Глава 8. ОПЕРАЦИЯ «КАПКАН».

— Горстка отважных братьев и сестер наших еще держится на Оттумизе! — Старый Жрец, убеленный седым, как лунь, шерстяным покровом, потрясал посохом. — Военная польза от их действий ничтожна, но политическую переоценить трудно! Мы обязаны оказать им помощь! Необходимо снарядить к Оттумизу тайный караван и доставить храбрецам средства дальней связи, медикаменты и источники энергопитания! Пусть передают в Туманность Смерти записи своих нападений на оккупантов! Это весьма важно для нашего народа!

— Регулярные сеансы дальней связи быстро выдадут врагам укрытия партизан! — возражал ему другой Жрец. — Доблестные герои будут неизбежно обнаружены и жестоко умерщвлены! Мы должны выслать помощь, но требовать от них регулярных трансляций недопустимо!

— Есть и другие варианты! — Кто-то из Синода пошевелил мощным пальцем по управляющей области своего посоха, и тот высветил голограмму, заполненную научными схемами и цифровыми выкладками. — По моему заданию Епархия Коммуникаций произвела расчет…

Встреча с Синодом близилась к завершению, и Тринадцатый молча обдумывал текущую ситуацию, не вмешиваясь в разговор Жрецов. Дэя была единственным местом, где они имели возможность встретиться друг с другом лично и принять необходимые решения посредством обычного общения, но не сложной системы анонимных электронных сигналов. Пусть совещаются, это сэкономит им время. Пока планета Боевого Флота находится в Туманности Смерти, собирать Синод здесь вполне разумно. Само появление Одной-Из-Детей перед расой Риулов произвело мощнейший эмоциональный эффект. Несмотря на то, что фактически особой помощи представители Содружества оказать своим новым союзникам еще не успели, результаты уже были впечатляющими. Народ Риулов бурлил, словно готовый к извержению вулкан. Тоскливые и безнадежные настроения сменились небывалым подъемом боевого духа и резким всплеском активности. Риулы трудились сутками напролет, перестраивая производственные линии под полученные от Людей технологии, и первая партия модернизированных боевых кораблей уже готовилась сойти со стапелей. Параллельно шел процесс переподготовки личного состава вооруженных сил и внедрение сотрудников Отряда Координации и Управления в командные звенья армии. По центральным каналам вещания ежечасно крутились видеоматериалы о Дэе, отснятые Жрецами Синода с разрешения Командующего, к которым со вчерашнего дня присоединились кадры, привезенные из недавнего рейда. Превосходящие силы противника исчезали в смертельном зареве вспышек, захлестнутые потоками Серебряных Слез, избежавшие удара антивеществом эскадры врага, охваченные паникой, обращались в бегство перед вдесятеро уступающей в численности эскадрой Содружества. Видеоряды были дополнены едкими замечаниями и весьма кровожадными призывами Риульских военачальников, что еще более усиливало веру народа в победу. А изображение паладин-майора, возглавляющего отряд сопротивления на погребенном под нескончаемыми снегопадами из золы и пепла Оттумизе, мгновенно стало одним из символов мужества и веры в победу.

К самой планете Боевого Флота не иссякал поток транспортных средств. Риулы, рискуя жизнью, летели увидеть творение Создателей собственными глазами. Миллионы гражданских и военных лиц, закончив изматывающе увеличенные трудовые смены, вместо отдыха спешили получить свежую сводку по графикам формирования областей пространства с пониженной степенью агрессивности и устремлялись к Дэе, если в тот момент имелась возможность до нее добраться. Хранитель был прав: для Риулов один только факт существования Дэи означал многое. Пришлось пойти навстречу его просьбе и разрешить Синоду награждать особо отличившихся тружеников и воинов возможностью посетить сотворенную Создателями планету. Специально для этих целей на Дэе сформировали небольшое пространство, полностью воспроизводящее ландшафт и атмосферу Оззириза. Удостоившийся чести оказаться там мог провести в условиях родной природы около часа, встретить кого-то из Жрецов, а иногда даже лицезреть Хранителя, удерживающего священную Скрижаль. Алекс мысленно улыбнулся. Хитрец Еаурурис представил на его подпись многомиллионные списки достойнейших с подробными описаниями заслуг каждого. Жрец старался показать Одну-Из-Детей максимально большему количеству соплеменников и, будь у него такая возможность, выпросил бы разрешения привезти сюда на часок-другой всю расу в полном составе. Доводить дело до подобной степени фанатизма, конечно, не стоило, но в разумных пределах помочь Хранителю было необходимо: Дэя не будет стоять тут вечно. Вскоре планета Боевого Флота вернется в систему Солнца, а Риулам еще долго предстоит сражаться в полном окружении, и боевой дух в подобной ситуации является одним из определяющих факторов.

Все это, без сомнения, хорошо и правильно, но не решает главной задачи: средств противодействия Идеальному до сих пор не найдено. Через неделю мы планируем запуск ноль-перехода, что позволит начать серьезное взаимодействие с Риулами, но это лишь возможность отсрочить неизбежное. Рано или поздно Враг поймет, что Союз не выдержит сосредоточенного удара. И тогда он соберет огромную армию из всего, что имеет в распоряжении, и бросит на нас даже не десятки и не сотни миллионов боевых кораблей. И времени у нас остается всё меньше. Поэтому придется торопиться еще сильней. Он соединился по личному каналу с Серебряковым-младшим и тихо спросил:

— Андрей, какова текущая степень темпоральной компрессии в блоке «Руника»?

— Один к двенадцати, — откликнулся ученый. — Со следующей недели планирую увеличить вдвое.

— Увеличивай втрое, — приказал Тринадцатый, — до отметки один к сорока. У меня нехорошее предчувствие, мы должны торопиться.

— Один к сорока — не слишком ли много? — уточнил Серебряков-младший. — «Экскурсовод» может не выдержать. Вы же знаете о его биологическом состоянии.

— Знаю, — подтвердил Тринадцатый. — Но это необходимо, потому придется рисковать. Ты подключил его к новой ЭСС-технологии?

— Мы ушли в Туманность Смерти слишком быстро, — ответил голос ученого. — У меня недостаточно биоресурсов. Тут требуется помощь Дэльфи в тиражировании некоторых компонентов. Пока «Экскурсовод» подключен к старому модулю.

— Я тебя понял, — Алекс секунду размышлял, — как только Ноль-Врата будут запущены, я встречусь с О и попрошу его подготовить к твоему возвращению все необходимое. Они успеют за три недели?

— Полагаю, что да! — прикинул Серебряков-младший. — Список, конечно, их удивит, но технологии Империи позволяют справиться с подобной задачей в эти сроки. Если бросить все силы.

— Тринадцатый, я — «Импульс-18»! Прием! — вклинился в разговор вызов Оперативного дежурного.

— На связи, — ответил Командующий.

— «Барабашки» вышли на связь, — доложил офицер. — Десять минут назад они закончили выход в реальный космос в полутора световых годах от Преддверия Туманности Смерти и ожидают возможности совершить прыжок к Дэе.

— Когда открывается ближайший безопасный коридор? — Алекс бросил взгляд на хронометр.

— Через семь стандартных часов, — сообщил Оперативный. — «Барабашка-1» сообщает о высокой активности эскадр противника в непосредственно Преддверии и его ближайших окрестностях. Враг ведет интенсивное прочесывание космического пространства, но на текущий момент не сумел обнаружить нашу эскадрилью. «Барабашка» докладывает также об обнаружении энергетического отпечатка активированного кваркового заряда. Чужие готовят очередной брандер. Время до начала реакции, предположительно, от двадцати до сорока пяти стандартных минут.

— Посмотрим, куда они запустят его на этот раз, — Тринадцатый посмотрел на совещающийся Синод и решил не отвлекать Жрецов от увлеченного обсуждения. — Выслать эскадрилью перехватчиков к каждой планете Туманности, если брандер выйдет в опасной зоне — уничтожить. И оповестить командование флота Риулов, пусть подстрахуют там, куда не успеем добраться. Насколько я помню, в ближайший час не будет безопасных коридоров ко Второй планете.

— И к Пятой, — добавил Серебряков-младший. — К остальным планетам можно дойти, но через тысячу сто двадцать семь стандартных секунд Восьмая планета войдет во фронт жесткого излучения высокой интенсивности. Рекомендую работать с подачей максимума мощности на щиты в ущерб летно-боевым качествам. Иначе перехватчики не продержатся в потоке излучений необходимое количество времени.

— «Импульс», отправь рекомендации Андрея Андреевича командирам эскадрилий, — приказал Командующий. — Как только «Барабашки» приземлятся на Дэе, собирай военный совет.

— Есть! — отсалютовал Оперативный и отключился. Дремавший на грудной мышце Чебурашка, почувствовав знакомые образы, проснулся и потребовал выпустить себя наружу.

Военный совет начался с доклада командира «Барабашек». Аналитические сводки, выведенные из привезенных ими данных, усеивали информационные экраны, свежие отметки расположения флотов противника быстро зажигались на объемной карте пространства Риулов, висящей посреди зала.

— Таким образом, можно с уверенностью сказать, что Чужие расшифровали «послание Совета Глав», адресованное «Вождю», — молодой капитан коротко указал на несколько сводок, и они подсветились более яркими оттенками, привлекая к себе внимание. — Об этом свидетельствуют более четырех десятков радиоперехватов, от официальных докладов шифровальщиков высшему командованию до внутренних переговоров генералитета. Везде упоминается о тайной переброске Дэльфийско-Человеческим Союзом флота в десять миллионов боевых вымпелов в пространство Риулов. Якобы совершавшая диверсионные рейды человеческая эскадра определила ряд солнечных систем возле Туманности Смерти как легкую добычу.

— Сводки показывают радиообмен между рядовыми капитанами вражеских кораблей, — «Тайпан» внимательно изучал появляющиеся данные. — Многократно повторяются тексты на тему получения помощи от Инсектората. Фактически это все на уровне слухов. Есть подтверждения?

— Прямых нет, — покачал головой командир разведэскадрильи. — Миноритарный Акционер Ваау не связывался с Инсекторатом и вообще не имел радиообмена вне пространства Риулов.

— Если он есть частица Идеального, радиосвязь ему не нужна, — произнес голос Серебрякова-младшего. В этом Хранитель Еаурурис однозначно прав. — Все ЕГО составляющие, находясь в любой точке пространства, знают всё, что знает любая из них. Приказ о переброске сил Инсектората надо искать в пространстве Инсектората, а радиообмена между частицами Идеального можно не искать вообще. Они связаны между собой на неизвестном нам физическом уровне.

— Ну, до пространства Инсектората нам пока далеко, — Командующий разглядывал записи радиоперехвата. — И добраться до него проще из пространства Дэльфи, нежели отсюда. Адмирал Вигу организует взаимодействие с Имперским Генеральным Штабом по вопросам проведения глубинной разведки. Но это в любом случае займет много времени, потому будем опираться на то, что имеем. Что конкретно слухи на уровне офицерского корпуса противника говорят о возможной помощи, ожидаемой от Инсов?

— Версий они понастроили множество, — ответил разведчик, — от абсолютно абсурдных, вроде того что Инсекторат выслал флот в сто миллионов кораблей, до более-менее похожих на реальность, где цифры колеблются от двадцати до тридцати миллионов, включая истребители. Но все сходятся в одном: Первый Советник Королевы-Матери пошел навстречу своим союзникам и выслал в пространство Риулов крупные силы для противодействия приближающемуся Дэльфийско-Человеческому флоту. Кроме того, цивилизации Т’Хассмоа и Гредрини объявили у себя всеобщую мобилизацию. По этому поводу тоже имеются слухи. Офицеры каждой из вышеуказанных рас в приватных разговорах многозначительно произносят практически одну и ту же фразу, мол, вскоре нам понадобится как можно больше сил для борьбы с настоящим врагом.

— Понятно, — Командующий зло поморщился. — Похоже, марионетки Идеального довели раскол между Т’Хассмоа и Гредрини до предела. Война между ними лишь вопрос нашего существования. Эти двое бросятся грызть друг друга в ту же секунду, когда падет последняя солнечная система Союза, если не раньше. Впрочем, нам это уже ничем не поможет. Итак, наша цель достигнута. Инсы выслали сюда серьезный флот. Значит, нам удалось на какое-то время разгрузить фронты Содружества и Империи. Андрей Андреевич, готов прогноз по Туманности Смерти?

— Заканчиваю, — сообщил Серебряков-младший. — В общих чертах можно уверенно заявить, что штурмовать Туманность абсолютно невозможно, вне зависимости от количества нападающих. При существующем уровне технологий, причем даже наших, противопоставить местной физике пространства нечего. По отдельности, теоретически, можно попытаться локализовать смертельные излучения и резонансные вибрации, разгоняющие обычные реликтовые шумы Галактики до убийственных величин. На это уйдет немало времени и ресурсов, но, повторюсь, теоретически это решаемо. Можно отстрелять и метеоритно-астероидные потоки, хотя их объемы и скорости колоссальны, и подобное занятие займет уже на порядки более продолжительное время. Я бы даже сказал, что возможно частично нейтрализовать гравитационные ловушки черных дыр, если кто-то бросит на это науку всей цивилизации. В этом случае лет эдак через триста — триста пятьдесят, вполне вероятно, он получит способ сопротивляться приливным силам местных аномалий, но и то лишь на достаточно больших расстояниях от эпицентров. Но, скажем так, победить Туманность Смерти во всей ее совокупности невозможно. Именно совокупность агрессивных проявлений делает ее столь опасной. Они не просто есть, они взаимно усиливают мощь друг друга. И невозможность эта будет сохраняться еще довольно долго.

