Буй-Тур – Данилин.

1 января.

Гордей еще спал, когда зазвонил мобильник. С третьего раза сцапав телефон с тумбочки у кровати, он буркнул, не открывая глаз:

– На трубе…

– Гордей Миронович, – раздался в трубке голос Данилина, – извините, что беспокою, но тут обстоятельства… полковника взяли.

– Какого полковника?

– Что нас освободил, Тарасова. И его людей.

Сон сняло как рукой.

– Славу взяли?! Кто?! Каким образом?!

– Я случайно оказался свидетелем. Мы с Младой поехали к ее подруге в Серебряный Бор, у нее тут небольшая дача, устроились, и я решил сходить в магазин. Еще светло было. Ну, и увидел, как полковника затолкали в джип и увезли. Затем началась какая-то суета, драка, стрельба, кто-то куда-то бежал, понаехали машины… Короче, я успел заметить, как в микроавтобус погрузили два тела, а в другой затолкали трех парней. Одного узнал – он был с полковником, кличка – Гроза.

Буй-Тур выругался.

– Вот хрень!.. Извини… На кой ляд Тарасову понадобилось соваться туда?

– Не знаю.

– Черт! Ничего не понимаю… Ты не видел, куда их этапировали?

– В том-то и дело, что видел. Зима – все просматривается хорошо. Полковника сначала впихнули в джип, увезли, а через полчаса привезли на соседнюю улицу, там стоит очень крутой коттедж в три этажа, каменный. Туда же чуть раньше отправили и задержанных парней.

– Понял. Вот блин! Только собрался отдохнуть как следует… Можешь показать, где располагается коттедж?

– Конечно.

– Тогда жди нас через час. Я соберу своих ребят и подъеду. Встретимся у моста, в конце проспекта Жукова.

Буй-Тур набрал номер телефона Олега:

– Живой, лейтенант?

– Такое впечатление, что по мне проехал асфальтовый каток, – признался Олег.

– Плечо как?

– Побаливает, но терпимо, двигаться могу.

– Где ты находишься и что делаешь?

– Сплю… у знакомой. На базу не поеду, пока все не устаканится. А что? – В голосе Олега послышалось удивление. – Моя подруга не знает, где я работаю. К тому же любой человек имеет не только право, но и лево на жизнь.

Гордей не обратил внимания на каламбур подчиненного.

– Какие-то мерзавцы замели нашего приятеля-полковника и его мальчишек.

– Всю команду?! – после долгой паузы недоверчиво сказал Олег. – Что же они тогда за профи?

– Не обобщай, ситуации бывают разные. Вспомни, как нас самих взял тот же Тарасов. Тем более, уж ты-то должен знать, что на каждого крутого мастера найдется мастер покруче.

– На каждую хитрую жопу есть х… с винтом.

– Вот именно.

– Откуда тебе это известно?

– Наш второй приятель позвонил, он случайно стал свидетелем захвата.

– Какой приятель?

– Данилин.

Олег хмыкнул.

– Как все складывается…

– Вызывай пацанов, и чтобы к семи часам все были у Хорошевского моста, с оружием.

– Боюсь, пацаны сейчас не в кондиции, как-никак сегодня первое января, а они наверняка приняли на корпус известное количество алкоголя. Тем более, я не знаю, где они.

– Найди! – Буй-Тур выключил телефон, почесал грудь, находясь в полном раздрае, потом побежал под душ.

На Олега можно было положиться в любом деле. Лейтенант был беспощаден к отморозкам и всякой мрази, но всегда мог подстраховать, прийти на помощь и лечь грудью на амбразуру, зачастую не спрашивая причин, по которым он должен это делать.

В семь часов вечера к мосту через Москву-реку, соединявшему проспект Жукова и Серебряный Бор, подъехали два автомобиля: белая «Лада Самара», за рулем которой сидел Буй-Тур, и такая же белая «Лада-111». В ней сидели трое: Олег, Влад и Жека.

