилось. Вы хорошо владеете собой, но я же вижу, что вы его не забыли. Это все, что я хотела сказать. До свидания.

Вот так, маленькая ведьмочка. Пришла, разбередила душу и ушла. Нет, Ирина не винила ее. Может, самую малость, за то, что, когда она готова была вновь сделать шаг к Сергею, случайно встретила их в торговом центре. Надо же, оказывается, Клайра ее тогда все же заметила и прямо-таки виртуозно разыграла картину, из которой следовало как минимум то, что они любовники. Это теперь, когда Роговцева взглянула на произошедшее с другой стороны, ей стало понятно, что Сергей улыбался девушке как-то покровительственно и радость, исходившая от него, имела иной характер. А тогда все это виделось в совершенно ином свете.

С другой стороны, эта девочка – из аристократов. Плести всевозможные интриги у них должно быть заложено на генетическом уровне. Господи, да зачем ей это нужно-то? Ведь глупость. Ну насолит она им обоим. И чего этим добьется? Только потеряет дружбу Сергея. Ведь не может не понимать, что он умеет не только крепко дружить, но и выбросить человека из своей жизни раз и навсегда.

Конечно, влюбленные люди, доведенные до отчаяния, способны на самое невероятное. Даже поступиться своим положением. А оно у Клайры, благодаря опеке Сергея, весьма прочное. Ирина, может, и дистанцировалась от него, однако не выпускала из виду. Это получалось как-то само собой, но она постоянно была в курсе дел Пошнагова, во всяком случае тех, что были на виду.

Хм. Ну а чем она, собственно, рискует? В конце концов, в одном Клайра права, стоит поговорить с Сергеем, и первый шаг должна сделать она. Ну, хотя бы потому, что Сергей за прошедшие полтора года и впрямь многократно пытался с нею связаться. А еще, это она, не разобравшись, поддалась своим эмоциям и отрезала его, как ненужный ломоть. А ведь всего лишь пятиминутный разговор мог бы все расставить по своим местам. Что же, возможно, еще не все потеряно.

– С-сергей. Кхм. З-здравствуй.

Вот же незадача. Ну как такое могло случиться? Она словно раздвоилась. Пока одна ее часть предавалась размышлениям, другая уже вызвала Сергея. Ну что же, так тому и быть.

– Здравствуй, Ирина. Что-то случилось?

– Н-нет. С-с чего ты взял?

– Ни с чего, просто после нашего последнего разговора прошло уже больше года. Вот я и подумал…

– Зря подумал. Просто как-то так получается, что мы вроде и не ссорились, а делаем вид, будто и не знакомы вовсе.

– Согласен, глупо.

– Может, встретимся? – стараясь говорить ровным голосом, предложила Ирина. – Отметим, так сказать, возобновление общения.

– Почему бы и нет. Предлагай. Мне подойдет любой вариант, – а согласился Сергей не сразу, она не могла этого не заметить, но и отменять ничего не собиралась.

– Как тебе ресторанчик на втором этаже в западном крыле торгового центра «Айдун»?

– Да, знаю. Там подают акулятину с Океании, – согласился Сергей. – Через сколько?

– Через два часа. У меня еще кое-какие дела.

– Договорились.

Поначалу ею овладела паника. Она в буквальном смысле этого слова не знала, за что хвататься. То бросалась выбирать платье. Потом кинулась к зеркалу, в отчаянии рассматривая свою шевелюру, уже давно не видевшую рук парикмахера. Но очень скоро она взяла себя в руки. В конце концов, это всего лишь встреча двух старинных друзей, не более. Она просто не хотела думать о большем, потому что подспудно боялась разочарования.

Она все никак не могла забыть заминку, с которой Сергей согласился на встречу. Что бы это ни значило, оптимизма не внушало. Но, в конце концов, она боец, а не просто погулять вышла. Она встала перед зеркалом, боднула свое отражение недовольным взглядом и отвернулась.

Наряд нашелся довольно скоро. Ничего особенного, обычное легкое платьице, отлично подходящее к местному климату, отличающемуся мягкостью. Легкое, воздушное, неброское, оно ей всегда нравилось. Звонок в ближайшую парикмахерскую. Вот так. Конечно, это не именитый мастер, но она наверняка справится с прической лучше, чем сама Ирина. А заодно решился вопрос и с маникюром. Что лучше подойдет, пускай девушки решат сами, исходя из наряда клиентки.

На встречу она явилась вовремя. А главное – с удовлетворением отметила, что волнение ее было пустым, а старания – не напрасными. Нет, она не увидела в его взгляде страсти или обожания, но безошибочно определила, что он смотрит на нее по-прежнему, так же, как когда-то на Океании. Что же, в одном Клайра не соврала, любит там или нет, поручиться нельзя, но в чем можно быть уверенным, так это в том, что не забыл.

– Привет, – целуя его в щеку, произнесла девушка.

– Здравствуй. Отлично выглядишь.

– Спасибо, – присаживаясь за столик, с непринужденной улыбкой произнесла она.

– Я тут взял на себя смелость сделать заказ.

– Акулятину?

– И ее в том числе.

– С остальным разберемся. Признаться, хотя я вовсе не горю желанием вернуться на Океанию, порой накатывает ностальгия. А еще очень хочется абхазских мандаринов, и чтобы за окном сугробы, а в углу – новогодняя елка.

– Кхм. Да. Было бы неплохо. Тем более, через два месяца на Земле Новый год, – отчего-то смутившись, согласился Сергей.

– Несбыточные мечты, – вздохнула девушка.

– Ну отчего же, – пожал плечами Пошнагов. – Загляни на форумы землян. Там порой озвучиваются такие проекты и с таким апломбом, что можно не сомневаться: парни знают, о чем говорят. Того и гляди – выложат координаты Земли.

– Напрасно иронизируешь. Люди хотят вернуться домой.

– Ерунда. Никто никуда возвращаться не станет. Нет, очень может быть, что кто-то в это искренне верит, вот только жить на Земле они не захотят. Вкусив это, – Сергей повел рукой вокруг себя, – никто не захочет оказаться на Земле. А уж из нашего числа – и подавно. Не забыла: на Земле нас уже списали со счетов, и именно ирианцы сделали на нас ставку. Какую бы цену они за это ни запросили. А главное, мы ведь для землян превратимся в кладезь внеземных знаний, так что комнатка с мягкими стенами для нас гарантирована.

– То есть ты вернуться не хочешь?

– Вернуться – нет. Прокатиться в гости не отказался бы. А ты?

– Хм. Пожалуй, соглашусь с тобой. На Земле мне теперь будет тесно. И потом, два года положить на обучение навигации, чтобы оказаться запертой на планете… Нет, это точно не для меня. А что касается комнаты с мягкими стенами, это же анахронизм. Достаточно предоставить носители с информацией, а там яйцеголовые пусть сами разбираются.

– Ну, может, и так. Только я все же поостерегся бы иметь дело с властями.

– Ты так не любишь Землю или Россию в частности?

– Я люблю Россию и готов сделать для нее что-нибудь полезное. Но я не готов иметь дело с государством вообще. Хотя бы потому, что это – инструмент принуждения. А я не хочу, чтобы меня к чему-нибудь принуждали. Пусть даже из самых благих побуждений.

– Ого. Уж не анархист ли ты?

– Не знаю. Вряд ли. Просто хочу быть свободным от каких-либо обязательств.

– Общество не может существовать без этого самого инструмента принуждения. Как там говорил Наполеон? «Народ, который не хочет кормить свою армию, будет кормить чужую». Это же относится и к государству. Либо живи наособицу в тайге, как первобытный человек, либо принимай правила игры.

– Да понимаю я все. И вовсе не говорю о том, что государство – это зло. Без него, выступающего еще и гарантом, прогресс невозможен. Но ведь могу же я сам выбрать место, где буду чувствовать себя более комфортно.

– Фронтир?

– Отчего бы и нет. Там ты стоишь столько, сколько стоишь, и окружающие поостерегутся лезть в твои дела.

– Если ты достаточно силен и решителен, чтобы объяснить окружающим, что к тебе лучше не соваться.

– Надеюсь, и того и другого у меня достанет.

– Да, я слышала о пирате, которого ты захватил. Признаться, не сильно удивилась.

– Слышала? – Сергей посмотрел на девушку внимательным взглядом.

– Ну да, – смутившись и отведя взгляд, подтвердила девушка. – Даже если забыть о том, что это событие некоторое время было главной новостью в СМИ, то остаются еще и земные форумы, где в деталях расписывается подвиг нашего земляка.

– Кхм. Ну да. Этот багриец успел приобрести изрядную славу.

– И какие теперь планы?

– В смысле?

– В смысле, мне известно, что, получив такой дорогой приз и награду в два миллиона кредитов за уничтожение багрийского пирата, ты решил продать свое весьма выгодное предприятие. Так что теперь?

– Ага. Значит, вот как выглядит официальная версия. Ладно, в конце концов, не хуже и не лучше.

– А как выглядит реальная? – вскинула бровь Ирина.

– Не важно. Пусть уж будет как есть. А насчет планов… Так нет их пока. Есть мысль приобрести межсистемную добывающую баржу и стать рудокопом. Если правильно подойти к данному вопросу, то можно зарабатывать больше и с куда меньшим риском, чем раньше.

– Межсистемный, это, получается, ставка на редкие руды на фронтире. А пираты?

– Можно подумать, занимаясь охотой, я рисковал меньше. Те же самые пираты в космосе, плюс к этому – еще и бандиты на планете, которые отчего-то еще ни разу не дали спокойно себя пристрелить.

– Логично. Значит, яхту будешь продавать?

– Ну, кораблик быстрый, маневренный и вооружен почти на уровне эсминца. Так что предпочитаю провести разведку на нем. Это куда безопаснее. Удастся найти достаточно серьезные залежи редких руд – тогда можно будет подумать и о следующем шаге. А там, глядишь, как это у меня часто бывает, подвернется под руку что-то более интересное. А баржа – это уже целенаправленное приобретение, причем очень дорогое…

Они проговорили еще два часа. Причем оба чувствовали, что разговор не клеится. Складывалось такое ощущение, что каждый из них словно ступает по тонкому льду, тщательно взвешивая свои слова. Единственное, что им обоим стало доподлинно известно, так это то, что оба они были в курсе дел друг друга.

Ирина шла на эту встречу с намерением расставить все точки и наконец прекратить этот непонятный разрыв, возникший по ее вине. Однако из ее намерения вышел какой-то жалкий пшик. Они опять стали общаться, но дальше этого не продвинулись ни на сантиметр. Бог с ним, что Сергей не попытался возобновить близкие отношения, хотя она ясно видела в его взгляде желание. Так ведь вдобавок к этому он не предложил ей место на своем корабле.

Ну не мог Сергей отказаться от нее хотя бы как от дармового специалиста. Во-первых, это вполне в его характере. Не будучи жадным, транжирой он также не являлся. Навигатору же нужно платить приличное жалованье. В противном случае придется самому заняться изучением этой науки. С его базовыми знаниями ему лучше бы не соваться дальше картографированных областей. Во-вторых, у них уже имелся опыт совместных походов, и они давно притерлись друг к другу. А это при длительных переходах в замкнутом пространстве далеко не маловажно.

И все же главное ее разочарование было не в этом. Она шла на встречу с Сергеем, искренне надеясь, что все сказанное Клайрой – правда. И вроде бы подтверждение этим словам она явственно увидела в глазах Сергея. Мало того, на практически прямой вопрос он ответил, что монахом никогда не был, а на намек в отношении Клайры едва не поперхнулся и резко отверг подобную возможность. Но при всем при этом он даже не попытался… Ну почему все так сложно?

– Ирина, с тобой все в порядке? – В голосе Яшина, ее начальника, слышалась искренняя озабоченность.

А почему ей не появиться, когда на его запрос девушка не включила видеосвязь, а в голосе явственно слышится дрожь, словно она плакала. Хм. Вообще-то не плакала, а ревела, причем в течение часа и навзрыд, уткнувшись в теперь уже изрядно мокрую подушку. Господи, знал бы кто, как ей сейчас плохо и как она хочет прибить и эту пигалицу, и этого урода. Она, как дура, прихорашивалась, волновалась, спешила в парикмахерскую. А он…

– Все нормально, Игорь Ильич, – в очередной раз шмыгнув носом, ответила Ирина.

– Уверена, девочка?

– Уверена, папочка, – улыбнувшись сквозь слезы, условной фразой ответила она.

Вернее, фраза тут могла быть любой. Главное, чтобы присутствовали слова «девочка» и «папочка». Вворачивая их в фразы, можно понять, находится ли собеседник под колпаком. Шпионские игры? Напрасная ирония, потому что это работает. Кстати, Ирине приходилось использовать нечто подобное, когда она служила в боевом подразделении. Нужно же было как-то компенсировать недостаток в качественной и современной связи.

– Вы что-то хотели сообщить? – развеяв сомнения резидента, поинтересовалась Ирина.

– Да. Мне тут удалось провернуть на бирже одну аферу. Теперь у нас достаточно средств для приобретения корабля и организации прогулки. Думаю, через месяц можно будет выдвигаться.

– Отлично, – утирая, а скорее, размазывая по щекам все еще текущие слезы, ответила девушка.

– Да. Только я звоню тебе, чтобы не было никакой недоговоренности. Ты не летишь.

– Как? Но ведь я же практически дипломированный специалист. Такая экспедиция без навигатора обречена. Если бездумно прочесывать систему, то шансы на удачу очень маленькие.

– Поэтому мы и задействуем навигатора. Мне тут один мужичок из землян подвернулся, у него за плечами – лет десять практики.

– Игорь Ильич, вы обещали.

– Ирина, я все понимаю, но тут ничего не поделаешь. Его квалификация выше твоей, а вопрос серьезный. И потом, мы не можем делать ставку только на эту экспедицию. Ты продолжаешь двигаться в прежнем направлении. И еще, если тебя это успокоит, я тоже остаюсь здесь, на Клайпе. Как гласит одна мудрая поговорка: не клади все яйца в одну корзину. Кто знает, сколько еще сможет продержаться Анатолий Анисимович без явных результатов. Мы в любой момент можем остаться без притока свежих кадров, и тогда все предприятие будет обречено.

– Хорошо, я поняла, – вздохнув, согласилась девушка.

– Привет. Ну и как прошла встреча? – сияя, как начищенный пятак, поинтересовалась Клайра, как только Сергей переступил порог квартиры.

– Интересно девки пляшут, по четыре штуки в ряд. Твоя работа? – вместо ответа в свою очередь поинтересовался Пошнагов, устремив на нее строгий взгляд.

Развалившаяся было в кресле девушка тут же поспешила принять более скромную позу и потупила взор. Похоже, что, желая помочь своему опекуну, она что-то сделала не так. Во всяком случае, одного взгляда на него было достаточно, чтобы понять, что дела обстоят именно таким образом.

– Я хотела, как лучше, – все же подняв на него взгляд и покусывая губу, решительно произнесла девушка. – Я вообще вас не понимаю. Ладно она, решила, что мы любовники. Но ты-то отчего ограничился только несколькими звонками? Бегаете друг от друга, как дети.

– Заруби себе на носу: не лезь в это дело. Поняла?

– Нет, не поняла. Ты зачем называешь меня родным и близким человеком, если не даешь участвовать в твоей жизни?

– Потому что жизнь – моя, и я постарше буду. Вот только не надо мне про незначительную разницу в возрасте согласно ирианскому уровню продолжительности жизни. Как говорили у меня на родине, опыт, как и половое бессилие, приходит с годами. И вообще, что-то ты быстро заделалась ирианкой, словно и не с Алаянки.

– У нас, между прочим, в моем возрасте уже начинают вести семейные дела. И в этом плане с жизненным опытом у меня не так плохо, как хочешь представить ты. Просто посиди пять минут, подумай о том, что я сделала, и ты поймешь, что я права.

– Права она, – недовольно пробурчал Сергей и сел во второе кресло. – Сагнолл сваришь?

– Конечно, – подскочив и изобразив книксен, тут же согласилась Клайра. – Так что там со встречей? – послышался ее голос уже из кухни.

– Ничего. Посидели в ресторанчике, вместе пообедали и разошлись. Впрочем, спасибо тебе. Теперь хотя бы разговариваем.

– Честно говоря, я не думала, что ты сегодня придешь домой ночевать.

– Нет, это мимо. По меньшей мере, пока не побываю дома.

– А при чем тут дом? – удивилась девушка, выглядывая из кухни.

– Кстати, я надеюсь, ты ей ничего не сказала о цели нашего путешествия? – перевел разговор в другое русло Сергей.

– Разумеется, не сказала. Ты же с меня слово чести взял. Но вообще-то ей мог бы и сказать, ведь ты ее знаешь куда лучше меня. Или не доверяешь?

– Отчего же. Доверяю. Просто в этом деле утечка информации равносильна приговору. Если хоть что-то просочится наружу… Словом, я не готов так рисковать.

– Но ведь Ирина надежна.

– Был такой офицер спецслужбы на Земле по фамилии Мюллер. Так вот, ему приписывают такие слова: «Что знают двое, знает и свинья».

– Вообще-то нас и так уже двое, – неся две чашки с исходящим паром сагноллом, заметила девушка.

– Вот я и говорю, что лишние риски нам ни к чему.

– Так все же при чем тут путешествие на Землю и Ирина?

– Сначала я должен определиться с Ниной.

– Господи, и он говорит мне о прожитых годах, половом бессилии и наличии в его голове мозгов.

– Девочка, не дерзи.

– А что я должна делать, если ты тут городишь глупости? Не хочешь ранить Ирину? Так и не рань. Если то, что ты мне рассказывал о своей жене, – правда, то после случившегося она тебя на порог не пустит.

– Это почему же?

– Да потому что ты ее предал. Предал и бросил.

– Я не хотел быть им обузой и решил уйти, обеспечив всем необходимым.

– Серье-озно-о? А ее ты об этом спросил? Бросил, как ненужную вещь.

– Я поступил так, как счел нужным, руководствуясь не эмоциями, а прагматизмом, и до сих пор считаю, что был прав. Не скажу, что это было единственно верное решение, но другого я не видел. И на этом прекратим наш ненужный спор.

– Ладно, – легко согласилась девушка. – Только объясни мне, раз уж ты такой практичный, то почему, поддавшись эмоциям, отказываешься взять на борт навигатора? Или ты решил отложить путешествие на пару лет, пока один из нас не закончит навигационную школу?

– Нет. Мы ничего откладывать не будем.

– Тогда я ничего не понимаю.

– Я тут поработал с данными, которые мне удалось получить с того кристалла. По всему получается, что даже наших познаний вполне достаточно для этого путешествия.

– Ты ничего не напутал? Тот район ведь не картографирован. И на кристалле не было карт.

– Зато были координаты и векторы. Смотри, берем координаты их выхода в освоенный космос как точку отсчета и дальше следуем хотя и в неизвестность, но зато как по нити Ариадны.

– По какой нити?

– Это у нас на Земле есть одна легенда. Не суть, потом расскажу. Так вот, по этой нити мы добираемся до последней точки перед системой Океании и, минуя ее, прыгаем сразу к Земле. Наша яхта способна делать три прыжка, каждый из которых равен пятнадцати световым годам, то есть в среднем – по три системы за один переход. Забьем все трюмы дополнительными баками с топливом. Должно будет хватить в оба конца. И в этом случае наших познаний более чем достаточно.

– Ну-у-у, звучит вроде бы убедительно. А как же станции дозаправки контрабандистов? Нас же могут там засечь. Ведь наверняка они оборудованы серьезными сканерами, если к этому причастна корпорация.

– Намекаешь на то, что наш генератор невидимых полей может перед ними сплоховать?

– Ну, корпорация заинтересована в том, чтобы сохранить тайну, – делая маленький глоток обжигающего напитка, пожала плечами девушка. – И еще. При постоянно включенном генераторе невидимости расход энергии, а соответственно и топлива, увеличивается. Значит, топлива может и не хватить. А как там в вашей Солнечной системе с газовыми облаками, ты не знаешь. Получается, и топливоперерабатывающая мини-станция не будет панацеей. И вообще, если мы ее установим в трюм, то съедается место под дополнительные баки. Так что тут есть над чем подумать. А с навигатором можно было бы проложить параллельный маршрут и обследовать системы, которые встретятся по пути, на предмет возможности восполнения запаса топлива.

– Ирина с нами не полетит. И это не обсуждается.

– Ну вот, сам ведь сейчас находишься во власти эмоций, а говоришь о каком-то там прагматизме.

– Клайра…

В этот момент Сергей получил вызов и вынужден был оборвать сам себя, погрозив девушке пальцем. Он конечно же мог отправить сообщение, что перезвонит позже, но, признаться, не смог удержаться от ответа. Дело в том, что звонившим был Виктор, который вернулся на Клайп, и Сергею было интересно, как там у него дела. Оно, конечно, с одной стороны, Пошнагов уже не имеет никакого отношения к фирме, но с другой – это было его детище.

Как он и предполагал, фирмой теперь руководил Мигузов, фактически являясь подставной фигурой. Правительство не хотело афишировать свою причастность к этому предприятию. Собственно, именно по этой причине у Виктора осталось такое высокое жалованье, притом что обязанностей прибавилось не так чтобы и намного. Если учесть, что подобные заработки были только у высшего руководящего звена крупных корпораций, то место было далеко не захудалым. Ну и если быть уж до конца честным, то и работа – не такой уж и рискованной. Уж теперь-то ему палки в колеса вставлять никто не будет.

Правда, между ними могла пробежать черная кошка при дележе трофеев, взятых с багрийца. Но этого не произошло. С юридической точки зрения Сергей был полностью в своем праве. Да и со стороны совести предъявить ему что-либо было сложно. Поэтому Виктор предпочел не обижаться, а вспомнить, в какой момент на его пути появился Пошнагов и что он сам в свое время отказался от партнерства.

Дело в том, что, потеряв дело, благодаря которому он собирался приобрести корабль, и получив этот самый корабль несколько раньше, Сергей тут же наложил на него лапу. Он не собирался ни с кем делиться, выделяя какую-то там долю.

Клайра и Виктор являлись наемными рабочими. Их участие в боевых действиях, сопряженных с риском для жизни, было четко прописано в контракте. Имелся и пункт о трофеях, который предусматривал принадлежность тех либо клиентам, либо фирме. Юрист оказался тот еще прощелыга и, составляя контракт, руководствовался строго интересами работодателя.

Но Сергей не стал нагнетать обстановку и лишать своих товарищей всего. Он честно разделил на три части два миллиона, назначенных в качестве премии за багрийца. Но на этом преференции его команды и закончились. Клайра приняла это легко, так как ушла из фирмы вместе с Сергеем. Виктор также предпочел не обострять. Впрочем, Пошнагову было все равно, даже если тот и обиделся, в конце концов, это было его право.

Но, похоже, Мигузов прекрасно понимал, что обижаться ему не на что. Наоборот, случайная встреча с Сергеем обернулась для него небывалой удачей. Конечно, сомнительно, чтобы это предприятие просуществовало слишком уж долго. Коль скоро начнется процесс интеграции планеты в империю, то лет эдак через десять контору просто прикроют. Но за это время Виктор успеет подготовиться и накопить сумму, достаточную для открытия собственного дела.

Не стал держать зла на империю и Сергей. С одной стороны, у него, можно сказать, отобрали прибыльное дело. С другой – он должен был благодарить за это государственную машину. Уж слишком у него все получалось гладко. Даже начинали одолевать сомнения, а сможет ли он отказаться от этого, чтобы продолжить путь вперед, к намеченной цели.

А так – все сложилось вполне удачно. Он получил корабль и избавился от якоря в виде выгодного предприятия. Конечно, государственная машина тут ни при чем, но кто сказал, что все в этом мире не взаимосвязано? Не было бы одного события, вполне возможно, что не последовало бы и другое.

Впрочем, Сергей в очередной раз сделал себе пометку не связываться с государством. Ну или хотя бы держаться максимально независимо. Причем относилось это не только к Ирианской империи, но и вообще к любой стране.

Нет, он конечно же понимает, что государственные интересы не могут ориентироваться на отдельного гражданина. Это, скорее, гражданам нужно подстраиваться под существующие порядки или менять страну проживания. И это правильно, коль скоро большинство устраивает власть. Но у него не было желания таскать каштаны из огня для кого бы то ни было. А в последнее время тенденция к этому начинала просматриваться…

Разговор с девушкой свернулся как-то сам собой. Клайра отправилась на кухню готовить угощение, Сергей по мере надобности помогал ей. Так что если они и перебросились парой фраз, то они носили сугубо гастрономический характер. Девушка решила не наседать на своего опекуна. Тот сейчас находился на перепутье, и, как ей казалось, лучшее, что она может сделать, – это отойти в сторонку, дав ему возможность самому разобраться в себе.

Гость? Скорее уж гости. Причем спутник Виктора сильно удивил хозяина квартиры. Вот уж кого Сергей не ожидал увидеть на пороге своего жилища. Нет, не сказать, что он испытывает к нему неприязнь, все разногласия между ними утряслись еще перед отлетом с Алаянки. Но чтобы он оказался здесь…

– Ралин?

– Я все объясню, господин Сергей, – четко, по-военному кивнув вместо приветствия, заверил Ралин.

– Конечно объяснишь. Здравствуй, Витя.

– Ты же помнишь, каким настойчивым и обаятельным наглецом он может быть, – пожимая руку бывшего шефа, словно извиняясь, произнес Мигузов.

– Как же я могу это забыть? Ладно, раз уж так, то прошу к столу. Думаю, после нескольких дней на корабельном пайке это будет кстати.

– Ну, кому это знать, как не тебе, – не без удовольствия потирая руки и направляясь к столу, согласился Виктор.

Приготовить угощение и, не дав утолить голод, тут же начать терзать вопросами? Нет, тот, кто испытал на себе, что значит однообразный корабельный рацион, подобного не позволит. Тем более Клайра была великолепной хозяйкой, и от блюд, приготовленных ею на скорую руку, исходил такой аромат, что приставать к гостям с разговорами было сродни пытке.

– Итак, кто мне объяснит, что тут происходит? – посчитав, что первый голод уже утолен, поинтересовался Сергей.

В ответ на это Ралин поднялся со своего места и вытянулся в струнку, приняв до безобразия официальный вид. Сергей и Виктор переглянулись, пытаясь понять происходящее. Клайра тут же отложила столовые приборы и села настолько прямо, что, казалось, проглотила кол.

– Господин Сергей, я, Ралин, глава клана Гауп, прошу вас принять мою личную вассальную клятву. Я вверяю вам свою жизнь и клянусь служить вам верой и правдой до последнего своего вздоха, ничего не требуя взамен.

Сергей и Виктор вновь переглянулись, пытаясь понять, что тут вообще происходит. Они, конечно, достаточно много времени провели на Алаянке, но не сказать, что столь уж сильно вдавались в дела аристократических кланов. И уж тем более – в их обычаи и уклад. Разумеется, это не значит, что они не знали ничего, но интересовались строго по мере возникновения в том необходимости. Тем более у аристократов разных стран Алаянки были свои тараканы в голове, с особыми обычаями и укладом.

– И чего ты от меня ждешь, Ралин? – слегка тряхнув головой, поинтересовался Сергей.

– Что ты либо примешь его вассальную клятву, либо убьешь его. Прямо здесь и сейчас, – ответила вместо Ралина Клайра.

– Чего-о-о?

– Он свое слово сказал, теперь очередь за тобой.

Сергей взглянул на девушку и тут же поперхнулся. Вот кто скажет, куда подевалась та самая девчонка, которой он не раз читал отповедь, тот загнанный в угол мышонок, которого он вытаскивал с Алаянки, та хозяйка, что еще недавно успешно управлялась на кухне? Сколько у нее еще лиц? Потому что сейчас перед ним опять была та самая аристократка, которую он увидел на борту своего корабля после убийства Бинга и больше не видел ни разу.

– Интересно девки пляшут, по четыре штуки в ряд.

– Кхм. Думаю, это не совсем то, что он хочет услышать, – с некой долей сомнения произнес Виктор.

– Да мне-то какое, собственно, дело, что он хочет услышать? Я, например, тоже хочу услышать объяснения.

– Если ты не примешь его клятву или не убьешь его, то он вскроет себе горло, – все же объяснила Клайра.

– Я видел у него нож с камушками на рукояти и ножнах. Красивая штучка, – вспомнил Виктор.

– Л-ладно. Я принимаю твою клятву. Что-то еще? – Сергей перевел взгляд на девушку. Ну раз уж она специалист в этом вопросе.

– Этого достаточно, – вновь став простой и домашней, заверила Клайра.

– Ага. Ясно. Ну тогда вы тут побеседуйте с Виктором, а мы отойдем… На балкон, пожалуй. Ты как, Ралин?

– Как прикажете.

– Здрасте приехали, вот я и обзавелся своим стойким оловянным солдатиком. Пошли уж, вассал. А теперь давай внятно, что все это значит? – когда они оказались наедине, овеваемые прохладным вечерним ветерком, поинтересовался Сергей.

– Именно то, что я и сказал. На моем сыне клан Гауп должен был пресечься. Я сделал все, что было в моих силах, чтобы этого не произошло, но тщетно. Вам же это удалось. Сегодня мой сын здоров, играет на лужайке и растет. Когда придет время, он продолжит род. Моя супруга в положении. Если будет угодно богам, это будет мальчик. Наш клан оказался в долгу перед вами, и я здесь в качестве платы. Вот и все.

– Вообще-то ты никому ничего не должен. Покупатель фирмы полностью восполнил затраты на лечение тебя и твоей семьи. Так что будем считать это шуткой. Сейчас я избавлю тебя от клятвы, и отправляйся к своей семье.

– Здесь вопрос не в деньгах, господин Сергей. И потом, вы в силах принять клятву, взять мою жизнь, но не можете вот так запросто отказать мне в праве служить вам. Либо убейте, либо я сам сделаю это, но никто и никогда не скажет, что в клане Гауп нашелся клятвопреступник.

– Хорошо. Тогда получается, что ты выполнишь любой мой приказ?

– Да.

– Даже если я прикажу пойти на верную смерть?

– Да.

– Даже если прикажу совершить любое преступление?

– Да.

– Но как же это может соотноситься с честью аристократа?

– Это должно соотноситься уже с вашей честью, господин Сергей.

– Лихо. А что ты скажешь, если я прикажу тебе отправляться к своей семье и посвятить себя им?

– Я выполню ваш приказ. Но посоветовал бы сначала хорошенько подумать.

– Послушай, ты пошел на преступление, заботясь о своих близких, а теперь, когда все разрешилось, вдруг бросил их на произвол судьбы. Как это может соотноситься?

– Я не бросил свою семью. Мой оруженосец позаботится о них и об имении. Его дети поступили вместо меня на службу к господину Виктору. Он остался доволен тем, что за прежнее жалованье в двадцать тысяч вместо одного он получил двух великолепных бойцов.

– А основная доля их жалованья принадлежит тебе как их сюзерену. В данном же случае – твоей супруге. Я правильно понимаю?

– Считаете это несправедливым?

– Кто я такой, чтобы судить других? Ваш народ живет так века, и ваши вассалы счастливы служить на таких условиях. Значит, не все так плохо, как может показаться на первый взгляд. А я все же был прав, у нас с тобой много общего. Ты где остановился?

– Снял номер в гостинице, как и господин Виктор.

– Тогда отправляйся туда и жди там моих распоряжений. Я должен сначала переварить случившееся.

– Я понял, господин Сергей.

– Угу. И да. Прекращай называть меня так официально, давай на «ты». Мне так привычнее.

– Как скажешь.

Вот так вот, в одночасье, ужин перетек в вечернюю беседу, правда, под неизменный сагнолл. Сергей живо интересовался делами фирмы. Виктор с не меньшим энтузиазмом рассказывал. Как выяснилось, Ралин ничуть не приукрашивал, когда говорил о великолепных бойцах, оказавшихся в распоряжении фирмы. Мигузов не мог на них нахвалиться. Несмотря на относительную молодость, ребята успели приобрести реальный боевой опыт, что для оруженосцев являлось основным критерием при поступлении на службу. К тому же обучать их пришлось только использованию не такого уж и богатого арсенала спецсредств, в остальном они могли дать фору самому Мигузову.

Поднял Виктор и вопрос по поводу «Щуки». Куратор фирмы, Ганид, пришел к выводу, что проще выкупить кораблик у Сергея, чем снаряжать новый. К тому же у этого судна уже имелась своя история, что поднимало престиж фирмы в глазах потенциальных клиентов.

Сергей легко согласился продать «Щуку», получив за нее вполне адекватную плату. Просто ему это судно было абсолютно без надобности. «Невольница», переименованная в «Славянку», имела на своем борту катер, приспособленный как к внутрисистемным прыжкам, так и к посадке на планету. К тому же, будучи пристыкованным к яхте, он органически вписывался в ее контуры, словно являясь частью конструкции. А вот «Щуку» пришлось бы как минимум загонять в трюм, и эта идея была не из лучших.

Правда, катер был способен поднять груз не больше десяти тонн, но это Сергея по-настоящему и не волновало. Ему важно было иметь транспорт, который может доставить его на планету и вывезти с нее. Уж чего-чего, а возить с Земли грузы он не собирался.

– Клайра, как ты можешь объяснить то, что тут устроил Ралин? – когда гости уже ушли, поинтересовался Сергей.

– Очень просто. На его клане висел долг чести, и если не сегодня, то когда-нибудь ты мог обратиться к нему с просьбой. Любой просьбой, и они не могли бы тебе отказать. А так клан тебе уже ничего не должен, потому что глава принес тебе личную присягу. Если бы ты ее не принял, то он убил бы себя. И в этом случае ты также не мог бы ничего требовать от клана. Этот Ралин – решительный человек.

– Я заметил. Вот только не знаю, что теперь с ним делать.

– Как – что? Ты можешь обучить его любой специальности и без раздумий включать в состав нашей команды. Поверь, надежнее алаянкского аристократа, давшего вассальную присягу, нет во всей галактике. У нас весьма своеобразное воспитание и понятие о чести. Тот же Ралин, едва задумал совершить преступление, как тут же уволился со службы.

– Ага. Вот это. Он же нарушил присягу.

– Ничего он не нарушил. На королевской службе присягают не сюзерену, а королевству. Действия же Ралина никоим образом не шли во вред королевству. Мало того, он ведь охотился на меня, а я на Алаянке вроде как вне закона. Единственное, что можно было бы поставить ему в вину, – это использование служебного положения в личных целях. Но когда он воспользовался своими связями, он уже не состоял на службе.

– Значит, у меня теперь есть по-настоящему верный пес?

– Лучше. Собаки все же не умеют разговаривать и ни за что не постигнут никаких наук. А Ралину все это под силу.

– Весело. Но я лучше буду думать о нем, как о близком человеке. Ну, коль уж могу ему всецело довериться.

– Согласна. Так звучит куда лучше.

Патриот.

Глава 1. Первый шаг к дому.

Рухта несколько отличалась от своих товарок. Являясь заурядной космической станцией фронтира, она была создана из остова старого линейного корабля. По форме он напоминал ножны кавказского кинжала, присутствовал даже шарик в носовой части. Правда, очень уж большие ножны, длиной около километра. Но именно благодаря своим габаритам и простору внутренних помещений станция все еще сохранила свой первозданный вид, а не обросла различными модулями, как морское судно – водорослями и мидиями, что неизменно случалось с остальными подобными объектами.

Сергей вообще заметил: подавляющее большинство военных кораблей имеет строгие очертания. Нигде и ничего не выпирает. Во всяком случае, никаких несуразностей и сюрреализма. Корабли в основном бывают либо плавной скругленной формы, от дисков до приплюснутых конусов, либо напоминают параллелепипед, в основном шестигранный, так же приплюснутый, с острыми углами по бортам и носу.

А вот гражданские суда отличались куда большим разнообразием форм, но и здесь все было достаточно органично и строго функционально; никаких двигательных отсеков, вынесенных от самого корабля на какой-нибудь тонкой спице (если такое и встречалось, то довольно редко). К примеру, «Славянка», яхта Сергея, по виду походила на земной эсминец, выполненный с применением стелс-технологий. Катер, пристыкованный сразу за ходовой рубкой, придавал некую завершенность этой многогранной фигуре.

Несмотря на силовые поля, повсеместно применяемые для защиты кораблей, никто не собирался доверяться им полностью. Все это время разработка сплавов для брони не стояла на месте. Так что хоть и не всегда, но корпус корабля мог выдержать атаки противника.

Клайра не без уважения рассматривала внутренний интерьер станции. За последний месяц ей довелось побывать в нескольких подобных местах, и везде наблюдалась одна и та же картина некоторой запущенности. Владельцы станций предпочитали в первую очередь вкладываться в поддержание их функциональности и только потом обращали внимание на такие мелочи, как состояние отделки помещений.

На Рухте дела обстояли иначе. Вроде бы линкор уже добрых два десятка лет служил в качестве станции, но никаких следов запущенности не было и близко. Наоборот, везде видна хозяйская рука, уход и чистота, словно корабль все так же оставался в строю и обслуживался заботливыми руками членов экипажа.

За станцией следил один человек. Он содержал довольной обширный штат обслуживающего персонала и хозяйственных дронов. Он считал эту станцию своим домом, а потому и присматривал соответствующе. Дорого? Ничего, он мог себе это позволить.

Станция была расположена в весьма удачном месте. В системе звезды Лайтана наблюдалось скопление астероидов, богатых рудой – вариалином. Сергей понятия не имел, что это за руда по земной классификации, да и не стремился узнать. В конце концов, он сейчас жил здесь и в земных критериях не видел никакого смысла. Опять же он не инженер и не собирается организовывать производство, а потому руда может интересовать его не как материал, а как товар. Вариалин в ценовой нише руд стоял на одной из верхних строчек.

Так вот, доходы от реализации рудного концентрата, вырабатываемого даже не на самых совершенных обогатительных комплексах, были весьма солидными. Правда, владельцу станции не удалось основать рудную компанию по причине сильного лобби вольных рудокопов, базирующихся также на Рухте. Но он и не больно-то об этом горевал. Получаемая прибыль в любом случае была весьма солидной, а о конкурентах говорить не приходилось. Профсоюз не давал развернуться в этой системе не только ему, но и крупным корпорациям.

Последним пришлось бы направлять сюда самый настоящий флот, чтобы выгрызть себе место под солнцем. И это предприятие обещало вылиться в небольшую локальную войну. Вольные рудокопы фронтира по решительности и профессионализму дадут сто очков вперед даже пилотам истребителей императорского флота. Да и вооружение их малых рудокопов мало чем уступит тем же истребителям. И потом, достаточно представить, на что способен человек, чтобы отстоять свое кровное, и поймешь – овчинка выделки не стоит.

Конечно, это не значит, что вольные рудокопы здесь купались в роскоши и вскоре становились миллионерами. Все было куда как скромнее. Но все же, работая в таких местах, было вполне реально накопить на межсистемный буровой корабль и баржу. Правда, заполучив межсистемный корабль, счастливцы оказывались перед выбором: либо продолжать числиться в профсоюзе и сдавать руду на местные обогатительные комплексы, либо отправляться на вольную охоту, но уже в другие системы. Никакому другому варианту воплотиться в жизнь профсоюзы не позволили бы.

– Ну что, девочка, пройдешься по магазинам, пока я встречусь с Варгуном? – кивнув в сторону многочисленных бутиков с прозрачными витринами, поинтересовался Сергей.

Клайра с самым серьезным видом задумалась над его предложением. Подумаешь, они меньше месяца как выбрались из внутренних систем, где мода опережала это захолустье минимум на год. Изюминка вот таких бутиков фронтира состояла как раз в том, что тут можно было купить то, чего уже днем с огнем не сыщешь в цивилизованном мире. Да и мода имеет свойство периодически возвращаться.

– Знаешь, а ты меня убедил. Я, пожалуй, пройдусь, – решительно тряхнув темной гривой волос, произнесла девушка.

– И это правильно, – тут же поддержал ее Сергей. – Ралин, тебе не сложно будет присмотреть за ней?

– Боишься очередных неприятностей? – взглянув на него с легким прищуром, поинтересовался молодой аристократ с Алаянки.

– Есть немного. Наш дикий ангел не может не привлекать к себе внимания. А еще не способна делать вид, что не заметила скабрезных замечаний, – вздохнул Сергей, чем заслужил нарочито независимый взгляд девушки и легкую ухмылку Ралина.

Последний в настоящий момент усиленно занимался общеобразовательным курсом. И надо заметить, это отнимало у него достаточно много времени. Обучение подавалось в виде увлекательной виртуальной игры, что для неподготовленного разума с отсталой планеты могло представлять опасность. Поэтому Сергей предпочитал заставлять своего новоявленного вассала делать перерывы в процессе обучения. Не стоит столь уж сильно подсаживаться на виртуал, ведь велика опасность, что компьютерный мир заменит человеку мир реальный с его трудностями, неудачами, обыденностью и необходимостью общаться с людьми, такими разными и непохожими друг на друга.

Проводив взглядом удаляющуюся парочку, Сергей невольно почесал затылок, удивляясь многогранности бытия. Вот взять этих двоих. Ведь было дело: Ралин похитил девушку, требуя за нее выкуп. И мало того, он не собирался ее выпускать из своих рук живой. Сам Сергей едва не сломал ему шею, когда освобождал ту, о ком по-отечески заботился. А теперь они для Пошнагова – чуть ли не самые близкие люди, да и друг другу не чужие.

Впрочем, долго стоять и размышлять над этим он не собирался. Чего попусту тратить время, если он здесь не ради развлечения. С одной стороны, Сергея вроде бы никто не подгонял. С другой – им овладело такое нетерпение, что он походил на лошадь, бьющую копытом землю в ожидании забега.

Все началось около четырех лет назад. Тогда у него, у самого обычного землянина, обнаружили рак четвертой степени. По земным меркам, на нем можно было ставить крест. С таким диагнозом не живут. Но, на его счастье, на Сергея обратил внимание вербовщик ирианской корпорации Арика. В обмен на полное исцеление от Сергея требовалась сущая безделица – навсегда покинуть Землю и погасить долг перед корпорацией, став рабочим по сбору ресурсов на далекой планете.

Планета оказалась сплошь покрыта океаном, а ресурсы предстояло добывать со дна или из водной толщи. Так он два года отработал акванавтом, живя под водой. Впрочем, стоило ли жаловаться, если средний срок погашения задолженности по кредитам корпорации составлял около десяти лет, а он умудрился управиться за два. И ведь Сергей не только рассчитался по долгам, но и сумел изрядно заработать, покинув Океанию довольно состоятельным человеком.

Тех средств ему хватило на то, чтобы приобрести небольшой межсистемный грузовой кораблик и заделаться торговцем. Правда, через полгода ему пришлось свернуть свою торговую деятельность на планете Алаянка, родине Клайры и Ралина. А нечего было нарушать принятые и соблюдаемые остальными правила.

Впрочем, благодаря этому он нашел куда более прибыльное занятие. А именно – собрал отряд охотников за головами. Выслеживал на Алаянке тамошних головорезов и приводил в исполнение вынесенный местными властями смертный приговор. За право участвовать в этой царской охоте состоятельные граждане Ирианской империи были готовы платить звонкой монетой, и доходы Сергея возросли многократно.

Но он опять оказался на пути государственной машины. Вернее, его предприятие заинтересовало власти империи, и бизнес у него попросту отжали. Хорошо еще хоть как-то компенсировали упущенную выгоду, выплатив ему среднюю прибыль за три месяца. Сергея конечно же подобное поведение власть имущих не больно-то и обрадовало. Но и не сказать, что сильно расстроило.

Дело в том, что он поставил перед собой цель – добраться до Земли. Ее координаты тщательно скрывались ввиду соседства с Океанией. Последняя являлась источником поистине уникальных биоресурсов, лежавших в основе процесса регенерации, открытого во внутренних системах сравнительно недавно.

Так вот, для реализации задуманного ему нужны были средства. А еще – свобода от каких-либо обязательств. Иными словами, свобода вольного ветра. А какая свобода, если у тебя в руках прибыльное предприятие? Всегда найдется еще что-нибудь, для чего непременно потребуются средства. И процесс заработка может стать бесконечным.

Оно бы и ничего, времени у него более чем достаточно. По прикидкам, продолжительность его жизни увеличилась чуть ли не до ста тридцати лет. Но все дело в том, что он хотел не просто навестить Землю, а обнять своих близких, век которых не так долог. И в этом плане то, что его оторвали от прибыльного занятия, в общем-то было ему только на руку.

Дело тут в небывалой удаче, сопутствовавшей Сергею в схватке с багрийским пиратом, который повел себя слишком уж самонадеянно. В результате пират лишился жизни, а Сергей получил в собственность великолепную межсистемную яхту, которой дал название «Славянка». Иными словами, то, на что он собирался зарабатывать как минимум два года, само упало ему в руки.

Казалось, теперь у него есть корабль, способный совершить переход до Земли и вернуться обратно. На пределе возможностей, не без того, но все же способен. Оказаться запертым на родной планете, изведав вкус открытого космоса, Сергей не желал, поэтому вариант с билетом в один конец даже не рассматривался.

Но все же полной уверенности в успехе не было, хватало различных подводных камней. Так, к примеру, если в грузовой трюм забить дополнительные танки с топливом, то его вполне хватит на переход по известным координатам. Но оставалось еще такое обстоятельство, как стационарные посты на контрабандной тропе, протянувшейся в межсистемном пространстве. А именно по ней он и собирался добраться до Земли.

Так вот, Сергей не сомневался: на этих самых постах имеются достаточно серьезные сканеры, способные обнаружить вынырнувший неподалеку корабль. И средств уничтожения наверняка тоже хватает. Ну, к примеру, несколько пусковых установок ракет и с десяток тяжелых боевых дронов. Для корпорации это не такие уж и великие траты. А если учесть важность обеспечения секретности, так и вовсе плевые.

Обойти эти станции не было никакой возможности. Для прокладки альтернативного маршрута потребуется навигатор, специфическое оборудование и время. Но главное – навигатор, которого в команде Сергея не было. Нанять? Можно. А заодно и присмотреть себе место на кладбище. Если только просочится информация о том, что ему известен маршрут до Земли, жить и ему, и всем, кто имел с ним контакты, останется всего ничего. Потому что это одна из самых охраняемых тайн империи, ставшая известной ему совершенно случайно.

Остается только следовать по путеводной нити, проходя рядом с этими самыми стационарными постами, которые являются одновременно и заправочными станциями для контрабандистов, на деле служащих корпорации Арика. И нет никаких сомнений в том, что если посты обнаружат чужака, то тут же постараются уничтожить. «Славянка» имеет достаточно серьезное вооружение, вот только сомнительно, чтобы ей удалось выстоять в этом бою. Да и не входит в его планы схватка.

Чтобы избежать обнаружения, ему придется использовать генератор маскировки. На «Славянке» имелось подобное оборудование, вот только оно было второго поколения. Для капера, охотящегося на гражданские суда, этого вполне достаточно. Но достанет ли этого для выполнения задачи, которую поставил перед собой Сергей? Лично он в этом сомневался.

Поэтому-то Пошнагов и прибыл на Рухту. Согласно нелегальному прейскуранту, здесь имелось то, что он искал. Откровенно дорого. Но если где и можно было приобрести этот генератор, то только на фронтире. В любом другом месте покупателя подобного оборудования тут же привлекли бы к ответу. Считается, что честному человеку генератор маскировочных полей не нужен.

Кстати, в этой связи он уже не был уверен, сумеет ли его яхта осуществить столь дальний переход. При постоянном использовании генератора маскировки, а по-другому никак не получалось, расход топлива увеличивался чуть ли не вдвое. И это для генератора, уже установленного на «Славянке». У более современных образцов и аппетиты были посолиднее. Настолько, что у Сергея вряд ли получилось бы добраться даже до Земли. Что уж говорить о возвращении…

Никаких сомнений, промежуточные станции установлены неподалеку от газовых облаков. Ведь для транзита кораблей с контрабандой нужно топливо. И газоперерабатывающий мини-комплекс вполне можно прикрыть полем невидимости. Вот только после того, как он будет запущен в работу, а не при установке. Так что вариант с установкой вблизи газовых облаков собственных станций дозаправки отпадал.

Зачем же он тогда здесь вообще появился и не отказался от задуманного? Потому что осуществить это было трудной задачей, но отнюдь не невыполнимой. А «Славянка» как нельзя лучше подходила для разведки. Сравнительно небольшой, скоростной и хорошо вооруженный кораблик – то, что нужно для подобной вылазки.

Дойдя до лифта, Сергей поднялся на самый верхний уровень. Надо заметить, он являлся закрытым и посторонним сюда ходу не было. Несмотря на то что все нелегальные торговые операции были сосредоточены в руках владельца станции, с ними вполне справлялись доверенные лица Варгуна. А вот продажей генератора занимался уже сам хозяин, слишком уж внушительным обещал быть барыш. Собственно, именно поэтому Сергею и было дозволено побывать в святая святых станции.

У лифта его встретили двое мордоворотов. Одного взгляда на них было достаточно, чтобы сразу понять – Пошнагову не светит выстоять даже против одного из них. Причем без разницы, с оружием или без. Лучше даже не пробовать, целее будешь. Вроде и бугаи, но двигаются легко, словно ртутные шарики или все же скорее шары. Но вполне предупредительны, да и опыта явно не занимать. Умудрились проверить Сергея на предмет чего постороннего, даже не доставив каких-либо неудобств, как говорится, естественно и непринужденно.

Сергей даже порадовался, что не взял с собой Клайру и Ралина. Он-то забыл уточнить вопрос по поводу сопровождающих. Просто ни с чем подобным до этого сталкиваться не приходилось. А тут вон как все, по-взрослому. Глядишь, и дальше лифта не пустили бы.

– Итак, вас интересует генератор маскировочных полей четвертого поколения, – тут же перешел к делу хозяин станции, встретив Пошнагова в кабинете, за своим рабочим столом.

Ничего так. Крепкий мужик. Не чета своей охране, но Сергею не уступит точно. По всему видно, что следит за собой. Такое сложение благодаря одной только регенерационной капсуле не получить. Подобное достигается только упорными тренировками и бочками пота.

– Если подобный товар у вас имеется, то да.

Хозяин он станции и обладатель многомиллиардного состояния или нет, Сергею было без разницы. Поэтому, не дожидаясь приглашения, он опустился в кресло напротив Варгуна, окинув его спокойным взглядом равного. Вот если бы здесь с важным видом его встретила Алайя или та же Клайра, когда на нее накатывало, то это непременно произвело бы впечатление и заставило бы Сергея держаться более уважительно.

Словом, порода она и есть порода. Когда же выходец из низов строит из себя князя… Как там говорил Станиславский? Не верю! Вот и на Сергея это не произвело никакого впечатления. Вернее, произвело, но лучше бы это не показывать, потому что тогда придется рассмеяться в лицо. И вообще, он сюда не мериться мужским достоинством пожаловал. Но и тушеваться перед хозяином станции не станет.

– Товар в наличии, – прекрасно поняв позицию Сергея и оставшись этим явно недоволен, ответил Варгун.

– Можно узнать поподробнее?

– Разумеется. Генератор четвертого поколения. Остаточный ресурс – сорок пять процентов. Последнюю калибровку провели, как только поступил ваш заказ.

– Надеюсь, цена не изменилась?

– Как сказать. Сейчас она составляет четыре миллиона.

– Ого! А вы не мелочитесь. Это же стоимость нового агрегата.

– А вас никто не принуждает. Если вы так разбираетесь в вопросе, пойдите и купите новый. Или бывший в употреблении, но по сходной цене. Возможно, вам и удастся найти какого-нибудь интенданта, который решит продать вам данный генератор. У меня же поставщики иные.

Все верно. Поставщики у него не из военных, хотя продукция и делалась специально для армии, с армейской же маркировкой. Вот только если эту самую маркировку сверить, то окажется, что корабль, на котором стоял этот генератор, погиб, а соответственно, не числится в списках флота, как и остальное оборудование. Угу. Товар, предлагаемый Варгуном, был снят мусорщиками с погибшего корабля и продан ему практически за бесценок. Зато теперь реализуется как новенький, словно только что с конвейера.

Послать бы этого наглеца, но не получится. Связываться с интендантами по поводу приобретения генератора маскировки – себе дороже. Они сами сдадут такого покупателя в добрые руки службы безопасности. А все потому, что жажда наживы им глаза не застит. Дослужившиеся до такой должности уже давно поняли, где проходит грань, за которую нельзя заступать ни при каких обстоятельствах. С таким же успехом у интендантов можно пытаться приобрести ракеты с термоядерными мини-боеголовками.

Вот только переплачивать по баснословным расценкам Сергей не собирался. Да, замечания по поводу того, что из него делец – как из свиньи балерина, не лишены основания. Но и лохом он никогда не был. А его сейчас откровенно разводили.

– Господин Варгун, я хочу, чтобы между нами не было никакого недопонимания. Я могу отправиться на станцию Триплак и сделать мусорщикам заказ на искомый генератор. Мне придется потерять время, но все же я получу его, причем обойдется он мне от пятисот до семисот тысяч кредитов. И даже, возможно, с куда более солидным ресурсом. Сделав заказ, я смогу отправиться на Тронку, где реализую свой генератор второго поколения с минимальным расходом ресурса в пять процентов. В результате этих манипуляций я заработаю как минимум пятьсот тысяч. И это без учета того, сколько я сэкономлю, если не стану покупать генератор у вас. Ввиду того что в настоящий момент с заработками у меня не очень, этот вариант не так уж и плох. У него есть только один недостаток – потерянное время. Итак, в прейскуранте речь шла о трех миллионах, и, учитывая специфичность товара, я готов уплатить эту сумму.

– Мне очень жаль, но цена изменилась, – слегка разведя руки, произнес Варгун. – Можете поискать генератор в другом месте.

– Сейчас вам ничуть не жаль, – покачав головой, возразил Сергей. – Но вы пожалеете, если я встану и покину ваш кабинет. Потому что я что-то не заметил у лифта очереди из покупателей. Четвертое поколение. С одной стороны, товар дорогой, с другой – переплачивать огромные деньги за изделие, которому под сотню лет и остаточный ресурс которого недотягивает до половины… Большинству нуждающихся в подобном приобретении хватит даже генератора первого поколения. Вы можете продавать его еще несколько лет.

– Ничего страшного. Места на складе он занимает мало, да и в цене не больно-то потеряет. Так что жалеть я не буду.

– Деньги должны работать, а не лежать мертвым грузом. А что, если нам прийти к обоюдовыгодному решению?

– У вас есть конкретное предложение? – вздернул бровь Варгун.

– Есть. Вы берете мой генератор второго поколения с остаточным ресурсом девяносто пять процентов, посчитав его в один миллион. Я доплачиваю полтора миллиона и получаю другой генератор. Демонтаж, установка и калибровка – за ваш счет. Мой вы с легкостью реализуете за полтора миллиона, а то и за два. Во-первых, товар дешевле и пользуется куда большим спросом. Во-вторых, очень заманчивый ресурс.

– Господин Сергей, вы только что, эдак ненавязчиво, уменьшили стоимость моего генератора на полтора миллиона. Вам не кажется, что это чересчур?

– Отнюдь. Вы приобрели его не дороже семисот тысяч, а скорее даже за пятьсот, с такими-то показателями. Так что выиграете в пять раз. Плюс мой генератор, на котором вы также заработаете изрядно. Поверьте, я прекрасно осознаю, что меня хотят поиметь и поимеют даже при моем раскладе. Но я вынужден поступить именно так из-за отсутствия времени. Однако всему есть предел, и если при экономии времени потери превзойдут возможные выгоды, то я вынужден буду пойти по другому пути.

– Ну что же, в ваших словах и впрямь есть изрядная доля истины. Я принимаю ваши условия.

Не сказать, что Варгун был доволен итогом сделки, но все же это было куда лучше, чем иметь на складе слишком уж дорогой и поэтому неходовой товар. Сергей тоже отдавал себе отчет, что только что потерял весьма солидную сумму. В конце концов, никто за ним не гнался. Он мог выждать некоторое время и в результате не то что не понести убытков, но даже заработать. Вот только его терпелка уже готова была лопнуть. Так что, несмотря на обоюдное недовольство, по большому счету каждый из них выиграл.

На демонтаж старого, установку и калибровку нового генератора ушли целые сутки. Как Сергей ни бил копытом, но скорее управиться не получалось. Мало несовместимости гражданского и военного оборудования, так тут приходилось еще и совмещать, агрегат ирианского производства, с кораблем багрийской постройки. Конечно, не сказать, что это невозможно или является архисложной задачей. Но времени требует изрядно.

– Ну что, мои дорогие, не передумали? – Сергей внимательно посмотрел на членов своей команды.

По большому счету он затеял весьма рискованное предприятие. Если что-то пойдет не так, то на орехи достанется всем. Причем вполне возможно, что в самой радикальной форме. Он не был до конца уверен, что это нужно ему самому, хотя и не собирался отступать, а вот им подобное путешествие и подавно ни к чему. В конце концов, кораблем он сможет управлять и сам. Вот и спросил напоследок, перед тем как отдать команду на отвод переходного рукава и отстыковку.

– Понимаешь, Сергей, я бы очень хотела попасть на твою родину. Кто знает, может, найду себе какого-нибудь русского, под стать тебе. Ты же меня отверг в самой циничной форме, – вздохнув, произнесла Клайра, нарочито скромно потупив взор.

– Что-о-о? Да я к тебе как к дочке, – задохнулся от возмущения Сергей.

– А я что говорю? – пожав плечами, согласилась она. – Самым циничным образом.

– Ах ты вертихвостка! Если так уж хочешь заполучить моего земляка, то поищи на форумах. Глядишь, и присмотришь кого.

– Не. Они все какие-то не такие. Успели потерять свою дикость и первозданность.

– Что ты хочешь этим сказать? Уж не…

– Брось, папочка. Так уж вышло, что я девочка взрослая и даже замужем побывать успела. И вообще, ты не просил информировать тебя обо всех моих романах.

– А ты чего смеешься? – не зная, что и возразить, взъярился Сергей на улыбающегося Ралина.

– Да вот думаю, ты отчаливать будешь или еще какой тест на наше отношение к тебе проведешь? Так ведь бесполезно. Клайра любит тебя и от своего не отступится, во всяком случае пока. Я – твой вассал, и даже если ты отдашь мне приказ, не подчинюсь по той простой причине, что не могу тебя оставить, зная о предстоящей тебе опасности.

– Ребят, это и впрямь опасно. Ралин, у тебя семья. Клайра, у тебя вся жизнь впереди. Стоит ли рисковать ради моего навязчивого желания навестить свою родину.

– Ну мне приходилось рисковать и за меньшее, чем долг вассальной клятвы, – легко возразил Ралин. – И потом, подобный поступок оставит пятно на моих потомках. Так что я в первую очередь думаю о них.

– А для меня ты еще не нашел того, за кем я готова была бы так же безоглядно пойти, как за тобой. Вот когда подберешь себе замену, тогда и поговорим. Отстыковываться сам будешь или мне заняться?

За прошедшее время они оба успели пройти дополнительные курсы по управлению яхтой. Глупо было бы не сделать это. Два пилота всегда лучше, чем один.

Сергей еще раз смерил друзей строгим взглядом, потом одарил благодарной улыбкой и приступил к протоколу отстыковки. Нет, он вполне искренне желал, чтобы они не подвергали себя риску, но точно так же радовался тому, что они решили полететь с ним. Да, он одиночка по жизни, но любой человек, сколь бы замкнут он ни был, всегда будет рад надежному плечу, на которое можно опереться без раздумий и оговорок.

Генератор они включили, отойдя от станции всего лишь на тысячу единиц. И тут же убедились в том, что новое оборудование работает вполне исправно. Едва искин сообщил о том, что генератор вышел в штатный режим работы, как с ними связался старший диспетчерской смены. Пропажа с экранов сканеров целого корабля не могла не всполошить его.

– Диспетчерская, это «Славянка». У нас все в порядке. Испытываем генератор маскировочных полей.

– Вообще-то об этом не мешало бы и предупредить.

– Зато эффект виден сразу.

– Эффект – это хорошо. Я внес вас в реестр нарушителей правил пилотирования в околостанционном пространстве. Так что при следующем посещении не забудьте оплатить штраф в размере ста тысяч кредитов. Иначе ноги вашей не будет здесь. Шутник.

– Будешь платить? – вздернула бровь Клайра, когда Сергей разорвал связь.

– Сомневаюсь, что мне здесь может понадобиться что-то еще. Так что обойдутся без моих денег. Славянка, начинаем разгон по введенным вектору и координатам.

– Принято. Приступаю.

Чем хорош их новый корабль, так это скоростью разгона для перехода в подпространство – всего-то четыре часа. В сравнении с тем, что было, это весьма и весьма ощутимо. Даже если позабыть о способности яхты единовременно преодолевать втрое большее расстояние, чем «Щука», дорога от Клайпа до Алаянки заняла бы вдвое меньше времени.

Разгон завершен. Команда на включение генератора свертывания пространства. Уже привычное легкое головокружение, тошнота. И вот они – в десяти световых годах от системы Лайтаны. Затем – еще пара прыжков с включенным генератором, маскировка работает отлично. Свершилось. Первый шаг к родной планете сделан.

Нет, конечно, он не собирается отправляться к Земле прямо сейчас. Но все, что было до этого, можно назвать только подготовкой. Более того, она продлится еще некоторое время. А вот этот переход можно назвать именно первым шагом на долгой и тернистой дороге.

Точка, куда они вышли, затерялась где-то в межсистемном пространстве в десятке световых лет от Рухты. Причем то, что это межсистемное пространство, было заметно сразу. Сенсоры транслировали на видеопанели лишь непроглядный мрак. А еще – необыкновенно яркие искорки звезд. Очень похоже на бриллианты, разложенные на черном бархате. Вот только света от них нет никакого. Во всяком случае, в пассивном режиме сенсорам ничего рассмотреть не удается.

– Сергей, ты уверен, что мы вышли точно? – с видимым сомнением произнесла Клайра.

– Если верить координатам, то да.

А что еще он мог ответить? Просмотр данных пассивных сенсоров никакого результата не дал. Рассмотреть что-либо в этом мраке визуально нереально. И потом, если искомый пост также имеет генератор маскировочных полей, то обнаружить его можно только с помощью сканера. Но любой активный поиск будет тут же выявлен сенсорами затаившегося поста. Если он, конечно, есть. Потому что, по их предположениям, он должен постоянно сканировать окружающее пространство.

И вдруг картинка на главном мониторе, куда были выведены показатели сенсоров, изменилась. Одновременно с этим послышался лишенный эмоций голос Славянки. Но несмотря на это он пролился на сердце Сергея живительной влагой в засушливое лето.

– Пассивными сенсорами только что обнаружено сканирование окружающего пространства. Источник расположен в направлении двадцать восемь, тридцать, шестьдесят относительно курса корабля. Дистанция – шесть тысяч двести единиц.

– Славянка, мы обнаружены? – нервно сглотнув, поинтересовался Сергей.

– Исключено. Применен сканер третьего поколения. Наш генератор маскировочных полей работает в штатном режиме и без труда обходит сканирующие лучи. Мне просканировать неизвестный источник?

– Нет! – излишне поспешно едва не выкрикнул Сергей. – Славянка, до особого распоряжения ни в коем случае не применяй никаких активных сканеров.

– Принято.

– Ну что, Сергей, думаешь, это то, что мы искали? – поинтересовался Ралин.

– А ты думаешь, кому-то еще есть смысл устанавливать автономный пост в межсистемном пространстве? – вопросом на вопрос ответил Сергей.

– Ну, это могут быть те же рудокопы, – предположила Клайра. – Вдруг тут имеются астероиды с богатыми залежами? Не все же космические тела блуждают по вселенной на огромной скорости. И потом, обладая баржей, вполне возможно погасить его скорость, чтобы потом спокойно разрабатывать руду. Тут, правда, все зависит от размеров, но вполне реально.

– Интересно, а ты сама веришь в то, что говоришь? – искоса взглянув на девушку, поинтересовался Сергей.

– Ну, здоровый скепсис никогда не помешает, – пожав плечами, ответила она.

– Слушай, а меня интересует другое. Отчего этот самый пост включил сканер? Его сенсоры что-то такое все же заметили или это обычная проверка? – с сомнением произнес Ралин.

– Славянка, ложимся в дрейф. Держись от объекта на дистанции шесть тысяч единиц. Приступай к сбору данных. Повторяю, использовать только пассивные сенсоры.

– Выполняю.

– Славянка, предоставь отчет о дальности хода по маршруту двести двадцать два с учетом переоборудования грузового отсека под топливные баки и при постоянно включенном генераторе маскировочных полей.

– Сто световых лет, – после небольшой заминки ответил искин.

– Вот так. Не хватит даже до Земли, – задумчиво и одновременно разочарованно произнес Сергей. – Ну что, господа компаньоны, какие есть мысли?

– Если нет альтернативы данному способу передвижения, остается только приобрести корабль посерьезнее.

– Спасибо, Ралин. Очень информативно.

– Ну я только учусь, – разведя руками и откидываясь на спинку ложемента, заметил вассал.

– А я предлагаю не мелочиться и сразу купить буровую баржу. Если продадим «Славянку», полученных средств вполне хватит и на покупку, и на переоборудование корабля. Еще и останется, – помяв подбородок, произнес Сергей.

– А почему баржу, а не большой буровой корабль? – тут же поинтересовался Ралин. – Он обойдется куда дешевле, и объема отсеков для руды вполне достанет для того, чтобы установить достаточно емкостей под топливо. И потом, баржа значительно дольше разгоняется, а нам придется сделать слишком много промежуточных прыжков. И потеря времени не самый главный аспект. Интересно, на сколько хватит ресурса генератора маскировки при постоянном использовании?

– Значит, говоришь, только учишься? – Сергей не без иронии взглянул на Ралина.

Разумеется, в образовании алаянкца имелся огромный пробел. Вот только вызвано это было отнюдь не его ленью или отсутствием способностей. Все дело в том, что он был выходцем с отсталой планеты, уровень развития которой едва достиг самого начала двадцатого века на Земле. Но даже это вовсе не означало, что он не в состоянии тягаться с инопланетянами. Во-первых, он уже доказал это, умудрившись обойти защиту персональных искинов, абсолютно не разбираясь в электронике. Во-вторых, бывший капитан департамента безопасности Кадийского королевства (родины Ралина), он умел задавать правильные вопросы. Вот как сейчас.

– Славянка, на сколько времени хватит остаточного ресурса генератора маскировочных полей в непрерывном режиме работы? – озадачил Сергей бортовой искин.

– Двести суток, плюс-минус двадцать дней.

– Почему такой разброс по времени?

– Чем меньше остаточный ресурс генератора, тем больше возрастает вероятность выхода из строя.

– Итак, сто восемьдесят суток – это тот срок, когда генератор будет работать безотказно. Я правильно понимаю?

– Именно так.

– Хорошо. Идем дальше. Сколько займет переход по маршруту двести двадцать два на барже?

– Некорректный вопрос. Какая именно баржа имеется в виду?

– Возьми самый оптимальный вариант.

– Баржа класса «раквия», двадцать семь суток.

– Туда и обратно составит пятьдесят два дня. Три поездки смело, – с победным видом сообщила Клайра. – Или тебе нужно больше?

– Больше не нужно. Но давай прикинем стоимость такого корабля, – вызывая на монитор доступные данные, задумчиво произнес Сергей. – Итак, баржа класса «раквия», отсек для руды – двенадцать тысяч кубов, можно сказать, на уровне большого бурового корабля. Грузовой отсек – пятьсот кубов, как и на нашей яхте. Максимальная дальность прыжка – десять световых лет. Ну нам в принципе больше и не нужно. Стандартный запас хода – пятьдесят световых лет. Это в общем-то не важно. Стоимость – двадцать пять миллионов. А вот это уже грабеж, – искренне удивился Сергей.

– Ты же собирался вообще две баржи приобрести, – с долей ехидства произнесла Клайра.

– Собирался, – не стал возражать Сергей. – Но речь шла о простом межсистемнике, способном делать по одному прыжку на расстояние до пяти световых лет. Нам же нужен тот, который может прыгнуть минимум на десять. Именно такие прыжки и предпринимают контрабандисты, отскочив от Океании на пять световых лет. Нужно напоминать о том, что стоимость генератора свертывания пространства и двигателей составляет львиную долю цены межсистемного корабля? Нет? Тогда будем считать, что ты неудачно пошутила.

– Пошутила – и ладно. Но что ты думаешь делать?

– Итак, если демонтировать с нашей «Славянки» все лишнее оборудование и вооружение, она вполне потянет на двадцать миллионов.

– Это если бы новая. А твоя яхта имеет несколько потрепанный вид, – тут же возразила Клайра.

– Не все можно измерить остаточным ресурсом, амортизацией и кредитами вообще, – возразил Ралин, окидывая взором ходовую рубку, где они, собственно говоря, и находились в данный момент.

– Что ты хочешь этим сказать? – склонив голову к правому плечику, совсем по-детски поинтересовалась Клайра.

– То есть приобретенный всего лишь сутки назад опыт у тебя не задержался в голове?

– Ра-али-ин.

– Все, все, боюсь, боюсь, боюсь. Клайра, нам всучили втридорога генератор, который находится едва ли не на последнем издыхании. Ну какой здравомыслящий человек станет платить за него такие деньги?

– Тот, кому время дороже, – явно задетый за живое, вместо девушки ответил Сергей.

– Правильно, – легко согласился Ралин, словно и не замечая недовольства Сергея. – А «Славянка» – яхта с историей. Достаточно вернуть ей прежнее название, выставить на продажу в Сети, не забыв указать обстоятельства ее приобретения, и я уверен, что дело еще и до торгов дойдет. Если есть те, кто готов охотиться на далекой планете, рискуя при этом своей жизнью, те, кто готов платить бешеные деньги за несуразную мазню, гордо именуемую произведением искусства, то обязательно найдутся охотники и до такого трофея. Причем не в единственном экземпляре.

– То есть не просто продать, а устроить аукцион? А что, очень даже может быть. В этом случае мне такой кораблик будет по карману, причем новенький. А оставшихся средств с лихвой хватит на апгрейд.

– По мне так средств только с продажи яхты будет достаточно на новенькую баржу. Может, в науках я и слаб, но в человеческих пороках все же кое-что понимаю. Опять же, вы ведь оба собирались стать вольными рудокопами. И в этом случае у вас для этого будет достаточно серьезный корабль.

– Ну да, пока мне ничего более дельного на ум не пришло, – согласился Сергей.

– Тем более.

– Неизвестный объект вновь подверг нас сканированию. Уровень тот же, третий, результат сканирования все так же нулевой, – вдруг послышался голос бортового искина.

Все трое переглянулись, явно соглашаясь с напрашивающимся выводом. С момента их появления в системе прошел час. Если бы их обнаружили, то уже попытались бы уничтожить. Но коль скоро этого не произошло, то здесь срабатывал самый обычный протокол безопасности. Сканер автоматически запускался каждый час, прощупывая окружающее пространство. Что и подтвердили последующие несколько часов наблюдения за стационарным постом.

– Славянка, обратный курс.

– Как быть с генератором маскировочных полей после выхода в системе Фиджи?

– Продолжать сохранять маскировку. Отключишь во время очередного прыжка.

– Выполняю!

В планы Пошнагова не входило лишний раз светиться в системе, все же именно от Фиджи начиналась тропа, и только после этой системы контрабандисты сбрасывали маскировку. Мало ли какая случайность может столкнуть их (а значит, корпорацию Арика) и Сергея. Уж во что, во что, а в случайности, которыми так богата жизнь, он теперь верил безоговорочно. Только как можно реже старался думать о собственной удачливости, чтобы, не дай бог, не накликать беду.

За время разгона сенсоры еще четырежды фиксировали сканирование пространства стационарным постом. Кстати, на основании собранных данных удалось установить, что пост так же использует маскировку. Сергей предположил, что генератор там, как и сканер, третьего поколения. Не проведя сканирования, получить более точный ответ невозможно. Но он, по сути, Сергею и не был нужен, поэтому они предпочли обойтись без ненужных рисков.

В прыжок Пошнагов уходил не без сожаления. Рассудок говорил о том, что к данному путешествию нужно основательно подготовиться, а вот сердце рвалось вперед, к родной планете. Когда он задумал это путешествие, то даже не предполагал, со сколькими трудностями ему придется столкнуться. Но он обязательно сюда вернется и тогда уже не отступится, а пойдет дальше, до самого конца.

Глава 2. Неожиданное предложение.

– Не понимаю я, господин Сергей, к чему издеваться над новеньким кораблем. Неужели вы думаете, что разбираетесь лучше, чем сотня инженеров, проектировавших этого красавца?

– Да и я не пойму, господин Типпан, вам нужен заработок или нет? Или вы не инженер?

– Отчего же, я инженер. И все верно, моя верфь потеряет довольно выгодный заказ. Но ведь репутация тоже чего-то да стоит. Вы же сами ко мне пришли, потому что слышали о нас. Я просто не могу не предостеречь своих клиентов от ненужных трат. Поймите, подобные корабли строятся не просто так, а с учетом серьезного опыта, в данном случае сотен вольных рудокопов. Поверьте, запас хода у вашего «Кашалота» достаточен для того, чтобы забраться подальше от границ фронтира.

– Господин Типпан, мне нужна серьезная автономность. Так что каким бы для вас это ни было кощунством, я хочу, чтобы вы установили эти дополнительные танки.

– Не понимаю. Вы что же, в межгалактическую экспедицию собрались, что ли? – Недоумевающе пожимая плечами, произнес владелец небольшой верфи, специализирующейся на апгрейде судов.

– Повторяю, мне нужна автономность, – упрямо гнул свое Сергей, всем своим видом демонстрируя уверенность в своих действиях.

– Ладно. Мое дело предупредить. Так, что там дальше по списку. Ого! Если бы это была не баржа, то я решил бы, что вы переоборудуете корабль под что-то очень серьезное. Вы уверены в том, что вам нужен отсек на пять средних боевых дронов? Это не отсеки для руды и даже не топливные баки. В этом отсеке, как и в грузовом, должна быть гравитация. А еще он должен быть подключен к системе жизнеобеспечения.

– Я в курсе, что дроны нуждаются в обслуживании и без человека здесь не обойтись. Но все же вынужден настаивать на этом пункте.

– Вы что, воевать собрались?

– Я собрался в неосвоенный космос, господин Типпан.

– Надеюсь, в пределах разумного?

– Поверьте, в мои планы не входит картографирование неизведанных уголков галактики. Мне вполне хватит и уже более-менее изученных областей. Но ведь там можно встретить кого угодно.

– Угу. Хотел бы я посмотреть на пирата, способного противостоять пяти боевым дронам.

– Именно такого совсем недавно я и захватил.

– Бросьте. Тот багриец – исключение из правил даже среди каперов, про пиратов же я лучше скромно умолчу.

– Бывали на фронтире?

– Пробавлялся мусорщиком, потом завел ремонтный док. Всего лишь пятьдесят лет упорного труда, и вот я – владелец скромной верфи.

– С солидной репутацией, – вместо Типпана закончил Сергей.

– Будет что оставить детям, – с видом человека, добившегося успеха, не без гордости согласился инженер. – Их у меня двое, пока еще малютки, но всему свое время, подрастут и станут помощниками. Ладно, мы что-то отвлеклись. Итак, что у нас дальше? Док для планетарного катера типа «фарук». Боги, а планетарный-то катер вам зачем? Нет, ну я еще понял бы, если бы это был межсистемный. Дополнительное средство спасения никак не помешает. Хотя при пяти боевых дронах, по-моему, это излишество. Но планетарный, да еще и с грузовым отсеком в шестнадцать кубов… Вы что, собрались изучать поверхность планет?

– Катер прибудет буквально через сутки после того, как мы с вами договоримся, – не обращая внимания на удивление инженера, уточнил Сергей.

– Угу. Так, ну и что тут еще? – покачав головой, Типпан вновь уткнулся в список. – Ага, замена стандартного астрогеологического сканера. Более мощные буровые лазеры и установки силовых лучей. Обогатительный комплекс типа «рухтон». Ну, тут все понятно. Ого, пассивные сенсоры кругового обзора четвертого поколения?!

