Глава 19.

— Петров? — Андрей умышленно опустил вежливые никчемности вроде «господин» или «профессор». — Как спите по ночам? В холодном поту не просыпаетесь?

— А должен? — недовольно спросил доктор. — Надеюсь, у вас хватило ума не сбежать?

— Нет, я на легальном положении, — довольным голосом ответил Серегин, быстро одеваясь. — Вот, вышел из ванной, сейчас распечатаю сигару, плесну себе виски и на полчаса погружусь в нирвану…

— Рад за вас, — заверил профессор. — Зачем вы позвонили?

— Я знаю об одном из ваших секретных экспериментов, профессор, — прямо заявил Андрей. — В результате которого восемь человек исчезли, один скончался, а двое до сих пор молчат…

— Вы с ума сошли! — испуганно прошептал Петров. — Разве можно говорить об этом по телефону?!

— Можно, — Серегин усмехнулся. — Я сейчас должен съездить в одно местечко, но после — обязательно забегу к вам поболтать.

— После вас уже не будет в живых, — вырвалось у Петрова.

— Ага, значит, вы готовы со мной побеседовать?

— Если вы сейчас же не заткнетесь, меня не станет ещё раньше, — простонал доктор.

— Как все загадочно! — Андрей уже выходил за дверь. — Хорошо, доктор, я молчу. Через час я обсохну и поеду по делам… так… потом ужин… Что, если я заскочу к вам в десять?

— Буду ждать, — заверил Петров и положил трубку. Выйдя на улицу, Серегин применил проверенный трюк, подняв руку на уровень плеча. У обочины тотчас остановилось потрепанное такси, и Андрей, не раздумывая, плюхнулся на переднее сиденье. Водитель молча утопил педаль акселератора почти в пол, и машину словно бы пнули в задний бампер.

— Какой оборотистый «Москвич», — с удивлением заметил Серегин.

— Тебя давно не было видно, — вместо ответа сказал «таксист». — Гостил в подвалах Агентства?

— Если ты сам все знаешь, зачем тратить время на глупые вопросы?

— Это умный вопрос, — поправил Андрея водитель. — Мне очень интересно знать, зачем ты им сдался и на каких условиях тебя так благодушно освободили?

— Тебя это не касается, — заверил шофера Серегин. — Вот адрес, вези и постарайся молчать…

— Этот адрес мне знаком, — водитель улыбнулся. — У тебя неплохой вкус…

— Ты о чем?

— О той девице, что проживает по этим координатам, — ответил шофер.

— Нет, ты договаривай…

— Больше мне нечего сказать, — «таксист» пожал плечами.

— Какой больной тип будет запоминать всех своих клиентов, да ещё так, чтобы при этом ухмыляться, словно возит их ежедневно и состоит в самых дружеских отношениях?! Говори, чумазый, или я сдам всю твою общину Агентству! Она из ваших?!

— Да что ты привязался?! — начал прогибаться под напором Серегина водитель. — Просто запомнилась и все! Красивая слишком!

— Агентов вокруг видел? — внезапно меняя тему, спросил Андрей.

— Были, — согласился шофер, — но мы от них оторвались.

— Как в прошлый раз?

— А что, я в прошлый раз тебя обманул?

— Нет.

— А вот ты — да. Вместо полного видеоряда послания показал мне лишь половину. Нехорошо это, Андрей Иванович…

— Будет тебе белка, будет и свисток, — процитировал Серегин, — но ты должен повторить тот фокус с задней стенкой гаража.

— Кому это я должен? — шофер скривился.

— Мне, — твердо заявил Андрей. — Здесь хозяин пока ещё я. Запомни это, членистоногий! И впредь не раздражай меня, если не хочешь, чтобы твой клан попал под раздачу, когда мы начнем зачистку планеты…

— Хорошо, — нехотя согласился водитель. — Из уважения к твоему вымирающему виду. Куда надо проникнуть?

— Из квартиры нашей общей знакомой прямиком в лабораторию к Петрову. Знаешь, где это?

— В логово лучшего из друзей Агентства? — Шофер почесал затылок. — Впрочем, твоя голова, если тебе не терпится её потерять — ради бога…

— А потом — снова сюда, — закончил Андрей.

— Эй, сапиенс, это уже перебор! — возмутился водитель.

— Получишь за это вторую часть послания плутонян, — пообещал Серегин.

— Держи, — шофер протянул Андрею небольшой брелок. — Три импульса, не больше.

— Как действует?

— Просто представь себе в общих чертах то место, куда желаешь попасть, и нажми вот эту кнопку.