— Сколько конкретно? — уточнил Тринадцатый. — На что мы можем рассчитывать? Вопрос не праздный, нашими стараниями сюда летят тридцать миллионов паучьих кораблей, и Туманность Смерти — это все, на что могут надеяться Риулы.

— Если поддерживать их извне ресурсами и энергоносителями, то угрожать им могут исключительно кварковые бомбардировки, что устраивают Чужие наугад! — веско заявил ученый. — Но если хотите цифры, могу произвести предварительный расчет. Секунду… — голос Серебрякова-младшего на мгновение замолчал, после чего уверенно продолжил: — Согласно приблизительным расчетам по нормам мирного времени, Содружество может разработать технологии противодействия внутренней среде Туманности Смерти ориентировочно через полторы-две тысячи лет. Это, разумеется, если не произойдет какого-нибудь бурного прорыва. В условиях военного времени данный срок можно смело увеличивать втрое, а применимо к научно-техническому уровню наших противников — вчетверо.

— Даже так, — Командующий шевельнул бровями. — Похоже, это нам надо выпрашивать у Риулов планетку в этом веселеньком местечке, если дела пойдут совсем печально. Наши рогатые друзья имеют все шансы продержаться дольше всех.

— Вообще-то на досуге я уже просчитывал такую возможность, — произнес Серебряков-младший. — И пришел к неутешительным выводам: трем цивилизациям никак не уместиться на восьми планетах Туманности Смерти. Даже если Риулы согласятся поделиться жизненными территориями поровну. Большая часть наших народов обречена остаться в родных мирах и погибнуть от руки врагов. Здесь можно сохранить порядка трети наших рас, не более. И это при самом благоприятном раскладе. Ведь если Риулы не пойдут на то, чтобы делить планеты поровну, мы же не будем отбирать у них территории силой оружия!

— Отобрать силой оружия, говоришь… — Тринадцатый на несколько секунд задумался. — А ведь это мысль! — Он обернулся к ничего не понимающим офицерам: — «Барабашка», где сейчас Миноритарный Акционер Ваау?

— В гиперпространстве между системами Меофизз и Рамунра, — доложил разведчик. — Движется в составе флота по местам прохождения нашего рейда и усиливает потрепанные силы прикрытия.

— «Импульс»! Экстренный канал связи с «Минотавром»! — приказал Командующий.

Через шесть секунд на экране системы связи вспыхнула бочкообразная фигура Хранителя.

— Истина — вечна, Оператор! — провозгласил могучий Риул. — Внимаю речам твоим!

— Нам необходимо провести срочное совещание, — без предисловий сообщил Жрецу Тринадцатый. — Возьми с собой самого надежного флотского военачальника. Только одного. Больше никто ничего знать не должен, встреча закрывается максимальным грифом секретности.

— Да будет так! — протрубил Еаурурис. — Мы предстанем пред тобой через восемьдесят минут!

Силовой барьер тюремного блока отключился, и раздался зловещий гул, к грохоту которого Рафтулах так и не смог привыкнуть за неделю заточения. Все эти четверо суток, прошедших с момента пленения, он провел в одном бесконечном страхе, ежечасно ожидая казни. И надрывный вой отодвигающейся дверной плиты каждый раз заставлял его забиваться в угол и замирать от ужаса. Он, конечно, сразу догадался, что этот душераздирающий звук издают находящиеся внутри стен сервомоторы, чьей задачей было отодвигать дверную плиту. Когда человеческие монстры заводили его в тюремные казематы своего линкора, Рафтулах успел ее разглядеть. В тот момент надежда на побег растаяла, как зимний сон. Створ входного люка был толщиной с ногу, а сама дверь оказалась настолько большой и массивной, что должна весить тонн десять. Такую не сдвинешь с места, даже будь она вообще не заперта. За год военной службы он научился хорошо разбираться в разной технике и теперь знает о науке всё, но легче от этого знания не становилось. Выматывающий душу звук открывающегося тюремного люка вновь и вновь заставлял Рафтулаха мелко подергиваться от страха. Говорят, эти жуткие черные монстры с чудовищными мордами — специально выведенная бойцовая порода Людей. Они пожирают пленных заживо! Прямо сырыми, никак не приготавливая! Даже Инсы давным-давно так не поступают, предпочитая впрыскивать в жертву специальный фермент, который за какое-то время придает еде приятные, с их точки зрения, вкусовые качества! А эти человеческие чудовища поедают свою добычу чуть ли не вместе с одеждой! То-то его так хорошо кормят все время заключения — откармливают, чтобы сожрать! Ценности в качестве языка он не представлял, человеческий монстр, покрытый черными наростами, понял это на первом же допросе, хотя Рафтулах и старался изобразить из себя важного офицера, сыпал научными терминами и военным сленгом. Видимо, его предали. Помимо Рафтулаха в системе Гиззаза Люди захватили несколько настоящих офицеров, их водили на допрос ежедневно, одного из них даже дважды в сутки. Вот те и рассказали Человеку, что Рафтулах мелкая сошка, как пить дать, они! Себя спасают от пожирания ценой его жизни! Недаром эта обильная кормежка, ох как недаром! А ведь так хорошо все начиналось…

После учебной части его направили служить на настоящий эсминец младшим помощником моториста! Столько высокотехнологичного оборудования на захолустном Рахлатумне Рафтулах не увидел бы и за две жизни! Он с удовольствием драил палубы, вылизывая все, вплоть до мелкого кожуха малейшей детали, и через несколько месяцев изучил корабль вдоль и поперек. Рафтулах не просто научился пользоваться всей имеющейся на борту аппаратурой и оборудованием, но даже освоил ручное управление аварийно-спасательной капсулой, и очень даже неплохо! Недаром боцман постоянно велел именно ему проводить плановые проверки капсул. Старый космический волк издевательски заявлял, что его выбор пал на Рафтулаха потому, что, мол, если в процессе проверки этот старый хлам, именуемый спасательной капсулой, развалится прямо в космосе, то одним крестьянином больше, одним меньше — кто их считает-то! Но Рафтулах знал, что таким образом боцман просто давал возможность старослужащим сохранить лицо! Доверить испытания такого высокотехнологичного чуда, как спасательная капсула, можно только настоящему асу. Ведь от работоспособности капсулы зависит, спасешься ты или нет, когда корабль будет подбит в бою. Боцман-то сразу понял, кто на нашем эсминце летает лучше всех! Рафтулах уже подумывал о научной карьере сразу после войны, а тут… теперь его точно сожрут! А он еще радовался, влезая внутрь капсулы в разваливающемся на глазах эсминце. Думал, повезло. Но эти жуткие твари не прошли мимо, как обещала инструкция по спасению посредством аварийной капсулы. Люди сожгли эсминец, а потом выловили Рафтулаха и бросили в тюрьму. Теперь и не скажешь, кому повезло больше, ему или тем, кого Люди разнесли на атомы вместе с эсминцем. С тех пор он прощается с жизнью всякий раз, когда слышит завывание открывающейся дверной плиты тюремного блока.

Пока что ему везло, и жуткие монстры в черных наростах приходили не за ним, но кто знает, когда Чужие решат его сожрать? И так ясно, что вечно кормить его Люди не будут, а информационной ценности он не имеет. Проклятый трус! Эта молчаливая вспышка гнева ежедневно адресовалась тому офицеру-соотечественнику, которого выводили на допросы дважды в сутки. Предатель! Наверняка это он рассказал Людям, что Рафтулах не весьма важный полковник, как он представился на первом и единственном допросе, но всего лишь младший помощник моториста. Сам бы Человек ни за что не заподозрил обман — Рафтулах выучил все космические словечки и даже офицерский жаргон, он был неотличим от бывалого пилота!

Душераздирающий гул открывающейся дверной плиты стих, и в тюремном блоке загрохотали множественные шаги. Судя по приближающемуся зловещему топоту, довольно большая группа Людей, человек десять, не меньше, направлялась по коридору к его камере. Рафтулах перестал дышать от ужаса, чувствуя, как мелкие панические вибрации сотрясают все три позвоночных столба. Неужели сейчас Люди явились по его душу?! Грохот грузно ступающих ног поравнялся с дверью камеры и стих. В тот миг, когда младший помощник моториста находился на грани потери сознания от страха, коротко зажужжало деактивируемое защитное поле и раздался приглушенный скрип открывающейся где-то не здесь двери. Рафтулах судорожно вдохнул, пытаясь унять захлестнувшую его панику. Человеческие монстры пришли в камеру напротив. Когда он попал сюда, она пустовала, не иначе как эти чудовища схватили где-то еще одного беднягу…

— Я требую, чтобы мне оставили посох! — глухо донеслось из-за оставшейся без энергетической блокады двери. — Это священный атрибут жреческой власти! Никто не смеет лишать посоха Жреца! Это неслыханное оскорбление, несовместимое с жизнью!

Рафтулах торопливо схватился за укрепленную на левой грани тела коробочку лингвотранслятора и понизил уровень громкости перевода. Если Люди услышат, они отберут у него устройство! И без того большой удачей было то, что при обыске эти монстры решили не изымать лингвотранслятор. Тогда они не хотели возиться с пленными, обеспечивая их своими технологиями перевода, но сейчас, когда ужасные враги знают о его информационной бесполезности, им ничего не стоит лишить Рафтулаха этого прибора. А он — это все, что осталось у него от корабельного оборудования! Маленькая крупица высоких технологий, ставшая символом его возвышения над безнадегой фермерских угодий Рахлатумна и одновременно надежды на спасение, подобно лучику света в кромешном мраке. Рафтулах был готов молиться на него!

К счастью, Люди снаружи не услышали шепота синхронного перевода. Они явно были заняты чем-то гораздо более важным.

— А плазменный пистолет тебе не оставить? — издевательски поинтересовался грубый голос. — Радуйся, что не забрали твой священный летающий светильник! Во вкус вошел, что ли? Посох ему захотелось! Больше ничего не подать?

— Например, межзвездную яхту повышенного комфорта! — присоединился к нему еще один. — Обойдешься, рогатый уродец! Тоже мне, утонченная натура! Злые нехорошие Люди обидели несчастную стокилограммовую двухметровую тушу!

— Удел Хранителя подразумевает возвышение над низменными эмоциями! — с достоинством изрек самый первый голос. — Ваши оскорбления и издевательства суть ничто для меня, подобно пятну на далекой звезде! Сейчас оно есть, но минул срок — и нет его без следа!

Рафтулах торопливо посмотрел на табло лингвотранслятора. Вне всяких сомнений, Люди разговаривали с Риулом. Рафтулах, едва справляясь с накатывающими волнами ужаса, осторожно прокрался вплотную к двери и попытался услышать как можно больше.

— Вот и чудненько! — оценил Человек. — Продолжай быть выше эмоций, веди себя хорошо и так далее. Короче, закрой пасть и сиди молча в своей медитации!

— Ваше невежество может сравниться лишь с вашим же плебейством! — гордо заявил Риул. — Священная Скрижаль и Жреческий посох связаны с Хранителем неразрывно! Лишившись их, он прекращает свой жизненный путь!

— Да ну?! — театрально изумился кто-то из Людей. — И как же ты собираешься его прекратить? Убьешься о стену камеры с разбегу? Так стены тут мягкие, быстрее умрешь от усталости! Или ты решил сам себя забодать? Хочешь, мы скруглим тебе кончики рогов для остроты ощущений?

— Примитивные глупцы! — заклеймил конвоиров Риул. — Священные атрибуты Удела Хранителя связаны со мной неразрывно! В мозг Жреца вживляются мономолекулярные чипы! Они непрерывно обмениваются опознавательными сигналами с посохом и Скрижалью! Не получив ответа, чипы выйдут из стабильной фазы, что спровоцирует их микровзрывы! Они изранят мой мозг, и я погибну. Смерть не страшит меня, более я радею за народ Риулов, который не должен лишиться Скрижали! Только потому я сдался в плен, но не пал в сражении! Ибо гибель моя спровоцирует разрушение Скрижали! Чем тогда ваши правители будут торговаться с моим народом, вы размышляли об этом, пещерные троглодиты?

— Ладно, Инс с ним, — неуверенно произнес человеческий голос. — Пусть оставит себе свою сверкающую железяку. Все равно она ему ничем не поможет. Энергии посоха слишком слабы, чтобы преодолеть силовой барьер. И любая радиосвязь в тюремном блоке надежно подавляется. — Он повысил тон: — Но имей в виду, я проверю твои слова! Если ты лжешь, мы отрежем тебе руку!

— Удел Хранителя подразумевает возвышение над низменными… — повторил было Риул.

— Заткнись, заводной болванчик! — грубо оборвал его Человек. — Тошнит уже от твоего занудства!