– У меня появилась некая фобия относительно всякого рода пиратов, забавляющихся генераторами маскировки.

– Ну так возьмите сканеры кругового обзора. Они выйдут куда дешевле.

– Верно. Только воздействие самого современного сканера тут же будет обнаружено, в то время как пассивное наблюдение никак себя не выдаст. Согласитесь, знание о приближении противника, когда он убежден в том, что невидим, является лишней гирькой на твоих весах.

– А уж если сам обладаешь генератором маскировочных полей, которые можно раздобыть на фронтире…

– Вы это о чем? Я законопослушный гражданин Ирианской империи. Даже захватив багрийского капера, я тут же избавился от незаконного оборудования.

– Да не заводитесь вы. В конце концов, это ваше дело. Хотите выбросить на ветер уйму денег, никто вам в этом мешать не собирается. Итак, за исключением планетарного катера, все остальное оборудование я закупаю сам. Я правильно понимаю?

– Все верно. Думаю, что в этом случае и вы, и я внакладе не останемся.

– Правильно думаете, так выйдет несколько дешевле. Кстати, и с катером тоже.

– Катер я приобрел по случаю и за бесценок у сил орбитальной безопасности. Конфисковали у кого-то.

– Я вас понял. Что с боевыми дронами?

– Полностью доверюсь вам.

– На той же станции Триплак они обошлись бы дешевле.

– Угу. С остаточным ресурсом. Нет уж, я предпочту новые. Их ремонтировать не нужно. А то у меня на борту ни механиков, ни тем более инженеров нет.

– Какие именно нужны дроны?

– Думаю, четвертого поколения.

– А вы не мелочитесь. Вот только никто не сможет поставить их вам дешевле пятисот тысяч.

– Но уложиться в пятьсот – это возможно?

– Сейчас. – Типпан сделал запрос со своего персонального искина. – Есть пять дронов, которые обойдутся вам по пятьсот тысяч. Вы уж простите, но и о своей прибыли я не забыл.

– Разумеется, как же иначе. Делайте заказ. Кстати, добавьте еще четыре ремонтных дроида. Эти на ваше усмотрение, с учетом действия в условиях полной автономии.

– Хорошо, – как видно, последнее было единственным, что инженер по-настоящему одобрял. – Итак, навскидку все ваши чудачества потянут на четырнадцать миллионов кредитов. Более детальную смету составлю только к вечеру.

– Угу. Ну где-то так я и предполагал. Готовьте смету и присылайте мне, я все завизирую.

– Слушай, парень, это, конечно, не мое дело, но вложить минимум четырнадцать миллионов в добывающую баржу, которая сама по себе обошлась тебе в двадцать пять…

Ничуть не обидевшись на последнее замечание инженера, Сергей посмотрел на него ироничным взглядом и подмигнул. Понять этого мужчину несложно. Разумеется, пираты на фронтире – вовсе не редкость, как и их нападения на вольных рудокопов. Но в этой игре все придерживались определенных правил. Как только рудокопы осознавали, что пират сильнее, то сразу пытались сбежать, и если это у них не получалось, расставались с грузом. И появление вот такого рудокопа, буквально помешанного на вооружении своей баржи, не могло не удивить.

– Я собираюсь заработать куда больше, но это возможно только в случае, если я не лишусь такого замечательного корабля и если не буду всякий раз подбрасывать на бедность всяким проходимцам.

– Но ваш отсек для руды уменьшится с двенадцати до десяти тысяч, – стушевавшись и вновь переходя на «вы», возразил Типпан.

И не сказать что он был не прав. Разница в объеме две тысячи кубов – это очень существенно. Причем не только в перевозимом грузе, но и в стоимости такого корабля. Потому что с возрастанием объемов меняются и конструктивные особенности кораблей. Решения, вполне удовлетворяющие суда с отсеком десять тысяч, никак не подойдут для имеющих куда большую грузоподъемность.

И потом, две тысячи кубов даже дешевого концентрата будет стоить не меньше пятидесяти тысяч. Именно концентрата, а иначе зачем устанавливать вполне современный обогатительный комплекс. А отправляться на дикую территорию, чтобы добывать дешевую руду, – глупее не придумаешь. Так что потери должны быть внушительными.

– Ну что же, тогда мне придется найти руду подороже, – посмотрев на инженера внимательным взглядом, объяснил Сергей.

Все верно. Его забота – подготовить корабль согласно заявке клиента. И коль скоро тот не просит ни о чем противозаконном, соблюдать коммерческую тайну. Иными словами, молча сделать свое дело, не задавая лишних вопросов и не распространяясь на этот счет. Вот если бы речь шла о чем-то противозаконном… А так… Да, странно. Но ведь инженер не служит в имперской службе безопасности, чтобы анализировать все странности судовладельцев.

– Простите, господин Сергей. Я все понял. Просто это несколько удивительно, вот я и…

– Но, надеюсь, ваше удивление не скажется на качестве проведенных работ?

– Разумеется, нет.

– Вот и прекрасно. До встречи. К вечеру жду смету и договор.

Простившись с Типпаном, Сергей сразу же направился в сектор орбитального лифта. На этой станции ему больше делать нечего. Он вообще всегда старался иметь дело только с космопортом. Но с тех пор как в его распоряжении появилась «Славянка», пришлось арендовать один из причалов орбитальной станции. Правда, услугами лифта он все равно не пользовался.

На яхте имелся превосходный катер, который без труда доставлял экипаж «Славянки» на планету. Так что никаких особенных изменений не произошло. Разве только добавилась дополнительная точка, где они были вынуждены делать остановку. Теперь же, после продажи яхты, ему волей-неволей приходилось пользоваться орбитальным лифтом. Движение между орбитой и планетой на Клайпе было строго регламентировано, а потому нет и челноков.

«Славянка», а точнее все же «Невольница» (яхте вернули прежнее имя), произвела фурор во время торгов. Последовав совету, Сергей разместил в глобальной Сети объявление о том, что торги начнутся через десять дней. Конечно, он не сомневался в том, что охотников до подобных трофеев найдется предостаточно, но чтобы в столь короткий срок…

Однако Ралин, похоже, и впрямь прекрасно разбирался в человеческой натуре, а особенно в ее слабостях и пороках. На торги сбежалось три десятка охотников. И баталия между ними развернулась нешуточная. В результате яхта ушла с молотка за двадцать шесть миллионов. И это при том, что все лишнее оборудование и вооружение Сергей попросту демонтировал, складировав на станции Фиджа.

Отсюда он, собственно говоря, и собирался отправляться в свое путешествие. Как намеревался, базируясь здесь же, обследовать близлежащие системы. Лежащая за Фиджей территория неосвоенного пространства была неплохо картографирована. Сергей вовсе не думал становиться первопроходцем. С него хватит и роли вольного рудокопа, добывающего редкие руды.

Корабль класса «раквия» по форме походил на ограненный драгоценный камень. От самого корабля отходила весьма мощная ферма, где висели два ряда прямоугольных тысячекубовых контейнеров, по шесть в каждом ряду. Весьма отдаленно конструкция чем-то напоминала вилочный погрузчик с рядом нанизанных контейнеров.

Вообще, если судить по отзывам, данный корабль полностью оправдывал ожидания рудокопов. Иное дело, что это не катер и не маломерное судно, которые можно приобрести без особого труда. Этот корабль нужно было заказывать на верфи или же покупать уже бывший в употреблении.

Но, как оказалось, существовал и третий вариант. Это когда покупатель не явился за своим судном. При строительстве судна оплата производится в три этапа. Дважды с заказчика бралась предоплата – при приеме заказа и по достижении пятидесятипроцентной готовности судна. А окончательный расчет производился после приемки судна заказчиком.

Вот только так случилось, что после уплаты второго взноса заказчик вдруг бесследно исчез. Просто не явился к указанному сроку – и все. Баржа ровно год простояла у причала верфи, дожидаясь своего владельца, но безрезультатно. И еще в течение полугода судно, выставленное на продажу, не находило своего покупателя. Пока не появился Сергей. Разумеется, никто не стал делать ему скидок, и им была выплачена полная стоимость. Но зато он сэкономил минимум полгода, именно столько длилась постройка судна.

Лифт доставил его на планету, после чего он пересел в пассажирский флаер до Талантая. Волей-неволей ему вместе с сотней пассажиров пришлось провести в полете еще два часа. Ну очень неудобно.

Впрочем, ничего не поделаешь. Несмотря на то что Сергей уже фактически купил катер, предстояло выждать еще двое суток, пока не истечет срок подачи апелляции. Нет, решение не изменится, уж больно явным было нарушение, влекущее за собой опасность для окружающих. Иначе безопасники и не подумали бы принимать за него плату. Но порядок есть порядок.

Еще в пути попытался связаться с Ириной. Бесполезно. По Сети пришло уже привычное уведомление, оставленное Роговцевой, о том, что она находится в отъезде. Сообщение Сергей воспринял нормально. Будь ее аккаунт заблокирован, ему так об этом и сообщили бы. А это… Ирина наверняка убыла на последнюю свою стажировку, так что ничего удивительного в ее отсутствии нет.

Подумав о подруге, Сергей отчего-то вспомнил Океанию, на что тут же среагировали вкусовые рецепторы и желудок. Первые напомнили о вкусе акулятины, второй требовательно заурчал, требуя не то чтобы именно это лакомство, но хоть что-нибудь. Сергей решил не ограничиваться абы чем и по прибытии в Талантай тут же направился в торговый центр «Айдун», где они в прошлый раз встречались с Ириной и куда он время от времени захаживал побаловать себя.

– Не верю своим глазам! Мой доблестный акванавт! Здравствуй, тигренок. Ты меня не забыл?

Удивленное восклицание сменилось восхищением и наконец перешло в эдакое мурлыканье кошки, только что навернувшей крынку сметаны. Причем сметана наверняка была качественной, домашней. Все присутствовавшие в ресторанчике невольно обернулись, не в силах проигнорировать столь вызывающее поведение.

А вот Сергей при этих словах тут же поперхнулся, едва не закашлявшись. Да еще эдак воровато осмотрелся вокруг. Мало ли кто что подумает. Оно бы и наплевать, в конце концов, он и раньше не больно-то обращал внимание на мнение окружающих по поводу своей персоны. Здесь же его знакомых и вовсе можно было перечесть по пальцам одной руки. Но вот то, как к нему подошла Алайя, всем своим видом показывая недвусмысленные притязания на него лично, ему совсем не понравилось.

И потом. Он конечно же был одет не в рубище. Вполне приличное одеяние для пилота, чистое и опрятное. Вот только оно никак не походило на выходной костюм. И рядом с Алайей, в которой без труда угадывалась светская львица, он мог выглядеть только в роли диковинной добычи.

– Здравствуйте, госпожа Алайя. Признаться, тоже рад нашей встрече, хотя и не готов выказывать эту самую радость в столь бурной форме, – довольно быстро справившись с собой, произнес Сергей.

– Отчего же? По-моему, нам когда-то было очень даже хорошо, – присаживаясь напротив, уже не так громко произнесла она.

– Когда вы не показывали свою стервозную сущность, несомненно. Хотя вынужден вам заметить: образ светской львицы вам подходит ничуть не хуже.

– Ты находишь?

– Поверьте, сидит на вас как влитой.

– Но он тебе не нравится?

– Кто я такой, чтобы говорить вам, как вы должны себя вести. Там, на Океании, вы были моим непосредственным начальником. Здесь вы – леди из высшего света, а я – птица не вашего полета.

– А если я пообещаю исправиться? Ты не будешь больше на меня дуться, как рассерженный котенок?

Н-да-а. По части метаморфоз она всегда была мастерицей. Только что перед ним была самая настоящая похотливая стерва, и вот уже ее сменила самая обычная невинная простушка. И это несмотря на вызывающий, прямо-таки кричащий наряд. Клайра тоже умеет перевоплощаться, но до Алайи ей все же очень далеко.

– Кхм. Вообще-то… Госпожа Алайя, вы опять манипулируете мною?

– Самую малость, – и жестом она показала, сколь незначительны эти манипуляции.

Вот что за женщина! Невозможно оставаться по отношению к ней равнодушным. Ее можно ненавидеть, ею можно любоваться, из-за нее можно сойти с ума, но проигнорировать при всем желании не получится. А главное, она по-настоящему нравилась Сергею. Нет, он не был в нее влюблен, она ему именно нравилась, хотя между ними и не было ничего общего.

– Какими судьбами здесь? – решил поинтересоваться Сергей, чтобы поддержать разговор.

– Да так. Кое-какие дела в вашей столице.

– Далековато от столицы, – недоверчиво заметил Сергей.

– Согласна. Но я случайно узнала, что именно здесь, в этом ресторанчике подают акулятину с Океании. Так захотелось, что я поняла: если буду противиться своим желаниям, совершу преступление перед собой. В остальном все просто. Самый обычный перелет, и вот я здесь.

– Ясно. Выходит, самая банальная ностальгия. Тогда, если позволите, я вас угощу.

– Сережа? Ты серьезно? То есть ты сейчас сам приготовишь мне акулятину?

– Кхм. Госпожа Алайя, вообще-то здесь не моя «Щука» и к плите меня никто не подпустит. Я имел в виду, что сделаю вам заказ.

– Но если бы…

– Несомненно.

– Тогда бросай все это. Сейчас я решу вопрос со свежим мясом, и мы отправляемся на орбиту. Вдохновленная нашим подводным вояжем и твоими кулинарными талантами, я устроила на борту моей яхты самую настоящую кухню. И даже готовлю. Кстати, мой пилот утверждает, что у меня прекрасно получается. Льстит, наверное, подлец, но мне приятно. Все, собирайся. Или… Может, я не вовремя?

– Нет, нет, все нормально, – тут же возразил Сергей. – Просто сомнительно, что вам удастся получить мясо на вынос.

– Доверься мне и моему дару убеждения.

– Тогда я полностью в вашем распоряжении.

А какого, собственно говоря, лешего. Он никому никаких обетов не давал. Нет, он конечно же собирается на Землю к жене, но это не значит, что он должен превратиться в монаха. И потом, эти отношения не чем иным, как интрижкой, не могут быть по определению, хотя бы из-за разницы в социальном положении…

– Боже, Сергей, ты ничуть не изменился. Все такой же пылкий, неутомимый, в меру грубый и неотесанный, – примостив свою головку на бурно вздымающейся влажной груди Пошнагова, выдохнула Алайя.

Н-да. С ностальгией у них сегодня полный порядок. Сергей не без удовольствия встал к плите. Вроде никогда и не замечал за собой, чтобы готовил в охотку, а тут на тебе. Кто-то может сказать, что это из-за возможного приза. Но подобное мнение было бы ошибочным. Просто он вообще не думал о том, что последует за обедом, хотя и поддерживал с Алайей активный разговор.

– Ох, Алайя, смотри, перехвалишь, и я возгоржусь. – Ну да, глупо было бы продолжать общаться на «вы» в постели.

– Можешь задирать нос. Это заслуженно.

– Так-таки и заслужил?

– Ну-у-у. Еще пару раз, потом добавки, и можно будет сказать определенно.

– Знаешь, а я согласен. Как говорил Пятачок, до пятницы я совершенно свободен.

– Подозреваю, это что-то из земного фольклора.

– Ну не совсем фольклора. Скорее, из детской сказки. Но да, у меня на родине эти слова знакомы практически каждому.

– Кстати, о Земле. Ты случайно ни у кого из своих знакомых больше не встречал тот порошок, что передал мне? Ну, наркотик.

– Я помню, что за порошок передавал тебе. Только в толк не возьму, к чему ты это вспомнила?

– Понимаешь, я подумала, что еще один эксперимент с употреблением очередного наркотика, да еще и с тем, которого слишком мало, будет неинтересен. Поэтому решила дать волю другой своей натуре, химику, и разложила его на составляющие. Скажи, а этот порошок никогда не применялся в качестве стимулятора? Ну, может, в ранние века.

– Понятия не имею. Хотя вроде как что-то такое использовалось в сладком газированном напитке, он, кстати, так и назывался – кока-кола, потому что в него как-то добавлялись листья коки. И этот кокаин делается из них же. Но теперь вроде как технологию изменили. Словом, я доподлинно ничего не знаю. А что такое?

– Понимаешь, при исследовании этого порошка мне показалось, что у него есть некий потенциал. Ничего конкретного. Для проведения полноценных исследований материала оказалось слишком мало. Я попыталась его синтезировать, но ничего не вышло.

Н-да. По прошлому знакомству с Алайей Сергей уже знал, что коль скоро она высказывает какие-то предположения, то тут нет дыма без огня. Когда они отправлялись в свою подводную одиссею, она так вот обтекаемо рассказывала о перспективах их экспедиции. А результат превзошел все ожидания, так как привел к прорыву в регенерации на медикаментозном уровне. Программное обеспечение пришлось подтягивать уже потом. Это сейчас называется шестым уровнем, на сегодняшний день – самая прогрессивная процедура. И стоит она, насколько слышал Сергей, около пятидесяти миллионов.

– А в чем проблема? Обратись к руководству корпорации, пусть доставят тебе столько, сколько нужно, да еще и с различных мест. На Земле этого дерьма хватает.

– Не выйдет. Я ушла из корпорации, причем с шумом. Не люблю, когда принижают мои достоинства и достижения. Под водной толщей были двое, ты и я, и основная работа была проведена там. Дальнейшие лабораторные исследования нужны были только для того, чтобы подтвердить мои первоначальные выводы. Но когда дело дошло до лавров, то оказалось, что это достижение группы ученых, а не мое. Понимаешь?

– Признаться, не очень. В смысле зачем им это было нужно? Они и так и эдак в дамках, твоя находка принесла им огромные барыши. Отчего не признать, что именно ты сделала это открытие?

– Оттого, что корпорация всегда думает только о своей выгоде. В случае признания, что это мое открытие, мне полагалась доля от прибыли. Это стандартная процедура. А в случае коллективного успеха каждый участник может рассчитывать лишь на единовременную премию. Весьма солидную, но все же в этом случае траты корпорации значительно меньше.

– Но тебя заботят не деньги, а признание. Так?

– Даже обладая всеми деньгами вселенной, невозможно забрать их с собой. А как бы ни был долог наш век, он все же заканчивается. Что после меня останется, если не имя, которое я смогу вписать в историю развития регенерации? И у меня был такой шанс. Ты меня не одобряешь?

– Брось. Кто я такой, чтобы одобрять или не одобрять тебя. Мы – люди разных миров, как в прямом, так и в переносном смысле. Мы просто разные. Ты хочешь вписать свое имя в историю и по-своему права. У меня подобной возможности нет, потому что я простой мужик без особых талантов. Поэтому я могу оставить свой след только в своих потомках.

– Угу. Песня знакомая. Вот только что-то ты не торопишься с этим.

– Во-первых, на Земле у меня есть сын и дочь. Во-вторых, здесь у меня еще все впереди. Так уж случилось, что у меня пока не очень получается определиться с родом деятельности…

– А вернее, со спутницей жизни, – с улыбкой возразила Алайя, потешно уложив подбородок на скрещенные кисти, покоящиеся на его груди.

– Все-то ты знаешь.

– А я умная.

– Кто бы спорил, только не я.

– Вот и не спорь.

– Не буду.

– Так как насчет знакомых землян и моей просьбы?

– Да в общем-то никак. Ты же знаешь, насколько я общителен. И потом, тот случай – исключение. Ну кто станет хранить наркотики да еще и тащить их с собой сюда? По-моему, тут ситуация такова, что тебе волей-неволей придется обращаться в корпорацию.

– Зачем? Чтобы у меня опять украли открытие? Ни за что.

– Ну тогда поищи подобное растение на других планетах.

– Искала. Проверила сотни наркотиков схожего типа. Ничего. Понимаешь, тут ведь важно все – особенности излучения светила, климат, почва да много еще чего. Даже может статься и так, что искомый продукт произрастает только на одном-единственном склоне какого-то холма.

– Ясно. Значит, свои амбиции ставишь выше нужд человечества?

– Ты так сильно об этом сожалеешь?

– Знаешь, по-моему, люди и без того получили возможность изрядно продлить свою жизнь. Просто у меня не выходит из головы тот наш разговор. Земля находится слишком далеко, и ее соседство с Океанией вовсе не гарантирует, что она останется в безопасности, если ее местоположение станет известно тем же багрийцам. А вот если корпорация Арика или Ирианская империя вообще найдет на Земле какой-то уникальный ресурс, то это побудит их обеспечить моей планете защиту.

– Хочешь надавить на мою совесть и взвалить на мои хрупкие плечи ответственность за миллиарды жизней?

– Для начала пытаюсь понять, чего ты от меня, собственно, хочешь. И почему вообще рассказываешь мне об этом? Я ведь могу сам отправиться в корпорацию и заявить, что посредством земного наркотика кокаина можно получить прорыв в регенерации.

– Вперед, – безразлично пожав плечами и одарив его легкой улыбкой, подбодрила Алайя. – Только не забудь, что я не только красивая женщина, но и один из ведущих химиков империи. Этот самый земной кокаин – всего лишь ключ, но никак не средство. Сам по себе наркотик – он и есть наркотик. Но если он вступит во взаимодействие с иными веществами, в том числе и с извлекаемыми из ресурсов Океании, то можно получить нечто уникальное. Хочешь узнать, сколько миллионов вариаций можно составить из такого количества ингредиентов?

– Даже так?

– Очень много научных открытий совершилось благодаря банальным случайностям, и это – одна из них. Да и то с негарантированным результатом.

– Но с высокой вероятностью.

– С этим спорить не буду. Вот только все это есть лишь в моей голове.

– Если так, то Арика пойдет на любые твои условия.

– Я в этом уверена. Но правда заключается в том, что я ни за что не стану работать с Арикой.

– Ладно, пусть это будет не Арика, а империя. Или у тебя претензии и к ней?

– Нет. Но я хочу заполучить эксклюзив. Провернуть все таким образом, чтобы ни у кого не возникло даже мысли отодвинуть меня в сторону.

– И как ты планируешь этого достичь? Сделать ставку на бывших наркоманов из числа выходцев с Земли?

– Сергей, а если бы я финансировала экспедицию к Земле, ты взялся бы за это дело?

– А при чем тут я? – тут же напрягся Сергей.

– На обратном пути после нашей экспедиции я работала на виртуале и случайно обнаружила странный файл, который просмотрела, скопировала, а потом удалила. Очень интересный файл.

– Этого не может быть.

– Может.

– Я ничего не копировал, работал прямо с носителя.

– Это произошло автоматически благодаря внесенным мною настройкам, мне так удобнее. Я не люблю всякого рода всплывающие окна, поэтому свожу индикатор копирования файлов в дальний угол, уменьшая до возможного минимума. Ты его просто не заметил.

– И почему ты меня не сдала?

– Я никогда не служила в СБ и не собираюсь отбирать у них хлеб. И потом, при твоей прямо-таки фантастической удаче лучше быть на твоей стороне, чем пытаться встать у тебя на пути и уж тем более навредить тебе. И багрийский пират – яркий тому пример.

– А как же быть с тем же Ганидом, который раз за разом ставит мне палки в колеса?

– И каждый раз невольно подбрасывает тебя на новый уровень.

– Хорошо. Допустим. Но если у тебя есть эти сведения, для чего тебе нужен я?

– Во-первых, потому что ты надежен. Во-вторых, ты землянин и сможешь избежать множества ошибок. А главное, тебе будет проще остаться незамеченным.

– Значит, в столице по делам, а в Талантай – под влиянием ностальгического желания поесть акулятины?

– Вот напрасно ты так плохо обо мне думаешь. Просто я решила за один заход поразить сразу три цели. Поесть акулятины, ее и впрямь не так часто встретишь в империи, обговорить условия экспедиции и… Знаешь, напрасно ты думаешь о том, что мы с тобой столь уж разные. Именно твои рассуждения раз за разом заставляли меня возвращаться к одной мысли. Словом, я решила, что мне будет мало вписать свое имя в историю Ирианской империи. Мне нужны еще и потомки.

– С чем я тебя и поздравляю.

– Спасибо. Тем более начало уже положено.

– То есть?

– То есть третья моя цель – забеременеть, и сегодня – наиболее благоприятный для этого день.

– Послушай…

– Лучше помолчи, а то сейчас скажешь что-то глупое, а я – дама обидчивая. Позволь мне самой решать, от кого мне хочется иметь детей. В конце концов, я слишком долго шла к этому решению, чтобы сейчас довериться слепому случаю. Тем более тебя это ни к чему не обязывает, – ласково поглаживая его грудь, промурлыкала она. – Ну же, расслабься. Ведь ты же знаешь, что не устоишь.

Угу. Это факт. Даже несмотря на то что сейчас на него свалилось уж очень много всего, он вынужден был признать, что она полностью права. Да и опасаться вроде нечего. У нее было больше двух лет, чтобы сдать его, но она этого не сделала. Так надежна ли она? Еще как надежна. Обоснованны ли всплывшие страхи? Скорее нет, чем да. Заинтересована ли она в сохранении тайны и в дальнейшем? Точно да. Нет, тут дело не в перспективе сверхдоходов, а в возможности утереть нос обидевшей ее корпорации. Но если дела обстоят именно таким образом, то какого черта…

– Фу-у-ух. Ты меня совсем вымотал, – с блаженством откидываясь на смятую подушку, выдохнула Алайя, сплошь покрытая бисеринками пота.

– Я-а?

Возмущению Сергея не было предела. Впрочем, сказать что-то другое в настоящий момент ему было попросту затруднительно. Нет, регенерация – это конечно же хорошо, но нужно срочно искать причину и отчаливать на планету, и чем раньше, тем лучше. И уверенность в необходимости этого в нем росла с каждой лишней минутой, проведенной в ее компании.

– Ну не я же, – грациозно потягиваясь, как кошечка, промурлыкала она. – Сам посуди, как старушка может загонять молодого жеребца?

– Старуха? Эй-эй, молодая леди, поаккуратнее на поворотах. Ты меня еще жигало назови.

– Чтобы ты разозлился и развеял мои чары? Вот уж не дождешься.

– Боюсь, тут уж никакие чары не помогут.

– Ты подумал над моим предложением?

– Насчет экспедиции на Землю?

– Ну не о ребенке же. Тут у тебя выбора нет, – ответила она, одарив его самой шаловливой улыбкой.

– А если откажусь?

– Мне придется поискать кого-то другого. А это – впустую потраченное время. Ты будешь смеяться, но мне вовсе не все равно, если твоя родная планета превратится в инкубатор рабов. Поэтому и человека придется подбирать с особым тщанием.

– А еще есть интересы корпорации и империи, которые могут отстаиваться самым радикальным способом.

– И это тоже. Именно поэтому наши персональные искины сейчас вне досягаемости, а от своего прежнего я безжалостно избавилась. Кристалл же с информацией в единственном экземпляре хранится в одной из банковских ячеек. Так что ты скажешь?

– Скажу, что согласен. Но у меня есть некоторые условия.

– Слушаю.

– Экспедицию, как и доставку ресурсов, я организую сам и за свой счет. На тебе – переработка и реализация. Но я хотел бы получать треть от прибыли.

– Я не собираюсь реализовывать компоненты. В мои планы входит открытие клиники на Клайпе. Я уже и участок купила, и подрядчика нашла, так что вскоре начнется строительство. Как только получу оптимальный химический состав, сразу же приступлю к модернизации программного обеспечения.

– Ты настолько уверена в положительном результате? Да нет же, ты его уже получила, иначе с чего бы такая бурная деятельность.

– Нет, результат еще не получен. И даже когда в моем распоряжении появится достаточное количество материала, для его получения потребуется минимум год. Да и то не факт, что программисты поспеют за химиками. Но в любом случае я достаточно заработала, пока трудилась на корпорацию, и довольно удачно вложила средства, чтобы позволить себе свою личную лабораторию и заниматься тем, чем мне хочется. Клиника же – выгодное вложение в любом случае.

– Ладно. Но я все равно рассчитываю на треть.

– Что же, не буду с тобой спорить, пусть будет треть. Но только от стоимости нового препарата, а не от его использования. Не переживай, что-то мне подсказывает, что сумма превзойдет самые смелые твои ожидания. Теперь давай к делу. Насколько серьезно ты подготовился к предстоящему путешествию? Может, моя помощь все же не будет лишней?

– Поверь, учтено все. Имеется даже генератор маскировочных полей четвертого поколения. Мало того, с помощью уже проданного корабля мы прощупали почву. Все работает так, как надо. Еще немного времени на подготовку, и можно будет отправляться в путь.

– Погоди, как это? То есть ты уже давно запланировал этот переход?

– Ну да.

– Но ты говорил, что видишь свое будущее среди звезд, а не на родной планете.

– Я и сейчас это говорю.

– Но это путешествие… Ты не мог знать о моем открытии. Я и сама только три месяца как… Да и не открытие это еще.

– А я и не знал.

– Но на что-то же ты рассчитывал? Там есть еще что-то, что может представлять интерес для внутренних систем?

– Разве только углеводороды и человеческий ресурс.

– Ничего не понимаю. Эта подготовка должна обойтись в огромную сумму.

– Ну, я не бессребреник.

– Это я понимаю, но и не можешь быть настолько состоятельным.

– Верно. В это предприятие я вложил все, что имел. Землю планировал пока посетить только раз, а потом пробавляться рудокопом на фронтире. На добыче редких руд можно хорошо подняться.

– То есть ты вкладываешь буквально все, что у тебя есть, только ради того, чтобы немного погостить на родной планете?

– Господи, Алайя, ты не устала еще удивляться? Да, я такой. По мне так человеку для жизни вообще нужно немного. Никогда не понимал все эти излишества типа золотого унитаза и бриллиантовых вставок в зубы.

– Ну в этом я с тобой согласна, – задумчиво потерев кончик носа, произнесла Алайя. – И все же, я тебя не понимаю.

– И не надо. Главное, что мы теперь можем не откладывать все это в долгий ящик.

– Хорошо. Тогда слушай предварительный инструктаж. Ты должен будешь строго классифицировать все образцы, ни в коем случае не смешивая их. Повторяю, возможно, искомый образец произрастает только в одном конкретном месте, и нам нужно будет точно знать, где именно.

– А может, отправишься вместе с нами? Ну чтобы я ничего не напутал.

– Я? Нет, это исключено. И потом, хотел треть – отрабатывай.

– Ясно. Кстати, искин.

– Что-то случилось?

– Мне должны были прислать смету на переделку корабля.

Гаджет нашелся на кухне. Теперь-то Сергей понял, что оставил его тут благодаря ненавязчивым манипуляциям Алайи. Страшная женщина и невероятно целеустремленная, а главное – весьма осмотрительная.

Ага. Вот и сообщение. Так и есть, пришла смета. Та-ак. Все же недаром Типпан столько лет потратил на зарабатывание репутации. Все предложения были дельными и направленными на максимальную оптимизацию баржи. А еще сумма оказалась на пятьсот тысяч меньше предполагаемой.

Конечно, расчеты были предварительными, вот только Сергею еще ни разу не доводилось сталкиваться с тем, чтобы они в итоге оказывались меньше сметы. А еще ему не доводилось читать такую фразу: «Сумма окончательная и в случае отсутствия дополнительных пожеланий клиента коррекции не подлежит».

Остается только завизировать и отправить владельцу верфи. Пусть приступает к работе. Корабль в док перегонят уже работники верфи. Вместе со сметой Сергей отправил и коды доступа на корабль. Ну что же, десять дней – и можно будет отправляться на Фиджу. Устанавливать дополнительное оборудование и вооружение. Это съест еще пару суток. Но зато потом – прямая дорога на Землю. Хм, и, похоже, это предприятие также не обойдется без приключений.

– Сергей, ты где пропал?

– Нужно было завизировать смету на реконструкцию корабля.

– Завизировал?

– Да.

– Тогда иди сюда, – промурлыкала Алайя.

Обнаженная, сладострастно потягивающаяся, стоя в дверном проеме, и при этом выглядящая ну очень притягательно, она не могла оставить его равнодушным. Казалось бы… Да ку-уда-а та-ам. Только жадно сглотнул, резко дернув кадыком, и тут же скользнул к своей обольстительнице. Правда, тело еще попыталось призвать его к благоразумию, отозвавшись болью во всех частях, но предохранители погорели и разум просто отключился.

Глава 3. Земля.

– Вот он! – Сергей был настолько возбужден, что даже ткнул пальцем в голографическую карту системы Фиджа.

В этой системе он не собирался обозначать свое присутствие. Ведь именно отсюда начиналась тропа, по которой они собирались отправляться в свое путешествие. Поэтому его корабль был скрыт маскировочным полем. Правда, это вело к расходу не такого уж и большого ресурса генератора, но другого выхода не было. Сергей вообще не хотел, чтобы его могли каким-либо образом связать с этой системой фронтира.

– Обнаружен корабль, использующий генератор маскировочных полей третьего поколения. Малый транспорт грузоподъемностью до ста кубов. Предположительно – межсистемно-планетарного типа. Дистанция – шесть тысяч единиц.

– Он применяет активное сканирование пространства? – Сергей от нетерпения даже заерзал в ложементе.

– Нет.

– Начинай разгон и сближение на форсированной тяге.

– В случае применения форсированной тяги нас смогут обнаружить сканеры и сенсоры третьего поколения.

– Выполнять.

– Принято. Выполняю, – равнодушно ответил искин, и Сергей тут же почувствовал, как корабль начал набирать ход.

– Будем надеяться, что сенсоров третьего поколения у него все же нет. Корпорация и без того накрутила с безопасностью, – пробурчал Пошнагов под нос самому себе, чтобы хоть как-то унять охватившее его волнение.

– Дистанция – три тысячи. Противник продолжает разгон. Наше присутствие не обнаружено.

– Принял. Продолжай сближение.

– Начать сопровождение цели?

– Нет. Цель сопровождать не нужно, – тут же всполошился Сергей, едва не подпрыгнув в ложементе.

Сопровождение цели возможно только при использовании сканера, и никак иначе. А в этом случае цель однозначно обнаружит охотника. Классифицировать преследователя конечно же не сможет, как и не сумеет взять его на прицел, но будет о нем знать и установит направление, откуда исходит сканирование. Сергей же собирался свалиться на свою цель как снег на голову. Только так. Любой другой способ не мог гарантировать сохранения тайны. Мало ли что у них предусмотрено на этот случай. Вдруг пилот успеет отправить по Сети условное сообщение.

– Ты можешь с помощью пассивных сенсоров передать изображение корабля на обзорную панель? Только пассивные сенсоры. Нас не должны обнаружить, – помяв подбородок, поинтересовался Сергей у бортового искина.

Вопрос вовсе даже не праздный. Все же пассивные сенсоры, пусть и четвертого поколения, пассивные и есть. Они значительно уступают сканерам и имеют серьезные ограничения. Да, на корабле цели установлен генератор маскировочных полей третьего поколения. Но ведь вместе с тем сам корабль – незначительных размеров, с достаточно маломощным реактором и выбросом энергии. Словом, нюансов тут более чем достаточно, чтобы испытывать сомнения по поводу возможностей сенсоров в данной ситуации.

– Принято. Я могу передать изображение, не обнаруживая нас, – все так же равнодушно ответил искин.

Обзорная панель, расположенная перед пультом управления, мигнула, и на ней тут же появилась картинка с летящим в ледяной синеве небольшим корабликом. Нет, без привязки к каким-либо объектам установить это невозможно. Но Сергей в этом и не нуждался, потому что давно и хорошо знал это судно.

Именно такое он и рассматривал в свое время в качестве будущего приобретения, просто потом нашел более подходящую модель. Кораблю такого же класса принадлежал аварийный искин, обнаруженный Пошнаговым на дне впадины. Такой же малый транспорт когда-то забирал его с Земли. Так что все его характеристики и внутренняя планировка Сергею были хорошо знакомы.

– Когда мы сможем накрыть его своим маскировочным полем?

– При сближении до пятисот единиц.

– Ясно. Продолжай сближение.

– Выполняю.

Вообще-то барже приходилось нелегко. И если бы не выгодная позиция, занятая изначально, то сомнительно, что у Пошнагова вышло бы из этой затеи что-либо путное. Сейчас же, по максимуму используя резервы корабля, он имел все шансы для успешного завершения этого рискованного предприятия.

– Цель в четырехстах пятидесяти единицах. Наше маскировочное поле надежно ее охватывает. Мы все еще не обнаружены. Начать сопровождение цели?

– Отставить. Носовое орудие – на ручное управление, визир прицела – на первую обзорную панель.

– Принято. Выполняю.

Это извечное дублирование команды искином на самом деле не имело смысла. Оно являлось обычной данью древнему прошлому флота, вначале морского, затем космического. На самом деле, получив прямой приказ, искин тут же выполнял его, дублируя уже вдогонку. Кстати, дублирование можно было и отменить, но Сергей не хотел этого делать, традиции, антураж и все такое, корабль же.

Сергей вручную навел перекрестье прицела на малый транспортник. Даже при ручном управлении вооружением искин автоматически производил вычисления как дальности, так и соотношения скоростей двух кораблей. Поэтому на таком расстоянии Сергей мог просто выбирать место, куда желает попасть, и вести прямо-таки снайперскую стрельбу. А с его-то калибром, способным прошить обшивку этого суденышка, как бумагу, он вообще мог поражать цели выборочно.

– Как только я сделаю первый выстрел, просканируй цель и определи местонахождение пилота, начинай синхронизацию скоростей и глуши выход в Сеть.

– Принято.

Поначалу Сергей испытывал сомнения по поводу того, что собирался сделать, но потом все же решительно сжал джойстик и нажал на гашетку, выпуская короткую очередь на три снаряда. Он ничего не услышал и не почувствовал. Если на малом транспорте выстрел орудия ощущается хоть как-то, то с массой и габаритами баржи этого нет и в помине.

Вроде бы ничего и не произошло, но в хвостовой части кораблика вдруг появилось три коротких всполоха, и суденышко словно запнулось. Ни о каком защитном силовом поле во время использования генератора маскировочного поля не может быть и речи, иначе теряется смысл маскировки как таковой. Поэтому снаряды не встретили никакого сопротивления. Точное попадание в двигательный отсек. Тут главное не задеть реактор.

Нет, если бы нужно было просто уничтожить корабль или осмотреть прямо в космосе, то никаких проблем. И хотя нужно очень сильно постараться, чтобы вызвать термоядерную реакцию и, как следствие, взрыв (все же реакторы проектировались и строились с весьма серьезными степенями защиты, многократно дублирующими друг друга), но зато появится запредельный радиационный фон. Сергей же собирался погрузить свою добычу в грузовой отсек баржи, чтобы поработать с нею вдумчиво, без излишней спешки. И в этом случае излишняя радиация ему просто ни к чему.

Вроде бы все осталось так, как и прежде, потому что падение скорости без труда компенсировалось искином. Но если присмотреться самую малость, то картина все же изменилась. Исчезла реактивная струя. Появилась оплавленная пробоина в районе двигательного отсека.

А еще обозначилась красная метка, это искин, выполняя распоряжение Сергея, просканировал внутренние отсеки корабля и теперь показывал местоположение пилота. Как и предполагал Пошнагов, тот покинул ходовую рубку и, судя по всему, сейчас находился в душевой.

Все это Сергей понял буквально за пару секунд, а затем вновь нажал на гашетку. Перекрестье прицела в этот момент было наведено точно на красный маркер. Короткая очередь из трех снарядов. Вновь резкие всполохи на обшивке корабля. И все. Красная метка пропала. Теперь остается надеяться, что на борту не окажется никаких сюрпризов типа самоликвидатора, потому что ликвидации Сергей никак не может помешать. Разве только обезопасить себя.

– Кашалот, начинай процедуру ввода корабля в грузовой отсек по предварительной схеме.

«Кашалот» – имя, которое Сергей дал барже благодаря отдаленной схожести ее обводов с профилем земного кита. Особенно это сходство просматривалось в момент, когда активировались буровые лазеры и установки силовых лучей, в походном положении прячущиеся в корпусе. Разумеется, о данном сходстве можно говорить еще и в том случае, если кит вдруг решит плавать вперед хвостом. Но Сергей не больно-то заморачивался на эту тему. Появилась такая ассоциация, вот он недолго думая и назвал.

– Принято. Выполняю.

Вот и хорошо, что выполняет. А то мало ли что могут намудрить эти умники из корпорации. Сергею же оставалось только наблюдать за тем, как «Кашалот» притянул пленника к себе силовым лучом, а затем зафиксировал магнитными захватами. После этого в дело вступили четыре из шести ремонтных дроидов. Их задача – проверка судна на предмет мин-ловушек и максимальное уничтожение схемы энергоснабжения. В идеале Сергея удовлетворил бы кусок металлолома с заглушенным реактором. Кстати, исходя из доклада искина, процесс отключения реактора идет полным ходом, и это не может не радовать…

Во всем виноват Ралин с его предусмотрительностью и въедливостью. Их экспедиция на Землю должна была уже вот-вот начаться, когда алаянкиец высказал свое предположение относительно того, что корпорация на Океании как-то должна контролировать перемещение своих контрабандистов. Если для наблюдателя из имперского флота эти суда должны были оставаться невидимками, то корпорация просто обязана осуществлять контроль. А значит, хотя бы одно судно может быть оборудовано сканером или пассивными сенсорами четвертого поколения.

Так вот. Если это предположение верно, то маскировка «Кашалота» не выстоит перед таким сканером. Конечно, генератор не позволит просканировать судно, установить его точную классификацию, возможности, вооружение, численность экипажа. Но зато противник будет гарантированно знать о несанкционированном появлении какого-то корабля и сможет вести достаточно точный огонь.

А тут еще и Клайра подлила масла в огонь, мол, неплохо бы заполучить карту Солнечной системы со всеми космическими телами, имеющими свои орбиты. Передвижение в космосе, даже в давно известных и картографированных системах, сопряжено с опасностью. И в первую очередь ее представляют незваные гости, вечные бродяги космоса, к которым относятся как астероиды, так и кометы.

В условиях Солнечной системы может возникнуть необходимость в маневрировании. Но делать это в практически не изведанном пространстве опасно. Да, внутрисистемные прыжки редко превышают половину светового часа. Но это сопряжено все с тем же свертыванием пространства, а значит, корабль может появиться в самом неожиданном месте. Например, погруженным в какой-нибудь астероид частично или полностью.

Сергею казалось, что он знает уже достаточно много, чтобы добраться до Земли. Но, как оказалось, этих знаний было явно недостаточно. Вот только отступать он не собирался. Наоборот, трудности, всякий раз возникающие на его пути, заставляли еще крепче закусывать удила, думать и действовать. Он уже взял разгон, настроился и даже не представлял, что сможет заставить его отказаться от поставленной перед собой цели.

Итак, у них появилась проблема. А вернее, две. И для их решения нужна информация. Остается понять, где есть источник, до которого они могут дотянуться, оставаясь при этом в тени. И подобным источником могли оказаться корабли лжеконтрабандистов.

Добраться до них было не так уж и трудно. Выход с тропы находится в системе Фиджи. Прыгают они сюда под прикрытием маскировки и только во время следующего прыжка отключают генератор. Так что данная система как нельзя лучше подходила для проведения операции по захвату.

Оставалась моральная составляющая этого дела. Ведь Сергей не может себе позволить оставить в живых пилота. Как и оставить иное вещественное подтверждение того, что корабль вообще появлялся в данной системе. Но и с этим у него не возникло никаких сложностей, как и тогда, на Океании, когда он отправился уничтожать пиратский корабль. Эти ребята без зазрения совести могли убивать ради добычи, а потому никаких угрызений совести по этому поводу Сергей не испытывал.

При чем тут контрабандисты? Ни при чем, если позабыть, что именно благодаря им этот пиратский промысел вообще стал возможным. Так что в какие бы белые одежды их ни обряжали, они несут полную ответственность за все действия пиратов. И, как следствие, заслуживают такого же отношения. Плевать, что они – простые исполнители, что все это задумано людьми с более высоким положением. Взялся за грязную работу, будь готов ответить…

Наконец добыча была размещена в грузовом отсеке. Кашалот доложил о том, что радиационный фон в норме. Не все было столь безоблачно вначале, но отсек имел дезактивационное оборудование, так что с повышенным фоном удалось разобраться без труда.

После этого Сергей лично демонтировал все искины, включая и аварийные. «Кашалот» уже начал разгон для прыжка через пару необитаемых систем. Сергей собирался уронить захваченный корабль на одну из безжизненных планет. Найти его в этом случае просто нереально, даже если его будут искать самым тщательным образом.

Перед этим предприятием Сергей навестил станцию Лаути, где базировался его земляк, венгр Михай. Посещение преследовало двоякую цель. С одной стороны, ему понадобился дешифратор для взлома искинов. С другой, Михай мог сделать Клайре и Ралину хорошие документы, если вдруг у Сергея что-то пойдет не так.

Недовольного вассала и кипящую негодованием девушку Сергей бросил на станции, отбыв в неизвестном направлении. Только оставил им сообщение о скором возвращении да повесил сообщение с отсрочкой отправки, чтобы они получили его в случае, если все пойдет совсем плохо. Пусть они были готовы отправиться с ним на Землю, но подвергать их дополнительному риску он не собирался. Все же сейчас он выступал против одной из лучших спецслужб внутренних систем.

Дешифратор справился без труда. Так, что-то пожужжало, пощелкало, поурчало и несколько раз пискнуло. Минута такого незамысловатого действа, и он получил полный доступ к бортовому искину.

Ну вот. Теперь от множества вопросов не осталось и следа. Не было в Океании более совершенных сканеров. Появляясь в системе, контрабандисты связывались со своим куратором по узконаправленному лучу, исключающему прослушивание, если только не оседлать сам луч. Вот и все. Во всяком случае, никаких сведений о сканирующем оборудовании выше третьего поколения в наличии не было.

Сергей подозревал, что имперские наблюдатели ведут себя не столь навязчиво. Возможно, нечто подобное с контрабандой имперцами подразумевается, и на это специально закрывают глаза. Ведь было же дело, когда русские пограничники в царской России в упор не замечали контрабандистов, занимавшихся нелегальной переправкой, к примеру, цейссовской оптики.

Возможно, тут все дело в политике, и, чтобы не дразнить остальных исключительным правом корпорации Арика, был запущен проект с контрабандистами. Откуда Сергею знать, как работают политические инструменты и какие течения существуют в этой области? Он мог видеть только доступную ему картину. Да и не стремился увидеть слишком уж много.

В искине нашлась и самая подробная карта Солнечной системы. Причем наличествовали сведения не только о космических телах с постоянными орбитами, но и о гостях системы, появляющихся там с завидным постоянством. Кстати, то же самое относится и ко всей тропе в целом. Вдумчиво поработала корпорация, ничего не скажешь. Но это Сергею только на руку.

А еще (и это особенно радовало) инопланетные умники умудрились оседлать земной Интернет, используя спутники. Причем в искине не было привязки к определенному аккаунту. В наличии имелась программа, позволяющая подключиться к земной Паутине, синхронизируя инопланетное оборудование с земным. Вообще-то разработка подобной программы требовала нетривиального подхода ввиду несовместимости земной и инопланетной электроники. Но, как уже говорилось, корпорация весьма вдумчиво подходила ко всем вопросам…

Клайра решительно прошла на борт, нарочито игнорируя Сергея, и, буквально упав в ложемент, сложила руки на груди, нахохлившись как воробей. Правда, выглядела она при этом как рассерженный котенок. Вот как хотите, так и понимайте, но ни одно из этих сравнений в отдельности ей сейчас не подошло бы.

Ралин был более сдержан. В отличие от девушки он прошел на борт мягкой и даже вальяжной походкой эдакого повесы. Потом уперся плечом в косяк дверного проема ходовой рубки, посмотрел на Сергея с легкой укоризной. А под конец одарил улыбкой, как это делают в отношении неразумных юнцов. Да еще эдак нравоучительно покачал головой.

– Господи, ну прямо как дети. Хотя чего с вас взять, дети и есть, – махнул рукой Сергей.

– Насчет детей… – начал Ралин. – Тебе не кажется, что ты несколько поздно решил оградить Клайру от опасности? С нее достанет и того, что она уже знает, чтобы корпорация очень вдумчиво с ней поработала. И если учесть, какие здесь ставки, я очень сомневаюсь, что они ограничились бы промывкой ее мозгов. Относительно меня, так я вообще в недоумении, с чего это ты решил заботиться о моей безопасности. Уж кого-кого, но меня назвать восторженным юнцом нельзя. Решение о вассальной клятве для меня было осознанным и взвешенным. Как бы ты к этому ни относился, но если бы с тобой что-то случилось, то я либо отправился бы мстить, пока не добрался бы до самого верха, либо перерезал себе горло. Так кого ты хотел этим защитить?

Сергей посмотрел на своих спутников, и впрямь пытаясь найти ответ на этот вопрос. Что самое противное, он его не находил. Каждый его шаг, еще недавно казавшийся продуманным до мелочей, теперь и впрямь выглядел глупо и даже смешно. Ведь действительно, достаточно было установить его личность или принадлежность корабля, чтобы потом размотать весь клубок. Не помогли бы и новые личины, предоставленные Михаем. Хотя бы потому, что о его деятельности был отлично осведомлен один майор имперской службы безопасности.

– Ну простите. Как-то не подумал, – разведя руками, вынужден был признать Сергей.

– А вот это уже больше похоже на правду, – оттолкнувшись от косяка и направляясь к своему ложементу, согласился Ралин.

– Ну теперь-то, может, расскажешь, куда летал? – все так же нахохлившись, поинтересовалась девушка.

Ну а куда деваться, рассказал. Не сказать, что он пережил такое уж великое приключение, но все же чувство зависти в глазах девушки блеснуло. Господи, да там делов-то – догнать несчастного, а затем покончить дело двумя короткими очередями. Но, как видно, Клайре не дает покоя то, что ее постоянно определяют куда-то в тыл. Ну тут уж ей придется смириться. Смешон Сергей или нет, но он сделает все, чтобы она и впредь оставалась как можно дальше от явной опасности.

– Где думаешь монтировать и калибровать генератор маскировки? – поинтересовался Ралин, едва Сергей закончил свой рассказ.

Пошнагов не смог преодолеть соблазн и избавиться от практически нового генератора третьего поколения. Они и так и эдак собирались приобретать такой для катера, который был просто необходим для путешествий на планету. Так отчего же отказываться от того, что досталось даром. Конечно, лучше бы посовременнее, но тут уж не до жиру. Заказать-то они его заказали, но это не значит, что товар будет добыт достаточно быстро.

Сегодня флот все еще активно использует генераторы четвертого поколения, не завершив переход на пятое. Но дело даже не в этом. Просто эти генераторы используются далеко не на каждом корабле. К примеру, на линкоры их даже не пытаются устанавливать, потому что скрыть эти громадины с чудовищным выбросом энергии практически нереально. Та же картина – с крейсерами и лидерами эсминцев. Остаются только маломерные суда, от эсминцев до разведчиков. Иное дело со сканерами, вот ими оснащались все корабли без исключения.

Поэтому, даже сделав заказ на генератор, пришлось бы изрядно подождать, пока таковой отыщется среди множества обломков, зависших в космосе. Тут ведь мало того, что эти генераторы имелись далеко не на каждом корабле, так ведь еще и сами корабли, которые «обрабатывали» мусорщики, погибли в бою, а значит, имели значительные повреждения.

– Генератор будем устанавливать здесь. Думаю, эта станция достаточно удалена, чтобы быть безопасным местом, – почесав кончик носа, ответил Сергей.

– А может, Триплак или Тронка? – высказала сомнения Клайра.

– Не думаю. На Триплаке и любой другой станции мусорщики тут же определят, что товар не из их закромов. Дело конечно же не их, но вопросы останутся. Тронка – место сборища подонков со всех концов освоенного космоса, и, появившись там, «Кашалот» тут же окажется на заметке у спецслужб. То, что там никого не трогают, вовсе не означает, что за станцией не приглядывают. Здесь же никто не станет задавать лишние вопросы.

– Что же, вполне оправданно. И когда будем выдвигаться? – откидываясь на спинку ложемента, тут же изменившего форму и принявшего члена экипажа в ласковые объятия, поинтересовался Ралин.

– Как только управятся с катером. Причин и дальше тянуть время больше нет.

Причин и впрямь не было. Впрочем, Сергей и не искал их, а даже наоборот, всем существом стремился как можно быстрее выдвигаться. Подумать только, еще месяц назад он думал, что полностью готов к путешествию, и всякий раз что-то обязательно шло не так, появлялись какие-то трудности, возникали новые обстоятельства или сомнения, требующие разрешения.

Но на этот раз он был по-настоящему готов отправиться в путь, как бы ни сложились дела. И, как ни странно, причина оставалась прежней – он хотел увидеть своих близких. О кокаине и предстоящих выгодах он думал в последнюю очередь, если вообще думал. Он конечно же готовился к предстоящему общению с преступным миром, но скорее имел это предприятие в виду, чем отводил ему основную роль.

Ну вот такой он неправильный человек. Раньше, когда он еще думал, что ему просто не дано заработать миллионы, так как в нем напрочь отсутствует деловая хватка, он хотя бы как-то стремился к этому. Но едва понял, что заработать деньги для него теперь не проблема, как всяческий интерес к этому пропал.

И вообще, раньше деньги нужны были ему для того, чтобы воплотить в жизнь свою цель. Отправиться на Землю. Сейчас от этого его отделял всего лишь один шаг. Для достойной жизни ему вполне хватит и вот этой баржи. Даже если он будет работать в освоенном пространстве на добыче самой дешевой руды, получаться у него будет настолько изрядно, что лет через десять он сможет отработать все затраты на свой корабль.

Вот так в нем и боролись противоречия. С одной стороны, он стремился на Землю. С другой – понимал, что едва это осуществится, как у него вновь не останется смысла жизни. Ну разве только подумать наконец о семье, опять завести детей и сосредоточить все свои помыслы вокруг них. Вполне достойное деяние и не такое уж и скучное.

Правда, была у него еще мысль каким-либо образом помочь своей родине. Не Земле в целом, а России в частности. Ну не избежать Земле встречи с инопланетянами. Рано или поздно, но они уже не смогут скрывать свое присутствие, а тогда может случиться все что угодно. И что-то говорило Сергею, что русских постараются загнать в темный угол и держать в черном теле. Запад всегда этого хотел и не особо скрывал свои намерения. А уж заокеанские партнеры – вообще отдельная песня.

Да, желание было. Но был и страх того, что его попросту посадят на цепь, впрягут в ярмо, сядут на шею. Называйте это как угодно, хоть призывом к гражданскому долгу или воинской присяге. Ну не хотел он этого. Помочь людям хотел, а оказаться на побегушках у правительства – нет. В его жизни уже было время, когда он отдавал свой долг, а его в это время предавали. Причем не только правительство, но и простые люди.

Однако как убить двух зайцев одним выстрелом, Сергей не представлял. Пока не представлял. И хотя он над этим частенько задумывался, мысли эти назвать целью не мог. Так, что-то такое на уровне ощущений. Цель же – это нечто сформировавшееся, это маяк, на который ты держишь курс, то, к чему стремишься.

Вот так он и метался сутки, пока на катер устанавливали генератор и проводили его калибровку. Но как только «Кашалот» отошел от причальной стенки, он успокоился и решительно задал искину курс. Все, сомнения прочь, теперь только вперед, куда бы ни завел его этот путь…

– Это и есть Океания? – Клайра указала пальчиком на голубой шарик, изображение которого появилось на обзорной панели.

– Да. Это Океания.

– Не очень-то и впечатляет.

– Ну ты же не в первый раз наблюдаешь подобную картину. Все планеты, на которых есть жизнь, выглядят примерно одинаково, и бо́льшая часть их поверхности покрыта водой. Разве только на Океании вообще нет никакой суши.

– Мы приблизимся, чтобы взглянуть на нее поближе?

– Зачем? – искренне удивился Сергей.

– Ну, все же тут ты провел два года.

– Я два года провел под водой. Конечно, сегодня об этом вспоминать где-то даже весело, а еще здесь я нашел свое спасение и получил неплохой старт. Но никаких ностальгических чувств эта планета у меня не вызывает. Разве только в гастрономическом плане, очень уж мне нравится местная акулятина. А так… Для следующего прыжка нам нет необходимости приближаться к орбите. Так что рассматривай ее на расстоянии.

– А Земля? Земля пробуждает у тебя ностальгические чувства? – Клайра посмотрела на него с самым серьезным видом.

– Земля пробуждает. Это все же мой дом, и там мои близкие.

«Кашалот» разгонялся в течение двенадцати часов. Конечно, можно было значительно сократить время, задействовав форсированный режим. Но Сергей не хотел этого делать по нескольким причинам, и главная из них – это возможность обнаружения их корабля флотом корпорации. Когда он охотился на контрабандиста, тот риск показался ему оправданным, да и не сумел бы он его догнать, не задействовав форсированный режим. Сейчас же в этом не было никакого смысла.

Нужно просто набраться терпения и подождать двенадцать часов. Всего-то. Да это сущая мелочь в сравнении с четырьмя с половиной годами, оказавшимися к тому же весьма бурными. Вот только отчего-то минуты тянутся бесконечно долго. А еще никак не получается найти какое-нибудь занятие и отвлечься от постоянного желания проверить, как идет разгон.

Клайра прекрасно понимала, в каком он состоянии, и все время щебетала, стараясь занять его разговорами, чтобы время пролетело незаметно. За это он был ей благодарен отдельно и старался делать вид, что у нее вполне получается. На деле же время упрямо тянулось, как ленивая черепаха.

Наконец подошел момент прыжка. Легкое головокружение и тошнота. На этот раз ощущения при прыжке значительно отличались от прежних, а опыта у Сергея было более чем достаточно. Но сильное волнение и пульсирующий комок под ложечкой вносили особенную изюминку.

«Кашалот» вышел практически на орбиту Земли. И то, что это – его родная планета, Сергей понял сразу. Они появились со стороны Солнца, сейчас заливающего своим светом Евразию, очертания которой Сергей не мог спутать ни с чем другим. Сергей даже невольно подался вперед, упершись руками в пульт.

Ему довелось увидеть больше десятка обитаемых планет, и поверхность каждой из них по большей части была покрыта водой. Но каждая из них им воспринималась как-то отстраненно. Материки имели неправильные очертания, отчего планеты казались какими-то неестественными и бутафорскими.

Раньше он относил это чувство к тому, что никак не мог воспринимать открывавшийся с орбиты вид как реальность. Ну не космический он волк, что тут поделаешь, оттого и пространство между звездами для него какое-то ненастоящее, словно в навороченной компьютерной игре.

Но, похоже, все это ерунда. Потому что вот Земля им не воспринимается как-то отстраненно, а совсем даже наоборот, естественно и неповторимо. Наверное, тут все дело в том, что каждую планету он начинал сравнивать с родной и неизменно находил, что чужа́чки проигрывают ей по всем критериям.

– Это она? – наблюдая за Сергеем, буквально впившимся взглядом в обзорную панель, поинтересовалась Клайра.

– Она. Гкхм.

Что-то в горле запершило, вот хотел еще что-то сказать, и никак.

Глава 4. Дом, милый дом.

– Ты не можешь один отправиться на Землю. Мало ли что может случиться, – боднув Сергея возмущенным взглядом, высказалась Клайра.

– Я не могу оставить без присмотра «Кашалота», как и катер на Земле. Так что выхода нет.

– Выход есть всегда. Просто ты не хочешь с этим согласиться. Я могу доставить тебя на Землю, а потом вернуться на «Кашалот». Ничего с ним не случится, искин сумеет, в случае чего, защитить корабль. И потом, тут вроде как не предвидится противник, способный доставить неприятности нашему «Кашалоту», вооруженному не хуже эсминца. Ралин же сможет обеспечить твою безопасность.

– С этим вполне справятся андроиды. Возьму с собой двоих в качестве охраны. А хотя нет, лучше одного, чтобы не привлекать внимания. Один странный человек он и есть странный, двое – уже патология.

К этому путешествию на Землю Пошнагов готовился самым тщательным образом. Так на корабле появился гардероб с вещами земных фасонов – результат деятельности портных из числа землян. В просьбе Сергея никто не заметил ничего особенного, многие их земляки испытывали ностальгию по родной планете, а значит, и по одежде. Впрочем, положа руку на сердце, земная мода не слишком сильно отличалась от моды во внутренних системах.

Также им были приобретены военные андроиды. Те самые идеальные солдаты, которые все мерещатся земным военным и от использования которых уже давно отказались во внутренних системах. Конечно, периодически появляются новые энтузиасты, и порой их проекты даже финансируются государством, но результат все еще оставляет желать лучшего. Как отдельная боевая единица, андроиды не сумели зарекомендовать себя в достаточной мере, чтобы претендовать на место солдата.

Причина в том, что машина остается машиной и не способна сравниться с человеком. Война, как и убийство, – это своего рода искусство, как бы кто к этому ни относился. Машина же не способна создавать шедевры, она может действовать только по шаблонам, согласно заложенной программе. Когда дело поручается машине, ни о какой импровизации или отступлении от определенных правил не может быть и речи.

А вот как дополнение к человеку в качестве поддержки машина очень даже к месту. Но андроид, за исключением физической силы, по своим показателям не превосходил человека, обряженного в бронескафандр. Изготавливать подобное снаряжение еще и машине? К чему эти излишества. Не проще ли создать для солдата помощника, несущего как легкое стрелковое, так и тяжелое вооружение. И в этом случае подобному роботу нет необходимости иметь вид андроида, куда эффективнее форма того же паука.

Но это все – во внутренних системах. А вот на Земле андроиды еще могли на что-то рассчитывать. Выглядели они как терминаторы, причем один в один. Чтобы справиться с таким парнем, понадобится как минимум крупнокалиберный пулемет, да и повреждения должны быть не меньше семидесяти процентов. А еще андроиды отличались абсолютной преданностью. Их невозможно ни запугать, ни подкупить. Разве только перепрошить, но это сложная задача даже для внутренних систем, а уж о Земле и говорить не приходится.

Изначально Сергей планировал приобрести двух андроидов. Но как только на горизонте появилась Алайя со своим предложением, он поспешил пересмотреть свои милитаристские притязания и увеличить их число. Конечно, эти боевые роботы стоили дороговато и могли привлечь к нему излишнее внимание, но Сергей решил, что жизнь дороже.

– Андроид – всего лишь машина, и ты это прекрасно знаешь, – возразила Клайра. – Он способен принять только очевидные решения. Ну вот что он сделает, если тебя задержат силы правопорядка?

– То, что я ему прикажу. Не станет вмешиваться, – отмахнулся Сергей.

– Ладно. Застынет истуканом или примется прогуливаться, пока ты будешь отсиживать свой срок в тюрьме. Ведь в любом участке отбирают все лишнее, и, как ни странно, искины входят в этот перечень. Как ты свяжешься с андроидом в этом случае? Это так, в качестве одного из примеров.

– Зато вы сможете с ним связаться, а потом придумаете, как вытащить меня.

– При условии, что ты успеешь отдать подобную команду. А если тебя, к примеру, оглушат? Ты ведь в розыске, и тебя вполне могут опасаться. Как в этом случае поступит боевая машина? Ты готов укладывать трупы штабелями? Вот и я о том же.

– Хорошо. Ну а как мне сможет помочь Ралин без знания языка?

– У меня есть искин с двумя десятками земных языков. Разыграю из себя больного с неразвитой речью, чтобы никто не обратил внимания на мой акцент, вот и все. В то же время я смогу координировать действия андоидов, без них и впрямь лучше бы не соваться. Кстати, один из них вполне сможет выступить в качестве переводчика. С чувством юмора у них проблемы, но в остальном, если целенаправленно не пытаться распознать в них машину, понять это будет сложно. Словом, есть множество вариантов.

– Вот! – победно вздернув подбородок и подбоченившись, воскликнула девушка, обрадованная поддержкой со стороны Ралина.

– Хорошо. Но я ведь понятия не имею, что на Земле может вызвать у вас аллергическую реакцию. Моя иммунная система ничего не потеряла, а только приобрела дополнительные способности, и я буду чувствовать себя там вполне нормально. Ралин будет повсюду ходить со мной в защитном костюме?

– Это не проблема. У нас имеется полевая регенерационная капсула, способная провести необходимую процедуру по повышению свойств иммунной системы.

– Серье-о-озно? А может, у тебя есть еще и результаты исследования медиков для проведения подобного курса? Ты представляешь, сколько нужно провести работ, чтобы получить подобные данные и составить регенерационный курс.

– Я – нет. А вот корпорация Арика – да. Эти сведения нашлись в бортовом искине контрабандиста, – выпалила девушка.

– И что они там делали? – не скрывая удивления и как-то примирительно поинтересовался Сергей.

– Откуда же мне знать, чем руководствуется корпорация? Но даже если бы их не было, то в нашем распоряжении имеется малая аптечка (где найдется универсальный антидот), связь на случай экстренной эвакуации и три полевые криокапсулы, полностью заряженные и готовые к использованию. Сергей, ты не хочешь брать с собой Ралина, потому что собираешься встретиться с родными?

– Кхм… Ну, в общем… Поймите, это личное.

– Личное личным и останется. Я обещаю держаться в стороне. Но Клайра права.

– Права она. Могла бы и раньше сказать об этих данных.

– Не злись, Сергей. Я обнаружила их незадолго до последнего прыжка.

– В крайнем случае можно обойтись только аптечкой, конечно, могут возникнуть кое-какие сложности, но думаю, что незначительные, – решил вставить очередные пять копеек Ралин, прекрасно понимая, какое нетерпение сейчас охватило его сюзерена.

– Вот только не надо экстрима. Ну чего смотришь? Погружай Ралина в капсулу, – посмотрев на девушку и разведя руками, закончил разговор Пошнагов.

Вообще-то в ее участии в данном процессе не было необходимости. Ввиду потенциально опасного путешествия Сергей вместе с андроидами-солдатами приобрел еще и медика. Конечно, машина она и есть машина, все же человек с медицинским образованием, обладающий современной техникой, был бы куда предпочтительнее. Но на Океании андроиды довольно успешно оказывали медицинскую помощь. И потом, если в этом возникнет необходимость, тело всегда можно доставить во внутренние системы и получить необходимую помощь уже там.

Во сколько же ему вылилась организация этой экспедиции? Дорого. Очень дорого. Андроиды, кстати, обошлись всего-то в полмиллиона, по сотне тысяч каждый. Сумма конечно же немалая, но на фоне остального… Регенерационная капсула – в парочку миллионов. Переоборудование корабля – четырнадцать. Генератор маскировочных полей – еще полтора. Ну и остальное по мелочам, так что цифра девятнадцать миллионов набегала с легкостью.

Итак, он вынужден бездельничать еще целые сутки, пока Ралин не пройдет регенерационный курс. Угу. Глупее не придумаешь. Тем более если терять время попусту просто неразумно. Чем заняться? Ну, например, подключиться к земной всемирной Паутине и поискать там что-нибудь интересное и полезное. Хм. А ведь по большому счету он должен быть только благодарен своим спутникам, не пустившим его на планету сразу, без подготовки.

Нет, ни о каких наркокартелях он думать не собирался. Во-первых, рано. Во-вторых, не думалось о них, хоть убей. Но кто сказал, что подготовки требует только этот контракт? На секундочку, он собирается отправиться туда, где его личность находится в розыске. Не стоило забывать о том, что он совершил серьезное преступление. Сомнительно, чтобы полиция успела забыть о нем.

Хм. А вот это не факт. Ну Леха, ну молодец! Это же нужно было до такого додуматься! А как же последняя воля умирающего? И он тоже хорош. Мог бы и предположить, что брат отродясь с криминалом не связывался. Нет, что там и как работает, к кому можно обратиться по тому или иному вопросу – это другое дело. А тут – такой подарочек от младшего брата. Вот и решил, видать, что ему этой радости и даром не нужно.

Все просто. Уже утром он отправился в органы внутренних дел и отдал все деньги. Не стали жадничать и инкассаторы, напарники Сергея, вернув все то, что он отложил для них. По большому счету наутро все средства были возвращены банку в целости и сохранности.

Вот так. Хотел как лучше, а получилось как всегда. Начальника отдела безопасности банка уволили, скорее всего, с волчьим билетом. Брату и жене наверняка все нервы на кулак намотали. Если прежде они должны были получить с этого хотя бы материальные бонусы, теперь на выходе не вышло ничего, кроме горького осадка. Очень может быть, что Алексею и его бизнес порушили. Кто знает, насколько на него обиделись власти.

А вот в плане кредитов все близкие Сергея наверняка в черном списке. Ситуации разные бывают. Пусть в России и запредельные процентные ставки по кредитам, но порой без этого просто не обойтись. Н-да-а. Это он лихо своих подставил. Конечно, то, что их будут трясти, Сергей предполагал. Но вместе с тем думал, что они получат бонус и сейчас обеспечены по самую маковку. А на поверку вон как оно вышло.

Зато Сергея никто не разыскивал. Дело вроде как не закрыли. Во всяком случае, ни о чем подобном в Инете сведений не было. Но зато статьи – одна другой краше: «Грабитель-смертник», «Налет обреченного», «Инкассатор-зомби». Ну и дальше в подобном духе. Даже нашелся скан из его истории болезни с указанием диагноза и прогнозом врачей. Словом, никаких сомнений: никто в полиции его искать не станет. Ну хоть какая-то хорошая новость.

Он несколько часов подряд провел в Интернете, стараясь охватить все и сразу. Не забыл поинтересоваться и курсом золота. В эту экспедицию Сергей вложил все свои средства, как говорится, до последней копейки. На последние деньги он приобрел двадцать килограммов золота в стограммовых слитках.

Несмотря на то что во внутренних системах золото уже давно не являлось мерилом экономики, оно по-прежнему оставалось самым дорогим из металлов. Причина все та же – незначительные объемы добычи и уникальные свойства. Правда, несмотря на это в соотношении с земными ценами в Ирианской империи золото стоило куда дешевле.

Котировки, обнаруженные им в Интернете, радовали. По всему выходило, что он является обладателем около пятисот тысяч долларов. Конечно, еще недавно у него было куда как больше. Да и в результате сбыта он мог потерять от трети до половины стоимости металла. Но все познается в сравнении. В настоящий момент для осуществления задуманного этой суммы ему должно было хватить с избытком. А дальше видно будет.

После сбора сведений по золоту настала очередь кокаина. Раньше Сергею не доводилось покупать этот порошок даже у барыг, а уж о наркобаронах, да еще и стоящих на начальном этапе, и говорить нечего. Так что нужно было хотя бы узнать цены. Что же, если верить различным блогерам, то денег и впрямь достаточно.

Килограмм порошка в той же Колумбии стоил от двух до трех тысяч долларов. Сергею было достаточно по килограмму порошка из разных мест. Получается, что на сотню тысяч он может приобрести образцы с тридцати – пятидесяти плантаций. Вот только дело в том, что таких плантаций – великое множество. Мало того, кусты коки культивируют не только в Латинской Америке, но и в Африке, Индии и на острове Ява. Откуда родом был тот порошок, что достался Ирине, неизвестно.

То, что казалось простым делом, на поверку было куда сложнее. Одна надежда на то, что порошок Ирины, без сомнения, был разбавлен на пятьдесят процентов разными наполнителями. Получается, Алайя сумела рассмотреть и выделить какой-то ингредиент даже в таком незначительном количестве кокаина. Значит, в чистом продукте его содержание должно быть куда как выше. Во всяком случае, он на это очень надеялся.

Сергей просидел в Инете уже добрых шесть часов, то просматривая различные сведения по интересующим его вопросам, то едва сдерживаясь от желания тут же все бросить и отправиться на Землю. Что ни говори, вот он, его дом, и он прекрасно знает, что добраться до него не составляет никакого труда. Ну и как в такой ситуации сохранять твердость и бодрость духа?

Наконец его осенило. Он вполне мог поговорить с братом. К сожалению, номер его сотового телефона он не помнил, хотя имел возможность подключиться к сотовым операторам. Но зато он точно помнил логин Алексея в скайпе. Тот не мудрствовал лукаво и не выпендривался.

Ну вот, «Пошнагов Алексей», рядом имеется еще и его фотография. Можно связаться прямо сейчас. Дома только девять вечера, середина недели, Алексей в это время обычно еще работает. Нужно только направить ему свой лог, да такой, чтобы он не отбросил предложение. А вот такой: «Лысый». Надежда, конечно, небольшая. Но это прозвище приклеилось к Сергею еще в детстве.

– Сергей?!

– Ну здравствуй, брат. – Сергей все же не сдержался, и по его щекам пролегли две влажные дорожки.

Смотреть на брата, пусть и глядящего на него с монитора, оказалось для Сергея не таким уж и легким испытанием. Как, впрочем, и для Алексея. Нет, слезы он сдержал, но зато откинулся на спинку кресла и начал массировать левую сторону груди. Это еще что? Неужели проблемы с сердцем?

– Леш, ты как?

– Н-нормально. Это действительно ты? Не дурная шутка?

Понять его недоверие нетрудно. Рак четвертой степени, шансов на излечение – никаких. А тут на тебя с экрана смотрит родной человек не то что без каких-либо следов болезни, но еще и значительно помолодевший. Сергей выглядел точно так же лет эдак пятнадцать-двадцать назад.

– Ну ты чего, Леха? Не привидение я. Ладно если бы ты видел меня в гробу. Но ведь не было этого.

– Значит, Ваня…

– Ничего не значит, Леша. И Ваня был прав. Словом, сейчас об этом говорить не время. Слушай, я завтра буду у вас. Сможешь в девять быть на своей даче?

– Конечно, – даже не задумываясь, ответил Алексей.

– Вот и ладно. Тогда до завтра.

– Серега, погоди…

– Леш, не надо. И смотри никому не взболтни обо мне. И не вздумай бежать в полицию с радостной вестью, чтобы окончательно меня отмазать.

– Серега…

– Леш, приеду – поговорим. А сейчас извини.

Вот так вот. Поговорил. И к чему было так спешить? Как результат – и самому паршиво, и брата растормошил, он теперь до самой встречи глаз не сомкнет. Он что, всегда будет вот так, всем близким жизнь портить?..

В дачном поселке время словно остановилось. Словно и не было этих пролетевших пяти лет. Все те же покосившиеся заборы практически бесхозных дачных участков и прохудившиеся, давно заброшенные домики, взирающие на мир пустыми глазницами окон. Едва ли десятая часть строений находится в приличном состоянии.

Постоянно проживающих в этом поселке – и того меньше. Все же до города – добрых семь километров. Вроде и не так далеко, но и не близко. Есть дачные участки, непосредственно примыкающие к городской черте, и они пользуются куда большей популярностью. К тому же и цены на участки не сильно кусаются, и прописку сейчас разрешили. А в этом поселке обосновались в большинстве своем пенсионеры, которые, скорее, доживали свой век, уступив свои городские квартиры детям.

Сергей шел один. Ралин с двумя боевыми андроидами двигались по двум параллельным проездам, контролируя обстановку с помощью искина. В принципе Сергей ничего не опасался, но вассал предпочитал дуть на воду, не отдаваясь на волю случая. В общем-то правильно делает. Было бы крайне обидно преодолеть столь долгий и опасный путь и оказаться жертвой какой-то случайности.

Вот и дача брата. Сергей остановился и шумно потянул воздух носом. «Кашалот» – это конечно же не «Славянка» с ее удобствами и уютом, но и далеко не «Щука». Места там хватало с избытком, в том числе и для хранения замороженных продуктов, и для обустройства самой настоящей кухни, благо искусственная гравитация это позволяла. Так что с питанием у них никаких особых проблем не было, и меню было весьма разнообразным.

Вот только при всем многообразии шашлыками там и не пахло. Нет, можно что-то такое сообразить, но это будет не шашлык, а нечто похожее. От настоящего шашлыка должен исходить не только аромат запекшегося маринованного мяса, но и дурманящий запах дыма. Да и у Алексея к этому делу был самый настоящий талант.

Пять лет назад их последняя с братом встреча проходила как раз под аромат приготовленного заботливыми руками шашлыка. Вот только Сергею тогда не перепало ни единого кусочка. У него, как говорится, земля под ногами горела и не было ни единой лишней секунды. А сегодня… Рот наполнился обильно выделившейся слюной. Плевать. Пока не съест хотя бы пару кусочков, ни о чем говорить не станет.