Буй-Тур вылез из машины, огляделся, никого не увидел и подошел к «сто одиннадцатой», открыл дверцу.

– Все здесь?

– Борюня уехал на базу еще вчера, – доложил Влад, – по распоряжению воеводы, и на звонки не отвечает. Можно, конечно, съездить за ним…

– Нет времени. Жаль, подрывник нам может понадобиться.

– Новое задание? Отдохнуть не дадут…

– Надо выручить из беды хороших парней. В нашей системе что-то сломалось, наметились очень нехорошие тенденции «мочить» ни в чем не виноватых людей, это надо исправить. Но прежде мы освободим полковника Тарасова из параллельной структуры.

– Почему мы должны этим заниматься? – недовольно спросил Жека. – Они что, твои родственники?

– Больше – единомышленники! – отрезал Буй-Тур. – Да и долг платежом красен. Они уже выручили нас с Олегом однажды, теперь наша очередь. Экипировку взяли?

– Взяли, что было, – ответил Олег, сидевший за рулем. – Комбезы, «разгрузка», кое-какое оружие.

– Машина чья?

Сидевшие в кабине «сто одиннадцатой» бойцы группы переглянулись.

– Угнали, – сказал наконец Олег, пожав плечами. – Что было делать? Не звонить же в хозчасть? К тому же топать пехом через всю Москву не хотелось. Да ты не беспокойся, командир, тачки не скоро хватятся. Мы подстерегли одного лоха у гаража, дождались, пока он поставит машину и уйдет, открыли гараж и тихонько уехали. А сам-то ты где тачку взял? – Он подозрительно посмотрел на Буй-Тура.

– Где взял, где взял… – проворчал Гордей, отводя глаза, – купил.

– Понятно, – ухмыльнулся лейтенант. – Ну и где наш приятель?

– Должен быть… – Гордей не договорил. На плечо его опустилась чья-то рука.

Дернувшись назад всем телом, он хотел нанести удар незнакомцу, неслышно подкравшемуся сзади… и в слабом свете фонаря на мосту узнал Данилина.

– Вы?! Черт возьми, как вы подошли незаметно? Так же инфаркт схлопотать можно!

– Извините, – смущенно сказал бывший учитель физкультуры.

– Садитесь в машину.

Они залезли внутрь «Лады».

– Рассказывайте.

Данилин сжато, но информативно, в деталях, описал сцену захвата оперативников группы полковника Тарасова неизвестным спецназом.

– Сколько их было? – уточнил Буй-Тур.

– Пятеро.

– Это людей полковника. А в подразделении спецназа?

– Точно не знаю, где-то человек восемь, не больше.

– Странно… парни у Тарасова профи до мозга костей, не чета вам, они не могли не просчитать все варианты операции. Что-то здесь не так.

– Какого дьявола они вообще искали в Серебряном Бору? – пробурчал Жека. – Да еще первого января?

– Потом узнаем, – сказал Буй-Тур. – Уверен, все эти странности как-то связаны с делами князя. Хотя все равно не понимаю, как Тарасов и его команда допустили, чтобы их так лихо повязали.

Данилин помялся, не решаясь высказать свои соображения.

– Может, это был спектакль? – предположил Буй-Тур. – А на самом деле никто никого не хватал?

– Я бы это понял, – качнул головой Андрей. – Все было всерьез. Двое парней погибли. Я мог вмешаться, но вряд ли это изменило бы исход боя. К тому же там был… – Он снова заколебался.

– Кто?

– Может, мне показалось… но командовал группой захвата один весьма необычный человек… владеющий приемами …

– Ребятишки Тарасова и он сам тоже владели неслабо рукопашкой.

– Я имею в виду приемы трансфизического воздействия. Не знаю, верите вы в это или нет, но существует реальная магия боя, законы которой базируются на пси-энергетике. Так вот этот человек, похоже, владеет системой магического оперирования. Он вмешался в операцию захвата дважды, и оба раза со смертельным исходом.

– Почему вы решили, что он маг?