Громко заскрипела закрывающаяся дверь, запирая камеру, коротко прожужжал активированный энергетический барьер, и топот Людей сместился к выходу. Вновь взвыли сервомоторы, задвигающие массивную громаду люка, под потолком вспыхнул индикатор запуска внешней силовой защиты, и тюремный блок погрузился в тишину. Рафтулах уселся на край жесткой металлической лежанки и задумался. Не может быть! Человеческие монстры пленили собственного союзника! Да еще и Жреца! Что такое «Хранитель» в иерархии Риулов, он представлял себе слабо, но и без того понятно, что если Люди замахнулись на члена Синода, их союзу настал конец. Младший помощник моториста с досадой расставил в стороны все три руки. Ну почему ему так не везет?! Случись это неделей раньше, возможно, не было бы никакого нападения на систему Гиззаза и он не сидел бы сейчас здесь, ожидая съедения…

Мысли, от безысходности положения тяжелые, будто брикет обогащенного урана, терзали Рафтулаха еще несколько часов. В назначенное время автоматика выключила освещение, сообщая о наступлении ночи, но его глаза отказывались закрываться, и картины собственного съедения, одна ужаснее другой, бились в его мозгу, словно набат. Только под утро он забылся зыбким сном, полным кошмарных видений и черных узловатых Людей, рычащих, хрипящих и скалящих жуткие пасти, усеянные огромными кривыми зубами. Когда мощный толчок сорвал его с тюремной койки и с размаху приложил о мягкую стену камеры, Рафтулах не сразу понял, что это происходит с ним уже наяву. Он испуганно подскочил, упираясь в прыгающий пол всеми тремя ногами, и попытался удержать равновесие, но новый исполинский толчок вновь швырнул его навзничь. Громадину человеческого линкора швыряло из стороны в сторону, словно щепку, все вокруг сотрясалось, и удержаться на ногах не было никакой возможности. Сколько времени его вот так запускало от стены к стене, Рафтулах не знал. В кромешной тьме это могло быть и несколько минут, и несколько часов, он вцепился в койку, чтобы не изломаться об нее в процессе тряски, но все равно его то и дело бросало на металлическую конструкцию. Все тело ныло от ударов, и казалось, что этот ад не прекратится никогда. Внезапно что-то оглушительно хлопнуло где-то рядом, и в темноте камеры вспыхнул густой сноп искр, больно хлестнув по глазам острой резью. Запахло дымом и гарью, загудели системы ионного пожаротушения, но почти сразу раздался второй хлопок, и гудение прекратилось. Красное зарево аварийного освещения залило камеру, и Рафтулах попытался озираться вокруг, в надежде понять, что происходит. Подпрыгивающее помещение быстро заполнялось клубами едкого дыма, противопожарные средства не функционировали, дверь заперта. Судя по скорости задымления, пожар огромен и пылает где-то совсем рядом, превращая камеру в смертельную ловушку. Рафтулах, расставив шире руки и ноги, встал на четвереньки и попытался преодолеть содрогающееся в безумной тряске трехметровое расстояние, отделяющее его от двери. С третьей попытки это ему удалось, и он заколотил ладонью по сенсору вызова конвойного.

— Сюда! Сюда! Пожар! — что есть силы вопил младший помощник моториста. — Сильное задымление! Пожаротушение не работает!!!

Но никакого ответа не последовало, и он забарабанил кулаками по двери, уже не думая о том, что такой слабый звук никогда не сможет преодолеть тридцатисантиметровую стальную толщу створы входного люка. Вскоре к его крикам присоединились глухие вопли заключенных из соседних камер, едва слышные в низком гудении содрогающихся стен. Рафтулах отчаянно верещал, взывая о помощи, но с каждой минутой дышать становилось все труднее. Внезапно человеческий корабль подпрыгнул так, что младшего помощника моториста подбросило вверх, впечатывая в потолок. В следующее мгновение раздался страшный взрыв, его с огромной скоростью буквально выстрелило обратно, и от неминуемого размозжения головы Рафтулаха спасла лишь мягкая обшивка стен. Несколько секунд он лежал плашмя на ходящем ходуном полу и пытался сделать вдох отбитыми легкими. В ушах стоял пронзительный звон, сквозь который что-то оглушительно рвалось, трещало и скрипело. Наконец ему удалось прийти в себя, и он принялся жадно хватать носовыми пазухами воздух. Сквозь висящий туман едкого задымления, щиплющего глаза, аварийное освещение пробивалось слабо, но его было вполне достаточно, чтобы понять — взрыв произошел прямо в тюремном блоке, в непосредственной близости от его камеры. Дверь выдрало с потрохами, энергетического барьера не существовало, в коридоре вились языки пламени, из-за которых слышались надрывные крики раненых и хрип чьей-то предсмертной агонии. Рафтулах подумал, что из камеры надо выбираться как можно скорее, пока не сгорел заживо, но голова еще кружилась от удара об пол и подняться на ноги не удавалось.

Что-то мелькнуло за трепещущим в коридоре пламенем, и младший помощник моториста увидел Риула. Двухметровая бочкообразная громадина с остро отточенными рогами несколькими мощными пинками слоновьей ноги вышибла болтающуюся на соплях искореженную дверь и согнулась, выбираясь через узкое отверстие смявшегося дверного проема. Рафтулах замер, вжимаясь в пол. Справиться с Риулом один на один без оружия у него нет никаких шансов. К тому же громадный кулачище Чужого сжимал металлический посох, тускло поблескивающий индикаторами, едва заметными в забитом дымом красном освещении. Облаченный в жреческие одежды Риул вылез в коридор, но не успел он распрямиться во весь рост, как взвыли сервомоторы входного люка, и в тюремный блок вбежали человеческие монстры. Волна почти животного ужаса накрыла Рафтулаха, и он обмяк на подпрыгивающем полу, надеясь выглядеть мертвым.

— Куда?! — заорал кто-то из Людей, бросаясь к Жрецу. — Лежать!!! Расставить конечности в разные стороны! Не шевелиться!

Но Риул не подчинился. Вместо этого он мощным прыжком рванулся к Человеку и с размаху нанес ему удар посохом. Тот отлетел в сторону, и навершия жреческого посоха вспыхнули закольцованными потоками боевых энергий. Люди схватились за оружие, и среди охваченных пламенем развалин тюремного блока вспыхнула отчаянная схватка. Человеческие монстры бросались на Риула, размахивая светящимися плазмой клинками, и осыпали его пистолетными выстрелами. Жрец метался среди искореженных конструкций, уклоняясь от плазменных зарядов, с громким шипением прожигавших остатки стен насквозь, яростно ревел и бил врагов посохом. Крики и ругань сражающихся сливались в единую какофонию звуков сотрясающегося от взрывов линкора, и понять что-либо было невозможно. Внезапно шум схватки стих, и мелькание дерущихся Чужих в многочисленных дырах, усеивающих искореженные переборки, прекратилось. Несколько секунд Рафтулах не решался пошевелиться, но удушливый дым заставил его осторожно выползти из камеры. Едва он высунул голову за порог, как тут же столкнулся глазами с Риулом и в ужасе замер, дробно вибрируя от страха. Чужой лежал на полу посреди трупов человеческих монстров и смотрел прямо на него. Он был еще жив, но его ноги утопали в густой обильной луже крови, левая рука безвольно обмякла, словно тряпочная, жреческие одежды дымились, соприкасаясь с бушующими вокруг языками пламени.

— Гредринианец! — Риул попытался опереться на зажатый в правой руке окровавленный посох, но не смог. — Приблизься ко мне! Ибо ноги не повинуются мне!

— Предупреждаю! — сбивчиво залепетал Рафтулах, пятясь назад. — Я полковник! Командир крупной эскадры! Меня нельзя убивать, я очень ценный военнопленный!

— Я предлагаю тебе сделку, полковник! — голос Чужого хрипел, изо рта вместе со словами выплескивались капли крови. — Ты окажешь услугу народу Риулов и будешь щедро вознагражден!

— Я… я… я ничего не знаю! — у Рафтулаха зашлось дыхание, когда огромный Чужой попытался ползти к нему. — У меня амнезия… — он беспомощно завертелся. Выхода из камеры, кроме как через Риула, не было, он оказался в ловушке. — За меня дадут богатый выкуп! Очень богатый! Моя семья весьма известная и влиятельная в Демократии Гредрини… — Окровавленная громада Риула медленно подползала все ближе, зажимая его в угол. — Я никого не убивал, — взвизгнул Рафтулах, — ни одного Риула или Человека, клянусь! Можете проверить на сенсографе ложных данных!!!

— Десять тонн гифтония! — прохрипел Чужой. — Ты получишь их, клянусь Уделом Хранителя, Создателями и Вечной Истиной! Если исполнишь мою волю! Я не требую от тебя предательства, Гредринианец! Это ничем не повредит твоему народу! Принимай же решение, человеческие убийцы скоро будут здесь, и тогда ты умрешь!

— Я… это… полковник… очень важный… — Рафтулах едва не зарыдал от ужаса, как вдруг смысл слов Риула дошел до его скованного страхом сознания. ДЕСЯТЬ. ТОНН. ГИФТОНИЯ. Дыхание перехватило от осмысления размеров столь безграничного богатства. — Что я должен сделать?

— Выберись из человеческого линкора! — Чужой сипло выдохнул кровяной сгусток. — Отправляйся в Туманность Смерти! Отдай любому офицеру флота Риулов вот это! — он провел могучим пальцем по посоху, и из металлической поверхности выскочил небольшой чип.

— Но как я покину корабль? — ужаснулся младший помощник моториста. — Тут везде Люди! И оружия у меня нет! Я не знаю, куда бежать, не знаю, где найти спасательную капсулу, не умею летать на человеческих машинах! И там, дальше, везде кислород! Я отравлюсь, едва выйду из тюремного блока!

— Ты выберешься, ибо я помогу тебе! — мощный палец Риула вновь заерзал по посоху, и на поверхности жреческого оружия открылось небольшое отверстие. — Прислони сюда руку! — велел Чужой. — Ну же! Не медли, Гредринианец, драгоценное время истекает!

Рафтулах боязливо обхватил посох в районе образовавшегося отверстия и тут же почувствовал болезненный укол. Он вскрикнул и отдернул руку, с ужасом глядя на выступающую из ладони каплю крови. Чужой обманул его! Это яд! Теперь он точно умрет!!!

— Не испытывай страха, полковник! — в голосе Риула скользнула насмешка. — Ты получил инъекцию высокотехнологичной сыворотки! Начинай дышать глубже! Она насытит твою кровь метаном, и ты сможешь задержать дыхание на десять минут. Но помни — это одноразовый препарат. Если не успеешь совершить побег за это время, то окажешься в кислородной атмосфере Людей без капли метана в легких!

— А куда бежать? — Рафтулах понял, что не умрет, и на душе сразу стало гораздо легче. — Как выбраться с человеческого корабля? Я не знаком с планом его отсеков!

— Возьми! — Чужой, кривясь от боли, протянул ему свой посох. — Он снабжен устройством локальной навигации, и в его памяти есть план линкора Людей! — Жрец чем-то щелкнул, и из центра посоха ударил тонкий луч монохромного света длиною в половину руки. — Всегда держи посох вертикально, и тогда световая стрелка будет показывать тебе направление! Оно приведет тебя к ангарам, там возьмешь мою официальную яхту, ее двери отворятся, почувствовав посох!

— Но… но вы же… это… — замялся младший помощник моториста, — без посоха того… умрете…

— Это чушь для глупцов! — хрипло расхохотался Чужой, разбрызгивая капли крови. — Я пичкаю ею заносчивых недалеких Людишек! Обман врага ради достижения священной цели! Бери посох, Гредринианец! Он запрограммирован мною впустить тебя на яхту и доставить в Туманность Смерти! Как только окажешься на борту яхты, автоматика самостоятельно выведет ее в космос и активирует автопилот. Он доставит тебя в безопасный коридор Туманности Смерти, там тебя найдут воины Риулов. Поведай им всё, что видел и слышал, и отдай чип! — Он протянул ему керамическую пластинку. — Обращайся с ним, как с величайшим сокровищем! — предостерег Чужой. — Имея его, Риулы смогут разыскать меня и вырвать священную Скрижаль из грязных человеческих лап! Передай им мое повеление: пусть будут крайне осторожны с этим линкором во время штурма. Он оснащен сверхмощным и предельно секретным оружием Людей — Серебряными Слезами! Ни в коем случае нельзя разрушить корабль! Нам нужна эта технология, и мы получим ее путем тщательного изучения захваченного линкора! Но пусть поспешат, раны мои тяжелы!

— А… это… — Рафтулах спрятал чип в вакуумный карман и схватился за посох Чужого всеми руками, так оказалось легче удерживать двухметровую железяку в вертикальном состоянии. — Меня не собьют? А вдруг меня поймают Люди, когда я буду пробираться к ангарам?

— Ты тратишь бесценные секунды, Гредринианец! — Риул прислонился спиной к стене и шумно задышал. Похоже, Люди перебили ему не только ноги и руку. Как бы не издох… — Люди ведут битву с нашими воинами! Им не до тебя! Они пожелали силой оружия отнять у нас Туманность Смерти и поплатились за это! Иди же! Если встретишь человека — убей его ударом посоха! Он пробьет их защиту, как видишь, я проверял! — Чужой кивнул на черные трупы Людей. — Торопись, полковник!

Младший помощник моториста, с трудом удерживая посох, бросился бежать. Входной люк тюремного блока все еще был открыт, и Рафтулах, полуживой от страха перед жуткими Людьми, что могут появиться перед ним в любую секунду, сделал глубокий вдох и задержал дыхание. Граница метанового пространства проходит сразу за люком, и оставалось лишь надеяться, что сыворотка Риула сработает, как обещано. Выскочив из тюремного блока, он помчался по заполненным дымом корабельным коридорам, пытаясь одновременно следить за дорогой и световым указателем направления. Бежать по содрогающемуся линкору было нелегко даже на трех ногах, палуба раскачивалась, стены искрили замыканиями, от повисшей в воздухе копоти слезились глаза. Маршрут плутал по узким лабиринтам переходов и коридоров, в боковых ответвлениях которых постоянно мелькали силуэты Людей, что-то отчаянно кричащих друг другу, но, к счастью, сегодня удача была на стороне Рафтулаха. В плотном дыму его никто не замечал, и на пути не было человеческих существ. Лишь один раз ему навстречу попалась крупная группа, но он издалека услышал громкий топот и юркнул в один из многочисленных закутков. Люди пробежали мимо, не смотря по сторонам.

— Быстрее! Быстрее! — подгонял их командир. — Без гиперпривода мы не уйдем от рогатых тварей! Делайте что хотите, но привод должен заработать! У нас нет и двадцати минут, они повсюду!

