Вскрытие. Суровые будни судебно-медицинского эксперта в Африке.
13.
Животные и смерть.
Домашние питомцы и другие животные могут многому научить нас, если следить за ними достаточно внимательно. Прибыв на место смерти, специалисты всегда смотрят на то, что делают домашние животные. Например, если собака съежилась, плотно поджав хвост, остерегайтесь хозяина. Это может быть признаком того, что владелец – жестокий человек.
У меня есть несколько историй, которые касаются животных на месте смерти. В первом случае мы нашли женщину, которую убил ее жилец. Не буду вдаваться в подробности судебной экспертизы, но жертву несколько раз ударили ножом. Когда мы прибыли на место происшествия, четыре таксы покойной стояли над ее телом, яростно защищая его и тем самым уничтожая множество улик. Повсюду были кровавые отпечатки лап. Каждый раз, когда мы пытались приблизиться к телу, собаки нападали на нас.
Один полицейский предложил сбегать в магазины и купить что-нибудь, чтобы отвлечь собак от тела. Он вернулся с сосисками; само собой, эта тактика не сработала.
В конце концов мы позвонили в полицейское кинологическое подразделение, которое направило на место происшествия кинолога. Прибывшая женщина в звании капитана каким-то образом разузнала клички такс. Три минуты спустя она покинула место смерти с собакой-вожаком, плотно завернутой в одеяло, и тремя другими собаками на поводке. В тот момент у меня мурашки побежали по коже – такое не каждый день случается.
В другом случае я прибыл на место смерти человека, найденного мертвым в своей спальне. Все выглядело так, будто ему перерезали горло. Снаружи, за полицейской лентой, я прошел мимо пожилых соседей, которые держали и гладили двух его домашних собак.
Я осмотрел покойного и место происшествия и сразу понял, с чем имею дело. На передней части шеи действительно была большая открытая рана.
Ущерб, наносимый собаками и хищными грызунами, обычно очевиден. Происходит локальное удаление большого количества плоти, и, как правило, видны следов зубов.
Крысы и кошки оставляют отметины, посмертный характер которых очевиден из-за отсутствия кровотечения.
Мужчина скончался от сердечного приступа, но травмы на передней части шеи были нанесены двумя его собаками, которые находились с ним в комнате, когда он умер.
Печально, что домашние животные часто питаются своими хозяевами после их смерти. Я не мог заставить себя сказать об этом добрым пожилым соседям, которые гладили собак покойного.
В другом инциденте легкий самолет разбился в горах. Тела пилота и второго пилота – по-видимому, единственных людей на борту – были обуглены до неузнаваемости. Оба тела осторожно извлекли и провели вскрытие останков.
На следующий день нам позвонил человек, работавший на месте происшествия. Под обломками нашли еще один обгоревший череп, но тела нигде не было. Мы попросили полицию доставить его к нам на экспертизу. Исследовав череп, мы установили, что на самом деле это был дасси (капский даман[85]). Интересно, что обгоревшие останки дасси очень похожи на обгоревший человеческий череп.
Как-то раз я прибыл на место смерти, где женщина якобы упала с лестницы. Когда я туда добрался, ко мне подбежал бурбуль[86] и помочился мне на ногу. На мой взгляд, это ненормальное поведение для животного.
Муж погибшей был не слишком полезен на месте происшествия. Он указал на тело у подножия лестницы. При вскрытии я обнаружил синяки на внутренней стороне бедер и промежности – травмы, которые трудно получить, упав с лестницы. Когда человек падает с лестницы, травмы, скорее всего, обнаружатся на внешних сторонах тела.
В ходе полицейского расследования выяснилось, что муж убил свою жену и попытался представить это как несчастный случай. Поведение собаки сразу предупредило меня о возможной ненормальности на месте происшествия: что-то было не так. Оглядываясь назад, я понимаю, что собака была настоящим героем в этом случае.
Однажды утром 57-летний мужчина из маленького городка на берегу реки Вааль услышал снаружи лай своей собаки. Он открыл входную дверь, чтобы посмотреть, что происходит. В следующее мгновение желтый мангуст прыгнул на него, укусил за запястье и не отпускал. В конце концов мужчина задушил мангуста до смерти, пока тот сжимал его запястье железной хваткой.