– Я не говорил, что он маг, – слабо улыбнулся Данилин. – Но он явно на голову выше любого вашего рукопашника. Я видел.

В кабине машины установилась тишина.

– Да хрен с ним, с магом! – нарушил ее Влад. – Не верю я в эти колдовские заморочки. Мой старик говорил: «Бога нет и никогда не было, это медицинский факт». А раз бога нет, то и магов никаких не существует. Я еще не встречал человека, переваривающего девятимиллиметровые пули.

– Правильно, сержант. – Олег похлопал его по плечу. – Что будем делать, командир?

– Нужна рекогносцировка, – буркнул Жека. – Не зная местности и планов объекта, мы запросто можем попасть в мясорубку.

– К сожалению, об этом придется забыть, – вздохнул Буй-Тур. – Нужен простой, эффективный, наглый способ проникновения на территорию поместья, куда увезли Тарасова. Есть идеи?

– Это самоубийство, – снова не выдержал Жека, заметно нервничавший. – Там небось кругом телекамеры понатыканы, электрозабор по периметру и охраны немерено.

Олег посмотрел на него оценивающе.

– Знаешь что, сержант, или ты идешь с нами и молчишь, в крайнем случае – говоришь по делу, или…

– Что?

– Вали домой!

– Я не с тобой разговариваю…

– Заткнитесь оба! – жестяным голосом сказал Буй-Тур. – Если кому-то страшно не хочется помочь своим, пусть уходит. Я не держу.

– Он прав, – тихо сказал Данилин. – В лоб тот особняк не взять. Там и телекамеры, и скрытые огневые точки, сейчас это модно. Тем более если особняк принадлежит вашему ордену. Но я не думаю, что охраняет его батальон спецназа. Человек шесть-семь, не больше. Можно прорваться.

– Вы же говорили, что парней Тарасова брали восемь спецназовцев. Прибавьте их.

– По-моему, все они уехали. Я видел, как из ворот дачи спустя десять минут выехал микроавтобус.

– А если нет?

Данилин промолчал.

– Ладно, я понял, все равно придется соображать на ходу. У вас есть план?

Данилин помедлил.

– На соседней улице идет строительство коттеджа. Строители уже ушли, а техника осталась. Можно взять трактор и «случайно» зацепить забор дачи, на которой сидит полковник. Охрана наверняка сбежится, чтобы…

– Гениально! Пока они будут разбираться с трактором, мы проникнем на территорию с другой стороны! Остальное дело техники. Кто хочет побывать в шкуре тракториста?

– Я водил трактор, – мрачно сказал Жека.

– Хорошо, ты и пойдешь. Что еще мы можем сделать?

– Позвонить ихнему воеводе, – сказал Олег.

– Точно! – Гордей набрал на мобильнике номер Николая. – Надо было сразу догадаться…

Прошла минута.

– Не отвечает.

– Я тоже ему звонил, – негромко сказал Данилин. – Безрезультатно.

– Придется идти без него. И хорошо бы взять «языка», чтобы он обрисовал нам коттедж.

– Вряд ли стоит на это рассчитывать. Хотя идея неплохая. Что ж, начинаем стриптиз. Спасибо, мастер, что позвонил, теперь мы сами.

– Я с вами, – сказал Данилин.

Гордей хмыкнул.

– Зачем тебе это нужно? Ну, мы люди привычные к такому образу жизни, к тому же обидно, что мерзавцы проникли и в наши ряды. Но ведь ты не обязан рисковать ради какого-то дяди. Да и жена твоя вот-вот родит.

– Если только говорить о справедливости, ничего не делая, чтобы ее восстановить, будет только хуже. Зло жиреет, коли ему не сопротивляться.

Буй-Тур глянул на своих «соколов».

– Правильно мыслит мужик. Ладно, пойдешь с нами. Оружие есть?

– Мне не нужно оружие, и, если позволите, я пойду первым.

– Почему?

Вместо ответа Данилин вдруг неуловимо быстрым змеиным движением вытащил пистолеты: левой рукой – у Влада, правой – у самого Буй-Тура, – приставил стволы к их головам, затем протянул оружие ошеломленным собеседникам.