Человеческий отряд, то и дело спотыкаясь от непрерывной болтанки, скрылся в дыму, и Рафтулах заработал ногами еще сильнее, подхлестываемый страхом если не быть замеченным, то остаться без метана в ядовитой кислородной атмосфере. Только сейчас он понял, что не засек время и не знает, как долго еще будет действовать сыворотка Чужого.

До ангаров он добрался неожиданно скоро, видимо, тюремный блок находился от них совсем недалеко. Его люки оказались распахнуты, внутри бушевал пожар, у входа в дыму лежало несколько человеческих тел. Вбежав внутрь, младший помощник моториста увидел человеческого монстра в жутком черном снаряжении, и чувство первобытного страха забилось в мозгу с новой силой. Вероятно, это часовой, его выставили здесь для охраны ангара. Наверное, вырубилось не только пожаротушение, но и видеонаблюдение и контроль доступа. Наводящему ужас монстру, похоже, было наплевать на бушующий вокруг пожар и едкий дым. Гораздо больше его беспокоила качка, из-за которой он сидел на корточках и держался руками за какой-то опрокинутый механизм. Все внимание монстра занимал процесс удержания себя в равновесии, и Рафтулах шмыгнул ему за спину, спрятавшись за полуразобранный стыковочный челнок. Осторожно выглядывая из-за своего укрытия, он судорожно пытался думать, что делать дальше. Пока Человек его не видит, но путь к транспортным площадкам лежит прямо мимо него!

Внезапно из глубины трясущегося ангара раздался звук открывающегося корабельного люка, и Человек вскочил на ноги, выхватывая оружие. Рафтулах в ужасе вжался в борт челнока, едва не выдохнув от страха, но быстро выяснилось, что охранник заметил не его. Он, пытаясь удержаться на ногах, двигался в сторону распахнувшей люк яхты Риулов. Понятно! Яхта почувствовала посох и открыла вход! Но как же ему пробраться на борт, если этот монстр идет прямо туда?! Младший помощник моториста осторожно оглядывал заполненный огнем и дымом ангар, пытаясь разглядеть, можно ли приблизиться к яхте Жреца с какой-нибудь другой стороны. И тут его взгляд уперся в знакомые обводы. Всмотревшись в дым, он узнал офицерскую гиперкапсулу гредринианского флота. На его эсминце была одна точно такая же, она положена капитану на случай экстренной эвакуации. Рафтулаху даже приходилось ходить на ней вокруг корабля во время штатных проверок средств спасения. Похоже, именно в ней Людям и попался кто-то из офицеров, которых теперь таскают по допросам! Она так и осталась стоять с распахнутым люком на транспортной площадке, куда линкор затянул ее гравитационным лучом в момент пленения.

Громкий топот ног заставил его вновь забиться за поврежденный челнок. В ангар вбежали несколько человеческих монстров. Один из них ткнул рукой в сторону яхты Риулов, и они бросились к ней. Похоже, охранник заподозрил неладное в открытии люка безо всякой причины и вызвал подкрепление. Теперь попасть на ее борт вообще невозможно! Рафтулах ощутил слабое жжение в легких и похолодел от страха. Метан заканчивается!!! Скоро он задохнется насмерть! Он лихорадочно работал мозгами в поисках выхода.

А может, ну ее к Инсам, эту яхту Риулов?! Можно рискнуть и попытаться улететь на гиперкапсуле! По крайней мере, до нее реально добраться! И вообще, зачем ему яхта? Она на автопилоте увезет его в Туманность Смерти, прямиком к врагам, из огня да в полымя! И что с ним будет дальше? Так уж они и засыплют его гифтонием, как же, держи карман шире! Наверняка отберут чип и убьют, чтобы помалкивал. Как сказал этот Жрец? «Обман врага ради достижения священной цели»? А даже если и нет, куда он денется с этим гифтонием? Как объяснит начальству его появление? Так недолго и попасть на собственную казнь по обвинению в пособничестве врагам! Нет уж, так дело не пойдет! Не на того напали, Рафтулах вам не какой-нибудь деревенский дурачок, он интеллектуал, знаток высокотехнологичной техники, без пяти минут ученый! Лучше он сбежит и от Людей, и от Риулов и доставит командованию ценную информацию, чип и посох Жреца! За такой подвиг его обязательно наградят, а может, даже повысят! А если благодаря доставленному чипу Демократия Гредрини получит технологию суперсекретного оружия Людей, то повысят безо всяких сомнений!

Жжение в легких усилилось, и Рафтулах понял: сейчас или никогда! Он собрал остатки храбрости в кулак, крепче вцепился в посох и рванул к транспортной площадке со стоящей гиперкапсулой, не сводя глаз с Людей. Те уже добрались до яхты Жреца и осторожно заходили внутрь, ощетинившись оружием. Несущегося позади в дыму Гредринианца никто не замечал, и младший помощник моториста на полной скорости всех своих трех ног вбежал в открытый люк гиперкапсулы. В следующий миг посох Риула колом застыл у порога, вырываясь из рук, и Рафтулах, не удержав равновесия от неожиданности, кубарем полетел внутрь спасательной машины. Он больно ударился о переборку, и легкие вспыхнули, словно огнем, требуя сделать вдох. Рафтулах вскочил на ноги и метнулся за посохом, но тот плавно двинулся по воздуху в сторону жреческой яхты. Младший помощник моториста недовольно затряс кистями двух рук, третьей потирая ушибленную голову. Риул же сказал, что запрограммировал этот дурацкий посох, чтобы он привел его к яхте! Вот он и ведет… Да и Инс с ним! Хватит и одного чипа! Только бы успеть запустить двигатели раньше, чем Люди его заметят! Рафтулах влез в ложемент и активировал подачу питания. Внутри капсулы вспыхнуло освещение, загудел сервопривод, запирая люк, и автоматика возвестила об обнаружении во внутреннем пространстве агрессивной атмосферы. Включилась климатическая установка, отфильтровывая дым, и регенерационные пластины под потолком окрасились желтым цветом — началась подача метана. Задерживать дыхание дольше стало настолько больно, что Рафтулах решил пойти на риск и выдохнул. Судорожный вдох вместе с едкой вонью кислородных примесей принес в легкие живительную свежесть метана, и младший помощник моториста едва не потерял сознание от резкого притока крови к голове. Жадно дыша, он запустил автопилот и ввел команду на старт.

Но человеческий линкор не открывал выходной коридор! Люди не выпустят его! Только сейчас он понял, что совсем не подумал об этом! Гиперкапсула не сможет выйти в космос! Первой мыслью было дождаться, пока Люди потеряют интерес к яхте Риула, еще раз задержать дыхание и добежать до нее. Жрец наверняка продумал, как покинуть корабль! Но буквально через секунду и без того дрожащая гиперкапсула затряслась еще сильнее, и пилотский экран вспыхнул строками экстренного предупреждения. Люди в ангаре открыли по ней огонь! Они заметили запуск двигателей и стреляют в капсулу! Это же не боевая машина, она долго не выдержит! Рафтулах в паническом ужасе заметался по тесному пространству. Что делать?!! Может, сдаться? А если они убьют его, едва откроется люк?!

Или он отравится кислородом! Тут, внутри, нет даже положенного по инструкции аварийного скафандра! Тем временем количество красных строк на экране увеличивалось с каждой секундой, и младший помощник моториста был недалек от разрыва кровеносных сосудов, бешено пульсирующих от ужаса. Мощный взрыв подбросил гиперкапсулу вверх, словно игрушку, и Рафтулах врезался в ложемент, теряя сознание.

Очнулся он от жгучей боли, грызущей голову. Голова была сильно разбита и истекала кровью, сам он лежал у ложемента. Мелькнула мысль, что по инструкции, зайдя внутрь спасательной капсулы с целью эвакуации, необходимо лечь в ложемент и активировать крепежные устройства. Потому что при аварийном старте возможны экстремальные условия, и в противном случае высока вероятность получить травму. Что и произошло, сморщился Рафтулах. Не стоило выскакивать из ложемента… В следующую секунду туман в голове рассеялся и он вспомнил, где находится и что происходит. Люди хотят убить его! Он прыжком вскочил на ноги, вновь испытывая приступ страха. Но целостность гиперкапсулы не нарушена, значит, взрыв предназначался не ему. Метнувшись к пилотскому экрану, он включил антенну внешнего обзора. Оказалось, что гиперкапсулу отбросило в центр ангара, сорвав с крепежей транспортной платформы. Людей видно не было, зато прямо по курсу отчетливо зияла космической чернотой огромная дыра. Похоже, линкор получил крупную пробоину! И в этой черноте то и дело мелькали яркие точки, обменивающиеся энергетическими ударами. Снаружи идет бой, и кто-то очень вовремя продырявил человеческую посудину, пол-ангара разворотило!

Не тратя времени даром, Рафтулах забрался в ложемент, активировал систему страховочных крепежей и перевел гиперкапсулу на ручное управление. Сочащаяся из раны на голове кровь попадала в глаза, но искать аптечку или разбираться, работает ли медблок, было некогда. Потом, всё потом! Он быстрым движением средней руки отер с лица кровь и сосредоточился на управлении. Капсула, глухо вибрируя двигателями, поползла к широкой пробоине. Вообще-то в такую дыру запросто пролезли бы и две капсулы, но Рафтулах решил не рисковать и направил спасательную машину в самый центр рваной дыры. Только бы успеть, пока Люди не опомнились! Если они сообщат о побеге, снаружи его будут поджидать истребители, и тогда ему точно конец! Но едва гиперкапсула вышла за пределы человеческого линкора, стало ясно, что боялся он зря, Чужим было явно не до него. Космос вокруг сверкал росчерками залпов и бурлил облаками взрывов. Слева от капсулы, насколько хватало взора, тянулась бесконечная мглистая стена, словно состоящая из ядовитого дыма. Туманность Смерти! Рафтулах узнал ее сразу, он видел такое изображение на военных снимках, его ни с чем не перепутаешь! Стало быть, они сейчас находятся в Преддверии, единственном месте, где существует вход внутрь, узкий и очень опасный. Не имея навигационных таблиц, далеко не уедешь… Справа по курсу пространство было сплошь заполнено боевыми кораблями Риулов. Несколько десятков серых шаров человеческих линкоров, утопая в облаках риульских истребителей, огрызались залпами и полыхали яркими вспышками многочисленных разрывов. Удары сыпались на Людей со всех сторон нескончаемым потоком, и, если судить по сотням пробоин, им приходилось несладко. Линкор, с которого только что бежал Рафтулах, оказался на самом краю сражения, и силы Риулов неумолимо отжимали человеческий шар все дальше от человеческой эскадры, пытающейся вырваться из окружения.

Одного взгляда на экран оказалось достаточно, чтобы понять: более удачного момента для бегства не найти. Вокруг издырявленного линкора, опутанного роящимися истребителями, болтались десятки аварийно-спасательных капсул всевозможных конструкций. Человеческие и риульские спасательные средства смешались друг с другом и мчались кто куда, стремясь поскорее покинуть эпицентр боя. Ни Люди, ни Риулы не обращали на них ни малейшего внимания, не пылая стремлением жечь чужие и не торопясь подбирать свои. Гиперкапсула Гредрини мгновенно затерялась среди остальных терпящих бедствие, и Рафтулах, опасаясь столкнуться с кем-нибудь, активировал автопилот. Тот немедленно вышел в эфир на аварийном канале, отыскал навигационный сигнал ближайшей дружественной солнечной системы и уверенно повел машину в открытый космос. Минут десять младший помощник моториста не сводил взгляда с изображения, транслируемого антенной заднего вида, каждую секунду ожидая увидеть догоняющие его истребители преследования. Но если уж удача улыбается, то до конца! Хватились его Люди и выслали погоню или охранников разнесло на атомы взрывом в ангаре и о побеге до сих пор никто не знает — все это вскоре стало неважно. Гиперкапсула достигла области гиперпереходов, и автопилот благополучно совершил прыжок. Вот что значит высокие технологии! Изображение внешнего обзора погасло, сменяясь оповещением о начавшемся гиперпрыжке, и Рафтулах облегченно вздохнул. Как все-таки хорошо, что он столь умен! Мало кому удалось бы выбраться живым из такой передряги! А он не просто смог, но и прихватил с собой ценный приз. Молодой Гредринианец потер левой рукой вакуумный карман. Будем надеяться, что в этом чипе важной информации достаточно для того, чтобы сделать его знаменитым героем!

В нескольких тысячах километров от точки, в которой аварийно-спасательная капсула Гредрини покинула реальное пространство, человеческий линкор отбивался от наседающих со всех сторон флотилий Риулов. Посреди его командной рубки, содрогающейся от множественных ударов, у огромной карты идущего боя стояли две могучие фигуры. Перевитый мощными мышцами Человек, облаченный в черный бронекомбинезон, и двухметровый Риул в жреческом скафандре, сжимающий в огромном трехпалом кулаке сверкающий индикаторами посох. Красная отметка вражеского корабля, медленно двигающаяся прочь от кипящего боя, доползла до зоны гиперпереходов и исчезла. Спустя мгновение Человек принял входящий вызов:

— Тринадцатый, я — «Импульс-18». Объект совершил прыжок. Следует курсом на систему Хаббоза. Время в пути сто восемь стандартных часов.

— Принял тебя, — ответил Командующий и переключился на другую частоту: — «Барабашка-1», «Барабашка-1», я — Тринадцатый. Прием.

— На связи! — на экране возникло изображение офицера-разведчика.

— Доложите обстановку! — потребовал Алекс. — Есть изменения в поведении противника?

— За боем наблюдают восемь разведкораблей Т’Хассмоа, — доложил капитан. — Десять минут назад к ним присоединилась разведэскадрилья цивилизации Ваарси. Из гипера вышли грубо, засветились сразу, но быстро ушли под поля преломления и сменили позицию. В настоящее время нахожусь в непосредственной близости от их лидера, веду прослушивание. Т’Хассмоа уверены, что слушают наши переговоры, их эскадрилья осуществляет запись всех командных частот. Лидер Ваарси только что отправил в штаб своего флота координаты текущей точки пространства с предложением немедленно выслать сюда ближайшую патрульную эскадру.