Брат тут же сграбастал Сергея в объятия, едва тот переступил порог домика. Потискал его от души. Потом отстранил на вытянутые руки, осмотрел с ног до головы слезящимися глазами. Шмыгнул носом. Что-то проскрипел, словно был готов зарыдать, а потом опять прижал к груди.

Сергей и рад был бы что-то сказать, благо чувствовал себя куда как увереннее и был менее эмоционален, но решил пока помолчать. Ему хорошо. Он-то знал, что его близкие живы. Может, и есть у них какие-то трудности, может, они испытывают какие-то волнения. Но они живы. А вот его самого успели похоронить. Ну и каково это – знать, что твой родной человек либо закопан где-то, как собака, бездомная и безымянная, либо вообще гниет в чистом поле? Вот то-то и оно.

– Живой. Живой, бродяга, – совсем по-детски вновь шмыгнув носом, наконец выдал Алексей.

– Живой конечно же. А ты уже похоронил?

– И не только я. Знал бы ты, сколько на тебя было вылито брани. Попался бы Нинке под руку, сама прибила бы. Додуматься до такого. Ведь ни весточки, ни могилки, вообще ничего.

– Так уж вышло.

– Рассказывай.

– Обязательно. Только давай сначала по кусочку мяса. Век не ел твой шашлык.

– Да-да, конечно. Садись. Выпьешь? – Алексей вынул из холодильника бутылку, тут же покрывшуюся легким налетом инея.

– Наливай. – С утра оно вроде как и неправильно, но с другой стороны – какого черта?

Алексей налил в рюмки холодную жидкость. Ага. Охлаждена до состояния, когда все неприятные ощущения сглаживаются оптимальной температурой продукта. Вон даже рюмка тут же инеем начала покрываться. Либо брат еще со вчерашнего вечера начал готовиться к встрече, либо эта бутылка у него постоянно в холодильнике стоит. Сомнительно, конечно. Все же Алексей на даче бывает не так уж и часто.

– Та-а-ак. Вот, значит, как. Все настолько плохо, брат? – проглотив обжигающий то ли холодом, то ли градусами комок и внимательно глядя на Алексея, поинтересовался Сергей.

– Ты о чем, Сергей?

– Самогон.

– А-а-а. Нет, с делами у меня – полный порядок. Конечно, благодаря тебе были кое-какие трудности с банками, но в случае нужды деньги занять можно не только у них. За эти пять лет я даже расширился. А самогон… Я чуть пить не бросил к черту с этими подделками. Не сказать что я такой уж любитель, но порой не повредит, а тут такая гадость, после которой голову в кучу не соберешь. Вот и стал сам гнать, благо здесь, на даче, виноградник имеется, раньше просто для тени был, а сейчас очень даже для дела. Из винограда – просто загляденье получается. Натурпродукт. У нас, кстати, сейчас многие так делают, даже на свадьбы ходят со своими бутылочками или графинчиками.

– Ясно, – вгрызаясь в исходящий соком кусок мяса, резюмировал успокоившийся Сергей.

– Ну как, расскажешь наконец о себе? – когда брат проглотил уже третий кусок, все же не выдержал Алексей, который вообще не притрагивался к еде.

– Отчего же не рассказать. Вот только поверишь ли.

– Ты – мой брат. Да и зачем тебе врать?

– Это точно. Смысла никакого. Так вот, когда я ушел от тебя, то отъехал еще немного, а потом пересел на другую машину. Такую же развалюху и тоже купленную по доверенности. За ночь успел добежать до Волгограда. Там машину бросил и дальше поездами, безбилетником, по направлению к Уралу. Ничего сложного, главное – договориться с проводником, и дело в шляпе. Ну и мордой особо не отсвечивать. А так – даже с комфортом.

– А чего на Урал-то? – не выдержав, перебил Алексей.

– Не знаю. Захотелось посмотреть на Уральские горы. Они же овеяны такой славой и романтикой. Блажь, одним словом. Так вот, в поезде я познакомился с одним дедком. Тот только на меня взглянул, и сразу: «Болеешь, милок, не жилец на этом свете». «Болею, – говорю, – и впрямь, помирать еду, решил косточки свои на Урале сложить, в чаще лесной». «Отчего так?» – спрашивает. «Да так, – говорю, – никогда на Урале не был, а всегда мечтал». Словом, позвал меня дедок к себе, сам как раз из одной уральской деревни оказался, к сыну в гости ездил. Вот там-то он меня банькой, какими-то травками да молитвами и лечил. В пещеру какую-то непонятную водил, где голоса на разные лады звучат, да только ни слова не понять. Уже через месяц я чего-то помирать передумал. А там и вовсе начались чудеса расчудесные, волосы отрастать стали, да и сам я подтянулся так, словно десяток лет сбросил. Ну а потом пошел работать на прииск. Не поверишь, но я сейчас на какой только технике не катаюсь от грузовика до экскаватора.

Н-да. Ему бы романы писать. Или лучше сразу на сдачу зачета по отсутствию совести. Ложь с языка слетает легко, словно самая настоящая правда. Врет любящему человеку так, что сам верит в то, что говорит. Но и иначе никак нельзя. Либо так, либо брат раскусит. Но, похоже, все получилось как нельзя лучше. Верит брат. Вон как слушает внимательно.

Сергей поначалу-то хотел ему всю правду рассказать. Но потом понял, что лучше не надо. С одной стороны, Алексей в это не поверит. Можно, конечно, и доказать, благо в памяти искина видеороликов предостаточно. Но опять же к чему? Ирианцы стерегут тайну Земли не по-детски, а потому эти риски просто лишние.

Не приведи господь, Алексей в порыве гордости за родного брата бросится его защищать и проболтается о похождениях Сергея. Многие сочтут это бреднями сумасшедшего, у виска покрутят. А вот если дойдет до ушей вербовщиков, тут уж проблем не миновать. Кого искать, они будут знать доподлинно и вычислят на раз. А выдуманная Сергеем история никого не заинтересует. Разве только полицию.

– Вот так вот, брат. Но, как ты понимаешь, об этом лучше не болтать. Устроился я там, разумеется, под чужим именем. Да и жизнь у меня теперь другая.

– Ты за кого меня держишь? – возмутился Алексей, тут же выпрямившись, словно кол проглотил.

– За старшего брата, болеющего за меня всей душой. Ну и еще самую малость желающего иметь неподмоченной собственную репутацию. Вот только оно было бы не обидно, если бы деньги дошли по назначению. А раз так, то, получается, в колонию зазря пойду. А я зазря не согласен.

– А я, значит…

– Все, Леша, все. Прости дурака молодого. Лучше расскажи, как тут у вас? Как мои?

– Да в общем и целом – нормально… – все же стерев с лица недовольную мину, начал рассказывать Алексей.

Не соврал, и впрямь нормально. Как и обещал, брат не бросил его семью, правда, и ворованные деньги, которые жгли ему руки, не смог оставить. Плевать, что они были оставлены не ему. Через них неприятности могли прийти и к Нине с детьми, да и к нему, чего уж там. Вот и отправился он в полицию, чтобы вернуть краденое, твердо решив, что сможет позаботиться о семье брата и сам. Покрутили его, помотали нервы, не без того. Но и оба инкассатора вернули недостающие деньги. Дебет сошелся с кредитом, и от него отстали.

Нина дожала Алексея, вынудив рассказать все как было. По уверению брата, Сергею повезло, что того в тот момент не оказалось рядом. От болезни бы он точно не умер. Не успел бы. Прибила бы и фамилию не вспомнила. Даже с Алексеем два месяца не разговаривала. Тот с трудом сумел к ней подмазаться, чтобы иметь возможность им помогать.

Сейчас у них полный порядок. Дочь-скороспелка выскочила замуж, уже родила Сергею внука. В браке вполне счастлива, хотя Алексей с Ниной за нее и переживали. Ну какое решение можно принять в восемнадцать лет? Но если и дальше все будет так же, то лучше и не надо. Брат показал несколько видеороликов и фотографий, которые Сергей тут же скопировал, благо Алексей, это уже его искин, очень быстро адаптировался к местной электронике.

Гаджет заинтересовал брата, но Сергей отбрехался: мол, какая-то китайская поделка, их на Урале просто завались. Что за модель, и сам не знает, купил по случаю, сколько прослужит, тоже непонятно. Но пока вроде нормально. Попросил продолжить рассказ, и брат не стал заставлять уговаривать себя дважды.

Димка, сын, отслужил свой год в армии, никто его отмазывать не собирался, хотя и служил он рядом с домом. Оно и к лучшему. Армия – она только на пользу, помогает человеку повзрослеть, понять, чего он стоит сам по себе, без мамкиной юбки и папкиной спины. Сейчас учится на программиста. По словам Алексея, парень в буквальном смысле этого слова грызет гранит науки, успевает еще и работать. При том, что он учится на дневном, совершает просто чудеса эквилибристики, успевая быть сразу в нескольких местах. Живет пока с матерью, но уже имеет виды на работу в другом городе с неплохими перспективами. Так что в скором времени собирается покинуть родной дом.

Нина одна не осталась. Алексей определил ее бухгалтером на свое предприятие, там же она познакомилась с одним мужичком. По утверждению брата, так себе мужичок – и мелковат, и жидковат, и подкаблучник. Повар отменный, а так… Даже женат никогда не был, хотя сам – ее ровесник. Но Нина, по-видимому, решила, что с нее хватит разных волевых, упертых, самовлюбленных… В общем, там был целый перечень. И ничего. Живут.

Дети вполне благосклонно приняли ее решение. Папой его, конечно, не называют, но относятся уважительно. А почему, собственно говоря, нет, если мужчина взвалил на свои плечи заботу о них в не самый простой период. Мало ли что о нем говорят и какое впечатление он производит. На подобный шаг решится далеко не каждый, а уж из закоренелых холостяков – так и подавно.

В материальном плане у них все в порядке. Алексей положил им обоим зарплату щедрой рукой. Нина пыталась было возмутиться, но он отмахнулся: мол, мое предприятие, сколько считаю нужным, столько и плачу. Ну ввернул еще и про то, что лишил ее миллионов. Даже чуть не поссорились, Нину это задело за живое, она в жизни чужую копейку не взяла. Словом, нашли общий язык.

– Вот такие дела, Сергей. Не трогал бы ты их, – закончил Алексей.

– Кхм. Гх. – Ком так и распирал горло, не желая проглатываться. – Й… кхэ… Ясно. Все верно. Предавшему раз…

– Да не в этом дело. Просто отболело у них уже. А тут снова-здорово.

– Я все понял. Но и постоять в сторонке тоже не могу. Они же мне не чужие. И потом, я все эти годы для чего-то же пахал. Кому все это?

– И что, много набежало?

– Четыре кило золота, четыре девятки.

– Ско-о-олько?

– Да не ослышался ты, не ослышался. Четыре кило. Я так думаю, даже если по заниженному курсу продать, то лимонов на восемь выйдет.

– Кхм. Даже и не знаю, как тебе помочь. Я как-то драгметаллами никогда не занимался.

– Да нормально все. Помнится, был тут у нас один ювелир, шустрила. Я к нему несколько раз одну постоянную пассажирку возил.

– Как-то это сомнительно.

– Ничего, Леш, не выгорит здесь, найду другую лазейку.

С братом просидели до самого вечера. Тот взял сам у себя отгул и даже телефон отключил, чтобы его не беспокоили. Пить, считай, и не пили, но зато наговорились от души. Единственно, Сергею стало неудобно перед Ралином, он даже хотел пригласить его присоединиться к ним, в конце концов, андроиды и сами смогут обеспечить безопасность. Но вассал отказался, решив все же самостоятельно проконтролировать эти машины для убийства, а по большей части – все же из-за того, что не хотел влезать в общение близких людей после долгой разлуки.

После встречи с братом, уже к вечеру, Сергей, Ралин и андроиды посетили ювелира. В смысле посетил конечно же Сергей, остальные находились в радиусе двухсот метров от дома, усиленно изображая из себя зевак. Кстати, у андроидов получалось откровенно плохо. Их создатели уж очень позаботились о брутальной внешности универсальных солдат. Вот представьте себе эдаких культуристов с квадратными челюстями, неживым взглядом убийц и выправкой военного, невинно прогуливающихся по тихим улочкам курортного городка. Угу. Совершенно не привлекают внимания.

Николай вначале пошел в отказ: мол, знать не знаю, ведать не ведаю. Все вопросы по ювелирным изделиям в мастерскую, в рабочее время и через официальную кассу. Но Сергей, ничуть не смутившись, сказал, что ему посоветовал обратиться к Николаю его клиент, гаишник Влад. Причем сказал он это настолько уверенно и без запинки, что ювелир, на минуту растерявшись, пустил Сергея в дом. Вернее, в прихожую или даже тамбур перед входной дверью. Оно вроде и конец марта, но к вечеру подморозило. А так и не в доме, и в то же время не на улице.

– А Влад разве еще в ДПС? – все же что-то вспомнив, усомнился Николай.

– А какая разница? Мне он неинтересен.

– Кто ты и что тебе нужно? – насторожившись и слегка попятившись, явно испугался ювелир.

– Николай, не надо на меня так смотреть. Я не грабитель, – выставив перед собой руки в примирительном жесте, успокоил ювелира Сергей. – Мне нужно только реализовать вот это. – Он демонстративно медленно полез в карман и извлек блеснувший желтым слиток. – Четыре девятки, как в аптеке, – завершая, произнес он и вложил слиток в руку ошарашенного ювелира.

– Кхм. Это… А с чего ты взял, что тут четыре девятки? – вертя в руках явно не банковский слиток, попытался возразить ювелир.

– Потому что я это точно знаю, Коля. Настолько точно, что тебе лучше не пытаться меня в этом разуверить. Я не хочу ни для кого неприятностей, хотя и могу их обеспечить. Однако у меня есть товар, и я хочу просто найти на него покупателя. Товар чистый, без пятен и примесей, как в прямом, так и в переносном смысле. Сегодня такое золото стоит три тысячи за грамм, я готов продать его за две с половиной. Мне даже дурно становится, как представлю, сколько ты на нем наваришь. Но мне нужно перевести эту твердую валюту во что-то более мягкое и шуршащее. Итак, твой вердикт?

– А сколько у тебя металла?

– Вопрос неверно сформулирован. Начнем с того, сколько ты сможешь купить, Коля. Николай, не надо так бурно реагировать на каждое мое слово. Как говаривал незабвенный Остап Бендер, я чту Уголовный кодекс. Ладно, зайдем с другой стороны. На мне пояс, в котором находится четыре кило этого презренного металла, и он мне уже натер поясницу. Вот зря ты так недоверчив. Не подумай ничего эдакого, но я предлагаю тебе ощупать мою талию. Но только без фанатизма, Коля, не дай бог, сюда выйдет твоя жена и не пойми что подумает, – разведя полы куртки, предложил Сергей, подражая еврейскому говору.

– Господи, ну ты же не еврей. К чему так старательно из себя изображать Мойшу? Да и на одессита совсем не похож, – все же ощупав собеседника, скривился хозяин дома.

– Видел бы ты себя. Я хотел хоть как-то разрядить обстановку. В самом деле, не стоит так пугаться, Николай. А лучше все же не пускать незнакомцев на порог своего дома, да еще и после того, как стемнело.

– Признаться, меня смутил твой уверенный вид и упоминание об этом гаишнике. Просто у меня и впрямь есть один клиент из полиции по имени Влад, вот только он вроде как на повышение пошел.

– Я знаю. Был знаком с его женой, которая не раз и не два пользовалась твоими услугами.

– И сейчас пользуется. Любит украшения, что тут поделаешь.

– Угу. Ну так что насчет металла?

– Я так понимаю, что шуткой во всем этом был только наигранный еврейский говор?

– Абсолютно верно.

– Тогда я думаю, что смогу тебе помочь. Но сейчас я просто не в состоянии. Слишком большие деньги, чтобы держать их дома. Я ведь не авторитет какой.

– Согласен. Как насчет завтра, часам к девяти утра?

– Не вопрос.

– Куда?

– Ко мне в мастерскую. Это на Гагарина.

– Ага, знаю.

– Вот там и решим все вопросы. Я сегодня ребят обзвоню, возьмем в складчину.

– Отлично.

– Погоди. – Николай придержал за руку уже начавшего разворачиваться Сергея. – Я так понял, что у тебя есть еще товар?

– Еще шестнадцать килограммов чистейшего продукта. Хочешь приподнять на перекупке? Да не тушуйся. Все нормально. Если организуешь опт, отдам по две тысячи триста, а там – сколько наваришь, все твое. Я тебе даже благодарен буду. Но только не вздумай устраивать мне что-то типа кидалова. Мне плевать на любые авторитеты, я честен с людьми и хочу такой же честности в ответ. Если хоть чуть сомневаешься, то лучше не рискуй. Или просто сведи меня с нужным человеком и отойди в сторону. Поверь, я не шучу, порву, как тузик грелку.

Сергей говорил совершенно спокойно, размеренным и ничего не выражающим голосом. Говоря это, он смотрел словно сквозь Николая, как будто того здесь и не было. Ювелир вдруг почувствовал, как по спине пробежала дрожь, а под ложечкой образовался холодный комок. Никаких сомнений: если придется, стоящий перед ним мужчина убьет его. Походя, как какую-то букашку. И в то же время отчего-то верилось в то, что обманывать он никого не собирается.

– Ес-сли можно, то ответ я дам завтра, – слегка запнувшись, ответил Николай.

– Отлично. Тогда до завтра…

Странно все же наблюдать свою жену, пусть и бывшую, с которой ты прожил душа в душу семнадцать лет, в положении, да еще и зная, что твоего участия тут и близко не было. Но чтобы не наблюдать подобную картину, требуется всего лишь не бросать свою половинку даже из самых благих побуждений. А Нине беременность идет, вон как похорошела.

– Ну здравствуй, беглец. – Нина с трудом опустилась на скамью в парке, отмахнувшись от предложенной им помощи.

– Здравствуй, Нина. Слушай, может, с парком – это перебор? Солнышко-то светит, да март только.

– Узнаю тебя, Сергей. Когда нашими детьми ходила, тоже все квохтал, как наседка. Да только ребенок-то не твой.

– А вот это сейчас вообще ни при чем.

– Ладно тебе. Не дуйся. Чтобы ты знал, беременность – это не болезнь.

– А если простудишься? Все же лучше было встретиться в каком-нибудь кафе.

– Чтобы меня увидели с тобой? То, что ты в розыске, – это твое личное дело. Не хочу, чтобы начали судачить, Степе плешь проедать, кровь портить. Видит бог, он этого не заслуживает. Здесь же и летом-то никого не бывает, не то что сейчас. Опять же свежий воздух нам только на пользу. – Нина демонстративно огладила выпирающий под пальто живот.

Все так. В городе было два парка. Один – Центральный, где в основном и крутились все отдыхающие и горожане. Второй – парк Победы. Здесь народ прогуливался куда как реже, да и то все больше с мая до конца сентября, пока погода позволяет кататься на каруселях. А уж в этой части парка и летом не часто встретишь людей. Нина выбирала место прямо как конспиратор какой. Вообще странно, что тут еще и лавочка имелась.

– Вот уж не думал, что станешь встречаться со мной втайне от мужа.

– С чего бы это втайне? – Нина даже вздернула брови. – Степан знает, он сейчас на дороге ждет меня в машине.

– Ага. Ясно. Ну и как у вас?

– Так, Сергей, давай без этих глупостей и банальностей. Мы с тобой в разводе, и это ты меня бросил. Помнишь?

– Все, все, прости. Просто… В общем, не важно.

– Что, заело, что твое – теперь уже не твое, а чужое?

– Проехали.

– Не вопрос. Проехали, так проехали. О себе расскажешь?

Ну а куда он денется. Рассказал ту самую историю, которую преподнес брату. Правда, непонятно, поверила она в нее или нет. А вот в чем она точно могла быть уверенной, так это в том, что Сергей выздоровел и сейчас выглядит на десяток лет моложе, а может, и больше.

– Седину-то где потерял? – окинув его долгим взглядом, поинтересовалась Нина.

– Потеряешь ее. Покрасился, вот и все. А волосики сами расти начали.

– Ясно. Ну что же, редко такое случается, но тебе повезло. Ну и как, раз уж жив остался, может, закроешь вопрос с полицией или вечно бегать будешь?

– Я лучше побегаю, Нин. Кстати, я тут тебе алименты задолжал, ты уж прости за задержку. – Сергей протянул ей черную папку, которую до этого держал в руках. – Тут – десять миллионов рублей.

Он успел встретиться с Николаем и провернуть сделку с ним и его товарищами по цеху. Оно, конечно, светить своим лицом перед посторонними – как-то не очень. Но ему было все равно. Задерживаться в родном городке он не собирался. Разве только повидаться с родными и воспользоваться услугами Николая по сбыту остального золота. Тот вроде как нашел канал, что не могло не радовать. Сразу после этого Сергей намеревался покинуть город.

– Я не возьму эти деньги, – нахмурившись, покачала головой Нина.

– Нин, тебе волноваться нельзя, а я не хочу ссориться. Не для того тут появился. Эти деньги чистые, никакого криминала тут нет и близко. Я их заработал вот этими руками и горбом. Ну не для кого мне жить и деньги эти девать некуда. Солить мне их, что ли?

– Женись, – хмыкнула Нина.

– Обязательно. Вот когда встречу такую же, как моя бывшая жена, обязательно женюсь, а сейчас у меня есть близкие люди и я имею возможность им немного помочь. И потом, какое ты имеешь право? Алименты не твои, а детей.

– Вот им и отдай. А у нас со Степаном все в порядке. Не лезь к нам, Сергей.

– Да не лезу я. Нин, ну я же от чистого сердца.

– Угу. От чистого сердца. Да только что-то у тебя вечно через одно место получается.

– Получалось, Нина, да и то только однажды. И заметь, я себя виноватым не считаю, потому что все сделал правильно. Вышло не очень, но уж как мог. Тогда выхода без криминала не видел, теперь он есть.

– Ладно, что было, быльем поросло. А деньги все же детям отдай сам. Придумаешь что-нибудь. Ты у нас изобретательный. Хоть на внука посмотришь, да и дети обрадуются. Похоронили ведь.

– Ну хотя бы встречу организовать поможешь? – растерянно вертя в руках папку с деньгами, спросил Сергей.

– Куда же тебя девать. Помогу, конечно.

– Тогда я что-нибудь придумаю и отзвонюсь тебе.

– Кто бы сомневался, – в очередной раз улыбнувшись, Нина не без труда поднялась со скамейки. – Пойду я. А то Степан там, наверное, уже весь извелся.

Глава 5. Наркоторговец.

– Куда теперь, Анатолий Петрович? – Водитель слегка отклонился назад и повернулся к пассажиру.

– В офис, Володя.

– Уверены? Может, все же домой? – с нескрываемой заботой поинтересовался водитель.

– Плохо выгляжу? Да ты не бойся, говори как есть.

– По мне, так вам сейчас не на работу, а домой и отдохнуть.

– Ясно. Значит, выгляжу погано, а вот чувствую себя как всегда. Хм. В общем, тоже погано. Но ничего не поделаешь, вот покончу с делами, а потом не домой, а сразу в клинику. Пора уже.

Водитель согласно кивнул, запустил двигатель, и «мерседес» плавно тронулся с места. За это Волынский был особенно благодарен водителю. Все же он чувствует автомобиль как-то по-особому. Не то что прежние.

Нет, он и сам прежде любил быструю езду. А какой русский не любит? Вот только укатали сивку крутые горки. Теперь каждое неверное движение отдается болью. Собственно, по этой причине он и остановил свой выбор на Володе. Спокойный, уравновешенный, хорошо знает город, а потому всегда выбирает маршрут в объезд возможных пробок. Вроде и ездит неторопливо, а получается всегда быстро, без нервотрепки, а главное, мягко, без встрясок.

– Приехали, Анатолий Петрович, – останавливаясь у парадного крыльца офисного здания, доложил очевидное водитель.

– Вижу, Володя. Вижу.

Тем временем охранник, сидевший на переднем пассажирском сиденье, вышел на улицу и замер возле двери охраняемой персоны, привычно осматривая свой сектор. Из двигавшегося сзади автомобиля быстро подошли еще трое телохранителей и тут же встали по периметру. Несколько секунд оценивали обстановку, и наконец тот, кто вышел первым, открыл дверь Волынскому.

Из салона Анатолий Петрович выбрался с явным затруднением, тут же глубоко задышав. Это каким же нужно быть идиотом, чтобы сейчас совершать на него покушение? Да ему тут осталось-то… Нет, евреи говорят: мол, они способны творить чудеса. И действительно, бывали случаи, когда они выдергивали больного из цепких лап недуга. Но это скорее все же исключение, а не правило.

С другой стороны, противники могут рассудить иначе. Он всегда был везунчиком, а ну как и в этот раз повезет. Тогда народ будет ну очень сильно разочарован. Вот на тот случай, если у кого терпелка лопнет, он и держит телохранителей. Опять же надеется на то, что ему все же повезет.

– Анатолий Петрович, я бы хотел с вами переговорить.

Волынский только мазнул взглядом по довольно высокому мужчине, ничем не уступающему его телохранителям, и прошел дальше. Кто бы это ни был, он ему неинтересен. А мужик, похоже, решительно настроен, вон как уверенно наперерез рванул. Один из охранников вроде как вежливо и без рук, но вполне профессионально оттеснил возмутителя спокойствия в сторону. Ловко это у него вышло. И без грубости, и не обостряя ситуацию. Он как будто бы даже успел наскоро обыскать незнакомца.

– Анатолий Петрович, у меня есть для вас предложение. Я знаю, как можно справиться с вашей болезнью.

Волынский задержался было на секунду, но потом продолжил движение. Он уже был в дверях, когда вновь послышался голос незнакомца. Вот только теперь он звучал как у судьи, зачитывающего приговор, не подлежащий обжалованию.

– В Израиле вам не помогут, слишком поздно. Я же предлагаю реальную возможность. Уйдете сейчас – заказывайте место на кладбище.

Волынский вновь посмотрел на мужчину, державшегося вполне уверенно, так, словно точно знает, о чем говорит. Черт! Знать бы, кто пустил слухи о его болячке. Лично задушил бы. Хотя… Только слепой не увидит, в каком он сейчас состоянии.

– Ваня, проверите – и ко мне в кабинет, – скосив взгляд на старшего из телохранителей, ехавшего с ним в одной машине, распорядился Волынский.

– Ясно.

Глупость? Очень может быть. Вот только утопающий хватается за соломинку, отчаявшийся человек готов поверить во что угодно, лишь бы выкарабкаться из глубокой пропасти, куда его швырнула злая судьба. Вот и он не выдержал. Он уже прошел курс амбулаторного лечения, не принесшего положительного результата. Обращался даже к знахарке, правда, ездил туда один, только с водителем, не дай бог, прознают и поднимут на смех. А Володе можно было доверять, Волынский оплатил операцию его дочери, можно сказать, вытащил ее с того света. Зачтется ли ему?

С рабочими вопросами покончил быстро. Потребовалось всего-то двадцать минут. Оно бы и ни к чему, за прошедшие месяцы уже успел привести дела в порядок, но пока предпочитал держать руку на пульсе. Да и не мог он без дела. Слишком деятельная натура.

– Разрешите, Анатолий Петрович?

– Да, Ваня, – поднял он взгляд на заглянувшего старшего телохранителя.

– С этим как? Заводить?

– Чист?

– Чист. Но оно по-всякому можно. Так что только в нашем присутствии.

– Володю, водителя моего, вызови. Хватит и его одного.

– Анатолий Петрович, при всем уважении, он простой водила.

– Не простой, а с боевым опытом и имеет разрешение на ношение оружия. Зови.

Незнакомец прошел в кабинет без опаски. Спокойно взглянул на пистолет в руке водителя, которым тот указал на диван у стены в нескольких шагах от сидящего за рабочим столом Волынского. Все говорило о том, что он имел дело с оружием и ему доводилось рисковать собственной шкурой. Уж больно уверенно держится.

– Итак, о чем вы хотели со мной поговорить? – осторожно отклоняясь на спинку рабочего кресла, поинтересовался Волынский.

– Покалякать о делах наших скорбных.

– Очень смешно. Насмотрелись фильмов о советской милиции? Так я вас разочарую, там нет и сотой доли правды. Поверьте человеку, разбирающемуся в вопросе.

– Еще бы вам не разбираться, Анатолий Петрович.

– Вы из полиции?

– Похож?

– Просто поразительное сходство.

– Тем не менее – нет. Скорее уж совсем наоборот.

– У меня мало времени.

– Если выслушаете меня и мы договоримся, то уверяю: времени у вас будет куда больше, чем вы можете предположить в самых смелых своих мечтах. Если укажете на дверь, то его у вас останется действительно мало, я бы даже сказал, что времени совсем нет.

– Ненавижу, когда говорят загадками.

– Тогда начнем говорить отгадками. Надеюсь, у вас компьютер подключен к Интернету?

– Мне это начинает надоедать, – раздражаясь, произнес Волынский.

– Так Интернет есть или нет? Если да, то откройте любой поисковик и забейте: «Пошнагов Сергей, инкассатор-зомби». Я серьезно, это имеет прямое отношение к моему визиту.

Волынский застучал по клавиатуре, задавая запрос в поисковик, и с удивлением уставился на результаты. Открыл одну из страниц, пробежал мельком, посмотрел на фотографию мужчины лет сорока, начинающего лысеть, с обильной сединой в волосах. Потом перевел взгляд на мужчину, сидящего на диване, лет двадцати пяти, брюнета, хотя и с коротко стриженной, но густой шевелюрой.

– Ну что, интересно девки пляшут, по четыре штуки в ряд? – с довольной ухмылкой поинтересовался Сергей, наблюдая за реакцией хозяина кабинета.

– Не то слово, – прикусив губу, задумчиво произнес Волынский. – То есть вы хотите сказать…

– Да я это, я, можете не сомневаться.

– Но тут указывается…

– Угу. Рак последней стадии. Ходил я по вашей дорожке.

– Как вы сказали – интересно девки пляшут? Оч-чень интересно.

– Ну а теперь, собственно, к делу, из-за которого я к вам пришел. Мне известно, что вы являетесь одним из крупнейших наркоторговцев Москвы. А вот это, – Сергей с пренебрежением повел рукой вокруг, – только прикрытие, не более того. И я к вам пришел именно из-за вашего основного бизнеса. Итак, у меня есть предложение. Я помогаю вам перебороть недуг, да так, что от него не останется и следа. Вы же, в свою очередь, лично рекомендуете меня какому-нибудь наркоторговцу в Колумбии. Боюсь, меня там неправильно поймут, если я сунусь сам. Мне же нужно заниматься делом, а не выяснять отношения. К тому же моя просьба может показаться им несколько странной. Словом, все за то, чтобы с ними меня свели вы.

– Давайте вернемся к тому, как вам удалось преодолеть недуг, – сделав вид, что не услышал пространную речь собеседника, предложил Волынский.

– Я гляжу, метастазы в первую очередь поразили ваши органы слуха, господин Волынский.

– Слышь, ты, умник, язык придержи, – угрожающе качнув ТТ, произнес водитель.

– Ты оружие-то убери. А то, не дай бог, нажмешь на спуск, и тогда вам всем – братская могила, – покачав головой, произнес Сергей.

Волынский приподнял бровь, выказывая свое удивление и где-то даже уважение нахальству и самоуверенности гостя. Признаться, в этот момент в нем боролись два желания. Первое – прогнать гостя, причем предварительно отдав приказ, чтобы его уложили в больничку с парой-тройкой переломов. Второе – поверить ему. Ведь вот они, статьи, причем с различными названиями, о безнадежно больном, решившемся на ограбление банка. Да и сам Волынский что-то такое припоминал. А вот и герой этих статей, без каких-либо признаков болезни, здоровый цвет лица и все остальное прилагается.

В этот момент из коридора послышался какой-то шум. Потом дверь распахнулась, и в проеме показался незнакомец, эдакий шкаф наподобие Шварценеггера. Володя не то что успел среагировать, но даже выстрелил. И Волынский точно видел, что он попал непрошеному гостю точно в грудь, но тот словно и не почувствовал ничего.

С одной стороны, ТТ на таком расстоянии прошьет любой бронежилет. С другой, даже если не прошьет, удар пули настолько мощный, что этот бугай как минимум должен был хотя бы покачнуться. Но ничего этого не произошло.

Вместо этого нападавший поднял руку с непонятного вида пистолетом. Едва различимое жужжание, щелчок – и водитель скрючился на полу, хрипя и суча ногами. Секунда – и он замер, скрючившись в позе эмбриона.

– Вот только не нужно думать, что я вам враг, – подобрав пистолет водителя и устраиваясь на этот раз за приставным столиком, заговорил Пошнагов. – Это просто демонстрация моих возможностей. Не переживайте по поводу ваших людей, электрошокер – это не смертельно. И не вините их, потому что на любого профи найдется другой профи. Итак, повторяю, я могу найти выходы на колумбийцев и сам, но это займет слишком много времени. Я деловой человек, и товар мне нужен как можно скорее. Заметьте, при этом я не собираюсь составлять вам конкуренцию. Варитесь в вашем котле сами. В обмен на вашу рекомендацию я готов подарить вам то, на что вы уже не надеетесь. Согласитесь, это очень щедрое предложение. Что же касается произошедшего, я просто показал вам, что со мной не стоит шутить. Пока вы честны со мной, я честен с вами. Хотя, признаться, с куда большим удовольствием я посмотрел бы на то, как вы отдадите концы.

– Ну что же, хотя бы откровенно, и на том спасибо.

– Не вопрос. Обращайтесь, если понадобится.

– Итак, я обеспечиваю вам рекомендацию, а вы потом технично кидаете меня. Не так ли? Потому что все это, – Волынский махнул рукой в сторону монитора, – или полная чушь, или же не о вас. Уж больно молодо вы выглядите.

– Н-нет, все не так, – затряс головой Сергей. – Сначала я избавляю вас от недуга. Вы сдаете анализы и убеждаетесь, что здоровы. И только потом вы рекомендуете меня колумбийцам. А это… Просто помните, что меня не стоит кидать. Я, как и вы, не доверяю судьям, знаете ли. Все сам и сам.

– Л-ладно. А если я говорю «да»?

– Тогда вы прямо сейчас выходите вместе со мной, и мы отправляемся навстречу вашему чудесному исцелению.

– Или вы тащите меня в какой-нибудь подвал, где вытрясаете из меня нужные вам сведения.

– Можно подумать, мне что-то может помешать проделать это без вашего согласия. Весь ваш офис сейчас контролируется моими людьми, – непринужденно отмахнулся Сергей.

– Мне нужно позвонить и предупредить, чтобы тут не поднялась волна, – внимательно глядя на собеседника, произнес Волынский.

– Да бога ради. Только это можно сделать и на ходу. Время – деньги, не так ли?

Сергей помог Волынскому надеть пальто, после чего они направились к выходу. Анатолий Петрович не без удивления смотрел на то, что сейчас творилось в офисе его легального предприятия. В общей сложности здесь трудилось порядка тридцати человек, это вместе с охраной. Все они были сейчас без сознания и скованы пластиковыми наручниками по рукам и ногам. Ничего страшного, здесь хватает канцелярских принадлежностей, чтобы при отсутствии контроля избавиться от пут. Но сам факт произошедшего не мог не впечатлять.

И все это провернули четверо. Трое похожи друг на друга, как братья-близнецы. Точнее, лица у них абсолютно разные, но вот все остальное – телосложение (косая сажень в плечах), пластика, осанка… Ну прямо трое из ларца одинаковых с лица. А нет, четверо. На входе в офис нашелся еще один такой же. И только пятый выбивался из общей картины. Телосложение у него было крепкое, но вот габаритами он уступал даже их боссу, Пошнагову, не то что этим амбалам.

Когда Волынский сел в машину, самый обыкновенный уазик, то тут же позвонил нужным людям и отдал все необходимые распоряжения, чтобы никто не вздумал поднимать волну в течение пары дней. Ржавый работает с ним уже больше десяти лет, так что без труда управится в его отсутствие. Правда, из распоряжений шефа он ничего не понял. С одной стороны, вроде как было совершено нападение на офис, с другой – ничего страшного не произошло и шеф скоро вернется. Главное, Волынскому удалось убедить его принять все случившееся как должное и без каких-либо оргвыводов.

Пошнагов протянул руку и, взяв у Волынского мобильный, тут же быстренько разобрал его, чтобы нельзя было отследить их местоположение. После этого извлек из внутреннего кармана квадратную коробочку инъектора и потянулся к шее Волынского. Тот невольно отпрянул.

– Господи, Анатолий Петрович, ну что за детский сад! Я не стану говорить про отсутствие у вас выбора, потому что он есть. Просто скажите, что не согласны на мои условия, мы остановим машину и простимся с вами.

– Я хотя бы могу знать, что вы собираетесь мне вколоть? – слегка скривив губы, поинтересовался Волынский.

– Разумеется. Препарат, который купирует вашу болезнь, от греха подальше, чтобы вы не померли раньше времени, ну и снотворное. Потому что многие знания – многие печали.

В ответ на это Волынский коротко вздохнул и наклонил голову к плечу, чтобы Пошнагову было удобнее делать инъекцию. Тот, в свою очередь, задорно ухмыльнулся, подмигнул и приложил коробочку к шее. Тихое жужжание, пара щелчков, легкий укол, и глаза клиента подернулись легкой поволокой, а затем веки смежились…

Два подержанных уазика довольно быстро выбрались на Варшавское шоссе. Поток машин солидный, но это ерунда, главное, что нет пробок. А то мало ли, время дневное, так что застрять очень даже просто. Нет, Сергей не опасался погони или еще каких-либо неприятностей. Просто уже успел привыкнуть к жизни в Ирианской империи, где наземный транспорт существует наравне с воздушным и ни о каких пробках не может быть и речи, хотя средств передвижения там гораздо больше. Поэтому земные реалии немного напрягали.

Сделав небольшой крюк по Бутово, обе машины уверенно съехали на проселочную дорогу. Собственно, именно из-за этого Сергей и остановил свой выбор на уазиках. С одной стороны, дешево, с другой – и проходимость на высоте, и далеко не худосочные андроиды располагались внутри без труда. Со скоростью, конечно, полный швах, но это даже неудобством назвать нельзя, гонки им не устраивать, да и от погони уходить не нужно.

Проехав с километр по покрытой подтаявшим снегом дороге (которой, кстати говоря, уже довольно давно не пользовались), они въехали на довольно большую поляну, со всех сторон окруженную высокими деревьями. Отличное место для отдыха. Разумеется, летом. Сейчас тут тоже красиво, но все же пока только март, погода особо не балует. Да и снег до конца не сошел. Вон даже следы от лыж видны.

Вообще, Сергей, впервые оказавшись в Москве, был сильно удивлен. По его представлению, этот мегаполис представляет собой сплошь застроенное высотками пространство с историческим центром. Но оказывается, чуть в стороне от центра хватало простора, даже имелись довольно обширные парковые участки. Взять то же Бутово: вроде город, а лесной массив здесь имеется.

С виду поляна была пустой. Но это только с виду. Андроиды, сидевшие за рулем, без тени сомнений направили автомобили к только им видимой точке. Впрочем, благодаря контактным линзам Сергей и Ралин, устроившиеся на передних сиденьях, так же все прекрасно видели. А вот непосвященный или, вернее, не имеющий такого снаряжения на основе нанотехнологий точно не сумел бы рассмотреть катер, устроившийся на середине поляны.

Суденышко сравнительно небольшое, всего-то метров сорок в длину и порядка восьми в ширину. По бортам разместились кургузые крылышки, отчего корабль был похож на какой-то несуразный самолет. Но крылья здесь играли скорее вспомогательную роль, когда судно уже набирало скорость в воздухе. Основная же нагрузка лежит на турбинах, способных вращаться на триста шестьдесят градусов.

Вообще, Сергей все же с некой долей опаски решил приземлиться именно на этой поляне. Вернее, управляла катером Клайра, за ним было только принятие решения. Все же столица, а значит, защита здесь должна быть на высоте. Он конечно же помнил, как во времена его молодости немецкий мальчишка по фамилии Руст долетел до Москвы и сел на Красной площади. Но ведь его обнаружили, причем своевременно, просто не нашлось того, кто отдал бы приказ сбить гражданский легкомоторный самолет.

У них же ситуация совершенно другая. Они должны были действительно остаться незамеченными. Разумеется, на их стороне были и генератор маскировочных полей, и нанопокрытие корпуса катера. В результате их не видели не только радары, они оставались невидимы и для простого наблюдателя, не вооруженного специальными приборами. Но доля риска все же оставалась. Вспомнить хотя бы историю с американским самолетом-невидимкой, который, несмотря на затраченные миллионы и самые последние суперсовременные технологии, был обнаружен старыми советскими радарами шестидесятых годов. Но Сергей все же решил сделать ставку на ирианскую технику и не ошибся.

Два андроида остались на Земле, с автомобилями. Этот транспорт им еще пригодится, не пешком же передвигаться по родимой планете. Бросать же машины бесхозными в месте, которое вполне может кто-нибудь навестить, – это не совсем разумное решение. Здесь хватало следов от лыж, несмотря на начало весны, народ вполне активно катался. Именно поэтому катер не все время находился на поляне, Клайра сажала его только по сигналу Сергея. Угу. Вот так нагло она и летала от «Кашалота» до Москвы и обратно…

Золото Сергею удалось реализовать без каких-либо трудностей. Он понятия не имел, к кому обратился Николай, но факт остается фактом: отдав ювелиру сумку с золотыми слитками, взамен он получил другую, набитую американскими долларами. Остальное его мало интересовало.

Потом были три дня, которые он провел на турбазе со своими близкими. Удалось уговорить приехать и Нину со Степаном. Хороший, кстати, оказался мужик. Нет, на вид и впрямь плюгавенький и слабохарактерный, но зато компанейский, начитанный, а главное – прирожденный повар. Кстати, осаду Нины он начал именно с заботливо приготовленных блюд.

Сергей сам себе удивлялся, насколько легко смирился с тем, что его женщина уже и не его вовсе. А еще большее удивление у него вызывало то, что он со Степаном общался вполне мирно и даже тепло. Мало того, понимая, что Нина ни за что не возьмет от него деньги, Сергей умудрился снюхаться с ее новым мужем настолько, что прямо там, на турбазе, они приняли решение о создании совместного предприятия. Разумеется, ресторана. Сергей выделял средства и получал от своего вложения треть доходов.

Признаться, Клайра и Ралин были сильно удивлены, когда узнали, как именно Сергей решил помочь своей бывшей жене и детям. Вообще-то в его распоряжении имелась солидная, по местным меркам, сумма, и он мог выделить куда более значимые средства, а не такие крохи, как десять миллионов на всех. Однако Пошнагов отказался от подобного шага.

Кто-то скажет, что он бросил своим близким подачку. Вот только он считал себя правым. По его убеждению, если ты хочешь помочь человеку, то помоги ему приобрести профессию, получить образование, найти работу, посоветуй что-то дельное, в конце концов, а если есть возможность – предоставь стартовый капитал под конкретное дело. Но только не бери человека на постоянное содержание, потому что этим ты только развращаешь.

Вот в чем ему действительно было стыдно признаться самому себе, так это в том, что он почувствовал облегчение от того, что у Нины все устроилось самым лучшим образом. Хотя причина таких чувств для него и не была за семью печатями. Он все чаще и чаще вспоминал Ирину. Нет, Нину он все так же любил, но теперь уже не мог забыть и другую. Они были такими разными, что будили в нем разные чувства, если можно так выразиться. Словом, каждую из них он любил по-своему.

Н-да. Ну с Ниной-то теперь можно было сохранять только дружеские отношения. А вот Ирина… Сейчас Сергею хотелось поскорее закончить все свои дела на Земле и рвануть обратно на Клайп. И он очень надеялся, что пока еще не совершил ничего непоправимого. Вот такие пироги с котятами.

Поэтому, не откладывая дела в долгий ящик, он перебрался в Москву. Это решение было обусловлено тем, что кокаин считается самым дорогим наркотиком в России и, соответственно, далеко не каждому по карману. Поэтому Сергей решил, что основная доля наркоманов, сидящих именно на нем, должна проживать в столице с ее тусовками и ночными клубами. Как следствие, и крупнейшие наркоторговцы, которые бы могли иметь связи непосредственно в Колумбии, так же должны находиться в Москве или в ближнем Подмосковье.

Это сообщество довольно закрытое, и там очень не любят посторонних. Предпочитают иметь дело с людьми не просто надежными, но более чем тщательно проверенными. Надежность в этом деле вообще всегда должна быть под вопросом. Колумбийцы так те вообще отличаются невероятной подозрительностью и жестокостью.

Нет, Сергей их не боялся и если бы решил объявить им войну, то тем точно мало не показалось бы. С его техническим оснащением им не помогли бы никакие мангровые болота и укрепленные виллы. Но воевать с наркокартелями в его планы не входило. В конце концов, для этого есть государство. Ему же нужно было, чтобы его рекомендовали, что должно в значительной мере упростить процесс сделки.

В Москве пришлось потрудиться. Но разве что немного. Найти адрес Управления госнаркоконтроля России по городу Москве не составило труда. Дальше оставалось вычислить какого-нибудь сотрудника, после чего организовать его похищение. Правда, пришлось похищать сразу двоих, но не суть важно. Сделать инъекцию одной интересной сыворотки и с ее помощью разговорить ребят на любую тему вообще не составило труда.

Правда, парни потом проснутся с жуткой головной болью, словно беспробудно пьянствовали в течение трех суток. Но это не страшно, пройдет. А чтобы они ничего не заподозрили, квартира одного из них, холостяка, была приведена в соответствующий вид. Насчет того, с чего это они решили напиться, пусть голову ломают сами. Главное, что если они и опоздают утром на службу, то только по своей вине. Пошнагов получил нужные сведения и отвалил в сторону.

Никакую секретную информацию у офицеров он не выведывал. По сути, ему нужны были самые общие сведения, и не более. Его заинтересовал некто Волынский, которому, со слов оперативников, осталось недолго коптить столичное небо. У Пошнагова было что предложить этому упырю. Причем за этот товар Волынский будет готов уплатить куда больше, чем от него потребуют. Жизнь – штука такая, когда речь идет о чужой, то цена ей зачастую копейка, а если вопрос касается собственной, то все меняется, причем кардинально…

Волынского вернули в Москву в течение полутора суток. Похоже, он не ожидал ничего подобного. Наверняка успел окончательно проститься с жизнью. Это было явно заметно по тому, как он смотрел ошарашенным взглядом вокруг, выглядывая из кургузых дверных окошек уазика.

– Это что, Россошанская улица? – недоумевающе поинтересовался Анатолий Петрович, с болезненным видом сжимая виски, голова просто раскалывалась.

– Верно. Отсюда до вашего офиса – всего-то пара сотен метров. Мы решили, что вам не помешает прогуляться. Заодно и в себя придете.

– А чего это голова так раскалывается?

– Побочный эффект. Поверьте, в сравнении с общим состоянием вашего организма это сущие мелочи.

– Придется поверить вам на слово.

– А вот этого не надо, – отрицательно покачав головой, возразил Сергей. – Не нужно ничего принимать на веру. Уж лучше наоборот, сегодня же поезжайте в клинику и пройдите обследование. С учетом того, что сейчас утро, думаю, вам не составит труда управиться в течение суток. Я позвоню вам завтра, скажем, часов в девять. Надеюсь, вы не относитесь к тем неблагодарным, кто не платит по счетам?

– Вы хотите сказать, что я уже здоров? – с явным недоверием поинтересовался Волынский.

– Просто пройдите обследование. И еще, о вашем выздоровлении и уж тем более о моей в этом роли трубить на весь свет не нужно. У вас есть свои маленькие тайны, у меня – свои. До завтра, Анатолий Петрович…

Сергей позвонил ему на следующий день уже с проходной офиса. И, надо заметить, его тут же провели к Волынскому. Не сказать, что с ним при этом были как-то по-особенному предупредительны, но все же происходило все без каких-либо проволочек. Впрочем, это полностью устраивало Сергея. Ему было не до дифирамбов, полагавшихся спасителю их шефа. Да и потом, никто из подчиненных Волынского явно ни о чем не знал.

А вот сам хозяин кабинета встретил его пристальным взглядом. Молча указал на стул у приставного столика и еще какое-то время рассматривал его самым внимательным образом. Потом откинулся на спинку кресла и сложил руки у себя на животе, хотя, откровенно говоря, ничего такого выпирающего у него не наблюдалось. Обычный мужчина, когда-то крупного телосложения, а нынче сильно исхудавший. Впрочем, болезненная худоба скоро пройдет.

– Вчера я сдал целую кучу анализов. И, так полагаю, о результатах говорить вам не нужно, – наконец произнес он.

– Не нужно, – легко согласился Сергей.

– У меня есть к вам предложение.

– Стоп. – Сергей поднял руку в протестующем жесте. – Если вы хотите мне рассказать, как можно наладить бизнес по излечению избранных счастливцев или широких масс населения, все это мимо. Я здесь только по одной причине, чтобы вы рассчитались со мной.

– Хм. Видишь ли, дружище…

– Слушай, Толик, я вижу, у тебя с мозгами полная беда. Может, ты еще и подтянул сюда целую кодлу, чтобы захомутать меня и отправить моих парней восвояси или в мир иной? Если так, то глупее решения ты в своей жизни еще не принимал. Мои ребята без труда разжуют и выплюнут роту спецназа при полной выкладке, не то что твоих доморощенных головорезов. Прежде чем начать совершать ошибки, хорошенько подумай, готов ли ты к тому, чтобы здесь, в этом офисе, уже через несколько секунд началась резня. Мало того что ты не получишь меня, так ведь еще и твое отлаженное предприятие окажется под угрозой. Сомневаюсь, что после такого шума тебя сумеют прикрыть твои покровители. Сегодня не девяностые.

Волынский внимательно выслушал этот спич, а потом пожал плечами, словно только что услышал нечто очень забавное. Протянул руку к коробке, примостившейся на уголке рабочего стола, извлек оттуда сигару, надрезал кончик, закурил. И только выпустив изо рта терпкое табачное облако, произнес, вновь переходя на «вы»:

– Завидую вашему воображению, Сергей Демьянович. Вам бы романы писать, а не в наркобизнес лезть. У меня и в мыслях ничего подобного не было.

Врет. Сергей понял это сразу. И парни у него наготове, и гостя он собирался взять в оборот, ну, может, рассматривал как один из вариантов, но это факт. Однако, как видно, ему очень не понравился взгляд собеседника, а Пошнагов смотрел на него, как на пустое место. Просто потому что именно так и воспринимал Волынского. Для него этот торговец смертью был уже приговорен, как и те, на кого Сергей еще совсем недавно охотился. Оставалось только привести приговор в исполнение. А когда он брался за это грязное дело, то старался не думать о бандитах как о людях.

– Что ж, если меня занесло не туда, то прошу простить. Итак, вы готовы выполнить вашу часть сделки?

– Без проблем. – Волынский взял в руки мобильный и, покопавшись в телефонной книге, нажал на экране вызов. – Андрюха, привет. Как живешь, бродяга? Ай молодца. Слушай, я тебе по делу звоню. Ты сейчас где? У себя? Никуда не собираешься в ближайшие дни? Отлично. Как насчет встретиться? Ну конечно же я к тебе. До встречи.

– Андрюха? – искренне удивился Сергей.

– А вы думали, какой-нибудь Хосе Игнасио? Наш простой ростовский парень Андрей по прозвищу Шмель. Погоняло прилипло после того, как он во вторую чеченскую из «Шмеля» завалил сразу десяток духов. Те в подвале окопались, ну он подобрался и угостил от всей своей широкой души. А вообще, русские в Колумбии и в Мексике имеют серьезный вес, и их авторитет растет год от года.

– Отчего так?

– А это как в том анекдоте, помните? Он меня ведром – бум-бум, а я его гирькой – тюк-тюк. Латиносы – народ шумный, темпераментный, разбитной. И преступный мир у них такой же. Ну про колумбийский галстук вы наверняка слышали. Так вот, кроме этого там расчленяют тела бензопилами, разбрасывая части и отрезанные головы в качестве назидания. Наши ничего подобного не делают, а вот боятся отчего-то их куда больше. Словом, вот уже лет десять как русские постепенно перехватывают управление наркокартелями в свои руки. В основном мексиканскими, потому что сейчас рулят в этом бизнесе мексиканцы. Но и про Колумбию не забывают. Все же один из основных поставщиков кокаина.

– И местные вот так запросто им это позволяют?

– Не запросто, но позиции сдают. Тут ведь немаловажную роль играет поддержка населения. Местные наркобароны своей дикой жестокостью все больше на страх давят. А наши, что ни говори, к людям куда лучше относятся и в обиду ни себя, ни своих не дают. Бодаются, конечно, с переменным успехом, но наши потихоньку теснят. Х-хе. По большому счету Россия-матушка должна помогать не амерам в борьбе с наркокартелями, вступая в разные там международные организации, а нашим парням в Латинской Америке. Они же поднимают авторитет России среди местного населения.

– Ну прямо патриоты, – не выдержав, ухмыльнулся Сергей.

– Патриоты не патриоты, но своих не бросают и, если кто из русских там огребает проблемы, обязательно впишутся.

– Анатолий Петрович, найдите какого-нибудь простачка и вешайте эту лапшу на уши ему. А я благородных воров в законе уже проходил, в девяностые. Вы когда через того же Андрея тащите сюда свою заразу, о ком проявляете заботу? Погодите, я сам догадаюсь. Наверное, считаете себя санитарами русского народа, так как способствуете вырождению человеческого мусора.

– А ведь вы меня ненавидите, Сергей Демьянович.

– У нас с вами – сугубо деловые отношения. Я помогаю вам, вы помогаете мне. После чего мы расстаемся навсегда. А что касается Шмеля, то он на мне будет зарабатывать. Любить мне вас незачем. А посему давайте вернемся к нашим баранам. Я так полагаю, что нам предстоит перелет через океан. В этой связи у меня есть к вам еще одна просьба – помочь с хорошими документами мне и моему сопровождающему. Разумеется, не бесплатно.

– Не проблема. А плата – это лишнее. Ненавидите вы меня или нет, это вовсе не повод быть мелочным…

Роговцев удивленно поднял взгляд на распахнувшуюся дверь. С одной стороны, он никого не приглашал. С другой – мало найдется в этих стенах тех, кто может позволить себе подобное нахальство. Пусть генерал сейчас на пенсии, это ничего не значит. В его карьере уже давно настал тот самый момент, когда авторитет работает на него. И, надо заметить без ложной скромности, будет работать еще долгое время.

Окинув взглядом вошедшего без приглашения, генерал вновь вернулся к работе с лежащими перед ним документами. Так, словно ничего не произошло. Нет, поставить зарвавшегося на место для него не составляет труда, несмотря на довольно своеобразный характер вошедшего офицера. Но он даже бровью не повел, когда худощавый светловолосый мужчина невыразительной внешности без приглашения буквально рухнул на стул у приставного столика, положив перед собой папку с бумагами.

– Будешь рассказывать или, по Станиславскому, сначала выдержишь паузу? – не отрываясь от своего занятия, произнес генерал.

– Анатолий Анисимович, похоже, есть.

– Что именно? – отложив листок бумаги, который держал в руках, и наконец сосредоточив свой взгляд на вошедшем, поинтересовался генерал.

Он ни на секунду не усомнился в том, что его заместитель предстал пред очи начальства по важному поводу. Подполковник Слива считался одним из лучших оперативников управления, и, надо заметить, по праву. Правда, ввиду ограниченности штатов их группы одновременно он был и замом Роговцева. Ну да кому сейчас легко.

– Мне удалось засечь либо еще одного вербовщика, либо, и я склоняюсь именно к этому, гостя оттуда.

– Та-а-ак. А теперь кратко и четко, – откинувшись на спинку кресла, приказал генерал.

– Три дня назад на легальный офис известного наркоторговца Волынского было совершено странное нападение. Сработали нагло и профессионально. Но обошлись без жертв. Судя по всему, использовали электрошокеры. А ведь у этого упыря – вполне профессиональная охрана. Но главное не в этом. Незадолго до нападения на прием к Волынскому напросился некий молодой человек, который пообещал избавить его от рака. У Волынского четвертая степень, практически ходячий труп.

– Я так понимаю, что он был ходячим трупом, – заметил генерал.

– Именно. Вчера в первой половине дня Волынский вернулся в офис, причем выглядел огурцом, ну разве только как с похмелья. Раздал ряд распоряжений и тут же умчался в частную клинику проходить обследование. От рака нет и следа. Он здоров как бык, остается только набрать вес до нормального, но это единственный недостаток.

– Все страньше и страньше. Нет, то, что это наши клиенты, я даже не сомневаюсь. Но к чему им наркоторговец? У них что, сменились интересы? Черт, и так было мало понятного, а тут еще и это. А как там у нашего подопечного?

– В том-то и дело, что никаких изменений. Вчера вечером, как обычно, отправили очередную партию.

– Тогда, получается, либо новые игроки, либо… Так, а кто тот гость?

– Вот это-то самое интересное. Некий Пошнагов Сергей Демьянович. Пять лет назад он работал инкассатором в «Сбербанке» и, будучи на смене, совершил ограбление, похитив почти восемьдесят миллионов рублей. Это был шаг отчаяния, он знал, что неизлечимо болен, и решил таким образом обеспечить свою семью. Одно из его самых популярных прозвищ в прессе – инкассатор-зомби. Так вот, несколько дней тому назад он вышел на связь с семьей, здоровый и помолодевший.

– Интересно получается. А почему на него вышли только тогда, когда он оказался в окружении этого Волынского? Почему не сработали сторожки на его прежнее окружение?

– Обычное головотяпство на местах. На него не стали выставлять никакие сторожки и дело в местном управлении ФСБ завели только формально. Деньги, причем вся сумма, была возвращена уже на следующий день. При этом брат Пошнагова заявил, что тот раскаивается в содеянном и уговорил Сергея вернуть похищенное. Мол, тому осталось немного, а умирать в камере он не хочет. Словом, если бы он и сам заявился, то там налицо деятельное раскаяние, максимум условно, вот и не стали наши коллеги больно налегать на это дело.

– Ясно. И что ему понадобилось от Волынского?

– Да странное дело. Установлено, что он сбыл в общей сложности двадцать килограммов чистого золота, естественно потеряв на этом, но даже не покривившись. А сейчас ищет выходы на какой-нибудь колумбийский наркокартель. Может, решил заняться наркоторговлей на межзвездном уровне? А что, чем не версия.

– Да тут, вероятно, любая версия имеет право на существование. Что Волынский?

– Похоже, решил пока играть по правилам Пошнагова. Связался со своим партнером в Колумбии и собрался с Пошнаговым к нему в гости. Но к гадалке не ходи, что-то эдакое задумал.

– Это несомненно. С кем связался Волынский?

– Некто Шмель. Я выяснил, контора плотно его курирует. Предлагаю накрыть Пошнагова и вдумчиво с ним побеседовать.

– Угу. А заодно проверить, на что способны его товарищи. Глядишь, без особого труда развяжут Третью мировую. Как вариант. Нет, Артем, нужно организовать плотное сопровождение и брать его под колпак медленно, ласково и нежно.

– Но…

– Никаких но. Сам подумай, он прется сюда черт знает откуда, реализовывает золото по бросовым ценам. Кстати, источник золота установлен?

– Нет. Золото не соответствует ни одному из известных приисков.

– Во-о-от. Значит, у Пошнагова наклевывается какое-то очень выгодное предприятие. Настолько выгодное, что он отметает в сторону даже золотодобычу. Не может золото быть дешевым в принципе, потому как металл этот очень редкий не только на Земле, но и вообще во Вселенной. Во всяком случае, наши умники утверждают именно так. Поэтому с Пошнаговым для начала нужно налаживать плотное партнерство. И ни в коем случае не вспугнуть. Волынского этого, как только сделает свое дело, – в сторону, чтобы не отсвечивал. Немедленно выйти на Шмеля, чтобы тот там ничего не учудил. Все уяснил?

– Разумеется.

– Вот и ладно. Двигай давай.

Подполковник поднялся и направился было к двери, когда генерал его вновь окликнул:

– Артем, а чего это ты мне не доложил сразу, как только появились первые сведения?

– Кхм. Так ведь там и не было никаких сведений. Так, обычная текучка, разрозненные факты. У нас три аналитика на этом задействованы, так у них уже мозг закипает весь этот ворох информации перерабатывать. Картинка сложилась буквально только сейчас.

– Ясно. Но на будущее, ты все же так больше не вламывайся ко мне в кабинет. Я не ханжа, но пренебрежение в любой форме воспринимаю болезненно.

– Я понял, Анатолий Анисимович.

– Вот за это тебя и ценю, Артем. Работай.

– Есть…

Перелет прошел без проблем. Если не считать того, что Сергей измучился за время полета. Несколько часов в относительной тесноте и уж точно в неудобных креслах, которые не шли ни в какое сравнение с ложементами. В общем, что ни говори, а приятного мало.

Андроиду, которого он захватил в качестве телохранителя, хорошо. Это же машина. Принял любое, хоть даже самое неудобное положение и замер как истукан. Сергей усадил его у окна, вооружив подушкой и пледом, и тот всю дорогу изображал из себя спящего. Так он имел куда меньше шансов привлечь к себе внимание.

В аэропорт Пальмира прибыли ближе к полуночи. Признаться, Сергей ожидал, что Колумбия встретит его жарой и духотой. Вроде как он уже успел привыкнуть к жаре, и на Алаянке, и на Клайпе ему приходилось по большей части обретаться в теплых краях. Но к высокой влажности у него отношение было резко негативным. И от Колумбии он ожидал именно такого климата. На деле же оказалось не так страшно. Ну да, температура – градусов двадцать и днем наверняка перевалит за тридцать. Но воздух вполне легкий, ничего такого, давящего на грудь.

Их встречали сразу у выхода из терминала. Среднего роста крепыш, за сорок, с уже наметившимся животом. Правда, до того момента, когда он станет неуклюж и неповоротлив, пройдет не один год. Мужчина движется неторопливо, с достоинством и уверенно. Такое впечатление, что он постоянно контролирует обстановку вокруг себя. Ничего удивительного, если учесть наличие боевого опыта, о чем недвусмысленно говорил Волынский. Ну и расслабиться тут наверняка не дают.

Сопровождают его четверо. Причем среди них только один латинос, трое явно русские. Отчего Сергей их сразу опознал? Да бог его знает. Только взглянул и тут же определил соотечественников. И ведут они себя, кстати, сродни своему боссу, а вот латинос весь словно на шарнирах. Местные – они такие, темпераментные.

Сергей слегка придержал за руку Волынского и кивком указал немного в сторону. Примерно в полусотне метров от них стояли четверо. Трое из них выглядели весьма колоритно, а именно – были практически копией громилы, сопровождавшего Пошнагова и носящего сейчас имя Добрыня. Вот только лица у них незнакомые. Волынскому, конечно, невдомек, что сменить внешность для искина андроидов – дело нескольких минут.

А еще их искусственная кожа, созданная на основе нанотехнологий, может вытолкнуть пули и затянуться без каких-либо следов, хотя при желании можно оставить какие-нибудь боевые шрамы, программа предусматривала и это. Вероятно, какой-то шутник постарался, потому как добавлять этим терминаторам брутальности дальше просто некуда.

Четвертый был тем самым молодым человеком, которого Анатолий Петрович уже видел в Москве при захвате офиса. Поняв, что их заметили, молодой человек приложил пальцы к легкой широкополой шляпе. Потом подал знак своим парням, и все дружно погрузились в заметно просевшее такси. Машина тут же тронулась, направляясь на выезд с территории международного аэропорта. Кстати, за руль сел один из андроидов. Получается, взяли авто на прокат.

– Намек? – ухмыльнувшись уголками губ, произнес Волынский.

– Демонстрация возможностей, – покачав головой, возразил Сергей.

– Х-ха, Анатолий, а ну-ка колись, ты привез мне привет от родных осин? – жизнерадостно произнес подошедший к ним Андрей.

– А то как же, – в тон ему ответил гость. – Ты с собой тележку прихватил? А то он такой огромный, что прямо и не знаю.

– Вот это я понимаю, вот это по-нашему. Если спать, то с королевой, если привет, то такой, чтобы не унес. Ну здравствуй, что ли, – заключая приехавшего в крепкие объятия, закончил Андрей.

С Сергеем они просто поручкались, будучи попутно представлены друг другу Волынским. После чего все дружно загрузились в два «мерседеса» представительского класса и направились в Кали. В этом третьем по величине городе Колумбии когда-то была резиденция главы крупнейшего в мире наркокартеля. Но потом вслед за расцветом пришел закат. Впрочем, коснулось это как раз наркоторговцев, а не самого города, меняющего свой облик с каждым годом.

В результате усиления позиций властей колумбийские наркокартели пришли в упадок и практически исчезли. Сейчас в Колумбии есть и мелкие, и крупные наркоторговцы, но от былого могущества, когда они диктовали свою волю правительству, не осталось и следа. Чего не скажешь о Мексике. Там борьба властей с наркокартелями идет с переменным успехом. Причем картина настолько неоднозначная, что даже местные жители затрудняются ответить, кто выигрывает.

В сложившейся ситуации мексиканские картели полностью сосредоточили весь наркотрафик в своих руках. Колумбийцы же вынуждены продавать им свой товар по оптовым ценам. И вот тут-то на сцене начали появляться русские. Поначалу они выступали в качестве простых наемников, но теперь начали постепенно забирать дело в свои руки. И, похоже, не безуспешно.

А салон-то автомобиля на высоте. Даже ирианцы, привычные к комфорту, вполне оценили бы удобство, простор и комфорт. Колеса с легкостью глотают редкие неровности дороги. Эдак и уснуть недолго. Все же перелет изрядно измотал. Но спать в такой занимательной компании… Лучше от этого воздержаться.

– Толик, я гляжу, ты огурцом, – сидя на водительском месте и бросив взгляд на расположившегося рядом Волынского, одобрительно произнес Шмель. – А говорили, что тебе осталось недолго.

– Вот же… Все бы им языком трепать.

– Ты еще скажи, что эти слухи безосновательны.

– А смысл тебе врать, если ты и так все точно знаешь. Вот Сергей Демьянович свел меня с одним стариком, тот и вылечил, – озвучил он оговоренную версию.

– Х-ха. Чудны дела твои, Господи. Ну да в мире еще и не такое случается. Но получается, ты теперь ему обязан жизнью.

– Потому и прилетел. Отдать должок. А именно – порекомендовать его тебе в качестве покупателя на твой товар.

– Ого. Круто. А кто он, откуда, чем дышит, кто за него может сказать?

– Видишь ли, брат, так уж сложилось, что говорить за него буду я. Ну и отвечать – тоже, – разведя руками, насколько позволяли условия, произнес Волынский.

– Лихо. А не боишься, что спрос может оказаться ну очень серьезным.

– Ему бояться нечего, – вместо Волынского ответил Сергей, обратив внимание на то, что их машину обошел второй «мерседес». В нем ехали сопровождавшие Андрея и андроид Добрыня. Вообще-то оставаться без поддержки телохранителя очень не хотелось. Но и сам Пошнагов – тоже не мальчик и кое-чего стоит. К тому же, приехав на переговоры, недипломатично столь уж демонстративно проявлять свое недоверие. – Это что за номер? – указав на обогнавшую машину, сам себя оборвал Сергей.

– Меры предосторожности, – пожал одним плечом Андрей, а потом уточнил: – Колумбия, понимаешь ли. Россия девяностых отдыхает.

– Ясно. Так вот, нечего опасаться и вам, – продолжил Сергей, наблюдая за габаритами впереди идущей машины, державшейся метрах в двухстах. – Все будет происходить по максимально безопасному сценарию. Вы оставляете товар в известном только вам месте, которое называете, уже получив деньги. Причем делаете это в любой удобной для вас форме. Главное, чтобы товар был на месте и вокруг не было посторонних. При таком раскладе даже в суде предъявить нечего. Это я на случай, если вы думаете, что я представляю правоохранительные органы.

– Интересно у вас получается. То есть в плане безопасности – максимально благоприятные для меня условия. А сами не боитесь споткнуться?

– Это мои проблемы. Главное, чтобы товар оказался на месте, иначе это будут уже ваши проблемы.

– А вам не кажется, что вы не в той ситуации, чтобы мне угрожать?

– Андрей, во-первых, никто вам не угрожает, я только предупреждаю. Во-вторых, не нужно задевать того, о чьих возможностях вы ничего не знаете.

– Вот это-то меня и беспокоит.

– Согласен, ситуация неоднозначная. Но, как вы сами заявили, я готов вести дело при максимально благоприятных для вас условиях.

– Хм. Здесь вам возразить сложно. И о какой партии идет речь?

А вот ответить Сергей не успел. Именно в этот момент обочины трассы Кали – Пальмира окрасились всполохами, а следом послышались автоматные очереди. В сторону вырвавшегося вперед автомобиля с охраной – точной копии того, в котором сейчас находился Сергей, протянулись росчерки трассирующих пуль.

Реакция Андрея была мгновенной. Раздался противный визг покрышек по асфальту, автомобиль повело по трассе, разворачивая поперек дороги. Сергея бросило на спинки передних сидений, и он едва не улетел вперед. Волынскому повезло меньше. В России как-то немодно пристегиваться ремнями безопасности, поэтому он впечатался лбом в лобовое стекло, тут же покрывшееся паутиной трещин.

Не теряя времени, Сергей рванул дверную ручку и вывалился на асфальт. Проклятье! Это что же у них тут такое происходит-то?! Перекат по дороге, закончившейся жестким стриженым газоном. Еще дальше, пока не оказался в кювете. Рука сжимает игрушечный пистолет, направленный в сторону доносящейся перестрелки.

Нет, это не необдуманный поступок, и он не впал в детство. После долгого тюнинга эта игрушка превратилась в довольно серьезное оружие. Полноценный игольник у Сергея не получился, но тот же пистолет Макарова превзойдет, это точно. А главное, никаких вопросов у таможни, пограничников и служащих аэропорта. Ну везет человек в подарок несколько игрушек, и среди них – парочка пистолетиков. Оружие-то исполнено из композита. Ну что тут такого, игрушка и есть игрушка.

Правда, из-за практически полного отсутствия в конструкции металла оружие получилось недолговечным. Ну да на всякий пожарный сойдет. Уж на сотню-другую выстрелов точно хватит. А больше и не нужно. Это же на самый непредвиденный случай. Потому что на другой случай предусмотрены другие меры.

Все происходило очень быстро. Впереди еще раздаются выстрелы. Андрей, выскочив из салона и пригнувшись, обежал машину и дернул пассажирскую дверь. Хм. Он конечно же сволочь, кто бы спорил, но вот Волынского бросать, похоже, не собирается и уже тянет наружу бесчувственное тело. Но вдруг остановился, ошарашенно глядя на представшую перед ним картину.

Дверь изрешеченного «мерседеса» вдруг открылась, и из салона показался пассажир весьма внушительных пропорций. Было прекрасно видно, как в него ударили сразу несколько строчек трассирующих пуль, и в том, что они нашли цель, не было никаких сомнений. Вот только человек не падал. Мало того, он вдруг сорвался с места и побежал в сторону нападавших. Никаких сомнений: если бы не он, то неизвестные уже перенесли бы огонь в сторону второго автомобиля.

– Сергей, ты как? – раздался в ухе встревоженный голос Ралина.

– Порядок.

– Не высовывайся, мы рядом.

В это же время мимо пролетела машина с выключенными фарами и габаритами. Даже когда раздался визг тормозов, стопы так и не загорелись. Что же, вполне объяснимо, светомаскировка прежде всего. А вести машину без освещения для андроида не составляет труда.

В неверном свете луны и фар двух автомобилей двери подъехавшего такси распахнулись, и из него выскочили четверо. Один тут же ушел на обочину, не принимая участия в бою. Трое же, встав во весь рост посреди дороги, открыли бешеный огонь из автоматов. Все же не зря Сергей нашел канал на черный рынок и приобрел кое-какое оружие. Хм. Вообще-то просто отобрал, отправив продавцов в больницу с повреждениями различной степени тяжести. Но его совесть восприняла это вполне спокойно.

Расстреляв по магазину и практически заставив противника замолчать, андроиды разделились и направились в сторону нападавших, перезаряжаясь на ходу. Н-да-а. Картина, как говорится, маслом. Впечатлит кого угодно, а главное – в любое время. Вот, например, Андрей замер, так и не вытащив Волынского из салона.

– Что это за ерунда?!

– Андрей, да не отсвечивай ты, – выкрикнул Сергей, – пригнись, пока не закончили.

– Это кто такие? – все же опускаясь на колено и вытянув из салона Анатолия Петровича, поинтересовался наркоторговец.

– Да откуда же я знаю, кто тут на тебя охотится.

– Да я не об этих придурках. С ними я разберусь. Кто их израсходовал?

– Мои люди.

– Твои-и-и?

– А что тебя удивляет? То, что мне потребовался выход на тебя, вовсе не значит, что я не смог бы сам договориться. Просто хотелось по-хорошему, без крови.

– А как это твой архаровец против автоматов, в открытую и без оружия?

– Броник… Экспериментальный.

– Ни фига себе. Хочу такой же.

– Говорю же, экспериментальный. Да, Ралин. Принял. Все, Андрей, всех плохих парней израсходовали. Твоих, кстати, тоже. Мой ранен, но его заменят другим. Ждем полицию или поехали?

– Поехали. Парням уже не поможешь, с остальным разберемся позже, – возразил Андрей.

Потом определил Волынского обратно в салон. (Тот так и не пришел в себя, хотя и начал подавать признаки жизни.) Наконец обошел машину, уже вооружившись телефоном, и вновь устроился за рулем. Сергей поспешил занять свое прежнее место на заднем сиденье автомобиля. Вот уж что не входило в его планы, так после всего произошедшего терять из виду поставщика.

Затормозив на пару секунд возле расстрелянной машины, подсадили к Сергею одного из андроидов, на этот раз Илью, он хотя бы не имел видимых повреждений. Искусственная кожа Добрыни сейчас несла на себе отметины десятков пуль и кое-где висела лоскутами. Ему приводить себя в порядок еще несколько часов. Нет, на боевую эффективность это не повлияло, но зато может вызвать множество вопросов. Оставаться же без охраны в этой неспокойной стране Сергею совсем не улыбалось.

До черты города добрались меньше чем за десять минут. Все это время Андрей делал какие-то звонки, будучи на взводе. Одним он отдавал распоряжения, других гневно отчитывал, третьих просто предупреждал. Произошедшее – явно событие не из рядовых, а потому, несмотря на свою закалку, Андрей нервничает.

Не зная, чем себя занять, Сергей решил осмотреть ночной город. Ничего особенного, одно-двухэтажные домики, и, как показалось Сергею, какие-то они несерьезные. Игрушечные, что ли. Уж больно тонкие стены, и это не может не бросаться в глаза. Но потом вспомнил, какой тут климат, и усмехнулся своим мыслям. А зачем колумбийцам что-то более серьезное?

Обратил внимание и на то, что все дверные и оконные проемы забраны решетками. Если это из-за местных банд, то жизнь здесь не такая уж и сказка. Или крупные воротилы не дают распоясаться воровской братии? Да нет. Это вряд ли. Какое наркобаронам дело до уличной преступности, у них интересы лежат совершенно в иной плоскости. Впрочем, не все же завязаны на наркотиках. Да какая, собственно говоря, разница. Пошнагов никого не собирался учить уму-разуму, сами взрослые, разберутся.

Как ни странно, характер застроек не поменялся и с приближением к центру. Все те же двухэтажные дома, редко в три этажа. Правда, видел в стороне вроде как целый квартал, застроенный многоэтажками, но вряд ли они выше пяти этажей.

Подъехали к какому-то ночному клубу. Весь фасад – в разноцветных бегущих огнях, на улицу вырывается ритмичная заводная музыка. На входе дежурят двое здоровяков в строгих костюмах. Никакой очереди из посетителей, жаждущих попасть внутрь. Подобное как-то выбивалось из представлений Сергея о ночных клубах, но он опять же не стал заострять на этом свое внимание. Очень может быть, что этот клуб – только прикрытие и доступ сюда строго ограничен.