Врач скорой помощи промыл рану, сделал прививку от столбняка и назначил антибиотики. Мужчина отвез мертвого мангуста в местный ветеринарный институт, где ветеринарный патологоанатом диагностировал бешенство.
В ЮАР бешенство человека вызывается заражением классическим вирусом бешенства. Желтый мангуст – самый распространенный переносчик в стране, за исключением таких областей, как Квазулу-Натал, Восточно-Капская провинции, Мпумаланга и Лимпопо, где за большинство укусов несут ответственность собаки. Бешенство всегда приводит к летальному исходу у людей, но заболевание можно предотвратить своевременным введением постконтактной профилактической вакцины.
Поэтому мужчину немедленно госпитализировали и назначили лечение от возможной инфекции. У него начались боли в руке, лихорадка и головная боль, за которыми последовала болезнь, характеризующаяся периодами ясности сознания, галлюцинаций и дезориентации. Он умер три недели спустя, несмотря на полную постконтактную профилактику. Клиницисты придерживались мнения, что мангуст укусил прямо в нерв или заразил человека особенно опасным штаммом вируса бешенства.
В соответствии с законом страны такая смерть считается неестественной в ЮАР. Перед судебно-медицинским вскрытием приняли специальные меры биобезопасности в связи с чрезвычайной заразностью инфекции. Тело положили на суперабсорбирующую губчатую поверхность. Голову покойного укрыли полиэтиленовым пакетом. Не допускалось использовать электрическую маятниковую пилу, так как она могла спровоцировать распыление костной пыли. Вместо этого для вскрытия черепа использовали ручную ножовку. В таких высокоинфекционных случаях не разрешены процедуры, генерирующие аэрозоль.
Как упоминалось ранее, некоторые вирусы могут оставаться активными в человеческом трупе до двух недель. Вскрытие по делу о бешенстве считается очень рискованным.
Половину мозга упаковали в двойной пакет и положили на лед, прежде чем отправить в полицейском фургоне в Национальный институт инфекционных заболеваний (NICD). Другую половину мозга поместили в формалин для судебно-гистологического исследования.
Позже в тот же день мне позвонили из NICD и сказали, что давно не видели случаев бешенства с такой высокой вирусной нагрузкой. При микроскопическом исследовании мозга в нейронах обнаружились множественные тельца Бабеша – Негри. Эта патогномоничная находка однозначно подтверждала диагноз «бешенство». Нам с двумя коллегам настоятельно рекомендовали пройти полное постэкспозиционное лечение.
Бешенство животных является эндемичным в ЮАР и ежегодно вызывает 10–30 лабораторно подтвержденных случаев смерти людей. Вполне вероятно, что число реальных жертв значительно выше, причем пациенты либо умирают в обычном окружении, либо медицинские работники не распознают болезнь и рассматривают как разновидность энцефалита.
За эти годы я видел несколько странных случаев бешенства. Один джентльмен в Драконовых горах гладил кролика, и тот прокусил его кожу. Через месяц мужчина умер от бешенства. Еще один странный случай произошел в городке Малдерсдрифт – популярном месте проведения свадеб за пределами Йоханнесбурга. По-видимому, бешеный шакал вошел в церковь на одной из свадебных площадок и лизнул кого-то из прихожан. К счастью, человек не заразился.
Африка полна падальщиков, которые помогают очистить вельды. Здесь водятся гиены, крысы, мыши, циветы[87], шакалы, рыбы, крабы, птицы-падальщики и множество бродячих собак.
Часто посреди вельда находят тело с отсутствующими ушами, носом, пальцами рук, ног или гениталиями. Первая мысль, которая приходит в голову следователю, заключается в том, что это может быть убийство мути, поскольку эти части тела используются для изготовления средств традиционной медицины.
Ключ к идентификации посмертной травмы, нанесенной хищником, – отсутствие жизненной реакции. Это означает, что раны выглядят не так, как полученные при жизни: раны не кровоточат, нет отека и признаков заживления.