— Он получил ответ? — поинтересовался Командующий. — Как долго противник будет добираться до нас в случае принятия положительного решения?

— В ответ ему напомнили, что в штабе есть кому вносить предложения относительно действий флотов, — иронично усмехнулся капитан. — И порекомендовали не забывать свое место. — Он на секунду замолчал, прислушиваясь к другой частоте, и уверенно добавил: — Патрульный флот только что совершил прыжок, движется сюда. Расчетное время выхода в реальный космос ориентировочно… — разведчик быстро коснулся пальцем нескольких сенсоров, — через два с половиной часа. Это тот самый флот, что мы и ожидали. Разведкорабли Чужих получили приказ продолжать наблюдение и разделиться. Мы достались Ваарси, Риулами должны заниматься Т’Хассмоа. Пока это всё.

— Хорошо. Конец связи. — Тринадцатый посмотрел на стоящего рядом Хранителя: — Продолжаем спектакль. Через сто тридцать минут отводи корабли на фланги и бросай все беспилотники в лобовую атаку на линкор «Александэр». Мы отработаем Серебряными Слезами и уйдем в гипер.

— Господин хорунжий! — посыльный вытянулся перед Рафтулахом по струнке. — Позвольте обратиться! — Молодой матрос буравил восхищенным взглядом совершившего подвиг героя.

— Позволяю! — солидно ответил Рафтулах, стараясь придать голосу грозный тембр. — Обращайся, салага! — он постарался не выдыхать полностью, чтобы выглядеть крупнее и взрослее.

— Капитан вызывает вас на мостик! — выпалил посыльный, судя по новенькому мундиру, прибывший на корабль из учебки не более месяца назад. В его глазах Рафтулах был настоящим ветераном, каких мало. Не каждому удается вырваться из вражеского плена с ценной информацией!

— Выдвигаюсь немедленно! — рявкнул на него настоящий ветеран. — Свободен, салага!

Посыльный торопливо умчался прочь по корабельному коридору, и Рафтулах заспешил к скоростному подъемнику. На вызов капитана лучше не опаздывать, хоть он и стал теперь важной персоной, а до офицерских погон еще ой как далеко. Но ничего, все еще впереди! Если мы все-таки захватим человеческий линкор, Рафтулах точно получит серьезное повышение! Сам Миноритарный Акционер Ваау прямо сказал ему об этом! Хорунжий вбежал в кабину подъемника и ткнул пальцем в кнопку главной палубы. Дверные створы еще не успели полностью распахнуться на нужном этаже, а он уже мчался к капитанскому мостику. В десятке шагов от охраняющих входной люк десантников, замерших в боевых скафандрах с оружием наготове, Рафтулах перешел на шаг и придирчиво осмотрел свой мундир, оправляя едва заметные складки. Едва он вошел в двери, как натолкнулся на злой взгляд капитана корабля.

— Где вас носит, хорунжий?! — полковник явно был чем-то очень сильно разозлен. — Какого Риула мне приходится вас так долго ждать?! Почувствовали себя незаменимым?!!

— В…виноват, господин полковник! — Рафтулах вытянулся так, что затрещали все три позвоночника. — Больше такого не повторится! Готов служить Демократии!

— Чтобы через пять минут я видел вас у стыковочного шаттла, хорунжий, — зарычал капитан, — в боевом скафандре! Отправитесь со мной на флагманский корабль объединенного флота Альянса! Вперед бегом марш!

— Но… а как же чип… — начал было Рафтулах и тут же осекся под бешеным взглядом полковника.

— Вы что, хорунжий, и впрямь считаете себя самым умным во всей Демократии?! — взъярился он. — Чип уже там! Пшел вон!!!

— Я прекрасно понял вас, господин полковник! — выпалил Рафтулах, срываясь с места.

У стыковочного шаттла он был уже через три минуты. Здесь собралось несколько старших офицеров, занимающих посадочные ложементы. Каждую минуту подходил кто-то еще с серьезными погонами, все, как один, не скрывали раздражения, и Рафтулах предпочел влезть в самое дальнее место, чтобы не попасть под горячие руки какого-нибудь начальника. Шаттл заполнился быстро, но вылет откладывался — ждали появления полковника. Тот явился лишь спустя полчаса и выглядел еще злее, чем до этого. Неудивительно, подумал новоиспеченный хорунжий. Проводить серьезные боевые операции по редчайшим разведданным, полученным ценой немыслимого риска и беспримерного героизма, это тебе не на подчиненных орать! Провалил — получи и распишись! Хе-хе! Рафтулах бережно протер новенькую эмблему хорунжего на левой грани скафандра. За этот чип ему присвоили внеочередное воинское звание и наградили настоящей медалью! Такую дают только за сражения, не какая-то там юбилейная висюлька вроде «10 лет служения Демократии», которую имеет каждая тыловая крыса! Но самое интересное началось потом!

Чип оказался очень высокотехнологичной примочкой! Если его поместить в соответствующее усиливающее оборудование, он показывал координаты, по которым в настоящий момент находится то ли Хранитель Риулов, то ли его посох, Инс их поймешь! А может даже, он был настроен на саму Скрижаль! А еще он вошел в контакт с ДНК Рафтулаха и отказывался функционировать, когда того не было рядом! Вот это уже, прямо скажем, явилось редчайшей удачей, сделавшей его, пусть и на время, значимой фигурой. Командующий флотом Демократии Гредрини лично приказал капитану флагманского линкора зачислить Рафтулаха в экипаж флагмана и выделить офицерскую каюту и офицерский пищевой рацион! Это было круто! Правда, потом радостная эйфория поблекла под давлением обстоятельств. А если уже смотреть правде в глаза, то все проблемы начались из-за бестолковости полковника! Ему дали приказ возглавить мощную эскадру и, используя сигнал чипа, разыскать и захватить человеческий линкор. И ведь дело-то плевое! Корабль Людей получил сильные повреждения в сражении с Риулами, отстал от остальных и остался совершенно один. Там вообще целая история приключилась!

Оказывается, диверсионная эскадра Содружества прошлась по нашим тылам, и их военачальник сделал правильные выводы. Хоть специальные бойцовые особи Людей и смогли нанести обороне нескольких солнечных систем довольно серьезный урон, он понял, что в противостоянии с объединенным флотом Альянса ни у Содружества, ни у Дэльфи, ни у них обоих вместе нет никаких шансов. Наша мощь раздавит их, словно горный трактор личинку пищевой улитки! Зато Риулы могут сидеть в Туманности Смерти хоть тысячу лет, пока сами не перемрут, выковырять их оттуда настолько затратный и длительный процесс, что никто этим заниматься не будет. И тогда Человек решил, что их рогатые союзники должны поделиться безопасной территорией. А чтобы этот процесс пошел у них быстрее, он сообщил о своих выводах домой, и оттуда выслали десятимиллионный флот! Он уже движется в пространство Риулов где-то в гипере и должен стереть рогатых в порошок, а после уничтожить колонии Альянса в солнечных системах, прилегающих к Туманности Смерти, и навсегда отравить метановые планеты. Так Люди заполучат себе пространство для выживания и организуют вокруг него буферную зону. Шпионские корабли карательного флота Господина Ваау перехватили и расшифровали правительственную переписку, которую вел командир человеческой эскадры с лидерами Союза. Правда, там речь шла о том, что флот Союза должен якобы помочь Риулам отбиваться от Альянса. Но тут-то все и выяснилось.

Как оказалось, шифровку перехватили не только мы! Кто-то из адмиралов Риулов присутствовал в эскадре Людей в тот момент и заподозрил неладное. Шпионы рогатых как-то исхитрились достать и прочесть не только эту запись, но и все последующие! Поговаривают, что это был результат тонко проведенной шпионской игры, блестяще реализованной нашей разведкой. Мы помогли Риулам «случайно» получить доступ к той самой переписке, подбросив им данные о секретных частотах связи Людей и ключи к их шифру! В общем, Риулы узнали, что Союз планирует заполучить Туманность Смерти! Между Людьми и рогатыми вспыхнул жуткий скандал, мгновенно переросший в разрыв. Риулы бросили свой флот на выдворение человеческой эскадры из Туманности Смерти и перебили почти всех Людей. Человеческая сила в скорости, маневренности и поразительной огневой мощи в ближнем бою, но как раз-то внутри Туманности Смерти особо не полетаешь! Их загоняли в какие-то аномалии, расстреливали издали и уничтожили бы всех подчистую, но Люди исхитрились обманом захватить в плен того самого Хранителя, который сидел с Рафтулахом в соседней камере. И у него с собой была Скрижаль — какой-то ну очень крутой артефакт местной религии, за который рогатые продадут душу без тени колебаний. Командир Людей оказался хитер: он стал торговаться, мол, Хранителя и Скрижаль в обмен на то ли две, то ли три ущербные планетки из Туманности Смерти. А пока длятся переговоры, время-то идет! Флот в гипере все ближе! Десять миллионов кораблей Союза спешат убить своих горе-союзничков!

Рогатые, похоже, догадались, в чем подвох, и попытались силой оружия отбить у Людей этого самого Хранителя со Скрижалью. Как раз в самый разгар того боя Рафтулах и сбежал! Эти болваны умудрились устроить побоище прямо на глазах у одной из эскадрилий кораблей-шпионов разведывательной формации Альянса, выполнявшей регулярный облет Туманности Смерти. Разведчики, разумеется, с удовольствием понаблюдали за ходом сражения, а заодно вызвали к месту событий патрульный флот. Он как раз находился неподалеку. Пока глупые Чужие рвали друг друга на мелкие куски, прилетели наши и задали им жару. Тут информация разнится. Кто-то говорит, что патрульный флот не успел к моменту окончания сражения, опоздав минут на двадцать, кто-то утверждает, что Чужие сами бросились врассыпную, едва поняли, что пришла их смерть. Как бы то ни было, человеческий линкор получил повреждения гиперпривода и не смог следовать вместе с остальными. Это подтверждается и тем, что слышал Рафтулах, пока крался по задымленным коридорам линкора. Прыжок корабль с пленным Хранителем совершил, но его быстро вышибло из гипера где-то в мертвом космосе, между ближайшими солнечными системами.

В этот момент наш бравый полковник и получил полномочия и силы для поимки Людей. И с блеском опозорился! Эскадра захвата вот уже неделю преследовала поврежденный линкор, но так и не преуспела. Полковник трижды был уверен, что человеческий корабль в его руках, но всякий раз Людям удавалось ускользнуть. То успеют уйти в гипер фактически за минуту до захвата, и все из-за того, что кто-то неправильно оценил внутрисистемную скорость, на которую еще способна полураздолбанная человеческая посудина. То неожиданно ударят своим секретным оружием и пробьют в рядах атакующих широкую брешь, по которой, опять-таки, уйдут к прыжковой области, а все потому, что кто-то недостаточно тщательно продумал план окружения. А вчера и вовсе было шоу «Смех сквозь Слезы»: Людей упустили из-за того, что не сразу обнаружили их, укрывшихся полем преломления! Целая эскадра два часа ходила мимо их линкора вокруг да около, обшаривая всевозможными антеннами и сенсорами окружающее пространство, и никто не догадался посмотреть в собственных рядах хотя бы для проформы! На человеческий линкор наткнулся один из истребителей, внимание, ЭСКОРТА ФЛАГМАНСКОГО КОРАБЛЯ ПОЛКОВНИКА! Причем наткнулся в буквальном смысле: он в него врезался! Людей, естественно, выбило из невидимости, они дали залп из всех орудий, или что там у них такое, и рванули прочь, запуская гиперпривод. По ним, разумеется, открыли огонь, и даже серьезно повредили, но не уничтожать же такой приз! В общем, человеческий линкор ушел в гипер, и наш дорогой полковник прошляпил Скрижаль и секретное оружие в третий раз. Поговаривают, что Миноритарный Акционер Ваау был, мягко говоря, в гневе. И теперь он лично возглавил эскадру захвата. А раз так, в успехе сегодняшней атаки можно не сомневаться, Господин Ваау известен как выдающийся полководец, на его счету больше двух десятков гениально разработанных планов сражений, неизменно заканчивавшихся победой сил Альянса. Если он сам взялся за дело, то однозначно человеческий линкор у нас в руках.

Исподволь поглядывая на злобную мину полковника, Рафтулах довольно развалился в ложементе. Вскоре хорунжий займет место рядом с самим Миноритарным Акционером, и офицеры РЭБ-подразделений запустят свой хитроумный усилитель, считывающий сигнал чипа. Координаты Хранителя будут получены, и эскадра захвата устремится в погоню. Далеко линкор Людей уйти не мог, его гиперпривод еле дышит, мы настигнем побитую посудину быстро, и уже через несколько часов Альянс получит и средство давления на рогатых религиозных фанатиков, и могущественную человеческую технологию. Как только Господин Ваау получит доклад о захвате корабля Людей, хорунжий Рафтулах отсалютует ему и торжественно произнесет: «Во славу Альянса! Чем еще я могу помочь нашему общему делу? Готов служить, невзирая на трудности!» И Миноритарный Акционер, конечно же, наградит его как-нибудь серьезно. В конце концов, если бы не Рафтулах, никаких Скрижалей и оружий Альянс не получил! Говорят, что Господин Ваау, даром что Ваарси, очень толерантен и душой болеет за любую расу Альянса. Кроме, разумеется, Т’Хассмоа, но эти вообще никому не нужны. Рафтулаха обязательно повысят! А если повезет, то и еще что-нибудь перепадет! И это было бы очень даже неплохо, потому что тогда он точно сможет стать ученым! Быть военным — это, конечно, круто, но воевать с Людьми, особенно с теми, в черной узловатой коже, совсем не хотелось. Да и Дэльфи ему особо ничего плохого не сделали, если по-честному, так он их никогда и не видел, кроме как на изображениях. А Риулам он теперь вроде как и вовсе обязан карьерным взлетом… Лично он с удовольствием выучился бы изобретать всякие высокотехнологичные штуки, это так клево! Давняя мечта детства, в которой он восседает перед огромным суперкомпьютером, окруженный массой разноцветных пробирок и голограммами чертежей хитроумных прототипов, вновь возникла у Рафтулаха перед глазами. А может, рискнуть и набраться наглости попросить Господина Ваау о переводе в какой-нибудь научный техникум? Должны же быть такие во флоте… наверное. Рафтулах очень умный и сообразительный, он бы там пригодился.