Вошли через парадный вход. Миновали короткий коридор и оказались в просторном зале. Здесь музыка била по ушам с такой силой, что у Сергея даже запульсировало в висках. Отвык он от подобного. Уже добрых три года как он обходит подобные места стороной. С самой Океании.

А ничего так. Если это заведение только для своих, то за Андрея можно порадоваться, своих у него насчитывалось изрядно. Сейчас в зале находилось не меньше сотни парней и девушек в возрасте от восемнадцати до тридцати лет. Некоторые из них расположились за столиками, установленными на возвышении вдоль стен. Но основная масса совершала ритмичные движения на танцполе. И, надо заметить, у подавляющего большинства это получалось очень даже на уровне. Как говорится, приятно глазу.

Пройдя мимо этой веселящейся толпы, они оказались в другом коридоре, и, что удивительно, звуки музыки здесь были в значительной мере приглушены. В конце коридора Андрей открыл одну из дверей, за которой находился его рабочий кабинет.

– Прошу, – делая широкий приглашающий жест, произнес Шмель.

Волынский, придерживая у головы пакет со льдом (и когда только успели?), воспользовался приглашением и прошел в проем. Сергей подал знак Илье и тот двинулся к двери, но был остановлен охраной заведения.

– Ладно, пусть проходит, – смерив взглядом Пошнагова, стоящего со скрещенными на груди руками, согласился Андрей.

Закрывшаяся дверь кабинета полностью отсекла все посторонние звуки. Несмотря на то что с виду строение не отличалось чем-либо примечательным, материалы для строительства использовались качественные. Уж в плане звукоизоляции – точно. И данное обстоятельство не могло не радовать. Сергей терпеть не мог разговаривать, прикладывая усилия, чтобы перекричать посторонний шум.

– Итак, давайте покончим с нашими баранами, а потом вы уж извините, но я займусь местными. Твари, кого решили прищучить!

– Серьезные проблемы? – Для Сергея это не праздный вопрос, все же ему иметь с Андреем дела и дальше.

– Ничего такого, с чем бы я не справился. Они ожидают, что я начну прямо сейчас, а я обожду немного. Вы не представляете, как их трясет, когда в ответ на их тявканье мы молчим.

– То есть вообще? – удивился Сергей.

– До поры до времени. Но зато потом всем мало не покажется. Послушайте, а где вы набрали таких ребят? Мне бы несколько парней с подобной подготовкой совсем не помешали.

– Таких больше нет, – покачав головой, разочаровал наркоторговца Сергей.

– Нет так нет. Мы с понятиями. Так чем могу быть вам полезен?

– Мне нужен ваш товар, я готов купить пятьдесят килограммов. Понимаю, количество не впечатляет, но меня устроит далеко не любое качество. Каждая упаковка должна соответствовать определенной плантации. Какая при этом у них будет маркировка, решайте сами. Главное, чтобы в дальнейшем можно было определить, откуда поставлен конкретный товар.

– К чему такие сложности? – закуривая сигарету, удивился Андрей.

– Можете считать, что вам попался гурман.

– Это типа вино из виноградников на западном склоне горы дураков?

– Что-то наподобие.

– И когда этот склон будет найден, то…

– Может, это будет один склон, а может, и пара. Кстати, вполне вероятно, что меня устроит и вся партия. Но когда я определюсь, то меня будет интересовать конкретный товар надлежащего качества, сколько бы вы ни смогли его произвести.

– Лихо. Но видите ли, в чем дело… У нас и сегодня выкупают весь товар, причем без остатка, и просят еще. А потому у меня возникает вопрос – почему я должен иметь дело именно с вами?

– Хороший вопрос. Надеюсь, и ответ будет не хуже. Итак, если вы продаете товар прямо здесь, то его стоимость составляет всего лишь две тысячи за килограмм. Переправив его в Мексику, вы способны реализовать его за пять тысяч. Приложив максимум усилий и переправив непосредственно в Штаты, вы сможете передать его все тем же мексиканцам за десять тысяч. Выйти непосредственно на сбыт в США вам пока не дают. Я же готов покупать товар у вас прямо здесь по пять тысяч за кило.

– Интересно. Оч-чень интересно. Получается, у вас имеется канал из Колумбии. Но куда?

– Андрей, Андрей, побойтесь Бога. Я так и вижу, как вы мечтаете оседлать этот самый канал, как, впрочем, и сбыт. Очень не хотелось бы вас разочаровывать, но давайте каждый из нас будет заниматься своим делом.

Сергей вроде бы и сказал это с улыбкой, но пристально следивший за ним Андрей отчего-то перехотел развивать эту тему. Впрочем, он и не думал, что у него получится надавить на этого непонятного мужчину. С одной стороны, уж очень он уверенно держится. С другой – действия его людей там, на дороге. Может, в тактическом плане и безграмотно выставлять себя, словно мишень на стрельбище, но действовали его парни очень эффективно. Несколько секунд, и из десятка боевиков в живых – никого.

Опять же за последние дни привет от родных осин доставил ему далеко не только Волынский. Буквально через несколько часов после их беседы по телефону у Андрея состоялась встреча. Довольно странная, малоинформативная, но не терпящая вольной трактовки. Словом, он был достаточно замотивирован на честное сотрудничество и сейчас просто играл свою роль, не более. Все должно быть натурально. Ох уж ему эти игры конторы! А куда деваться…

Глава 6. «Искатель».

Ну вот, опять эта нудная многочасовая вахта. Конечно, бортовой искин и сам справится. Эта машина не знает усталости, способна с неподвластной человеку быстротой просчитывать десятки и сотни вариантов, производить ничуть не меньше расчетов. Так что трудно себе представить, зачем ее должен контролировать человек.

Но как бы далеко ни шагнули вперед обитатели внутренних систем, они никогда не забывали о том, что машина – это всего лишь машина. Да, у нее есть множество неоспоримых преимуществ, но она неспособна заменить человека. Выступить в роли незаменимого инструмента, это да, полностью же вытеснить живой разум искусственному интеллекту не дано.

Земляне поначалу восприняли искины чуть ли ни как ровню себе. Причем это самое «чуть ли» подразумевало преимущество машины над человеком. Однако время все расставило на свои места. Постепенно и для них искины сошли с пьедестала, куда они их сами же и определили. Хм. Не для всех. Те, кто начал строить свою жизнь вокруг виртуала, в буквальном смысле становились рабами этих умных машин.

К сожалению, предпочитающих виртуальные грезы было не так чтобы и мало. Причем далеко не только среди землян. Именно виртуалы, будучи незаменимыми в плане образования, являлись одной из основных проблем низкой рождаемости в государствах внутренних систем. Все просто, виртуал не требовал особых усилий, там ты мог быть кем угодно, добиваясь поистине невероятных высот и при этом не испытывая реальных трудностей. В случае же неудачи ты всегда мог начать все сначала.

Иван относился к подобным индивидам сугубо отрицательно. Ну как тот же виртуал может заменить общество красивой (или даже не очень) женщины? Да, он способен смоделировать и теплое тело, и множество ощущений. Вот только это все – сродни самому обычному порнофильму, которыми так изобилует что земной Интернет, что Сеть внутренних систем. Вроде бы и ощущаешь возбуждение, и кровь бежит быстрее, но в то же время присутствует осознание нереальности и неудовлетворенности. Не для всех, разумеется, но для Ивана – точно.

Едва мелькнула эта мысль, как по спине пробежали мурашки, а плечи непроизвольно передернуло от охватившей истомы, голова же сама собой повернулась к закрытой двери ходовой рубки. До их каюты – всего-то пара десятков метров, а там на двуспальной кровати, занимающей две трети помещения, спит Аля. Сейчас по корабельному времени три часа ночи, и бодрствует только он.

Ох как бодрствует, аж весь вздыбился. Нет, все же мысли об Але во время вахты, да еще и ночной, – это лишнее. Она, конечно, замечательная во всех отношениях, и думать о ней – одно удовольствие. Вот только лучше бы оставить это до того момента, когда будешь свободен от вахты, иначе изведешь себя понапрасну.

Иван прикинул, сколько ему еще до конца дежурства, уже предвкушая, как сожмет в объятиях крепкое девичье тело. Н-да. Не скоро ему улыбнется такое счастье. Ну а раз так, то чашка крепкого и ароматного сагнолла никак не помешает. Эх, жаль, у них на корабле не предусмотрена кухня, а имеются только автоматы. Без ложной скромности, Иван варил замечательный сагнолл.

– Курс двести ровно, семьдесят три, восемьдесят пять, дистанция – двадцать тысяч единиц, обнаружен объект, отвечающий заданным параметрам.

– Ч-черт. Ты чего пугаешь, Искатель? – шипя от боли из-за пролитого на пальцы горячего напитка, возмутился Иван.

– Не понял вопроса.

– Да куда уж тебе, железяка бесчувственная.

Иван вернулся к аппарату, выдающему сагнолл, водрузил одноразовый стакан на подставку, вооружился салфеткой и начал вытирать руки. Критически осмотрел пальцы и успокоился, придя к выводу, что ничего страшного не случилось. Теперь протереть сам стакан.

Хм. Вот это одна из причин, отчего он не любит сагнолл из автоматов. Куда приятнее пить этот напиток из настоящей керамической кружки. Вкупе с собственноручно приготовленным напитком ощущения получаются ни с чем не сравнимые. Ладно, чего себя изводить. Это же все равно что думать об Але. Ну почти.

– Итак, Искатель, давай к твоим баранам. Более подробные сведения дать можешь? – вновь устраиваясь в ложементе и все же делая первый глоток обжигающего сагнолла, поинтересовался Иван.

– За исключением того, что реактор корабля не подает никаких признаков активности, – ничего.

– Радиомаяки?

– Нет. Согласно показаниям сканера, объект имеет искусственное происхождение и не может быть не чем иным, как обломками корабля.

– Начинай процедуру сближения и не прекращай сканировать пространство.

– Принято. Выполняю.

Они уже третий месяц бороздят эту систему. И, признаться, четыре первых подобных доклада производили неизменный ажиотаж. Вся команда вскакивала, набивалась в рубку, пока корабль сближался с обнаруженными обломками. И каждый раз им казалось, что вот она, их цель. Но на деле оказывалось, что это не так. Разочарование и наступающая вслед за этим апатия… Четырех раз оказалось достаточно, чтобы притупить эмоциональные порывы и начать относиться к происходящему как к необходимой, но все же рутинной работе.

Вот и сейчас, несмотря на то что обнаруженный объект может принести сведения, которые они так жаждут получить, Иван не видел причин для волнений. Казалось бы, система, лежащая в десяти световых годах от последней станции фронтира. Ничейная территория. И откуда только тут столько обломков кораблей?

За время поисков они обнаружили и идентифицировали уже двенадцать остовов. Эти корабли некогда были самых разных классов, военные и гражданские. Правда, последние все же преобладали, причем чаще всего – тоннажем не выше среднего класса. Извечные бродяги космоса и искатели приключений. Где только они не находят свое последнее пристанище. Некоторые из них дрейфуют в этой системе уже не первую сотню лет.

Иван посмотрел на часы. Н-да. До подъема еще долго. Не хотелось бы будить команду по таким пустякам. Но ничего не поделаешь. Они обязаны осмотреть обломки, причем сделать это должны люди, а не дроиды. Зависать же здесь на несколько лишних часов как-то не хочется. У них впереди – еще чертова уйма работы, им пока не удалось обследовать и малую часть системы.

Навигатор произвела тщательнейшие расчеты, основанные как на собственных наблюдениях, так и на извлеченных на свет божий данных по этой системе. У них имелись довольно подробные данные о факте уничтожения багрийского невольничьего судна. Навигатор учла векторы и скорость движения, параметры звезды, имеющихся здесь планет и астероидных полей, благодаря чему зона поиска в значительной мере уменьшилась. Но реальность не всегда можно просчитать, к тому же сведения о ходе боя не могли являться полностью достоверными.

Словом, терять лишние часы на бесполезный дрейф возле очередных обломков корабля бессмысленно. А то, что команда не выспится… Ничего, в конце концов, отоспятся после, у них тут не так чтобы много занятий. Разве только Вера… У нее следующая вахта, а потому добрать недосып не получится. Ну что тут поделаешь, не повезло. Он и так тянул до последнего.

– Ну что тут у тебя? – Лениво потягиваясь, в ходовую рубку вошел начальник экспедиции, он же – капитан, царь и бог. Павлов, бывший оперативник ФСБ.

За прошедшее после Океании время он успел приобрести лицензию пилота, но это так, несерьезно, хотя и давало ему формальное право командовать кораблем. Он по своей сути – оперативник и привык больше работать мозгами, но их небольшая законспирированная сеть испытывала кадровый голод. В этой связи они попросту не могли себе позволить узкую специализацию. Поэтому каждый из них был мастером на все руки от скуки. Немного пилоты, малость навигаторы, чуть-чуть абордажники, слегка операторы систем вооружения… И так далее, и в подобном духе.

Помимо того у каждого имелась и особая специализация. Ну сам Семен – командир, отец, надежа и опора, а также лучший из них по части боевой подготовки, ударная сила на случай абордажа. Иван – пилот, причем у него за плечами – солидный опыт пилотирования в пространстве фронтира, а также несколько реальных схваток с пиратами. Аля – инженер-кораблестроитель с опытом работы на верфях, у нее имеется серьезный опыт как в строительстве кораблей, так и в ремонте. Вера – навигатор, причем с солидным стажем. Участвовала в детальном картографировании трех новых систем.

Вообще-то Яшин, их высокое начальство, изначально нашел на эту должность мужчину, но потом переиграл. Его предстояло использовать в темную, с Верой же Семен познакомился незадолго до начала экспедиции, успел плотно с ней поработать, ну и сойтись. Яшин решил не лезть в дела Павлова. В конце концов, ему предстоит с этими людьми провести бок о бок довольно длительное время. Поэтому пусть формирует команду под себя. Опять же наличие двух пар во многом снимало психологические риски.

Вслед за Павловым в рубку подтянулись и девушки, хотя вряд ли стоило к ним так обращаться, учитывая их возраст. Вере уже шестьдесят пять, на вид – за тридцать, хотя она и в хорошей форме. Але – сорок семь. Кстати, самому Ивану – пятьдесят, а их командир – самый младший в команде, ему всего-то тридцать.

– Докладываю. Наш искин обнаружил обломки очередного корабля. Опережая возмущения, поясняю: нет, я не порол горячку, до сближения осталось двадцать минут.

– Выведи изображение на монитор, – устраиваясь в ложементе, приказал Павлов.

Конечно, на голограмме было бы куда более информативно, но зонды пока еще продолжают сбор данных, а потому искин не в состоянии дать объемное изображение. Но коль скоро они уже здесь, хотелось бы взглянуть на улов. И потом, зачастую очертания корабля вполне позволяли провести визуальную идентификацию.

– Н-да-а-а. Это ему по-крупному досталось, да еще, похоже, и мусорщики постарались, – наблюдая изображение останков истерзанного и буквально изорванного судна, произнесла Вера.

– Точно, – внимательно всматриваясь в представшую перед ними картину, согласилась Аля. – Хм. Командир, а ведь, похоже, это багриец, причем кораблик именно из той серии, что мы ищем.

– Уверена? – не выказывая особого энтузиазма, поинтересовался Павлов.

А чего дергаться и лишний раз себя накручивать? Им уже попадался корабль из той же серии, что и разыскиваемый, причем куда лучше сохранившийся. Не повезло, пустышка. Неудачи, если они следуют одна за другой, не самым лучшим образом отражаются на моральном духе любой команды.

– Да в чем тут можно быть уверенной, когда над ним поработали со всей пролетарской ненавистью? – отмахнулась Аля.

Угу. Это точно. Корабль, как говорится, порвали в лоскуты. Впрочем, тут без разницы. Согласно распоряжению Яшина, необходимо обследовать любые обломки, что попадутся на их пути. Мало ли. Все же две сотни лет прошло. И потом, у багрийцев просто есть сведения о некоем работорговце Варгане, у ирианцев есть ссылка на тип судна, но никакой конкретики. Так что кто его знает, что там за корабль был на самом деле.

Наконец поступили данные с зондов, и бортовой искин передал голографическое изображение находки. Павлов тут же развернул голограмму противоположным бортом. Хм. Ну что же, эта сторона пострадала значительно меньше, и даже он может с уверенностью сказать, что это тот самый тип корабля, который считается для них приоритетным.

– Ваня, все как всегда, сближайся на максимально возможную дистанцию. Аля, готовимся к выходу.

– Может, на этот раз дроидов сразу с собой возьмем?

– Согласен. Наверняка искины придется вытаскивать из-под завалов.

Уже через полчаса они вышли в открытый космос и перебрались на обломки некогда гордого красавца. Никаких метафор. Во внутренних системах довольно серьезно относились к функциональности и практичности, но вместе с тем всегда старались придать кораблям эстетичный вид.

Правда, сейчас искореженное судно никак не могло даже отдаленно отвечать последнему требованию. Просто огромная куча металлолома с торчащими во все стороны зазубренными листами стали, пучками кабелей и проводов в обычной или бронированной оплетке.

– Аля, займись аварийными искинами, а я двинусь прямиком к ходовой рубке. Что-то мне подсказывает, что снаружи туда добраться будет проще. Закончу с бортовым искином, направлюсь к тебе навстречу, выковыривая аварийные.

– А мне что-то подсказывает, что из шести аварийных искинов минимум два по этому борту попросту вырвало и выбросило.

– Признаться, я не стал бы ставить против тебя. Но надеюсь, хоть что-то мы найдем.

Н-да. Если перемещаться снаружи было невероятно трудно, то что уж говорить о движении внутри этого хаоса. Конечно, можно было использовать ранцевый двигатель, но тогда габариты торса очень уж существенно увеличивались, а ведь Павлову предстоит протискиваться среди всего этого безобразия. Нет, лучше уж налегке.

Дроид, получив задание, убежал вперед по замысловатой кривой. Ну один в один охотник с собакой, правда, здесь собачка из стали, да еще и восьминогая, очень похожая на паука. Хм, об охотничьих пауках Семену слышать как-то не доводилось.

Ага. Вот и пробоина, достаточная для того, чтобы проникнуть в корабль без особого труда. Опять же от ходовой рубки не так чтобы и далеко. Команда дроиду – и тот, не дожидаясь человека, исчез в провале. Когда Павлов заглянул внутрь, там уже был виден расчищенный роботом-ремонтником проход.

Семен воспользовался любезностью «восьмилапого» помощника и вскоре уже был в коридоре. Н-да-а, все же знатно их приложили, наверняка не жалели огневой мощи. От коридора мало что осталось, легкие перегородки снесло, изломав и искрошив в куски. Они либо торчали, словно гнилые зубы, либо висели в воздухе, как мутная взвесь в воде. Вселенский холод космоса – самое лучшее хранилище.

Почему именно холод? А при виде плавающей в паре метров от него оторванной и замороженной головы других ассоциаций не возникает. Такое впечатление, что все случилось только вчера, даже удивленное выражение на лице сохранилось. Картина не из приятных.

Семен отвернулся, направляясь к переборке ходовой рубки, у которой сейчас колдовал дроид, вырезая лаз. Это вам не более хрупкая перегородка. Переборка изготавливается из стали. Правда, ее немного покоробило в результате взрывной волны, но она все же выстояла. Минута – и дроид отбросил в сторону вырезанный круг, а сам юркнул в рубку. Семен выждал несколько секунд, чтобы края отверстия немного остыли, после чего полез следом.

Н-да. Переборка-то выстояла, но рубке досталось не по-детски. Сквозь множественные прорехи в обшивке был виден окружающий космос. Правда, человеку, и уж тем более в снаряжении, через них не протиснуться. А еще здесь обошлось без оторванных голов и конечностей. Один труп в бронескафандре пристегнут к ложементу, второй, так же в снаряжении, плавает в дальнем углу.

А вот и шахта бортового искина. С виду – никаких повреждений, и Семен вполне может сам справиться с его извлечением. Но к чему лишний раз напрягаться, когда при тебе имеется неутомимый помощник, готовый выполнить любое твое распоряжение. Пара минут – и искин уже в специальном захвате на дискообразном теле. А вот с резервным искином – облом. На месте, где должна располагаться его шахта, зияет пробоина.

В результате вылазки они стали обладателями бортового и двух аварийных искинов. Все же серьезно досталось кораблику, ничего не скажешь. Недаром существует расхожее мнение о предвзятости ирианских военных к работорговцам. Покидая корабль, напоследок они оставили маяк. Радиус действия у него незначительный, кристалла хватит едва ли на год. Ради экономии времени таким образом они метили все обломки.

Серьезных программистов у них на борту не было. Но зато имелся неплохой дешифратор, запрограммированный человеком, знающим свое дело. Ему не могла противостоять даже защита военных искинов, не говоря уж о гражданских. Просто с первыми приходилось повозиться подольше, вторые сдавались куда быстрее.

– Ребята, это он, – тихо, едва шевеля губами, произнесла Аля, когда дешифратор наконец взломал искин и обеспечил доступ к информации.

– А ты не торопишься? – с сомнением произнес от двери Семен.

Он так же слышал звук, сигнализирующий об успешном завершении взлома защиты их добычи. Но вот так, сразу разобраться с начинкой искина не под силу даже другому искину. А уж человеку, в разы уступающему машине в скорости восприятия информации, – и подавно.

– Не тороплюсь. Тут указаны бортовой номер, порт приписки и имя владельца корабля – Варган из дома Коган. Я не знаю, что там с начинкой, но это именно тот корабль, который мы и искали.

– Вот же чертовщина, – выдохнула Вера. – А я, грешным делом, думала, что мы провозимся не меньше года.

– Верочка, с тобой я готов болтаться в космосе хоть до конца дней, – потирая руки и устраиваясь в ложементе, произнес Семен. – Но это не тот случай. Аля, давай лезь в его потроха – и сразу запись на резервный искин.

– Уже делаю.

Полчаса – и искин был выпотрошен, а у них оказалась полная информация. Как и маршрут до Земли. Причем довольно детальный, хотя и без хоть сколь-нибудь подробных карт. Благодаря изучению сведений в бортовом журнале выяснилось и то, каким образом этот маршрут стал достоянием работорговца. По сути, это произошло совершенно случайно.

Опасаясь ирианцев, которые при любой возможности нападали на работорговцев, Варган пробирался в Багрийскую империю окольными путями. Его дела были не слишком хороши, поэтому он не мог позволить себе потери живого товара, спасаясь от какого-нибудь ирианца, ослепленного восторженными идеями равенства, свободы и братства. Ну или прикрывающегося ими.

И вот в одной из систем его бортовой искин обнаружил сигнал бедствия. Пиратам здесь делать было нечего, да и не станут они баловаться подобными сигналами. В космосе принято помогать друг другу. Того хитреца, что решит воспользоваться этим, ожидает верная гибель. Охотиться на него будут все без разбору. В драку вряд ли полезут, но флотским наводку дадут точно.

Багриец направился на сигнал, искренне намереваясь оказать помощь. Но, как оказалось, помогать там было уже некому. Исследовательскому судну не повезло выйти из подпространства в непосредственной близости от большого астероида, по факту – карликовой планеты. В результате столкновения корабль погиб, как и все члены экипажа.

Согласно действующему законодательству Варган стал полноправным владельцем обломков корабля. Не сказать, что он сумел надергать с него достаточно трофеев. Но кое-что все же ему удалось на этом заработать. Правда, основной его расчет был на то, чтобы продать сведения с резервного искина, который удалось заполучить целехоньким. В нем должны были храниться результаты работы исследовательской экспедиции, проведшей в походе около десяти лет.

Но едва он понял, какие данные там содержатся, как отказался от их реализации. А вернее, отложил ее до лучших времен. Потому что там имелись сведения об обитаемой планете с населением, все еще пребывающем на не слишком высокой ступени развития. Обнародовать эти сведения, не получив предварительно значительный барыш, было выше сил Варгана.

Он переоборудовал свой корабль, оснастив его дополнительными баками, и отправился в поход на Землю. Как теперь выяснилось, в первый и единственный. Ему удалось воспользоваться тем, что тогда шла война, и, не привлекая к себе внимания, наловить себе рабов, прятавшихся по лесам. Среди них были и гражданские, и военные, он сгреб всех, до кого мог дотянуться.

Ирианец обнаружил купца, когда тот направлялся в свою вторую экспедицию. На его несчастье, это оказался его старый знакомый, от которого Варгану уже однажды удалось убежать, по обыкновению сбросив живой товар. Из-за этого его корабль уже значился в списках ирианского флота как работорговец. Капитану не нужны были никакие доказательства вины торговца. Он просто предложил сдаться. Но Варгану хватило ума или скорее уж глупости попытаться сбежать. Из этой затеи ничего не вышло. Ирианец атаковал его столь массированно, словно перед ним был как минимум равный противник. Это последнее, что успел зафиксировать бортовой журнал. Судя по всему, второй залп уже не потребовался.

– Вот это я называю везением, – облегченно вздохнув, Семен откинулся на спинку ложемента.

– А я – трезвым расчетом, – возразила навигатор.

– Верочка, никто и не думает умалять твои заслуги, – подхватив женщину и закружив ее, радостно выкрикнул Павлов. – Но ты сама подумай: а если бы исходные данные оказались пустышкой, или его выпотрошили бы раньше мусорщики, или сведения о маршруте этот паразит хранил бы на отдельном кристалле, то что тогда?

– Мне непонятно, почему ирианцы не выслали досмотровую команду, – удивился Иван.

– А чего там было досматривать? – отмахнулся Семен. – Просканировали, живых нет, ну и черт с ними. А лезть в такое месиво – это только по большой надобности. Это мы с Алей вам авторитетно заявляем.

– И что теперь будем делать? – задала мучивший всех вопрос Аля.

– А что делать… – пожал плечами Павлов. – Ноги в руки – и на Клайп, с докладом Яшину. А уж он пускай принимает решение.

– Семен, ну как на Клайп?! – возмущенно разве что не выкрикнул Иван. – Сам посуди, мы фактически уже на пути на Землю. Сейчас отскочим к Фиджи, там дозаправимся под пробку – и вперед. Выходы на российское руководство у тебя есть. Нужно ковать железо, пока горячо.

– А если с нами что-нибудь случится? Это же неосвоенный космос. Вспомни судьбу того исследовательского судна, а ведь там были опытные пилоты, десять лет бороздили дикие просторы.

– Вообще-то такое невезение – крайне редкое явление и подобное может произойти даже в освоенном космосе, – возразила Вера как специалист в области навигации, а потом продолжила: – Другое дело, что в изученных и детально картографированных системах вероятность этого значительно меньше ввиду упорядоченности движения под воздействием притяжения звезды. Потому и стараются прыгать от системы к системе. Так что даже если мы отложим наш полет хоть на год, нас ждет все тот же риск. Либо Варгану изначально достались неполные данные, либо они были утеряны при гибели багрийца. Но ни на бортовом искине, ни на аварийных я не наблюдаю многих данных.

– А мне казалось, что сведения достаточно полные, – усомнился Павлов.

– Нет, Сема. Далеко не полные. Ты уж поверь мне как навигатору. По сути, карта вроде как и есть, вот она. Но на деле это нечто эфемерное, так как отсутствуют детальные пояснения, а они должны быть до неприличия обширными. А отсюда вопрос: зачем нам нужно лететь на Клайп? Лично я не вижу смысла. Если заправимся под пробку, то нам с лихвой хватит топлива до Земли и обратно.

– Но мы – единственные носители информации.

– Тоже мне проблема, – фыркнула Вера. – Можно отправить кристалл со всеми данными посылкой или арендовать на Фиджи какой-нибудь сейф. А Яшину послать кодированное сообщение. Ведь наверняка у вас есть всякие там ваши шпионские штучки.

– Ну а как же корпорация Арика? – не сдавался Семен. – Какова будет реакция, если нас обнаружат в Солнечной системе? Мы с Яшиным убеждены, что необходимо максимально долго сохранять секретность. Чем позже ирианцы узнают о том, что мы знаем путь, тем будет лучше.

– Да никаких проблем, – подала голос Аля. – У нас на борту стоит генератор маскировочных полей второго поколения. Причем практически новенький, который мы можем задействовать в непрерывном режиме больше года. Уверена, что корпорация использует генераторы первого поколения, там больше и не нужно, с земными-то допотопными технологиями. Так что на нашей стороне будет неоспоримое преимущество по части скрытности.

– И на шлюпке стоит генератор первого поколения. Конечно, с ирианцами нужно будет быть поосторожнее, но никто на Земле нашего спуска на планету не обнаружит, это с гарантией. Посажу птичку хоть прямо во двор Кремля, – поддержал ее Иван.

– Н-но если нас накроют и выпотрошат, то станет известно о нашей группе. А тогда уж все наши труды пойдут прахом и нашим не получить доступа к инопланетным технологиям еще долго, – явно испытывая сомнения, вновь возразил начальник экспедиции.

– Значит, нужно заменить все бортовые искины, чтобы их не выпотрошили. Старые и персональные – в утиль, чтобы и мокрого места не осталось. Логи тщательно вычистить и уничтожить все сведения о контактах, способных вывести на Яшина и остальных. Признаться, я не представляю, насколько нам должно не повезти, чтобы осуществился этот мрачный сценарий. Но в этом случае под раздачу попадем только мы, а произошедшее спишут на случайность. По мне так риск стоит того.

Ничего-то у них не вышло бы с уговорами, несмотря на вполне обоснованные доводы, если бы не одно «но». Павлов и сам хотел попасть на Землю. Ну очень хотел. До зубовного скрежета хотел. С одной стороны, хотелось быть первым, что уж говорить, нравилось ему, когда его отмечали по службе. С другой – стремился повидаться с семьей. Ведь, оправляясь в это долгое путешествие, он был уверен в своем возвращении домой. И вот эта возможность лежит перед ним, только протяни руку. Так что это еще вопрос, уговорили его или привели несколько лишних аргументов «за», выступивших в качестве дополнения.

Ирган вновь проверил хронометр. Конечно, ему нравилось возиться в виртуале, в особенности щекотать нервы противоправными действиями. Но все же это не отшибло ему мозги настолько, чтобы отказываться от встречи с реальной девушкой. Он вообще не воспринимал секс в виртуале. Судя по хронометру, уже очень скоро к нему пожалует его подружка. А на Фиджи не так чтобы и очень с развлечениями, чтобы пренебрегать свиданиями с ней.

На этой станции, в далекой глуши, где с его способностями негде было развернуться, он оказался совершенно случайно. Ну почти. Он был превосходным программистом, и перед ним маячили отличные перспективы на будущее, но вместе с тем у него было две слабости. Первая – это девушки, вторая – хулиганство в Сети. Время от времени он пробавлялся хакерством, считая, что два его основных занятия очень хорошо дополняют друг друга.

Так уж случилось, что однажды он сунул нос туда, куда не следовало. Пришлось убегать, заметая следы, и это бегство привело его на самую окраину освоенного космоса. Он решил, что жизнь на задворках куда предпочтительнее безвременной кончины. Во всяком случае, пока его шалости не забудутся.

С его квалификацией найти работу в этой глуши оказалось проще простого. Причем с вполне солидным жалованьем, треть которого он неизменно вкладывал в какие-нибудь ценные бумаги, надеясь, что когда-нибудь все же вырвется отсюда, а тогда лишние средства ему никак не помешают.

В принципе, за исключением того, что его нынешние апартаменты куда как скромнее прежних, девочки не такие красавицы, с которыми он встречался раньше, а коды, которые он взламывал, – не так изощренны, его жизнь никак не изменилась. Разве только теперь ему приходилось быть куда как более осмотрительным. Не зарываться в хакерстве его научила прежняя жизнь. А быть более осмотрительным с женским полом – жизнь на фронтире, где в плане девушек имелся некий дефицит, а потому и мужчины были куда как более нервными. Но терять квалификацию ни в том, ни в другом он не собирался, а вернее, не мог без этого жить…

Коль скоро у него было еще немного времени до прихода подружки, можно заняться чем-нибудь полезным. Например, взломать какой-нибудь почтовый ящик. Ничего сложного? Лучше бы не торопиться с выводами. Ведь почту нужно не только взломать, но и с ловкостью карманного вора обойти сторожки, ловушки и сигнализацию. Разумеется, ему приходилось вытворять и не такое, но для того чтобы держать себя в тонусе, подойдет и подобное занятие, причем он делал это на время, отводя для взлома не больше чем полминуты.

Хм. Неожиданно. Надо же, он ни с чем подобным пока еще не сталкивался. В смысле здесь, на станции, где народ обретается обычно попроще и коды у них в основном незамысловатые. А тут пришлось немного повозиться. Если бы на его месте сейчас был бы кто-то с меньшей квалификацией, то ему пришлось бы изрядно потрудиться.

Ну что же, вылазка прошла удачно, теперь этому умнику, помешанному на безопасности, нужно отправить послание, чтобы не думал о себе слишком уж много. Итак, последнее письмо. Хм. Отправлено только полчаса назад. Свериться с диспетчерской службой. За это время ни одно судно еще не покинуло пределы системы и не начало разгон, обновленный информационный пакет также не отправлялся. А значит, Ирган имеет возможность полноценно повеселиться, подменив послание.

Без какой-либо опаски он вскрыл письмо, так как уже обошел все ловушки и теперь ему ничто не угрожало. Хм. Это еще что за абракадабра? Нет, разгадка ребусов не его конек, он все больше в электронном пространстве. Без тени сомнений Ирган стер прежнее послание и быстро отстучал: «Прости, ничего личного, просто так надо».

Ну вот. Учеба осталась позади, как и практика. Впереди ожидала картографическая экспедиция за пределами освоенного космоса, которая должна была продлиться около года. Решение Яшина было однозначным: по окончании учебы Ирина должна пойти на госслужбу.

Даже если «Искатель» обнаружит координаты Земли, это ничего не меняет. Да, в поиске по ее направлению уже не будет никакого смысла. Но навигатор с практическим опытом картографирования в любом случае – очень ценный специалист. А в них будет наблюдаться серьезный дефицит. Предстоят слишком уж обширные задачи при катастрофическом кадровом голоде.

Господи, как же все это не вовремя. У них с Сергеем как раз наметился следующий виток отношений. Конечно, тот убежал куда-то в неизвестность, но она была уверена, что им удалось миновать пик в их размолвке. И в этой ситуации длительная разлука никак не пойдет на пользу их отношениям.

Но, похоже, тихое семейное счастье – это не для нее. Она давала присягу, причем сделала свой выбор вполне осознанно. Видимо, ради долга ей придется поступиться личным. Всем хорошо известна поговорка – незаменимых нет. Но правда заключается в том, что она не работала по отношению к их группе, потому что тут незаменим был практически каждый. Либо у ее отца какие-то проблемы, либо существуют серьезные трудности с подбором кадров, в чем не было ничего удивительного, учитывая специфику. За последний год из конторы не было ни одного человека.

Ирина в очередной раз осмотрела свою квартиру, вспоминая, все ли сделала и можно ли оставить жилище без присмотра на длительное время. Чтобы вовремя успеть к отходу картографического судна, ей нужно было улетать с Клайпа уже сегодня. Через четыре часа отходил лайнер, на котором она забронировала каюту.

– Здравствуйте, Игорь Ильич, – приняв вызов, произнесла Ирина.

– Здравствуй, Ирина. Я гляжу, застал тебя уже в дверях?

– Да. Я как раз собиралась выходить.

– Ты смотри там, девочка, поаккуратнее. Помни, у нас еще дел выше крыши.

– Буду помнить.

– Ну и пиши при случае. Мало ли какая оказия подвернется.

– Обязательно. Игорь Ильич, а от Семена есть какие-нибудь известия?

– Есть. Больше двух месяцев молчок, а тут получаю от него занятное письмецо с Фиджи – «Прости, ничего личного, просто так надо».

– И что это значит?

– Да ничего не значит. За одним маленьким исключением.

– Удалось?

– Очень на это похоже. Как и не схоже с самим Семеном. Можно сказать, поступил по-английски, а он не мог так поступить по определению.

– А если сорвался? Не андроид ведь, человек, – с сомнением произнесла Ирина.

– Сорваться мог, не вопрос. Но он в любом случае предоставил бы подробные сведения. Не мог не предоставить. Словом, собираюсь и лечу на Фиджу, буду разбираться с тем, что там вообще происходит. Но ты ничем таким голову себе не забивай. Делай свою работу. Ты как специалист нам очень дорога.

– Скажете тоже. Вон Веру же нашли.

– И что с того? Она у нас теперь за всех отдуваться будет?

– А может так случиться, что, пока я буду в походе, вы здесь…

– Может. Очень даже может. Но у тебя нет выбора в любом случае. Если откажешься, то только по нарушению условий контракта, и это будет значиться в твоем резюме. Сомневаюсь, что волчий билет пойдет тебе на пользу. Ни о чем не думай и отправляйся в экспедицию. Увидимся через год. Удачи тебе, Ириша.

– Спасибо. И вам тоже удачи.

Ирина отключилась и встала перед дверью, сжав кулаки. Это что же получается? Очень даже может быть, что у них появились сведения о координатах Земли, а она отправляется не пойми куда и совершенно в другую сторону. Ну почему все должно быть именно так-то?!

Ирина закрыла глаза и попыталась расслабиться. Спокойно. Только спокойно. Ну что она, по сути, теряет? Даже если им стали известны координаты Земли, это ничего не значит. Она просто не сможет оказаться в числе первых, потому что это решение было принято уже давно.

Так что же изменится, если она не отправится в экспедицию? Только то, что она будет знать точно, обнаружена Земля или нет. И это все. Стоит ли из-за этого лишать себя возможности получить специальность? Нет.

Ну а коль скоро дела обстоят именно таким образом, чемодан в зубы – и вперед, на улицу, где уже дожидается флаер. Через пару часов она доберется до орбитального лифта, потом – подъем на орбиту и наконец – на борт пассажирского лайнера. Иными словами, ее ожидал первый настоящий контракт. И лучше бы ей сосредоточиться на этом. С остальным будет разбираться по возвращении.

Глава 7. На страже родины.

– Курс сто пятьдесят три, девяносто восемь, тридцать, дистанция – десять тысяч. Предположительно малый транспорт межсистемно-планетарного типа грузоподъемностью до ста кубов. Активирован генератор маскировочного поля третьего поколения. Исходя из вектора движения, начал разгон для прыжка по координатам Океании.

– Принял, Кашалот. – Пошнагов задумчиво смотрел на голографическую карту Солнечной системы, с силой массируя подбородок.

– Подумать только, каждые пять дней на Землю прибывает по четыре корабля, – обуреваемая противоречивыми чувствами и качая головой, заговорила Клайра. – На каждом из них – по пятьдесят человек. Ну ладно, с учетом возможных накладок, пусть будет по сорок пять. Получается, за ирианский месяц они совершают восемь рейсов. По грубым подсчетам, выходит порядка полутора тысяч человек ежемесячно и пятнадцати – в год. И это – по самым скромным прикидкам. Сергей, ты представляешь себе масштабы? Такое впечатление, что ирианцы, повсеместно выступая против рабства, в данном конкретном случае сами этим грешат. Пусть у них и своеобразное такое рабство, но это все одно неволя.

– Знаешь, Клайра, у нас есть поговорка – дареному коню в зубы не смотрят. Мы близко к Земле, а потому ты еще можешь подключиться к местной Сети и поискать данные по смертности. Согласно статистике, только от рака на Земле ежедневно умирает порядка двадцати тысяч человек. Так что ирианцы вывозят лишь малую часть. Причем я сомневаюсь, что твои подсчеты верны, скорее всего, людей вывозится меньше. Корпорация не заинтересована в увеличении населения Океании, их вполне устраивает фиксированная цифра, плюс-минус пара-тройка сотен на естественную убыль. В связи с открытием, которое сделала Алайя во время нашей экспедиции, может, и прибавилось несколько глубоководных баз. Но вряд ли это столь уж сильно повлияло на общее число землян на планете. Корпорация старательно выдерживает баланс, и хищническое разграбление ресурсов Океании в ее планы никак не входит. А что касается рабства… Вообще-то лично мне плевать на это. Альтернатива этой кабале – смерть. Так что ирианцы предоставляют выбор, и по большому счету спасибо им за это. Те же багрийцы не станут возиться с больными и тратить средства на регенерацию, они будут выбирать здоровых и крепких. Хотя я и уверен, что медицину на планете они поднимут на качественно новый уровень.

– Тоже заботливое отношение к ресурсам планеты?

– Именно. Ладно, этот был последним, давай выдвигаться к нашему астероиду. Пора всерьез задуматься о возвращении.

– Наблюдения сворачиваем?

– А нечего больше наблюдать. Периодичность посещения Земли кораблями корпорации мы установили. Станцию наблюдения в Солнечной системе и ее орбиту засекли и обработали. Так что торчать здесь и дальше просто нет смысла. К тому же ресурс нашего генератора уменьшается с каждым лишним часом. Для следующей экспедиции понадобится новый…

Андрей сумел организовать поставку образцов кокаина довольно быстро. Для этого ему понадобилось всего-то трое суток. С учетом особых пожеланий клиента и расположения лабораторий в труднодоступных местах это очень быстро.

Вообще-то для Сергея безопаснее всего было отправиться на корабль и выждать это время там. Но он не удержался от любопытства. Ему всегда хотелось побывать именно в Латинской Америке. Здесь есть на что посмотреть. Это и природа, и древние руины, и старинные кварталы колониальных городов.

Опять же немалая часть побережья Колумбии относилась к тому самому «флибустьерскому дальнему синему морю» из песни его детства, где бригантина поднимает паруса. Признаться, он в свое время очень долго не мог понять, где же находится это самое пиратское море. И только уже классе в восьмом все же понял, что никакого флибустьерского моря нет и в помине, но есть Карибское.

Ну не мог он себе отказать в удовольствии посетить те самые места, где некогда совершал свои походы кумир его детства капитан Блад. И пусть это будет вовсе не Колумбия, он готов был поколесить по Карибам и посетить Картахену, Маракайбо, Барбадос, Тортугу. И хотя он мог уделить каждому из них не более пары-тройки часов, но оно того стоило.

Во время своих туристических поездок по Колумбии Сергей обратил внимание на то простое обстоятельство, что листья коки продаются совершенно свободно. Мало того, жевание этих листьев – часть культуры коренного населения. А еще они являются предметом экспорта, так как из них делают какой-то тонизирующий чай, кроме того, их применяют в фармакологии. Иными словами, сами листья коки, чем-то похожие на лавровые, к наркотикам имели такое же отношение, как мак на сдобных булочках.

Именно обнаружив свободную продажу листьев, Сергей и задумался над тем, а так ли уж ему нужен сам кокаин. Возможно, куда больше толку будет именно от листьев. Тем более при их закупке он не будет иметь никаких дел с наркомафией, что не могло его не радовать. Его отношение к этой братии было крайне негативным, поэтому Пошнагов не мог спокойно себя чувствовать, понимая, что способствует их обогащению.

Под влиянием этих размышлений Сергей поподробнее ознакомился с процессом получения наркотика. Оказывается, получаемый порошок не является стопроцентным кокаином. Его содержание в окончательном продукте варьировалось от восьмидесяти до девяноста пяти процентов. А потому Алайя могла обнаружить нужное ей вещество именно в тех самых примесях. Правда, это при условии, что Ирине достался чистый порошок. Впрочем, это вполне возможно, учитывая то обстоятельство, что она вроде как накрыла барыгу.

Итак, если он окажется прав, то по всему выходит, что в листьях содержание нужного вещества будет куда выше, чем в готовом порошке. Да даже если ее интересует производная кокаина, она сможет получить куда более качественный продукт. Словом, все было за приобретение образцов листьев. Правда, с учетом массы получаемого продукта, а также необходимости покупки образцов в разных местах партия получилась ну очень внушительной по объему. Пришлось сделать несколько рейсов с забитым под завязку грузовым отсеком.

Все это время, пока команда носилась по планете и ее орбите, искин «Кашалота» не прекращал наблюдения за ирианцами, с завидным постоянством посещавшими Землю. Этот процесс не составлял труда ввиду того, что точка выхода из гиперперехода им была прекрасно известна, как известны и координаты стационарного автоматического поста. Имелся таковой и в системе. Кто бы сомневался, что корпорация не оставит Землю без постоянного присмотра.

Вообще-то если бы не искин, захваченный Сергеем на контрабандисте, они очень даже рисковали засветиться. Эта станция слежения, подобно своим товаркам на контрабандистской тропе, ничуть не стеснялась сканировать пространство системы. Нет, сам «Кашалот» этому сканеру был не по зубам, главное, неукоснительно придерживаться определенных правил безопасности. А вот катер уже имел все шансы быть обнаруженным.

Именно поэтому они были лишены возможности пользоваться им свободно. При каждом полете, а их было предостаточно, приходилось учитывать станцию слежения с ее периодичностью обследования пространства. Ну и прыгать к Земле так, чтобы планета выступала естественным щитом. В пределах атмосферы задействовались уже совершенно другие двигатели, да и уследить там за маленьким корабликом было слишком уж нереально. Разве только если они решат включить маршевые двигатели, что в их планы, разумеется, никак не входило.

Так уж вышло, что с делами на планете они покончили слишком быстро. А вот данных, собранных в результате космических наблюдений, по убеждению Сергея, у них все еще было недостаточно. Именно поэтому наблюдения продолжались и после завершения деловой стороны путешествия. Кто-то очень умный сказал, что информация – это самое мощное оружие в умелых руках, а еще она является половиной успеха в любом предприятии. Основываясь на собственном опыте, Сергей теперь был готов подписаться под каждым словом, а потому предпочел потерять немного времени, но получить дополнительные сведения или лично подтвердить уже имеющиеся.

Однако проводить время в праздности ему как-то не улыбалось. Поэтому он решил обследовать довольно обширный астероидный пояс Солнечной системы, который вдобавок ко всему оказался еще и до неприличия богатым на руду. Несмотря на постоянное соблюдение мер маскировки и необходимость использования мертвых пространств, а поэтому и далеко не полное сканирование астероидов, результаты порадовали.

Подумать только, они с ходу нарвались на несколько астероидов, содержащих вариалин в промышленных объемах. От дальнейшего обследования Сергей решил воздержаться. С одной стороны, не стоит зарываться, с другой – появилась возможность не просто провести время в постоянном наблюдении, а использовать баржу по назначению. В конце концов, он изрядно поиздержался, вернее, был практически на нуле. И если можно вернуться на Клайп с полными трюмами концентрата вариалина, то отчего бы и нет.

Помимо этой руды ими были обнаружены и два кармана золотосодержащих руд, чему Сергей был откровенно рад. Даже если их заинтересуют именно листья земного кустарника, а не кокаин, и потребность в средствах будет не такой уж и большой, презренный металл не помешает. Золото является одним из самых дорогих среди добываемых даже во внутренних системах.

Сергей сделал для себя зарубку приобрести малый внутрисистемный рудокоп. Да, отсек для руды у него слишком уж мал, а с установкой обогатительного комплекса и еще уменьшится. Добывающее оборудование в сравнении с установленным на «Кашалоте» вызывает не просто улыбку, а даже хохот. Но вместе с минусами он имел и неоспоримые плюсы.

Например, такой кораблик занимал места не больше среднего боевого дрона. А главное, как нельзя лучше подходил для работы вот с такими небольшими карманами и жилами редких металлов. Все же «Кашалот» с его мощными лазерами и обогатительным комплексом, предназначенным для других типов и объемов руд, допускал слишком большой процент потерь. А вот малый рудокоп справился бы с этой задачей куда эффективнее.

На то, чтобы забить рудой отсеки баржи под завязку, необходимо было как минимум десять дней. Все же объемы внушали уважение, десять тысяч кубов – это не баран чихнул. С использованием обогатительного комплекса затраты по времени возрастали вдвое, прибыль же увеличивалась лишь до полутора раз. Так что комплекс имел смысл только вот в таких, дальних экспедициях, когда сам переход от места добычи до места сдачи был достаточно большим.

«Кашалот» приблизился на максимально близкое расстояние, с которого мог использовать буровые лазеры. Нельзя допустить, чтобы станция обнаружила их работу, а потому и они, и место выработки должны были быть накрыты маскировочным полем. Последний штрих – стабилизировать свой дрейф, уравняв его с астероидом.

Только после этого «Кашалот» задействовал добывающее оборудование – лазеры, измельчающие породу, и силовые лучи, поднимающие ее в приемный бункер. Там руда проходила очередное измельчение, после чего подавалась на обогатительный комплекс, где очищалась от пустой породы и мусора в виде льда или пыли.

Вообще, профессия рудокопа была достаточно грязной. Сергей невольно вспомнил земных шахтеров. Только если там чумазыми были сами рабочие, то здесь эта честь доставалась кораблю. Конечно, при гиперпереходе, как межсистемном, так и внутрисистемном, большинство этой самой пыли стряхивалось. Но кое-что и задерживалось. Но тут уж по принципу Ржевского: высохнет – само отпадет. Ничего не поделаешь, о мойке в космосе можно было и не мечтать. Разве только ремонтные дроиды во время работ отколотят толстый слой спрессовавшейся пыли.

– Сколько мы тут еще проторчим? – деловито поинтересовалась Клайра, явно намереваясь покинуть ложемент и замерев в ожидании ответа.

– Если верить Кашалоту, то через двадцать пять часов отсеки будут заполнены. Разумеется, при отсутствии каких-либо форс-мажоров.

– Отлично. Тогда ты не будешь возражать, если я прогуляюсь?

– Хм. Клайра, что-то ты зачастила на Землю.

В принципе ничего особенного. Сергей и сам позволял себе прогулки по Земле, и экипажу это не возбранялось. Правда, тут в куда более выгодной позиции оказался Ралин. Сергеем было принято решение, что поодиночке они на планету опускаться не будут. И мало того, каждого из них будет сопровождать один из андроидов. А так как Ралин не был дипломированным пилотом, а, как говорится, только учился, то ни одна прогулка не обходилась без него. Сергей же с Клайрой были вынуждены чередоваться, доставляя друг друга и Ралина на Землю, а затем возвращаясь на кораблике к «Кашалоту».

– Ну… Есть причина, – искренне смутившись, ответила девушка.

– Нормально. А почему я об этой причине узнаю последним? Кто он? – возмутился и тут же начал сыпать вопросами Сергей.

– Насчет последним – ты уж извини, но это вроде моя личная жизнь и ни о чем серьезном речь пока не идет. Если это во что-нибудь перерастет, то ты непременно узнаешь первым. А что касается того, кто он… Ты действительно знаешь каждого из более чем шести миллиардов, населяющих Землю?

– Кхм. Я в смысле… он хотя бы приличный человек?

– Вот прямо и не знаю, что для тебя означает понятие «приличный». Ну, он не преступник, не охотник за головами, обычный парень, мой ровесник. Ах да, он русский. Одобряешь?

– А фото есть?

– Сергей, ну чего ты пытаешь девушку? Она даже мне его не показывает. И потом, по-моему, она права и имеет право на личную жизнь. Уж одного-то беглеца, если случится, ты легализовать сумеешь. Ну, ради счастья дочери.

– Нет, Ралин, не дочь я ему больше. Он теперь свою единокровную обрел. Да еще и не одну, а с внуком.

– Ты вот к чему сейчас это все? А? – даже задергался Сергей.

Нет, все верно, детей он вновь обрел и даже видится время от времени. Но кто сказал, что его отношение к Клайре изменилось? Признаться, он опасался, что она решит, будто стала лишней для него или отошла на второй план. Именно поэтому он и старался всячески потворствовать ей. Вот и эти прогулки по Земле разрешил. Хотя каждый раз, пока она там развлекалась, он себе места не находил. Странно, вроде его родная планета, а он переживает за Клайру так, словно это Алаянка и девушку за каждым углом подстерегает опасность. Опять же Добрыня все время с ней.

Это один из андроидов. Сергей не мудрствуя лукаво дал им имена русских богатырей – Илья, Алеша, Добрыня и Никита. Ну да, богатырей-то трое было, а этих четверо, вот и дал одному из них имя богатырского батюшки. Когда обосновал свой выбор перед своими спутниками, те дружно поддержали. Ну а что такого? Да с этими парнями настоящие богатыри и рядом не стояли.

– Сергей, не обижайся. – Ужиком ввернувшись под его руку, девушка устроилась у него на коленях и с самым невинным видом склонила голову к его плечу. – Ну я же это несерьезно.

– Несерьезно она. Да я за тебя… А она несерьезно.

– Не обижаешься, – ткнув пальчиком в его грудь и вертя им, как нашкодивший ребенок, тихо произнесла она.

– Не обижаюсь, – вдруг почувствовав, как по телу разливается тепло, ответил он.

– Тогда договорились, – задорно подытожила она.

– Вообще-то я тоже хотел перед отлетом навестить своих, – попытался он ее урезонить.

– Но ведь ты же заранее не договаривался? Нет. А я обещала. Ну, в конце концов, мы можем задержаться еще на сутки, особой погоды это не сделает. Все равно генератор под замену, без вариантов. А мне ну очень нужно.

– Ладно, собирайся, егоза.

Уже через полчаса катер отошел от «Кашалота» и прыгнул к Земле. Для них это уже вошло в привычку, обычная рутина. В смысле вот эти полеты, а не времяпровождение на Земле. Последнее как раз оказывало на них весьма ободряющее действие. Хм. И что самое странное, в особенности на девушку. Несерьезно, значит. Ну-ну.

Подобрать момент между сканированием станции, короткий разгон, прыжок на орбиту планеты, посадка в укромном уголке. Потом взлет и уход к кораблю, вот только на борту – уже один пилот. Тут ведь как: и корабль в космосе без догляда не оставишь, и катер на планете без присмотра не бросишь. Мало ли как оно все обернется.

Искин, конечно, весьма умен. Ему не составит труда доставить пассажиров на планету, потом взлететь и ожидать вызова на орбите. В принципе для него ничего сложного в этом нет. Но машина она и есть машина. Даже ушедшая далеко вперед электроника внутренних систем не избавилась полностью от случающихся время от времени сбоев и глюков. Поэтому искусственному интеллекту так и не удалось полностью вытеснить человека и занять доминирующую позицию.

В их же ситуации подобный глюк мог обернуться непоправимой бедой. Ну, к примеру, они все оказались на Земле и в результате ерундового сбоя лишились своего катера. Случись это во внутренних мирах, то ничего страшного. Разве только в случае причинения ущерба придется отвечать за собственный недогляд. Но здесь, когда некому подстраховать… Лучше уж не оставлять свой транспорт без присмотра. Надежнее как-то.

Вернувшись на корабль, Сергей, по обыкновению, провел небольшую инспекцию. Ничего особенного, все именно так, как и должно быть. Обычный процесс по добыче и первичной переработке руды. С остальными системами – тоже порядок. Ну а чему, собственно говоря, удивляться, искин чай не в дровах нашли.

Можно бы и самообразованием заняться. Несмотря на дороговизну, Сергей раскошелился и установил на «Кашалоте» три виртуала, благодаря которым путешественники постоянно совершенствовали свои знания. Например, все трое изучили специальность рудокопа. Признаться, с навыками пока – так себе. Но ведь в работу баржи и ее мощных лазеров не больно-то и влезешь с ручным управлением. Это лучше оставить до момента приобретения малого рудокопа.

Впрочем, хватало и других специальностей, которые ну никак не будут лишними в неосвоенном космосе, при полном отрыве от каких-либо баз. А еще немало времени приходится уделять боевой подготовке. Вот уж чем он не собирался пренебрегать, причем вплоть до реальных тренировок с выводом в космос боевых дронов. Благо топлива у них – с большим запасом. Потребность для данной экспедиции была перекрыта раза эдак в полтора. Последние годы приучили его быть немного параноиком, и, кстати, это ему уже не раз спасало жизнь.

Однако именно сейчас заниматься самоподготовкой не было никакого желания. Что же, если так, то отчего бы не вспомнить о своих кулинарных талантах. Странное дело, но что Ралин, что Клайра возвращались с планеты просто зверски проголодавшимися. Такое впечатление, что там им просто некогда поесть.

Хм. А может, они… Нет, ну а что тут такого? По возрасту они не так уж и далеко ушли друг от друга, оба – представители кадийской аристократии, и общего у них предостаточно. К тому же Ралин, дав вассальную присягу, для своего клана уже потерян. Сергею не все понятно с их аристократическими заморочками, но вроде как Ралин, оставаясь законным супругом, может подарить клану еще сколько угодно детей, только в их воспитании принимать участия уже не имеет права. А для него семья значила очень много, это Сергей понял уже давно. Ну и отчего бы ему не остановить свой выбор на Клайре? А скрытничают, потому что девушке неудобно перед Сергеем. Ведь она его так долго добивалась. Вполне рабочая версия. Нужно будет присмотреться к этим двоим.

– Курс триста десять, сто восемьдесят пять, шестьдесят три, дистанция – двенадцать тысяч. Неопознанный корабль. Предположительно эсминец. Движется под прикрытием активированного генератора маскировочного поля второго поколения. Для определения скорости и точного курса данных недостаточно.

Кашалот еще не закончил свой доклад, когда Сергей уже буквально влетел в свой ложемент, уронив где-то по дороге фартук. Интересно девки пляшут, по четыре штуки в ряд. Это еще что за представление?

– Кашалот, прекратить добычу!

– Добыча уже прекращена согласно протоколу действий в чрезвычайных ситуациях, – абсолютно беспристрастно доложил искин.

– Доклад по вектору движения и точке выхода.

– Для точных данных недостаточно сведений, необходимо активное сканирование.

– Отставить активное сканирование.

Сергей ненадолго задумался, чтобы сформулировать нормальный вопрос. А для этого ему сначала нужно было хотя бы понять, что именно следует спрашивать. Итак, по точке выхода спрашивать бесполезно. На голографической карте он и так видит, что точка выхода далеко не характерна для кораблей корпорации. Слишком уж далеко от Земли, между астероидным поясом и Юпитером. Но хорошо уже то, что поблизости от него, иначе при использовании пассивных сканеров чужак мог остаться незамеченным.

Итак. Точка выхода не дает ничего. Корпорация хорошо изучила и картографировала Солнечную систему, а потому ее корабли могли появиться где угодно без особого для себя риска. Так что этот параметр без вектора движения отпадает сам собой.

– Кашалот, вектор выхода может совпадать с курсом с Океании?

– Для точного ответа недостаточно данных.

– Плевать на точность. Дай приблизительный ответ.

– Вероятность подобного совпадения – тридцать процентов.

– Начать сближение на форсаже, корабль к бою, системы наведения не активировать.

– Должен напомнить, что в случае нахождения на борту противника сенсоров третьего поколения при использовании форсажа мы будем обнаружены.

– Спасибо, дружище. Отставить форсаж. Просто сближайся с ним на полной тяге.

– Принял. Выполняю.

Н-да-а. Дилемма. То ли это корабль корпорации, и тогда его гибель не останется незамеченной, то ли Сергею очень повезло оказаться на пути какого-то незваного гостя. А тогда выбора у него нет. Только драться, и никак иначе. Правда, эсминец… «Кашалот» конечно же сопоставим с ним по размеру, и вооружение у него довольно серьезное. Но ведь все познается в сравнении.

Эсминец – боевой корабль и предназначен для ведения боевых действий. Так что у него и оружие, и броня, и генераторы силового щита не идут ни в какое сравнение с имеющимися на барже. В его распоряжении – обширные артиллерийские погреба. Преимущества Сергея – это его невидимость и, как следствие, внезапность. Вот на них он и будет делать ставку.

Ну что же, пока суд да дело, пришла пора облачаться в доспехи. Благодаря все той же паранойе у него и его друзей теперь были довольно современные бронескафандры четвертого поколения. Прибавить сюда еще двоих остававшихся с ним андроидов и четырех боевых дронов. Словом, в случае необходимости неприятный сюрприз абордажной команде гарантирован.

Странное дело, но он даже не задумывался над тем, стоит ли вообще вступать в бой. Нет, сомнения конечно же присутствовали, но это относилось только к принадлежности корабля. Если он состоит на службе корпорации, то и бог бы с ним, пусть летит по своим делам. Но если нет… Сергей был готов лечь костьми, но не позволить координатам расположения его родной планеты стать достоянием очередного работорговца.

– Кашалот, как там с вероятностью совпадения вектора? – уже облачившись в броню и вновь располагаясь в ложементе, поинтересовался Сергей.

– Вероятность совпадения с курсом Океании – двадцать три процента.

Ага. С одной стороны, радует, что появляется определенность. С другой – эта определенность свидетельствует только об одном – боя не избежать. Как выстоять без посторонней помощи против военного корабля? К примеру, нанести ему достаточно серьезные повреждения, чтобы он завис здесь на некоторое время. Эдак дней на пять. И тогда его обнаружат регулярно посещающие Солнечную систему корабли Арики. А потом прыгнет сюда линкор карманного флота корпорации и разнесет нарушителя к чертовой матери.

Вот странное дело, но именно об этом он сейчас и думал. Никакие другие мысли его не занимали. Словно речь идет вовсе и не о его жизни. Крепко же он успел измениться после охоты за головами. Он вроде и раньше никогда не был из робкого десятка, но теперь отношение к возможности собственной гибели какое-то отстраненное, что ли, без соответствующей остроты.

– Дистанция – пять тысяч. Минимальной дистанции корабли достигнут через пять минут. Примерно через тридцать неизвестный наберет достаточную скорость для прыжка к Земле. Через двадцать минут выйдет из мертвого пространства Юпитера и станет виден для станции слежения.

Ну вот… Он-то рассчитывал, что ему все же удастся нагнать неизвестного и атаковать в упор, чтобы использовать фактор внезапности по полной. Пустые мечты. Придется действовать практически с открытым забралом. Вся его фора развеется как утренняя дымка. У противника будет более чем достаточно времени, чтобы активировать и силовой щит, и вооружение. Так что атаку «Кашалота» встретит полностью изготовившийся к бою корабль.

У Пошнагова еще была возможность остаться в стороне. Просто снизить ход и дать неизвестному прыгнуть. Или же прыгнуть вслед за ним и постараться приблизиться к нему после выхода из гиперпространства. Только будет это уже на орбите Земли.

Нет, он вовсе не думал о собственной безопасности. Какое там, коль скоро уже решился идти в последний и решительный. Просто факт боя двух кораблей внеземной цивилизации, который никак не останется незамеченным, мог привести к самой настоящей истерии на планете. А это могло повлечь за собой все что угодно, от волны суицида до массовых беспорядков и кровопролития в преддверии нашествия инопланетян. Словом, ничего хорошего из такой затеи не выйдет.

– Кашалот, начинай выводить боевых дронов, но держи их в пределах маскировочного поля. Активируй все вооружение. Когда будешь готов, произведи захват цели и одновременно атакуй всеми силами и средствами – орудия, ракеты, дроны. Активация щита. Вопросы есть?

– Мне следует предотвратить выход неизвестного из мертвой зоны Юпитера?

– Да, на всякий случай постарайся это сделать, не помешает. Еще вопросы?

– Вопросов нет.

– Исполнять.

– Принято.

– Да, и еще. Как только начнется, отправь на Землю катер с сообщением о произошедшем Клайре и Ралину.

– Принято.

Угу. Доверяет он там искину или нет, выбора он лишен. Не оставлять же своих в неведении и без катера. Если все закончится плохо, то им еще предстоит как-то устраиваться на Земле. А касаемо возможных случайностей с искином… Ну, на сегодня невезухи вроде как уже достаточно, куда же больше-то.

Мелькнула было мысль и самому перебраться в катер, оставив Кашалота разбираться с эсминцем самостоятельно. Мелькнула и пропала. В конце концов, несмотря ни на что, он все же офицер, да и просто мужчина, а значит, должен драться за свой дом. И прошлый опыт ему подсказывал, что в бою, даже космическом, ни одна машина не сравнится с человеком.

«Искатель» наконец перешел к последнему этапу разгона. Еще немного – и генератор будет готов начать процесс свертывания пространства, а корабль совершит прыжок почти в десять световых лет. Правда, как бы им этого ни хотелось, не к орбите Земли. Павлов все же прислушался к совету опытного навигатора и решил повторить путь, некогда пройденный исследовательским судном, а затем и работорговцем.

Космос – это последнее место, где можно позволить себе необоснованный риск. Разумеется, если в твои планы не входит погибнуть на ниве служения делу освоения галактики. Вот только далеко не всегда подобная гибель может быть героической. Зачастую она просто бесславная и память о ней хранится только в сухих строчках отчетов о погибших и пропавших без вести экспедициях.

– Ладно, ребятки. Пора готовиться к встрече с родиной. – Павлов обвел всех решительным взглядом и начал отдавать распоряжения: – Искатель, изготовить корабль к бою. Экипаж, всем облачиться в броню и занять места по боевому расписанию.

Оно, конечно, странно, не без того. Но когда распоряжения отдаются таким тоном, то лучше вспомнить о том, кто здесь капитан и кем он является на борту. Сначала выполни приказ, а потом уж задавай вопросы. Если на это хватит времени. Иначе никак.

– Семен, ты уверен, что это так уж необходимо? – поинтересовалась Вера, занимая свой ложемент и уже обрядившись в броню.

– Я ни в чем не уверен. Но хочу быть готовым ко всякого рода неожиданностям. В конце концов, в Солнечной системе давно и прочно обосновались ирианцы. Так что случиться может все что угодно.

– Ясно. Тогда, может, определишь одного человека в шлюпку?

– Это еще зачем?

– Можно скачать наш особый пакет на бортовой искин шлюпки. Это увеличит наши шансы на удачу. Если не мы, то хотя бы сведения достигнут Земли.

Вера имела в виду базу данных, которую Павлов и Яшин собирали в течение длительного времени. Там было много чего – от достижений в ядерной физике до выращивания искусственных органов. Разумеется, поначалу, без виртуала, процесс освоения будет затруднен, со многим придется разбираться самостоятельно. Да и пакет содержал в себе далеко не современные достижения внутренних систем. Но даже этот материал позволил бы совершить просто небывалый прорыв по многим направлениям.

– Нет, Вера. Мы не будем этого делать, – покачав головой, решительно возразил Семен.

– Почему?

– По нескольким причинам. Шлюпка не имеет никакого вооружения и не способна к прыжкам. Это просто разъездной транспорт, разве только может опускаться на планету. Путь до Земли из точки нашего выхода из подпространства у нее займет не меньше года. Далее. Учитывая, что противник способен обнаружить нас при использовании генератора маскировочных полей второго поколения, генератор, имеющийся на шлюпке, – вообще ничто. Он сможет противодействовать разве что земным технологиям. Не станем мы выбрасывать и контейнер с искином, содержащим этот пакет данных. Хотя бы потому, что в этом случае мы понятия не имеем, к кому попадет пакет. Я служу России, а не Америке и не какому-то там абстрактному прогрессивному человечеству, поэтому хочу быть уверенным в том, что сведения попадут в нужные руки.

– Я понимаю. Просто не хотелось бы погибнуть ни за понюх табаку. Я все же надеялась принести пользу.

– Во-первых, все это – только на всякий пожарный случай. Во-вторых, мы уже принесли пользу, и тот кристалл, который получит Яшин, откроет дорогу на Землю. Ну и наконец в-третьих, если мы не вернемся в течение достаточно длительного срока, для Яшина это будет сигналом, что наш «Искатель» – слишком не подготовленное для подобной экспедиции судно и следующее будет гораздо превосходить его по характеристикам. Я вообще уже жалею, что ввязался в эту авантюру. Куда логичнее было бы снарядить судно с максимально возможными защитой, маскировкой и вооружением. Так, на всякий случай.

– Ты решил отработать назад? – Вера даже подалась вперед в ожидании ответа.

– Боюсь, что у меня уже не хватит духу. Опять же в принципе все выглядит вполне логично, если не превращаться в параноика.

– Заданная скорость достигнута, корабль готов к совершению прыжка, – обрывая их разговор, доложил Искатель…

По массивному корпусу «Кашалота» прошлась ощутимая дрожь. Еще бы, когда разом стартует три десятка ракет из пятнадцати установок. Кроме этого, ударили четыре артиллерийские установки, отправляя в противника тяжелые стальные болванки из особого сплава. При попадании в цель они способны навредить ничуть не меньше ракет, а порой и больше, так как в отличие от них проникают под броню и производят разрушения внутри.

Сергей внимательно наблюдал за происходящим как на голографической карте, так и на нескольких мониторах. На них выводились параметры вооружения, состояние самих установок и уже запущенных снарядов. Разумеется, последнее относилось только к ракетам, потому как артиллерийские снаряды были начисто лишены какой-либо электроники.

Итак, энергетический щит уже выставлен. Установки активно перезаряжаются. Счетчик артиллерийских установок дисциплинированно отсчитывает расход боезапаса. До обозначенного Сергеем первого лимита осталось уже совсем немного. По достижении его орудия прекратят огонь и вновь откроют его только после получения отдельного приказа. Дроны сорвались с места и устремились к своей цели.

Дроны представляют собой беспилотные летательные аппараты. Их габариты схожи с земными истребителями и даже в их форме есть что-то от самолетов. Например, хвостовое оперение крестообразной формы, что позволяет разметить на его оконечностях маневровые двигатели.

В зависимости от предназначения дроны имеют различное оснащение. К примеру, вот эти служат именно для ведения боя и являются артиллерийской версией. На месте крыльев у них находятся многоствольные орудийные установки с практически сферическим сектором обстрела. По сути, задача этих установок сводится к непосредственной обороне против таких же дронов. Как дополнительные цели рассматриваются и ракеты. Основная роль в противодействии последним все же отводится паре иглометных установок. А вот под брюхом расположено орудие основного калибра, в задачу которого входит атака дичи покрупнее.

Даже линейные корабли имеют точки, уязвимые для этих пронырливых машин. Разумеется, дронам не под силу уничтожить большой корабль или причинить ему сколь-нибудь серьезные повреждения. Но зато они могут вывести из строя огневые точки, существенно повредив средства непосредственной обороны и упростив тем самым задачу по доставке к цели чего-то более существенного и разрушительного.

Но для вот этого противника дроны были по-настоящему опасны. Едва началась атака, как Кашалот просканировал неизвестное судно. Это оказался вовсе не эсминец, хотя и размеры, и силовая установка были сопоставимы. Вполне обоснованная ошибка ввиду использования данных с пассивных сканеров. Избежать этого можно было при помощи визуального осмотра, что оказалось невозможным из-за слишком большого расстояния.

– Кашалот, начинай глушить связь имитатором естественных помех, – едва осознав, что это за судно, тут же приказал Сергей.

Не хватало еще, чтобы станция слежения зафиксировала какие-либо переговоры или вопли о помощи. Это корабли находятся в мертвой зоне, а потому ни сами они, ни устроенное ими представление для сканера станции невидимы. А вот сигналы связи вполне могут отразиться от разного рода препятствий и выйти из мертвой зоны.

Ну да, все верно. Сергей уже не сомневается в своей победе и теперь старается вывернуться из данной ситуации с минимальными потерями. Уж, по крайней мере, сохранить свое инкогнито.

– Принято. Выполняю, – все так же лишенным каких-либо эмоций голосом доложил искин.

Итак, грузовое судно. Интересно, что ему здесь могло понадобиться? Даже если это контрабандисты, Солнечная система в связи с ее значительной удаленностью не может представлять для них никакого интереса. Эта братия, конечно, пользовалась обходными, слабо изученными маршрутами, чтобы доставить свой товар кружным путем и беспошлинно. Но этот что-то уж слишком отклонился в сторону.

Впрочем, у подобных грузовиков есть еще одно неоспоримое преимущество. Их без особого труда можно переделать в работорговца, установив в грузовых отсеках обширные топливные баки. И Сергей не сомневался, что дела обстоят именно так, и никак иначе.

Неизвестный успел активировать свой шит и атаковать в ответ шестью ракетами, две из которых были среднего радиуса действия и достаточно мощными, чтобы доставить серьезные неприятности. Это в случае если бы они имели дело с менее защищенным кораблем. Что же касается «Кашалота», то он мог выдержать подобный удар, даже не прибегая к средствам непосредственной обороны.

Но последнее, о чем сейчас способен думать грузовик, – это атака. Если он не позаботится о защите от нападения, то вот эта первая волна ракетного обстрела для него может оказаться и последней. Десяток ракет среднего радиуса действия любому внушат уважение и естественное желание защититься от них.

Бортовой искин доложил о безуспешной попытке противника просканировать «Кашалота». Энергетический щит баржи безошибочно указывал ее местоположение, и этого вполне достаточно для ведения прицельной стрельбы. Но продолжавший работать генератор маскировочных полей не позволял точно идентифицировать цель. По имеющимся же у неизвестных данным это вполне мог оказаться и эсминец. Конечно, при наличии достаточно мощного сканера эта проблема решалась легко. Но у противника с оборудованием, похоже, так себе.

А ничего так у неизвестных артиллерист. Толковый. Далеко не у всех хватит хладнокровия и выдержки, чтобы вот так разобраться с массированной атакой. Орудийным снарядам он противопоставить ничего не смог, противостоять им можно только тремя способами – силовым щитом, броней и маневром. Но зато он умудрился разобраться с ракетами, что при его слабом вооружении сделать не так чтобы и просто. Причем сработал он достаточно избирательно, поэтому десять ракет средней дальности и мощности были уничтожены.

Н-да. А грузовик-то вооружен так себе. Это обстоятельство Сергею было категорически непонятно. Нет, незнакомец конечно же мог организовать горячую встречу пиратам. А вот кому посерьезнее – уже без вариантов. Хотя… Если это невольничье судно, то сопротивляться оно будет только пиратам, с военными у работорговцев другая тактика – улепетывать во все лопатки.

Наконец оставшиеся десять ракет достигли щита, над которым уже успели поработать орудийные снаряды, сумев истончить его на три четверти. Ракеты снесли щит грузовика начисто, причем досталось и самому кораблю. Не сказать что повреждения были столь уж серьезными, но все же скорость судна упала и оно лишилось возможности уйти в подпространство.

Ну откуда экипажу атакованного судна было знать, что среди ракет малой дальности найдутся снаряженные термоядерными боеголовками? Столь предусмотрительные личности – редкость даже на флоте. Настоящий капитан должен оценить обстановку, силы, средства и возможности противника, после чего действовать соответственно. По каждому факту производится разбирательство. А то эдак начнешь потворствовать, а потом будешь удивляться тому, что на боевое снаряжение флота тратятся до неприличия большие суммы.

Сенсоры грузовика еще не успели оклематься после получения термоядерной плюхи, как над кораблем уже принялись кружить боевые дроны. Их сканеры без труда определяли ракетные и артиллерийские установки, а орудия точным огнем выводили их из строя, отправляя в полет в невесомости осколки обшивки корабля и вырванное с корнем вооружение.

Вслед за ними в дело вступили орудия «Кашалота», окончательно выведшие из строя маршевые двигатели уже изрядно израненного судна. Не прошло и минуты, как неизвестный уже не имел никакой возможности сопротивляться. И полностью потерял ход, продолжая двигаться только по инерции.

Сергей сблизился с кораблем на расстояние трех тысяч единиц и сумел наконец задействовать сканер. Четверо. В смысле живых трое. Четвертый угадывается только по все еще активированному бронескафандру. Он находился в машинном отделении, а как раз ему-то и досталось от души, чтобы судно не успело выйтия из-под прикрытия Юпитера. А вот оставшаяся троица, похоже, готовится дать бой абордажной команде. Во всяком случае, об этом говорят их действия.

Очень может быть. Если люди решительные (а другие в неосвоенный космос не сунулись бы), то захотят подороже продать свои жизни. Не хотелось бы их разочаровывать, но Сергей сегодня уже достаточно изображал из себя героя, когда бросался в атаку на эсминец. Так что несмотря на наличие боевых андроидов и дроидов, от абордажа он все же решил воздержаться.

Как отказался и от мелькнувшей было мысли связаться с грузовиком. Ну его к лешему. Может быть, это случайные люди, а он сейчас действует, как самый настоящий пират. Хотя пират нападает ради наживы, а у Сергея иная мотивация. Ну тогда переполняемый идеей убийца. Еще лучше.

Нет, идея взять этих бедолаг в плен, конечно, соблазнительная. Вот только осуществимая ли? Он прекрасно помнил, как еще совсем недавно один самоуверенный пират во время абордажа потерял и корабль, и свою жизнь. А ведь на его стороне было превосходство. Кто его знает, какие сюрпризы готовит этот кораблик. Наличие на борту «Кашалота» шести боевых единиц – двух андроидов и четырех дроидов – ни о чем не говорит. Ведь Сергей один, а они – всего лишь машины.