На ум приходит одна история, которую мне еще не удалось полностью проверить. Ее рассказал коллега-криминалист, работающий в северной части страны, недалеко от Национального парка Крюгера. В вельде обнаружили одиноко лежащую голову взрослой женщины – без тела и носа.
Окрестности обыскали, но тело так и не нашли. Случай выглядел довольно загадочным: казалось, будто голова упала с неба. Даже полицейские собаки, которых послали прочесывать местность, не смогли найти никаких останков.
– Какова причина смерти? – спросил моего коллегу рейнджер, который обнаружил голову во время выполнения своих обычных обязанностей.
Мой коллега не знал, что ответить. Установить причину смерти было невозможно; он решил так и указать: «невозможно установить только с помощью вскрытия». Диагностика осложнялась из-за активности падальщиков. Если верить первым впечатлениям, дикие животные съели, переварили, подобрали и разбросали остальные части тела. Женщина могла быть беженкой, которая пыталась пересечь национальный парк, пробираясь из Мозамбика в ЮАР. Возможно, на нее напали дикие животные.
– Какова причина смерти? – снова спросил рейнджер.
Он посмотрел рейнджеру в глаза, глубоко вздохнул и медленно произнес:
– Никто не знает! Нет тела – нет дела.
Эта история подводит меня к ключевому моменту. Судебно-медицинские эксперты не чудотворцы. Хотя мы постоянно стараемся изо всех сил, – к сожалению, не все дела можно раскрыть. Примерно в 10–15 процентах всех судебно-медицинских вскрытий ничего не обнаруживается макроскопически и микроскопия с токсикологией тоже ничего не дают. Есть много случаев, когда диагноз остается ОБИ – одному Богу известным.
Например, человек может умереть от электролитной, метаболической или эндокринной патологии. В этих сценариях нет абсолютно ничего, что можно увидеть невооруженным глазом. Все органы тела будут казаться нормальными.
Начинающие судмедэксперты, желая произвести впечатление на старших коллег, обычно настаивают на расплывчатом диагнозе. Они могут даже найти то, чего на самом деле нет. Таким образом, у них показатель отсутствия диагноза может быть около пяти процентов. Пожилые судмедэксперты с возрастом учатся больше сомневаться, и поэтому уровень отсутствия диагноза может составлять порядка 20 процентов.
В отличие от клинической медицины, судебные дела нельзя отсортировать.
Другими словами, в клинической медицине случаи классифицируются в зависимости от степени срочности, серьезности ран или болезней. Это определяет порядок лечения большого числа пациентов и/или пострадавших. Но в судебной медицине самые простые случаи могут оказаться самыми сложными, а самые сложные – самыми простыми. Вот почему в криминалистике не дают якобы легкие дела младшим и предположительно сложные дела старшим. Это так не работает.
Например, то, что кажется простым наездом на пешехода, может оказаться сложным делом об изнасиловании и убийстве. Или полиция может обнаружить тело мертвой женщины, брошенное на обочине дороги. Первоначально можно заподозрить изнасилование и убийство, но на самом деле это ДТП с участием пешехода, случившееся без очевидцев.
Существуют и другие сценарии, в которых результаты вскрытия ничего не показывают – например, когда человек умирает из-за позиционной асфиксии. Представьте себе, что он попытался влезть в здание через окно и застрял на уровне живота. В другом сценарии кто-то мог упасть так, что голова застряла в углу кровати или шкафа. Если человек в то время был пьян или принимал успокоительное, его дыхание могло быть нарушено, что привело к смерти. В таких случаях место смерти имеет решающее значение.
Нужно видеть точное положение тела в момент смерти – in situ[88], так сказать, – иначе поставить диагноз станет практически невозможным. Независимо от того, насколько хорошо оборудован морг и опытен судмедэксперт, диагностировать позиционную асфиксию в морге нельзя.
Криминалистика требует, чтобы ум ежедневно был настроен на решение головоломок. Можно сказать, мы заняты разгадыванием загадок.