Наконец полковник, являя собой воплощение недовольства, занял свой ложемент, и стыковочный шаттл покинул борт линкора. Флагманский корабль Миноритарного Акционера Ваау находился в самом центре ядра объединенного флота, и на дорогу к нему пришлось потратить не менее получаса. Хорунжий пренебрежительно искривил носовые пазухи. Вот оно, еще одно доказательство того, что в науке необходимы свежие умы! Война идет год, захвачены миллионы всевозможных человеческих судов, а никто так и не смог скопировать их технологию внутрисистемного сверхсветового ускорения. Она оказалась слишком сложна для ученых Альянса. Ну ладно технологии Дэльфи, там всё живое, биологическое или как его… в общем, в этих генетических дебрях сам Инс лапки сломит. Но Люди-то вполне технократичны, чего в их устройствах может быть непонятного для настоящего ученого?! Вот если бы он, Рафтулах, стал научным работником, то точно бы разобрался в человеческих хитростях. А то и вовсе самостоятельно изобрел технологии не хуже! Вообще, в идеале, было бы круто попасть в пространство Людей и выучиться у них в научном техникуме! Вот это были бы перспективы! Громаднейшие!!! К сожалению, подобное чудесное образование из области фантастики. Людей скоро истребят, и столько высокотехнологичных штук навсегда останется загадками… Эх, жаль, если честно. Неужели настолько необходимо уничтожать такую умную расу… может, лучше перебить Т’Хассмоа? Все равно они всех бесят! Но тут приходится признать, что наука ползунов хоть и не достигла человеческих высот, но все же наиболее передовая в Альянсе. Рафтулах опешил от внезапно пришедшей в голову мысли. Это что же получается, Альянс, ради развития и процветания Альянса же, вскоре истребит все расы, имеющие передовую науку?! Бред какой-то! Быть такого не может, наверное, Рафтулах просто плохо разбирается в политике, плюс не в курсе наших секретных научных разработок и все такое… Должны же быть у Президента козыри в рукаве! Стать бы ученым! Тогда все сразу будет ясно, ученые — они такие, всё знают.

После того как шаттл добрался до флагмана объединенного флота, их группу сопроводили в конференц-зал и держали там еще полчаса. Рассчитанное на низкорослых Ваарси помещение выглядело игрушечным, хотя по меркам хозяев корабля наверняка являлось немаленьким. Особенно ярко эта маломерность ощущалась на контрасте с посадочными местами, установленными для приема инопланетных союзников. Гредринианские кресла, паучьи насесты, пьедесталы Т’Хассмоа — рядом с ними сиденья Ваарси казались детскими стульчиками. Кресел хватило не всем, и Рафтулаху, как наиболее младшему по званию, пришлось остаться ни с чем. Немного подумав, он умостился на пьедестале для Т’Хассмоа. Сидеть на месте ползунов было неудобно, да еще и в громоздком боевом скафандре, и хорунжий часто ерзал, поочередно убирая из-под себя затекающие ноги. Вот если бы улечься, тогда другое дело! На этой штуке поваляться будет очень даже удобно! На за такое эпическое нарушение дисциплины можно и в открытый космос вылететь пинком под спину, причем уже безо всякого скафандра!

Двери в конференц-зал распахнулись, и в помещение вошел Ваарси в комбинезоне топ-менеджмента Концерна Боевого Космофлота. Он коротко окинул взглядом присутствующих и без каких-либо приветствий заявил:

— Хорунжий Рафтулах! Встать! — Синекожий коротышка надменно обвел глазами зал.

Рафтулах соскочил с пьедестала и вытянулся по стойке «смирно», соображая, хорошо это или плохо, что всё началось именно с него. Тут целая толпа старших офицеров, вдруг они затаят на него обиду? Такое может быть запросто, но разве он виноват?!

— Следуйте за мной! — приказал Ваарси. — Вас вызывает Миноритарный Акционер Ваау!

Топ-менеджер развернулся спиной к залу, не удостоив вниманием присутствующих, и направился прочь. Рафтулах растерянно посмотрел на капитана своего корабля. Неужели никого из офицеров Гредрини даже не пригласят на сеанс пеленгования? Это же оскорбительно…

— Чего вы уставились на меня, хорунжий?! — тихо забурчал полковник с нескрываемой злобой в голосе. — Шевелитесь! Не нагнетайте атмосферу, она и без вашего тупоумия отвратительна! Или вы ждете личного приказа Президента?! Вперед бегом марш!

Рафтулах сорвался с места и выскочил из помещения. Он в три шага догнал Ваарси и пристроился позади него, приноравливаясь к низкой скорости коротышки. Одному так одному, как скажете, господа начальство! Не хватало еще оказаться между молотом и наковальней. Они вошли в кабину скоростного подъемника и через пять секунд оказались на главной палубе, где их встретил эскорт из вооруженных десантников Ваарси. У Рафтулаха изъяли искро-импульсный пистолет и вибронож, после тщательно водили по скафандру детектором оружия, выискивая возможные подвохи. К коридору, ведущему в командный отсек, его пропустили только через шесть минут, и топ-менеджер смерил его презрительным взглядом. А что я?! Рафтулаху стало обидно. Я, что ли, сам себя обыскивал так долго?! Можно подумать, что он какой-нибудь враг! Мы же все тут союзники!

Гиперпеленгатор, сопряженный с мегаусилителем сигнала, Ваарси установили прямо на капитанском мостике. Господина Ваау еще не было, синекожие коротышки подвели Рафтулаха к устройству и велели стоять рядом и ничего не трогать. Хорунжий с превеликим любопытством уставился на сложный прибор, мгновенно позабыв обиды. Вот это оборудование! Настоящее высокотехнологичное устройство! Одно название чего стоит! Гиперпеленгатор, сопряженный с мегаусилителем наносигнала! Круто!!! За три проведенных ранее пеленга Рафтулах успел влюбиться в эту сложнейшую аппаратуру. Те, кто ее сконструировал, да еще в такой кратчайший срок, имели мощнейшие мозги! Вот бы к ним, в научную команду, или как оно там правильно называется! Вскоре к пеленгатору доставили тот самый чип. Пара коротышек в комбинезонах с эмблемами в виде атома осторожно вскрыли вакуумный контейнер с силовой защитой, извлекли из него маленькую пластинку чипа и установили ее в приемное гнездо мегаусилителя. Рафтулах уже заучил всю эту процедуру наизусть и запросто мог произвести ее сам. Это лишний раз доказывало, что его место в рядах научных работников. Засмотревшись на шедевр высоких технологий, хорунжий не заметил появления на капитанском мостике Господина Ваау.

— Хорунжий Рафтулах, как я понимаю! — Миноритарный Акционер энергичными шагами подошел к устройству. — Рад видеть перед собой доблестного героя! — Он перевел взгляд на топ-менеджера: — У вас все готово?

— Только что закончили последнюю проверку систем! — отрапортовал тот. — Все узлы и элементы стабильны! Можем начинать пеленг в любую секунду! Ждем ваших распоряжений!

— Превосходно! — Господин Ваау улыбнулся. — Тогда приступим. Начинайте! — Знаменитый на весь Альянс Ваарси бросил на Рафтулаха теплый взгляд: — Что скажете, хорунжий, не пора ли нам навестить врагов, что удерживали вас в жестоком плену?

— Вы абсолютно правы, Господин Миноритарный Акционер! — гаркнул Рафтулах. Уточнять, что человеческий плен совсем не был жестоким, сейчас явно не стоило, иначе плакала его перспектива научной карьеры. — Теперь, под вашим руководством, мы их точно изловим! В этом не сомневается никто во флоте!

— Похвально, похвально, — улыбнулся Господин Ваау. — Такие целеустремленные и непоколебимые военнослужащие нужны Альянсу! Полагаю, вы достойны большего, нежели простое повышение до хорунжего. После успешного завершения нашей миссии я найду вам более рациональное применение. Пока же прошу меня извинить.

Миноритарный Акционер отвернулся от Рафтулаха к ученым и тотчас потерял к нему всякий интерес. Пока Ваарси возились с запуском пеленгатора, хорунжий молча стоял рядом, вытянувшись во фрунт, и тщательно скрывал раздирающее его изнутри ликование. Вот эта да! Господин Ваау оценил его потенциал с первого взгляда! Не то что вечно недовольный полковник. Тот не видит ничего, что находится дальше пары сантиметров от его носовых пазух. Теперь точно дело пойдет! Как только человеческий линкор захватят, Рафтулах скромно откажется от наград и регалий и попросит направления стать ученым! Вряд ли Миноритарный Акционер откажет ему в такой мелочи, ведь для могущественной фигуры Альянса это лишь легкое мановение руки!

— Фиксирую сигнал! — сообщил один из ученых Ваарси, и хорунжий, стараясь не шевелиться, скосил глаза в его сторону. Высокотехнологичное устройство в действии! — Амплитуда слабая, но устойчивая. Усиливаю! Пятьдесят процентов! — Рафтулах с восторгом следил, как ловко ученый манипулирует доброй сотней всевозможных кнопок, тумблеров и переключателей. — Семьдесят процентов! Девяносто процентов!

— Помедленнее! — потребовал второй Ваарси. — Слишком быстрый набор мощности, дешифраторы не справляются с массивом данных! Подключаю резервные вычислители! — он несколько секунд возился над панелью управления. — Стабильность достигнута! Повышайте амплитуду!

— Девяносто три процента! — тут же откликнулся первый. — Девяносто шесть! Сто процентов!

— Сигнал захвачен! — довольно воскликнул второй. — Дешифровка завершена. Рассчитываю координаты искомого объекта! — Секунд тридцать на капитанском мостике стояла тишина, и все не сводили глаз с главного монитора пеленгатора. Наконец по его поверхности побежали столбики цифробуквенных обозначений: — Координаты получены! Отправляю на главную карту!

Миноритарный Акционер Ваау подошел к огромному мультихроматрону с картой и с интересом посмотрел на вспыхнувшую отметку.

— Хорошая работа, господа! — оценил он. — А ведь это совсем недалеко от нас! Время в пути?

— Сорок три минуты гиперперехода! — немедленно доложил один из ученых, — при движении на максимальной скорости!

— Зачем же так грубо, — улыбнулся Господин Ваау. — Мы никуда не торопимся. Хайтоп-менеджер!

— Слушаю вас, Господин Миноритарный Акционер! — откуда ни возьмись, возник перед большим начальством еще один Ваарси.

— Приступаем к операции по захвату врагов! — объявил Ваау. — Флоту разбиться на восемь формаций! Высаживаться в следующих местах… — в руке у Миноритарного Акционера возникла лазерная указка, и он принялся водить ею по мультихроматрону, отмечая точки высадки. Шесть зажегшихся отметок взяли человеческий корабль в окружение. — Сразу после выхода в реальный космос начать плотный обстрел корабля Людей! Разрешаю любую степень разрушения, но запрещаю наносить удар в район нижнего полюса, ее можно отличить по хрустальному отблеску, если заходить со стороны звезды! Там находится их секретное оружие, оно нам пригодится. РЭБ-формации выйти вот здесь! — на карте вспыхнула еще одна точка. — Подавить Людям связь, перегрузить двигатели, поставить пакет стандартных помех. Энергии не жалеть, работать на максимальной мощности! Абордажная формация должна появиться тут! — Мультихроматрон высветил восьмую точку. — И немедленно пойти на сближение! Пленных не брать, нам нужен только Хранитель и базы данных Людей, сами Люди нам неинтересны! Флоту стартовать в гиперпространство через пятнадцать минут! Двигаться на малом ходу, нас не должны заметить!

— Но, Господин Миноритарный Акционер, — неуверенно возразил хайтоп-менеджер, — это же более четырех часов в пути… враги могут покинуть место пребывания за это время…

— Покинут — догоним в следующий раз! — Господин Ваау являлся воплощением уверенности. — Но элемент внезапности будет на нашей стороне. Иначе у Людей есть все шансы засечь нас еще в гиперпространстве и скрыться до нашего появления. Выполнять!

На капитанском мостике мгновенно вспыхнула суета, десятки сидевших неподвижно операторов постов связи и управления развили активность, связываясь с кораблями флота, рассчитывая подробности диспозиции и уточняя всевозможные детали. Гиперпеленгатор работал вплоть до совершения флотом прыжка, и все это время Рафтулах неподвижно простоял рядом с ним, возвышаясь над суетой низкорослых Ваарси, словно треугольная башня посреди сине-зеленого муравейника. Только потом ему разрешили оставить пост и отвели в конференц-зал. Там он и остался дожидаться окончания перехода в полном одиночестве. Гредринианских офицеров уже не было, как сказал ему один из десантников Ваарси, стоящих на часах у входа, они вернулись на вверенные им корабли еще десять минут назад.

