Глава 30. Нефритовый рассвет.

Я пытаюсь справиться с разочарованием.

Не сдавайся.

Должно быть, ты что-то делаешь не так.

Она должна прийти.

Я не знаю, что еще могу сделать. Мне больше некуда идти, некуда смотреть, нечего искать.

Потом я вижу какого-то морщинистого старика, который достает из кармана глиняную фигурку собаки. Старик целует фигурку и ставит ее к подножию алтаря перед собой. Это год его рождения. Год Собаки.

Ну конечно…

Я открываю нагрудную сумку и достаю фигурку Изумрудного Будды. Целую камень и осторожно ставлю его перед алтарем.

Снова склоняю голову, складываю вместе руки. Жду.

Ничего.

По-прежнему ничего.

Приглушенный шум толпы вокруг начинает давить на уши, голова пульсирует болью. Я грязная. Я измождена физически и умственно.

Стараюсь оттолкнуть их всех. Их мысли, их чувства. Их тревоги и их страхи. Они кружат возле меня, как невероятное множество ос, привлеченных зрелой сливой.

Я выдохлась. Иссякла. В конце такой длинной дороги на север.

А потом я слышу какой-то шепот прямо у себя за левым плечом.

– Позволь мне попытаться, – говорит Тима. И протягивает ко мне руку. – Дай мне тоже.

Я снова открываю нагрудную сумку и на этот раз достаю бархатный мешочек. Беру нефритовую фигурку и протягиваю ее Тиме, мы сплетаем наши пальцы. Тима целует фигурку, как старик поцеловал свою собаку, и осторожно кладет перед алтарем, рядом с Изумрудным Буддой.

Мы вместе на этом пути. Мы сестры. Придет или нет к нам когда-нибудь нефритовая девочка.

Именно это мысленно говорит мне Тима. И именно это я слышу. Я это знаю, потому что простое действие ощущается как некий самый добрый поступок из всех, что совершались ради меня. Я не могу удержать слезы, поскольку слишком глубоко тронута.

– А теперь мне, – говорит Лукас.

По моим губам скользит благодарная улыбка, когда я целую руку Лукаса и вкладываю фигурку в его ладонь. Он вертит ее так и эдак, будто видит впервые. А потом ставит к алтарю, рядом с остальными.

Мы вместе на этом пути, говорит мне Лукас.

И тут я чувствую, что кто-то слегка похлопывает меня по плечу. Оглядываюсь и вижу с другой стороны от меня Ро. Он тоже протягивает руку.

Мы вместе на этом пути.

Фортис и Биби стоят прямо за спиной Ро.

Я перевожу взгляд с Изумрудного Будды на другие фигурки, выстроившиеся в ряд.

И когда мы сидим вот так, скрестив ноги, в плывущем дыму благовоний, среди мигающих огоньков свечей, окруженные густым ароматом жасмина, и лотоса, и роз, я вдруг испытываю чувство семьи, которого не испытывала с тех пор, как покинула миссию. И некий особый покой, какого, возможно, никогда не ощущала прежде.

И пожалуй, впервые в моей жизни, хотя в этом я не уверена, мне кажется, что я начинаю молиться.

Падре, мой падре!

Помоги мне.

Ты говорил, я способна на великие дела. Теперь я в это верю. Я верю, что ты был прав.

Я особенная. Теперь я это знаю.

Большинство людей не пытаются выгнать чужую расу из своего родного мира.

Большинство людей не созданы для таких храбрых поступков. Для удивительных вещей. Для вещей, которые никто в здравом уме совершать не захотел бы, даже я сама.

Но я знаю, что должна.

Чудеса, так бы ты это назвал. Ты ведь именно чудес ожидаешь. Они ожидают.

Верь, говорил ты.

Почему я должна?

Зачем? Почему?

Верь, говорил ты.

Почему я должна верить?

Во что? В кого?

Мне бы хотелось быть тобой, падре. Отчаянно. Я хочу верить, как ты. Я не желаю этих сомнений.

Я хочу заснуть ночью и… чтобы никто не гадал, проснусь ли я снова.

Я хочу все знать, не сомневаясь. Верить, что истины существуют. А жизнь длинна. А люди добры.

И что любовь – это жизнь, бессмертная и бесконечная. И что она всегда, всегда права.

Так помоги же мне. Помоги мне сделать то, что мне необходимо сделать, чтобы я могла быть той, кем мне необходимо быть.

Тем, что я есть.

Сестрой.

Старшей сестрой.

А потом мой ум пустеет, и я не могу думать ни о чем, кроме того момента, в котором существую, потому что вокруг меня ритмично напевают монахи, тлеют благовония, а огоньки свечей на алтаре начинают отражаться в нефритовых фигурках.

И маленькие нефритовые существа одно за другим принимаются вибрировать, дрожать на золотом полу святилища под ними.

И одно за другим лица моих друзей омываются светом. Сначала Тима, потом Лукас, а потом даже Фортис и Биби.

И наконец свет заливает меня.

Деревенские начинают что-то бормотать и молиться, пятясь.

У меня перехватывает дыхание, когда огни свечек вырастают, отражаясь друг в друге. Свет разливается среди нефрита, между нами, и наконец сияющая паутина огненных линий соединяет и фигурки, и людей в храме почти с лазерной точностью.