Что же касается ответов на вопросы… Получит их потом. Не может же такого быть, чтобы погибли все. У него есть и криокапсулы для особо сложных случаев, и полевая регенерационная капсула для случаев попроще. Поэтому он не стал отдавать приказ о прекращении огня. Пусть идет как идет.

Ну в конце концов, сколько ему может везти-то? И потом, мало ли что они смогут учудить, а ему не хотелось бы получать повреждения в нескольких десятках световых лет от места, где возможно найти ремонтную базу.

Вообще-то такое чрезмерное использование силы считалось непоправимой глупостью. Ну кто в здравом уме станет разбрасываться законным трофеем? Недалекие люди, вот кто. Но Сергей как-то об этом не думал. Он просто обрушил на корабль всю огневую мощь своих артиллерийских установок, пока сканер не показал гибель последнего из экипажа.

– Кашалот, стыкуйся с неизвестным и высылай на его борт абордажную команду.

– Какие силы?

– Все. Усиль их ремонтными дроидами. В первую очередь – спасение экипажа. Потом – демонтаж всех искинов, включая персональные. Затем проверка и доклад по имуществу в отсеках, в особенности в грузовом. И еще деактивируй щит, пора нам опять подумать о маскировке.

– Принято.

Хм. И все же интересно, кто это был? С кем он только что так геройски и, по счастью, легко разделался? С ответами на эти вопросы придется обождать. Как бы его ни распирало любопытство, он вовсе не горел желанием отправляться за ответами на искореженный корабль. Лучше уж проявить терпение. Целее будешь. Одно дело – не бояться боя, другое – подставляться по-глупому. Мало ли какие там есть боевые машинки.

Неизвестного взяли на буксир уже через полчаса, затем Сергей тут же направил «Кашалот» к Юпитеру. Он хотел уронить судно на планету. Самое надежное место, чтобы скрыть все следы его пребывания здесь. Конечно, еще оставались обломки различной величины, но при их массе вряд ли им удастся покинуть пределы астероидного пояса. Обнаружить же их можно будет либо визуально, либо при детальном и целенаправленном поиске. Но повода для этого вроде удалось избежать, представителям же корпорации в этих местах делать было нечего.

Вообще-то без задействования генератора свертывания пространства путь до Юпитера не близкий. Но при нормально работающих захватах переход в гиперпространство не был чем-то из ряда вон. Правда, при этом в значительной мере повышался расход топлива. Тут и сам разгон с увеличившейся вдвое массой, и работа энергетических захватов. Но при преодолении столь незначительных расстояний это не так страшно.

Н-да-а. Интересно девки пляшут, по четыре штуки в ряд. Это он молодец. Вот сомнительно, чтобы кто еще смог бы учудить нечто подобное. А он ничего. Легко. Заходи – не бойся, выходи – не плачь.

Настроение его ухнуло вниз, когда дешифратор смог подобрать ключ к доставленному на борт резервному искину раскуроченного им корабля. Тот как-то умудрился пережить ад, устроенный Сергеем на борту «Искателя» (именно так и назывался грузовик). А еще, что самое невероятное, весь его экипаж состоял из землян, и не просто землян, но самых натуральных русских. Вот молодец, Пошнагов! Возьми с полки пирожок!

Конечно, он понятия не имел, что у них на душе. Вполне может быть, что намерения экипажа «Искателя» были далеки от добрых. В конце концов, сколько раз он наблюдал, как вроде бы нормальные русские стучали себя кулаком в грудь, доказывали, что они самые настоящие патриоты России. А сами предавали и продавали и свою родину, и свой народ, как говорится, оптом и в розницу.

Очень может быть, что большинство из них искренне верят в то, что действуют во благо своей страны и народа. Полагают, что только им ведом настоящий путь, по которому следует идти России. А главное – считают, что путь этот непременно усыплют розами всякого рода доброхоты с Запада или из-за океана. Что эти настоящие друзья России помогут, поддержат и непременно решат все проблемы страны. Каким же нужно быть идиотом, чтобы принимать всерьез подобную чушь?

Но есть и те, кого идиотами никак не назовешь. Напротив, это прагматичные, продуманные и беспринципные личности. Им плевать не то что на свой народ, но даже на кровные узы. Для них имеет значение только личная выгода. Эти не просто предают, они как раз-таки продают, причем даже не задумываясь кому, просто ищут тех, кто даст большую цену.

Судя по записям в искине, экипаж «Искателя» занимался перевозкой контрабандных грузов в Багрийскую империю. В один из таких рейсов ими были обнаружены обломки корабля. Нет ничего странного, что они решили его слегка облегчить. Это скорее уж правило, чем исключение. Никто не пройдет мимо такой халявы. Выпотрошив искин, они обнаружили путь домой и решили воспользоваться этим.

Вот, собственно, и все. Больше узнать не удалось, даже когда он раскодировал два уцелевших персональных искина. Как следствие, не вышло и определиться с намерениями погибших. Что они собирались сделать? Просто навестить родных? Выйти на контакт с правительством России и предложить свои услуги по предоставлению инопланетных инноваций? Вряд ли им могли предложить больше, чем они имели возможность заработать при наличии такого корабля.

Да даже со своим вооружением они могли диктовать условия всей планете. Хм. Это если они полные идиоты и позабыли о корпорации Арика, что сомнительно. Прошедшие через Океанию своих благодетелей не забудут никогда. Слишком уж глубокий след оставил этот водный мир в душе землян.

Но зато они могли организовать похищение землян и продажу их багрийцам. А почему следует отмахиваться от подобной возможности? Они же имели связи с багрийцами, значит, могли найти и выход на работорговцев. В крайнем случае, им даже не нужно было мараться лично. За координаты планеты, подобной Земле, крупные багрийские рабовладельческие дома могли выложить настолько неприличную сумму, что она не могла представиться даже в самых смелых мечтах.

Ну да. Вот так он и сидел, пытаясь найти себе оправдание. Приписывал погибшим различные грехи. Мысленно относил их непременно к врагам, удумавшим нечто злобное и мерзкое против родной планеты. Эдакие мальчиши-плохиши. Не так погано себя чувствуешь.

Главное, не думать о том, что это – такие же счастливцы, как он, неожиданно обретшие билет домой и решившие навестить родных. Потому что подобные мысли неизменно будили в нем желание что-нибудь сломать. Нет, не собственный череп, от суицидальных мыслей он был достаточно далек. Но вот интерьер «Кашалота» находился в опасности. Сергей и сам не знал, отчего он не бросился крушить все подряд.

Словом, на душе у него было так погано, как не было еще никогда. Ему, конечно, не привыкать к убийствам, причем не к таким виртуальным, когда все похоже на компьютерную игру и ты даже никого не видишь. Он не раз убивал, глядя своей жертве в глаза. Но тогда все было по-другому. Тогда он четко знал, в кого стреляет. И никакой жалости по отношению к убийцам или сожалений по поводу содеянного не было и близко. Сегодня же все было неоднозначно из-за неопределенности в отношении намерений экипажа «Искателя».

Спокойно. Ну а если бы это были не земляне, он бы так же метался и накручивал себя? Сомнительно. Да что там сомнительно, ничего подобного не было бы и близко. Так что меняется? По сути – ничего. Но все же это были земляне.

Радовало пока хотя бы то, что троих из них можно будет спасти, правда, двоим сам он помочь не сможет. Это только в медицинский центр во внутренних мирах. Слишком уж серьезные повреждения с оторванными конечностями и раскуроченными внутренностями, словом, только и то, что головной мозг остался нетронутым.

А вот третьего вполне можно восстановить в условиях полевой регенерационной капсулы. Пара дней – и будет как новенький. Ну а после беседы с ним вполне возможно принять соответствующие меры. К примеру, освободить криокапсулы от мусора, хотя последнее сомнительно.

Сергей не без интереса рассматривал содержание весьма объемного файла. Ну просто до неприличия объемного. Правда, его заинтересовали не его объемы, а содержание.

А ведь ребятки везли на Землю самые разные технологии. Чего тут только не было! Государство, которое станет обладателем этого богатства и сможет с умом им распорядиться, окажется на недосягаемой высоте. Воспользоваться всем этим единолично – нечего и мечтать. Сожрут. Да и не получится, банально не хватит ресурсов.

Если бы они думали только о личном обогащении, то с них хватило бы только технологии выращивания и трансплантации органов. Благо во внутренних системах она доведена почти до совершенства. Вырастить и трансплантировать можно практически любой орган. Единственное, что так и не поддалось инопланетным ученым, – это головной мозг.

Впрочем, даже эти сложности ни к чему. Если речь о банальном обогащении, то достаточно пары полевых регенерационных капсул с реагентами. И все. Миллиардные доходы и безбедная жизнь до конца дней обеспечены. Главное – суметь соблюсти секретность. А это пожалуйста. Сумел же он утащить Волынского на орбиту и провести регенерацию вне Земли.

Но экипаж «Искателя» поступил иначе. Они везли с собой целый ворох подробнейшей информации. Причем подобрана она была вдумчиво, с адаптацией под земные реалии, для этого нужно было много времени провести на земных форумах. А значит, не собирались они тупо срубить бабло. Мало того, такой объем говорил о том, что они вполне отдавали себе отчет, что могут застрять на Земле и их родине просто неоткуда будет почерпнуть дополнительные знания.

От осознания этого на душе стало еще муторнее. Нет, он уже понимал, что вот такой собственнический подход, как у него, ведет в тупик. Жить нужно ради цели, и чем внушительнее поставленная перед собой задача, тем жизнь интереснее. Просто вкусно есть и сладко спать надоест очень скоро, а ему, похоже, отмерен длинный век, и нужно его чем-то заполнить.

Вот только выходов у него пока не было никаких, а вот времени – в избытке. Поэтому он решил для начала поправить свое финансовое положение, потом определиться с тем, на кого именно выйти, и только после этого начать действовать.

– Кашалот, есть доклад о характере груза на «Искателе»?

– Четыре виртуальных комплекта третьего поколения, в упаковке. Сотня искинов третьего поколения. Обучающие программы среднего, специального и высшего образования…

По окончании перечня Сергей точно уверился в том, что экипаж «Искателя» вез на Землю не просто файл с технологиями, но и средства для обучения. Конечно, это как-то несерьезно и даже мелочно. Такое впечатление, что они наскоро похватали то, что было под рукой и на что хватило их скромных средств. Нет, в условиях Земли результат будет просто ошеломительным. Но… Ясно, в общем.

– Слушаю тебя, Клайра, – наблюдая за тем, как «Искатель» входит в слои атмосферы Юпитера, устало ответил Сергей на вызов девушки, связавшейся с ним по узконаправленному лучу.

– У тебя все в порядке? – тут же возбужденно выпалила она.

Надо же, а он уже и позабыл о том, что отправил к ним катер. Они же ничего не знают, за исключением того, что в системе появился неизвестный эсминец и что Сергей намерен с ним драться. А какого лешего она тогда с ним связывается?

– Погоди. Клайра, ты опять за свое? Ралин, какого черта? Я же отправил вам сообщение, что свяжусь с вами сам, – наконец собравшись, рассерженно бросил Сергей.

– Но прошло слишком много времени, – попытался было возразить Ралин.

– Ну и что с того? А если бы меня раскатали в блин? С кем бы вы сейчас связывались? Я какого рожна отправил к вам катер? Чтобы вы сами себя подставили и тупо отдали концы?

– Извини, как-то не подумал, – смутившись, ответил Ралин.

– Сергей, у тебя все в порядке? – с явным смущением, но все же упрямо спросила девушка.

– Если ты о состоянии корабля и моего организма, то да, все нормально. Ни единой царапины. Разве только израсходовал часть боезапаса, вот и все. Это оказался не эсминец, а грузовик. Ошибка из-за пассивного наблюдения.

– Но что-то не так, да? – внимательно всматриваясь в его изображение на мониторе, не отступалась она.

– Не так, – не стал отнекиваться Сергей. – Это оказались земляне, случайно заполучившие координаты Солнечной системы. Вот такие пироги с котятами.

– Но ведь ты же не знал.

– Не знал. Только от этого не легче. Ладно, проехали. Их корабль я уронил на Юпитер. Двоих из них определил в криокапсулы, одного – в регенерационную. Придет в себя, выясню все доподлинно. Сейчас начинаю разгон и прыгну к нашему астероиду. Можете забавляться дальше, жду вас утром.

– Уверен? – озабоченно поинтересовался Ралин.

Угу, ему сейчас не до веселья. Его сюзерен, которого он должен охранять ценой собственной жизни, как раз в его отсутствие и подвергся опасности. Нужно знать кадийцев, особенно аристократов, чтобы понять, что сейчас творилось у него на душе.

– Конечно уверен. Два неизвестных корабля кряду – это перебор. Все, отбой. И пришлите катер обратно, нечего ему болтаться на орбите.

– Может, Клайра пусть веселится, а я вернусь?

– Вот уж нет, дорогой. Лучше присмотри за этой девчонкой, чтобы она никуда не влезла. Считай это моим прямым приказом. Все, отбой.

Хм. А может, он все же поторопился с выводами и между этими двоими ничего нет? Ну как бы тогда Ралин решился оставить свою женщину на Земле, а сам отправился бы на корабль? Опять же если между ними есть отношения, то скрыть это в замкнутом пространстве корабля просто нереально. Будь они хоть трижды аристократами, способными владеть собой в любой ситуации.

После сближения пары начинают вести себя совершенно по-другому, они просто не в состоянии контролировать себя. Опять же здесь все на виду. Да тех же конфузов, связанных с неловкими ситуациями, было уже предостаточно. А все от того, что избежать этого просто невозможно.

Получается, Клайра завела себе воздыхателя из землян. Причем она и сама испытывает к нему вполне себе серьезную симпатию. Раньше-то Сергей этого не замечал, но вот сегодня она выдала себя с головой. Дай-то бог, дай-то бог, а занятие для ее избранника найдется, не вопрос. Кхм. Ну-у-у… Если он окажется ее достоин, разумеется.

Глава 8. Контакт.

– Мм…

Мужчина со страдальческим видом поднял руки к голове и, сжав виски, не открывая глаз, повернулся на правый бок. Потом замер и, прекратив стонать, все же открыл глаза. Но, увидев перед собой стену, тут же резко повернулся в противоположную сторону. Зря он так. В его состоянии лучше бы без резких движений, иначе…

– Мм… Га-а-адство.

– Терпи, Семен, сейчас начнут действовать стимуляторы, и все пройдет. Ну вот, а я о чем.

Бледное лицо Павлова начало быстро приобретать здоровый цвет. Боль настолько быстро улетучивалась, что он непроизвольно опять прикоснулся к вискам. Потом провел рукой по подбородку. Хм. Солидная щетина. Трое суток, никак не меньше. Взгляд на мужчину, сидящего в паре метров от него.

– Вижу, что ты меня узнал. Вот и хорошо. Чтобы сразу опустить все недоговоренности, я теперь тоже многое о тебе знаю, практически все.

– Агх… Хк-ха. А я-то думаю, чего это у меня так голова раскалывается, – прочистив горло, все же заговорил Павлов. – Значит, медикаментозный допрос.

– Ну не клещами же из тебя все тянуть. Штука, конечно, противная, весьма болезненная и незаконная, но зато способна взломать любые блоки и барьеры, причем без какого-либо вреда для пациента.

– Попробуй как-нибудь на себе, потом и будешь говорить о вреде.

– Больно, согласен. Но, если болит, значит, живой. Так что ничего страшного.

– Что с моей командой? – внимательно посмотрев на Сергея, поинтересовался Павлов.

– Двое – в криокапсулах. В местных условиях я им ничем не смогу помочь, нужно в клинику. Ну да это не проблема, довезем, определим. А вот та, что была в машинном отделении… Этому отсеку досталось по полной, – вздохнув, закончил Сергей.

– Аля… Ну и сволочь же ты, Пошнагов.

– Я-то, может, и сволочь, но зато не полный кретин. Ты куда поперся? По семье соскучился? Пошел на поводу у своих подчиненных? Еще хорошо, что я тебя вовремя перехватил.

– Ты это называешь хорошо?

– А ты не суди по частностям. Смотри на картину в целом. Я вообще не понимаю, откуда столько везения выплыло на наши задницы.

– Какое везение? Ты о чем вообще? – усаживаясь на кровати и сжимая кулаки, процедил сквозь зубы капитан.

– Не надо на меня шипеть, Семен, я свое уже давно отбоялся. Да и с Илюхой тебе не справиться, хоть на пупе извернись, – кивнув себе за спину, где истуканом замер андроид, остудил Сергей Павлова. – А везение очень даже простое, хотя и невероятное. Словом, ваш «Искатель» появился в Солнечной системе в очень удачном месте, в мертвой зоне наблюдательной станции корпорации. А она оснащена сканером третьего поколения. Так что вы с вашей маскировкой второго поколения тут были бы видны, как прыщ на одном месте. Тогда уж вам все одно кирдык. Первые же гости с Океании получили бы сведения о том, что тут появился неизвестный корабль. А там, если ты не забыл, стоит флот корпорации. Но фиг бы с вами, за что боролись, на то и напоролись. Вот только Солнечную систему корпорация могла закрыть наглухо, и тогда все ваши шпионские игры и мой энтузиазм ничего не стоили бы. Причем даже если бы взяли не тебя, а кого-нибудь из твоей команды, то результат был бы один: всю вашу едва народившуюся шпионскую сеть накрыли бы в один присест.

– Что с «Искателем»?

– Да ничего. Снял с него все, что может пригодиться в хозяйстве. Вырубил все, способное подавать какие бы то ни было сигналы. Остальное уронил на Юпитер. Ладно. С этим проехали. Не смотри на меня так. Извиняться все равно не буду. Тебе, дураку, еще и шею намылить нужно. Поэтому едем дальше. Я со своими делами на Земле уже закончил. Хотел было отчаливать, да тут вы появились. Пришлось вносить коррективы. Ну а после твоего допроса – и менять планы. Словом, это очень хорошо, что у тебя есть выход на российское правительство.

– А тебе-то это зачем? – даже и не думая переходить на дружеский тон, поинтересовался Павлов.

– Затем, Сема, что на жизнь, и заметь, на безбедную жизнь, я заработаю без труда. Этот корабль является добывающей баржей, причем изрядно вооруженной, а значит, способной дать пинка любому пирату. В моих отсеках сейчас находится десять тысяч кубов вариалина, причем концентрата. Даже с учетом дальности перехода и самых низких котировок на бирже это составит чистой прибыли больше трех миллионов. И даже если я буду таскать самую дешевую руду во внутренних системах, то с каждого рейса выйдет около трехсот тысяч кредитов. Как считаешь, мне хватит таких денег, чтобы обеспечить себе достаточно комфортную жизнь?

– Но тебе этого мало, так?

– Да, вкусно есть и сладко спать мне уже мало. Когда-то это для меня было самоцелью. Но сегодня, когда я не испытываю нужды, мне этого недостаточно.

– Ирина совсем иначе описывала тебя. Да и другие давали тебе иную характеристику.

– С Ириной я еще разберусь. Конспиратор, понимаешь. А что до остального… Жизнь не стоит на месте. Все течет, все меняется, как и мы. Просто раньше мне приходилось буквально выгрызать себе место под солнцем, а сегодня, когда оно у меня есть, хочется чего-то другого. Извращаться до золотых унитазов и бриллиантовых зубов мне противно. А вот способствовать развитию Земли, дать ей возможность постоять за себя – это совсем другое дело.

– Значит, хочешь служить и защищать?

– Ровно настолько, насколько сочту это нужным. Без фанатизма и там, где мне это будет интересно. Так что ни выслуживаться, ни таскать из огня каштаны по первому требованию начальства я не собираюсь. А вот помочь, причем без дураков, и настолько, насколько будет в моих силах, – это да. Тут российское правительство может на меня положиться целиком и полностью.

– Значит, ты хочешь, чтобы я вывел тебя на мой контакт в ФСБ?

– Вообще-то после твоего допроса лично ты мне не больно-то нужен. Не думаю, что генерал Роговцев откажется услышать привет от своей дочери. И убедить его в том, что я не мошенник, мне удастся очень быстро. Так что я и сам смогу передать ему свои требования. Почему я все это говорю тебе? Считай это небольшим комплексом вины.

– И в чем заключаются твои требования?

– А вот это тебя уже не касается. Ладно, минут через пять от тебя уже никакого толку не будет, поэтому до завтра.

– Отчего же до завтра? Думаю, начальство в любое время суток будет радо встрече со мной.

– Ну, во-первых, я уже говорил, что для встречи ты мне уже совсем не нужен. Во-вторых, ты сейчас просто вырубишься. Это вполне нормально после полной регенерации при воскрешении из мертвых. А ты вдобавок еще и перенес медикаментозный допрос.

Семен и впрямь стоически боролся с накатывающей сонливостью. Вот только с каждой секундой получалось у него все хуже и хуже. Очень похоже на надувную игрушку, из которой выдернули пробку и выпустили воздух.

Ну вот, а он о чем говорил. Пошнагов едва закончил говорить, как Павлов завалился на бок. Сергей вышел из каюты, оставив в качестве охраны Илью. В дверях разминулся с андроидом-медиком, несущим (или несущей, личина-то женская) пациенту ужин. Поздно. Теперь его из пушки не разбудить. Придется тащить все обратно. Впрочем, робот по этому поводу не выкажет никаких эмоций. Машина, что с нее взять.

Хм. А зря он все же пожадничал и не потратился на более современную модель. И регенерационную капсулу можно было бы взять поновее. Глядишь, сейчас с ранеными сами бы сладили. А так – словно беспомощные.

Он конечно же сожалел по поводу пострадавших из-за него членов экипажа «Искателя». Но мысли о недостаточной медицинской оснащенности все же в первую очередь касались его экипажа. Раньше-то казалось, что регенерационная капсула решает все проблемы. Ага. Не тут-то было. Не следует искать панацею от всех болезней при минимуме вложений. Например, о получении его людьми и им самим вот таких повреждений он и не подумал.

Конечно, можно было заявить, что у него не оставалось средств. И это было бы правдой, потому что он вложился в это предприятие до последнего кредита. Но, отложив отлет хотя бы на пару месяцев, он мог спокойно заработать необходимую сумму, занявшись добычей руды. Но ку-уда-а та-ам. Вперед, бегом, скачками, Земля зовет.

Ну и чем он лучше Павлова? Да ничем. Разве только ему повезло получить сведения о земном маршруте в несколько иной, более информативной форме. А потому и подготовился он получше. Хотя… Лучше – это смотря с какой стороны посмотреть. Ведь тоже прошелся по краю, обойдясь только самым минимумом.

– Ну и как там твой пленник? – когда Сергей вошел в кают-компанию, поинтересовалась оторвавшаяся от тарелки Клайра.

– Он не пленник.

– Ну не пациент же. Их под воздействием сыворотки не допрашивают, – пожав плечами, спокойно возразила девушка.

– Нормально. Спит, – присаживаясь за стол, ответил он.

– Что-нибудь выяснил? – Это уже Ралин.

– Выяснил. У нас есть такая поговорка – бей своих, чтобы чужие боялись. Вот прибейте меня лопатой, но единственные, кто может победить русских, – это только русские, – ковыряясь ложкой в каше, сдобренной мясом, вздохнул Сергей.

– И тому есть множество примеров в истории России, – весомо качая головой, согласился Ралин.

– Ты-то откуда знаешь? – с сомнением посмотрела на него Клайра.

– Ну, пока ты изучала характеры русских мужчин, сосредоточившись на одном из индивидуумов, я посещал музеи, смотрел исторические фильмы и вообще погружался в историю.

– И зачем тебе это?

– А затем, Клайра, что коль скоро нам придется иметь дело с землянами, то неплохо бы постараться их хотя бы немного понять. Так вот, все, что я узнал, говорит только об одном: когда русские оказываются достаточно умны, чтобы встать единым фронтом против общего врага, справиться с ними просто невозможно. Хотя во время длительного благоденствия они и становятся мягкими и податливыми. Я, кстати, услышал одно выражение, которое, на мой взгляд, очень хорошо характеризует соотечественников Сергея.

– Ну-ка, ну-ка, аж самому интересно, – отрываясь от ужина, полюбопытствовал Сергей.

– Русские – они такие, в драке не помогут, в войне победят.

– Хм. Что-то знакомое. Погоди, погоди, это же покойный актер Андрей Краско в каком-то сериале говорил.

– Про сериал не скажу, случайно услышал на улице от какого-то мужчины, – пожал плечами Ралин. – Но это все отступления. По пленнику что-нибудь скажешь?

Сергей посмотрел на стоящую перед ним тарелку. Да бог с ним, с ужином. Все одно – ковыряется без аппетита. Одну ложку отправил в рот, так с трудом проглотил. Ну и чего над собой издеваться? Опять же эти двое от любопытства умирают…

– Анатолий Анисимович?

Довольно крепкий мужчина окинул Сергея оценивающим взглядом. С первого взгляда и не скажешь, что ему уже седьмой десяток. Если только не взглянуть поближе на его лицо, испещренное морщинами и выдающее возраст с головой. Да еще седина, выбивающаяся из-под суконной кепки. Но в остальном крепок и старости потворствовать не собирается.

Если, подъезжая к стоящему в одном из карманов Варшавского шоссе автомобилю, Сергей еще сомневался в том, что этот мужчина – именно тот, кого он хотел увидеть, то сейчас никаких сомнений и в помине. Да, Ирина не врала. Она и впрямь похожа на своего отца. Нет, не возрастом, разумеется.

– Глупый вопрос. Тут, кроме нас с вами, никого нет, – пожав плечами, вместо приветствия произнес генерал.

И впрямь, на первый взгляд вокруг никого. Вот только Сергей не собирался доверяться очевидной картине. После его звонка прошел уже целый час. Он и не думал умалять достоинства спецслужб России ни в плане оперативности, ни в плане профессионализма.

– Насчет одни – хорошая шутка. Я оценил, – искренне улыбнувшись, возразил Сергей.

Клайра уже давно просканировала округу. Поэтому Сергей совершенно точно мог указать лежки, где сейчас расположились спецназовцы, тщательно прячущиеся в пожухлой прошлогодней траве. Кстати, молодцы, визуально никого из них не засечь.

– Что вы хотите этим сказать? – вздернул бровь генерал.

– Только то, что сказал. Вокруг нас в пределах от десяти до двадцати метров находится полтора десятка бойцов. Могу указать, где именно они заняли позиции. Кроме того, есть и второе кольцо, эти расположились подальше. Я мог бы перезвонить вам и назначить другое место с минимальным запасом по времени, чтобы вы не успели организовать силовое прикрытие. Но не думаю, что будет правильно гонять взрослого мужчину из угла в угол, как нашкодившего мальчишку. Только прежде чем мы начнем наш разговор, у меня есть к вам один-единственный вопрос. Те, кто находится вокруг нас, имеют соответствующий допуск секретности?

– Боитесь, что нас могут услышать?

– Мне бояться нечего. Вильну хвостом, только меня и видели. И никакой спецназ меня не остановит. Они все как на ладони и могут быть уничтожены за несколько секунд. А вот у вас ставки действительно слишком высоки.

– Вы держитесь уверенно. Неужели ничего не опасаетесь?

– Только того, что мы сейчас не договоримся. Как я уже сказал, при всем моем уважении к бойцам спецназа у них нет никаких шансов помешать мне. Итак, вы уверены, что у них имеется достаточный допуск? Я могу говорить совершенно открыто?

– Кхм.

– Ясно. Ничего не меняется в этом мире. То есть вы хотели банально захватить меня? Решили, что с вашей дочерью и остальными людьми случилась беда? Что же, спешу вас уверить, что это не так. Ладно, если вам будет так спокойнее, пусть ваши люди остаются там, где находятся, а мы сядем в вашу машину и поговорим. На улице прохладно, – поежившись, заметил Сергей. – Я за последние годы как-то все больше либо в теплом климате, либо в закрытом помещении. Совсем отвык от родной ранней весны.

– Вообще-то уже середина апреля.

– Согласен. Но и вы согласитесь, что денек сегодня не блещет.

– Трудно возразить. Прошу. – Анатолий Анисимович сделал приглашающий жест в сторону своего «ауди».

Едва расположившись на пассажирском сиденье, Сергей тут же потер ладони, разгоняя кровь, и вопросительно взглянул на генерала. Тот недоумевающе посмотрел в ответ.

– Что, включить отопление? – с нескрываемым удивлением уточнил он.

– Если это вас не затруднит, – с виноватой улыбкой попросил Сергей.

– Вам следовало назначить встречу в каком-нибудь кафе, – хмыкнув и запуская двигатель, произнес Роговцев.

– Ну их к лешему, эти кафе. Вдруг вы захотите меня спеленать? Тут хотя бы гражданские не пострадают. – Сергей демонстративно выставил на переднюю панель небольшую черную коробочку, отжимая единственную кнопку.

– Это глушилка, причем неземного происхождения. Она не только глушит любую прослушку, но и искажает визуальные очертания предметов, пребывающих в движении. Сейчас даже по нашим губам ничего не разберешь, какая-то абракадабра, да и только.

– Интересно.

– Уверяю вас, в сравнении с тем, что можно почерпнуть у внутренних систем, это сущая безделица. Но сначала давайте покончим с вопросом доверия. Опять же у нас с Ириной и без того сложились довольно скользкие отношения, поэтому если она узнает, что я не передал сначала вам привет, а сразу же окунулся в дела… Знаете, она у вас – довольно решительная девушка. К тому же, как мне стало недавно известно, я даже не представлял, насколько решительная. Ладно, не будем тянуть.

Сергей снял с руки свой искин и пристроил на приборной панели. Потом отдал ему команду показать на голографическом экране заранее приготовленную нарезку видеороликов, главной героиней которых была Ирина. Пришлось затратить пару часов, монтируя этот доморощенный фильм. Самому же ему оставалось только привалиться к двери и уставиться в окно, рассматривая окружающие пейзажи.

Лучше бы вообще выйти из машины, чтобы не мешать. Да кто его знает, какая реакция на это будет у спецназовцев. Сейчас нервы у всех на пределе. Разве только Илья и Добрыня, сидящие в уазике, сохраняют непрошибаемое спокойствие. Ну да они хотя и боевая единица, но все же не в счет, потому как не человеки, а вполне даже бездушные машины.

– Спасибо, – утерев сбежавшую по морщинистой щеке слезу, тихо произнес генерал, когда искин закончил демонстрацию.

– Извините, но если бы она больше мне доверяла, то удалось бы избежать множества неприятностей. И жертв стольких не было бы. Признаться, знать то, что собственными руками отправил на тот свет троих, оказавшихся не теми, кем казались, не самое приятное чувство.

– А поподробнее нельзя? – уже беря себя в руки, поинтересовался Роговцев.

– Можно, чего уж там. Парней, правда, жалко. – Сергей кивнул за окно машины, имея в виду спецназовцев. Оно и понятно, мало холодной погоды, так еще и дождь начал моросить. – Ну да как там нас учили в военном училище: солдат должен стойко переносить все тяготы и лишения воинской службы, – все же отмахнулся Сергей. – Вы уж не обессудьте, но я просто расскажу вам свою историю, так будет проще и понятнее.

– Только еще один вопрос. Записать на диктофон получится или ваша глушилка не позволит?

– Сама по себе эта запись будет не чем иным, как фантастическим рассказом, так что никакой проблемы от этого не будет. Но ваша правда, глушилка перекроет кислород почти всему. У вас есть с собой планшет или ноутбук?

– Планшет.

– Отлично. Потом я сброшу запись с искина на ваш планшет. Алексей уже адаптировался для работы с земными электронными устройствами и к глушилке подстроился.

– Алексей?

– Я так назвал свой искин…

Рассказ получился долгим, но обстоятельным. Сергей оказался хорошим рассказчиком, а потому у генерала практически не возникало вопросов. Разве только Пошнагову приходилось смотреть в сторону, когда речь заходила об Ирине. Видно, что генерал – настоящая скала, которую невозможно сковырнуть. Но, как и у любого, у него была ахиллесова пята. Дочь он любил больше жизни.

Рассказ получился достаточно полным, за исключением некоторых деталей. Ну, например, он не упомянул о своих действиях по налаживанию контакта с наркоторговцами. Нет, никаких иллюзий по поводу того, что это удастся полностью скрыть, у него не было. Но и спецслужбам пока незачем знать о его деятельности. Как, впрочем, и никому другому. Уж больно жирный куш, чтобы пренебрегать любыми мерами безопасности.

– Вот, собственно, и все, Анатолий Анисимович, – закончив свой рассказ, Сергей сел вполоборота и откинулся на дверь автомобиля.

– Значит, вы хотите послужить России?

– Господи, да что же вы все меня на службу-то сватаете? То ваш Павлов, теперь вы сами. Не хочу я служить. Не хочу и не буду. А вот помочь – это дело другое.

– Уж не в союзники ли вы набиваетесь?

– Я не набиваюсь. Пользу принести хочу, это так, но навязываться никому не стану. Можете считать меня внештатным сотрудником. Какая, собственно говоря, разница, если России от этого будет непосредственная польза, – пожав плечами, ответил Сергей. – Но кроме этого у меня есть еще одно требование.

– Какое?

– Простое как мычание. Прежде чем начать помогать, я хочу убедиться в том, что буду работать с руководством России. А именно: я настаиваю на личной встрече с президентом.

– Вы соображаете, о чем просите?

– А я не прошу, Анатолий Анисомович. Это мое непременное условие. Я хочу быть уверен, что это не игра какого-то престарелого генерала, которому захотелось прожить эдак пару сотен лет, а заодно и стать диктатором Земли.

– Считаете, не справлюсь?

– Считаю, что в этом случае прольется много крови. Я, конечно, не ангел, но все же. Так вот, в противном случае я доставлю на Землю Павлова вместе с той мелочовкой, которую он прихватил с собой. Оплачу лечение членов его экипажа в Ирианской империи. Заберу с планеты своих близких, благо легализовать их для меня не составит труда. И делайте вы здесь что хотите.

Вообще-то он врал самым беззастенчивым образом. Павлова-то он вернет, как потом перетащит на Землю и всю остальную агентурную сеть. Вот только ничего передавать в руки рвущихся к власти он не собирался. Наоборот, заберет всех своих родных, и только его и видели.

Ему, конечно, могут и отомстить, передав корпорации сведения через захваченного вербовщика. Но ведь Сергей сможет действовать и на опережение. В конце концов, работают же в корпорации носители секретной информации, ну и будет он одним из них. Тем более он уже успел себя зарекомендовать, столько лет сохраняя тайну. Опять же появление нового ресурса, и не без его помощи. Словом, он был уверен: если что, договориться с корпорацией сумеет, потому как люди там сугубо прагматичные.

А вообще-то все это – досужие размышления. По большому счету он никакой каверзы не ожидал. Нет, перед встречей подобные опасения еще присутствовали, но, едва взглянув на генерала, Сергей отбросил их как несостоятельные. Хотя и лезть в это дело с головой, прыгая на задних лапках, вовсе не собирался. Либо на его условиях, либо пусть сами разбираются.

– А как же скука и цель жизни? – поинтересовался Роговцев, так же откидываясь на свою дверь.

– Ну, веселиться можно по-разному. Например, выбрать какую-нибудь систему на фронтире и устроить там базу. Затея конечно же дорогая, но вполне осуществимая, опять же скучно точно не будет. Так что я настаиваю на выполнении моего условия.

– А если мы возьмем в заложники ваших близких? Судя по всему, вы к ним сильно привязаны.

– Тогда я решу, что абсолютно не разбираюсь в людях.

– Ну, внешность обманчива.

– Согласен. Да только, как говорится, гены – сильная штука. Не думаю, что Ирина сильно от вас отличается.

– Но ведь все это время она вас обманывала.

– Не обманывала, а не говорила, кем является на самом деле. Существенная разница. Да и история ее, я уверен, в большинстве своем правдива. И наркотики у нее я видел, как видел и то, что сидела она на них плотно.

– Представим, что вы все же ошибаетесь и мы используем карту с вашими родственниками.

– Из этого точно ничего хорошего не выйдет.

– Начнете Третью мировую?

– Глупость-то какая. А еще генерал. За кого вы меня держите? Впрочем, мало точно не покажется. Причем без разницы, удастся вам прихлопнуть меня здесь или нет.

– Намекаете на вашего вассала?

– Намекаю. У нас на Земле таких уже не делают лет сто как минимум. Да и Клайра – тот еще ангелочек. Словом, войны не будет точно, но и без боли не обойдется.

– И вы еще смеете набиваться мне в зятья?

– Я? Ну об этом речи не было. Во всяком случае пока. А что, не подхожу?

– Если Ирина согласится, то без проблем. Достаточно нахальный, уверенный в себе и неглупый, о таком зяте можно только мечтать. Но если вы, по ирианскому обычаю, станете тянуть с внуками…

– Кхм. Тут такое дело… В общем, дочку свою вы знаете. А у нас произошла кое-какая размолвка.

– Это ваши проблемы, Сергей Демьянович, – тут же открестился Роговцев. – Встречу с президентом я вам организую. Это проще. С Ириной же вам придется разбираться самому.

– Ну так, значит, так. И еще, Анатолий Анисимович, я сразу предупреждаю, что двойника от настоящего Алексей отличит на раз, – указав на искин, предупредил Сергей, а потом закончил: – Ну, это чтобы между нами не было недопонимания.

– Я вас понял.

Вообще-то Сергей думал, что на организацию встречи уйдет достаточно много времени. Ну а как же иначе? Это же президент. У него забот не счесть. Опять же поди убеди ту же охрану в необходимости этого шага. Однако либо он оказался довольно решительной личностью, либо вопрос с инопланетными технологиями был в несомненном приоритете, но Роговцев позвонил Сергею, не дав ему добраться до орбиты. Встреча была назначена через четыре часа на президентской даче.

Так что Пошнагов едва успел привести себя в порядок и перекусить. Кто его знает, будут его там кормить или нет, а урчать животом на подобной встрече никак не хотелось. Никакой каверзы он не ожидал. Бог весть откуда у него была такая уверенность, но вот была – и все. Да и раньше она присутствовала, а на этой встрече он настоял больше для того, чтобы сделать завершающий штрих, для полноты картины.

Правда, удивило, что встречу не только назначили на президентской даче, но и предложили прибыть на катере прямо туда. Роговцев только поинтересовался, какая для этого нужна площадка. Ну и как такому не удивляться? Все же режимный объект.

Ну, хозяин – барин. Для них это не проблема. А секретность… Остается надеяться, что президент знает, кому и в какой степени можно доверять. Сергей примерять на себя костюмчик политика, готового вести землян в звездные дали, не собирался. Как говорится в одной старой доброй поговорке: бери ношу по себе, чтобы не падать при ходьбе. А такая ноша и раздавить может.

Ого. Это что же, здесь всегда так или это ради них расстарались? Доклады бортового искина о множественных попытках засечь катер радарами так и сыпались. Нет, понятно, что столица и все такое. Но они уже садились в пределах Москвы, и в прошлый раз такой активности не наблюдалось и близко. Или это в районе жилища главы государства так шерстят?

На ярко освещенной лужайке диаметром метров с шестьдесят сели без проблем и лишнего шума. Вообще, нужно заметить, что генератор маскировочного поля – выдающаяся штука, он не только прикрывает от обнаружения различными сканирующими устройствами, но еще и гасит звуковые волны. Поэтому при посадке катера звука не больше, чем при работе старенького жигулевского двигателя. Ну, может, с прохудившимся глушителем, но точно не с оторванным. Да еще заметно, как стелется трава под воздушным потоком из турбинных двигателей. И это все.

Сам корабль защищен не только маскировочными полями, но еще и нанопокрытием. Эта своеобразная краска-хамелеон настолько хорошо адаптируется к местности, что совместно с генератором обеспечивает практически полную невидимость. Даже находясь вплотную, невозможно ничего рассмотреть, разве только марево, которое при отдалении с каждым шагом становится все менее заметным, а с расстояния в полсотни метров не видно вообще ничего.

Так что ничего удивительного, что президент вскинул брови, когда из ниоткуда вдруг появился высокий крепкий мужчина в самой обычной легкой куртке и кепке. Телохранители даже дернулись, хотя прекрасно знали, что катер опустился на лужайку. Даже сейчас слышна работа двигателей. Ну да. Картина маслом. Чтобы подобное оценить, нужно это лично увидеть.

Как только пассажир оказался на земле, двигатели вновь взревели, и вскоре звук унесся вверх. Клайра действовала строго по инструкции. Теперь она будет барражировать на высоте в пару-тройку километров, прикрывая Сергея. На орбите планеты тем же самым занят Ралин. Но до этого лучше дело не доводить. Слишком уж серьезный калибр.

– Здравствуйте, – не чинясь, по-простому протянул руку президент.

А вот Сергей замялся, не зная, как себя повести. Ну не привык он к общению с ВИП. Нет, когда с ним начинали говорить свысока, он вполне был в состоянии ответить адекватно. А в такой ситуации… Словом, он растерялся, хотя и чувствовал себя перед этой встречей достаточно уверенно и успел настроиться. А тут такое. Только перехватив взгляд Роговцева, Сергей прокашлялся и поздоровался, сжав руку встречающего. Хм. Крепкую руку довольно сильного мужчины. Впрочем, он никогда и не производил впечатления рохли.

– А почему вы отослали катер?

– Меры безопасности.

– Не доверяете?

– Извините, но за последние пять лет для меня это стало нормой.

– Жаль. Мне хотелось бы побывать на катере.

– Никаких проблем. Сейчас катер сядет, и мы можем отправиться в путешествие. Уверяю вас, это не опаснее, чем проехаться на автомобиле.

– Если вас не затруднит, то я хотел бы пощупать все своими руками.

– Абсолютно не затруднит. Сейчас…

– Погодите. Хм. Для полета никакой предварительной подготовки не нужно?

– Да в общем-то нет. Если все делать в штатном режиме, то ощущения, как от полета на самолете.

– Тогда я бы хотел сначала поужинать. Признаться, весь день был занят.

– Нет проблем. Я обожду.

– Ну зачем же ждать, – улыбнулся он. – Прошу к столу, – а потом с улыбкой подмигнул и добавил: – Мне с вами ужинать незазорно, мы ведь с вами союзники.

Ну что сказать. Последней фразой он вогнал Сергея в краску. Причем эффект был таким, что Пошнагов первое время за столом чувствовал себя неуютно. Но потом лед как-то сам собой растаял, чему во многом способствовал сам президент, оказавшийся довольно интересным собеседником, к тому же простым в общении.

Кстати, в начале застолья президент связался с кем-то по телефону и выслушал его доклад. Как оказалось, усиленная активность средств обнаружения ПВО была вовсе не случайной, а очень даже простимулированной. Тот простой факт, что они ничего не смогли обнаружить, произвел на президента впечатление. Впрочем, этих впечатлений его ожидало еще предостаточно…

– Так это и есть регенерационная капсула? – Президент провел ладонью по прозрачному композиту.

– Да. Но это, можно сказать, простейшая, полевая модель. Ее предназначение – оказание помощи при ранениях в полевых условиях. Можно, конечно, и в целом поправить здоровье.

– Анатолий Анисимович, я слышал, вы жаловались на самочувствие, – обернулся президент к Роговцеву.

– Ничего серьезного. Обычные старческие болячки: артрит, артроз, гастрит и тому подобное. Но, признаться, от процедуры я не отказался бы. Достали эти мелкие болячки, хочется проснуться огурцом, как в молодости.

– Не вопрос, – тут же поддержал Сергей. – Ингредиентов у нас предостаточно, так что можем начать процедуру хоть сейчас. Сутки в капсуле – и ваша мечта осуществится. Только…

– Я так и знал. Побочные эффекты.

– В некоторой степени, Анатолий Анисимович. Дело в том, что вы выйдете отсюда не только без своих болячек, но еще и помолодевшим. Потеряете седину, большинство морщин, уйдет дряблость кожи, и на вид вам будет порядка сорока пяти. Будь модель современнее, можно получить и больший эффект.

– И что, с моложавостью ничего нельзя поделать? – тут же проявил живой интерес президент.

– Отчего же. Опытный медик-оператор на соответствующем оборудовании сможет придать необходимую внешность. Не изменить ее, а подобрать соответствующий возраст. Многие состоятельные люди во внутренних системах считают, что скакать молоденькими козликами им не пристало, а потому предпочитают придерживаться внешности среднего возраста.

– Это что же, мне тогда придется гримироваться? Нет, ну его к лешему. Я лучше обожду, когда вы обеспечите все необходимое, чтобы не ввергать общественность в ступор.

– Согласен. Лучше обождать, – произнес президент.

А ведь видно, что президент собирался залечь в эту самую капсулу. Ну да греха в том нет. Кто не хочет избавиться от любых мало-мальских болячек, да еще и продлить свой век? То-то и оно. Вот если бы он проявил равнодушие, это было бы игрой. А так – совсем другое дело. Как говорится, и хочется, и колется, и мамка не велит. Оно вроде и не помешает, и в то же время – он человек публичный.

А еще Сергею понравился их настрой. Значит, рассчитывают на сотрудничество. У Сергея даже руки начали чесаться, как только представил себе, сколько у него впереди работы, а главное – какой. Уж рутиной тут точно не пахнет.

Президент пробыл на борту еще пару часов. За это время он успел обойти весь корабль сверху донизу, задать множество вопросов, пощупать все, до чего можно было дотянуться. Правда, при этом умудрился не казаться мальчишкой, хотя бесенята у него в глазах то и дело мелькали.

Однако серьезного разговора так и не вышло. Вернее, он его так и не начал, хотя Сергей ожидал этого. После экскурсии президент откланялся и убыл на Землю. Один. Генерал, с разрешения Сергея, остался на борту «Кашалота». Ну что же, похоже, серьезный разговор состоится именно с ним. В принципе все верно. Глава государства ничего не знает о внутренних системах, а потому может оказаться в неловкой ситуации, а он, как ни крути, президент, и ему подобное не пристало.

Впрочем, Сергея это устраивало больше всего. Каждый должен быть на своем месте. Да, он позиционирует себя как союзник, а не как подчиненный. Но это вовсе не значит, что он и чувствует себя с этим человеком на равных. Не его весовая категория. Так что он лучше будет делать свое дело немного в сторонке.

– Анатолий Анисимович, а пойдемте в кают-компанию, я вас угощу сагноллом.

– Звучит интригующе. Спиртное?

– Нет. Это что-то типа кофе. Отличный терпкий тонизирующий напиток. Нам ведь предстоит небольшой разговор, не так ли? В принципе есть и покрепче, но, скажу честно, инопланетяне не больно-то разбираются в спиртных напитках. Помнится, когда был молодой, все хотел выпить виски, а когда попробовал, то понял, что это самый обычный самогон, который водке и в подметки не годится.

– У них настолько все плохо?

– В основном. Но есть и приятные исключения.

– Ну и бог с ними, – махнул рукой генерал, как-то естественно переходя на «ты»: – Давай этот твой…

– Сагнолл.

– Вот его, родимый, и подавай. Оп-па. А что так? Почему из автомата?

– Лучше, чем из автомата, у нас на борту его готовит только Клайра. А она сейчас подрабатывает извозчиком у президента.

– Ясно, – принимая исходящую паром кружку и присаживаясь за стол, произнес Роговцев.

– Меня мучает один вопрос…

– Отчего президент повел себя именно так, а не как-то иначе? – перебил Сергея Роговцев. – Так ведь просто все. Сам посуди. Он ничего не знает о тех мирах. Не имеет ни малейшего представления. Ну и о чем он может с тобой говорить? Нет, здоровое любопытство в нем присутствует, вон как рванул сюда и все щупал. Но в целом к конструктивному разговору он не готов.

– Что же, согласен. Нужно сначала хотя бы получить общее представление о предмете, чтобы знать, с чего начинать изучение. Но, думаю, я с этим смогу помочь. Вернее, не я, а Павлов и его команда.

– Кстати, где он?

– Все еще спит. Нормальная реакция.

– Ну и спокойной ему ночи. Я с ним потом поговорю.

– Чувствую, достанется ему.

– Следовало бы. Но… По сути, парень – герой. Сам посуди, отправиться в неизвестность, оказаться среди звезд и при этом остаться верным присяге, хотя никто с тебя спросить не сможет. За это нужно награждать, а не наказывать. Но опять «но». Ни к чему серьезному его больше привлекать мы не будем. В смысле на первых ролях. Он и раньше был неплохим исполнителем. Тут Яшин допустил ошибку. Он должен был предвидеть, что у Павлова может сорвать крышу.

– Как и у любого другого. У меня, например. Ведь не обладай я более обширной информацией, тоже сорвался бы с места, только пятки сверкали бы. А так понимал, что или перестрахуюсь, или до Земли просто не долечу.

– У Яшина не сорвало бы. Но твоя правда, не дело резиденту рисковать своей башкой. У него предназначение несколько иное.

– Согласен. Тем более в крайнем случае Павлов будет полезен и на Земле.

– Отчего в крайнем?

– Дело в том, что он вез на Землю кое-какой запас. Попросту говоря, то, до чего сумел дотянуться и хапнуть. Его команда израсходовала на это всю судовую кассу и личные сбережения. Конечно, это мелочи, но в условиях Земли они могут произвести настоящий фурор и способствовать огромнейшему прорыву. Это установки виртуала, обучающие программы, в которых для земных ученых найдется ну очень много интересного. Кстати, без адаптации под земные реалии тут не обойтись. Ну, к примеру, то же золото на ирианском звучит как «аихата», а на межгалактическом – «халиума». Так что без пояснений придется поломать голову. Опять же обозначение химических элементов, написание формул, даже уже давно открытых землянами законов будут выглядеть абракадаброй, которую еще предстоит расшифровать. В адаптационных программах, привезенных Павловым, все доподлинно разъяснено. Это в значительной мере сэкономит время.

– Еще как. Так что же получается? Яшин провел серьезную подготовительную работу?

– Вовсе нет. Это пользователи земных форумов изгаляются как хотят, и чего только там не встретишь. Там даже пошагово рассматриваются варианты вывода Земли на общий уровень и создание независимого королевства на далекой окраине.

– Ясно. А от чего эти виртуалы можно запитать?

– Да хоть от розетки. Ну, в смысле Павлов сумеет все рассчитать с помощью своего искина и подобрать оптимальные параметры. Но я бы не рекомендовал гнать лошадей.

– Поясни.

– Да просто все. То, что вы взяли под контроль одного вербовщика, ни о чем не говорит. И джинна удержать в бутылке у вас не получится. Как только корпорация поймет, что на Земле появились новые технологии, – все, туши свет, бросай гранату. Что именно они предпримут, я понятия не имею, но очень даже может быть, что возьмут Землю под контроль.

– И что ты предлагаешь?

– Да нет мне смысла сейчас тут изгаляться. Если ваш Яшин и впрямь голова, то он наверняка уже надергал идей с земных форумов и выработал какую-то стратегию. Самое разумное – это дождаться, пока он не появится здесь с развернутым докладом. А до той поры все доставленное Павловым спрятать в глубокий подвал под семь замков и забыть про это сокровище. Самого Семена охранять как зеницу ока. Это на всякий случай. Космос полон неожиданностей, мало ли как оно все обернется. И судьба «Искателя» – тому яркое подтверждение. А ведь есть еще и разного рода аномалии. К примеру, вектор движения судна может совпасть с траекторией блуждающего астероида, как это случилось с исследовательским кораблем, обнаруженным тем работорговцем. Впрочем, Павлов не просто так сбежал на Землю, а оставил для Яшина посылочку, и ниточка не должна оборваться. Так что ждите. Даже если придется ждать не один год. Просто знайте, что привет из внутренних систем обязательно придет. Он ведь практически все средства вложил в покупку корабля. Следующий будет ничуть не дешевле. Для подобного путешествия подойдет далеко не любой. Опять же чтобы сохранить секретность, потребуется вовсе не копеечное специальное оборудование.

– А ты?

– Да куда же я денусь? Это я на тот случай, если и со мной что-то нехорошее произойдет. Космос – он такой, может взять свою дань даже там, где, казалось бы, все давно исследовано и картографировано. Мне же придется шататься по местам практически не хоженным. Опять же генератор маскировочных полей – уже под замену. И тут вопрос даже не в цене. Пара месяцев – и приобрету хоть втридорога. Их просто нет в свободной продаже, и на черном рынке – товар редкий.

– Обратно пойдешь по маршруту Павлова?

– Не. Я лучше по тропинке корпорации. Все же она куда как более нахоженна. Анатолий Анисимович, может, все же я погружу вас в капсулу? – вдруг перевел разговор Сергей.

– Боишься, что не дождусь дочь?

– Пытаюсь заработать в ее глазах лишний плюсик.

– Нет. Лишнее это. Вот когда привезешь нормальное оборудование и соответствующего специалиста, тогда и поговорим.

– Ясно.

– Ну а теперь, если ты не против, я хотел бы все же услышать твое видение этого вопроса. С чего нам лучше всего начать?

– Да к чему это все?

– А к тому, что президент не зря оставил меня здесь. Я должен буду предоставить ему первичную информацию. Да и вообще мнение человека, знающего предмет хотя бы поверхностно, – это уже что-то.

– Тогда я посоветую президенту активировать один виртуал и поиграть в социалку. Это такая адаптационная игра. Чего вы на меня так смотрите? А у них все обучение – одни сплошные компьютерные игры. Нет, детям конечно же вначале дают базовые знания, чтобы приучить думать, а потом – сплошные игры. Социалка же – это та же игрушка «Симс», только на недосягаемом пока для землян уровне реалистичности. Вы знаете эту игру? – с явным сомнением поинтересовался Сергей.

– Не такой уж я и дремучий. Играть не играл, но суть мне известна. Чай Ирина у меня не одна, от сыновей внуков имею. Павлов, значит, с этим справится?

– С легкостью.

– А как же с крайним случаем?

– Ну, президент и без того – носитель секретной информации. И потом, если не доверять вообще никому… Но яйцеголовых я все же держал бы пока в стороне.

– Ладно. Давай дальше. Ну чего ты на меня смотришь? Господин президент, отвяньте от меня, пошли лучше играть в игрушку, она все объяснит. Так, что ли?

– Да нет в общем-то. Но от меня-то вы чего ждете? Если хотите мое мнение, то в Солнечной системе вообще не должно быть никакой активности. Тихо, на цыпочках пробрались на планету, забрали нужных ребяток – и ходу. А базу располагать эдак в десятке световых лет отсюда. Именно там, вне наблюдателей корпорации, организовывать и обучение, и производственный комплекс и начинать разворачивать флот. Потому что разговаривать эти инопланетяне будут только с тем, кто сможет показать зубы.

– Вот в этом направлении давай и поговорим.

– Ну что же, давайте. Еще сагнолла?

– Знаешь, а наливай. Отличный напиток. Только, чувствую, сон отобьет напрочь.

– Это факт. Но вы, по-моему, нацелились на долгий разговор, так что вам только на пользу. Кстати, телефон или планшет с собой? Могу скачать на них видеоролики с Ириной. Ну те, где интерьер вполне нейтральный и не вызовет вопросов. Я сделал и такую нарезку.

– Зачем? – тут же вскинулся Роговцев.

– Жене покажете. Ведь похоронила, наверное.

– Н-нет. Спасибо, но нет. Все это – ненужный риск. А ей я и так скажу. Она – жена старого чекиста, так что все поймет как надо. Давай лучше к делу.

Глава 9. Решительный шаг.

– Добывающая баржа «Кашалот», бортовой номер… Вольный рудокоп Сергей, вызываю диспетчерскую приемного терминала станции Мэлтон.

В прошлый раз Сергей имел дело с другой корпорацией. Но, судя по имеющейся в Сети информации, ребятам сильно не повезло и они умудрились прогореть. Вот и выходит, что он вроде как направляется к той же станции, но владельцы у нее уже другие. Впрочем, ему до этого нет никакого дела, главное, чтобы здесь могли удовлетворить его потребности.

– Диспетчер Хук на связи.

– Имею для сдачи девять тысяч кубов концентрата мэриэлла.

– Хм. Неплохо. – Довольно молодой парень, который сейчас смотрел на Сергея с монитора, уважительно покачал головой. – На сегодня наши котировки по концентрату составляют триста восемьдесят девять кредитов.

– Смеешься? Это на двенадцать кредитов меньше средней цены.

– Не бузи, вольный. – И эти слова, а главное – то, как этот парень держится, сразу же сказали Сергею, что он вовсе не так молод, как кажется, и работает здесь уже достаточно давно. Даже одернув собеседника, он умудрился не вызвать к себе никакого негатива. – Поверь, в нашей системе сегодня дороже ты не сдашь никому. Можешь прыгать в соседнюю. Только стоит ли оно того? А завтра цена однозначно будет уже другой.

Судя по тону Хука, терять клиента он не хочет. Диспетчерам идет бонус с каждой тысячи кубов руды, сданной вольными рудокопами, и подобные порядки царят во всех корпорациях. Вот и вертятся диспетчеры как могут, привлекая вольных рудокопов к своим приемным терминалам. Нередко заводят приятельские отношения, знают все знаменательные даты, как обстоят дела на личном фронте, могут помочь советом.

Бывает и такое, что берут под крыло молодых рудокопов, помогая им встать на ноги. Где-то делают это сами, где-то используют связи с рудокопами, помогая молодежи найти нормального наставника. Все же виртуал – это виртуал, реальность всегда отличается, и зачастую – в худшую сторону. Так что совет того, кто уже успел набить себе шишек, никогда не лишний.

В случае же с «Кашалотом» Хук мог потерять довольно серьезную надбавку к своему дневному заработку. Тут ведь дело не только в большом объеме руды, но еще и в самой руде, что так же влияло на размер бонуса. Местные вольные рудокопы в основном сдавали руйлен, это самая дешевая руда, в среднем цена на нее колеблется в районе двадцати кредитов. Что-либо более стоящее к ним в руки перепадало очень редко, да и то – в небольших количествах. А тут хотя и не самая дорогая руда, но и далеко не дешевая.

Сергей просмотрел состояние дел на бирже. Н-да… В последние дни наблюдается устойчивая тенденция к падению котировок. И очень может быть, что завтра закупочная цена будет еще меньше. Конечно, терять порядка ста пятидесяти тысяч кредитов никак не хотелось. Но они и без того провели в космосе достаточно долгий срок, поэтому Пошнагов предпочел махнуть на все рукой.

– Твоя правда, Хук, нечего скакать как блоха. Куда подходить на разгрузку?

– Даю направление.

– Принял. Иду по лучу.

– Что, вольный, обнаружил тучное пастбище?

Ну а он о чем говорил? Заинтересованы диспетчеры в добрых взаимоотношениях с вольными рудокопами. А уж с такими крупными рыбами – и подавно. Правда, крупные рыбы – достаточно редкое явление, все же разбогатеть на добыче руды без определенной доли везения не так чтобы и просто. Опять же нужно наступить на горло собственной жабе и быть готовым к тому, чтобы ограничить себя и едва ли не жить на голодном пайке, вкладываясь в более дорогое оборудование. И ведь процесс этот затянется на годы. Сергей являлся ну очень редким исключением.

– Твоя правда, пастбище достаточно тучное, хотя и не настолько, насколько хотелось бы, – охотно ответил Сергей.

Отчего бы не поговорить, если время и ситуация позволяют. Опять же иметь знакомого диспетчера совсем даже не помешает. Так-то знакомство карман не тянет, а случись надобность, глядишь, и пригодится.

– Секретом не поделишься? – между тем жизнерадостно продолжал Хук.

– Да легко. Могу даже дать тебе точные координаты и орбиту астероида, где копаю. Это недалеко. В неосвоенном космосе, всего лишь в двух десятках световых лет от станции Фиджа.

– Ну уж нет, парень. Я лучше как-нибудь на своем месте, – тут же уподобившись ветряной мельнице, замахал руками Хук.

Угу. Есть от чего. Неосвоенный космос – он и есть неосвоенный. Это даже не фронтир, где хотя и изредка, но все же встречаются островки спокойствия в виде станций с их системой безопасности и огневой мощью. Да и в случае беды можно рассчитывать на помощь, потому что имеется хоть какое-то движение судов и твой крик о помощи будет кому услышать.

Опять же пираты придерживаются каких-никаких правил. Груз конечно же отберут, но если ты его сам сбросишь, то зачастую тебя никто и не тронет. Разумеется, подобное случается далеко не всегда и не везде. Есть места, где пираты не больно-то и церемонятся. Но в этом случае и они рискуют, потому как подобное происходит в основном на оживленных трассах, которые патрулируются флотом.

А вот в неосвоенном космосе все иначе. Если у тебя случилась поломка, то помочь тебе некому. Не сумел починиться своими силами, и ты покойник. Так и будешь блуждать в космосе до скончания века, медленно умирая. Правда, Сергей слышал о паре случаев, когда обнаружили корабли с выжившими членами экипажа, продрейфовавшие в космосе по нескольку десятков лет.

В первом случае это был пилот, превратившийся в глубокого старика. У него на борту оказалось достаточно продовольствия и топлива, чтобы прожить эти годы. Во втором – семейная пара. Этим повезло, потому что на борту оказались криокапсулы.

В неосвоенном космосе не существует никаких правил и традиций, кроме права сильного. Здесь капитаны без тени сомнения в каждом встречном видят только врага и готовы сразу же вцепиться друг другу в глотку. И, кстати, если кто-то почувствует, что на его стороне неоспоримое преимущество, то непременно нападет.

Доставив добытый корабль к какому-нибудь островку цивилизации, капитан может без опасений его зарегистрировать на свое имя и потом поступать по своему усмотрению. Для этого достаточно предоставить полную информацию о месте и о самом бое. Даже если напал ты, это никого не волнует.

Разумеется, это правило ни в коей мере не относилось к военным кораблям. Их капитаны могли вступать в бой только в строго регламентированных случаях, согласно законодательству своего государства или международным актам. К чести военных нужно заметить, что в случае обнаружения сцепившихся противников они всегда пытались примирить стороны, чему способствовала огневая мощь.

Взяв обоих противников под контроль, военные устраивали детальный разбор происшествия. Если за капитанами не тянулся криминальный шлейф, их разводили в разные стороны и, дав пинка, отправляли восвояси. Правда, явление это было достаточно редким, так как военным в неосвоенном космосе делать попросту нечего.

В принципе для добычи ценных руд Сергею не нужно было забираться в такую даль. Хотя бы потому, что в любой звездной системе есть свое астероидное поле. Где-то их скопление меньше, где-то больше, но есть обязательно. Для того чтобы обеспечить работой на долгие годы одну баржу, найдется точно. Те редкие рудокопы, кто сумел приобрести баржу и выйти на промысел на фронтире, в принципе так и поступали. Они прыгали в соседнюю с крайней станцией систему, подбирали себе астероид с подходящей рудой и потихоньку начинали работать.

Но Сергея подобный подход удовлетворить никак не мог. Нет, если бы речь шла только о нем, то все в порядке. Полтора-два года – и все затраты на приобретение, переоборудование и вооружение корабля были бы отбиты. Но, как говорится в старой русской поговорке: назвался груздем, полезай в кузов. Он сам вызвался оказывать помощь своей родине, и коль скоро так случилось, теперь должен думать не только о себе.

Он долго размышлял над тем, откуда России взять средства, чтобы выйти на международную арену. И как-то так случилось, что ничего умнее организации рудодобывающей корпорации ему на ум не пришло. Неосвоенный космос для этого подходил лучше всего. Тут нет никаких законов, нет ничьих интересов. Здесь могли обитать все кто угодно, не допуская к себе посторонних. И никому не было бы до них никакого дела. Тем более если от них нет никому вреда.

Но не все было так просто. Во-первых, система должна была иметь астероидный пояс, богатый редкими рудами. Дешевые не представляли интереса в связи с низкой прибыльностью. Во-вторых, система должна была иметь неудобное расположение, чтобы хотя бы ближайшие пятьдесят лет ни для кого не представлять интереса. В-третьих, должна была находиться в непосредственной близости от выхода на Земной тракт (именно так Сергей обозвал маршрут, которому предстояло стать основным) и в то же время – в стороне от тропы корпорации Арика.

А там можно будет основать станцию, назваться хоть сектантами и жить своими устоями, никого к себе не допуская. Находились на необъятных просторах фронтира и такие. Так что ничего нового Сергей изобретать не собирался. Да и Яшин был полностью с ним согласен.

Невозможно себе представить, как резидент был рад появлению Сергея с видеопосланием от генерала Роговцева. Он ведь думал, что ниточка, которую им удалось нащупать по счастливой случайности, оборвалась в результате непроходимой глупости Павлова. Прогулка Яшина на Фиджу не принесла положительных результатов. Послание Семена было перехвачено каким-то хакером и удалено. Вот так глупость и шалость едва не стали роковыми для Земли. Хорошо хоть русский авось капризен и у него есть склонность к самым разным играм.

Так вот, найти надежных людей на Земле и создать из них на станции изолированное общество куда проще, чем из уже вкусивших прелести инопланетной жизни. Хотя бы потому что те, кто хотел оказаться в космосе, уже были там, на планетах же остались те, кому этот путь не пришелся по сердцу.

А в том, что станция должна быть изолирована, не было сомнений ни у Пошнагова, ни у Яшина. Иначе соблюсти секретность попросту нереально. Была у них готова и структура будущей станции. По сути, обитатели станции должны были делиться на пять групп. Управление, обслуживающий персонал, охрана (в том числе и в космосе), рудокопы и перевозчики. Последних предстояло отбирать особо и легализовать, потому как в их задачу будет входить транспортировка готовой продукции во внутренние системы.

Жаль, нельзя было поступить, как на Океании. Взять обычный крейсер и максимально облегчить его, лишив всего вооружения и остальных боевых модулей. Благодаря этому получился бы максимум свободного внутреннего пространства. Но то, что было возможным на Океании, в условиях неосвоенного космоса не приветствовалось. Здесь безоружным пацифистам не место, и разоружать будущую базу не рекомендовалось. Скорее уж наоборот, придется докупать вооружение, потому как военные имеют привычку максимально разоружать списанные корабли. А потому для комфортного размещения большого числа народу требовался хотя бы линейный крейсер. Очень дорогое приобретение, которое тянуло не меньше чем на пятьсот миллионов кредитов.

Но это дела будущего, причем не такого уж и скорого. Минимальный срок на организацию подобной базы они определили в пять лет. Причем в этот же срок входило приобретение и модернизация еще как минимум четырех барж типа «Кашалот». Эта модель как нельзя лучше подходила для добычи и первичной переработки руды в условиях полной автономии, да еще и в опасном регионе. Только по завершении этапа обустройства станции и запуска предприятия на полную мощность предстояло подумать об организации еще одной станции в непосредственной близости от Солнечной системы.

Разумеется, это не говорило о том, что связь с родной планетой будет полностью прервана. Вовсе нет. Мало того, небольшую станцию все же придется развернуть неподалеку от Земли, где в полной безопасности и начать ковать кадры. Ведь у России хватает внутрипланетных проблем, и выход ее в лидеры благодаря только одной силе не лучшая из идей. Значит, необходимо будет поднимать экономику, а тут без новых разработок – никуда. Вот только внедрять их нужно будет крайне осторожно, и времени это займет не год и не два.

Но до появления двух отправных точек визиты на Землю будут носить сугубо эпизодический характер. И уж точно вблизи Земли не будет организовано никакого производства, а это – основной ключ для выхода развития Земли на новый виток. Без организации поставок на постоянной основе и подготовки кадров об этом нечего было и мечтать.

Именно по этой причине команда Сергея и провела целых полгода в экспедиции, исследуя астероидные поля различных систем. Кстати, тех, которые отвечали бы всем требованиям, оказалось не так чтобы и много. Но несмотря на это, пришлось затратить достаточно много времени, чтобы исследовать эти огромные, висящие в космосе каменюки.

Не сказать что команда «Кашалота» за это время успела провести самое детальное обследование астероидных поясов, однако нащупать то, что нужно, удалось. Как там с типами руды в области промышленной добычи, пока непонятно. Все же тщательное обследование астероидного пояса – это работа не на один день. Но даже если заниматься обогащением и вывозом уже разведанного мэриэлла, то при должной организации в год можно зарабатывать миллиарды…

«Кашалот» наконец приблизился к терминалу и встал под разгрузку. Здешнее оборудование специально предназначено для обслуживания крупных судов. Малые суда разгружаются в другой части станции, и там сейчас достаточно оживленно. Здесь же никакой суеты и толчеи. У причалов стоит еще парочка добывающих барж, правда, другого класса, побольше, чем корабль Сергея.

Если сбор девяти тысяч кубов концентрата руды в среднем занимал восемнадцать суток, то разгрузка должна была пройти значительно быстрее. На каждый отсек по тысяче кубов затрачивалось не больше десяти минут. Так что меньше чем через пару часов он станет богаче на пять с лишним миллионов. Можно перемахнуть и цифру в шесть миллионов, потому что один из тысячекубовых отсеков заполнен золотосодержащим концентратом. Но эту руду Сергей сдавать не собирался.

Вернувшись с Земли, он все же реализовал свою задумку с приобретением малого рудокопа. Не пришлось даже вносить какие-то серьезные изменения в конструкцию баржи. Когда поначалу инженер и владелец верфи Типпан предложил остановить свой выбор на одной из моделей, она никак не впечатлила Сергея. А как, собственно говоря, могла впечатлить обычная коробка, имеющая самый минимум. В частности – ходовую рубку, санузел, крохотную каюту для сна, реакторный отсек, двигатели и отсек для руды на сто кубов.

Но зато эта коробка вполне органично крепилась под брюхо «Кашалота», не производя впечатления инородного тела. Разве только пришлось устроить стыковочный люк, ну и в рудокоп можно было попасть только из грузового отсека. Немного неудобно, но ничего страшного.

Теперь у них была возможность разрабатывать золотоносные жилы и карманы, обнаруживающиеся на астероидах, с куда большей эффективностью. Кстати, суточные вахты на этом кораблике вдобавок ко всему вносили какое-никакое разнообразие в их скучный быт. Пока шло обследование систем на предмет пригодности для использования в целях землян, все было более или менее пристойно. Но с того момента как «Кашалот» встал на прикол и вгрызся своими лазерами в астероид, на экипаж навалилась скука. И никакие занятия в виртуале не могли с ней справиться.

– Разгрузка завершена, на приемный терминал станции Мэлтон передано девять тысяч кубов концентрата мэриэлла, – наконец прозвучал доклад Кашалота.

– Ну как, Сергей, не успел еще заскучать? – Буквально сразу же на мониторе связи появился жизнерадостный диспетчер. Ничего так, ушлый мужичок.

– Разгрузка, конечно, в сравнении с добычей руды прошла практически мгновенно, но все же как-то хочется уже побыстрее оказаться на планете, – не стал кривить душой Сергей.

– Космический волк, рвущийся на грязный шарик? Это что-то новенькое, – вздернул бровь Хук.

– Ну я же не говорю, что собираюсь там постоянно жить. Но погостить все же не помешает.

– Ну если только так. – Как видно, диспетчер на планете появлялся не чаще одного раза в год, а то и реже. – Итак, анализаторы указывают на хорошее качество концентрата, так что цена прежняя. Высылай свои реквизиты.

– Держи.

– Ага, получил. Перевожу деньги.

– Получил. Держи подтверждение.

– Принял.

– Послушай, Хук, полгода назад у этой станции были другие владельцы, и я сдавал сюда на переработку рудный концентрат драгметаллов…

– Не вопрос. Мы также оказываем эти услуги, – пожав плечами, но все же плохо скрывая свое удовольствие, ответил Хук. – А я-то думаю, что у тебя в трех последних отсеках…

– В одном. Два переделаны под топливные баки и ангары для средних боевых дронов.

– Вот оно как…

– Это кроме другого вооружения.

– Весело у вас там.

– А ты как думал. Прямо обхохочешься.

– Так, терминал я перепрограммировал, сбрасывай груз.

– Сбрасываю.

– Что именно нужно сделать? Разделить на фракции?

– Меня интересует только халиума и ахайта. Индуа готов уступить корпорации, часть по взаиморасчету, часть продам.

– Ясно.

Еще десять минут прошли в ожидании, пока отсек опустеет. Наконец искин доложил об окончании разгрузки. От диспетчера пришло уведомление о процентном содержании драгметаллов в руде. Ну что же, результаты сопоставимы с анализатором «Кашалота». Навскидку, Сергей должен будет получить не меньше двух сотен килограмм халиумы, это золота, порядка трех тонн ахайты, то есть серебра. Основным же металлом в этом концентрате являлась медь, индуа на межгалактическом.

Вообще, конечно же жаль, что драгметаллы – редкое явление даже в космосе. Подумать только, с девяти тысяч кубов далеко не дешевого концентрата он получил пять миллионов двести пятьдесят тысяч кредитов, в то время как одна тысяча кубов концентрата драгметаллов приносила почти половину этой суммы. Именно поэтому в самом начале освоения системы рудокопы в первую очередь высматривают ценные залежи и начинают разработку астероидных поясов именно с них.

– Так, Сергей, ты согласен с данными нашего анализатора?

– Да, все нормально.

– Тогда визируй протокол и высылай мне. Ага. Есть, принял. Теперь по расчету. Ты можешь либо обождать десять дней, пока будет обработан твой концентрат, либо можем произвести взаиморасчет прямо сейчас, исходя из процентного содержания металлов. На складе все необходимое имеется. Сразу оговорюсь, в этом случае корпорация удержит четыре процента от суммы сделки помимо платы за переработку.

– Давай так, я вышлю тебе доверенность на моего друга, и груз заберет он.

– Никаких проблем. Забегай, если что. Надеюсь, ты не из тех, кто приобрел баржу, чтобы появляться у терминала раз в полгода.

– Теперь уже буду появляться почаще, – заверил Сергей.

– Держи файл. К постоянным поставщикам у нас отношение особенное, это система бонусов. Простенько так, но со вкусом.

– Ага. Спасибо, все понял. Ну что, Клайра, отчаливаем – и на орбитальную станцию, – отключив связь и обернувшись к девушке, произнес Сергей.

– Как скажешь, капитан, – задорно согласилась та.

– Ишь ты, а радости-то, радости, – не удержался от шпильки Сергей.

Ну да а чего он, собственно говоря, ожидал, если даже ему это скитание по космическим просторам уже поперек глотки стоит. Нет, путешествие – дело хорошее, а прыжки в подпространство вообще сродни адреналиновой зависимости. Но все даже самое восхитительное когда-то приедается, и душа просит еще чего-нибудь эдакого. Ну, например, прохладной зеленой травки под босой ногой.

– Не-э-эт, Сергей, это не радость, вот если бы под нами был не Клайп, а Земля, тогда это была бы радость. А так только и то, что косточки поразмять, – возразил Ралин, вошедший в ходовую рубку с голым торсом и вытирающийся полотенцем.

Он вообще оказался натурой весьма целеустремленной. Каждую свободную минуту посвящал обучению новой специальности и совершенствованию старой. Именно благодаря его настойчивости часть трюма «Кашалота» отвели под спортзал с различными тренажерами. Хм. Кстати, хорошо, что настоял.

Правда, самому капитану там зачастую и достается от его верного вассала, поклявшегося защищать жизнь своего сюзерена до последней капли крови. Похоже, что данная клятва не запрещала одаривать патрона синяками и ссадинами во время тренировок по рукопашному бою. Хотя грех жаловаться, все же это не позволяет организму застояться и как-то разбавляет однообразие корабельной жизни. Опять же не все так плохо.

Сергей отыгрывается, кода дело доходит до тренировок в бронескафандрах. В ношении этой своеобразной одежки сравниться с ним трудно. Скафандр конечно же надежно защищает от большинства стрелкового оружия, но в то же время не спасает от тех же ушибов. Но Ралин очень быстро учится, да и поблажек себе не дает, частенько обряжаясь в броню даже вне тренировок. Если так пойдет и дальше, то у Пошнагова не останется и этой форы…

– Бесишься, что такая красотка остановила свой выбор не на тебе? – фыркнула девушка, обращаясь к Ралину и приступая к отходу от причала терминала.