Четыре с лишним часа тянулись до обидного долго. Рафтулах сидел в кресле, расхаживал по конференц-залу, лежал на пьедестале ползунов, снова сидел в кресле… Переход все не заканчивался, словно специально оттягивая самый главный момент всей его жизни — тот самый, когда Господин Ваау своим приказом направит его в ученые. Когда наконец за ним пришли, хорунжий уже весь извелся от бесконечного томительного ожидания. Оказавшись на капитанском мостике, он, торжественно отсалютовав, промаршировал мимо Миноритарного Акционера к гиперпеленгатору и вытянулся по струнке.

— Тридцать секунд до завершения гиперпрыжка! — раздался доклад капитана корабля.

Рафтулах вперил взгляд в рябящий помехами мультихроматрон, отсчитывая про себя секунды.

— Выход! — выстрелил словом капитан, инициируя мгновенный всплеск всеобщей активности.

Зазвучали команды и доклады, зазвенели сигналы, пошел обмен сообщениями. Центральный мультихроматрон вспыхнул, и операторы немедленно настроили его на изображение линкора Людей. Он все еще находился здесь и никуда не делся. И немудрено! Судя по картинке, на нем живого места не осталось. Огромный серый шар был весь испещрен пробоинами и рваными ранами, возле некоторых из них вяло суетились ремонтные аппараты, но такими темпами залатать все дыры получится не раньше чем через месяц. Судя по сильному наклону оси линкора, он значительно пострадал не только снаружи, скорее всего, оборудование корабля повреждено настолько, что Люди просто не имели возможности куда-либо улететь. Вот почему они до сих пор не соединились с остатками своей эскадры. И вызывать ее к себе тоже побоялись — наша разведка не дремлет, переговоры обязательно перехватили бы и нашли полумертвый линкор еще раньше.

Даже появившиеся вокруг штурмовые формации Альянса Люди заметили не сразу. Абордажные корветы уже развили максимальную скорость, пойдя на сближение, когда человеческий линкор запоздало попытался скрыться, бросив в космосе ремонтное оборудование. Но куда тут скроешься, когда тебя заранее окружили со всех шести сторон? Уйти в гипер Люди не смогли, видимо, их давно поврежденный привод уже потерял последние остатки работоспособности, набрать свое фирменное внутрисистемное ускорение тоже не вышло. То ли линкор совсем разваливался на части, то ли наша РЭБ-формация вовремя перегрузила ему контуры силовой установки или ввела в диссонанс двигатели… кстати, а где у Людей двигатели? Надо будет обязательно выяснить, как только он станет ученым. Это произойдет уже совсем скоро, так что можно и потерпеть. Рафтулах смотрел, как полыхает под множественными ударами энергетическая защита человеческого линкора. Она не продержалась и десяти минут. Вот уже взрывы раздирают дырявую броню Людей, расшвыривая в космосе фонтаны обломков, скорость линкора быстро падает, фактически он уже дрейфует, неотвратимо настигаемый абордажной формацией. Еще через десять минут, когда абордажники приблизились к человеческому линкору, тот открыл огонь. Несколько корветов мгновенно исчезли в клубах черно-оранжевого огня, остальные перешли на движение уклоняющимся зигзагом и стремительно обрушились на внешнюю обшивку издырявленного серого шара.

— Абордажные команды начали высадку на вражеский корабль! — доложил хайтоп-менеджер, и Рафтулах представил, как сейчас бесится полковник. То, что он был не в состоянии сделать больше недели, Миноритарный Акционер Ваау воплотил в жизнь за полчаса.

— Абордажные корветы перевели двигатели в положение «реверс»! — прозвучал следующий доклад. — До полной остановки человеческого линкора одна минута! Приступаем к…

Внезапно вырубился свет, мультихроматроны погасли, приборные панели плавно потемнели, и капитанский мостик погрузился в кромешную тьму. Рафтулах обалдело повертел головой. Не видно даже передней руки, которой он только что коснулся лба!

— Хайтоп-менеджер! — раздался голос Господина Ваау. — Это еще что за представление?!

— Замыкание в цепях питания! — нервно доложил кто-то из темноты. — Сейчас включится аварийное освещение!

И действительно, через секунду под потолком тускло вспыхнули панели автономного света.

— Исправить немедленно! — капитан флагмана набросился на своего старпома. — Наказать виновных! Связь мне с ремонтным отделом, быстро!

Старпом метнулся к оператору связи, но тот, бледный от страха перед разгневанным начальством, инстинктивно втянул голову в плечи.

— Система внутренней связи не функционирует! — испуганно сообщил он. — Аварийная частота не запускается, сильные помехи в эфире… замыкание вызвало ионизацию и навело диссонансные поля… наверное… нужны ремонтники…

— Так отправьте посыльных, капитан! — в голосе Миноритарного Акционера явственно звенели нотки раздражения. — А еще лучше, отправляйтесь лично! Так, по крайней мере, от вас будет хоть какой-то толк!

— Слушаюсь! — выпалил капитан флагмана и кивнул старпому: — Я к ремонтникам, вы — в отсек силовой установки! — Оба офицера бросились к выходу, но дверные створы оказались заперты, и им пришлось провозиться несколько минут с системой ручного открытия.

Едва толстостенные двери разошлись в стороны, из глубины корабля донесся громкий звук взрыва. Ваарси застыли на пороге, но грохот взрывов немедленно продолжился, и они опрометью метнулись дальше. Рафтулах, ничего не понимая, смотрел им вслед, пытаясь в полумраке аварийного освещения разобрать, что происходит. Неожиданно из коридора навстречу капитану выскочило трое десантников с оружием в руках.

— Люди! Люди на корабле! — заорал один из них. — Они идут сюда! Всем в ружьё! Командный отсе… — плазменный заряд разорвал кричащего на две части, и Ваарси бросились врассыпную, пытаясь укрыться по углам, и открыли огонь куда-то в глубь помещения, ведя перестрелку с кем-то, невидимым отсюда. Ответные выстрелы быстро отшвыривали на палубу их мертвые изодранные тела, дымящиеся прожженным снаряжением.

Острый приступ кипящего ужаса ошпарил Рафтулаха, и он беспомощно заметался вокруг гиперпеленгатора. Что делать?! Спасать чип? Спасать себя? Ведь у него даже оружия нет! Хорунжий судорожными движениями вскрыл мегаусилитель, вырвал из приемного гнезда чип и завертелся по сторонам, озираясь в поисках Господина Ваау. Он едва заметил того в толпе офицеров Ваарси. Миноритарного Акционера облепили несколько топ-менеджеров, требуя от него немедленно скрыться, и увлекли за собой. Хорунжий бросился было следом, как вдруг в дверном проеме стремительно мелькнуло нечто, взвиваясь под самый потолок. Что-то похожее на серую пластину сплюнуло вниз небольшой предмет и так же стремительно умчалось обратно. Рафтулах вдохнул, собираясь проорать «Бомба!!! Ложись!!!», но не успел. Яркая вспышка, сопровождающаяся оглушительным взрывом, обожгла заполненное страхом сознание, и хорунжий почувствовал, как палуба уходит из-под ног. Его отбросило назад, ударяя о переборку, и несколько секунд хорунжий беспомощно лежал на палубе, не в силах подняться. Боевой скафандр выдержал удар и не допустил переломов или ушибов, но мозг внутри черепной коробки встряхнуло так, что перед глазами все плясало и ноги не слушались, расползаясь в разные стороны. Внезапно что-то схватило его за кожух главного воздуховода и резким рывком подняло над землей. Рафтулах вяло задергался в воздухе, пытаясь одновременно унять головокружение и сфокусировать зрение. Едва это ему удалось, первое, что он увидел, был холодный блеск плазменного клинка перед глазами.

— Не дергайся, недоразумение! — Лингвотранслятор еще не успел перевести адресованную ему фразу, но уже пульсировал красным сигналом, распознав речь представителя враждебной цивилизации. — Поранишься ещё.

Жуткий человеческий монстр с черной узловатой кожей одной рукой держал Рафтулаха на весу, в его другой руке зловеще сиял боевой нож. Глаза хорунжего расширились от страха. Капитанский мостик был заполнен бойцовыми особями Людей, неизвестно откуда взявшимися в самом сердце флагмана объединенного флота Альянса. Все Ваарси были перебиты, и несколько ужасающих человеческих фигур возились с телом Миноритарного Акционера. В первую секунду Рафтулах подумал, что Люди сожрут Господина Ваау прямо здесь и сейчас, а после настанет его очередь, и едва не потерял сознание от ужаса. Но тельце Миноритарного Акционера, выглядящее донельзя тщедушным в перевитых мощными, зловеще-уродливыми мускулами руках человеческих воинов, аккуратно положили на портативную гравитационную платформу, и хорунжий заметил сидящее на груди Ваау странное серое существо. Маленькое, полностью круглое, с большими черными глазами и совершенно огромными ушами. Гравиплатформа в сопровождении двух Людей быстро покинула капитанский мостик, остальные ловко рассредоточились по помещению, занимая оборону, и совершенно неожиданно слились с переборками, исчезая из виду. Лишь около гиперпеленгатора осталось два жутких Человека, один из них поводил над устройством каким-то миниатюрным прибором и отрицательно покачал головой. Тот приблизился к держащему Рафтулаха воину, и его вызывающая леденящий душу ужас морда взглянула прямо в глаза насмерть перепуганному хорунжему.

— Хорунжий Рафтулах? — осведомился монстр тоном, не предвещающим ничего хорошего.

— Т… — слова застряли у Рафтулаха в горле, — т… так точно… — промямлил он, — я не виноват… я никого не убивал… не ешьте меня, пожалуйста…

— Чего-чего? — грозно навис над ним монстр. — Не виноват, говоришь? А кто заключил с Хранителем договор, а после обманул его и скрылся с чипом?! Или я что-то путаю?!

— Н… нет… — все три сердца хорунжего ушли в пятки, — так получилось… я не виноват! Там была охрана… я не смог пройти к яхте Чужо… Хранителя Риула…

— Угу, — с готовностью кивнул жуткой мордой человеческий монстр. — И потому ты решил отвезти чип своим! Ай-яй-яй, как непорядочно! Ты же дал слово, причем не бескорыстно. Что, «полковник», — чудовище выделило сарказмом звание, — захотелось стать генералом? Ну и как? Стал? Наверняка до тебя у Гредринианцев еще не было ни одного семилетнего генерала! Как и полковника. Ты первый, так сказать, местный эксклюзив!

— Я хотел стать ученым! У-у-у-у! — Рафтулах завибрировал от страха и горя. — Я думал, что за чип мне разрешат выучиться в научном техникуме! У-у-у-у! — продолжал рыдать хорунжий. — А Риулы все равно бы мне ничего не дали! Зачем им отдавать такие сокровища какому-то мелкому инопланетянину? У-у-у-у! — от отчаяния его нервы не выдержали, и он, обливаясь слезами, жаловался жуткому чудовищу на приключившуюся с ним несправедливость. — А если бы и дали, что бы с этим делал? Как я объясню начальству, откуда взял столько гифтония? Меня бы скормили Инсам, а гифтоний отобрали! У-у-у-у!

— Ну надо же, жуть-то какая! — посочувствовал ему Человек. — А ты не такой идиот, каким выглядишь. Ладно, у тебя есть выбор: ты говоришь нам, где чип, и остаешься живой. Или не говоришь — и остаешься не совсем живой. Я бы даже сказал, совсем не живой. Выбирай. И хватит ныть, лингвотранслятор переводит твое дрожание как плач великовозрастного ребенка. Отдает дебилизмом. Это раздражает.

— Чип у меня, — Рафтулах, стараясь заглушить дрожь, полез в гермокарман и достал оттуда тонкую пластинку устройства. — Я боялся, что его повредят в ходе перестрелки! Вот. — Он протянул его Человеку. — Вы меня съедите, да?

— Обязательно! — заверил его монстр, забирая чип. — Но сейчас обеденное время у нас уже прошло. Так что мы вернемся за тобой в другой раз.

Человек посмотрел на своего соплеменника, удерживающего Рафтулаха, и тот разжал руку. Хорунжий шлепнулся на палубу, гремя скафандром. Люди, занимавшие оборону на капитанском мостике, проявлялись у стен и проворно выскакивали из помещения. Поняв, что человеческие монстры уходят, Рафтулах бросился за их командиром.

— Господин! Можно мне с вами? — взмолился он. — Меня все равно убьют! Никто не поверит, что я не совершал предательства! Умоляю вас! Позвольте мне уйти с вами! Я умею пользоваться гиперпеленгатором, сопряженным с мегаусилителем наносигнала! Я могу чистить его и содержать в порядке! Я могу проверять аварийные спасательные капсулы, давно не проходившие технического обслуживания! Я умею превосходно драить палубу!

— «Клинок-8»! — Командир Людей обернулся к воину, что держал Рафтулаха. — Похоже, ты уронил его со слишком большой высоты и он ударился головой. Это очень негуманно с твоей стороны. Теперь у него развился синдром гастарбайтера.

— Виноват! — бодро откликнулся тот. — Разрешите вопрос, Командующий? Что такое «гастарбайтер»?

— Это такое черноватое, плохо соображающее и вечно грязное средство, использовавшееся в древние времена правительствами для борьбы с благосостоянием собственных народов, — ответил командир монстров. — Забудь, оно кануло в Лету три с лишним тысячи лет назад. И за его возрождение положена немедленная смертная казнь. Хорунжий! — он обернулся к Рафтулаху. — Потеряйся! Не то съедим.