— Приборчик читает мысли?

— И расшифровывает, сравнивая с подробным планом города и архитектурными схемами его многочисленных построек, — объяснил «таксист». — Приехали. Удачи, ловелас…

Андрей коротким нажатием кнопки вызвал у звонка приступ истерического дребезжания и позвякивания. Такая богатая гамма звуков была для простейшего приборчика, по крайней мере, странной. Чтобы насладиться потрясающим эффектом в должной мере, Серегин прижал палец ещё на несколько секунд, и к воплям звонка тотчас присоединились негромкие, но отчетливо слышные ругательства.

— Кто там?! — недовольно крикнула из-за двери Таня.

— Мы сами не местные! — весело проговорил Андрей. — Но вы нас должны помнить…

— Я не подаю, — заявила девушка, и Серегин услышал, как её шаги удаляются от двери куда-то в глубь квартиры.

Андрей снова выдавил чудную трель, и Татьяна откликнулась уже с угрозой.

— Сейчас вызову милицию!

— А приедет? — с улыбкой спросил Андрей. — Тетя Таня, ты в глазок посмотри, может быть, узнаешь меня в лицо, если память на голоса у тебя отшибло…

— Какая ещё Таня? — с фальшивым недоумением спросила девушка, но в глазок все же заглянула.

Это Андрей определил по тени, набежавшей на прозрачное стекло.

— А ты ничего, — оценила она, — только я тебя не знаю…

— Знаешь, — качая головой, заверил Андрей. — Мы с тобой пару месяцев провели ближе, чем два цыпленка в одной скорлупе.

— Ты космонавт? — удивленно спросила Таня. — Но я тебя не помню, таких в нашем экипаже не было…

— Майкова помнишь?

— Гену? Да…

— Алексея, Тому, Аню, Пал Палыча…

— Ты Пал Палыч?

— Я — Андрей, он же Сережа…

— Он же Гоша, он же Юра, он же Жора, — продолжила Татьяна. — Нет, не помню я тебя, проваливай…

— А ведь я тебе говорил, что нам придется снова знакомиться и неизвестно, чем это закончится, — качая головой, сказал Андрей. — А ты мне не верила. Любовь, говорила, не сотрешь…

— Не могла я такое говорить!

— Ты откроешь, или мы так и будем общаться через дверь?!

— С какой стати я должна тебе верить?! Про любовь я вслух вообще никогда не говорю! Нечего врать!

— Хочешь, я Петрова приведу, он подтвердит…

Упоминание о профессоре вызвало за дверью легкое замешательство.

— Значит, любовь? Ладно, тогда скажи, любовничек, как меня звали до полета?

— Ольга…

— Вот и попался! Ты просто раскопал мое досье и решил сыграть на тонкостях специальной подготовки нашего экипажа! Я бы тебе ни за что не сказала свое имя во время полета. Это могло стоить мне премии!

— И где бы я добыл сверхсекретные материалы по проекту «Янус»? Ты думаешь, что говоришь?

По ту сторону двери наступила тишина, а спустя пару минут щелкнул замок и Таня с виноватым видом шагнула в сторону, впуская Андрея в квартиру.

— Заходи… Я и вправду дура…

— Очень приятно, — Серегин протянул ей руку и улыбнулся, — Андрей…

— Получишь сейчас, юморист! — Девушка легко толкнула его в плечо. — Я все равно тебя не помню, но подкоркой чувствую, что ты говоришь правду.

— А о том, что я тебе страшно нравлюсь; в подкорке ничего нет?

— Пока тишина, — Таня хитро прищурилась и склонила голову набок. — Где ты пропадал целый месяц, кавалер? Что же это получается, поматросил и забросил?

— Пришел же, — усаживаясь в кресло, возразил Андрей.

— И уверен, что не поздно? — словно удивляясь его наглости, спросила девушка.

— Ты не из тех, кто боится остаться в одиночестве, — резонно заметил Серегин.

Таня прикинула что-то в уме и, кивнув, спросила:

— Чай, кофе, вода, лед?

— Тебя, — признался Андрей.

— Вот, — девушка скомбинировала из трех пальцев чисто русский ответ.

— Тогда сразу к делу, — ничуть не смутившись, заявил Серегин; — Собирайся.

— Куда?

— На подвиги, конечно. Мир спасать.

— Орден дадут?

— Нет. Даже посмертно.

— Так я и знала, — девушка вздохнула. — Стиль свободный?

— Главное, без каблуков, — согласился Андрей. — Придется много бегать…