– Е…ческая сила! – выдохнул Жека.

– Кажется, я понял, – с опаской и уважением произнес Гордей. – Так мы не умеем, к сожалению. Ладно, пойдешь первым. В поселок въезжаем с интервалом в две минуты. Я с мастером еду в головной машине, вы за мной.

Они пересели в «Самару» Буй-Тура, и Гордей повел машину через мост.

Без четверти восемь к дому номер одиннадцать по улице Вторая линия Хорошево-Серебряного Бора подъехал, громыхая траками, мощный бульдозер «Катерпиллер» и неожиданно для обитателей особняка, а также, очевидно, для самого водителя, вильнул влево и протаранил кирпичную стену, окружавшую дачу.

Выскочившие охранники с изумлением увидели пролом в заборе, заглохший трактор и водителя, пытавшегося выбраться из кабины. От него несло самогоном и луком, двигался он с трудом, и было видно, что парень в ватнике абсолютно пьян.

– Ты что, ослеп?! – рявкнул на него первый охранник, ошалевший от случившегося. – Куда полез, кретин?!

– Дык… это… я нечаянно… – забормотал тракторист, с трудом ворочая языком. – Мне б отлить…

– Я те щас отолью!

Охранник сграбастал тракториста за воротник, сбросил с гусеницы трактора на снег, начал бить его прикладом автомата, потом ногами. Парень вяло отбивался, умудряясь убирать из-под ударов голову и низ живота.

– Он же пьян в стельку! – сказал второй охранник, разглядывая угол тракторного ножа, снесшего часть стены. – Лыка не вяжет.

– Вот сука, всю кладку разворотил! – покачал головой третий охранник, подоспевший на помощь первым двум. – Как бы не пришлось ремонтировать.

– Кто разворотил, тот пусть и ремонтирует.

– Он тебе наремонтирует.

– Давай бросим его в подвал. К утру очухается, и, пока не восстановит забор, мы его не отпустим.

– Что случилось? – раздался голос от главного входа в особняк. Накинув меховое пальто на плечи, к охранникам подходил хозяин дачи. – Прекратите, Кузьмин. Кто это?

– Тракторист, – виновато шмыгнул носом охранник. – Пьян вдрезину. Умудрился вот поломать стену забора.

– Как он здесь оказался?

– Да вроде ехал мимо… а потом вломился…

– Я имел в виду: откуда здесь трактор?

– На соседней улице стройка, наверное, оттуда.

– Выяснить, найти прораба, вызвать сюда. – Шельмин глянул на лежащего на снегу тракториста, закрывшего голову руками, и зашагал обратно к особняку.

Охранники переглянулись.

– Ты его не забил?

– Пьяного не забьешь.

– Чего же он тогда не шевелится?

– Усрался с испугу. Бери с другой стороны.

Охранники подошли к трактористу, намереваясь отволочь его под руки в дом, но тот вдруг вскочил с криком: «Жеку бить?! Я вам покажу!» – и накинулся с кулаками на опешивших парней. Причем, махая руками и ногами с виду бестолково, он ухитрился крепко въехать коленом в пах одному охраннику и дать по морде второму.

Разъяренные его сопротивлением парни, забыв про оружие, ввязались в драку, и длилась эта потасовка до тех пор, пока подоспевший третий охранник не ударил тракториста сзади прикладом автомата по затылку.

Оглянувшийся Шельмин понаблюдал за схваткой, сплюнул и вошел в дом со словами:

– Не охрана, а сброд…

Данилин, Буй-Тур, Олег и Влад в это время находились уже внутри периметра, проникнув на территорию дачи со стороны соседнего владения.

У соседа князя почти впритык к забору стоял ветхий сарайчик, едва возвышавшийся над забором, но его высоты хватило, чтобы группа беспрепятственно перемахнула через колючую проволоку, идущую поверху забора, и оказались в саду. Телекамера, смотревшая на этот участок стены с одного из деревьев, была включена, Андрей это чувствовал, но затеянная Жекой драка отвлекла внимание дежурного у монитора охраны, и десантирование группы он прозевал.

