Либидное постоянство собственного «я».

Но мере успехов в контролировании телесных ощущений и выполнении родительских предписаний, ребенок изучает более приемлемые способы выражения независимости и самостоятельности, при которых не приходится жертвовать межличностными связями. К тому же у него начинает развиваться представление о себе, в пределах которого интегрированы различно окрашенные образы себя. Следовательно, он может поддерживать любовь к себе, и чувствовать себя в целом «хорошим», несмотря на редкие вспышки недовольства или фрустрации, которые вызывают самокритику и неприятную рефлексию, как только начинает функционировать Суперэго. Таким образом, будет поддерживаться самооценка, а либидное постоянство собственного «я» установится параллельно либидному постоянству объекта.

Постоянство собственного «я» не означает стойкую и редко меняющуюся точку зрения на «я», как это можно было бы подумать. Скорее, это общий гештальт, который основывается на позитивном организационном фундаменте, в пределах которого существует широкий ряд специфических сознательных и бессознательных образов себя, любой из которых может стать организующим центром в любой конкретный момент времени (Eisnitz, 1980). «Либидная подзаправка» от постоянного объекта необходима для поддержания интегрированного, позитивного чувства собственного «я» (R. E. Tyson, 1933). Такая подзаправка, в конечном итоге, также частично извлекается из любящего Суперэго, когда ребенок начинает жить в соответствии с интернализированными стандартами и идеалами.

С установлением либидного «я» и постоянства объекта, устанавливается прочное, стабильное и, в основном, позитивно принимаемое чувство себя, отличающегося и отдельного от других.

Это чувство себя ощущается как активный фактор, способный придавать движущую силу и направление расширению детского психического функционирования.