Рассмотрим синдром внезапной детской смерти (СВДС), который определяется как «внезапная смерть ребенка в возрасте до одного года, которая остается необъяснимой после полного вскрытия и исследования места смерти и является наиболее распространенной причиной смерти в постперинатальный период в странах с относительно низким уровнем младенческой смертности»[89].
Большинство смертей от СВДС происходит в возрасте от одного до шести месяцев, а пик приходится на два месяца. Мальчики умирают немного чаще.
СВДС, как правило, чаще встречается в холодные и влажные месяцы. Суть этого феномена заключается в том, что смерть наступает неожиданно и вскрытие не выявляет адекватной причины.
За последние десятилетия судебно-медицинские эксперты проверили все, что могут считать причиной СВДС: от домашних клещей, ботулизма, длительного апноэ во сне и кровоизлияний в позвоночник до различных метаболических нарушений, гипертермии и вирусного бронхиолита. СВДС остается одной из величайших загадок в современной судебной медицине. Возможно, он вызван чем-то, чего мы не видим, потому что не знаем, что искать. Или, возможно, мы не можем увидеть причину, потому что она просто невидима[90].
Тогда возникает вопрос: сколько времени и денег следует потратить на дело, прежде чем сдаться? Примерно в 15 процентах клинических случаев СВДС в конечном счете при тщательном исследовании может быть установлена адекватная причина смерти. Однако 85 процентов случаев останутся неясными, и будет поставлен диагноз СВДС.
Однажды мне пришлось проводить вскрытие тела, которое прошло через измельчитель древесины. Излишне говорить, что расследование такого рода дел может быть очень сложным и трудоемким. Потребовалась абсолютная самоотверженность, чтобы тщательно прочесать человеческие останки и попытаться решить головоломку.
Необходимость успокоиться и решить головоломку – вот что такое судебная медицина. Временами загадка кажется неразрешимой – почти как пазл из миллиона кусочков. В такие моменты человека охватывает сильная меланхолия, как при взгляде в бездну.
Но тогда просто напоминаешь себе: каждый пазл начинается с одного кусочка.
Животные и смерть.
Домашние питомцы и другие животные могут многому научить нас, если следить за ними достаточно внимательно. Прибыв на место смерти, специалисты всегда смотрят на то, что делают домашние животные. Например, если собака съежилась, плотно поджав хвост, остерегайтесь хозяина. Это может быть признаком того, что владелец – жестокий человек.
У меня есть несколько историй, которые касаются животных на месте смерти. В первом случае мы нашли женщину, которую убил ее жилец. Не буду вдаваться в подробности судебной экспертизы, но жертву несколько раз ударили ножом. Когда мы прибыли на место происшествия, четыре таксы покойной стояли над ее телом, яростно защищая его и тем самым уничтожая множество улик. Повсюду были кровавые отпечатки лап. Каждый раз, когда мы пытались приблизиться к телу, собаки нападали на нас.
Один полицейский предложил сбегать в магазины и купить что-нибудь, чтобы отвлечь собак от тела. Он вернулся с сосисками; само собой, эта тактика не сработала.
В конце концов мы позвонили в полицейское кинологическое подразделение, которое направило на место происшествия кинолога. Прибывшая женщина в звании капитана каким-то образом разузнала клички такс. Три минуты спустя она покинула место смерти с собакой-вожаком, плотно завернутой в одеяло, и тремя другими собаками на поводке. В тот момент у меня мурашки побежали по коже – такое не каждый день случается.
В другом случае я прибыл на место смерти человека, найденного мертвым в своей спальне. Все выглядело так, будто ему перерезали горло. Снаружи, за полицейской лентой, я прошел мимо пожилых соседей, которые держали и гладили двух его домашних собак.
Я осмотрел покойного и место происшествия и сразу понял, с чем имею дело. На передней части шеи действительно была большая открытая рана.
Ущерб, наносимый собаками и хищными грызунами, обычно очевиден. Происходит локальное удаление большого количества плоти, и, как правило, видны следов зубов.
Крысы и кошки оставляют отметины, посмертный характер которых очевиден из-за отсутствия кровотечения.