Особняк, кроме главного, имел еще два входа-выхода – южный и восточный, также контролируемые телекамерами. Поэтому идти через них в дом было нельзя, поднялась бы тревога. Андрей избрал другой путь. Поскольку стена особняка, построенного в форме замка, имела выступы и карнизы, можно было попытаться влезть на крышу, имеющую выход в солярий, либо попасть в здание через окно второго или третьего этажа.

Так и получилось.

Форточка одного из окон башни, рядом с зубчатой кромкой фронтона, оказалась приоткрытой. Андрей, действуя на пределе доступной телу скорости, ужом влез в форточку, применяя приемы «гуттаперчевого вычитания костей», и оказался в одном из помещений третьего этажа.

Помещение, судя по всему, служило хозяину курительной комнатой: здесь вокруг овального столика стояли три кожаных кресла, а воздух был пропитан сигаретным дымом. Дверь в комнату была не заперта, и Андрей выбрался из нее в коридор, который тянулся, очевидно, вокруг всего замка, пронизывая его башни и стену.

Находясь в состоянии резонанса с окружающими полями, Андрей контролировал пространство не меньше, чем на три десятка метров, поэтому вычислить местонахождение постов охраны и вообще живых людей не составило для него особого труда.

Постов он насчитал три – на всех этажах здания. Людей же в особняке было больше – душ двенадцать, если не считать тех, кто сейчас разбирался на улице с «трактористом». Кроме того, где-то в недрах здания, внизу, возможно в подвале, обнаружилась странная концентрация «пси-напряжения». Там скорее всего и держали захваченных в плен бойцов Тарасова и его самого.

Андрей снял ботинки, бесшумным привидением проскочил коридор, на мгновение задерживаясь в нише у поворота на лестничную площадку. Выглянул, одним взглядом вобрал открывшуюся взору картину.

Пост представлял собой обыкновенный стол, стул и небольшой телевизор, очевидно – экран монитора. За столом сидел толстяк в синей форме и читал книгу.

Андрей скользнул к нему и, когда толстяк поднял голову, щелкнул его в адамово яблоко.

Толстяк вскинулся, закатил глаза и оплыл на стуле, едва не сломав спинку.

Второй пост – этажом выше – оказался под стать первому. Только дежурный здесь не читал книгу, сидя за столом, а прохаживался по холлу с сигаретой в зубах. Он тоже ничего не успел сообразить, получил точный удар-тычок пальцем в сонную артерию и потерял сознание.

Третьего охранника, дежурившего на посту на первом этаже здания, Андрей завлек кошачьим мявом – охранник удивился странным звукам, но не насторожился, и это сгубило его – в тупик коридора и тихо придушил. После этого он открыл дверь, выходящую на восточную сторону замка, и впустил остальных.

Они разделились.

Буй-Тур с Олегом остались в холле ждать охранников, выяснявших отношения с «трактористом»-Жекой, Данилин с Владом сначала «отработали» дежурного у общего монитора охраны, располагавшегося в отдельной комнатушке, затем тоже разделились: Влад спустился в подвал, разделенный на отсеки, где сидели пленники (на мониторе это было хорошо видно), а Данилин поднялся на второй этаж особняка, где у хозяина были спальни, рабочий кабинет, гостиная с камином и домашний кинотеатр.

Боевой режим требовал большого расхода энергии, но выходить из него было еще рано, поэтому Андрей позволил себе лишь десятисекундный отдых, пока неуловимым глазу фантомом бежал по лестницам и коридорам особняка.

Холл второго этажа был вдвое меньше первого. Из него начинались коридоры, ведущие в левое и правое крыло здания, которые изгибались, но не соединялись в кольцо, создавая внутренний двор замка, накрытый прозрачным куполом. На первом этаже это пространство двора служило гаражом, на втором здесь располагалась гостиная. Но она в данный момент пустовала – по ощущениям Андрея. Владелец особняка находился в соседней комнате, из которой сочился в коридор тихий шелест системы охлаждения компьютера.