– Ох и любите же вы себя, молодая леди, – осуждающе покачав головой, со вздохом произнес Ралин.

– Хочешь сказать, что я не красива? – не оборачиваясь и внимательно следя за показателями на мониторах, удивилась девушка.

– Хочу сказать, что самолюбование – это грех.

– А это не мои слова. Вот любого спроси: красива ли я, и даже если ему настолько перехватит дыхание от восхищения, что он не сможет вымолвить ни слова, то непременно станет кивать, как пони на водопое.

Н-да. Все же прав Ралин, девочка успела серьезно прикипеть к этому неизвестному соотечественнику Сергея. И ведь, пожалуй, в этом есть частично и вина Пошнагова. Не получив его самого, она с маниакальным упорством старалась попасть на Землю, и непременно в Россию. Словно на русских свет клином сошелся. И на ком только она остановила свой выбор?

Конечно, нет никаких проблем просмотреть память искина сопровождавшего ее андроида и выяснить все доподлинно. Но… Сергей не был готов подглядывать за ней. Подобное для него было просто неприемлемо. И потом, ну увидит он какого-то мужика. Ну и что с того? Вот именно, что ничего. Клайра – вовсе не глупая и восторженная девица. Что ни говори, а жизнь успела ее приласкать, и не единожды, чтобы от розовых соплей не осталось и следа. Так что самое лучшее – это довериться ей и позволить идти своей дорогой.

К станции причалили уже через пару часов. Как обычно, им достался грузовой терминал. Вроде и груза у них уже нет, но а куда их еще-то. Н-да-а. Не впечатляет. На пассажирских палубах все куда как веселее и приличнее, чем в промышленной зоне. Впрочем, Сергей не собирался сокрушаться по поводу мрачных стальных колонн и сводов огромных коридоров, изображение которых сенсоры передавали на мониторы. В конце концов, он не собирался здесь выходить. На планету они доберутся на своем катере.

Еще немного – и с формальностями покончено. Причальный сбор уплачен. Кстати, дороговато, расценки такие, что фронтир отдыхает. Но никуда не денешься, это же орбитальная станция, тут все дорого. Не хочешь платить, не вопрос, можешь оставить свой корабль на орбите. Вот только ввиду большой скученности кораблей вокруг Клайпа будь добр оставить на борту вахту.

Искин конечно же способен предотвратить такие неприятности, как столкновение кораблей. Но мало ли что может случиться, а потому человек на борту должен присутствовать в обязательном порядке. После полугода, проведенных в замкнутом и не таком уж и просторном пространстве, опять кого-то оставлять на корабле? Ну уж нет, и сам не останется, и Клайру с Ралином оставлять не станет. А плата за постой в сравнении с их барышами выглядит вообще как-то несерьезно.

До Талантайского космопорта добрались очень даже быстро. Всего-то полтора часа, и вот они уже ощущают настоящую, а не искусственную гравитацию. Воспользуйся они орбитальным лифтом – и вряд ли добрались бы до планеты к этому времени, а там еще и на флаере до Талантая добираться. Нет, все же наличие на борту «Кашалота» планетарного катера – это большое дело. Хотя опять же приходится платить сборы в космопорте. Ну да бесплатным только сыр в мышеловке бывает.

Уж чего-чего, а общения друг с другом у них за это время было через край. Поэтому все разбежались, едва добрались до терминала космопорта. Куда именно унеслись на такси Клайра и Ралин, Сергей был без понятия. Привести себя в порядок они, как и он, успели на борту, особой усталости, чтобы завалиться отдыхать, у них не было.

Сам Сергей направился в торговый центр «Айдун». Оказаться в Талантае и не посетить полюбившийся ресторанчик он просто не мог. Опять же там у него была назначена встреча с Яшиным. Кхм. Это если Алайе не захочется слегка покутить. Что именно может взбрести этой красавице в голову, никто не знает, а сдерживать свои желания она не привыкла. Вот так укажет пальчиком и капризно заявит: «Хочу!» И попробуй ей отказать. А столкнуться с ней там очень даже возможно.

Впрочем, в ее положении… А на каком месяце она сейчас должна быть? Тупица! Да она уже родила! Не покидая такси, Сергей сделал запрос в Сеть. Ага. Алайя сейчас на Клайпе, и это радует.

– Госпожа Алайя, позвольте засвидетельствовать вам свое почтение, – едва ее изображение появилось на экране искина, тут же поздоровался Пошнагов, отмечая про себя, что она, как всегда, выглядит обворожительно.

– Сергей, привет! – тут же буквально засветилась Алайя.

Вообще-то это была игра. На публике они изображали любовников, уже не будучи ими в действительности. Во всяком случае, пока Алайя не пускала в ход свои чары, Сергей вполне мог так полагать. Такая женщина могла завести себе любовника из любого сословия, не рискуя уронить свой авторитет. Нет ничего зазорного даже родить ребенка от неравного партнера. Вот если выбрать его в спутники жизни, тут дело другое, языки почешут, хотя кровь особо и не испортят. А так – никому никакого дела.

– Как насчет встретиться? – не сумев сдержать улыбку, поинтересовался Сергей.

– Я только «за». У меня на яхте. Скажем, часов в двадцать по орбитальному времени.

– Отлично. До встречи.

После посещения Земли Сергей стал куда более уважительно относиться к работе спецслужб и предпочитал лишний раз не болтать там, где разговор может быть отслежен. Нет, при желании отследить его можно где угодно. На каждый хитрый гаджет, доступный ему, у спецслужб обязательно найдется противодействие. Иначе подобные приборы не выпустили бы на гражданский рынок. Но этого можно и избежать. Достаточно постараться не привлекать к себе внимания. Вот он и старался.

Яшин был уже на месте. И, что особо радовало, Сергей прибыл как раз к моменту, когда уже подали заказ. Пошнагову нравилось вкусно поесть, а вот необходимость довольно продолжительного ожидания, пока принесут заказ, по-настоящему раздражала. Нет, понятно, что ресторан не является заведением быстрого питания. Но все же. Так что тому обстоятельству, что ждать не придется, Сергей обрадовался особо.

– Привет, Сергей.

– Здравствуй, Игорь.

– Ну и как сходил? Господи, да расслабься ты, нельзя же быть таким параноиком. Подумаешь, встретился удачливый рудокоп со своим брокером.

– Угу. Как же, расслабься. Тебя же так не удивляли, как меня.

– С чего это такие выводы? Когда проходил подготовку, только и делал, что глаза таращил. Но постепенно пришел к выводу, что все эти технические средства – всего лишь машины с определенным алгоритмом, который вполне реально обойти. Взять тот же полиграф. Когда он появился, то у всех спецслужб чуть ли не паника началась. И ничего, научились его обманывать. Достаточно было разобраться в его работе и внести коррективы в систему подготовки агентов. Техника без человека – это так, несерьезно. Важно выдержать баланс и не допустить перекоса. У местных, кстати, есть этот грешок, и как раз в сторону техники, а потому и работать с ними проще. Достаточно не попасть на карандаш, и можно чувствовать себя вполне вольготно.

– И ты вот так уверен в том, что не находишься на карандаше?

– Угу. Если что-то не так, то у меня начинает задницу припекать. А этот орган любому техническому средству даст вперед сто очков. Не веришь?

– Что ты полагаешься на свою задницу? Не верю.

– Ну не всецело. Но и на нее в том числе. Сергей, пойми: недооценивать противника глупо, но не менее глупо переоценивать. Ладно, давай к нашим баранам.

– Ну ты хотя бы глушилку включил?

– Сергей, прекращай. Ты еще начни оглядываться в поисках наружки.

– Л-ладно. Надеюсь, ты знаешь, что делаешь. Итак, о наших баранах. Сходили вполне удачно. Есть подходящая система в паре десятков световых лет от Фиджи. Конечно, астероидное поле еще предстоит хорошенько прошерстить, но даже то, что мы сумели обнаружить с ходу, уже внушает оптимизм. Мэриэлл. Там работы с уже обнаруженным хватит не на один год. А сколько еще может быть открытий чудных, я пока даже не предполагаю.

– Мэриэлл – это хорошо. Я бы сказал, что это просто замечательно. Конечно, хотелось бы и лучше.

– Ну ты и наглец, – покачав головой, с улыбкой произнес Сергей.

– Будешь тут наглецом. Ты в курсе, сколько стоит старенький крейсер, да еще и с хотя бы наполовину сохраненным вооружением?

– Разумеется, в курсе. Но ты не прав. Большие залежи мэриэлла – это очень удачно. Только с одного рейса мне удалось поднять пять с четвертью миллионов кредитов. А ведь это еще не все.

– Да? – Яшин настолько заинтересовался последними словами, что вилка с кусочком мяса застыла, не достигнув рта.

– Разумеется. Это же система неосвоенного космоса, не видевшая еще рудокопов, а значит, и залежи драгоценных металлов никем не тронуты. А ведь именно с них всегда все и начинается.

– То есть…

– Мы доставили концентрата драгметаллов на два с лишним миллиона кредитов. Точнее пока сказать не могу, его ведь еще нужно разделить. А вообще, нужно бы ставить свой полноразмерный перерабатывающий комплекс. Анализатор же дает неточные данные, так, нечто сильно приближенное. Корпорации, конечно, при обработке зачастую выдают больше, чем показывал анализатор, позиционируя свою лояльность к клиенту. Но нужно быть идиотом, чтобы не понимать: такая показная честность говорит только о том, что кое-что оседает и у них. Сдается мне, что плата за переработку получается как минимум двойная.

– Согласен. Но думаю, что комплекс – это дальняя перспектива, возможная только с организацией базы. Регистрировать компанию по переработке здесь – это не лучшая идея. Да еще с учетом того, что весь драгметалл мы планируем переправлять на Землю. Овчинка выделки не стоит. Опять же привлечет внимание.

– Согласен. Кстати, на станции Мэлтон я оставил на тебя доверенность. Через десять дней концентрат будет переработан.

– Ясно. С остальной прибылью как? Передашь мне или оставишь себе?

– Проверяешь?

– Уточняю, Сергей. Только уточняю. Проверять тебя на вшивость нужно было раньше, глядишь, не случилось бы всех этих бед. Вы вернулись из долгого похода, мало ли что там и как. Ремонт и обслуживание баржи требуют вложений.

– Ясно. Нет, с этим порядок. Четверти миллиона нам за глаза. Так что пять миллионов могу переправить хоть сейчас.

– Вот и хорошо. У меня тут очередная биржевая афера намечается, так что эти деньги придутся как нельзя кстати. Если все выгорит, глядишь, сможем приобрести еще одну баржу, причем с переделкой под неосвоенный космос по твоему проекту.

– Ого!

– Ну не думал же ты, что являешься единственным источником дохода. Кроме тебя имеется ручеек с Океании, который обеспечивает довольно регулярные поступления. А главное – это грамотная биржевая игра, которая при хорошем вливании способна приносить побольше твоей баржи.

– Ну, по-моему, тут все зависит от случая, а еще есть вариант прогореть.

– При аккуратной игре, если не влезать в авантюры, ты всегда будешь в плюсе. Не по всем пунктам, конечно, а в общем, но непременно.

– Но ты же только что сказал…

– Я сказал «афера», а не «авантюра». Разницу улавливаешь?

– Ясно. Значит, вскоре Иван получит свой корабль, а я – напарника?

– Нет. Иван погиб.

– Как так? Но ведь в клинике уверили…

– Клиника полностью выполнила свои обязательства. Он вышел оттуда как новенький. Но практически сразу с ним случилось несчастье. К сожалению, был поврежден головной мозг.

– То есть… Игорь, а что случилось? Только правду.

– У них с Алей было серьезно, и прощать тебе ее гибель, списав на стечение обстоятельств, он не собирался. Словом, он представлял угрозу, а ты для нас куда более ценный кадр.

– То есть, если случится…

– Да, Сергей. Именно так, и никак иначе, – жестко произнес Яшин, разрезая ножом мясо и нанизывая его на вилку. – А ты как думал? Мы тут не только в шпионские игры играем. Речь о выживании землян, как бы это пафосно ни звучало.

– И кто станет пилотом на новом корабле?

– Ты же доставил двадцать человек. Неужели полагаешь, что среди них никто не получил специальность пилота?

Вообще-то об этой двадцатке Сергей вспоминать не хотел. Ох и намучились они при переходе от Земли. Людей пришлось размещать в грузовом отсеке в спальных мешках. Система жизнеобеспечения едва справлялась с возросшей нагрузкой. Хорошо хоть, отправляясь в дальнее путешествие, они набрали с собой расходников с изрядным запасом.

А все будущий тесть с его уговорами. Ну и сам Сергей, вдруг обретший новую и достойную цель в жизни. Словом, погорячился он тогда, удовлетворившись расчетами Кашалота относительно того, что система жизнеобеспечения вполне справится.

– И вообще, после твоей помощи на Земле дела очень скоро наладятся, – между тем продолжал Яшин. – Под контроль взяты все вербовщики на территории бывшего СССР. Теперь многие проходящие через них – наши люди. На Океании под нашим контролем теперь четыре базы. Уже сейчас поток нужных переселенцев может быть значительно увеличен. И не делаем мы этого только потому, чтобы не привлекать излишнего внимания. Так что с кадрами скоро проблем не будет, да и с финансами, думаю, тоже.

– Ты уверен, что это не вызовет подозрений? Вообще-то тех, кто умудрялся расплатиться в короткий срок, было не так чтобы и много. А тут чуть ли не конвейер. Да еще и денежный поток.

– Все будет нормально. Финансы корпорация отследить не сможет, потому что они вывозятся на терминалах. Тут все чисто. А что касается кадров… На базах Океании используется новый подход, в том числе и дисциплинарный, который позволил увеличить добычу ресурсов. Корпорации это только на руку. Чтобы сгладить подозрения у их СБ, здесь мы организовали профсоюз рудокопов, в который входят многие выходцы из Океании. Это нормально, ведь связь с Океанией есть, хотя и под жесткой цензурой. Да и в профсоюзе далеко не только наши люди. Кроме того, подтягиваем молодежь, помогаем с приобретением специальности и с покупкой кораблей.

– То есть все обставлено таким образом, что нашелся умник, сумевший организовать связь с Океанией и, используя ее возможности, с комфортом устроиться здесь.

– Грубо, но в целом все именно так.

– Машина набирает обороты?

– Ну уж точно не стоит на месте.

– А не боишься, что одновременно возрастает и опасность на чем-то погореть?

– Опасность есть всегда. Но главное – не зарываться. И тогда у нас есть все шансы не засыпаться. Хотя бы потому, что мы не стараемся выведывать какие-то секреты. Нам достаточно и того, что имеется в свободном доступе. Да и ребят стали присылать отборных, а не по недобору. Разницу улавливаешь? Опять же благодаря профсоюзу мы получаем подготовленные кадры из рудокопов. А это окажется нелишним при организации базы в неосвоенном космосе. Все не с нуля.

– Но ведь на тебя могут выйти.

– А при чем тут я? Я вообще не имею к этому профсоюзу никакого отношения. Он существует совершенно автономно. Все наши совместные финансовые операции – строго через мобильные терминалы, и никак иначе.

– Ясно.

– Сколько планируешь провести времени на Клайпе? – отправляя очередной кусок мяса в рот, поинтересовался Яшин.

– Несколько дней, чтобы перевести дух, а там двинем опять за рудой. А что, появились подвижки по генератору?

– Пока нет. Отслеживаем, специальный человек сидит на Триплаке безвылазно, но… Сам понимаешь, что с четвертым поколением проблемы неслабые. Даже у багрийцев свободно можно приобрести только второе поколение. Другое же кладбище кораблей нам никак не подойдет: в системе Триплака недавно произошло сражение, и новые разработки искать нужно только там, но эту свалку уже изрядно прошерстили.

– Ясно. Тогда мы пару-тройку деньков расслабляемся, а потом отправляемся пилить астероид.

– Все верно. Вернешься примерно через месяц?

– Раньше не смогу чисто технологически. Дорога плюс добыча. Без вариантов.

Закончив с обедом, они направились к выходу. К удивлению Сергея, Яшин не спешил с ним расставаться. Наоборот, предложил составить ему компанию в его флаере. Знатный все же аппарат приобрел себе резидент Земли, ничего не скажешь. Такая машинка стоит ничуть не меньше двухсот тысяч. Прямо сказать, статусная вещь. Разумеется, для своего круга. Впрочем, Игорь был преуспевающим брокером, так что шапка вполне по Сеньке.

– Послушай, Сергей, раньше поговорить как-то не получилось. Ты умчался осваивать дикие просторы, а я как-то поздно спохватился. Зачем тебе понадобился кокаин? – уверенно ведя флаер в воздушном потоке, поинтересовался Яшин.

Хм. Этот вопрос ему задавал еще генерал Роговцев. Но тогда Пошнагов предпочел не распространяться на эту тему. Пусть думают, что он решил стать простым наркоторговцем. Это вполне укладывается в их схему понимания. Нет, конечно, торговля наркотиками и риск, связанный с нею, для спецслужб как-то не очень. Но и повлиять на Сергея они не могли. Пока не могли, и он прекрасно отдавал себе в этом отчет. А главное, им нужно было понять, что именно задумал Пошнагов. Вот и отправили через него же весточку своему резиденту. Ему на месте виднее.

– Я пока не готов говорить на тему кокаина, – внимательно посмотрев на Яшина, ответил Сергей.

– Пока или вообще?

– Пока, – вдруг осознав, что это так и есть, ответил Сергей.

А ведь действительно. Ну к чему ему все эти миллиарды? А ведь тут речь наверняка о миллиардах. Для Земли же сейчас это будет отличным подспорьем. Рудодобывающая и даже металлургическая корпорация – это конечно же хорошо. Но кокаин обещал куда более серьезные барыши, причем при самом настоящем копеечном вложении.

Сергей оказал помощь Роговцеву вовсе не бесплатно. Узнав о том, что у конторы в Колумбии – довольно серьезные позиции, он заключил с генералом договор. Тот брался за доставку в Россию листьев коки, что для государства не должно составлять проблем, и организовывал лабораторию. Сергей же помогал вычислить вербовщиков.

Поставки и работу лаборатории Сергей брался оплачивать по отдельному тарифу. Ведь для чего-то же он добывает золото и серебро? Для России такая финансовая помощь не будет лишней. Он же заработает куда больше на поставках для лаборатории Алайи.

Но вот сейчас он вдруг осознал, что и эти миллиарды не собирается оставлять себе. Даже не намерен использовать их по собственному усмотрению на благо России. Ну не экономист он и уж подавно не предприниматель. А затеял он все это только ради того, чтобы запустить машину, а потом с гордо поднятой головой передать все это родине. Эдакий широкий жест. Кто бы и что бы при этом ни подумал о Сергее.

Вот только пока не было никаких гарантий, что из этого выйдет что-то путное. В лаборатории Алайи все еще ведутся исследования, и на какой они стадии, ему неизвестно. Может, она уперлась в тупик и не находит из него выхода. А тут он, весь такой гордый, с пустышкой в руках. Оставить след в истории и принести пользу хотелось. Выставлять себя на смех – нет.

– То есть боишься быть пустозвоном, – бросив на Сергея мимолетный взгляд, а потом вновь сосредоточившись на потоке транспорта, произнес Яшин. – Ладно, тогда я озвучу свои наблюдения. Итак, в кокаине как в наркотике нет ничего такого, чтобы он занял особую нишу. Благодаря достижениям местной медицины наркотики здесь не являются тем бичом, что на Земле. А отсюда – и меньшая ответственность наркоторговцев, и более низкая прибыльность. Тащить в общем-то обычный наркотик за тридевять систем – глупость несусветная. Получается, все же есть что-то. Твоя любовница Алайя является одним из ведущих и самых амбициозных химиков не только Ирианской империи, но, пожалуй, и всех государств внутренних систем. Ты же, отправившись на Землю, закупаешь не просто кокаин, а образцы с разных плантаций, причем не только наркоты, но и листьев коки. Роговцев предположил, что тебя заинтересовали не наркотики как таковые. Но что именно, не зная здешний реалий, понять он так и не смог. У меня же с информацией чуть получше. Последние изыскания госпожи Алайи связаны с процессами регенерации. И если я прав… Сергей, я прав?

– Ну… Глупо было бы отрицать. В общем, да, все обстоит именно так. Сейчас Алайя пока еще проводит химические опыты и подтягивает программное обеспечение. Мне неизвестны детали, но все говорит о том, что очень скоро ей удастся вывести процесс регенерации на качественно новый уровень.

– Седьмой.

– Да. Доходы от этого превзойдут таковые от двух рудных корпораций. Так что можно будет в значительной мере ускорить планы по внедрению на Земле новых технологий.

– Та-а-ак. Серега, а когда ты собирался нам об этом поведать? – стрельнув взглядом в Пошнагова, с явным недовольством поинтересовался Яшин.

Сергей внимательно посмотрел в ответ. Нет, судя по тому, что он видел, Яшин вовсе не думал, что все эти сверхдоходы Пошнагов собирался оставить себе. Впрочем, с его-то опытом не просчитать своего собеседника…

– Ну, когда появились бы положительные результаты, – отведя взгляд в сторону и уставившись в окно, ответил Сергей.

– Мо-ло-дец, – раздельно и с нажимом произнес резидент.

– И к чему такая ирония?

– Да так. Ты вообще понимаешь, о чем только что рассказал? В твоей голове умещается то, что Земля, оказывается, является обладательницей уникального ресурса? Ты понимаешь, на что будут готовы корпорация Арика и Ирианская империя ради контроля над Землей? Дай-ка я догадаюсь. Ты об этом не подумал.

– Ну почему же. Подумал. Поэтому и делал все втайне.

– То, что ты не болтал об этом на всех перекрестках, вовсе не означает, что ты делал это втайне. Да стоит только появиться этому товару на рынке, и спецслужбы всех фармацевтических корпораций как с цепи сорвутся. И это минимум, потому что вполне могут в это дело вписаться и имперские ребята.

– У Алайи серьезная служба безопасности.

– Да я и не сомневаюсь, что она сумеет сохранить секреты внутри своей клиники. Но вот ее поставщика, то есть тебя, очень скоро вычислят. И чтобы этого не произошло, я бы на ее месте взял бы тебя, родного, под контроль. Поверь, в этом нет ничего сложного, коль скоро у человека нет поддержки. Сергей, одиночки в этом мире не выживают, если только не забираются в какую-нибудь берлогу и не высовывают оттуда носа.

– И что теперь делать?

– Слушай, а как она вообще вышла на наш земной кокаин?

– Да случайно как-то получилось, – пожав плечами, вынужден был признать Сергей.

– Случайно?

– Ну да.

– И почему меня это не удивляет… – тяжко вздохнул Яшин. – Прибить бы тебя, да нельзя. Тронь такого везучего сукина сына, потом дерьмо лопатой придется расхлебывать.

– Слушай, Яшин, ты бы за помелом следил. Я и за меньшее челюсть сворачиваю, и мне чихать на твою подготовку.

– Да знаю я. Не закипай. Вдохни, выдохни, посмотри на проблему моими глазами, а потом в сугубо вежливом тоне скажи: «Сереженька, ты не прав». Что, не получается? – когда Пошнагов залился краской, поинтересовался Яшин. – Вот и я о том же. Ладно, будем разруливать. Итак, где ты передавал ей образцы?

– На окраине системы. Она прыгнула туда на яхте. Вот там, под прикрытием маскировочных полей, все и перегрузили. Яхтой управляла она сама, потом обещала почистить искин. Есть у нее для этого программа, так что даже пилот ничего не должен был знать. Я же прыгнул в межсистемное пространство и вернулся только через сутки.

– Ну хоть так, и то радует. Ладно, пока Алайя занята изысканиями и работает с образцами, вроде ничего страшного не случилось. Но потом я все беру в свои руки. Время, я думаю, есть, так что успею все обмозговать и подготовить. Только поставь ее в известность.

– В принципе мы сегодня встречаемся, могу прямо сегодня и поговорить.

– Так и сделай. Незачем тянуть, мало ли, как оно все… Ну, теперь можешь гулять, а потом лететь и пилить свой астероид.

Флаер заложил плавную дугу и пошел на посадку в сторону небольшого пятачка, предназначенного для посадки воздушного транспорта. Минута – и его колеса коснулись дорожного бетона.

Вообще, во внутренних системах используется три типа транспорта: чистые флаеры, способные передвигаться только по воздуху, наземные авто и, наконец, гибриды, чувствующие себя одинаково комфортно как на земной тверди, так и в воздухе. Последние были наиболее престижными и дорогими, именно такой и купил себе Яшин.

– Сергей, – когда Пошнагов уже вышел из машины, окликнул его Игорь, – я тебя прошу, если тебя посетит еще какая-нибудь гениальная мысль, сообщи, пожалуйста, мне. Ну чтобы плохие дяди случайно не успели отправить экспедиционные силы.

– Что, сообщать прямо обо всех задумках? – не без иронии поинтересовался Сергей.

– Хм. Знаешь, в твоем случае не помешало бы, – совершенно серьезно ответил Яшин и для разнообразия поехал по грешной земле.

Как ни странно, но Сергей очень быстро забыл о разговоре с Игорем. Вернее, даже не так. Он испытал облегчение от того, что удалось сбросить со своих плеч такой груз ответственности. Он конечно же сам выбрал себе цель на последующие несколько десятков лет, ведь Землю за пару годочков никак не подтянуть на уровень внутрисистемных государств. Вот только он не был готов к столь большой ответственности, которую, чего уж греха таить, до конца осознал только после разговора с Яшиным.

И коль скоро тот взвалил сей груз на свои плечи, то пусть и несет теперь. Нет, Сергей вовсе не собирался стоять в стороне, хотя и не раз говорил о том, что будет сам решать, когда и что делать. Но одно дело – выполнять какие-то поручения, пусть и опасные, и совершенно другое – брать на себя ответственность за принятие решений. Да еще, как выяснилось, в деле, в котором он ничего не соображает. И вообще, пора завязывать с этими шпионскими играми. Уже второй раз подряд его, как котенка неразумного, тычут в дерьмо, пора бы сделать правильные выводы.

Хм. Странное дело. Его всегда считали нелюдимым, и он уже давно с этим согласился. Каждое новое знакомство ему давалось через силу. Сергей, превозмогая себя, поддерживал разговор с малознакомыми лицами, которые отчего-то жаждали общения с ним, тогда как он с куда большим удовольствием послал бы их по известному адресу. Кстати, нередко такое и случалось, ну разве только в несколько завуалированной форме.

А тут… Неспешно прогуливается по скверику, мимоходом рассматривая улыбающиеся лица случайных прохожих. И – странное дело – искренне улыбаясь им в ответ. А еще слегка запрокидывает голову, подставляя лицо под ласковые лучи местного солнца. А главное, он вдруг поймал себя на мысли, что ему это нравится. Ну не хочет он сейчас никуда, есть только одно желание – вот так неспешно прогуливаться и глазеть по сторонам. Как говорится, на людей посмотреть и себя показать.

Впрочем, благостное настроение у него продержалось не так чтобы и долго. Мысли сами собой свернули в сторону Алайи. Потом вспомнилась реакция Яшина, когда он сразу же сообщил о том, что они являются любовниками. Нет, тут-то все нормально, они и впрямь поддерживают эту легенду, хотя после того свидания между ними ничего и не было. Но…

И как быть с Ириной? Нужно будет попросить Яшина, чтобы он разъяснил ей все как надо. Мол, так было нужно для дела, все такое. Ага. А еще не забыть о том, что ребенок был зачат еще до его путешествия на Землю, эдак месяца за полтора. Хм. Уже после их с Ириной условного примирения и шага друг другу навстречу. И до того, как Сергею стало вообще известно о земной резидентуре.

Из того, что Сергей узнал об Ирине, это то, что она была хорошим бойцом, трезвым и расчетливым, и уж если ей с таким постоянством срывает крышу, то признак это дурной. Нет, он вовсе не боялся, что она в порыве ревности вдруг решит проломить ему череп. Хотя и стоило бы, чего уж там. Куда хуже, если эта валькирия опять сделает какой-нибудь выпад, вильнет хвостом, и поминай как звали. А вот этого-то никак не хотелось, причем в самой категоричной форме.

Так он и прогулял до времени отлета на орбиту. И, как ни странно, получил от такой бесцельной прогулки массу удовольствия. Все же что ни говори, а Яшин прав, человек – это дитя общества и вне его дичает. Разумеется, можно, даже находясь среди людей, держаться особняком, но только в том случае, если само общество тебе это позволит.

Как пример – те же кулаки в России, которые жили своим укладом, много работали и, как следствие, хорошо ели. Но случилось так, что общество вдруг обратило внимание на то, что они якобы жируют, напрочь позабыв о том, сколько они работают. И плевать на то, что кто-то специально обратил на это внимание окружающих. Главное – результат.

На яхте Алайи ничего не изменилось. Хотя и говорят, что женщины любят новизну. А впрочем, возможно, причина в том, что она не так часто бывает на борту и интерьер еще не успел ей приесться. Вот она стоит и улыбается во все тридцать два зуба, идеально ровных и сверкающих белизной. Господи, как же все-таки она красива. Вот так посмотришь на нее – и дух захватывает. Впрочем, не у него. Уж слишком хорошо он знал, кто именно прячется за этой красотой.

– Привет, Сергей, – грациозно скользнув к нему, Алайя чмокнула Пошнагова в щеку.

На этот раз она была в кремовом платье из материала наподобие шелка, ниспадающего волнами и великолепно подчеркивающего фигуру. Но главное – это то, как она во всем этом великолепии двигалась. А кто еще совсем недавно думал об Ирине и о том, как бы по глупости не потерять ее? Да он, кто же еще-то. Но если найдется мужчина, который останется равнодушен к такой красоте и сексуальности, плещущей через край, то он либо слепой, либо импотент.

А Пошнагов – нормальный мужик. Потому и вздыбился, как шерсть на загривке медведя. Хотя… Ну не мальчик же в самом-то деле, так что сдержался без особого труда. Кхм. Ну, во всяком случае, пока сама Алайя не прикладывала усилий. Вон как глазками стрельнула. Понимает, в чем ее сила и что противостоять ей практически нереально, а уж вкусив этот плод – и подавно.

Впрочем, Сергей прекрасно понял, что на этот раз обойдется без атаки. Так, обозначила свое превосходство, больше для удовлетворения самомнения, и не более. А он что? Он согласен признать ее превосходство. Вот только что-либо большее в его планы не входит.

– Здравствуй, Алайя.

Ну коль скоро она сегодня предстала в таком образе, то не стоит придерживаться официального тона.

– Сегодня я как радушная хозяйка решила отступить от правил и не ставить тебя к плите, – беря его под руку и направляясь в кают-компанию, заговорила она.

– Заказала в ресторане?

– Не-э-эт, все куда интереснее. Приготовила сама.

– Сама-а-а?

– Ну должна же я была как-то тебя отблагодарить за то чудо, которое ты мне подарил.

– Алайя… – останавливаясь в дверях кают-компании, уже без наигранности попытался заговорить Сергей.

– Стоп, – тут же оборвала его она. – Я знаю твое отношение к семье и детям, но сразу говорю: со мной такие номера не пройдут. Я не готова жить с тобой под одной крышей, хотя и благодарна тебе за сына – просто замечательный карапуз. Страшное дело, но я уже подумываю о сестренке для него. Но давай договоримся так: ты к моему сыну не будешь иметь никакого отношения. Ты мне помог, и я благодарна тебе за это. Как видишь, настолько, что надела фартук и встала к плите.

– Кхм. Я оценил.

– Не-э-эт, ты оценишь, когда попробуешь, – потершись щекой о его плечо, вновь становясь мягкой и домашней, произнесла она.

Ну что же, тайм-аут ему вовсе не помешает. Итак, чего он хотел, отправляясь на эту встречу? Заявить права на ребенка, как выяснилось – сына? Да в общем-то нет. Если бы его мать была несостоятельной женщиной – а в это слово он вкладывал далеко не только финансовую сторону вопроса, – то ему было бы из-за чего волноваться. Однако его сын был в надежных руках.

Опять же его ли сын… Согласно ирианским законам, он всего лишь дал свое семя, причем сделал это без принуждения и по своей воле. Если хотел претендовать на что-то большее, то следовало заключить договор. Если тебя вынудили силой, то ты должен это доказать. Словом, с юридической стороны он ребенку был никто и звали его никак.

Происходящее же – это всего лишь знак доброй воли госпожи Алайи. Мм, очень вкусный знак. Настолько, что Сергей, не сумев сдержаться, начал тихонько так урчать. Был у него грешок, любил вкусно поесть, а когда вкусовые рецепторы зашкаливало, начинал мурлыкать, прямо как большой матерый котяра.

– Нравится?

– Обалденно.

– Я старалась. Как твое бродяжничество? Все потаенные уголки космоса облазил? – решила сменить тему разговора Алайя.

– Скажем так, кое-где побывал. Но так, не особо далеко.

– Удачно?

– Вполне. Есть мысль организовать рудодобывающую корпорацию.

– Зачем тебе это? – с явным недоумением поинтересовалась она.

– Алайя, вот скажи, что случится после того, как на рынке появится твой продукт?

– Все с ума сойдут, в первую очередь – фармацевтические компании. В особенности же – корпорация Арика. Эти на пупе извернутся, учитывая то, что я ушла от них, слегка хлопнув дверью.

– И ты действительно думаешь, что нам удастся скрыть источник ресурсов?

– Вообще-то у меня серьезная служба безопасности. В нее вошли кадийские аристократы с Алаянки, давшие мне вассальную присягу, и их оруженосцы. А ты знаешь, что это значит. Пришлось трудно, но мне все же удалось их заполучить. Потом обучение, которое продолжается и по сей день. При самых оптимистических прогнозах исследования продлятся еще полгода. За это время моя служба безопасности достигнет нужного уровня, плюс абсолютная личная преданность.

– Это понятно. Но ведь раскопать можно и с другого конца.

– То есть после того, как ты выторговал себе такие уступки, ты готов вот так просто отойти в сторону. Что случилось?

– Видишь ли, – откладывая вилку и нож, начал объяснять Сергей, – дело в том, что ты рискуешь только деньгами. Причем риск твой – лишь в упущенной выгоде. При смене же поставщика ты вообще ничего не потеряешь. А вот Земля рискует оказаться в роли дойной коровы, причем никто не исключает и самого мрачного сценария, потому что одно другому не мешает.

– Ты хочешь, чтобы я обеспечила безопасность по всей цепочке? Тогда понятно, отчего ты заговорил о рудной корпорации. Никаких проблем. Ты отдаешь мне всю цепочку и получаешь за эту услугу свою малую долю. Скажем, один процент от чистой прибыли всего предприятия. Поверь, это будут очень серьезные деньги. Как видишь, меня нельзя назвать неблагодарной.

– Вообще-то я не об этом. Дело в том, что мне такие огромные деньги и не нужны вовсе. Я хотел помочь Земле, чтобы она не превратилась в место обитания живого товара. Но, как выяснилось, у меня самого для этого и силенок, и мозгов маловато.

– Это кто же тебе все так разъяснил?

– Нашлись люди.

– Молодцы. Нет, если бы ты думал о своей выгоде, то действовал вполне логично. А выступить в роли спасителя целой планеты… Не обижайся, но для тебя это чересчур. Кстати, неужели вот так взял и безвозмездно отказался?

– Да что же я, совсем больной на всю голову? Пять процентов от доли дохода себе выторгую в любом случае. И что-то мне подсказывает, что мне и этих денег будет выше крыши.

– Не знаю, какая высота у твоей крыши, но сумма и впрямь будет солидной, – с улыбкой согласилась Алайя. Но потом не удержалась и со всей серьезностью поинтересовалась: – Ты уверен в тех, на кого сделал ставку?

– Хм, – невесело ухмыльнулся Сергей, а потом посмотрел ей в глаза. – Ни в чем я не уверен. Но если не они, тогда я вообще не представляю кто. Ты же ничего не теряешь в любом случае.

– И как я узнаю, с кем должна иметь дело?

– С тобой свяжутся от моего имени или я лично вас сведу, по ходу разберемся. Тебе же останется только сообщить, какой именно образец тебя заинтересовал.

– Хорошо.

– Сына-то покажешь?

– Моего сына, – с нажимом возразила Алайя.

– Твоего, разумеется, – легко согласился Сергей.

– Смотри.

Алайя запустила видеоролик с карапузом, которого самолично купала в детской ванне. Все же Сергей был прав, из нее вышла отличная мать. То, как она обращалась с младенцем, говорило о большой практике в этом вопросе. То есть, имея возможность содержать целый штат нянек, Алайя находила время на то, чтобы лично заботиться о ребенке, и делала это регулярно. Она слишком долго шла к материнству, но, как видно, теперь по-настоящему созрела, и материнские инстинкты в ней буквально вздыбились.

– Красавец, правда? – не без гордости заметила она, не отрывая любящего взгляда от экрана.

– Без обид?

– Говори.

– Он похож на своего деда, моего отца.

– А ты думал, отчего я остановила свой выбор на тебе? – с видом превосходства ухмыльнулась она в ответ. – У твоего рода сильная кровь, и мы с тобой идеально друг другу подходим. Вот увидишь, каким он вырастет красавцем.

– Главное, чтобы не вырос сволочью.

– Поверь, я воспитаю из него собственную копию. Так будет нормально?

– Ну-у-у, если как ты, то принимается. Ты, конечно, бываешь еще тем подарочком, но должен признать, что при всех недостатках ты имеешь куда больше достоинств.

– Слушай, а ведь я вполне серьезно подумываю о дочке, – поведя пальчиком по декольте и стрельнув в Сергея многообещающим взглядом, произнесла она.

Странное дело, она все так же соблазнительна. И говорит тем самым голосом с придыханием, от которого его всегда тут же бросало в жар. И навалилась на его плечо, так что явственно ощущается жар женского тела, и шею обдало жарким дыханием. И ничего. То есть вообще ничего. В смысле относится он к ней все так же по-доброму, но вот выступить в роли быка-производителя у него нет никакого желания.

– Алайя, у меня к тебе есть одна просьба.

– Что-то не так, Сергей?

– Давай прекратим наши отношения. Я в смысле – закроем историю с любовниками. Понимаешь, я хочу жениться на одной девушке. И думаю, что ей это не понравится. И еще. Не надо распространяться, что отцом твоего сына являюсь я. Нет, если ты решишь, я от него ни за что не откажусь и всегда буду готов.

– Да ты серьезно на кого-то запал, – отстраняясь, с искренней улыбкой произнесла Алайя.

– Ну… И, похоже, уже давно.

– Погоди, это не та серая мышка с Океании?

– Она не мышка. Скорее уж львица. Однажды даже спасла мне жизнь.

– Помню, как же. Так на меня смотрела, я даже подумывала, не схватится ли она за игольник.

– Угу. Она может. Нет, из ревности – вряд ли. Хотя… Я ведь, оказывается, о ней толком ничего и не знаю.

– Надо же, а ведь ты и впрямь этого хочешь. Интересно, как вы сможете быть вместе столько лет? Ну сам посуди, даже сейчас ты можешь прожить еще лет восемьдесят. При твоей удачливости ты наверняка сумеешь заработать на самую дорогую регенерационную процедуру как для себя, так и для твоей избранницы. Причем не единожды, а это больше двухсот биологических лет. Ну и как вы собираетесь прожить столько лет вместе, если люди к этому времени уже устают от жизни? – откровенно веселясь, произнесла Алайя.

– Сколько сможем – все наше. А там… как сложится. И потом, при нашем неспокойном нраве… Она отправилась в картографическую экспедицию. Мне скучно без шатания по бескрайним просторам неосвоенного космоса. Нам ли думать о том, что будет через сотню лет, я уж не говорю о двухстах.

– Ладно. Я выполню твою просьбу. Но, может быть, напоследок… – Алайя вновь призывно провела пальчиком по декольте и метнула в сторону Сергея игривый взгляд.

Вот только для него она в этот момент была словно красивая статуя, которой хочется любоваться, отмечая все изгибы тела и восхищаясь мастерством скульптора. Но никакого желания эта красота не вызывала. Странно, казалось бы, когда он прибыл на яхту, то реагировал вполне ожидаемо, а тут…

– Н-да-а, Сергей. Ты и впрямь влип. Нельзя же так расстраивать женщину. Она готовилась, ждала…

– Прости.

– А что с тобой еще делать? Ладно, ужин удался, деловые переговоры – тоже. Давай выметайся. Ну и я полечу к своему чуду. Его еще не уложили спать, так что успею отвести душу.

Глава 10. Навигатор из ГРУ.

Ирина повела взглядом по кают-компании и тяжко вздохнула. Все же судно, принадлежащее компании, разительно отличается от частного. Взять ту же «Щуку», что была у них с Сергеем на Океании. Места там было куда меньше, чем здесь. Да у них весь жилой отсек в три раза уступал этому помещению. И то они умудрились выделить небольшой уголок под кухню.

Еда из кухонных автоматов уже стояла поперек горла. И это несмотря на то, что в меню присутствовало кое-какое разнообразие. Все же пища, приготовленная человеческими руками, даже если это банальная каша, в значительной мере отличается в лучшую сторону. Да тот же сагнолл выходит совершенно другим. У человека вообще все получается индивидуально. Даже при одинаковом наборе продуктов и технологии приготовления у одной и той же хозяйки вкус каждый раз отличается.

Но кухня подразумевает под собой готовку и как минимум штатную единицу кока. Обустройство ее для личного пользования членов команды также не приветствовалось. Они здесь для выполнения определенной задачи, а не для гастрономических экспериментов. Роботы вполне способны обеспечить здоровой, полезной и где-то даже вкусной пищей.

Вот только из автомата блюда выходят как под копирку. До тошноты одинаково. И цвет, и запах, и консистенция, и вкус приготовленного год назад абсолютно идентичны подающемуся сегодня. Так что разнообразие, заложенное в программу изначально, уже через полгода никак не могло спасти ситуацию.

К сожалению, сколько бы Ирина ни стояла в дверях кают-компании, ничего не изменится. Поэтому, только слегка задержавшись, она продолжила свой путь, попутно мазнув взглядом по присутствующим и одарив их приветственным кивком. Сейчас здесь находились пятеро из десяти членов команды. Вообще-то многовато.

Время приема пищи не регламентировалось. Поэтому людей в кают-компании можно было встретить практически в любое время. Каждый сам определял для себя, когда ему удобно завтракать, обедать или ужинать. Правда, при этом все старались придерживаться хоть какого-то распорядка, приноравливаясь к индивидуальному графику выполнения работ. Но случалось и такое столпотворение, как сегодня. Впрочем, кают-компания способна без труда вместить в себя и три десятка человек.

Кстати, имеются и необходимые для этого столы со стульями, в настоящий момент упакованные по-походному. Системы ведь бывают разные – по сложности, насыщенности космическими телами и планетами. И тогда десятком специалистов ну никак не обойтись. Слишком много работы для такого небольшого экипажа, а экспедиция может продлиться эдак года три. Гнать ради картографирования одной системы сразу несколько кораблей нерентабельно. Куда проще увеличить состав экспедиции и выделить дополнительное оборудование. Кстати, на транспортной палубе и в трюме изначально было предостаточно свободного места.

Итак, вот и он. Опостылевший кухонный робот с его незамысловатым меню, которое она уже успела выучить наизусть. Интересно, отчего картографическая компания не введет более расширенный список? Ведь программное обеспечение стоит не так чтобы и дорого. Тут даже не придется менять перечень закладываемых в хранилище продуктов. Да и само перепрограммирование будет стоить сущие копейки. Жмоты! Хм. Или им просто плевать?

– О-о-о, наша непреступная красавица, – томно произнес подошедший сзади молодой человек, обдав ее шею горячим дыханием.

Впрочем, так ли уж он молод, Ирина не знала. Этот тип с жеманством кокетки всячески уклонялся от ответа на поставленный вопрос. Конечно, можно было заглянуть в его личное дело, имеющееся в памяти бортового искина, данные о возрасте находились в свободном доступе, но Роговцева не видела в этом смысла. Хотя бы потому, что особь мужского пола, пользующаяся косметикой с куда большим мастерством, чем сама Ирина, была ей неинтересна в принципе.

Впрочем, как и любой из членов команды. Ну жили они как-то там, разбирались между собой – и слава богу. Она здесь для того, чтобы в первую очередь набраться практического опыта на будущее. Даже если во время ее долгого отсутствия между внутренними системами и Землей уже будет налажена надежная связь, опытному навигатору работы найдется еще предостаточно. Ну хотя бы потому, что внутренние системы существуют уже не один век, и навигаторы все еще при деле. И потом, ей эта работа по-настоящему нравилась.

– Катрут, будь добр, убери свою руку с моей задницы, – слегка повернув голову, раздельно и достаточно громко, чтобы слышали остальные присутствующие, попросила она.

– Брось. Как можно такую попку называть столь вульгарным словом? – вновь дыша ей в шею возле ушка, жарко прошептал он.

В общем-то в его поведении ничего предосудительного или неприличного не было. При длительном нахождении в условиях замкнутого пространства корабля подобное являлось скорее нормой. Во всяком случае, для ирианцев, которые были способны еще и не на такие выкрутасы. Но все дело в том, что Ирина так и не стала ирианкой. Впрочем, она и не стремилась к этому.

– Катрут, я заявляю под протокол: если ты не уберешь свою руку и не отойдешь хотя бы на один шаг, я буду вынуждена применить силу.

– Брось, девочка. Нельзя же так издеваться…

Хрясь! Локоть левой руки вполне удачно вошел в соприкосновение с накрашенной физиономией назойливого типа. Впрочем, тут дело не в удаче, а в длительной тренировке и практике. Правда, в последнее время с этим у нее как-то не очень. У Ирины уже вошло в привычку не афишировать свои таланты в области единоборств. Но ведь это как езда на велосипеде – разучиться практически невозможно.

Роговцева смерила взглядом лежащего в беспамятстве Катрута. Потом оглянулась на остальных посетителей кают-компании, которые вскочили со своих мест и смотрели на нее с искренним недоумением и даже негодованием. Ну а чего, собственно, от них ожидать, если повода для подобного агрессивного поведения они не наблюдали в упор. Подумаешь, один из членов команды решил с ней позаигрывать. Не выламывал же он ей руки в самом-то деле. Ирианцы, что с них взять.

Ирина вздохнула, ввела в автомат заказ, точно зная, что еду придется в себя прямо-таки запихивать. Мало того что подобная пища сама по себе уже давно не вызывала энтузиазма, так тут еще и этот придурок настроение напрочь испортил. Остальные предпочли не обострять ситуацию. Двое геологов, вполне традиционная пара, мужчина и женщина, склонились над Катрутом, чтобы помочь ему.

Заказ был готов через пять минут, которые она провела в ожидании, сидя за отдельным столом. Пока суд да дело, Катрута привели в чувства. Он даже хотел было разобраться с ней. Техник, конечно, – та еще жеманница и косметику очень даже уважает, но здоровьем ни разу не обижен и спортзал посещает довольно регулярно. Вот только встретившись с ней взглядом, он вдруг понял, что перед ним не просто девица, обученная кое-каким приемам, а самая настоящая убийца. Было что-то эдакое в ее глазах, что напрочь отбивало желание связываться с ней.

Возможно, именно его поведение и послужило причиной того, что ее настроение вдруг резко переменилось, и она невольно расправила плечи. Прорезался аппетит, еда уже не казалась такой пресной и насквозь искусственной. Хм. Возможно, не помешает время от времени вот так, просто и без затей, вправлять мозги своим коллегам по экспедиции. Впрочем, их миссия уже приближается к своему окончанию. Они уже выполнили практически весь регламент, пара десятидневок – и все, корабль возьмет курс на империю. Да и подобное поведение никоим образом не приветствуется. Мелькнула мысль, что у этого эпизода еще будет продолжение. Но она не стала заострять на этом внимание.

Покончив с обедом, Ирина направилась в свою каюту. Неплохо бы часок отдохнуть перед следующим витком над астероидами. Сон сразу после обеда, конечно, не слишком-то способствует сохранению фигуры, но с другой стороны – отчего бы и нет. Да и поправиться она не опасалась, потому как в их роду толстых отродясь не водилось. Разве только, как говорят в народе, кровь с молоком.

Конечно, и на старуху бывает проруха, но здесь эта проблема легко решится благодаря курсу регенерации. Их желательно проводить не реже одного раза в пять лет. Можно и чаще. Все зависит от состояния твоего кошелька. Но реже не рекомендуется. Ну прямо как регламент техосмотра у автомобилей после определенного пробега.

Вот только прилечь ей так и не удалось. Вызов к начальнику экспедиции (по совместительству – капитану картографического корабля) застал ее уже возле двери каюты. Н-да-а. От подъема, испытанного после того как она дала в морду этому ловеласу, не осталось и следа. Не сказать что она опасалась каких-либо серьезных последствий, но в то же время неприятный разговор – он и есть неприятный. Подобное редко когда добавляет настроения.

Однако и избежать этого нет никакой возможности. Единоначалие придумано вовсе не властолюбивыми ублюдками для удовлетворения собственного эго. Это суровая необходимость, тем более в ситуации, когда небольшая группа находится в достаточно враждебной обстановке. Неосвоенный космос не то место, где стоит обсуждать приказы начальства и раздумывать над их целесообразностью.

Пожав плечами, Ирина вновь вздохнула и пошла по светлому широкому коридору, в который выходили двери многочисленных кают. В настоящий момент занята была едва ли треть из этих помещений. Как уже говорилось, судно было рассчитано на куда больший экипаж. С противоположной стороны располагалась глухая стена, на которой висели большие видеопанели. Сейчас на них передавалось изображение астероидного пояса, над которым дрейфовал их «Абсолон».

В принципе любой из членов экипажа мог настроить на этих панелях какое угодно изображение. Просто это уже не помогало справляться с навалившейся общей усталостью. Поэтому в течение последних трех месяцев никто не обращал внимания на то, какие именно картинки присутствуют на панелях. Возможно, это кто-то из команды вывел на них изображение с внешних видеосенсоров, а может, это сделал бортовой искин. Никто данным вопросом не задавался, всем было уже все равно.

Войдя в лифт, Ирина поднялась на верхний уровень. Такой же коридор и видеопанели. Разве только отделка – из более дорогих материалов, где-то даже изысканная. Здесь располагались каюты, отведенные руководящему составу экспедиции и капитану корабля. Они куда более просторные и комфортабельные. В настоящий момент из них занята только одна, расположенная в непосредственной близости от входа в ходовую рубку, примостившегося в торце коридора.

В ходовой рубке сейчас находится на вахте один из пилотов экипажа. Вообще штатный экипаж подобного корабля включает в себя четырех человек. Капитана, двух пилотов и инженера. Однако компания зачастую шла навстречу специалистам, позволяя им совмещать сразу две должности и, соответственно, получать двойное жалованье.

Правда, связано это было далеко не только с тем, чтобы предоставить людям возможность дополнительного заработка. Все же желающих отправиться в подобную экспедицию находится не так много. Неосвоенный космос таит в себе множество опасностей. Настолько, что у каждого члена экспедиции имеется какая-нибудь военная специальность и все они прошли подготовку по ведению боя на борту корабля. Причем тренировки время от времени проводятся и во время экспедиции.

Так вот, все пилоты и инженер, помимо своих основных обязанностей, так же активно принимали участие в планомерном изучении данной системы. Не исключение и капитан, на плечах которого кроме управления кораблем лежит организация работы экспедиции, планирование, учет и систематизация. Ну и поддержание здоровых отношений среди членов экспедиции.

– Разрешите войти, госпожа Райлута.

Женщина среднего возраста, сидевшая за рабочим столом в капитанской каюте, оторвала взгляд от монитора стационарного искина и посмотрела на стоявшую в дверях Ирину. Кстати, очень красивая блондинка с великолепной фигурой, которую отлично подчеркивал облегающий форменный комбинезон. Правда, абсолютно непонятно, это природные данные капитана или мастерская работа техника-регенератора?

Ирина конечно же не сомневалась в том, что люди на Земле готовы были бы дорого заплатить за возможность доступа к регенерационным технологиям. Но была более чем уверена в том, что немало женщин отдали бы еще больше за возможность попасть в руки вот таким техникам, способным творить с внешностью самые настоящие чудеса. Причем тут не применялось никакого силикона или ботокса. Только использовались слегка подстегнутые и направленные в нужное русло возможности организма.

Нет, все же в случае с госпожой Райлута, пожалуй, присутствует вмешательство извне. Слишком уж совершенные формы с четко просматривающейся пропорцией. Ничего лишнего и никаких недостатков. Во всяком случае, на вкус Ирины. Что же, начальник картографической экспедиции имеет весьма приличные заработки.

Достаточно сказать, что только Роговцева за эту экспедицию должна была заработать полмиллиона кредитов чистыми. И это – ее первый поход, а значит, и ранг как у специалиста у нее сейчас низший. Уже во второй экспедиции она может заработать порядка семисот тысяч, в третьей – около миллиона.

– Проходи, Ирина, – подкрепив свои слова жестом, произнесла капитан. – Что произошло в кают-компании? – когда дверь за спиной посетительницы скользнула на свое место, поинтересовалась она у девушки, не предлагая присесть.

– Госпожа Райлута, я уже неоднократно говорила этому умнику Катруту, чтобы он со своими приставаниями держался от меня подальше. Однако тот продолжает с маниакальным упорством добиваться интимной близости.

– Как и другие члены экспедиции, – с пониманием кивнув, добавила капитан.

– Как и другие члены экспедиции, – согласилась Ирина, но все же сочла необходимым добавить: – Однако они, в отличие от Катрута, не позволяли себе преступать черту дозволенности. Он же не внял моим словам даже тогда, когда я под протокол потребовала от него прекратить свои домогательства.

– Ирина, твой аттестат из навигационной школы говорит о хорошей успеваемости. А это значит, что ты неглупа и прекрасно отдаешь себе отчет, чем руководствуются при формировании состава экспедиции. Однако несмотря на это ты ведешь себя как настоящая дикарка.

– Я вас умоляю, госпожа Райлута, вот только не надо мне тут рассказывать про здоровую атмосферу в составе экипажа при длительном нахождении в условиях ограниченности замкнутого пространства корабля. Слава богу, этой проблемы перед командой «Абсолон» не стоит. Тут такое творится и в такой многогранной конфигурации, что «Санта-Барбара» отдыхает.

– Что еще за «Санта-Барбара»? – удивленно вскинула бровь капитан.

– Не имеет значения. Вы поняли, о чем я говорю.

– То, что ты предупредила его под протокол, – это, конечно, хорошо. Но отчего же сразу применять меры физического воздействия? Ты должна была обратиться с этим вопросом ко мне. И я уверяю тебя, у меня достаточно рычагов воздействия, чтобы поставить на место того, кто не уважает права разумного на самоопределение.

– Возможно, я поступила немного резковато. Но зато теперь до него это дошло гарантированно, – упрямо возразила девушка.

– Ирина, ты не права, – поднимаясь из-за стола и направляясь к ней, возразила капитан. – То, что ты применила физическую силу, вовсе не означает, что ты окончательно избавилась от его притязаний. Пойми наконец, нельзя так относиться к членам своей команды. Неужели ты не отдаешь себе отчета в том, что благодаря своему поведению являешься невольным раздражителем? Экспедиция продолжается уже почти полный год, и люди попросту находятся на взводе. Еда пресная, вода невкусная, досуг однообразен и уже давно приелся. И в этой ситуации перед глазами постоянно маячит нераспробованный плод. Это подстегивает к действиям, причем может привести к срыву.

– Ну что я могу сказать? Пусть держат себя в руках, а свои желания – в штанах, – пожав плечами, ответила Ирина.

– Это нерациональный ответ. Потому что не решает проблему, а только усугубляет ее, способствуя появлению комплексов и нарывов. Я уже давно предлагала тебе рецепт, который решит эту проблему раз и навсегда. Но ты не желаешь слышать голос рассудка и продолжаешь играть роль яблока раздора. Помимо откровенных домогательств Катрута есть еще и практически открытое соперничество за обладание тобой. Ты этого не знала?

Нет, этого она не знала. Но прекрасно понимала, куда клонит начальник экспедиции. Эти ирианцы – вообще ушибленные на всю голову. Стоит ли удивляться тому, что, несмотря на увеличившуюся продолжительность жизни, у них махровым цветом расцветают демографические проблемы.

Вроде бы все понятно. Ирианцы не спешат обзаводиться детьми в связи с увеличившейся продолжительностью жизни, а главное – из-за повышения уровня жизни. Разумеется, благосостояние у всех разное. Но ни одному подданному империи не позволят умереть с голоду или под забором. Если только он сам не выберет себе такую судьбу. Не доведет себя своими действиями, а именно выберет. Весьма существенная разница.

На взгляд Ирины, ирианцы потеряли смысл в наличии семьи как таковой. Ведь что такое, по сути, крепкая многодетная семья? Лучше всего на этот вопрос отвечает поговорка о том, что молодость – это всего лишь средство, чтобы обеспечить себе старость. Семья же и дети – это звенья все той же цепи. Сначала ты вкладываешься в детей, потом они отдают тебе свой долг. Кто-то – легко и с радостью, кто-то – тяжко, недовольно оглядываясь по сторонам и опасаясь негативной реакции общества.

Здесь же ничего подобного не было. Как следствие – падение нравов и нежелание заводить семью и детей, а значит, вырождение нации. Но правда заключается в том, что это далеко не основная причина существующего положения дел. В результате падения нравов во многих государствах внутренних систем процветают гомосексуальные связи.

Ирианская империя в этом плане является бесспорным лидером. А подобное никоим образом не может положительно сказаться на прогрессе, а наоборот, способствует регрессу. Между прочим, единственные государства внутренних систем, где нет демографических проблем, – это те, где сильны религиозные позиции. Причем только тех конфессий, которые не прогибаются под низменными желаниями людей.

Конечно, Ирина не могла сказать, что достаточно хорошо разбирается в данном вопросе. Но подтверждение своего мнения она видела в том же закате Римской империи. Развращенные, изнеженные и сытые римляне не были способны противостоять мужеству варваров. Подобная ситуация сложилась и в Византийской империи, являвшейся преемницей Рима и его пороков и павшей под ударами молодого и бурно развивающегося государства турок.

Да что там история! Взять хоть ту же современную Европу. Нет, она вроде бы благоденствует. Там высокий уровень жизни, серьезные научно-технические достижения, мощная экономика. Но все это – только вывеска, потому что их крах не за горами. За всей этой мишурой можно не заметить самого главного: того, что гниль распространяется среди европейцев с катастрофической быстротой.

У них разрешены гомосексуальные браки. В их школах введен предмет сексуального просвещения. Посещение этих уроков и сдача зачетов обязательны. Настолько обязательны, что родителей привлекают к административной ответственности за отказ от неукоснительного выполнения этого требования. На этих же уроках детям вдалбливают в голову, что гомосексуализм – это хорошо. Но самое главное – это то, что церковь на подобное смотрит благосклонно…

Райлута приблизилась к Ирине и протянула руку к ее плечу. Причем сделано это было так, что не оставалось никаких сомнений в интимности этого жеста. Девушка хотя и смогла сдержаться, но все же непроизвольно сделала шаг назад, слегка разрывая дистанцию, и метнула недоумевающий взгляд на свою начальницу. Ну вот, снова-здорово.

Ей не было известно о том, что она стала яблоком раздора среди членов экспедиции. Впрочем, ничего особенно удивительного в этом она не видела. Нет, она не красавица, и любая из представительниц женской половины команды на ее фоне выглядит куда как привлекательнее. Но, как известно, сладок именно запретный плод. Чем больше она держится особняком, тем больше будоражит окружающих, успевших уже порядком друг от друга подустать. Как оказалось, и сама Райлута имеет на нее определенные виды.

– Госпожа Райлута, я уже говорила вам по поводу моего отношения к гомосексуальным связям. Для меня это неприемлемо.

– Но как ты можешь знать, если еще не пробовала, – одарив Ирину многозначительной улыбкой, произнесла капитан.

– Если меня с души воротит при одной только мысли об этом, то и пробовать нечего, – вновь отстраняясь от надвигающейся на нее женщины, ответила девушка, едва сдерживая злость.

– Ну тогда заведи себе мужчину и покончи с этим безобразием, – недовольно бросила Райлута, отворачиваясь от нее и направляясь к своему креслу.

– Возможно, я подумала бы над вашими словами, госпожа Райлута, если бы в составе нашей экспедиции были мужчины. И потом, у меня на родине говорят так: лучше уж никак, чем вместе с кем попало.

– То есть ты считаешь себя абсолютно правой в произошедшем конфликте.

– Да, – твердо произнесла девушка.

– Ошибаешься. Если бы после того как Катрут полез к тебе, проигнорировав твое предупреждение, ты явилась бы с этим вопросом ко мне, я утихомирила бы его. Однако ты поступила по-своему. Теперь ситуация может выйти из-под контроля, что является недопустимым в условиях экспедиции. На основании этого я накладываю на тебя штраф в пятьдесят тысяч кредитов.

– Уж не собираетесь ли вы перевести часть этих денег на счет Катрута? В качестве компенсации за моральный ущерб, – не без сарказма поинтересовалась Ирина.

– Нет, не собираюсь. Но только потому что он, будучи предупрежден под протокол, проигнорировал твое требование. Однако и как сексуальное домогательство его действия я расценивать также не могу.

Ну кто бы сомневался. Взбрыкнул ведь здесь не он, а она. Кстати, тетенька совсем зарвалась, накладывать штраф в десять процентов от всего заработка – это нужно очень сильно разозлиться. А тут всего-то двинула в челюсть наглецу. Нет, все же повышать себе аппетит именно таким образом больше не стоит. Слишком дорогое получится питание. Она, конечно, не бессребреница, но и от подобных реверансов лучше воздержаться.

– Я могу идти, госпожа Райлута?

– Иди. И помни, что следующее нарушение дисциплины тебе обойдется куда дороже.

Если бы здешние двери закрывались вручную, то она непременно хлопнула бы ею. Но дверь послушно скользнула в сторону, едва Ирина коснулась панели, а затем практически бесшумно вернулась на свое место уже за спиной Роговцевой. Сама же девушка разве что не дышала огнем, как разгневанный дракон.

Однако как ни зла она была в настоящий момент, Ирина прекрасно отдавала себе отчет в том, что с техником ей лучше не пересекаться. Быть безвинно наказанной – удовольствие ниже среднего. А уж из-за какого-то бисексуала, решившего разнообразить свое меню и получившего совершенно заслуженную плюху, – и подавно.

Правда, досталось бы ему не только за это. Если бы она сейчас ответила взаимностью Райлуте, то наказание последовало бы уже в отношении него. То есть, чтобы оказаться правой, ей нужно было… Нет, после такого этому ублюдку понадобилась бы полная регенерация.

Остановившись на миг рядом с лифтом, Ирина решительно прошла мимо. Мало ли, вдруг капитан следом за ней вызовет Катрута, а тогда… Уж больно она себя накрутила. Поэтому лучше воспользоваться аварийным трапом.

По пути в свою каюту успокоиться так и не удалось. Здорово же ее накрыло. Значит, нужно побыстрее бежать с корабля, пока не наворотила чего. Поэтому, не откладывая в долгий ящик, Ирина облачилась в инженерный скафандр и направилась на летную палубу. В космосе будет как-то надежнее. Опять же работа способствует отвлечению от дурных мыслей. А что до отдыха… Ну не судьба ей сегодня насладиться послеобеденным сном. Зато можно будет закончить работу пораньше.

В ангаре ее дожидался исследовательский бот. Название, конечно, не впечатляет, но на деле это был настоящий красавец. Большие и малые корабли, уделом которых был только космос, не отличались красотой и изяществом форм. К чему, если главное – это функциональность? Так что суда по форме чаще всего представляли собой диски или параллелепипеды. У военных образцов преобладали наклоны бронированных бортов (так был шанс, что снаряд противника отрикошетит). Гражданские суда предпочитали прямые углы, дабы максимально эффективно использовать внутренний объем. Исключение составляли разве только частные яхты. У этих формы и отделка были самыми разными.

Суда же планетарного типа, то есть способные опускаться на планету, а соответственно и летать в атмосфере, стояли наособицу. Здесь рационализм вынужден был уступить свои позиции аэродинамике, которая не терпит несовершенства форм. Поэтому несмотря на свое неблагозвучное название «бот», это суденышко являлось настоящим красавцем. В отличие от того же «Абсолона», очень походившего на гроб, бот чем-то напоминал земные шаттлы или «Буран».

Кстати, габариты бота и земных космических челноков вполне сопоставимы. Он также имел грузовой отсек, предназначенный для перемещения различного оборудования или грузов. К примеру, Ирина размещала там четыре исследовательских дрона, с помощью которых собирала статистические данные об астероидном поясе. Благо с планетами и планетоидами давно было покончено. Кроме того, утроба бота напичкана различными навигационными и измерительными приборами. Ну да сложно было бы ожидать чего-то другого.

– Сергей, готов к вылету? – поинтересовалась Ирина, подойдя к опущенному трапу.

Ну да, она дала имя Сергея бортовому искину. Почему? Возможно, потому, что вручала этому суденышку свою жизнь. А Пошнагов у нее всегда ассоциировался с крепким плечом, на которое можно опереться, и надежной спиной, за которой можно спрятаться. Да, она была не подарок, да, ей вполне было по силам заткнуть Сергея за пояс или оторвать ему голову. Тренированная, что тут скажешь. Но вместе с тем Ирина была женщиной и, несмотря ни на какие курсы подготовки, не желала об этом забывать.

Угу, все так, она скучала по этому чурбану, которого была готова задушить собственными руками. И за надежными плечами которого хотела оказаться. Ну и как она должна была назвать бортовой искин судна, где проводила большую часть времени?

Это сегодня она обедает на «Абсолоне», потому что тот дрейфует неподалеку от группы астероидов, которыми она и занимается. А бывало, что она находилась в одиночестве по нескольку суток на борту бота. Прямо сказать, приятного мало. Особенно когда понимаешь, что твоих двигателей хватает только на сравнительно небольшие внутрисистемные прыжки, автономность составляет не больше десяти суток, а брони как таковой вообще нет, и столкновение с даже вдвое меньшей каменюкой смертельно опасно.

– Подготовка проведена согласно введенному тобой регламенту. Баки заправлены. Дроны полностью укомплектованы. Вся аппаратура протестирована. Система жизнеобеспечения в порядке. Запасы продовольствия и воды – сто процентов. К вылету готов.

– Отлично. Запрашивай разрешение на вылет, – уже закрывая внешний люк переходного тамбура, приказала Ирина.

До цели своего путешествия она успела добраться, как говорится, даже не вспотев. Впрочем, немудрено. Район, где она производила работы, находился всего-то в двух тысячах единиц. По космическим меркам это расстояние если и можно сравнить с плевком, то только себе на ботинок.

Выйдя в нужный квадрат, она запустила дронов, и они начали усиленно засевать маркерами все встречные астероиды, размеры которых в диаметре варьировались от нескольких метров до сотен километров. Впрочем, все не так. Крупные объекты, которых, по определению, на порядок меньше, уже были обследованы, а их данные – занесены самым тщательным образом в создаваемую базу данных. Теперь же Ирина занималась «ребятками» поменьше, максимально уточняя и дополняя уже сложившуюся карту системы.

Адова работенка, если учесть, что этих самых астероидов в поясе – несколько миллионов. Кстати, кроме нее этим занимается еще трое специалистов. Будь она одна – и ей пришлось бы затратить на это не один год. А этот астероидный пояс по своей плотности и количеству тел, на секундочку, был немногим более среднего.

Искин доложил о выходе из дока «Абсолона» еще шести ботов. Ирина от нечего делать сверилась с графиком работ. А что такого? Скучно же. В настоящий момент ей пока попросту нечем заняться.

Дроны разбрасывают маркеры, которые будут подавать сигналы в течение месяца. Но для получения информации, достоверной на девяносто процентов, достаточно и одной десятидневки. Далее в ход вступает основной искин экспедиции, обладающий солидными вычислительными мощностями. Он производит сложнейшие расчеты орбит астероидов, учитывая ближайшие планеты с их спутниками и планетоиды.

Итак, трое – это геологи. Маркеры не только выполняют функции маяков, но и проводят первичный анализ структуры астероида. Эти данные сначала собирает навигатор, после чего передает их дальше, на «Абсолон». Изучив всю информацию, искин пересылает необходимые сведения геологам, которые, в свою очередь, производят более детальное обследование астероидов на предмет наличия и запасов различных руд.

Еще трое – это ее коллеги, навигаторы. Кстати, их секторы расположены подальше, и самому дальнему придется добираться до места целых четыре часа. Наверняка Лайкута предпочтет свободное плавание возврату на корабль. Глупо терять время на дорогу, ведь для автономной работы достаточно взять дополнительный груз маркеров…

Сигнал тревоги прозвучал совершенно неожиданно. Ирина в этот момент как раз занималась тем, что определяла в грузовой отсек первого из дронов, закончившего засевать свой сектор. Остальные еще были в работе, но и они скоро уже должны были вернуться. В течение пары часов ей нужно будет свернуться и выдвинуться на «Абсолон».

Оставив дрона на попечение бортового дроида, Ирина поспешила в ходовую рубку. Ну, поспешила – это громко сказано. Искусственная-то гравитация по всему боту имелась, а вот что касается атмосферы… Система жизнеобеспечения на грузовой отсек не распространялась. Так что Ирине пришлось перебираться через переходной тамбур, а это за одну секунду не делается. Зато достаточно времени, чтобы разобраться в ситуации. Для этого совсем не обязательно добираться до своего ложемента.

– «Абсолон», говорит навигатор четыре, – входя в открытый проем люка переходного тамбура, вызвала Ирина.

– Навигатор четыре, слышу тебя. На нас напали. Абордажная команда противника уже на борту, – послышался встревоженный голос капитана Райлуты. – Я и один из пилотов успели запереться в ходовой рубке, остальное пространство практически полностью контролируется пиратами.

– Какова обстановка? – переминаясь от нетерпения в переходном тамбуре, поинтересовалась Ирина.

– Противник применяет активные помехи. Связь возможна только по узконаправленному лучу. У тебя есть возможность с кем-нибудь связаться?

– Нет. Мой сканер не улавливает никаких космических аппаратов в зоне прямой видимости, – наконец добравшись до пульта управления, доложила Ирина.

– Проклятье, наш тоже. Слушай сюда, навигатор четыре. Приказываю немедленно выдвинуться на «Абсолон» и приступить к противоабордажным мероприятиям.

Угу. А проще говоря, прийти и всех победить. Нет, Ирина вовсе не против драки. В конце концов, у нее попросту нет другого выхода. Непонятно, как госпожа капитан и вахтенный умудрились прозевать абордаж, что невозможно в принципе, но факт остается фактом. А потеря корабля – это серьезно. Это настолько серьезно, что в груди тут же образовался ледяной ком.

Без «Абсолона» при экономном расходе энергии, продовольствия, а также учитывая возможности системы жизнеобеспечения, Ирина может протянуть максимум двадцать суток. Ну, есть еще спасательная капсула, инженерный и бронескафандры, это еще максимум двое суток. И все. Потом только вечность. Сдаться в плен пиратам? Не факт, что они вообще захотят связываться с пленными. Да и зачем они им?

Система уже практически полностью картографирована их экспедицией, и эти данные стоят ничуть не меньше их «Абсолона». А главное – ценная информация неоднократно дублирована, значит, экипаж не сможет уничтожить ее в одночасье, чтобы она не досталась пиратам. Это общий принцип картографических кораблей – даже в случае гибели судна информация должна уцелеть. Плюс сам картографический рейдер, который вполне способен встать в один ряд с легким крейсером четвертого поколения. Такое судно в руках у пирата – это вообще невиданная удача.

Хотя пиратствовать на таком мощном корабле может выйти себе дороже. Военным отчего-то не нравится появление тех, кто может вполне адекватно им ответить. А «Абсолон» сможет. Ведь он и задумывался как боевой корабль в связи с особенностями эксплуатации и важности собираемых им данных.

Но ведь такого красавца можно продать, причем никак не дешевле двух третей от его реальной стоимости. Да любая картографическая компания с руками оторвет подобный подарок. А ведь есть еще и сведения, собранные членами экспедиции, которые ой как недешевы. Да с таким кушем можно даже на покой. Заморачиваться при этом с экипажем и приобретать лишнюю славу умный человек не захочет. Потому что если корабль еще можно продать инкогнито, то с выкупом невольников это не выйдет.

– Я вас поняла, госпожа капитан. Немедленно выдвигаюсь к «Абсолону». Однако мне необходимо знать, что происходит на корабле.

Ага. Выдвигается она, как же. Личная заинтересованность – это конечно же хорошо, но не помешало бы прояснить ситуацию. Ну и, пока суд да дело, пора переоблачиться. Идти в бой в инженерном скафандре – это нужно очень хорошо стукнуться головой о переборку.

– Абордажная команда – десять человек, а еще – шесть боевых дроидов. Корабль противника пока не обнаружен, предполагаю, что он прячется где-то в поясе астероидов. Достать его боевыми дронами не могу, так как все пять единиц деактивированы. Мы успели заблокировать сообщение между отсеками. Но двое пиратов с одним боевым дроидом сумели прорваться на командную палубу еще до объявления тревоги. Сейчас пытаются взломать двери. Из десяти наших боевых дроидов четыре выведены из строя, но они уничтожили два дроида пиратов. Так. Только что был уничтожен один из пиратов. Бездна! Мы потеряли еще двух дроидов. Не затягивайте. Мы с пилотом не вооружены, все произошло слишком неожиданно.

– Но как такое возможно? – уже скинув с себя инженерный скафандр и открывая шкаф, в котором находилась бронированная модель, удивилась Ирина.

– Их доставила на борт Иклота. Как именно это произошло, не знаю. Ирина, я вижу, ваш бот так и не сдвинулся с места. Я приказываю…

– Я поняла, – резко перебила Ирина, уже начав облачаться в броню. – Не бежать же мне сломя голову с голой задницей. Дайте мне еще минуту, я должна экипироваться. Сколько продержится дверь?

– Предполагаю, что около часа. Но скорее всего – меньше.

– Отлично. Времени более чем достаточно, – хладнокровно и уверенным тоном произнесла Ирина. – Поймите, мне необходима информация. Я не могу лезть туда втемную, да еще и в одиночку.

А в одиночку ей пришлось бы лезть в любом случае. Даже если бы она смогла связаться с кем-нибудь из их команды, то они просто не успели бы добраться до судна. К этому времени пираты уже вломились бы в ходовую рубку и тогда взяли бы под контроль весь корабль.

Район, который отрабатывала Ирина, находился к «Абсолону» ближе всех. И только она могла уложиться в указанный срок. Не хотелось бы, конечно, изображать из себя Анику-воина, но, похоже, выбора она лишена.

– Что ты хочешь знать конкретно? – поинтересовалась Райлута.

Ага, а капитан начинает обретать уверенность. Во всяком случае, явно взяла себя в руки. Вообще-то трудно обвинять ее в чем-либо. В сложившейся ситуации, когда за дверью рыщут до зубов вооруженные враги, а тебе даже нечем застрелиться, трудно сохранять хладнокровие. Опять же сложно не впасть в истерику от осознания того, что в твоем распоряжении – довольно серьезный боевой корабль, но это в настоящий момент не имеет никакого значения.

– Госпожа Райлута, сообщите общее состояние дел.

– В коридоре командной палубы находятся двое пиратов и один боевой дроид. Он сейчас пытается проникнуть в ходовую рубку. Пятеро пиратов и два дроида блокировали четырех наших оставшихся дроидов в арсенале. При попытке вырваться оттуда я потеряла уже шесть роботов. А со стороны нападавших потери невелики – один дроид и один пират.

– Вы сказали, что пираты потеряли двух дроидов.

– Один из дроидов попал под падающую плиту переборки, и теперь у пиратов есть выход к аварийному трапу. Правда, выгода не так уж и велика, потому что проходы на остальные палубы надежно перекрыты. Два пирата и один дроид пытаются пробиться в реакторный отсек, где находится инженер. У него из оружия – только личный игольник. Но шансов проковырять дырку в бронескафандре второго поколения у него нет. Второй пилот погиб. Иклота находится на технической палубе в своем боте, судя по показаниям ее искина, она жива. Вот и все, что мне известно.

– Пираты у арсенала?