Мужчина скончался от сердечного приступа, но травмы на передней части шеи были нанесены двумя его собаками, которые находились с ним в комнате, когда он умер.
Печально, что домашние животные часто питаются своими хозяевами после их смерти. Я не мог заставить себя сказать об этом добрым пожилым соседям, которые гладили собак покойного.
В другом инциденте легкий самолет разбился в горах. Тела пилота и второго пилота – по-видимому, единственных людей на борту – были обуглены до неузнаваемости. Оба тела осторожно извлекли и провели вскрытие останков.
На следующий день нам позвонил человек, работавший на месте происшествия. Под обломками нашли еще один обгоревший череп, но тела нигде не было. Мы попросили полицию доставить его к нам на экспертизу. Исследовав череп, мы установили, что на самом деле это был дасси (капский даман[85]). Интересно, что обгоревшие останки дасси очень похожи на обгоревший человеческий череп.
Как-то раз я прибыл на место смерти, где женщина якобы упала с лестницы. Когда я туда добрался, ко мне подбежал бурбуль[86] и помочился мне на ногу. На мой взгляд, это ненормальное поведение для животного.
Муж погибшей был не слишком полезен на месте происшествия. Он указал на тело у подножия лестницы. При вскрытии я обнаружил синяки на внутренней стороне бедер и промежности – травмы, которые трудно получить, упав с лестницы. Когда человек падает с лестницы, травмы, скорее всего, обнаружатся на внешних сторонах тела.
В ходе полицейского расследования выяснилось, что муж убил свою жену и попытался представить это как несчастный случай. Поведение собаки сразу предупредило меня о возможной ненормальности на месте происшествия: что-то было не так. Оглядываясь назад, я понимаю, что собака была настоящим героем в этом случае.
Однажды утром 57-летний мужчина из маленького городка на берегу реки Вааль услышал снаружи лай своей собаки. Он открыл входную дверь, чтобы посмотреть, что происходит. В следующее мгновение желтый мангуст прыгнул на него, укусил за запястье и не отпускал. В конце концов мужчина задушил мангуста до смерти, пока тот сжимал его запястье железной хваткой.
Врач скорой помощи промыл рану, сделал прививку от столбняка и назначил антибиотики. Мужчина отвез мертвого мангуста в местный ветеринарный институт, где ветеринарный патологоанатом диагностировал бешенство.
В ЮАР бешенство человека вызывается заражением классическим вирусом бешенства. Желтый мангуст – самый распространенный переносчик в стране, за исключением таких областей, как Квазулу-Натал, Восточно-Капская провинции, Мпумаланга и Лимпопо, где за большинство укусов несут ответственность собаки. Бешенство всегда приводит к летальному исходу у людей, но заболевание можно предотвратить своевременным введением постконтактной профилактической вакцины.
Поэтому мужчину немедленно госпитализировали и назначили лечение от возможной инфекции. У него начались боли в руке, лихорадка и головная боль, за которыми последовала болезнь, характеризующаяся периодами ясности сознания, галлюцинаций и дезориентации. Он умер три недели спустя, несмотря на полную постконтактную профилактику. Клиницисты придерживались мнения, что мангуст укусил прямо в нерв или заразил человека особенно опасным штаммом вируса бешенства.
В соответствии с законом страны такая смерть считается неестественной в ЮАР. Перед судебно-медицинским вскрытием приняли специальные меры биобезопасности в связи с чрезвычайной заразностью инфекции. Тело положили на суперабсорбирующую губчатую поверхность. Голову покойного укрыли полиэтиленовым пакетом. Не допускалось использовать электрическую маятниковую пилу, так как она могла спровоцировать распыление костной пыли. Вместо этого для вскрытия черепа использовали ручную ножовку. В таких высокоинфекционных случаях не разрешены процедуры, генерирующие аэрозоль.
Как упоминалось ранее, некоторые вирусы могут оставаться активными в человеческом трупе до двух недель. Вскрытие по делу о бешенстве считается очень рискованным.