Кто-то вышел из этой комнаты, неся на подносе кофейный прибор: девушка в короткой юбочке и переднике.

Андрей успел спрятаться – в холле стояли два кресла и столик, подождал, пока горничная, а может быть, подруга князя удалится, толкнул дверь комнаты.

Это был кабинет Шельмина.

Диван, три кожаных кресла, стол, новейший компьютер с объемным экраном чуть ли не в рост человека, какие-то металлические стойки, картотека, книжные полки, ковер на стене с мечами и саблями. Запах дорогих сигар и озона.

– Принесла? – поднял голову от стола сидевший за ним человек, черноволосый, смуглолицый, суровый, с хищным взглядом привыкшего повелевать господина.

Андрей ни разу не встречался с князем Русского национального ордена, однако сразу понял, что это он и есть.

– Пойдемте со мной, – тихо сказал он.

– Вы кто?! – опомнился Шельмин, потянувшись к кнопке вызова обслуживающего персонала.

Из глубин здания вдруг донеслись выстрелы, крики, шум драки, который через несколько секунд стих.

Оба прислушались к наступившей тишине, посмотрели друг на друга.

– Не надо, – качнул головой Андрей, – не нажимайте кнопку, никто не придет. А нам надо поговорить.

В глазах князя протаяло понимание, хотя страха в них Андрей не увидел.

– Вы Данилин?

– Не тяните время, князь. Мы хотим кое в чем разобраться и освободить наших.

Шельмин вдруг выхватил откуда-то пистолет, направил на гостя.

– Руки!

Андрей усмехнулся.

– Это вам не поможет, князь. Ведь вашего слуги-мага здесь нет, не так ли?

– Я вас пристрелю!

– Попробуйте.

Шельмин выстрелил.

Но за мгновение до этого Андрей ушел с траектории пули, ускорился и в два прыжка достиг стола. И хотя князь успел выстрелить еще раз – в то место, где только что видел своего противника, Андрею это не помешало выбить у него оружие и мощным ударом плеча отбросить князя к экрану.

Раздался грохот, упало кресло, не удержался на ногах и Шельмин. Вскочил, бледный от ярости, раздувая ноздри, в глазах по-прежнему ни капли страха. Сдаваться он явно не собирался. Прошипел:

– Ты пожалеешь об этом! Жаль, что я рано отпустил Дже…

– Джеральда Махаевски, – ровным голосом подсказал Андрей.

Князь выпрямился.

– Вы неплохо осведомлены о моих… гм, слугах. Однако он скоро найдет… – Шельмин прикусил губу, останавливая себя.

– Прежде чем он найдет нас, – проговорил Андрей, – мы с вашей помощью найдем его. Вы идете, или вас отнести?

Шельмин глянул на старинные часы с маятником в углу кабинета. Было видно, что он пытается найти выход из положения, но не решается продолжить схватку.

– Хорошо, я иду. Но предупреждаю…

– Идите! Руки за спину!

Князь сложил руки за спиной, направился к двери.

Андрей отступил в сторону, вышел следом.

Они спустились в холл первого этажа, на мозаично-плиточном полу которого лежали четыре тела. Три принадлежали охранникам особняка, четвертое – Жеке. Возле него сидели на корточках угрюмый Буй-Тур и Олег. Буй-Тур поднялся, услышав шаги спускавшихся по лестнице людей, сказал с неожиданной тоской:

– Я не умею плакать… а так иногда хочется…

– Что? – тихо спросил Андрей.

– Убили Жеку подонки… он это чувствовал, поэтому и не хотел идти с нами… – Буй-Тур посмотрел на озиравшегося Шельмина, и в глазах его родился свирепый блеск. – Это все его банда! – Он подошел к князю вплотную, сунул ему в кадык ствол пистолета. – Ну что, благородный дон Алексей Харлампиевич? Может, расскажете, как вы ссучились, продали всех нас и предали дело?! Вас прямо сейчас пристрелить или помучить?