– На их месте я не стала бы ослаблять позиции. Основной удар они нанесли, когда комплекс боевых дроидов только разворачивался. Теперь там наметилось некое равновесие, нарушать которое пиратам не с руки. Да и не нужно по большому счету. Достаточно дождаться, пока их товарищи вскроют ходовую рубку.

– Ясно. Госпожа Райлута, я вас попрошу не использовать дроидов до моего сигнала.

– Но…

– Я понимаю, что до недавнего времени это была ваша единственная надежда. Но ведь теперь есть я. Дроиды и пираты не могут атаковать друг друга, потому что это неизменно повлечет большие потери, а то и вовсе гибель. Значит, на чью-то чашу весов нужно подбросить камушек, который сможет склонить их в нужную сторону. Если позволите, этим камушком буду я. Но это возможно только в случае, если равновесие будет сохраняться.

– Я тебя поняла, Ирина. Удачи.

– И еще одно.

– Да?

– Скажите, силовой щит включен?

– Да.

– Отключите. Ведь сейчас в нем нет никакого смысла, а мне он может серьезно помешать. И еще, что бы ни случилось, не предпринимайте активных действий до последней возможности.

– Хорошо, – несмотря на утвердительный ответ, в голосе Райлуты слышалось явное недоумение.

Ну вот и хорошо, что хорошо. Силовой щит не способен остановить летящий снаряд, ракету, дрона или какое-либо маломерное судно. Он может только существенно погасить кинетическую энергию. Летящие предметы словно попадают в кисель. Это вызывает детонацию ракет, позволяет противостоять средствам радиоэлектронной борьбы, защищает от радиации, снаряды в значительной степени теряют свою скорость, а отсюда снижаются их поражающие свойства. Но за возможность противостояния внешним воздействиям щит платит просто колоссальными энергозатратами.

Так вот, Ирина опасалась, что эта преграда может в значительной мере усложнить выполнение задуманного ею. Разумеется, щит не мог остановить ее бот. Нет, ей, конечно, придется увеличить тягу на двигателях, но все же это не будет большой преградой. Вот только она не собиралась лететь к «Абсолону» на своем боте.

Порядок. Шлем занял свое место, мягко щелкнув замками. Ирина прошлась по тесному помещению, сильно напоминающему ей их с Сергеем «Щуку». Вроде все нормально. Ну что же, теперь главное – добраться до корабля, а там пираты будут сильно удивлены. Броня второго поколения? Что же, для пиратов это вполне на уровне. Вот только маловато, чтобы противостоять бронескафандру четвертого поколения, в который сейчас облачилась Ирина.

Вообще-то раздобыть подобную броню гражданским было довольно проблематично, практически незаконно и очень дорого. Но Ирине помогло то, что она отправлялась в картографическую экспедицию. Для этих кораблей и их экипажей существовали общепринятые послабления и льготы. Так, например, можно было приобрести новейшее военное снаряжение и ручное оружие за приемлемую цену. Относительно конечно же. Оно все равно было значительно дороже гражданских образцов, но все же цена была уже не столь заоблачной.

Признаться, члены команды отнеслись к подобной расточительности, как к глупой блажи. Нет, они вовсе не пренебрегали безопасностью, но считали, что для этого вполне достаточно и третьего поколения. Что же, трудно им возразить, но… Ирина предпочитала иметь в своих руках неоспоримый козырь. Этому способствовало множество факторов. Тут и ее военное прошлое, и длительное общение с Пошнаговым, у которого паранойя не проходила никогда, и, как это ни пафосно звучит, осознание своей ценности для родины.

– Сергей, произведи расчеты по следующей схеме. Ты должен будешь разогнаться и запустить спасательную капсулу с максимально возможной скоростью, так, чтобы она добралась до «Абсолона». Но при этом на разгон затратить минимум времени. Исходи из того, что бот может быть подбит противником. Время прибытия на «Абсолон» не позднее сорока минут с этой секунды. Задача ясна?

– Ясна. Приступаю к расчетам.

– Да, Сергей, такой фактор, как перегрузка, не учитывай.

– Принял.

Вот и ладно. Произвести подобные расчеты – дело не простое даже для искина, поэтому Ирина ломать над этим голову не собиралась. А вот чем она действительно решила заняться, так это собственной безопасностью. Спустившись на нижний уровень, где располагалась спасательная капсула, она вскрыла кожух и без тени сомнений извлекла энергетический кристалл. Все, теперь система регенерации не сможет запуститься. Вслед за ним последовал маяк, имеющий автономное питание. Даже если человек погиб, его останки должны быть обнаружены и захоронены, как подобает. Но в планы Ирины как-то не входило ее обнаружение.

Покончив с этим, она вскрыла колпак и опустилась в ложемент капсулы. По сути, капсула представляла собой цилиндр с прозрачной крышкой из сверхпрочного композита. Так что и удобств – самый минимум. Ни о каком подстраивающемся под тело ложементе не могло быть и речи. Мало того что лежать будет неудобно из-за ранцевого двигателя, так еще и крышку не закрыть все из-за него же.

Пришлось подняться и, используя свою многократно увеличившуюся силу, вырвать ложемент с корнями. Выиграть это позволило лишь небольшое пространство, но этого вполне хватило, чтобы хоть и впритык, но все же захлопнуть крышку. Правда, пришлось повозиться ввиду отсутствия в капсуле энергии.

В принципе закрытие крышки вручную предусмотрено, как и механический запор, вот только никто не рассчитывал на то, что спасаться пилот будет в бронированном скафандре повышенной защиты, да еще и с ранцевым двигателем. Словом, из-за своего облачения в тесноте капсулы Ирина стала до безобразия неповоротливой. Но после некоторых трудов и вспомнившихся выражений на родном и могучем ей все же удалось замуроваться.

– Сергей, как с расчетами?

– Все готово. Но вынужден предупредить, что перегрузка…

– Плевать. Начинай.

– Принял. Выполняю.

Теперь деактивировать скафандр, чтобы никак не выдать себя перед противником. Вроде началось. По вибрации и пока еще несильной перегрузке Ирина поняла, что бот пришел в движение. Ощущение нарастания скорости постепенно усиливалось. И вот через несколько минут…

Вообще-то предупреждать надо! На мгновение Ирине показалось, что у нее даже глаза лопнули – так мощно и неожиданно на нее навалилась перегрузка. Однако это быстро прошло. Хм. Что-то уж слишком быстро. А может, она уже погибла, вот и не ощущает перегрузки? Сомнительное утверждение, потому что дискомфорт от неудобного положения тела никуда не делся. Интересно, она не переломала себе кости?

– Дружок, доложи обстановку.

А что, вполне нормальная команда, она же ничего не видит, кроме облаков скопления газа. Нет, картина по-настоящему завораживающая. Для человека, впервые оказавшегося в космосе. А вот для нее она стала уже вполне обыденной и привычной. Кстати, вот пейзажами природы она могла наслаждаться бесконечно. Все же человек – дитя планеты, а не космоса.

– Связь с ботом прервана… – послышался голос персонального искина, который Ирина называла Дружком.

– Стоп. Как прервана? – тут же перебила его Ирина, точно знавшая, что никакая глушилка не способна помешать связи по узконаправленному лучу.

– Бот был сбит двадцать три минуты назад.

– Я была без сознания?

– Двадцать восемь минут.

– Ясно. А я случайно ничего себе не сломала?

– Твоя телеметрия в норме. Некоторые мышцы слишком напряжены, но ничего серьезного.

– Радует. Что с контрольным временем?

– До истечения срока осталось двадцать минут. Расчетное время прибытия на «Абсолон» – пять минут. Но это при условии отсутствия внешних воздействий на капсулу.

– Ясно. Значит, пора вмешаться.

Ирина активировала скафандр, после чего открыла крышку, благо для этого достаточно было нажать на кнопку и толкнуть крышку рукой. Ну вот и свобода. Девушка села и осмотрелась, чтобы оценить обстановку. Одновременно с подачей энергии включился тактический шлем. На внутренней стороне забрала потекли столбцы цифр с различной информацией.

Ну что же, все не так чтобы и плохо. Сергей все очень тщательно рассчитал, а главное – выполнил. Она летела точно к кораблю, продолжавшему лежать в дрейфе. Силовой щит отключен, и потому помех никаких. Расчеты показывали, что время прибытия можно сократить вдвое, если использовать двигатель скафандра. Что Ирина и поспешила сделать. Ей была важна каждая лишняя секунда, что уж говорить о двух с лишним минутах.

Несмотря на скафандр, она все же довольно болезненно приложилась боком о броню «Абсолона». Сама виновата, процесс торможения вышел несколько резким. Впрочем, грех жаловаться. Главное, что у нее есть еще целых семнадцать минут до контрольного времени. Если только не случилось чего-то эдакого.

Попыталась связаться с капитаном. Бесполезно. Связь активно глушится. Ситуация изменится после того, как включится силовой щит. Вряд ли у пиратов найдутся средства радиоэлектронной борьбы, чтобы прорваться сквозь щит «Абсолона». Но связь с капитаном нужна, и срочно. Мало ли что там наговорила Ирина. Райлута четко наблюдала гибель бота и не могла видеть спасательную капсулу, потому что та в тот момент представляла собой обычный космический мусор.

Сориентировавшись, где именно находится, Ирина отключила магнитные захваты ботинок и, запустив двигатель, направилась к ближайшему аварийному шлюзу. Во-первых, там есть разъем, который позволит подключиться к внутрикорабельной сети. Во-вторых, если капитан все еще контролирует ходовую рубку, то без труда сможет пропустить Ирину внутрь.

– Ходовой мостик – навигатору четыре.

– Ирина! Бездна! Ты жива!

– Жива, разумеется. Я же сказала, что бы ни случилось…

– Но твой бот…

– Все потом, госпожа Райлута. Пират так и не появился?

– Прячется за астероидами. Достать его нет никакой возможности.

– Что у вас?

– Я уже хотела было опять попробовать вывести дроидов из арсенала, но ты вовремя появилась. Так что без изменений. Разве только входная плита продержится меньше десяти минут.

– Ясно. Включайте силовой щит.

– Выполнено.

Угу. Это Ирина почувствовала, как говорится, на собственной шкуре. У нее буквально зашевелились волосы, по коже прошел легкий озноб, и явственно послышалось легкое потрескивание. Прямо как в детстве, когда она подносила руку к экрану включенного телевизора.

Одновременно с этим раздался щелчок, и люк аварийного шлюза сначала слегка утопился, а затем скользнул в сторону. Ну да, Райлута ведь видит, откуда именно вышла с ней на связь Ирина. Как, впрочем, и понимает, что, находясь снаружи, она не сможет повлиять на ситуацию.

– Вы можете подавить их связь, но так, чтобы сохранилась наша.

– Уже сделано.

В голосе капитана даже прозвучал оттенок обиды. Да плевать. Нечего было допускать на борт пиратов. Сейчас бы не пришлось демонстрировать уязвленное самолюбие. Ирина отключилась от линии внутрикорабельной сети и вошла в призывно отворившийся люк. Пора уже и разобраться с незваными гостями.

Странное дело, но никакой неуверенности или сомнений она не испытывала. Возможно, все дело – в ее несомненном превосходстве в броне. А может, в том самом азарте, который охватывал ее всякий раз, когда она оказывалась в боевой обстановке. Или все же в тех словах, которые они всегда повторяли, отправляясь на очередное задание: «Если не мы, то никто».

Итак, площадка на технической палубе, шахта с аварийными трапами. Всего подобных шахт, пронизывающих корабль сверху вниз, три. Каждая из них ведет к одному из трех отсеков на каждой палубе.

Сверху послышался шум. Все верно, это та самая шахта, которую не удалось отрезать из-за дроида, попавшего под плиту. Кстати, пиратам от этого – никакого преимущества. Каждый уровень делится на три отсека и в случае необходимости герметично изолируется от остальных. Таким образом, шахта, соединяющая все уровни, сама по себе сейчас также представляет собой некий вертикальный отсек, по которому можно подняться на любой уровень, но сейчас выходы из шахты замурованы переборками. Так что подняться на нужный уровень мало, нужно еще и попасть на него.

Ирина сняла ранцевый двигатель. Сейчас он будет только стеснять движения. В руках появился штурмовой игольник. Вообще-то немного несерьезно против боевых дроидов, которые имеют достаточно хорошую броню даже для ее современного оружия. Но зато очень эффективно против пиратов. Этот штурмовой игольник способен пробить броню второго поколения на расстоянии до двухсот метров. Здесь же вообще придется сражаться, дыша друг другу в лицо. Образно конечно же.

– Госпожа Райлута, наведите меня на пиратов, блокировавших дроидов.

– Ирина, ты должна немедленно выдвинуться сюда. Тогда я смогу вооружиться и нас уже будет двое.

– С одним штурмовым игольником и парой гранат против дроида, который наделает во мне дырок? Глупо. Я понимаю, что вы в опасности, но без поддержки наших дроидов соваться на командирскую палубу не стану.

– Хорошо, девочка. С твоей стороны – один дроид и два пирата. Один из них рядом с выходом в шахту. Так что поаккуратнее.

А ничего так капитан, держится. Осознание того, что помощь рядом, но очень даже может не успеть, выбьет почву из-под ног у кого угодно. Да что там, может породить самую настоящую истерику, как у измученного жаждой человека, который не может дотянуться до стакана с водой. Именно такие чувства и должны владеть ею при наблюдении за тем, как луч выжигает раскаленную дорожку в бронированной плите и его работа уже приближается к завершению.

Вообще-то бесшумный подъем в тяжелом скафандре по гулкой лестнице – занятие то еще. А если вдобавок ко всему у тебя еще и нет времени, то и вовсе весело. Тут ведь мало иметь легкую поступь охотника, нужно еще и чувствовать тяжеленный костюмчик как вторую кожу. Но, по счастью, у Ирины с этим все было в порядке. Так что продвигалась она довольно быстро.

А вот пираты, похоже, не так часто практиковались в ношении бронескафандра, как следовало бы, коль скоро избрали образ жизни, изобилующий регулярными абордажами. Впрочем, гражданские, предпочитающие безропотно уступать свой груз, стоит только пиратам появиться на горизонте, явлются достаточным расхолаживающим фактором. Поэтому особой необходимости в практике ношения снаряжения эти ребята не видят. Отсюда и громыхают снаряжением во всю ивановскую.

Вот и вход в отсек. Ну, человек в скафандре через эту щель еще протиснется. А вот дроид – ну уж дудки. Слишком опасно. Для противника вовсе не секрет, что контролирующие ходовую рубку прекрасно осведомлены о составе и расположении нападавших. Последние просто не в состоянии деактивировать все сенсоры. Так что стоит только ослабить свои позиции, как тут же последует атака заблокированных в арсенале дроидов.

Ирина заглянула в просвет между броневой плитой и палубой. Угу, двое пиратов. Один прячется за ребром жесткости корпуса. Оно хотя и скрыто за декоративными панелями, но огонь игломета выдержит гарантированно. Второй занял позицию в каюте, лишь слегка выглядывая из-за нее. Защита тоже вполне неплохая. Чуть впереди посреди коридора лежит бездвижный пират. Как видно, тот самый, которому не повезло нарваться на огонь дроидов.

Посредине стоит дроид пиратов. Судя по всему, второго поколения, но это вовсе не означает, что он не способен противостоять дроидам «Абсолона». И уж тем более в той позиции, которую сейчас занимает. Робот стоит на подогнутых конечностях, что позволяет ему заслонить две трети дискообразного корпуса своеобразными наколенниками, как в древних доспехах. Четыре из восьми конечностей сейчас смещены вперед и выступают в роли надежного щита, оберегающего от возможного огня.

С противоположной стороны виден такой же робот и в той же позиции. Н-да… Действительно, коридор перекрыт наглухо. Из-за узости двери роботы могут выйти из арсенала только по одному. При этом они неизменно подставляют либо бока сразу двоим дроидам пиратов, либо корму одному из них. А эти места традиционно являются наименее защищенными. Ну невозможно навешивать броню до бесконечности, всему есть предел.

Вот такую позицию, в которой сейчас находятся пиратские дроиды, можно занять, только находясь в неподвижном положении. Любое перемещение влечет за собой распад щита. Атаковать с расчетом на то, что в случае появления противника можно будет вновь уйти в глухую защиту, тоже нельзя. Для этого нужно время, которого противник не предоставит. Если верхняя треть корпуса дроидов имеет достаточный скос брони для практически гарантированного рикошета, то с остальным не все так однозначно.

Словом, если пираты ринутся в атаку, то обороняющиеся дроиды перебьют сначала роботов, потом людей. И наоборот, попытайся обороняющиеся броситься в атаку – и сами падут смертью храбрых. Патовая ситуация. Вот и сидят, сторожат друг друга.

Ах да, осталось добавить сюда еще и валяющиеся по всему широкому коридору остовы погибших роботов, застывших в самых живописных позах, истерзанные декоративные панели стен и потолка, изорванный ковролин на полу, и картина, пожалуй, получится полной.

– Госпожа Райлута, начинайте атаку дронами в противоположной от меня стороне.

– Приняла.

Ни единого лишнего вопроса, что не может не радовать. Остается только надеяться, что дело у нее не станет расходиться со словом. Потому что Ирина, не откладывая в долгий ящик, тут же взяла на прицел спину ближайшего пирата и нажала на спуск. Тянуть просто опасно: едва дроиды появятся в коридоре, как станут прекрасной, а главное – беззащитной мишенью для пиратов.

Короткая, на три иглы, очередь, и пирата бросило на ребро жесткости, за которым он прятался. Порой отсутствие громкого выстрела у местного оружия Ирину раздражало, так как, при всей своей смертоносности, оно казалось чуть ли не игрушечным. Но вот сейчас от этого раздражения нет и следа, потому что бесшумность ей даже на руку. Ирина даже была недовольна тем, что игольник жужжит и щелкает.

И все же, несмотря на отсутствие звука выстрелов, сам подстреленный успел нашуметь. Возможно, они поддерживали связь по узкому лучу, будучи в пределах прямой видимости. Быть может, использовали дроидов как ретрансляторы и с их помощью создали тактическую схему, на которой отображаются все ее участники. Как бы то ни было, второй пират всполошился и быстро обернулся назад, направляя в сторону Ирины ствол своего штурмового игольника. Недостаточно быстро. Следующая очередь из трех игл опрокинула его на палубу.

Дроид распознал опасность, но предпринять ничего не успел. Уже после первых выстрелов Ирины из арсенала начали выбегать корабельные дроиды, и он был вынужден сосредоточить весь огонь на них. Искин – это всего лишь машина, а потому придерживается определенного алгоритма, расставляя приоритеты согласно определенным параметрам. И в данном случае появившиеся дроиды «Абсолона» являлись более приоритетной целью.

Пиратский дроид расстрелял первого из дроидов «Абсолона», завалив дергающего конечностями робота набок. Но больше предпринять ничего не успел, потому что в этот момент сзади в его дискообразное тело впились десятки игл из достаточно мощного оружия, чтобы проникнуть под слабую кормовую броню. Ирина и не думала экономить боезапас, переключив регулятор в режим автоматического огня и всадив в робота весь остаток магазина.

Перезаряжаясь, девушка видела, как их дроиды все же сумели покинуть арсенал и сосредоточить свой огонь на последнем роботе пиратов. Тот так просто не сдался. Не в состоянии проломиться сквозь лобовую броню, он решил стрелять по конечностям, расположенным к нему боком, и в результате ему все же удалось нанести повреждения и завалить на бок дроида, показавшегося в коридоре вторым.

Но добить его он уже не успел, потому что пока отвлекался на него, появились двое оставшихся и сосредоточили на нем ураганный огонь. Большинство игл ушло в рикошет, буквально заполнив все пространство коридора, кромсая декоративные панели и высекая искры там, где от них осталось одно только упоминание.

Трое пиратов также вели огонь по дроидам противника, стараясь бить в сочленения. А еще – добить упавшего корабельного робота. Все же в результате рикошета иглы настолько теряют энергию, что для человека, облаченного в бронескафандр даже первого поколения, уже не представляют опасности. Н-да… Этим ребятам явно не хватало тяжелого вооружения. Но тут ничего не поделаешь. В борьбе с дроидами нужны либо такие же дроиды, либо возможность для маневра. А вот последнего они как раз были лишены напрочь.

Вся верхняя часть дроида пиратов покрылась беспрерывными всполохами искр от сотен рикошетов. Эдакая своеобразная корона. Казалось, что все усилия тщетны и он так и будет стоять как непреступный валун. Но некоторые из игл все же сумели проникнуть под броню. Вскоре дроид просел и обвис.

Оставшиеся трое пиратов поспешили побросать оружие и выставить перед собой руки с раскрытыми ладонями. Местный знак сдачи в плен. Плита поползла вверх, чтобы дать возможность Ирине беспрепятственно войти в отсек.

Ага. До нее вот-вот доберутся, а доблестная Райлута играет в благородство. И что сейчас должна сделать Ирина? Начать пеленать пленников и потерять драгоценное время? Вот заняться ей нечем!

Роговцева вскинула штурмовой игольник и, ничуть не мучаясь от угрызений совести, одной длинной очередью снесла всех троих, до которых было не больше пятидесяти метров. С учетом класса брони пиратов и характеристики ее оружия – гарантированное поражение.

– Госпожа Райлута, ведите поврежденного дроида и одного целого в лифт. Одного целого переподчините мне. Мы пойдем по трапам. Входить будем одновременно.

Возмущения капитана она выслушает потом. Сначала нужно вытащить ее задницу из того дерьма, в котором она оказалась. А для этого нужно было поворачиваться.

Теперь никакой необходимости в сохранении тишины не было, поэтому Ирина, совершенно не скрываясь, побежала вверх по трапу. Немного сзади семенит дроид. Хм. Вообще-то если бы кто-нибудь пустил бы его вперед, то он двигался бы куда как быстрее. Все же конфигурация из восьми конечностей весьма функциональна. Вот и плита.

– Как там малыши в лифте?

– Уже поднялись и ждут команды, – ответила капитан.

– Отлично, – пропуская дроида вперед, подытожила Ирина. – Открывайте.

Плита довольно шумно скользнула вверх. Если прежде пираты ничего не подозревали о происходившем в других отсеках ввиду отсутствия связи и звуконепроницаемости переборок, то теперь они явственно услышали звук поднимающихся плит. Даже дроид тут же прекратил терзать переборку и обернулся на звук, с ходу изготавливаясь к бою. Поздно. Не понадобилось даже привлекать роботов, добравшихся до командной палубы на лифте. Справился и тот, что занял позицию перед Ириной. Одна очередь снесла и не сумевшего еще до конца обернуться и подставить лобовую броню дроида, и едва успевших вскинуть свое оружие пиратов.

Конечно, опять можно было обвинить Ирину в том, что она действовала излишне жестоко, уничтожая всех потенциальных пленных. Но Роговцева так не думала. Если укрывавшимся в рубке уже ничего не угрожало, то инженер, находящийся в реакторном отсеке, все еще в опасности. Ни в коем случае нельзя допустить, чтобы туда прорвались пираты. Еще захватят заложника и начнут выдвигать свои требования. А с ирианцев станется, начнут разводить сопли. Так что едва покончив тут и сообщив об этом капитану, Ирина поспешила наводить порядок дальше.

Последняя парочка, уже практически прорвавшаяся в реакторный отсек, предпочла сразу же сдаться. И на этот раз Ирина была настолько благосклонна, что согласилась принять их капитуляцию. А почему, собственно говоря, нет, если теперь спешить особо некуда…

– Иклота, жива?

– Как видишь, – поворачиваясь в сторону вошедшей в пиратский бот Ирины, ответила женщина средних лет.

– Ну и как тебя угораздило? И что это вообще за калоша? – перерезая композитные наручники и освобождая Иклоту, поинтересовалась Ирина.

– Не видишь, что ли, десантный бот, – потирая места, куда впивался композит, и шипя как рассерженная кошка, недовольно ответила женщина.

– А как наш искин мог принять его за твой исследовательский?

Между прочим, вопрос далеко не праздный. Потому что эта штука не имела ничего общего с плавными линиями изгибов исследовательского бота. Судно пиратов скорее походило на большую танковую башню с множеством кубиков активной защиты. Разве только без орудия. Нет, многоствольная пушка под брюхом имелась, как и пара иглометов с боков. Но все же для окончательного сходства этого было маловато.

– Да так и принял, – вздохнув, начала объяснять Иклота. – Он же не рассматривал судно с помощью видеосенсоров. Ему достаточно было общения с моим искином. Меня же подстерегли в астероидном поле. Сразу подбили двигатели. Связаться с «Абсолоном» не получилось. Потом аккуратно взяли на абордаж и выпотрошили коды для управления искином. Переставили искин на свою калошу – и вперед.

– Ясно.

А чего неясного. Что такое экспресс-допрос в полевых условиях, она и сама прекрасно знает. Как и то, что говорить начинает абсолютно любой, главное – довести его до определенной грани. У кого-то эта грань далеко, у кого-то близко, но есть она у всех. Что же касается местных, то их зачастую и пытать не нужно, сами начинают болтать, логически исходя из ситуации, в которую попали.

Кстати, прямо сейчас ей представится возможность выяснить, насколько крепкими окажутся здешние мужики. Но что-то сомнительно, чтобы эти ребята сильно упорствовали. Тут ведь даже пираты являются представителями технологически развитого и цивилизованного общества. Иными словами, ни разу не герои.

О чем она собирается с ними болтать? Да так, о мелочах в общем-то. Очень ей интересно, кто это решил разнообразить их скучную обыденность. Надо бы спросить. Нет, теперь-то пират не уйдет. Как только «Абсолон» войдет в режим поиска и уничтожения, у разбойного судна не останется шансов. Но к чему такие крайности, если можно поступить не менее кровожадно, но более рачительно.

Ирина собиралась завладеть кодами доступа к искину шлюпки, а потом посадить на место пилота одного из двоих пленных пиратов. Благодаря этому своеобразному пропуску она без труда могла попасть на пиратский корабль.

На пирате вряд ли находится больше двух или трех человек. У Ирины – превосходная броня и парочка исправных боевых дроидов. Так что у этих ребят попросту нет шансов. Разве только сдаться в плен и надеяться на справедливый суд. Несмотря на то что это произошло в неосвоенном космосе, нападение на картографическое судно никому с рук не сойдет. Но ведь каторга куда лучше, чем безвременная кончина.

Вообще-то у многих государств пиратство каралось смертной казнью. Но у ирианцев вполне можно отделаться каторгой лет эдак в тридцать. С учетом современной средней продолжительности жизни, не так уж и смертельно.

Так что у Ирины были довольно неплохие шансы обзавестись собственным корабликом. Признаться, это желание овладело ею настолько сильно, что она даже не помышляла воспользоваться чьей-либо помощью. Вот еще! Она не собиралась ни с кем делиться. Хм. Вероятно, опылилась от Пошнагова.

Глава 11. Точки над «ё».

– …В общем, у нас все нормально, дочка. Ты там держись и глупостей не навороти. Со здоровьем у нас, как ты видела, порядок, еще не дряхлые, а потому не сомневайся, дождемся тебя. Немного осталось, скоро свидимся.

Ирина остановила изображение, всматриваясь в родные глаза с сеткой мелких морщин вокруг них. Но больше всего ее взор притягивали две слезинки, которые стекали по суровому лицу. Она была поздней дочерью, любимицей и отрадой, ей многое прощалось, ей во многом потворствовали, и где-то она воспринимала это как должное. Но только сейчас осознала, сколько доставила волнений своим близким, если даже ее вытесанный из гранита отец дал слабину.

Двое старших братьев не пожелали связывать свою судьбу с армией. Ирина хотя и была тогда еще совсем девчонкой, прекрасно помнила, как это расстраивало отца, всю жизнь посвятившего служению родине. Наверное, именно поэтому он не стал особо противиться тому, что она проявила стойкость в желании носить офицерские погоны. Но только сейчас она осознала, чего это ему стоило.

– Значит, Павлов все же добрался, – утирая платочком слезы и стараясь проглотить застрявший в горле ком, произнесла девушка, обращаясь к сидящему на водительском сиденье Яшину.

– Добрался, паразит. Только пусть попадется мне в руки, набью морду.

– Не поняла, как это попадется? – Ирина села вполоборота, даже не пытаясь скрыть свое недоумение.

– А вот так вот, – разведя руками, ответил Игорь Ильич.

В настоящий момент они просто катались по одному из воздушных коридоров Талантая. Так было куда проще сохранить разговор в тайне. Глупо пренебрегать безопасностью. Да и флаер сейчас управлялся автопилотом, а значит, Яшин вполне мог позволить себе не следить за транспортным потоком. Нет, пока Ирина смотрела видеоролик, он усиленно изображал свое отсутствие, но коль скоро уже началась беседа…

– Моя прогулка на Фиджу ни к чему не привела. В смысле я, конечно, нашел место, где Павлов оставил для меня посылку. Правда, тогда я только предполагал это, потому что в присланной мне абракадабре не было никакого смысла. В доступе в хранилище мне отказали. Там есть такой терминал, где можно хранить все что угодно: от брошки до термоядерной боеголовки. Надежность стопроцентная, проверено на себе. Словом, Павлов определил кристалл с информацией в хранилище, а мне отправил сообщение с кодовой фразой доступа, в лучших шпионских традициях. Вот только это послание попалось на глаза какому-то хакеру, который, скорее всего из баловства, заменил сообщение Павлова на свое.

– И что дальше?

– Дальше я решил не поднимать волну и дождаться возвращения Павлова. Терминал никуда не денется, репутация у хранилища достойная. Но вместо Семена дождался… кого бы ты думала?

– Да откуда же мне знать.

– Пошнагова.

– Кого-о-о?!

– Угу. Твоего разлюбезного Сергея. У меня это вообще в голове не укладывается.

– У меня тоже, – все еще пребывая под впечатлением, произнесла девушка. – А поподробнее можно?

– Ну отчего же нельзя, – вновь пожав плечами, ответил Яшин.

Времени у него было предостаточно, а потому он неторопливо и в красках рассказал о событиях, произошедших в отсутствие Ирины. Девушка слушала его молча, только все время качая головой, как китайский болванчик. Правда, рассказ она восприняла вполне спокойно. Во всяком случае, без явных признаков крайнего удивления.

– Я смотрю, мой рассказ не произвел на тебя особого впечатления.

– Знаете, Игорь Ильич, вот если бы это был кто другой, я бы была до крайности удивлена. Но Сергей… От него можно ожидать чего угодно. Даже то, что он с такой легкостью смог скрыть от меня факт владения подобной информацией, вполне в его характере.

Она вдруг поняла и причину его странного поведения в их последнюю встречу. Он тогда не просто держался от нее на расстоянии, а словно боялся сблизиться. Ну точно! Он же уже тогда готовился к путешествию на Землю. Клайра ведь намекала на то, что им не помешает навигатор.

Получается, что он собирался вернуться к своей семье. Пошнагов – натура замкнутая, к себе просто так не подпустит. Своими близкими дорожит. Ирина ему тоже не чужая. Вот только тогда он не знал, кем она будет для него, другом или кем-то большим. Тогда получается, что он отправился на Землю для того, чтобы воссоединиться с семьей…

– А вот в то, что он готов передать все свои активы на благо Земли, я что-то верю с трудом, – решила она все же не озвучивать мысли, вихрем пролетевшие у нее в голове.

– Ну вообще-то не все. Он вытребовал пять процентов себе.

– Всего лишь? На него не похоже.

Откуда взялась эта язвинка в голосе, Ирина и сама не знала.

– Ну, во-первых, ты все же слегка ошибалась в его оценке, – смерив ее внимательным взглядом, возразил Яшин. – Он никогда не копил ради накопительства, а всегда шел к определенной цели. Просто этот путь каждый раз подбрасывал его на следующую ступень, где царили совершенно иные расценки. А во-вторых, пять процентов от предполагаемого оборота – это очень много. Но я думаю, что мы можем рассчитывать даже и на эти деньги. Просто в этом весь Сергей. Он не жадный, но должен знать, что у него есть с чего не жадничать.

– Ну что же, ему вполне подходит, – слегка задумавшись, наконец согласилась Ирина.

– А у тебя как все прошло?

– Ну-у-у, что я могу сказать. В общем и целом я тоже вернулась не без прибыли. Причем это не только опыт, но и финансы, – слегка подпустив в голос важности и кокетства, ответила девушка.

– Брось, – даже отмахнулся Яшин. – Конечно, заработанные тобой полмиллиона немалая сумма, но все же не идет ни в какое сравнение с нашими сегодняшними доходами. Игра на бирже ежемесячно приносит не меньше пяти миллионов. Сегодня у нас имеется добывающая баржа того же класса, что и у Сергея. На добыче руды с двух барж мы зарабатываем в среднем десять миллионов, так что наша средняя ежемесячная прибыль исчисляется пятнадцатью миллионами.

– Сергей все передает в ваше распоряжение? – взметнув брови, поинтересовалась Ирина.

– А чему ты удивляешься? Раньше он стремился добраться до Земли, и все его силы были сосредоточены на этом. Сейчас хочет помочь Земле встать на ноги, чтобы противостоять возможной агрессии. В настоящий момент для этого в первую очередь нужны деньги. В поставках же кокаина пока нет никакого смысла, так как госпожа Алайя еще не закончила свои исследования. Вот он и помогает, чем может.

– Ясно. Но я вообще-то не про те полмиллиона, которые мне положены в качестве жалованья специалиста. Опять же скромной девушке нужно на что-то жить. Но мне удалось заработать несколько больше. Эдак раз в тридцать, с учетом пятидесятипроцентного среднего остаточного ресурса узлов и механизмов. Правда, если вложиться и провести соответствующий апгрейд, то кораблик еще прослужит долго.

– Ты это о чем?

Ну что же, ничего удивительного в том, что он пока еще не в курсе произошедшего. Картографическая компания решила не распространяться насчет инцидента до окончания следствия.

– Докладываю, товарищ резидент. В ходе экспедиции наше судно было атаковано пиратами, и в результате моих героических действий противник был частично уничтожен, а частично взят в плен. Мне в качестве трофея достался старенький крейсер второго поколения.

– Лихо, – искренне удивился Яшин.

– Я такая, – не без самодовольства согласилась Ирина. – Теперь у нас есть первый боевой корабль. Правда, нужно будет еще вложиться в его модернизацию и вооружение. И кстати, лучше бы это сделать на фронтире. Кораблик-то старый, да только власти настоят на демонтаже части имеющегося на нем вооружения, для гражданских судов оно все же является избыточным.

– Ну это-то мы сможем организовать. Мусорщики пока еще не перевелись. Не ожидал, Ирина. Не ожидал.

– Это я от Пошнагова удачливостью опылилась.

– Вот уж во что верю, – улыбаясь и качая головой, поспешил согласиться с этим Яшин. – Значит, с учетом твоего крейсера уже через четыре месяца наш флот будет насчитывать семь вымпелов. Прямо скажем, неплохо. Правда, с апгрейдом твоего крейсера придется обождать. Просто не хватит средств.

– Семи вымпелов?

– Точно. Мы заказали на верфях еще четыре добывающие баржи класса «Кашалота» с таким же переоснащением, разве только отсек для руды – на одиннадцать тысяч, им такие объемные дополнительные баки ни к чему. Вооружение, как и у «Кашалота», под возможно разрешенный потолок. Все же места там неспокойные.

– Лихо вы тут развернулись, – не без уважения покачала головой Ирина.

– Угу. Ничего, вот заработают остальные четыре баржи, можно будет побольше выделить средств на биржевые игры. Глядишь, прибыльность возрастет в разы.

– Да зачем вам это? Я так поняла, прибыли от поставок коки будут такие, что мама не горюй.

– Это точно. Вот только мы пока еще и тратить-то не начинали. А как начнем, так только держись, не по разу будем выметать все сусеки. Откровенно говоря, я как представлю себе весь объем предстоящей работы, так мне жутко становится. Да и рассчитывать только на реализацию коки просто глупо. Если мы подсядем на кокаиновую иглу, ничего хорошего из этого не получится. Вон наша родина присела на нефть, а что в результате? Стоило только искусственно добиться снижения цен на черное золото, как наша экономика тут же ухнула в кризис. Так что нужно развивать другие отрасли.

– Может, тогда крейсер просто продать? Все же сейчас в первую очередь нужны суда, способные приносить прибыль. А военный корабль не больно-то приспособлен под это дело. Скорее уж наоборот, способен прожрать солидную дыру в бюджете.

– Ну если будет тихонько стоять на приколе, то дыра выйдет не больше причальных сборов, а это можно вытерпеть. А вообще нужно будет посмотреть на твою добычу. Возможно, получится переделать его в рейдер. К чему гонять на Землю баржу? У нее и время разгона больше, и надобности в этом особой нет.

– Хочешь посадить Пошнагова на цепь? Не советую. Этот на цепи сидеть не будет. Если ему взбредет прокатиться до Земли, то так и поступит.

– Кто бы сомневался. Пошнагов – парень с характером.

– Запись забрать можно? – Ирина кивнула на погасший монитор.

– Нет. Мало того, она уже уничтожена.

– На уничтожение сразу поставил, чтобы не уговорила?

– Офицеры, долг – это все понятно, но ведь мы еще и люди. А так – нет соблазна, нет вопросов.

– Ясно.

– Ну раз ясно, тогда давай я тебя домой подкину. У меня еще дел невпроворот.

Н-да. Только переступила порог квартиры, как тут же захотелось убраться отсюда. Куда угодно, хоть на улицу, но только бы не находиться здесь. Нежилое помещение чувствуется сразу. Тут и запахи, и какая-то особая аура, пустая, что ли. Вот вроде бы ее вещи, которые она оставила год назад, на туалетном столике – привычный легкий беспорядок. Но в то же время отчего-то все ощущается каким-то чужим.

Желая хоть как-то перебороть это чувство, Ирина подошла к столику и, вооружившись флаконом с довольно дорогими духами, несколько раз брызнула вокруг себя. Ну хоть что-нибудь на первое время. Но это так, полумера, а она не привыкла к подобному.

Затем она вышла в Сеть и открыла одну из закладок. Вообще-то она предпочитала ходить по магазинам сама. Было в этом что-то земное. Но когда не срасталось, то делала заказ в ближайшем магазине через Сеть. Двадцать минут – и робот-курьер доставит все покупки до двери.

Ну а пока суд да дело, она решила принять ванну. Не сказать что в экспедиции она не имела такой возможности. Во всех каютах были ванны, вот только те кургузые тазы не шли ни в какое сравнение с ванной, находившейся в ее квартире. Нет, если бы Ирина приняла предложение госпожи Райлута, то у нее была бы возможность понежиться в достойных условиях. Вот только это не для нее.

Под слоем пышной пены она пролежала больше часа, дважды включая подогрев, так как вода успевала остыть. Наслаждалась, как говорится, до тошноты. Только когда поняла, что еще немного – и ей станет дурно, Ирина наконец закончила водные процедуры.

Обрядилась в халат и, накрутив на голову полотенце, выглянула на лестничную площадку. Прекрасно. Вот они, два пакета из тонкого, но прочного композита с ее заказом. Принесла свою добычу на кухню, быстро разобрала и замерла в нерешительности.

Хотелось всего и сразу. Нужно долгое время питаться опостылевшими блюдами из автомата, чтобы по-настоящему понять растерянность, охватившую ее в этот момент. Наконец приняв решение, она оставила только необходимое, остальное распихала по шкафам и холодильнику.

Звонок в дверь донесся, когда квартира уже успела наполниться ароматами приготовленных блюд. Ирина специально не стала включать вытяжку и закрывать дверь на кухню. Уж лучше пусть все пропитается запахами еды, чем будет пахнуть запустением.

– Сергей? – Ирина отступила на шаг от открытой двери, словно приглашая его войти.

Увидеть за дверью его она не ожидала. У них был свободный доступ в квартиры друг друга, и за это время ничего не изменилось. Ему просто незачем было звонить в дверь. Поэтому она и удивилась.

– Я, – просто ответил он, но потом решил уточнить: – Подумал: мало ли, вдруг ты не захочешь меня видеть.

– А по Сети связаться не судьба? – довольно холодно поинтересовалась девушка.

– По Сети не судьба. Как говорил один мой хороший знакомый: если хотите, чтобы вас гарантированно послали далеко и надолго, позвоните по телефону, – решительно переступая через порог, произнес он.

– Сергей, по-моему…

– По-моему, кто-то устал от пищи робота-автомата и решил себя побаловать. Я прав? – потянув носом воздух, перебил он девушку.

– Что, красавчик, супруга дала от ворот поворот? – не без сарказма ухмыльнулась Ирина.

– Точно. Она вышла замуж и уже родила своему новому благоверному дочку. Во всяком случае, УЗИ показывало именно так, и я очень надеюсь, что у нее все прошло благополучно. Не первенец, в конце концов, да и в средствах они не стеснены.

– Вот, значит, как. И коль скоро там тебе не обломилось, ты притащился ко мне. Убирайся, Пошнагов, – устало и как-то опустошенно произнесла она, указывая рукой на уже закрывшуюся за спиной Сергея дверь.

– Ирина, либо тебе придется меня выслушать и мы наконец расставим все точки над «ё», либо уязвить мое мужское самолюбие и вышвырнуть меня, применив силу.

– И ты не будешь сопротивляться?

– Ну, сложно сопротивляться участнику боевых действий, да еще и офицеру ГРУ. Конечно, я бы не сказал, что у тебя это так просто вышло бы, а может, и вовсе бы не вышло, но смысла сопротивляться не вижу. Коль скоро решишь так, то… Анатолий Анисимович говорил, что ты – девушка упрямая.

– Слушай, Пошнагов…

– А может, сначала ты выслушаешь? – положив ей на губы ладонь, попросил он.

– Ну говори. – Ирина рывком сдернула со своего лица его руку, глядя прямо в глаза.

– Ириш, я женился по любви, и ты это прекрасно знаешь. Знаешь и то, что развелся я со своей женой не потому, что не хотел с ней жить… Я не мог поступить по-другому. Иначе через месяц меня изъела бы болезнь, и тогда я камнем повис бы на ее шее. Ну вот такой я дурак. Конечно, я мог бы взять тебя с собой, тем более навигатор никак не был бы лишним в том путешествии. Но я посчитал, что это будет нечестно по отношению к тебе. Ни я, ни ты не удержались бы от близости. Я это понял, как только увидел тебя в ресторане.

– Ладно. Я, может, и недостаточно хорошо тебя знаю, но в правоте этих слов не сомневаюсь. Да и действительно, ни фига бы мы не удержались во время месячного перехода до Земли. Но, Сергей, мы ведь друзья. Ты, человек, который никого не подпускает к себе на пушечный выстрел, считал меня своим другом. Почему ты не сказал о том, что тебе известны эти клятые координаты?

– А ты почему не сказала о том, что работаешь на контору?

– Сергей, ну ты же не еврей, чтобы отвечать вопросом на вопрос. Л-ладно, – беря себя в руки, произнесла девушка. – Я скажу, хотя ты и сам знаешь. Я не могла рисковать. Если бы просочилась хоть крупица информации, корпорация могла оборвать одну-единственную и довольно призрачную нить. Я не могла рисковать судьбами миллиардов, оставшихся на Земле.

– Ты не могла рисковать миллиардами, а я не мог рисковать тобой. Меня ведь в любой момент могли взять под колпак, а потом начали бы трясти все мои связи, даже мало-мальские. Как со мной поступили бы, я понятия не имею. Но не думаю, что угощали бы пряниками. А так… Ты ничего не знаешь, вот и все.

– Ну да. Конечно. Я ничего не знаю, – по-бабьи хлопнув руками себя по бедрам, произнесла девушка.

– Ну мне-то откуда было знать! Слушай, хватит меня буравить взглядом, дырку все одно не протрешь. Хочешь меня в чем-то обвинить?

– Нет, – вдруг поникнув, устало произнесла девушка.

– Оба мы хороши, Ириш. И что самое поганое, оба хотели сделать благое дело.

– Угу. Благими намерениями вымощена дорога в ад.

– Это да. Ладно, Ириш, пойду я. Все, что хотел сказать, глядя тебе в глаза, я сказал. На тебя сегодня столько навалилось. Словом, ты подумай, а я приму любое твое решение.

– Ты куда, Сергей? – окликнула она Пошнагова, уже взявшегося за дверную ручку.

– Туда.

– Сюда иди. – Девушка повисла у него на шее, уткнулась лицом в грудь и глухо закончила: – Дубина стоеросовая.

– Ну да. Что есть, то есть, – поглаживая ее по голове, согласился Сергей.

– Яшин, паразит, запись с отцом уничтожил, – вдруг всхлипнув, пожаловалась она.

– Ерунда, у меня на борту еще есть, причем не только видеописьмо Анатолия Анисимовича, но и запись нашего с ним разговора. Так что если захочешь, сможешь за отцом наблюдать хоть несколько часов к ряду. Правда…

– Что? – в очередной раз всхлипнув, поинтересовалась она.

– Просто там все больше говорю я, а он слушает.

– Ну вот, даже тут ты умудрился подгадить.

Ирина шмыгнула носом прямо как маленькая девочка, а потом потянулась к Сергею губами. Горячие, соленые от слез, мягкие, податливые и страстные, невозможно описать тот поцелуй и те чувства, что охватили Пошнагова. Словно и не было за его плечами почти пятидесятилетнего опыта. Мальчишка. Как есть мальчишка.

– Ириш, ты же голодная, – оторвавшись от ее губ, вдруг вспомнил Сергей.

– Еще какая голодная, – согласилась Роговцева.

– Так, может…

– Пошнагов, я тебя когда-нибудь точно прибью, – делая подсечку и профессионально, но аккуратно роняя его на пол, едва ли не прорычала Ирина…

Утро было именно таким, каким они и рассчитывали его увидеть, – светлым, чистым и добрым. Да и могло ли быть по-другому? Сергей скосил взгляд на пристроившуюся на его плече белокурую головку Ирины и невольно улыбнулся. Господи, сколько же они понаделали глупостей, в то время когда могли быть вместе. И ведь даже цели у них совпадали, оба стремились найти Землю. В смысле не рассуждали на эту тему, а реально двигались в этом направлении, хотя и разными путями.

Сергей попытался подняться, чтобы отправиться наконец на кухню и приготовить что-нибудь поесть. Ну нравилось ему в последнее время готовить, а для Ирины так еще и хотелось. И потом, того, что она приготовила вчера для себя, им хватило только на легкий перекус. Об этом недвусмысленно намекал урчащий живот, и издеваться над ним у Пошнагова не было никакой объективной причины.

– Мм, ты куда? – сонно промурлыкала Ирина, вцепившись в руку Сергея, которую он попытался высвободить.

– На кухню. Есть хочется. Ты как?

– Я бы повторила ужин, – открыв один глаз и посмотрев на него, томно произнесла Ирина.

– Норма, дорогая, норма.

– Хочешь сказать: батарейки сели?

– Хочу сказать, что одной любовью сыт не будешь.

– Железный аргумент, – сползая с его руки на подушку и тем самым давая понять, что не препятствует его свободе, согласилась она. – А ты теперь все время будешь готовить?

– Вот еще. То, что ты способна меня нокаутировать, вовсе не означает, что в доме будешь командовать ты.

– Ого. А у нас уже и дом общий будет.

– Ну по меньшей мере твои старики хотят увидеть внуков.

– У них есть внуки.

– Это не повод, чтобы ты отлынивала. А Анатолий Анисимович мне понравился, хотелось бы, чтобы он поучаствовал в воспитании моих детей. Уверен, это им только на пользу пойдет.

– Не угадал, – подперев голову ладонью, возразила Ирина. – Нас он воспитывал, где-то даже жестко, а вот с внуками только играет, предоставляя вопросы воспитания родителям. Так что если именно это – основополагающая причина, то ты в пролете.

– Да? – замерев с наполовину надетыми брюками, вопросительно посмотрел на подругу Сергей.

– Точно тебе говорю.

– Ну тогда придется взвалить это на себя. У меня когда-то неплохо получалось.

– А спросить девушку? Вдруг она не согласна.

– Что же я, дурак, что ли, спрашивать такое на голодный желудок?

– Хм. А ты ничего не напутал? Вообще-то это путь к сердцу мужчины лежит через его желудок.

– Ты говоришь в общем, а я рассматриваю частный случай. То есть конкретно тебя.

– То есть меня можно подкупить вкусной едой.

– Однозначно.

– Ладно. Тогда подкупай.

Сергей чмокнул ее в щеку и, наконец оторвавшись от кровати, направился на кухню. Не сказать что он постоянно готовил, скорее уж под настроение, но именно оно-то сейчас у него и было соответствующим.

Пока Ирина приводила себя в порядок, Сергей успел сообразить завтрак. Причем не какие-то там гренки с маслом, а нормальный полноценный завтрак. Разве только слегка тяжеловесный. Ну да чего переживать по поводу пары-тройки лишних килограммов, когда регенерационная капсула все эти вопросы решает с легкостью и непринужденностью.

Такого же мнения придерживалась и Ирина, с детской непосредственностью пристроившаяся за столом. Вот только она не стала хвататься за ложку и стучать ею, требуя еды. Вместо этого она подала голосовую команду телевизору на включение. Висевшая на стене панель тут же засветилась, и просторная кухня наполнилась музыкой.

– Смотришь ящик? – удивленно вздернул бровь Сергей.

– А что еще делать одинокой девушке? – игриво огрызнулась она.

– Ну теперь-то ты не одинока.

– Не факт, – хитро прищурившись, ответила Ирина. – Все будет зависеть от того, не разучился ли ты готовить. А ну как не проложишь тропинку к моему сердцу.

– Ну уж нет. Теперь не отвертишься, – ставя перед ней тарелку с завтраком, возразил Сергей. – Не получится через желудок, пойду другим путем.

– Это каким же?

– А как там гласит не менее известная поговорка? Женщина любит ушами. Вот так и пойду.

– Будешь стихи читать? – слегка поерзав и явственно показывая свое нетерпение, спросила девушка.

– Больно надо, – с важным видом возразил Сергей. – Лапшу буду вешать.

Ирина потерлась щекой о свое плечо и бросила на отвернувшегося к плите Сергея взгляд, полный нежности. Все же они – клинические идиоты, если умудрились потерять столько времени. Нет, не так. Идиотка она. Потому что несмотря ни на какие подготовки и жизненный опыт поддалась эмоциям, словно какой-то подросток, и сделала все, чтобы отдалиться от Сергея. И это вместо того, чтобы, как взрослый человек, просто сесть и поговорить.

Эти мысли пронеслись у нее в голове буквально за секунду. В следующую она томно вздохнула, как человек, не испытывающий ничего, кроме удовольствия. Потом скользнула взглядом по экрану телевизора. Какое-то шоу.

– ТВ, канал новостей, – приказала она.

– …Император счел неприемлемым подобное поведение Багрийской империи и выдвинул ультиматум. В частности, он заявил: «Если багрийцы не внемлют голосу разума и все же решат аннексировать независимую систему Алуана подобно тому, как это было в свое время с системой Иутейя, Ирианская империя будет отстаивать право отсталых народов на самоопределение всеми имеющимися силами…».

Сергей едва не выронил тарелку с завтраком. Ирина, растерянно моргая, переводила взгляд с Сергея на панель телевизора и обратно, словно всем своим видом хотела дать понять, что она не виновата. И в то же время в ее глазах стоял испуг. Впрочем, Пошнагов выглядел не менее испуганным. Вернее, они оба были не столько напуганы, сколько взволнованны.

Так уж вышло, что, не сговариваясь, они оба тут же подумали о наихудшем сценарии. А именно о том, что кто-то обнаружил Землю и теперь из-за нее начнется свара. Несмотря на удаленность Солнечной системы, это вполне возможно. И дело тут вовсе не в политической линии, проводимой Ирианской империей.

Император и его правительство не столь наивны, чтобы очертя голову бросаться защищать любую планету, населенную отсталыми народами. Еще чего не хватало. Багрийцы, основные противники ирианцев, – это далеко не подарок, и они имеют серьезный флот. Так что если минусы перевесят плюсы, то ирианцы ограничатся публичным оглашением своей принципиальной позиции. Да и то лишь в том случае, если факт обнаружения планеты, откуда рабовладельцы качают людские ресурсы, станет достоянием общественности.

К примеру, Алаянка имела слишком неудобное расположение для багрийцев и, наоборот, находилась в сфере интересов ирианцев. Будь расклад иным, и сегодня эта планета превратилась бы в поставщика живого товара. В основе любой войны, даже если она происходит в масштабах галактики, всегда лежит экономика. Рассуждения же о чести, справедливости и свободе – это всего лишь антураж, не более.

Так вот, несмотря на удаленность системы Алуана, ирианцы были готовы схватиться за нее с багрийцами, а значит, у них был какой-то интерес. Как, к примеру, в случае с Землей, где все дело было не в отстаивании независимости планеты, а в ее непосредственной близости к Океании. Начав осваивать Солнечную систему, багрийцы очень скоро обнаружат и Океанию. А там, имея под боком базу, можно будет разработать и провести операцию по захвату. Разумеется, не сразу и не нахрапом, но времени в этом случае у них будет более чем достаточно. К тому же непременно появятся контрабандисты, теперь уже настоящие, и ресурсы планеты начнут разграбляться абсолютно бесконтрольно.

Выключив телевизор, они поспешили вооружиться своими искинами. Ирина тут же углубилась в Сеть. Сергей вызвал голографическую звездную карту галактики. Она представляла собой эдакую спираль, светящуюся сотнями тысяч точек. Их цвета различались в зависимости от принадлежности. Основная масса светилась безжизненными белыми искрами, подобно белым пятнам на земных картах. Так обозначались еще не изученные звездные системы. Другие были расцвечены в желтый. Это звезды, до которых добрались исследователи, но о них имелись только общие сведения. Зеленым помечены картографированные системы. Эти являются тем самым фронтиром и расположены по периметру светящихся синим цветом внутренних систем.

Пошнагов сделал запрос на поиск системы Алуана. Вообще-то звезд слишком уж много, чтобы каждой давать названия. У подавляющего большинства из них имеется только идентификационный номер. Правда, это не относится к исследованным системам. Как только до системы добирались первопроходцы, то тут же давали ей название, хотя закреплялось оно за ней только после полномасштабного картографирования.

Однако система могла сразу же получить имя, если оказывалось, что в нее входит планета, населенная разумными. Сергей до сих пор не понимал, отчего во внутренних системах придерживаются именно такой терминологии. Ведь куда логичнее было бы говорить: «Населена людьми». Ну не нашли пока еще других разумных. Люди с разных планет, несмотря на некоторое отличие в ДНК, даже могли завести общих детей.

И все же мысли о том, что он может не найти данную звезду по названию, Сергей даже не допускал. Картографирована она или нет, не имело никакого значения. Коль скоро вокруг нее поднялась волна, способная ввергнуть две империи в горнило войны, то это название должно быть на слуху. Да что там на слуху. Едва Сергей произнес слова запроса, как уже светящаяся красным точка начала пульсировать, указывая, где именно находится искомый объект.

Между тем Ирина быстро пробежалась по ссылкам и, облегченно вздохнув, откинулась на спинку стула. Разумеется, она понятия не имела, какие координаты у Земли, пока что ее еще никто не вводил в курс дела. Но ей хватило одного-единственного взгляда для того, чтобы понять: фотография голубого шарика не имеет никакого отношения к их родной планете. Уж с чем с чем, а с глобусом она была знакома с самого детства и эта планета абсолютно не похожа на Землю.

– Это в одной стороне? – подняв взгляд на Сергея, поинтересовалась она.

– Ну как сказать, если с эдакой загогулиной, то-о-о… Во всяком случае, оттуда до Земли ближе, чем с Клайпа. Вот, сама посмотри.

– Ну слава богу. Это далеко в стороне.

– Это точно. Пока Земле ничего не угрожает. А вот насчет войны, пожалуй, не просто треп. Посмотри на положение Алуаны. Не повезло ее обитателям. Система находится в сфере интересов ирианцев и достаточно удобно расположена для того, чтобы багрийцы могли отстаивать свой рынок рабов.

– Да, ты прав. Рубка будет знатная. Как бы не появилась еще одна станция мусорщиков.

– Однозначно появится. Риторика уж больно воинственная, – уверенно заявил Сергей.

– Риторика – это да, воинственная. Ну да хотят ломать друг другу кости, пусть ломают. Радует, что это в стороне от облюбованной нами для станции системы, а значит, и нашим планам помешать не сможет.

В этот момент Алексей сообщил о вызове, и Сергей невольно смутился. Ну а как тут не смутиться, если вызов поступил от Алайи. У них ведь с Ириной только-только начало налаживаться, причем с далеко идущими планами, без этого детского лепета с дружбой, что был на Океании, и уж тем более без тех недосказанностей и обид, имевших место в последние годы. К тому же Ирина склонна принимать скоропалительные решения под влиянием эмоций. А тут – его бывшая любовница, да еще и мать его ребенка. Даже если Роговцева ничего не знала о ребенке, о любовной связи Сергея с ирианкой на Океании она была прекрасно осведомлена.

– Я слушаю вас, госпожа Алайя, – отводя взгляд в сторону от Ирины, ответил он на вызов.

– Сергей, нам необходимо срочно встретиться.

– Мне казалось, что мы уже выяснили все вопросы. Или я в чем-то ошибаюсь?

– В общем и целом – да, но у нас осталась одна недоговоренность, которую необходимо устранить.

– Надеюсь, это будет наша последняя встреча.

– Опять намекаешь на твое желание сойтись с этой серой мышкой?

– Да я не намекаю, а прямо говорю.

– Хорошо. Обещаю, что больше тебя не побеспокою. Как быстро ты сможешь добраться ко мне в офис?

– А другое место не рассматривается?

– У меня много работы, так что днем – только в офисе. Вечером можно и в другом месте. У меня на яхте.

– Я буду максимум через два с половиной часа, – тут же поспешил заверить Сергей.

– Жду.

Оно, конечно, яхта на орбите куда более предпочтительна. Там он был бы уже через час. В ее же клинику добираться придется планетным транспортом, а это займет никак не меньше двух часов. Но на яхте она будет только вечером, а на это время у него в планах другая девушка. И вообще, мало ли какую каверзу учинит Алайя, так, просто из вредности и желания что-то доказать самой себе. А Сергей очень даже не железный и не может поручиться, что ему в очередной раз удастся противостоять ее чарам.

– И чего от тебя хочет твоя любовница? – одарив Пошнагова подозрительным взглядом, поинтересовалась Ирина.

– Прекращай. Когда это было, – со всем возможным безразличием отмахнулся Сергей.

– Насколько следует из светской хроники, не так чтобы и давно, – упрямо гнула свое Ирина.

– Из той же хроники следует, что мы расстались.

– Но все же были близки? – вперив в него строгий взгляд, уточнила Ирина.

– Не было ничего, – тряхнув головой, твердо заверил он.

Вот нашинкуйте его в мелкий винегрет, но правду он говорить не собирается. Да он будет последним идиотом, если расскажет об этом. И уж тем более если сболтнет ей о ребенке. Нет, обманывать ее он не собирается. С этого момента – ни-ни. Но о прошлом лучше помолчать.

– А как же светская хроника? – с нескрываемым сомнением продолжала давить Ирина. – Знаешь, как говорят – нет дыма без огня.

– Конечно нет. Только в нашем случае роль огня выполнил связавший нас секрет. Тут и координаты Земли, и поставки коки. Кстати, ты в курсе, что все началось с твоего пакетика кокаина?

– В курсе. Мне Яшин рассказал.

– Ну чего ты так на меня смотришь? Нужна же нам была легенда для поддержания отношений. Лучше уж так, чем деловые связи.

– Сергей, я очень надеюсь, что ты мне не врешь, – покачав головой и внимательно глядя на него, строго произнесла Ирина.

– Брось. Я что, сам себе враг.

– А ее сын?

Н-да-а-а, крепко же госпожа Алайя засела у Ирины в голове, если она успела даже это откопать. Конечно, в этом нет никакого секрета. Достаточно войти в Сеть – и найдешь множество ссылок по этому поводу. Светские львицы вроде госпожи Алайи по определению не могут оставаться в тени, и их личная жизнь рано или поздно становится достоянием общественности.

– Ирина, ну решила старушка завести ребенка, и данное обстоятельство совпало с нашими деловыми взаимоотношениями. Ну при чем тут я? Все, мне это уже начинает надоедать. Я не собираюсь больше оправдываться. Алайя – моя любовница, ее сын – это мой сын, и сейчас я отправляюсь на свидание. Все? Мне можно больше не возвращаться? – не выдержав, выдал Сергей.

Вот так. И пусть только попробует кто-нибудь сказать, что он все время врет. Только что он выдал практически всю правду, разве только насчет свидания… А в остальном – чистая правда. И не его вина, что ему не поверили. А ему не поверили.

– Забыл сознаться в том, что Ленина тоже ты убил, – с явным облегчением произнесла девушка. – Проехали. Извини, больше не буду. А на вечер у меня на тебя имеются планы. Ты как, временем располагаешь?

– Вообще-то мы вернулись после месячного отсутствия. По заведенной традиции, у нас трое суток полноценного отдыха. Подготовкой нового выхода занимается Ралин. Так что до пятницы я совершенно свободен, – довольный тем, что удалось решить довольно скользкий вопрос, и неумело подражая Пятачку, ответил он.

– Тогда завтракай, беги к своей Алайе, и мухой обратно.

– Может, и ты со мной?

– Сводить вместе свою бывшую и настоящую – моветон, Сережа. Так что давай сам закрывай свои вопросы.

Добраться до клиники не составило труда. Всего-то надо было арендовать флаер да просидеть в довольно удобном салоне пару часов. Даже управлять аппаратом не нужно, автопилот довел прямиком до стоянки перед новенькой, с иголочки, клиникой.

Как и ожидалось, о его прибытии Алайя предупредила службу безопасности, и Сергей легко попал на территорию клиники с гостевым допуском. То есть с очень ограниченными правами перемещения. Впрочем, он и не заморачивался по данному поводу. Узнав, что госпожа примет его в рабочем кабинете, он направился прямиком туда. А вот уже в приемной пришлось обождать – владелица клиники в настоящий момент находилась в исследовательской лаборатории.

– Извини, работа. Ты же сам отказался встретиться вечером, – уединившись с ним в кабинете, произнесла Алайя.

– Нормально все. Тем более ждать пришлось всего-то полчаса. Я за это время успел выдуть пару чашек великолепного сагнолла. Твой секретарь отлично его готовит.

– Я знаю.

– Просто хотел сделать комплимент, – пожав плечами, произнес Сергей.

– Ты слышал последние новости?

– Ты о возможном алуанском конфликте?

– Какой, в бездну, возможный! Наш император не привык попусту молоть языком. Да и багрийский не из тех, кто тут же подожмет хвост. Хорошо, если война не приобретет галактические масштабы.

– Даже так?

– Я в этом уверена. Но меня интересует другое…

Сергей оборвал ее жестом, поведя вокруг себя и намекая на то, что лучше бы лишний раз не распространяться по этому поводу. Тем более коль скоро империя находится в преддверии войны, то все спецслужбы наверняка сейчас активизируются.

– Здесь абсолютно безопасно, – отмахнулась Алайя.

– Ни за что поручиться нельзя, – удовлетворенно кивнув головой, начал отвечать Сергей. – Даже императоры не знают, какими путями будут следовать их эскадры. Но свара не из-за Земли. Ты ведь можешь установить координаты по имеющимся у тебя сведениям.

– Я предпочла до поры упрятать кристалл с данными так далеко, что и сама не вдруг до него дотянусь. А там, глядишь, и передумаю, или обстановка изменится настолько, что надобность в этом отпадет.

– Что же, вполне разумно.

– Значит, война не может помешать нашим планам?

– В принципе нет.

– Тогда пора приступать. Так уж совпало, что я определилась с ресурсом.

– И что это будет?

– Это не то вещество, которое ты называешь кокаин, а другое. Оно содержится в листьях примерно в равной доле. В общем-то все образцы листьев по качеству сопоставимы, но мой начальник СБ все же предлагает отойти от получения нужного соединения здесь и передать его производство в твои руки. Потянешь?

– Все зависит от сложности процесса.

– Ничего сложного. Вот на этом кристалле записан весь процесс производства. Линию по переработке можно установить на любом корабле.

– Зачем же корабль. Коль скоро в дело вмешалось государство, на Земле уже должна быть подготовлена лаборатория. Так что там только ждут отмашки. Надеюсь, выделить чистый продукт им будет под силу.

– Нечто подобное я и предположила. Информация на кристалле записана в двух вариациях – внутрисистемной и земной. Опять же чистый продукт не будет прямо указывать на твою планету.

– Ну на Землю может указать столько разных составляющих, что мне, признаться, и думать об этом не хочется. Я тебя понял, – подбрасывая в руке кристалл и пряча его в карман, заверил Сергей. – Это все?

– Мне остается добавить только то, что я готова к приему любого количества ресурса. Уже через месяц у меня будет налажена линия для производства нового препарата.

– Тогда не вижу смысла здесь задерживаться. Если позволите, госпожа Алайя, я откланяюсь.

– Прощай. И передавай привет своей мышке.

– Кхм. Если позволите, я все же воздержусь от этого. Она, знаете ли, стала настолько несдержанной в последнее время, что даже умудрилась в одиночку захватить пиратский крейсер.

– Ого. Действительно решительная особа, – с искренним удивлением и уважением, но вместе с тем и с легкой иронией произнесла Алайя.

Что же, Ирина вполне это заслужила. Захват пиратского корабля – событие далеко не рядовое. Правда, пока Сеть об этом молчит, но, как только закончится расследование обстоятельств боя, результаты не замедлят опубликовать. Кстати, как и передать ей права на крейсер, являющийся ее законным трофеем.

Обратный путь ему показался очень долгим. Нет, если конкретно по хронометру, то он управился даже быстрее. Но кто смотрит на хронометр, когда хочет как можно быстрее добраться до какой-то точки. И уж тем более когда тебя ждет девушка, а сам ты, без дураков, уподобился подростку, переживающему гормональный взрыв.

Зря торопился. Едва добравшись до Талантая, Сергей поспешил связаться с Ириной и получил короткий ответ: «Освобожусь через два часа. Жди». Ну и чего, спрашивается, летел? Нет, лететь, конечно, все равно пришлось бы, но если бы догадался позвонить еще из клиники, то не так переживал бы по поводу тянущегося в пути времени.

Как ни странно, но Ирина оказалась… самой обычной женщиной. В смысле если раньше по ней можно было сверять часы, а собиралась она вообще на ускоренной перемотке, то сегодня она безбожно опоздала. Пардон, слегка задержалась. Всего-то на час.

Признаться, Сергей уже даже начал сердиться. Согласно распоряжению Ирины, он уже был в ресторане, где они сидели в прошлый раз, и успел выдуть несколько чашек сагнолла. Хорошо хоть переборол желание сделать заказ, чтобы порадовать девушку своевременно поданным обедом, иначе бы все давно остыло.

Но когда он увидел ее, то сразу же позабыл о собственном недовольстве, а от раздражительности не осталось и следа. Нет, Ирина все же однозначно устала быть сильной, независимой и самостоятельной. В ней с каждым разом все ощутимее и явственнее просыпалась женщина. Легкое платье, прическа, макияж… Все это произвело на Сергея такое впечатление, что он невольно даже поднялся, встречая ее, и нервно сглотнул, стараясь охватить взглядом всю девушку сразу, отдельные части ее соблазнительного тела и лицо одновременно.

– Стоп! – Ирина остановилась перед столиком, выставив перед собой руку в предупреждающем жесте, вероятно уловив что-то такое в настроении Пошнагова. – Сергей, если ты сейчас это сделаешь, я тебя прибью. Шесть часов издевательств. Да мне во время маршбросков было куда легче. Вот попробуй только все это смять.

– Ты просто красавица, – не отводя от нее взгляда, а вернее, не переставая обегать им ее всю, от легких туфелек до воздушной прически, восхищенно произнес он.

– Спасибо, – смутившись и покрывшись легким румянцем, поблагодарила она, решив для себя, что шесть часов за подобный взгляд – это сущие мелочи.

Глава 12. Земля. Дубль два.

– Доброе утро. – Ирина одарила улыбкой вошедшего на кухню Сергея и вновь обернулась к плите.

– Ого. И чем ты меня будешь потчевать? – потянув воздух носом, поинтересовался он. – Что-то очень знакомое.

– Сегодня у нас пельмени, – не оборачиваясь и подпустив в голос важности, доложила Ирина.

– Оп-па. Не знал, что тут лепят пельмени. Нет, в смысле наши земляки, конечно… Но чтобы продавали полуфабрикаты… Где надыбала?

– Смеешься? – поинтересовалась Ирина, отвлекаясь от кастрюли, содержимое которой время от времени помешивала, чтобы пельмени не слиплись.

– Нет, – с самым честным видом возразил Сергей.

– Да я специально вскочила ни свет ни заря, чтобы их налепить, а он…

– Все, каюсь, прости дурака, – выставив перед собой руки в примирительном жесте, оборвал он ее возмущение. – И что, вот так, все ручками? – подпустив восхищения, чтобы реабилитироваться, поинтересовался он.

– Скажешь тоже. Мне уже давно под заказ сделали пельменницу. Ничего ведь сложного.

– Действительно ничего.

– Готово. Присаживайся.

Пельмени… Как давно он их не ел! Правда, он было пожалел об отсутствии земного черного молотого перца, но, как оказалось, если смешать несколько видов алаянкских специй… Словом, земной перец сразу же проигрывал по всем позициям, а вкусовые качества пельменей выходили на абсолютно новый уровень.

– Ну как?

– Об-бал-лдеть, – раздельно и с явным удовольствием ответил Сергей. – Сама составила рецептуру специй?

– Нет. Я, конечно, умею готовить, но до настоящего повара мне далеко. Это Яшин подглядел у кого-то из землян. Он же с нашими куда плотнее общается.

– Ясно, – с явным удовольствием отправляя в рот очередную пельмешку, констатировал Сергей.

– Сереж, я с тобой поговорить хотела, – вдруг став серьезной, произнесла она.

– Хотела, тогда говори, чего тянуть кота за подробности.

– Я о нас поговорить хотела.

– Что-то мне не нравится начало, – прекращая есть, произнес Сергей. – Что опять случилось?

– Да в общем-то ничего. Просто… Понимаешь, сейчас… Ну вроде как сейчас пока не лучший вариант обзаводиться полноценной семьей. Ты только пойми меня правильно. Во время выполнения задания я потеряла своих товарищей, и причиной невольно послужил ты. И теперь, когда в нас есть большая потребность, мы вдруг начнем вить семейное гнездышко…

– А между тем у нас есть неоплаченные долги. Так?

– Так. Не знаю, как ты, но я со своим чувством вины ничего поделать не смогу.

– Ну и к чему тогда было мириться, если ты хочешь расстаться? Не надоело еще делать глупости?

– Но я не хочу с тобой расставаться, – тут же встрепенулась Ирина.

– Все, я запутался, – тряхнув головой, подытожил Сергей.

– Просто я знаю, что для тебя значит семья. Я и сама хочу этого, но это будет предательством. Словом, жить мы конечно же вместе будем. Но… В общем, я хотела тебя попросить… Давай повременим с детьми, – потупившись, закончила она.

– Фу-у-ух. Ириша, ну тебя к лешему. – Сергей даже махнул рукой, потом вооружился вилкой и, макнув очередную пельмешку в белый соус, отправил ее в рот.

– То есть?

– То есть я и сам хотел с тобой поговорить на эту тему. В общем, я с тобой согласен. Сейчас каждый специалист на счету, и такое положение дел продлится еще минимум пять лет. Если не больше. Но через пять лет я никакие отговорки не приму.

– А если и тогда будет ощущаться кадровый голод?

– Еще как будет, – легко согласился Сергей, – но этот голод вообще никогда не проходит, а семья без детей – это и не семья вовсе. Нет, если… Словом, определяйся, если мы любовники – это одно, если муж и жена – другое.

– Сергей, мы семья, а через пять лет станем настоящей семьей.

– Через шесть, – ткнув в ее сторону вилкой, поправил Сергей, – но тогда уж без вариантов.

– Согласна.

– Тогда давай заканчивать с завтраком, и пора двигать на верфь, Типпан должен был загнать в док твоего «Новика».

Компания наконец закончила разбирательство по факту произошедшего столкновения во время экспедиции. Ирину несколько удивило решение следственной комиссии, пришедшей к выводу, что ничьей вины в произошедшем нет.

Вообще-то так не бывает, виновные есть всегда и в данной конкретной ситуации – в том числе. Лично Ирина спросила бы по всей строгости с начальника экспедиции, она же капитан. Пусть пираты смогли завладеть искином исследовательского бота и всеми кодами, но ведь невозможно спутать очертания и размеры сигнатуры исследовательского и десантного ботов. И именно этим должна была озаботиться госпожа Райлута, а не ломать голову над тем, как бы затащить в койку Роговцеву.

Впрочем, свои сомнения Ирина нигде не стала озвучивать. Во-первых, она больше не собиралась отправляться в экспедиции с подобной компанией. Во-вторых, ее интересовал в первую очередь ее приз, и коль скоро никто на него не посягал… Да варитесь вы в своем котле как вам будет угодно! Главное, что никто не решился отжать у нее крейсер. Как, впрочем, не стал настаивать на своей доле вознаграждения. Вообще-то это было бы несусветной наглостью.

– Слушай, я все хотел спросить, а почему не «Варяг» или, на худой конец, «Валькирия»? – вдруг вскинулся Сергей.

– Потому что в этом названии, как и в твоей «Щуке», есть смысл, – просто ответила Ирина.

– Ну это я уже понял, преемственность и тому подобное.

– Нет. Не совсем то. В старину так называли новобранцев в княжеских дружинах. Ну и он у нас вроде как новобранец. Все же первый боевой корабль флота землян.

– А почему тогда не «Орел»? По-моему, именно так назывался первый русский боевой корабль.

– Я не поняла, тебе не нравится название «Новик»?

– Нравится, – пожав плечами, ответил Сергей и отправил в рот последнюю пельмешку. – И вообще, твой трофей, как хочешь, так и называй.

– Вот я и назвала.

После целого месяца разбирательств корпорация наконец определилась с принадлежностью крейсера и вынесла решение в пользу Ирины. Кстати, они с Сергеем буквально вчера перегнали его на Клайп, потеряв двое суток из трех, отведенных на отдых. Конечно, они сами себе голова и могут надбавить себе время для отдыха, коль скоро пришлось побегать по делам. Но решили не расслабляться. Эдак раз дашь себе слабину, второй, а потом не заметишь, как превратишься в махрового лодыря.

Крейсер решили определить на верфь к Типпану, с которым у Сергея уже сложились довольно теплые отношения. Ну еще бы им не сложиться, если один из них получал возможность извлечь солидную прибыль, а второй – качественную работу по переоснащению судна.

Однако самим им отправиться на верфь было не суждено. Вернее, не на верфь, а в космопорт, где находился катер с «Кашалота». Буквально сразу после окончания завтрака с ними связался Яшин и предложил подбросить их до катера. Разумеется, им не трудно было понять, что ему необходимо переговорить. Правда, оставалось непонятным, о чем. По поводу переоснащения «Новика»? Так ведь вроде он отдал этот вопрос им на откуп. Что в общем-то и понятно, он в этом разбирался куда как хуже, чем в биржевых операциях.

Оно бы сразу спросить, но приходилось придерживаться элементарной осторожности. Здесь и без того слежка ведется чуть не за каждым гражданином империи, несмотря на декларируемую свободу. А в преддверии возможного конфликта имперская СБ наверняка усилит меры предосторожности и контроля. Так что в Сети лишний раз лучше не отсвечивать.

– Надеюсь, особой спешки нет? – когда Сергей и Ирина оказались в салоне его флаера, поинтересовался Яшин.

– Да спешить в общем-то некуда. Я связался с Типпаном, даже если мы задержимся на пару часов, то ничего страшного не случится, – ответил Сергей.

– Столько не понадобится. Просто поедем кружным путем, а по дороге переговорим.

– Ну тогда начинай, – предложила Ирина, подавшись вперед и облокачиваясь на спинку переднего пассажирского сиденья, занятого Сергеем.

– Первый вопрос не совсем корректный. Ребята, у вас какие планы?