Половину мозга упаковали в двойной пакет и положили на лед, прежде чем отправить в полицейском фургоне в Национальный институт инфекционных заболеваний (NICD). Другую половину мозга поместили в формалин для судебно-гистологического исследования.
Позже в тот же день мне позвонили из NICD и сказали, что давно не видели случаев бешенства с такой высокой вирусной нагрузкой. При микроскопическом исследовании мозга в нейронах обнаружились множественные тельца Бабеша – Негри. Эта патогномоничная находка однозначно подтверждала диагноз «бешенство». Нам с двумя коллегам настоятельно рекомендовали пройти полное постэкспозиционное лечение.
Бешенство животных является эндемичным в ЮАР и ежегодно вызывает 10–30 лабораторно подтвержденных случаев смерти людей. Вполне вероятно, что число реальных жертв значительно выше, причем пациенты либо умирают в обычном окружении, либо медицинские работники не распознают болезнь и рассматривают как разновидность энцефалита.
За эти годы я видел несколько странных случаев бешенства. Один джентльмен в Драконовых горах гладил кролика, и тот прокусил его кожу. Через месяц мужчина умер от бешенства. Еще один странный случай произошел в городке Малдерсдрифт – популярном месте проведения свадеб за пределами Йоханнесбурга. По-видимому, бешеный шакал вошел в церковь на одной из свадебных площадок и лизнул кого-то из прихожан. К счастью, человек не заразился.
Африка полна падальщиков, которые помогают очистить вельды. Здесь водятся гиены, крысы, мыши, циветы[87], шакалы, рыбы, крабы, птицы-падальщики и множество бродячих собак.
Часто посреди вельда находят тело с отсутствующими ушами, носом, пальцами рук, ног или гениталиями. Первая мысль, которая приходит в голову следователю, заключается в том, что это может быть убийство мути, поскольку эти части тела используются для изготовления средств традиционной медицины.
Ключ к идентификации посмертной травмы, нанесенной хищником, – отсутствие жизненной реакции. Это означает, что раны выглядят не так, как полученные при жизни: раны не кровоточат, нет отека и признаков заживления.
На ум приходит одна история, которую мне еще не удалось полностью проверить. Ее рассказал коллега-криминалист, работающий в северной части страны, недалеко от Национального парка Крюгера. В вельде обнаружили одиноко лежащую голову взрослой женщины – без тела и носа.
Окрестности обыскали, но тело так и не нашли. Случай выглядел довольно загадочным: казалось, будто голова упала с неба. Даже полицейские собаки, которых послали прочесывать местность, не смогли найти никаких останков.
– Какова причина смерти? – спросил моего коллегу рейнджер, который обнаружил голову во время выполнения своих обычных обязанностей.
Мой коллега не знал, что ответить. Установить причину смерти было невозможно; он решил так и указать: «невозможно установить только с помощью вскрытия». Диагностика осложнялась из-за активности падальщиков. Если верить первым впечатлениям, дикие животные съели, переварили, подобрали и разбросали остальные части тела. Женщина могла быть беженкой, которая пыталась пересечь национальный парк, пробираясь из Мозамбика в ЮАР. Возможно, на нее напали дикие животные.
– Какова причина смерти? – снова спросил рейнджер.
Он посмотрел рейнджеру в глаза, глубоко вздохнул и медленно произнес:
– Никто не знает! Нет тела – нет дела.
Эта история подводит меня к ключевому моменту. Судебно-медицинские эксперты не чудотворцы. Хотя мы постоянно стараемся изо всех сил, – к сожалению, не все дела можно раскрыть. Примерно в 10–15 процентах всех судебно-медицинских вскрытий ничего не обнаруживается макроскопически и микроскопия с токсикологией тоже ничего не дают. Есть много случаев, когда диагноз остается ОБИ – одному Богу известным.
Например, человек может умереть от электролитной, метаболической или эндокринной патологии. В этих сценариях нет абсолютно ничего, что можно увидеть невооруженным глазом. Все органы тела будут казаться нормальными.