Я чувствую себя так, словно наблюдаю за восходом солнца.

И тогда это происходит.

Она появляется.

Прекрасное дитя, девочка с кожей цвета влажного песка, с волосами цвета свежего снега. Она выходит из-за огромного зеленого стеклянного Будды.

Это она.

Это та самая нефритовая девочка.

Я слышу, как Тима судорожно втягивает воздух, ощущаю, как каменеет Лукас рядом со мной. Ро с трудом поднимается на ноги. Биби и Фортис ерзают по полу за моей спиной.

Вот и она. А они все равно не могут поверить. Ее даровал нам Будда.

– Старшая сестра, – произносит девочка. – Ты пришла. Я ждала тебя.

– Знаю, сестренка, – просто говорю я, потому что это правда. – Я пыталась найти тебя все это время. Это было нелегко. – Я умолкаю, почти боясь задать ей вопрос. – Кто ты такая?

Она улыбается, касаясь своей груди.

– Воробей. Я Воробей.

– Воробей?

– Так меня зовут. – Она старается найти нужные слова, хмурит лобик под белыми волосами. – Но это больше. Это то, что я есть.

– А я Долория. Дол.

Я опускаюсь перед ней на колени. Она такая хрупкая, она стоит, словно в центре леса, посреди древних нефритов. Она похожа на мотылька, думаю я. На бабочку.

Птенец, думаю я. Тот самый, из моих снов.

Это больше, чем просто мое имя. Это то, что я есть.

– Покажи мне, – прошу я. – Покажи мне, что ты есть.

Воробей окидывает меня долгим взглядом. Потом поднимает руку к небу.

Покажу, Дол.

Потому что я ждала тебя. Потому что теперь, когда ты здесь, настало время.

Я слышу эти слова, хотя девочка их не произносит. Они просто появляются в моей голове, как мои собственные.

Ждала чего, Воробей?

Она снова смотрит на небо и на этот раз поднимает обе руки высоко над головой, ладонями к небесам.

И закрывает глаза.

Сейчас, говорит она.

Сейчас.

Идите домой.

Пришло время.

И тут же, как по команде, тысячи птиц – десятки тысяч – взлетают над зарослями джунглей, щебеча, и поднимаются все выше, и парят в начинающем розоветь предрассветном небе.

Птицы.

Настоящие, живые птицы.

Они куда больше, чем просто надежда.

Они непостижимы. Они безудержны. Крылья хлопают, сердца бьются, они такие же живые, как сама жизнь.

Я наблюдаю за ними из открытых дверей храма. Моя улыбка бесконечно широка, она переходит в смех. Воробей в ответ улыбается мне, но она ни на секунду не сводит глаз с птиц.

Местные жители вокруг ритмично напевают что-то. Они напевают и плачут, но не умолкают. Они не знают, что происходит или почему, но они точно так же не хотят, чтобы это прекратилось, как и мы.

И мы смотрим и смотрим, а птицы чирикают, и поют, и перекликаются друг с другом, пока все небо не наполняется шумом, а заодно и перьями. Это куда величественнее того, что когда-либо мог описать мне падре.

Я думаю, что вижу сейчас то, что видели мои родители.

Я вижу жизнь такой, какой она была до Того Дня.

Продолжающуюся жизнь.

Возвращающуюся жизнь.

Епископ был прав. И Епископ, и падре. Надежда и в самом деле крылата.

Вперед и назад. Вперед и назад. Вверх и вниз по бесконечным холмам.

Вот что это такое – жизнь, существование.

Я наблюдаю за птицами, и Воробей наблюдает за птицами, и вместе мы теперь некое новое счастливое нечто.

Сестры, думаю я. Теперь у меня есть сестра, а у нее есть я. Это уже достаточно обнадеживает.

ДОНЕСЕНИЕ В ГЛАВНОЕ ПОСОЛЬСТВО. ОТДЕЛЕНИЕ В ВОСТОЧНОЙ АЗИИ. ПОМЕТКА: СРОЧНО. ГРИФ: ДЛЯ ЛИЧНОГО ПОЛЬЗОВАНИЯ. Подкомитет внутренних расследований 115211В. Относительно инцидента в Колониях ЮВА. Примечание. Свяжитесь с Джасмин3к, виртуальным гибридом человека 39261.ЮВА, лабораторным ассистентом доктора И. Янг, для дальнейших комментариев, если понадобится. ДОК ==› ФОРТИС. Расшифровка – Журнал соединений, 03.01.2070. ДОК::НУЛЛ. //соединение начато; Отправлено: Я хочу знать больше о твоих осложнениях. Чего ты не ожидал найти и как это меняет твои приоритеты.; Ответ: Трудно решить, то ли просто игнорировать новые переменные, то ли включить их в общую картину и расширить мои первоначальные функции.; Ответ: Я не ожидал открыть планету, населенную существами вроде людей.; Отправлено: Объясни, если можно.; Ответ: Я нахожу объяснение довольно трудным. Уровень технологий. Исторические данные. Биологическое разнообразие.; Ответ: Ничего похожего на то, что планировалось.; Связь прервана; //соединение завершено;