– В смысле? – не понял Сергей.

– В смысле личные планы на ближайшие годы.

– Ириш, ты что, сначала с этим сатрапом разговаривала? – тут же возмутился Сергей.

– Нет. Но подозреваю, что вопрос неспроста, – покачав головой, возразила девушка.

– Это не ответ, – ставя флаер на автопилот и усаживаясь вполоборота, произнес Яшин.

– Знаешь, Ириша, а ведь у гражданина начальника вопрос нешутейный. Ладно, отвечу. Жить планируем вместе, и космос бороздить – тоже. Детей пока не планируем. Но чтобы ты не раскатывал губу, поясняю сразу: пять лет мы служим на благо родины без дураков, а дальше… Ну со мной еще будем смотреть, а вот Ирина… Семья без детей – это не семья, а одно сплошное недоразумение.

– Согласен. Но нам и пяти лет за глаза, – тут же оживился Яшин, как видно, ожидавший куда худших новостей.

– А поподробнее? – устремив на резидента внимательный взгляд, поинтересовалась Ирина.

– Ну а для чего же я вас тут катаю? Диспозиция следующая. Ровно месяц ирианские и багрийские политики упражнялись в словоблудии и взаимных обвинениях. Флоты обоих империй демонстративно проводили учения. Пятая колонна отрабатывала свое жалованье. Блогеры заливались соловьями, насилуя Сеть.

– Допустим, насчет истерии с обеих сторон – это мы и так предполагали. Да и началось все еще перед нашим отбытием за рудой. Как показывает опыт, такое может продлиться ну очень долго, год, а то и больше. Или есть что-то, чего мы не знаем?

– Есть, Сергей, – кивнул Яшин, словно желая придать весомости своим словам. – Вчера в Багрийской империи началась выдача капперских патентов. Ирианский император сегодня также объявил о подобном шаге. А это значит, что все может случиться уже месяца через три, а то и раньше. Если бы вы почаще смотрели новости, то были бы в курсе.

– И каким боком это к нам? – удивилась Ирина. – Насколько я помню, нас это не касается, мы рубим руду, играем на бирже и понемногу наращиваем мышцы нашей рудодобывающей корпорации. Единственно, до окончания конфликта мы не строим других планов.

А другие планы у них имелись. В частности, преобразование рудодобывающей корпорации в металлургическую. Все же торговать чистыми металлами куда выгоднее, чем концентратами руд. Вся их деятельность была ориентирована на получение прибыли. Корабли, космические станции, даже малые, на которые они собирались сейчас делать ставку, снаряжение, оборудование, обеспечение учебного процесса и многое другое – все это требовало ой каких серьезных финансовых вливаний. А если вспомнить, что апофеозом всего этого должно было стать рождение военного космического флота Земли, то вообще становилось весело.

Но реорганизацию корпорации пришлось отложить. Одно дело – когда в систему заходит несколько кораблей, причем неплохо вооруженных, способных дать отпор и при этом мобильных. И совсем другое, когда в неосвоенном космосе появляется станция с развитой инфраструктурой.

Да это же лакомая добыча для любого соединения военных кораблей, причем без разницы, ирианцев или багрийцев. Военные не упустят случая поживиться. И это будет воспринято вполне нормально. Ведь это неосвоенный космос, а между двумя весомыми игроками на политическом олимпе идет кровавая свара. Если в мирное время для военных действовали какие-то ограничения и даже в неосвоенном космосе они вели себя пристойно, то с началом боевых действий все кардинально менялось.

– К нам это относится самым непосредственным образом, – ответил Яшин. – У Ирины есть крейсер. Пусть он только второго поколения, но это крейсер. Даже если его дооснастить до стандарта, из него получится вполне достойный рейдер. А если поднять характеристики до третьего поколения, то получится уже вполне серьезная боевая единица, способная потягаться даже с эсминцем четвертого поколения. При наличии же каперского патента подобное вполне возможно провернуть не на верфях фронтира с его отсталой материально-технической базой, а прямо здесь, на Клайпе. Причем по вполне божеским расценкам и действительно на должном уровне.

– Послушай, Ильич, я, конечно, понимаю, что это выгодное вложение. Только один захваченный крупный грузовик с лихвой перекроет месячную добычу руды «Кашалотом». Но ведь и риск в разы выше. Каперу – прямая дорога на торговые маршруты, а их будут охранять военные.

– Правильно. И если бы речь шла только о финансовой стороне, я бы не стал на этом настаивать. Но коль скоро вы решили послужить Земле, то, ребятки, извините, но на службе как на службе. Я, конечно, мог бы сказать, что первыми за свою родину всегда рискуют лучшие. Но не стану этого делать, потому что вы это и без того знаете.

– И как же ты подвигнешь нас на этот подвиг?

– А просто, Сергей. Эта война – уникальная возможность для нас вполне легально начать создавать земной флот. С одной стороны, мы получим легальный доступ к вполне современным военным разработкам. С другой – получаем кадры с реальным боевым опытом. Согласитесь, это дорогого стоит. Но и это еще не все. Самое главное то, что благодаря этой войне мы сможем создать военное соединение, которое позволит и дальше совершенствовать навыки личного состава.

– Намекаешь на создание соединения наемников?

– Не намекаю, Сергей, а говорю прямо.

Не сказать что Пошнагов был в восторге от того, что ему придется рисковать своей головой. Еще меньше ему нравилось то, что это предстоит еще и Ирине. Но Яшин прав. Если ты патриот, а не пустозвон, то должен понимать, что кроме прав у тебя не меньше, а подчас и больше обязанностей. И одна из них – защита Отечества. Да, Земля слишком далеко от этой войны, и она ее не касается никаким боком. Но именно здесь предстоит начать ковать тот самый меч, который потом встанет на страже родной планеты.

Сергей посмотрел в глаза Игорю Ильичу, пытаясь понять, о чем тот сейчас думает. Хм. С таким же успехом можно пытаться вычислить, о чем думает камень. Нет, Яшин сейчас выглядит очень даже живым, вот только с талантами Пошнагова его никак не просчитать.

– Знаешь, Игорек, а ведь меня однажды уже брали на такую лабуду, типа вперед, за родину. Вот только потом сами же политики нас и сдавали.

– Знаю, Сергей.

– Не хотелось бы, чтобы это повторилось.

– В том-то и дело, что если придется, то повторится, – не стал кривить душой Яшин. – Никто не придет к вам на помощь. Даже если я буду знать, что могу помочь, скорее всего, открещусь от вас. Потому что ставки здесь совершенно другие. А еще потому, что в этой игре грязь повсюду, и остаться чистеньким не получится.

– Вот и договорились. Значит, будем оснащать «Новик» по возможному максимуму.

– То есть после всего этого ты вот так просто согласился? – вздернул бровь резидент.

– Если бы ты начал меня уверять, что ты в лепешку расшибешься, запел бы песню о том, что мы своих не бросаем, вот тогда бы да, я бы тебя послал далеко и надолго. А так… Ну нет у тебя сейчас никого лучше нас с Ириной, а дело делать надо. Ириш, как там говорили у вас в ГРУ? Если не мы, то никто?

– Точно, – улыбнувшись, подтвердила девушка.

– Не, у десантуры все же круче. Никто, кроме нас. Не звучит, а звенит, как сталь, – тряхнув кулаком, высказал свое мнение Сергей.

– Это все замечательно, но кроме уже сказанного… В общем, в лаборатории Алайи разработали один коктейль. Для нее это – сфера безопасности ее бизнеса, для нас – нашего дела. В общем, каждому из вас введут этот коктейль.

– Хитрая штучка? – внимательно посмотрев в глаза Яшина, поинтересовалась Роговцева.

– Очень. Если будут пытать, то боль вам придется терпеть самим, коктейль от этого не поможет. А вот если вас захотят поспрашивать под воздействием какой-нибудь сыворотки… В общем, анафилактический шок, в лучшем случае – труп, в худшем – слюнявый идиот.

– Весело, – не удержался Сергей, но потом махнул рукой. – Ну да глупо было бы без такой подстраховки. Гарантия-то хоть есть? А то препараты разные бывают. Я вон один использовал, так тот без труда языки развязывал.

– Алайя гарантирует. А у нее тут прямая заинтересованность.

– Это точно. Ну так, значит, так. Что там с деньгами, Ильич? – закрыв неприятную тему, Сергей перевел разговор в другое русло.

– С деньгами паршиво. Связывайся с Типпаном, извиняйся и выводи «Новик» к причальной стенке.

– Обидится, – предположил Сергей.

– Не обидится. Потеряет сейчас, зато через пару месяцев ему такой куш обломится, что только руки потирать будет. В сравнении с сегодняшней смета вырастет раза в два. Пусть готовится к производству работ и подыскивает все необходимое, вплоть до генератора маскировочных полей четвертого поколения. Я уже узнавал, каперам подобный девайс разрешается.

– Если нет денег сейчас, но будут через пару месяцев… – задумчиво произнес Сергей. – Получается…

– Правильно думаешь. Сегодня ночью получил весточку с Триплака. Нашелся генератор. Собирайтесь. Пойдете караваном. «Кашалот» за матку. Старый пассажирский лайнер до Земли как-нибудь дойдет, а дальше и не нужно. Небольшой межсистемно-планетарный грузовик с запасом хода в двадцать световых лет. Пора приступать, а то Алайя меня уже поедом ест, требует поставок ингредиента, а у нас еще и конь не валялся.

– Я ведь предлагал использовать «Кашалот». Во-первых, у его генератора еще есть резерв. Во-вторых, есть генератор третьего поколения с хорошим ресурсом. Мы вполне успешно пользовались последним. Кстати, сейчас бы не было никаких проблем со средствами.

– Сам знаешь, что это опасно. И потом, мало ли по какой причине станция слежения сместится в сторону и ты вместо мертвой зоны окажешься в поле ее видимости. Лучше уж перестраховаться. Да и Алайя в истерике пока не бьется, а сегодня так и вовсе успокою.

– Где соединимся с кораблями каравана? – поинтересовался о насущном Сергей.

– Транспорт будет ждать на Триплаке. Там же ты загрузишься дополнительным оборудованием. Все уже закуплено и находится на складах. Лайнер будет ждать у Фиджи. Заправишься под пробку, и вперед.

– Много народу набралось?

– Пятнадцать человек из тех, кого ты привез в прошлый раз. В основном технари. Ну и двое пилотов, по одному на судно. Так что смотри, вахту там нести будет некому.

– А что с командой на «Новик»? – всполошилась Ирина. – Если так, то нужна абордажная команда, операторы вооружения, инженер, техник, призовая команда. Словом, экипаж крейсера должен будет состоять не менее чем из тридцати человек.

– Я понимаю. Но на местные кадры вам рассчитывать не приходится. Наедешь на отца, пусть товарищ генерал трясет спецподразделения, как грушу. Главное, что там не рохли и с мозгами, остальное уже сами.

– Ладно, я тебя понял, – задумчиво произнес Сергей.

– Ну что, все одно в космопорт или планы изменились?

– Смеешься? Изменились конечно же. Но все равно курс на катер. Буду встречаться с Типпаном, менять один кораблик на другой да прикидывать по переоснащению. Кстати, Ильич, нам потребуются деньги, причем немалые. И отсрочка хотя бы дня три.

– Это еще зачем?

– А сам не сообразишь? «Кашалот», конечно, здоровый, но ты поди размести в нем три десятка человек. Это не пассажирский лайнер. Вон когда в прошлый раз летели, так чуть с ума не сошли от тесноты. Да и система жизнеобеспечения едва-едва управилась, хорошо хоть мы тогда расходников с собой взяли с большим запасом. А тут нужно будет вести плановое обучение. Так что придется кораблик слегка переоборудовать. Опять же три десятка виртуалов где-то нужно разместить, а иначе ни о какой качественной подготовке и мечтать нечего. Не косись, Ильич, потом, если что, переправишь виртуалы на Землю, а сейчас они просто необходимы. Думаю, если потесним грузовой отсек, то места хватит. А ведь нужно будет закупить еще прорву всего. Обучающие и боевые программы. Бронескафандры нужны непременно. Понимаю, что сейчас на четвертое поколение рассчитывать не приходится, но хотя бы второго. Без практики они в этих доспехах будут как пингвины на берегу.

– Ничего так ты тут наговорил, – задумчиво помял подбородок Яшин.

– Нет, мы с Ириной в стороне не останемся. Все, что планировали потратить на «Новик», без проблем вложим в экспедицию. Но при таких раскладах этого на много не хватит. Сама-то перепланировка и модернизация системы жизнеобеспечения обойдется недорого. Да и работы там – наставить легких перегородок, оборудовать каюты, заменить фильтры да установить картриджи большей емкости. А вот все остальное влетит в копеечку.

– Угу. А мне предстоят еще финальные выплаты на верфях. Постройка четырех «Кашалотов» уже вышла на финишную прямую. Ладно. Придется залезть в кубышку. Начну реализацию драгметаллов. Надеюсь, после вашего возвращения наше экономическое положение изменится.

– И не мечтай, – покачал головой Сергей. – Это как снежный ком. Так что нехватка денег будет ощущаться всегда.

– Знаю. Но помечтать-то можно. Значит, говоришь, три дня?

– Я ничего не говорю, – тут же открестился Сергей. – Это скажет Типпан, когда составит смету и представит план работ.

Волнения Сергея оказались напрасными. Владелец верфи вполне нормально воспринял замену крейсера на уже хорошо знакомого ему «Кашалота». Конечно, переделка внутренних отсеков не могла дать ожидаемых барышей, но зато планируемое переоснащение крейсера с лихвой покрывало эти потери и выходило далеко за рамки. Еще бы, на «Новике» ему предстояло заработать вдвое против прежнего. Тут ведь не только работы по модернизации, но еще и накрутка на поставках аппаратуры, агрегатов, узлов и вооружения.

После встречи с Типпаном занялись оформлением каперского патента. Против ожидания, особых трудностей тут не возникло. Нет, по инстанциям побегать конечно же пришлось, не без того, но в общем и целом это заняло всего лишь три часа, причем не таких уж и суетных. Все же ирианцы куда как заинтересованы в том, чтобы на путях вероятного противника наводили шорох не регулярные соединения, а вот такие одиночки.

Императору от этого – сплошная выгода. Во-первых, оснащение этих рейдеров казне ничего не стоит. Во-вторых, они сами будут приносить прибыль. Ну и наконец, в-третьих, нарушение потока грузоперевозок не лучшим образом сказывается на экономическом состоянии вражеской стороны. Плохо было только то, что противник также был готов спустить своих охотничьих псов на ирианцев. Так что тут выиграет тот, кто спустит бо́льшую свору.

На реконструкцию «Кашалота» потребовалось двое суток. Вроде бы и немного, но Сергей буквально взвыл, как только Клайра узнала об авантюре, в которую они с Ириной собирались влезть. Еще бы, тут такая веселуха, и без нее. А она очень даже не против. Опять же чего это Ралина, значит, с собой, а она в сторонке. И сцены этот ангелочек закатывал при любом удобном случае.

– Сергей, да возьми ты ее с собой, – к концу вторых суток предложила Ирина.

– Ну куда ее брать? Это же багрийцы, не забывай. Случись попасть в плен… Господи, как представлю, что лижу кому-то ноги, аж выворачивает. А ведь это не фигура речи, Ириш.

– Понимаю. Но меня-то ты берешь.

– Ну, тебя мне не остановить. И потом, ты навигатор, немного найдется специалистов, подобных тебе, которые бы согласились оказаться на капере. А нам такой специалист ой как будет полезен.

– Вот только ты забываешь, что я все еще не полноценный специалист, у меня с опытом пока слабовато. А вот Клайра – весьма опытный пилот. Не собираешься же ты все тащить на себе? Так что пилот тебе нужен.

– Ничего, подумаю и что-нибудь придумаю.

– Допустим. А как ты собираешься отбиваться от нее, пока мы будем кататься до Земли и обратно? Сейчас-то ты прячешься у меня в квартире и в любой момент можешь прервать связь по Сети. А что ты будешь делать на «Кашалоте»? Определишь ее в криокапсулу, пока мы не доберемся до Земли?

– Земля. Как же я сразу-то не подумал. Ирина, ты просто гений.

– Не объяснишь? – склонив головку набок, искренне удивилась девушка.

– Да чего тут объяснять? Клайра умудрилась влюбиться в какого-то землянина, вроде как русского. Вот на этом и сыграю. Ну и еще на том, что отдам ей в пользование «Кашалота», скажем, шестьдесят на сорок в ее пользу.

– Я бы поостереглась класть в рот этому ангелочку палец. Смотри, руку по локоть отгрызет.

– Ты это к чему? – явно обидевшись за свою подопечную, скосил взгляд Сергей.

– Да нет, пакости я от нее, конечно, не жду. Но мало ли как оно все обернется.

– Ну обернется, тогда и буду кусать локти.

Все сработало как по нотам. Стоило только Сергею заявить Клайре, что если она не прекратит канючить, то он оставит ее на Клайпе, как она тут же пошла на попятный. Разве только взяла с него слово, что он заберет с Земли ее избранника, разумеется, если тот сам этого захочет, и поможет ему легализоваться. Надо ли говорить, что Сергей с радостью на это согласился. Ну и тут же закрепили сделку относительно «Кашалота».

Для Клайры это был выход на новый виток. До этого она получала только жалованье. Весьма солидное для пилота, не без того, но все же, по факту, она была наемным работником. А в предложенном Сергеем варианте она становилась компаньоном. Внесенная ею доля конечно же не соотносилась с долевой стоимостью корабля, который, пожалуй, был самым дорогим в своем классе. Но Сергей настоял на такой договоренности, мотивируя тем, что коль скоро она будет трудиться одна, то ее доля автоматически должна быть больше.

Словом, договорились. Правда, Ирина обратила было внимание Сергея на то, что обычно достаточно щепетильная Клайра отчего-то стала такой покладистой. Но Пошнагов, обрадованный оставшимся позади скользким вопросом, решил, что девушка просто уже привыкла к вывертам с его стороны.

Кстати, Ралин также получал серьезное жалованье в размере ста тысяч. За это время он дважды успел погостить дома. В первый раз он отправился на рождение дочери. Во второй побывал на Алаянке совсем недавно. Сергей не пытал его с пристрастием, но похоже, что в клане Гауп вновь намечается пополнение. А еще клан довольно быстро начал выбиваться из разряда захудалых. Ну что же, вполне ожидаемо, если учесть то простое обстоятельство, что Ралин практически не притрагивался к своему жалованью, переправляя его семье…

Когда они добрались до Триплака, генератор маскировки на малом транспорте с гордым названием «Ушлый» уже установили. Он полностью был готов к путешествию, как говорится, бил копытом землю. Осталось только заполнить отсеки для руды различным грузом, собранным на местных складах, и отбыть на Фиджи, где к ним должен присоединиться последний, третий вымпел.

Это был морально и физически устаревший лайнер с именем «Каприз», небольших размеров, способный с удобствами перевезти полторы сотни пассажиров и восемь человек экипажа. Посудина досталась Яшину, а вернее, его подставному лицу, за сущие копейки. Нет, судно все еще было на ходу и могло прослужить достаточно долго, и уж тем более когда на него установили двигатели с солидным ресурсом. Вот только найти эти двигатели оказалось возможным лишь на вторичном рынке, так как их производство было уже давно прекращено. Та же история и с реактором, и с остальным жизненно важным оборудованием. К тому же лайнер был способен на максимальный прыжок в десять световых лет, имея запас хода всего лишь на четыре полноценных прыжка, а время разгона было вполне сопоставимо с «Кашалотом». Для современного пассажирского судна и при его габаритах «Каприз» был слишком громоздким, медлительным и неэкономичным даже с учетом довольно дешевого топлива…

Вообще-то использовать «Кашалота» в качестве транспорта на земном маршруте – идея не из лучших. Это судно в первую очередь – добывающая баржа, и нацелено оно на извлечение прибыли. Для перевозки грузов куда больше подошел бы грузовой корабль. Но дело в том, что над этим кораблем хорошо поработали, и теперь он мог нести большое количество грузов, достаточный объем горючего для небольшого каравана, а главное – взять на себя роль его конвоя.

Единственный его недостаток – это медлительность. Впрочем, это не так заметно, пока он сопровождает к цели тот же «Каприз», также не отличающийся резвостью. Но ведь ему еще предстоит и обратный путь. Конечно, тут тоже ничего особенно страшного. Месяц в пути пролетит незаметно, ведь на борту будет шумно и суетно. Около трех десятков человек по определению не смогут вести себя тихо. Но для будущих рейсов судно все же нужно менять…

Как ни сомневался Сергей, но переход к Земле прошел гладко и без запинок. Все же маршрут, доставшийся им в наследство от багрийца, был плохо изучен. Конечно, Ирина как навигатор высказала свое авторитетное мнение по этому поводу. Мол, в общем и целом маршрут вполне безопасен, вероятность столкновения с космическими телами недотягивает и до тридцати процентов. А это, между прочим, очень высокий показатель. Это даже Сергей, ни разу не дипломированный навигатор, знает.

Но ведь и выхода другого не было. С одним-единственным генератором четвертого поколения лезть по контрабандистской тропе – верх безумия. А что касается опасности… В конце концов, его никто не заставлял впрягаться в это ярмо. Сам выбрал свою дорожку. И все же он лучше послужит родине на поприще каперства. И на эту стежку больше ни ногой. Во всяком случае, пока ее нормально не картографируют.

Едва оказавшись в заданной точке, сразу же приступили к обустройству. «Капризу» предстояло стать основой первой космической станции землян. С этой целью лайнер планировалось оснастить множеством модулей, что в общем-то не представляло трудностей. Все необходимое хранилось в отсеках «Кашалота».

Буквально через четверо суток ремонтные дроиды под руководством и при непосредственном участии техников смогут смонтировать станцию, пригодную для обитания трехсот человек. Тут нет никакой ошибки. Разве что получившуюся конструкцию нельзя будет назвать полноценной станцией. Нет, в плане обустройства – полный порядок. И искусственная гравитация, и система жизнеобеспечения, и места для проживания, и учебные классы, и места досуга – все это предусмотрено. От небольших космических тел эту конструкцию прикроет силовое поле. Более серьезную опасность помогут выявить система обнаружения и искин самого лайнера, да и корабль сохранит возможность маневрирования. Но на этом – все. Потому что ни брони, ни более или менее серьезного вооружения здесь не предусматривалось. То есть и станция, и люди могли стать легкой добычей любого мало-мальски вооруженного судна.

Это был первый, пусть и комковатый, но столь необходимый блин. И потом, Землю впервые обнаружили несколько сот лет назад. Так что вероятность повторного посещения крайне мала. А уж то, что путь пройдет именно через эту систему, и вовсе стремится к нулю.

Неподалеку, разумеется по космическим меркам, имелось обширное газовое облако, возле которого должна будет обосноваться станция по переработке газа. По сути, это мини-комплекс, но его производительности вполне хватит для полного обеспечения необходимых запасов. Мало того, комплекс будет в состоянии обеспечить топливом термоядерные реакторы на электростанциях.

Роговцев и его отдел, который начал разрастаться еще в прошлое посещение Сергеем Земли, должны были начать проработку легенды для подобных электростанций. Предполагалось выдать их за атомные. Правда, их строительство должно было обойтись на порядок дешевле, просто потому, что сами реакторы куда как надежны. По сути, себестоимость этих станций должна быть копеечной, но так уж откровенно светиться, пожалуй, не стоит. Так что придется строить нечто, привычное землянам и производящее впечатление громоздкой постройки.

Впрочем, эти вопросы Сергея мало касались. Наверняка к реализации этого проекта подключили не дураков, и те сумеют правильно распорядиться полученным. Задача же Сергея проста как мычание. Сначала был обычным извозчиком, теперь будет пусть и необычным, но солдатом. А что дальше, покажет время.

Воспользовавшись своим «адмиральским» положением, Сергей поспешил сбежать на Землю, благо необходимости в его нахождении здесь не было. Он должен был обеспечить доставку основных грузов, охрану и дозаправку кораблей каравана. Остальное его не касалось. Тут имелись ответственные лица.

Нечего тут было делать и «Кашалоту». Пока будет вестись разгрузка, грузовые модули можно временно сбросить. Так будет даже удобнее. Получается, что склад подводится непосредственно к участку производства работ и материалы оказываются под рукой. Роль буксиров для этих отсеков взял на себя «Ушлый». Как только разберется с распределением вблизи будущей станции, он возьмет на буксир отсек с газоперерабатывающей установкой и отправится к месту ее развертывания.

Только после того как закончатся работы по организации инфраструктуры, он превратится в разъездное судно между Землей и станцией до тех пор, пока не придет пора вставать на прикол. Очень скоро количество судов увеличится, да и сама станция начнет наращиваться. У Яшина было на примете уже несколько устаревших судов, которые вполне отвечают потребностям землян: лайнеры, крупные грузовики и небольшие корабли межсистемно-планетарного типа. Только вот дефицит кадров и средств ощущался более чем остро. Вот первое Сергей как раз и должен был начать решать.

На «Кашалоте» все еще имелся генератор маскировочных полей, который мог надежно проработать в непрерывном режиме неделю. Мало, конечно, но для короткого посещения Земли вполне достаточно. От них всего-то требовалось засвидетельствовать свое почтение генералу и передать необходимые сведения по получению вещества, за которым они, собственно говоря, и прибыли.

Признаться, Пошнагов так и не понял, что это было за вещество. Разве только то, что это был не чистый продукт и что из листа коки его можно выделить примерно столько же, сколько и кокаина. Да и не нужно это ему. Главное, чтобы российские химики не сплоховали и смогли получить вещество достаточно быстро. И вообще, каждый должен заниматься своим делом.

Как показал переход к Земле, Яшин оказался совершенно прав, когда опасался смещения орбиты станции слежения корпорации Арика. Все их прежние расчеты сейчас были неактуальны. Впрочем, после внесения новых данных в искин все погрешности были учтены, и «Кашалот» на всякий случай поспешил прикрыться от станции Юпитером, отбежав чуть дальше от Земли.

Наконец Сергей, Ирина и Клайра дружно погрузились в катер и с соблюдением предосторожностей, впрочем уже привычных, прыгнули к Земле. Ралин остался на хозяйстве, благо за это время он успел не только овладеть специальностью пилота, но и получить солидный опыт. Охранять же Сергея на Земле теперь не имело никакого смысла. При всех его достоинствах вассалу Пошнагова не тягаться с конторой, и он прекрасно отдавал себе в этом отчет.

Хм. А ничего так конторские, подготовились. Едва Сергей вышел на связь с генералом, как тот сразу же дал координаты, куда следует посадить катер. Точка оказалась в подмосковном лесном массиве. С воздуха – ничего примечательного. Квадрат, огороженный бетонным забором, внутри – несколько строений, площадка для посадки.

Очень похоже на какую-то воинскую часть и плац. Возможно, именно так и есть. Сегодня хватает заброшенных военных городков. Впрочем, этот заброшенным никак не выглядел, хотя солдат нигде и не видно, разве только охранники в черной униформе да гражданские, облепившие окна. Как видно, им уже сообщили о посадке космического корабля, вот они и пытались безуспешно его рассмотреть.

Все же у руководителя проекта есть свои преимущества. Едва прибыв на точку, Роговцев без зазрения совести тут же перепоручил Сергея своему заму, эдакому невзрачному полковнику с простой фамилией Слива, а сам вместе с дочерью сразу отбыл в неизвестном направлении. Кхм. Ну насчет неизвестного – это от лукавого. Наверняка вся семья уже слетается в одну точку по общему сигналу «сбор».

– Уже больше года не видел старика таким, – провожая взглядом машину, произнес полковник.

– Немудрено. Тогда он узнал, что дочь жива, сейчас же сумел ее обнять.

– Это точно. Самому-то не обидно? Они убежали, а ты тут, как не пришей кобыле хвост.

– А чего обижаться? Семья – это святое.

– Ну ты-то вроде тоже не совсем чужой.

Сергей смерил полковника долгим взглядом. Нет, недооценивать того, кто без особых усилий сумел его вычислить чуть больше года назад, Сергей не собирался. Голова у этого невзрачного мужичка варила что надо, да и хватка была мертвой. Но все же вот так, с ходу определить… Или генерал рассказал ему об их разговоре? Вроде бы не должен, все же это точно сугубо личное.

– Откуда знаете обо мне и Ирине? – все же спросил он.

– Да я и не знал, пока не увидел ее. Офицер ГРУ, ветеран боевых действий, да и потом прошла через многое. Нам Павлов подробно расписал, как оно было на Океании. А тут вдруг как у испуганной девочки – слезы в три ручья и взглядом все время вас ищет.

– Хм. Ну что же, глупо отрицать очевидное. А что касается обиды… Нет, не обидно. Сейчас я там, пожалуй, буду лишним. Всему свое время. Вот кристалл, здесь вся информация по поводу интересующего нас вещества, со всеми химическими процессами, адаптированными под земные обозначения, – меняя тему беседы, произнес Сергей. – Надеюсь, у вас все готово. Признаться, мы в цейтноте.

– Не переживайте, у нас все готово, – подбрасывая в руке кристалл, заверил полковник. – Сейчас перебросим на флешку и отдадим нашим умникам. Лаборатория развернута, персонал набран, ждут только отмашки. Вот мы и помашем. Из вашей команды на Земле еще кто-то есть?

– Клайра, она сейчас собирается, – кивнув в сторону катера, ответил Сергей.

– А, ангелочек. Вот повезет кому-то, – наигранно вздохнул Слива.

А может, и не так уж и наигранно. Полковник еще далеко не старый. Угу. Клайра такая, никого равнодушным не оставит. И главное, все так и норовят ее ангелочком назвать. Впрочем, чему тут удивляться, при ее-то внешности.

– Надеюсь, вы поможете нам с билетами на самолет? – поинтересовался Сергей.

– Хотите слетать на Кавказ?

– Есть такое дело.

– А чего же не на катере?

– Генератор на «Кашалоте» не в лучшей форме, так что пришлось одного члена экипажа оставить на корабле, чтобы приглядывал там. Катер же без присмотра не оставишь. Мало ли как оно все обернется. Придется оставить катер на ваше попечение, а самим лететь на самолете. Неудобно, зато спокойно.

– Ясно. Тогда давайте пройдем в кабинет и поговорим, а потом вы спокойно полетите на своем катере на Кавказ. Так получится быстрее, да и нам проще. Ну чего вы так на меня смотрите? Ваше направление – одно из приоритетных, а потому у конторы имеется карт-бланш. Например, можем по мере надобности задействовать правительственную дачу в Кисловодске. У тамошнего персонала и так столько подписок, что еще одна погоды не сделает. Как видите, ваши личные приоритеты также учтены.

– Ладно. Клайра, можешь не торопиться. Я сначала здесь поговорю, а потом полетим своим ходом, – тут же связался Сергей с девушкой по искину.

– Хорошо. Жду.

У-у-у, как все запущено-то. А голосок-то у девчушки дрожит, и волнение угадывается без труда. И вообще, последние сутки она словно сама не своя. Вся как на иголках. Нет, точно влипла, причем настолько серьезно, что если этот паразит… Сергей ему лично башку открутит.

Как оказалось, полковник являлся полноправным замом Роговцева. Скопировав данные, касающиеся препарата, и передав их по инстанции, он тут же приступил к изучению сведений, присланных Яшиным. Содержимое Сергею было неизвестно, да оно его и не касалось. И Слива рассудил так же. А вот на том, что касалось укомплектования будущего капера, полковник решил остановиться поподробнее и поговорить, что называется, более предметно.

Вообще-то Сергей никак не ожидал, что колесо завертится вот так сразу. Но действительность оказалась такова, что на Земле не просто ожидали очередного прибытия гостей из далекого далека, но и тщательно готовились. У полковника уже были готовы списки, причем несколько, под различные варианты развития событий.

Как оказалось, вариант с военным приоритетом также рассматривался и прорабатывался. Мало того, несмотря на предостережения Сергея относительно нежелательности использования оборудования инопланетян, здесь, на этой площадке бывшей военной части проходят подготовку сразу полсотни военных, три десятка из которых являются боевыми офицерами, десяток военных летчиков и столько же военных специалистов. Было еще полсотни гражданских. Развернуться шире не позволяли дефицит необходимого оборудования и секретность.

Ну да ничего, очень скоро все наладится. Впрочем, наверняка им и этого окажется мало. Аппетит, он, как известно, приходит во время еды. Вот и здесь та же картина. Хоть бы не напортачили. Впрочем, не ему их учить делать свою работу. Его дело – практика и четкое выполнение приказов. Ну коль скоро по собственной воле нацепил на себя это ярмо.

– Артем Георгиевич, аппетиты умерьте, – все же не выдержал и запротестовал Сергей.

– Вы о чем? Яшин говорит, что без труда сумеет легализовать хоть сотню человек.

– Это не Яшину целый месяц трястись в дороге с толпой на корабле, не предназначенном для этого. Я, конечно, попытался обустроить быт с учетом того, что нам не понадобится такой объемный грузовой отсек. Но это не значит, что я готов повторить подвиг, подобный тому, что совершил в прошлый раз.

– Ладно. И сколько вы возьмете?

– Ровно столько, сколько необходимо для комплектования экипажа «Новика». Двадцать семь человек. И ни одним человеком больше.

– Но в прошлый раз…

– В прошлый раз мне нужно было только доставить людей до места. А сейчас необходимо будет начать курс обучения, и вариант с одним виртуалом на тридцать человек меня не устроит. Как не устроит и совершенно излишняя теснота. Все, вопрос закрыт. Ожидайте вестей от Яшина.

– Команду отбирать будете сами?

– Сомневаюсь, что это у меня выйдет лучше, чем у специалистов. Пожелания у меня простые – дальше некуда. На крейсер понадобятся два пилота, инженер, два техника, три оператора вооружений, девятнадцать абордажников, я – за пилота и командира, Ирина – за навигатора, штурмана и моего зама, Ралин – командир абордажной команды. Итого тридцать человек. Пока более чем достаточно.

– Так, значит.

– Значит, так. Да вы не переживайте, Артем Георгиевич, как только у Яшина появятся деньги, он тут же развернется так, что не у вас будут люди стоять в очереди, а он будет трясти вас как грушу, требуя новых и новых кадров. Не знаю, как у вас здесь, но там, у него, планы обширные. Он вовсе не намерен делать ставку только на экстракты из коки. В планах как минимум создание серьезной металлургической корпорации.

– Да, Яшин сообщает об этом, – кивая в сторону монитора стационарного искина, подтвердил Слива.

– Ну вот видите, как все хорошо.

– Но я все же надеялся, что…

– Я даже подозреваю, что Яшин вас об этом попросил. Возможно, даже попытается надавить на меня через генерала и Ирину, вот только бесполезно. Я с неба звезд не хватаю, и если мне удается чего-то добиться, то только сосредоточившись на чем-то одном. Моя задача – крейсер, и ее я намерен выполнить от и до. С остальным разбирайтесь сами. Каждый должен заниматься своим делом, а если все будут хвататься за все, то ничего, кроме бардака, не получится.

– Но ведь кое-какие вопросы можно решать и попутно.

– Можно, – легко согласился Сергей, а потом так же непринужденно возразил: – Но только не в моем случае.

Что же, либо полковник Слива был вполне вменяемым человеком, либо он решил зайти с другого бока, а именно – используя родственные связи своего непосредственного начальника. Да только бесполезно это. Сергей не собирался уступать ни в коей мере хотя бы потому, что от качества подготовки команды крейсера зависела его собственная жизнь. И потом, здоровая паранойя уже не раз доказывала свою состоятельность.

Впрочем, скоро ему было не до полковника с его желанием извлечь из Сергея максимально возможную выгоду. Еще бы, когда тут творится такое! Нет, нечто подобное предположить конечно же можно было. Но все же.

По прибытии в Кисловодск им тут же выделили авто. Ничего сверхъестественного, обычный «кореец». Разве только довольно приметные для посвященных номера, ясно указывающие на то, что останавливать эту машину не стоит. Вот и ладушки. Сергей, конечно, никогда не наглел, но лишний раз общаться с желающими поживиться дэпээсниками тоже не хотел.

Клайру высадил, едва они оказались в городе. Девушка здесь неплохо ориентировалась и с уверенностью заявила, что дальше разберется сама. А чего, собственно говоря, не разобраться, не впервой.

Расставшись с девушкой, Сергей поспешил в Ессентуки, на ходу связываясь с братом. Договорились встретиться в ресторане Нины и ее мужа. Ну и Сергея как пайщика, номинального, но все же. Потом как-то сам собой образовался сабантуй. Оказывается, совсем недавно выписали из больницы Вику, которая за время отсутствия любимого папочки родила второго сына, а у Нины и Степана, как и ожидалось, родилась дочка. Словом, праздник удался.

Они сидели за столом уже часа три, когда наконец появился смущенный и обрадованный сын. Вообще-то ему вовремя сообщили о приезде отца, но Димка удивил, заявив, что вынужден задержаться. И вот явился. Да еще и не один. И, если судить по его сиянию и наличию рядом девицы, ну очень счастливый.

– Ну здравствуй, пропажа, – заинтересованно рассматривая девушку, обратилась Нина к сыну. – Здравствуйте, – отдельно поздоровалась она с незнакомкой.

– Здра-авствуйте, – с характерным акцентом ответила девушка.

– Вы из Прибалтики? – тут же поинтересовалась Нина.

– Да-а, и-из Ла-атвии.

– Пап, мам, знакомьтесь, это моя невеста Клайра, – наконец сумел вставить свои пять копеек Дмитрий.

– Оч-чень приятно, – скрипнув зубами, ответил Сергей.

– Ну ты чего? – не удержавшись, толкнула его в бок Нина. – Чем тебе прибалты не угодили?

– Нет, нет, к прибалтам у меня никаких претензий, – тут же замахал руками Сергей. – Очень приятно, Клайра. А я вот отец этого молодого человека.

– Очень приятно, я так и поняла, – разве только не сделав книксен, ответила девушка.

А прибалтийский акцент ей очень идет. Она довольно долго старалась от него избавиться, но безуспешно. Разве только он стал несколько мягче и каким-то более певучим, что ли. Не то что у Ралина. Этот, когда говорил на русском, выглядел куда большим латышом, чем урожденный.

– Так вот чего тебя так трясло, пока мы летели сюда, – когда им с Клайрой удалось уединиться, произнес Сергей.

– Вообще-то больше от опасений, что меня тут не ждут, – опустив взгляд, возразила девушка.

– Вот никогда бы не подумал, что Димка и есть твой русский. Он все знает?

– Нет. Думает, что я из Латвии.

– И как ты только решилась на такое?

– Я и сама не думала, что так выйдет. Сначала это было как забава. А потом… Знаешь, он с виду мягкий и податливый, но внутри него твой стержень, и он жутко настойчивый.

– Ты давай не подлизывайся.

– А мне это и не нужно.

– Интересно девки пляшут. Это еще почему?

– Во-первых, ты не можешь ему запретить жениться. Во-вторых, ты уже давно относишься ко мне как к дочери, пора нам переходить на новый уровень. В-третьих, ты всегда держишь слово.

– Это когда это… – тут же возмутился Сергей.

– А кто обещал легализовать моего избранника? Даже мою каюту модернизировал под двоих, – не дав ему закончить, перебила девушка.

– Кхм. Н-да. Обложила. Нет, я, конечно, не против… Да чего там, я только за… А впрочем… Нет, ну а если он не захочет лететь? Ты готова остаться здесь?

– Кто не захочет? Сергей, ты вообще слышишь себя?

– Н-да. Действительно, от такого, пожалуй, не отказываются. Ладно, иди к нему, а то еще, не ровен час, приревнует к отцу.

Дважды повторять не пришлось. Девушка тут же подорвалась и, схватив Дмитрия за руку, утянула на танцевальную площадку. И, надо заметить, под восторженные взгляды всех присутствующих. Угу. Общение с Ириной для Клайры не прошло даром, да и природная пластика сделала свое дело. Эта пара просто не могла не привлекать к себе внимания. В смысле Клайра конечно же, Дмитрий рядом с ней выглядел настоящим поленом.

Вот интересно, как его сын, ни разу не боевитого характера, отшивал разных наглецов? Ну не верилось Сергею, что не нашлось ни одного такого. Неужели она? Нет, она конечно же могла. Девка-кремень. Впрочем, она ведь что-то там говорила насчет стального стержня у Димы. Значит, был случай убедиться.

– Ну и как она тебе? – подсаживаясь рядом, поинтересовалась Нина.

– Ничего так. Мне понравилась.

– По-моему, она слишком хороша для нашего оболтуса. Барби отдыхает.

– Ничего страшного. Тем более у них, кажется, полная взаимность. Вот только…

– Что?

– Да похоже, они уедут в Латвию или еще куда.

– Это она тебе сказала?

– Намекнула. Русских она любит, а вот Россия ей не нравится. Ну да не переживай. Вика же здесь, под боком. Опять же у тебя у самой малышка. Так что не будешь успевать соскучиться. Не думаю, что Клайра станет отваживать Димку.

– Дай-то бог, дай-то бог.

– Не переживай, так и будет, точно тебе говорю.

Эпилог.

Н-да-а. Достойная добыча, нечего сказать. Даже если его трюмы пусты, во что, признаться, верится с трудом, сам по себе корабль стоит никак не меньше двадцати миллионов. И это с учетом продажи по цене, едва ли дотягивающей до половины его нынешней стоимости. Судно довольно современной постройки, а значит, имеет целый ряд преимуществ перед старичками. Тут множество аспектов, и объем грузового трюма вовсе не является определяющим, хотя он и немаловажен.

Почти пять сотен метров в длину, с грузовым отсеком никак не меньше пятидесяти тысяч кубов. Последний мог использоваться для перевозки самых разных грузов, как и оказаться оборудованным под танкер. С помощью пассивных сенсоров информацию о характере груза не получить. Сканирование же применять рано: с одной стороны, до судна еще целых шесть тысяч единиц, с другой – пока не время себя обнаруживать.

Этот красавец был не по зубам обычным пиратам. Да и многим каперам оставалось только облизываться при виде такого жирного, но все же слишком большого для них куска, которым проще подавиться. Господи, кто только не подался в каперы! Кстати, сегодня пиратов не найдешь днем с огнем. Все они поспешили легализоваться, разделились на два лагеря и примкнули к той или иной стороне. Все же иметь прикрытие в виде сильного государства куда выгоднее и спокойнее, чем оставаться одиночкой. Правда, находились и те, кто не желал идти ни под чью руку. Но назвать их умными не поворачивался язык.

Вот уже полгода как полыхает война, которой не видно конца. Впрочем, полыхает – это слишком сильно сказано. Ее ход очень сильно напоминает борьбу двух ленивцев. Хм. Огромных ленивцев, надо признать. Две армады, собранные в кулак, все время маневрируют, стараясь переиграть друг друга.

Трижды за это время флоты оказывались в одной системе и были готовы вцепиться друг другу в глотку. Но всякий раз обходилось без решительного боя. Противники выпускали небольшие передовые отряды легких крейсеров в сопровождении эсминцев. Они схватывались в жарких сражениях, одновременно стараясь подобраться поближе к основным силам противника и собрать точные сведения.

Однако похоже, что ни разу ни один из адмиралов не был готов к решительному сражению. Тут ведь дело какое, при равных возможностях очень может статься, что вследствие какой-либо случайности противник может получить преимущество и в результате разгромить тебя подчистую. А что такое разгромленный флот? Правильно. Противник получает неоспоримое преимущество и начинает диктовать свои условия.

Словом, разгром флота – это гарантированное поражение. В этом случае ни одна система не сможет выстоять против сколь-нибудь серьезной эскадры противника. С помощью продуманной обороны и укрепузлов из боевых станций можно продержаться какое-то время, пока не подоспеет помощь. Но если флот разбит, то и помощи ждать неоткуда.

Вот и разыгрывали адмиралы шахматные партии, всячески выискивая слабые стороны у противника и ожидая, когда тот совершит ошибку, которая позволит взять верх. Однако оба командующих были достаточно искушенными игроками, а потому метание флотов и пережигание ресурсов не прекращалось ни на минуту, как и наращивание сил.

Сегодня на военные заказы работали буквально все. На любой мало-мальски частной верфи строились военные корабли, классом от перехватчика до легкого крейсера. Все предприятия тяжелой промышленности были нацелены на выполнение военных заказов. Несмотря на непрекращающиеся мелкие стычки, обе армады разрослись уже настолько, что их состав в сравнении с мирным временем увеличился вдвое. Если тенденция сохранится, то еще через полгода и это количество удвоится.

Сергею это очень напоминало гнойный нарыв, набухающий все больше и больше. Но придет время, когда он все же лопнет. Не может не лопнуть. И тогда две армады сойдутся в страшном по своим масштабам сражении. Подобное уже случалось трижды. И все говорило о том, что случится вновь.

Вот только каков будет результат, совершенно неясно. Возможно, опять все сведется к ничьей. Абсолютно точно все были уверены в одном – очень скоро появится еще одна система, заполненная военным мусором под завязку. А следом, как паразит, вырастет еще одна станция мусорщиков, готовых рисковать своей шкурой в надежде сорвать джек-пот на погибших кораблях.

И земляне в этом плане не собирались отставать. Хотя бы потому что это была уникальная возможность, чтобы относительно быстро и дешево заполучить себе флот. Причем не абы какой, а из вполне современных кораблей. Для этого нужно было не так чтобы и много – просто хорошенько подготовиться к появлению этого мусорного Клондайка.

Именно на этом сейчас и сосредоточили основные усилия эмиссары Земли. Готовились корабли, люди, профсоюз. Все это – в условиях максимальной секретности. На всех трех станциях мусорщиков появились бригады землян, которые попутно с теоретическими знаниями приобретали практический опыт потрошения остовов кораблей. По большому счету там и брать-то уже было нечего. Так, мелочовка. В основном вторсырье.

Но надо заметить, земляне не смогли бы сколь-нибудь существенно повлиять на численность населения станций. А оно заметно увеличилось. Угу. Далеко не только Яшин начал заблаговременную подготовку к появлению нового кладбища кораблей.

Но, как бы то ни было, ведение войны вовсе не означало, что остальная жизнь прекратилась. Напротив, в настоящий момент буквально все отрасли переживали настоящий бум. И вместе с этим возрастали и объемы перевозок. Как и количество нападений на транспортные суда. Вот только ни одна из сторон не могла себе позволить направлять регулярные соединения на охрану транспортных путей, этим занимались наемники.

Для таких парней настали настоящие золотые деньки. Еще бы, все то время, что они занимались охраной системы, им шло в зачет, как боевое дежурство. За каждого уничтоженного капера полагалось отдельное вознаграждение, плюс все трофеи оставались у них.

Надо заметить, наемники сполна отрабатывали свой хлеб и получали заслуженную плату. Количество погибших каперов с обеих сторон было довольно внушительным. Вот только наемники все же не могли поспеть везде, а потому и желающих поживиться грабежом не становилось меньше.

– Ну что, Сергей, по-моему, пора. – Ирина скосила взгляд на Пошнагова.

– Пожалуй, – согласился Сергей, просматривая данные, поступающие на мониторы. – Внимание всем. Начинаем. Новик, глуши связь грузовика, отключай маскировку, силовой щит – в штатный режим.

– Исполнено.

Угу, это он почувствовал. Когда включается силовое поле, это всегда ощущается.

– Связь с транспортом – по узкому лучу.

– Связь установлена.

– Приветствую вас. Я капитан каперского корабля «Новик», Ирианская империя.

– Не могу сказать, что рад встрече, – угрюмо ответил седовласый капитан.

Наверняка всю жизнь копил на это судно. И вот когда его мечта наконец осуществилась, появляется какой-то капер и с вежливой улыбкой сообщает о том, что намерен обобрать честного или не очень перевозчика. А что, вполне нормально, сегодня все в той или иной форме занимаются контрабандой. Правда, в условиях войны Сергей не советовал бы пробавляться на этом поприще.

Причина проста – ни одна страховая компания не станет иметь дело с нелегальным грузом даже в мирное время. А сейчас риск потерять корабль вместе с грузом достаточно велик. Так что лучше бы застраховать и груз, и судно. Правда, расценки у страховщиков сегодня взлетели настолько, что мама не горюй. Впрочем, тут скорее стоит удивляться тому, что страховые компании все еще действуют, в условиях-то войны.

– Брось, старина, – непринужденно махнул рукой Пошнагов. – С виду ты мужик умный, а потому наверняка застраховал и корабль, и груз. Так что, считай, ничего и не потеряешь, разве только время.

– Как же вы мне уже надоели! Только-только обзавелся нормальным кораблем, чтобы достойно ответить всякой мелюзге, как начинается война и появляешься ты.

Ну назвать «Новик» мелюзгой язык не повернется. За довольно короткий промежуток времени (это если не считать долгую предварительную подготовку) судно серьезно модернизировали. В результате сбыта доставленного товара земляне заработали ни много ни мало – миллиард. И пятьдесят миллионов из этой суммы перекочевало в карманы Сергея. Так что в средствах они с Ириной стеснены не были, а потому брали все только лучшее.

В результате использования агрегатов, узлов и вооружения переходных моделей им удалось модернизировать свой крейсер до третьего уровня. А столь серьезные суда среди каперов встречались уже не так часто, что выводило их в число лидеров в рядах официального пиратства.

В принципе ничто не мешало пиратам владеть хоть линейными крейсерами. Благо кладбищ кораблей было предостаточно. А линейный крейсер даже первого поколения – это очень серьезно. Для того чтобы призвать его к ответу, не хватило бы силенок и у современных грузовиков. Ну не предназначены они для войны.

Вот только гоняться этот крейсер мог за такими же старичками, как и он сам. Устаревшие же суда постепенно сходили со сцены. Соответственно и мишеней было куда меньше. А крейсер – он и есть крейсер, содержание самого корабля плюс команда. Все это влетало в копеечку, и в результате от подобного крокодила спешили избавиться.

Так что максимум, что могло оказаться у пиратов, – это легкий крейсер. Да и то довольно редко, все из-за той же дороговизны содержания. Но Сергей и Ирина находились в куда более выгодном положении, нежели остальные каперы. Нет, дело не в доходах. Разок с Ириной они вложились в «Новика» и привели его в надлежащий вид. А вот содержание, жалованье команде – это уже была забота Яшина. Хватит и того, что они взялись за обеспечение боевой подготовки и, так сказать, ковали будущие кадры флота.

Правда, справедливости ради нужно заметить, пока они были все же в плюсе. Нет, тут дело вовсе не в гениальности Сергея или высоком уровне подготовки экипажа «Новика». Просто они настолько серьезно вложились в оснащение и снаряжение корабля, что пока еще не встречались в бою с равным по силам противником. Пару раз натыкались, но Сергей предпочел ретироваться. Конечно, их главная задача – приобретение боевого опыта, но для этого совсем необязательно бодаться с серьезным оппонентом.

Понемногу у них даже появилась некая репутация. Причем довольно серьезная, раз уж багрийцы назначили довольно-таки солидную награду за их поимку или уничтожение. Признаться, Сергей предпочел бы избежать подобной известности, вот только при здешнем уровне развития средств массовой информации это просто нереально.

– Уважаемый, я, конечно, понимаю, что ты сильно расстроен, но все же прими совет: вырубай маршевые двигатели и ложись в дрейф, – покачав головой, решил вразумить капитана Сергей. – Как видишь, я глушу твою связь. Так что на помощь тебе рассчитывать нечего. Ни ты, ни твоя команда нас не интересует. Можете отчаливать на шлюпке, никто не станет чинить вам препятствий. А вот если попробуешь сопротивляться… Мне бы не хотелось ковырять мою собственность, и если ты меня вынудишь, то я уже не поручусь за твою свободу и жизнь. Абордаж – дело такое. Иногда особо жадные торговцы дерутся как проклятые, до самой последней возможности.

Ни капли лжи в намеке Сергея не было. Те, кто оказал сопротивление, уже ничего не могли рассказать. После встречи с капером о них никто ничего не слышал. И напротив, те, кто безропотно пересаживался в шлюпку, оставались живы и здоровы.

– Внимание, обнаружены дополнительные цели, – внезапно послышался холодный голос искина. – Два эсминца четвертого поколения, полностью изготовленные к бою. Один из них запрашивает связь по лучу.

– Откуда они взялись? – удивился Сергей.

– Укрывались под маскировочными полями четвертого поколения.

– Н-да… Как тебе, Ирина?

– Глупо было бы ожидать, что за нами не начнут гоняться вдумчиво и со знанием дела. Нужно было менять сектор охоты.

– Да чего теперь-то. Новик, соединяй с эсминцем.

Ну а почему бы и нет? Сергей всегда был сторонником разговоров, если таковая возможность имелась.

– Отлично сказано, парень.

Показавшийся на экране мужчина в незнакомой форме даже похлопал в ладоши. Получается, он слышал весь разговор, а это значит, что они поддерживали между собой связь по лучу. Такую связь невозможно ни заглушить, ни прослушать. Если только не нащупать сам луч. А это только благодаря невероятному везению.

– Я рад, что тебе понравилось, – ответил Сергей, стараясь не выказывать волнения.

– Позволь мне предложить тебе ровно то же самое. Ложись в дрейф и деактивируй вооружение. Покинуть корабль, прости, не предлагаю. Вместо этого дождитесь мою абордажную команду.

– Смеешься? Чтобы я сам себя отправил в рабство к багрийцам? Ты меня не за того держишь.

– Не закипай, парень. Капитан этой посудины – да, багриец. И, возможно, у него весь экипаж из рабов, которые горбатятся на него только за кормежку. Но я к багрийцам, кроме найма, не имею никакого отношения.

То, что они имеют дело с наемниками, Сергей сообразил сразу. Об этом недвусмысленно свидетельствовала форма и красующаяся на правой стороне груди эмблема. Голова раянкского легнуара с оскаленной пастью без труда указывала на принадлежность этих ребят к определенному подразделению. Короткий запрос искину, у которого содержались сведения на все соединения наемников в данном регионе. И вот ответ. Да, они и впрямь не баловались работорговлей.

– Допустим, ты не багриец. Но что это меняет, если вы передадите нас им за вознаграждение.

– Если сдашься, это меняет многое. Согласно договору найма, я не обязан передавать пленников багрийцам, в том числе и тех, за кого назначена награда. Признаться, отсутствие повреждений на твоем крейсере сэкономит нам куда больше, чем мы получим за ваши головы. Нет, парень, овчинка выделки не стоит. Так что мы заключим сделку, я доставлю вас на Тронку, где вы сможете выкупиться. Ты можешь мне не верить, парень, но мы наемники, и репутация для нас много значит.

– И какой выкуп?

– Ровно столько, сколько обещают багрийцы.

– Ого. Однако у тебя и аппетит. Крейсер плюс выкуп, да еще и сами без потерь. Не много?

– Нормально. Не жадничай. Жизнь и свобода дороже будут. И потом, у тебя есть и куда большая сумма, при такой-то удачливости. Крейсер, конечно, жаль. Один только генератор маскировочных полей чего стоит, да и в остальном очень даже серьезно. С моим «Задирой» очень даже сможешь потягаться.

– Или приласкать его.

– Или так, – не стал спорить наемник. – Но ведь нас двое.

– Это да. Двое. Мне нужно подумать.

– А чего тут думать? По мне так все яснее ясного.

– И все же.

– Ладно. Думай. А пока отключи глушилку.

– А зачем. Вдруг я захочу драться и все же уволочь этого бегемота? Сам же согласен, что огрызнуться я могу. А так вы не сможете вызвать помощь. Сомневаюсь, что вы поддерживаете связь по лучу еще с кем-то. Далеко расходиться вам интереса нет, мало ли что я вытворю, так что выбежать из-под заглушки не получится. Эй, старина, и тебе не советую отдаляться от нашей тесной группы, – это уже к пилоту грузовика. – Иначе ты будешь первым, в кого я влеплю хороший залп. Чтобы другим неповадно было меня подставлять.

– Ирианец, ты не закипай. Мне на этого багрийца плевать, но, если ты еще не понял, здесь условия ставлю я. У тебя десять минут. Не сдашься, пеняй на себя.

Сергей отключился, не без удовольствия отмечая, что грузовик все же перестал набирать скорость и разрывать дистанцию. Вот что значит репутация. Так, а вот наемники маневрируют. Берут «Новика» в клещи. Причем грамотно так, чтобы не оказаться друг у друга на линии огня.

– «Сюрприз», все слышал?

– Все.

– Через сколько сможешь подобраться к противнику? – наблюдая за перемещениями на мониторе, поинтересовался Сергей, причем в его голосе явственно чувствовались злорадные интонации.

– Шесть минут. Он и сам движется почти на меня, так что все в жилу. Дроны уже облепили внешнюю обшивку, десантные боты готовы выскочить по первому требованию. Уверен, что управишься сам?

– В том, что управлюсь, не сомневаюсь, – скривился Сергей. – Но хотелось бы все же как-нибудь поласковее. Нам пока ничего настолько современного не попадалось. Если сможем захватить всех троих… Ч-черт, да это просто сказка какая-то. Транспорт с большим запасом хода, – то, что доктор прописал. Плюс два вполне современных эсминца. Так не бывает.

– Сплюнь, – послышался недовольный голос.

– Я тебе сплюну. Попробуй только все испоганить. Выводишь из строя вооружение одного. Высаживаешь абордажную команду. И тут же перебрасываешь дронов на второго.

– У дронов к этому моменту от боекомплекта одни слезы останутся.

– Плевать. Даже если потеряем всех, останемся в значительном барыше.

– Все же ты лучше приласкай его от души. Как бы не ушел.

– Сергей, я согласна с Ильей. В крайнем случае пристыкуем его к грузовику, и тот утащит наш приз на себе.

– Добро, – помяв подбородок, согласился Сергей.

– Начинаю отсчет. – Голос Ильи стал серьезным. Впрочем, что тут удивительного, впереди бой. – Десять. Девять…

«Сюрприз» он и есть сюрприз. Это вполне современный грузовик среднего тоннажа. Сергей специально не стал передавать его в распоряжение Яшина или выставлять на торги. Зачем? Довольно подвижный и маневренный кораблик. Установить на нем дополнительные шахты с вооружением, без фанатизма, но и так, чтобы получилось вполне серьезно, нет ничего сложного. И вот, получился напарник.

Но главное – это его трюм. «Сюрприз» оказался идеальным кораблем снабжения, что было немаловажно, учитывая кружные маршруты и действия на окраинных системах Багрийской империи. Наличие грузовика с запасом топлива позволяло, подобрав тихий уголок, стаскивать туда всю добычу. Так что из похода их отряд возвращался, нередко «ведя в поводу» по четыре-пять транспортов.

А еще «Сюрприз» являлся носителем трех десятков средних дронов, что уже само по себе делало его очень опасным противником едва ли не сродни самому «Новику». Правда, с защитой у него было хлипковато. Ну да это и была одна из причин, отчего он никогда не отсвечивал во время операций, постоянно маскируясь…

Сергей пометил маркером «Задиру». Пожалуй, Ирина и Илья правы, нечего чрезмерно миндальничать. Лупить – так от души, чтобы пух и перья. Ничего, эсминец обладает достаточно хорошей защитой, чтобы не развалиться от такой атаки. Зато убежать у него не получится.

– Толик, готовь к запуску дроны.

– Принял.

Угу. Не все «Сюрпризу» народ пугать. Правда, у «Новика» всего десять средних дронов. Но и это очень серьезно. К примеру, тот же «Задира» способен нести не больше десяти легких или пяти средних боевых машин. Зато у него куда более совершенное силовое поле, прочная и толстая броня. Ну и в вооружении имеется преимущество если не в количестве, то в качестве – точно. Так что где-то уступая, а где-то превосходя, как противники они были вполне сопоставимы.

– Новик, все вооружение, кроме средств непосредственной обороны, – на цель, – между тем продолжал раздавать команды Сергей.

– Принял.

– По сигналу Ильи «ноль» – захват цели и атака.

– Принял.

А уже через пару секунд последовал залп. Никакого предупреждения, никаких игр в благородство. Это наемник предоставил Сергею время на раздумье, сам Пошнагов никому и ничего не обещал. Он просто старался выжить, потому что, признаться, он не собирался доверять тому, с кем был готов драться насмерть.

Как и ожидалось, наемник среагировал достаточно быстро и вполне на уровне. Его средства непосредственной обороны сумели сбить все ракеты напавшего на него крейсера. В ответ «Задира» послал свою волну ракет, поддержав их орудийным огнем. И теперь уже пришел черед «Новика» отбивать массированную атаку.

А дальше началось противостояние. Крейсер и эсминец методично молотили друг друга, беспрестанно маневрируя и посылая одну волну ракет за другой. Слегка в стороне завертелась круговерть боя четырех дронов «Задиры» против десятка «Новика». С одной стороны, вроде неоспоримое преимущество, и, связав машины боем, остальных можно отправить на атаку эсминца. Но Сергей решил сначала полностью снять эту проблему. Тем более что пока преимущество было на стороне Пошнагова.

Со вторым эсминцем дела обстояли иначе. Илья подобрался к нему буквально вплотную, а затем выпустил целый рой боевых дронов, который очень быстро облепил багрийца, буквально сметя все вооружение. Попытка противника запустить своих дронов провалилась на взлете. Их уничтожали сразу же по мере появления в космосе.

Наемник даже не успел набрать скорость, потому что за волной дронов тут же появились два десантных бота, пиявками присосавшиеся к обшивке корабля. Теперь судьба корабля была предрешена. У наемников просто не хватит сил противостоять абордажной команде.

Сергей, как всегда, предпочитал перебдеть, чем недобдеть. Кузница кадров в виде российских спецподразделений позволяла ему иметь численный перевес. Правда, это же обстоятельство понуждало его все время быть в тонусе и постоянно совершенствоваться. Учиться, учиться и еще раз учиться, как завещал великий Ленин.

Нет, коммунистов Сергей не любил, но отчего не прислушаться к умным словам. Если и дальше так пойдет, то очень скоро его обойдут на повороте и ему останется командовать только «Новиком», да и то лишь потому, что это их с Ириной собственность. Так что обучался он искусству флотоводства без дураков и вдумчиво.

Подавив всяческое сопротивление одного противника, рой дронов набросился на «Забияку». Капитан эсминца уже понял, что совершил несусветную глупость и, расставив ловушку на желанную добычу, сам угодил в капкан. Возможно, ему и удалось бы уйти, но именно тогда, когда он решил это сделать, на него набросились дроны «Сюрприза» и «Новика». Они быстро разобрались с огневыми точками, сумели найти слабое место в броне и добраться до двигателей.

Вообще для космического боя с его обычными дистанциями и скоростями этот был просто невероятно скоротечным благодаря тому, что корабли буквально скучились на небольшом пятачке. Ну и внезапность, от которой никуда не денешься.

А все потому, что на войне нет мелочей, а лень до добра не доводит. Ну что стоило наемникам просканировать пространство? Конечно, они не смогли бы определить, что собой представляет «Сюрприз», для них он казался бы как минимум эсминцем, а то и крейсером. Но зато они знали бы о его наличии, и все сложилось бы по-другому.

Хм. Вообще-то упрек и в адрес Сергея. Сложись все иначе, и ему также не поздоровилось бы. Как иначе? А просто. Подобрался бы наемник к нему под прикрытием маскировки и влепил бортовой залп в упор. Вот тогда и было бы веселье. А избежать этого было возможно, просто просканировав пространство. Им повезло, что наемников обуяла жажда наживы, и они видели в крейсере уже не противника, а именно добычу.

Сергей сделал себе серьезную зарубку на будущее. Что-то его паранойя как-то расслабилась. Не иначе как в окружении команды военных профессионалов почувствовала себя в безопасности. Кстати, его бойцы уже были на уровне внутрисистемных стандартов. А уж что касается абордажников, так эти парни и вовсе могли дать фору.

Наемник сдался, едва осознал, что дальнейшее сопротивление бесполезно. Нечего было и мечтать отбиться от абордажной команды, выдвинувшейся к нему на двух десантных ботах. Сканирование показало как минимум двукратное превосходство в личном составе. Опять же бронескафандры четвертого поколения. А ведь были еще и боевые дроиды.

– Как всегда, шар в лузе, – задорно улыбнувшись, произнесла Ирина, поддержанная довольными ухмылками находившихся в ходовой рубке операторов вооружения.

– Угу. Только еще один штрих. Бивень, как у вас там?

– Нормально, командир, наемник под контролем.

– Потери?

– У них один погибший и поврежден медблок. Срочно переправляю багрийца на «Новик».

– Принял. Встречаем. Отправь вторую группу на грузовик. И давай ревизию по состоянию корабля.

– Выполняю.

– Хомут, доклад.

– Порядок, командир. Корпус слегка покоцали, огневые точки посбивали, но эсминец готов к прыжку хоть сейчас. Потерь нет. Парни вовремя сообразили, что им не светит.

– Вот и ладно. Конец связи. Медблок.

– Слушаю.

– Готовься принять погибшего наемника. И чтобы в лучшем виде мне.

– Всегда готов, командир.

– Рома, давай всех наших дронов – в сопровождение абордажной команды.

– Есть, – тут же отозвался оператор дронов.

– Новик, связь с грузовиком.

– Есть связь, – отозвался бортовой искин.

– Ну снова здравствуйте, уважаемый. Будьте любезны, приготовьтесь принять абордажную команду. Только прошу, без глупостей. Это чревато, знаете ли.

– Я уже понял, что проиграл. Надеюсь, вы отпустите нас, как и обещали.

– Потом. Все потом. Сейчас просто делайте то, что вам говорят.

В системе звезды Лайонель, где, собственно, и решили обосноваться земляне, отряд Сергея появился через двадцать дней. Все же кружные маршруты несколько неудобны. Поэтому-то, собственно говоря, и возникла необходимость в судне снабжения. Мысль использовать его как боевую единицу появилась несколько позже.

Это было уже четвертое их возвращение с охоты, и, как всегда, успешное. Вообще за время своего каперства Сергей с товарищами успели захватить и впоследствии реализовать два десятка судов. При этом покупателем выступала подставная фирма, организованная Яшиным. Так что земляне теряли только полагающиеся казне налоги, в остальном же извлекалась максимальная прибыль. Поэтому все довольно серьезные вложения уже давно себя оправдали.

И хотя крейсер (да и транспортник, по сути) являлся собственностью Пошнагова, работал Сергей для общего дела. И, разумеется, никто из команды и не думал роптать по поводу того, что, несмотря на такую добычу, они получают всего лишь жалованье. Пусть оно не копеечное, но все же значительно уступит тому, что они могли бы получать, будь реальными каперами и имей долю с добычи.

И все же Сергей считал, что каждый должен иметь собственную заинтересованность в предприятии. И коль скоро есть такая возможность, то отчего бы не заработать. Именно поэтому он и организовал что-то вроде рудодобывающей корпорации.

Ну а отчего бы и нет? Тем более Яшин сосредоточил основные усилия на создании станции мусорщиков в районе будущего сражения. В принципе правильный шаг, от которого будет неоспоримая польза. Здесь важно быть первым в предстоящей гонке. А что касается металлургической корпорации, так время для этого еще придет, и система Лайонель с ее богатым астероидным полем никуда не денется. Видно, именно так Яшин и рассуждал.

Так вот. Деньги у Сергея имелись. Дело оставалось за малым – приобрести судно, которое можно было бы переделать под базу. Он воспользовался идеей того же Яшина и просто купил старенький пассажирский лайнер. Затем нарастил его дополнительными модулями, которым предстояло стать доками для малых кораблей-рудокопов. Ну и отдельная станция по переработке руды в концентрат. Вот и все. Как говорится, дешево и сердито.

Правда, пришлось еще озаботиться и системой безопасности. Кстати, она обошлась дороже, чем все траты на организацию станции. Но зато десяток дронов мог отвадить любого зарвавшегося пирата или бродягу. А другие тут и не появлялись. Военным здесь делать было попросту нечего.

– Ну здравствуй, Ралин.

– Здравствуй, Сергей.

– Не закис тут еще?

– Знаешь, я, конечно, твой вассал, но в тюремщики не нанимался.

– Так и не держи никого. Пусть убираются, куда хотят.

– Очень смешно.

– Ралин, ты там, где нужен. И потом, с чего это ты взял, что если ты мой вассал, то обязательно должен быть по правое плечо от меня, готовый в любую минуту вцепиться во врага или прикрыть меня своей грудью? По-моему, такие ребята называются оруженосцами. Повторяю, ты там, где нужен. И прекратим на этом. Встречай новую партию рабочих.

Угу. Натаскать целую кучу оборудования не так чтобы и сложно. Куда важнее подобрать тех, кто будет на нем работать. Но Сергей нашел выход из сложной ситуации, начав захватывать пленных. Большинство экипажей кораблей он отпускал. Но далеко не всех. Часть из них отправлялась в плен, где им надлежало находиться до конца войны. А уж те, кто мог знать о существовании «Сюрприза», лишались свободы и подавно.

Так что слава кровожадного капера за ним закрепилась совершенно незаслуженно. Мало того, он прикладывал максимум усилий к тому, чтобы спасти тех, кто пострадал во время боя. Ему вовсе не нужны были трупы. Какая от них польза? Между тем как живые приносили прибыль. Причем совершенно добровольно, без какого-либо принуждения.

Вот и сейчас прибыла новая партия пленников. Тридцать восемь человек, основная масса из которых – это экипажи двух захваченных эсминцев. Кстати, багрийские корабли уже сданы в ремонт. В систему Лайонеля вообще прибыли только два корабля, «Новик» и «Сюрприз». С остальными разбирался Яшин.

– Здравствуйте, господа. Меня зовут Ралин. Я являюсь комендантом этой базы, где вам предстоит оставаться до окончания войны. Затем вы будете свободны. Пока же предлагаю поработать рудокопами.

– Это нарушение конвенции о военнопленных, – подал голос командир наемников.

Они сейчас стояли в общем строю с остальными пленниками. Или, правильнее, гражданские стояли вместе с наемниками. Кто-то мог сказать, что это глупо, вот так собирать в одном месте людей, вполне способных разобраться с охраной и устроить побег. Пара десятков боевых андроидов и дроидов не в счет. И уж тем более Ралин, который, по факту, был здесь один.

Но правда заключается в том, что сбежать отсюда практически невозможно. Да и не охраняли тут пленников. Андроиды и Ралин разве что присматривали за соблюдением общественного порядка и охраняли несколько узловых точек. Все-таки больше сотни народа, разного и непохожего. Мало того, все системы старого лайнера и небольшой станции по переработке руды были под контролем заключенных. А к чему мудрить, если для побега отсюда нужен межсистемный корабль, а двигатели лайнера и грузового корабля, выполняющего роль станции по переработке, надежно выведены из строя.

Два раза в месяц появлялась добывающая баржа, которая вывозила концентрат. Но подобраться к ней по грузовику, с которого она принимала груз, было нереально. Все узловые точки охранялись боевыми андроидами и дроидами. Конечно, подготовленный человек в состоянии справиться с машиной. Но для этого ему нужно достаточно серьезное оружие. И потом, все заключенные были под постоянным присмотром с помощью персональных искинов.

Имелись еще баржи, заходившие в систему и работавшие в противоположной от звезды Лайонель стороне. Но захватить их было еще менее реально. Любой попытавшийся приблизиться уничтожался без лишних разговоров и предупреждений. Так что база выглядела достаточно надежной для содержания пленных.

– Во-первых, вы не подпадаете под конвенцию по той простой причине, что здесь неосвоенный космос, – придержав Ралина за плечо, возразил наемнику Сергей. – Во-вторых, никто не собирается нарушать конвенцию. Каждый из вас получит ровно то, что положено любому военнопленному. Но не больше.

– А что, можно еще и больше?

Ага, это один из гражданских, ему на начальство наемников плевать.

– Можно. Комфортабельная каюта. Возможно, даже отдельная. Имеются места развлечений, просторный спортивный зал, виртуалы. Словом, все по-человечески. Есть даже сфера интимных услуг, уж извините, но там только андроиды. Ну и, как вы понимаете, все это – за отдельную плату. Хотя и остальных держать взаперти никто не собирается. Но для них из развлечений доступны только персональные искины с выходом в местную Сеть и прогулки по кораблю. Спортзал – в строго отведенное время. Так что, парни, уверяю вас, очень скоро вам станет скучно и вы сами затребуете себе работу.

– И на каких условиях мы будем работать? – Похоже, командир наемников все же решил поменять свое решение.

– Условия неидеальные. Вы будете платить за аренду корабля, оплачивать топливо, расходники, обслуживание, ремонт. Расценки на руду – стандартные, как во внутренних ирианских системах.

– Это же грабеж! В неосвоенном космосе они должны быть минимум вдвое больше внутрисистемных.

– Это всего лишь предложение. Вы можете взяться за эту работу, а можете просто ждать окончания войны. На ваши искины уже поступили сведения относительно места проживания. Весь необходимый минимум находится в ваших каютах. Не смею больше задерживать.

Тихо переговариваясь и, похоже, костеря свою судьбу, народ начал расходиться. А чего, собственно говоря, тут выстаивать? Все предельно просто и ясно. Пытаться напасть на Ралина и Сергея – глупо. Рядом с ними возвышались двое андроидов.

– И надолго их хватит? – глядя в спину удаляющимся, негромко переговаривающимся людям, поинтересовался Сергей у Ралина.

– На моей памяти самый упертый сдался через неделю. Это же просто безобразие какое-то, отчего-то эти политики, принимая конвенцию о военнопленных, не продумали такой важный момент, как выдача алкоголя.

– Выходит, жаба задавила?

– А ты как думал.

– Дима и Клайра когда прибудут?

– Должны через пару дней.

Не мудрствуя лукаво Сергей отдал в полное их распоряжение «Кашалот». А что, очень даже серьезное приданое. А главное, сразу и дело на первое время есть, пока определятся, чего хотят от этой жизни. Сейчас они занимаются перевозкой концентрата. Но вскоре все изменится. Сергей придержал для себя один транспорт на двенадцать тысяч кубов. Осталось его переоснастить с учетом местных условий и найти подходящую команду. Просто не дело это – добывающую баржу использовать как сухогруз.

– Кстати, у них для тебя сюрприз, – говоря это, Ралин с хитринкой посмотрел на Сергея.

– Да ладно?!

– Угу. Второй месяц пошел. Но я тебе ничего не говорил. Иначе Клайра меня прирежет.

– Договорились. Сделаю самое удивленное выражение лица. Хотя и впрямь удивили. Признаться, не думал, что они так быстро этим озаботятся.

– Да они, похоже, и сами не ожидали. Клайра расслабилась. Ну а коль скоро так случилось…

– А аборт не сделает? – вдруг встрепенулся Сергей.

– Вот поражаюсь я тебе! Вроде даже породнился с нами, а кадийцев так толком и не узнал. Да Клайра скорее убьет любого, чем позволит прикоснуться к своему ребенку.

– Ну-у-у…

– Не ну. Предохраняться – пожалуйста, но, если случилось, только рожать. У нас аборт приравнивается к убийству. Даже возраст начинает исчисляться не с рождения, а с момента зачатия. И имя дается сразу же.

– То есть? А как же вы узнаете: мальчик там или девочка? Высчитываете?

– Вообще-то умельцы есть разные, но все гораздо проще. Ребенку дается два имени, мужское и женское. Потом соответственно остается одно. Кстати, мое второе имя было Клайра.

– Не может быть!

– Почему? Очень распространенное у кадийцев имя.

– Слушай, а как же они, на корабле-то? Или Клайра сойдет на планету?

– Вообще-то эти вопросы задавать нужно не мне. Но в принципе ничего особенного не вижу. На «Кашалоте» места для детской более чем достаточно. Опять же семейным экипажем народ удивить сегодня трудно. Так что тут проблем никаких.

– Хм. А ведь это идея…

– Даже не думай. С Ириной этот номер не пройдет, – хотя и с улыбкой, но вполне убежденно возразил Ралин.

– Это сейчас не пройдет. Но через пять лет – очень даже.

– Думаешь, начнет юлить?

– К гадалке не ходи. Но шалишь. Оно, конечно, не получится так, что пять лет отслужил любимой родине – и баста. Но личную жизнь и семью тоже никто не отменял. Да и пользу приносить можно не только на военной службе. Так что никуда она не денется.

1.

Нурс – неуправляемый снаряд.