Начинающие судмедэксперты, желая произвести впечатление на старших коллег, обычно настаивают на расплывчатом диагнозе. Они могут даже найти то, чего на самом деле нет. Таким образом, у них показатель отсутствия диагноза может быть около пяти процентов. Пожилые судмедэксперты с возрастом учатся больше сомневаться, и поэтому уровень отсутствия диагноза может составлять порядка 20 процентов.
В отличие от клинической медицины, судебные дела нельзя отсортировать.
Другими словами, в клинической медицине случаи классифицируются в зависимости от степени срочности, серьезности ран или болезней. Это определяет порядок лечения большого числа пациентов и/или пострадавших. Но в судебной медицине самые простые случаи могут оказаться самыми сложными, а самые сложные – самыми простыми. Вот почему в криминалистике не дают якобы легкие дела младшим и предположительно сложные дела старшим. Это так не работает.
Например, то, что кажется простым наездом на пешехода, может оказаться сложным делом об изнасиловании и убийстве. Или полиция может обнаружить тело мертвой женщины, брошенное на обочине дороги. Первоначально можно заподозрить изнасилование и убийство, но на самом деле это ДТП с участием пешехода, случившееся без очевидцев.
Существуют и другие сценарии, в которых результаты вскрытия ничего не показывают – например, когда человек умирает из-за позиционной асфиксии. Представьте себе, что он попытался влезть в здание через окно и застрял на уровне живота. В другом сценарии кто-то мог упасть так, что голова застряла в углу кровати или шкафа. Если человек в то время был пьян или принимал успокоительное, его дыхание могло быть нарушено, что привело к смерти. В таких случаях место смерти имеет решающее значение.
Нужно видеть точное положение тела в момент смерти – in situ[88], так сказать, – иначе поставить диагноз станет практически невозможным. Независимо от того, насколько хорошо оборудован морг и опытен судмедэксперт, диагностировать позиционную асфиксию в морге нельзя.
Криминалистика требует, чтобы ум ежедневно был настроен на решение головоломок. Можно сказать, мы заняты разгадыванием загадок.
Рассмотрим синдром внезапной детской смерти (СВДС), который определяется как «внезапная смерть ребенка в возрасте до одного года, которая остается необъяснимой после полного вскрытия и исследования места смерти и является наиболее распространенной причиной смерти в постперинатальный период в странах с относительно низким уровнем младенческой смертности»[89].
Большинство смертей от СВДС происходит в возрасте от одного до шести месяцев, а пик приходится на два месяца. Мальчики умирают немного чаще.
СВДС, как правило, чаще встречается в холодные и влажные месяцы. Суть этого феномена заключается в том, что смерть наступает неожиданно и вскрытие не выявляет адекватной причины.
За последние десятилетия судебно-медицинские эксперты проверили все, что могут считать причиной СВДС: от домашних клещей, ботулизма, длительного апноэ во сне и кровоизлияний в позвоночник до различных метаболических нарушений, гипертермии и вирусного бронхиолита. СВДС остается одной из величайших загадок в современной судебной медицине. Возможно, он вызван чем-то, чего мы не видим, потому что не знаем, что искать. Или, возможно, мы не можем увидеть причину, потому что она просто невидима[90].
Тогда возникает вопрос: сколько времени и денег следует потратить на дело, прежде чем сдаться? Примерно в 15 процентах клинических случаев СВДС в конечном счете при тщательном исследовании может быть установлена адекватная причина смерти. Однако 85 процентов случаев останутся неясными, и будет поставлен диагноз СВДС.
Однажды мне пришлось проводить вскрытие тела, которое прошло через измельчитель древесины. Излишне говорить, что расследование такого рода дел может быть очень сложным и трудоемким. Потребовалась абсолютная самоотверженность, чтобы тщательно прочесать человеческие останки и попытаться решить головоломку.
Необходимость успокоиться и решить головоломку – вот что такое судебная медицина. Временами загадка кажется неразрешимой – почти как пазл из миллиона кусочков. В такие моменты человека охватывает сильная меланхолия, как при взгляде в бездну.
Но тогда просто напоминаешь себе: каждый пазл начинается с одного кусочка.