– Ах, полковник, полковник, – скривил губы Шельмин, – вы все такой же прямой, простой и недалекий, как и весь ваш казацкий род. Ну неужели вы думаете, что переживете меня?

Буй-Тур ощерился, сильнее вдавил ствол пистолета в шею князя.

– Давай поспорим!

– Гордей, не надо, – сказал Данилин. – Он не стоит вашего гнева.

Из коридора послышались голоса, топот, и в холл, ковыляя, вышли пять человек: Тарасов в окровавленной на груди рубашке, босой, прижимающий к груди руку, трое парней из его группы, избитых, раненых, в испятнанной кровью одежде, и Влад. Тарасов посмотрел на тела на полу, на князя, окинул взглядом Данилина, подковылял к Буй-Туру.

– Спасибо, полковник. Я уже и не надеялся…

– Ему скажи спасибо, – кивнул Буй-Тур на Данилина. – Это он заметил, как вас брали, и позвонил мне. Каким ветром тебя сюда занесло?

– Потом расскажу.

– Они захватили его девушку, – сказал Влад. – Но ее здесь нет, во всяком случае – внизу. Я все помещения осмотрел. Может, он знает? – Влад показал на Шельмина.

Все посмотрели на князя.

– Где Яна? – севшим голосом проговорил Тарасов.

Шельмин, не потерявший присутствия духа, усмехнулся.

– Вряд ли я чем-либо смогу вам помочь, полковник. Ваша дама у моего приятеля, но он мне не подчиняется. Вам придется договариваться с ним лично.

– Где он?

– Не знаю. Честное слово. Сказал, что поехал искать одного человека… женщину. – Шельмин мельком глянул на Данилина. – Но вы не беспокойтесь, он сам вас найдет.

Тарасов вдруг шагнул вперед, и от его быстрого неожиданного удара Шельмин взвился в воздух, не успев защититься, пролетел метров пять и грохнулся спиной о каменный бордюр бассейна. Раздался глухой удар, хруст, вскрик. Шельмин дернулся, выгибаясь, и обмяк. Глаза его, полные удивления и недоумения, так и остались открытыми.

Буй-Тур исподлобья глянул на вновь согнувшегося Тарасова, приблизился к хозяину особняка, вывернул веко и отступил.

– Поспешил ты, полковник. Он был нам живым нужен. Кто теперь скажет, где искать того парня, у которого твоя девушка?

– Надо порыться в его компьютере, командир, – предложил Олег. – Наверняка там есть данные о других базах князя.

– Его приятель Махаевски, если речь шла о нем, не числится в штате РуНО. Он числится магистром другого ордена.

– Уходим, – едва слышно проговорил Тарасов, позеленевший после выплеска энергии. – Здесь нам делать больше нечего. Кстати, Андрей, где твоя жена?

Данилин, бесцельно бродивший поодаль, оглянулся.

– Дома… у подруги… их дача стоит в начале улицы Березовой…

– Что-то мне не нравится намек князя…

– Какой?

– Он сказал, что его приятель, а это определенно Джеральд Махаевски, поехал искать человека – женщину. Вдруг речь шла о Младе?

– Он не должен был знать, где мы остановились… – Голос Данилина упал до шепота. Побледнев, он стремительно пересек холл и исчез за дверью.

– За ним! – кивнул Олегу Буй-Тур.

Лейтенант скрылся следом за Данилиным.

– Итак, что будем делать, мужчины?

– Я бы все-таки порылся в его компе, – проворчал Тарасов.

– Надо похоронить парней… по-человечески.

Где-то в районе моста – в чистом морозном воздухе звуки разносятся далеко – послышались вопли милицейских сирен.

– Господа, нам лучше покинуть сей приют, – посоветовал Буй-Тур. – Кто-то из охранников мог вызвать сюда доблестный ОМОН или, что хуже, спецгруппу ордена, а мы тут не пончиками балуемся. Забирайте своих, не надо оставлять их здесь.

Тарасов молча поплелся к выходу, за ним двинулись подчиненные, вынося тела убитых товарищей. Уже на улице Тарасов спросил глухо:

– Куда поедем?

– Сначала к учителю на дачу, – ответил Буй-Тур. – Потом посмотрим.

Тела убитых погрузили в стоявший на площадке у входа микроавтобус, сами сели в джип, Влад открыл ворота, и машины выехали с территории дачи.

Свернули на соседнюю улицу, упиравшуюся в дебаркадер канала, остановились у первого дома за деревянным забором, у которого прохаживался Олег.

– Ну, что? – высунул голову в окошко Буй-Тур.

– Он только что вошел, – пожал плечами лейтенант.

Скрипнули ворота, из них выбежал Данилин, увидел Олега, микроавтобус, джип, подскочил к нему. На учителя было страшно смотреть, так изменилось его лицо.

– Они увезли ее!

– Куда? – Буй-Тур вылез из машины, за ним Влад и Тарасов.

– Никто уже не ответит. Подруга Млады, ее мать и дед убиты! Млады нигде нет!

Буй-Тур выругался.

– Вот зверье! Их-то зачем было убивать?!

– Найдем этого мерзавца – за все заплатит, – мрачно проворчал Влад. – Интересно, как он узнал, что вы остановились именно здесь?

– Если я его увидел – во время захвата полковника, то и он мог почувствовать. Этот человек – очень сильный оператор.

– Оператор чего?

– Жизни. И смерти…

– И боец, – криво усмехнулся Тарасов. – Он утрамбовал меня как асфальтовый каток, а я ведь не шпана с улицы.

– Где будем искать его?

– Князь обещал, что он сам найдет нас.

– Лучше бы наоборот.

– Все равно надо побыстрей смываться отсюда.

В кармане Данилина запищал телефон. Он выхватил трубку, светлея лицом.

– Млада?! Ты…

Лицо учителя погасло, заострилось, губы сжались.

– Да… слушаю… знаю… приеду…

Он выключил телефон, глянул на всех по очереди.

– Это он!

– Как ему удалось узнать номер твоей мобилы? – хмыкнул Влад.

– У него девчонка учителя, – хмуро напомнил Буй-Тур. – От нее и узнал. Чего он хочет?

– Чтобы мы приехали к нему.

– Куда?

– Нас у моста будет ждать машина.

– Что значит – нас? Он приглашает к себе всех?!

– Вас, полковника и меня.

– Ну уж хер ему! – оскалился Олег. – Мы тоже поедем!

Данилин отрицательно качнул головой.

– Если поедут все, наши женщины умрут. Он хочет встретиться только с троими.

Буй-Тур и Тарасов переглянулись.

– Магистр желает развлечься, – бледно улыбнулся Тарасов. – Одного меня ему мало.

– Наглец, однако! Не переоценивает ли он свои силы?

– Боюсь, это мы его недооцениваем.

– Что предлагаешь?

Они одновременно посмотрели на Данилина.

– Поехали, – сказал Андрей.

– Вылезайте, – приказал Буй-Тур бойцам обеих групп. – Олег, мчись к воеводе. Если он дома, обрисуй ситуацию. Сможем – позвоним.

– Вы ищете смерти, – пробормотал лейтенант.

– Часом раньше, годом позже – не все ли равно? Каждый из нас когда-нибудь повстречается со своей смертью. Но мы еще поживем.

– А если мы незаметно сядем на «хвост» вашим провожатым? – предложил Гроза.

– Спасибо, Иван Сергеич, – тряхнул ему руку Тарасов. – Не стоит рисковать. Мы справимся.

– Как знаете…

– Уезжайте. Похороните ребят.

Они обнялись по очереди, и микроавтобус уехал.

– Пора и нам, – обыденным тоном сказал Буй-Тур. – Покажем этому монстру-магистру кузькину мать?

Три ладони легли одна на другую…