— Мне никто не поверит… — тоскливо выдохнул Гредринианец и обреченно уселся на палубу. — Меня обвинят в предательстве и скормят Инсам. Это нечестно… я никого не предавал, я хотел как лучше! — Он уставился в пол и тихо добавил: — Я хотел стать ученым…

Воин, что водил каким-то устройством над гиперусилителем, быстро подошел к Рафтулаху и повторил над ним ту же манипуляцию. Он посмотрел вслед командиру, и тот оглянулся. Пару секунд они смотрели друг на друга, и хорунжий понял, что между ними идет радиообмен по какой-нибудь хитроумной закрытой линии. Люди большие мастера на всякие высокотехнологичные штуки.

— Пойдешь с нами, хорунжий! — неожиданно произнес командир чудовищ. — Ты все еще излучаешь. Так тебя и действительно шлепнут. Держись возле меня, если выживешь, там разберемся, что с тобой делать. Бегом марш!

— Я прекрасно понял вас, господин Командующий! — заорал, вскакивая, Рафтулах, и со всех трех ног помчался догонять жутких человеческих монстров.

Пятерка «Вампиров», отчаянно маневрируя, уходила от несметного облака истребителей, наседавших со всех сторон. Десантные корабли огрызались огнем и использовали преимущество в скорости, но применить форсажное ускорение не удавалось. За время проведения операции по захвату Миноритарного Акционера Ваау весь карательный флот противника бросил свои позиции и устремился спасать флагман. Теперь отовсюду навстречу «Вампирам» мчались тысячи вражеских кораблей, и перейти на сверхсветовую скорость без опасности столкновения пока возможности не представилось. Пилоты делали все, чтобы вывести машины с линии удара линкора «Александэр» и при этом не быть сбитыми противником. Щиты трещали по швам под непрерывным ливнем ударов, системы ремонта брони работали на пределе мощности, латая повреждения, и счет шел на секунды.

Тринадцатый бросил взгляд на тело Ваау. Тот неподвижно лежал на гравиплатформе в состоянии комы. Все произошло в точности, как предсказывал Андрей. Едва Чебурашка оказался от Миноритарного Акционера в десятке шагов, тот потерял сознание и рухнул, словно подкошенный. С тех пор так и лежит, испуская то самое ощущение чего-то злобного, исключительно враждебного и очень далекого. Для того чтобы исключить любые проколы и неожиданности, мышонок сразу после захвата уселся на грудь пленному и не двигался с места. Алекс посмотрел на донельзя сосредоточенного команданте и послал ему мысленный образ: «Смотри, осторожнее, не раздави его своей мощной тушей!» В ответ Че заявил, что, между прочим, весит целых восемьсот грамм, это очень серьезная мышечная масса, и потому он и сам уже подумывает, а не сменить ли место сидения, чтобы у пленного не возникло пролежней. Алекс поинтересовался, не является ли понятие «серьезная мышечная масса» большим скоплением мышей, но команданте лишь возмущенно пискнул, отвергая столь кощунственно-превратную двоякость толкования. Тринадцатый улыбнулся, глядя на Друга. Этого ничем не возьмешь, он заранее уверен, что они выберутся из любой передряги. Командующий посмотрел на сфероид тактического анализатора. Кольцо врагов сжималось, все новые и новые корабли противника выходили на дистанцию удара, еще немного, и щиты не выдержат. Добраться до флагмана под полями преломления оказалось легче, чем уйти. Никто не ожидал, что враги поумнеют настолько, что так грамотно выйдут из гипера, сразу окружив линкор «Александэр». Для операции захвата это ничего не меняло, но вот эвакуация мгновенно превратилась в задачу предельной сложности. Впредь стоит учитывать изменения в поведении марионеток Идеального, раз они начали интересоваться вопросами тактики. Впрочем, до уровня Владетелей прошлой войны им еще далеко, и необходимо пользоваться этим, пока есть возможность. Но наша главная надежда лежит сейчас на этой гравиплатформе, придавленная серьезной мышечно-ушастой массой. Если Андрей сумеет вытянуть из него хоть что-то…

— Тринадцатый, я — «Коробочка-1»! — раздался во внутреннем эфире голос Алисы. — Десять секунд до выхода из фронта атаки!

— Принял тебя, — ответил Командующий и переключился на канал связи с эскадрой: — Внимание эскадре! Готовность — восемь секунд! Командирам кораблей действовать самостоятельно!

Одна из отметок «Вампиров» на тактическом анализаторе запульсировала розовым цветом.

— Я — «Коробочка-4»! — зазвучал голос пилота. — Защита пробита, получаю множественные повреждения, потеря скорости двадцать процентов! На борту трое «трехсотых»!

— Всем «Коробочкам»! — Тринадцатый немедленно вышел в эфир. — Разворот! Взять поврежденную машину на гравитационную…

Отметка четвертой «Коробочки» полыхнула ярко-розовым и исчезла. Система биологического мониторинга замерцала красными строками, сообщая о боевых потерях. Тут же последовал доклад:

— Я — «Коробочка-5»! — Голос пилота был спокоен и сосредоточен. — «Коробочка-4» уничтожена! Спасательных капсул не наблюдаю. Отстреливаю сборщиков ЭСС-модулей. Истребители противника ведут по ним огонь! Мы не успеем подобрать всё!

— Успеем, — Алекс зло поморщился. Вновь потери. Потери, потери, потери… в этом война никогда не меняется. Всегда гибнут лучшие, и зачастую никто не может честно ответить на вопрос, ради чего? Но только не в этот раз. Сейчас все будет несколько иначе. — Всем «Коробочкам» произвести отстрел сборщиков. Успеем, — уверенно повторил он.

Сфероид тактического анализатора изменил бледно-зеленые отметки на ярко-зеленые, и на обзорных экранах стали возникать серые шары ударных крейсеров экспедиционной эскадры. Маневренные группы сворачивали поля преломления и срывались с места в атаку, обгоняя неуклюже накренившиеся цилиндры авианосцев. Над бросившимися на врага человеческими кораблями уже расходился широким фронтом поток Серебряных Слез, выпущенных линкором «Александэр». Абордажников противника, высадившихся на его борту в начале операции, ожидал неприятный сюрприз: линкор был заранее подготовлен к их появлению. Превращенные в смертельные ловушки коридоры и шлюзы «Александэра» были для вражеских десантников первым, что они увидели внутри без пяти минут захваченного корабля. Вакуумные мины и термобарические гранаты мгновенно проредили ряды атакующих наполовину, резко понизив уровень энтузиазма Чужих. К этому моменту связи с флагманом Господина Ваау уже не было, и это усилило эффект. Не получив от начальства ответа на запрос дополнительных сил, командиры абордажников повели своих бойцов дальше, углубляясь внутрь корабля и теряя личный состав в нашпигованных ловушками переходах. Последним зрелищем для тех, кому удалось выйти из них живыми, стал холодный блеск плазменных клинков человеческого спецназа. С того момента затаившаяся эскадра ждала выхода «Вампиров» из опасной зоны, чтобы нанести удар.

Поток антивещества ударил в скопление противника, мгновенно разнося на атомы сотни кораблей, и маневренные группы, сблизившись с вражескими эскадрами, открыли огонь. Место для этой засады выбиралось заранее, и эскадра Боевого Флота, тщательно маскируясь, долго ползла под самый нос карательных сил Господина Ваау, но риск стоил того. Частица Идеального была захвачена, и на этот раз Незримый Враг не уйдет незамеченным. Он все-таки клюнул на приманку. Вряд ли его интересовали Серебряные Слезы, хотя, если он поумнел, то и они тоже. Но главной целью Идеального, конечно же, была Скрижаль. Он упустил ее в первый раз и желал заполучить в этот. Она делала Хранителя неподвластным его силам, чувствовала присутствие Незримого Врага в Галактике и могла встраиваться в коммутационные линии Мерхна. А значит, представляла опасность для Идеального. И он это понимал. Потому и пошел лично вылавливать Скрижаль, на что мы и сделали ставку. Прямо скажем, до самого появления флота Ваау вокруг «Александэра» никто не был твердо уверен, что Идеальный заглотит приманку. Поэтому спектакль разыгрывался по всем правилам и стоил Риулам пяти тысяч кораблей. Для этих целей отобрали наиболее поврежденные в боях и устаревшие модели, наскоро оборудовали их дистанционным управлением и бросили под удары плазмоизлучателей эскадры и поток Серебряных Слез. Даже чип, чтобы не рисковать, не стали снабжать маячком. Он действительно был настроен на посох Хранителя и ничего больше. Место нахождения Ваау отслеживали по этому Гредринианскому юному балбесу, которому вместе с запасом дыхания вкололи мультиизотопный импульсный маяк, излучающий в предельно узком диапазоне. Впрочем, из-за этого теперь приходится тащить с собой это треугольное недоразумение, в ужасе забившееся в дальний угол десантного отсека. Не отдавать же секретную разведывательную технологию в руки врага.

Четверка «Вампиров» смешалась с атакующей противника встречным курсом маневренной группой, и Тринадцатый вновь посмотрел на мышонка: «Как он, Че?» Команданте ответил, что пленный в норме, без изменений, и он, Чебурашка, за ним следит. Так что Друг может быть спокоен, на этот раз враг не уйдет. Алекс улыбнулся и послал мышонку образ: огромный Чебурашка в виде слона и с хоботом сидит на превратившемся в лепешку Ваарси. В ответ команданте заявил, что так и будет, и вообще, он может выловить всех марионеток Идеального, если они ему попадутся, и изобразил, как восседает на добром десятке сложенных в кучу Ваарси. Командующий похвалил Друга и сверился с тактическим анализатором. Ядро карательного флота противника, в четырех местах глубоко прорезанное потоками Серебряных Слез, увязло в бою с маневренными группами. Не в силах противопоставить Людям в бою на дистанции клинча ничего существенного, формации Чужих несли большие потери, но рисковать, затягивая бой, не стоило. Полмиллиона вымпелов и втрое больше истребителей против эскадры в триста кораблей, пусть даже и таких мощных, слишком огромный перевес в силах. И командиры врага это понимали. Лишившись центрального руководства, формации противника перешли под командование своих военачальников, и среди них обнаружились руководители, явно смыслящие в военном деле побольше Идеального. Чужие уже оттягивали дивизионы тяжелых кораблей в тыл, стремясь организовать массированный удар главным калибром с безопасного расстояния, в то же время их штурмовые силы быстро уплотняли собой буфер между человеческой эскадрой и отходящими на дистанцию удара линкорами. Пора уходить, пока инициатива еще принадлежит нам.

— Внимание эскадре! — Командующий вышел в эфир на частоте управления. — «Закат»! Повторяю. Всем маневренным группам — «Закат»! Тридцатисекундная готовность к прыжку!

Грызущее корабли противника облако перехватчиков вышло из боя и четкими, тысячекратно отработанными маневрами быстро распределилось по авианосцам. Серые цилиндры, приняв на борт эскадрильи, один за другим форсажным ускорением уходили на безопасную дистанцию. Вслед за ними мчались линкоры Ударной группы и разведывательные корабли, на ходу перестраиваясь в походный ордер. Тяжелые крейсера сомкнули ряды, и не отстрелявшаяся маневренная группа одновременно развела магнитные ловушки, испуская во все стороны густой фронт антивещества. В рядах противника возникло замешательство, вражеские формации поспешно рванулись в стороны, пытаясь уклониться от всепожирающих волн Серебряных Слез. В рядах противника заполыхали взрывы, выкашивая корабли Чужих, в бесконечность ледяного космоса ударили фонтаны обломков, и крейсера заложили разворот, пользуясь замешательством врага. Исполинские «Обереги», защиту которых было не так просто пробить, уходили в гиперпространство прямо из боя, не тратя времени на отступление. Прежде чем изрядно потрепанный карательный флот Чужих успел перейти в контратаку, экспедиционная эскадра Содружества совершила прыжок, оставляя после себя лишь обломки вражеских кораблей среди быстро остывающих облаков раскаленного газа. В самом центре произведенных Людьми разрушений, лишившись хода, беспомощно болтался в безразличной ко всему космической пустоте одинокий плавник флагманского линкора Миноритарного Акционера.

На этот раз до Туманности Смерти удалось добраться без происшествий. Двухдневный гиперпереход и пятнадцатичасовой дрейф в Преддверии, в ожидании открытия безопасного окна внутри Туманности, прошли спокойно. Один раз в сотне миллионов километров от эскадры в реальный космос вышел объединенный патруль Т’Хассмоа и Гредрини, но системы дальнего обнаружения засекли их приближение заранее, и авианосная маневренная группа выдвинулась на упреждение. Патрульный дивизион противника сожгли чисто, не упустив ни одного корабля. Бой проходил без участия Командующего, всё это время Тринадцатый с Чебурашкой не отходили от находящегося в коме Господина Ваау. Его тело подключили к аппаратуре жизнеобеспечения, поместили под эмиттеры генераторов стазис-поля, но спокойно вздохнуть Алекс смог лишь тогда, когда малый десантный корабль вошел в приемный док Дэи.

— Андрей, сколько времени до запуска Ноль-Врат? — это было первое, что произнес Командующий после слова «приветствую». — Мне срочно нужно в мышиный город.

— Врата запустили еще вчера, — ответил Серебряков-младший. — Все тестовые проверки прошли успешно, тонкую настройку я проводил сам. Два часа назад в Туманность Смерти прошел первый караван из Содружества, доставили пятьсот тридцать тонн гифтония, это все, что Совет Глав смог выделить в качестве помощи немедленно. У Риулов уже час как объявлен национальный праздник, Синод обещает перевести подземные города с десятипроцентного на восьмидесятипроцентное обеспечение энергией.

— Пятьсот тридцать тонн — солидное количество, — оценил Тринадцатый. — Главы сработали грамотно, не стали недооценивать важность третьего фронта и не пожадничали. Знаешь, Глава Талле чем-то напоминает мне Академика Крато.

— Есть что-то общее, — согласился молодой ученый. — Оба созданы из вечно кипучей энергии и, наверное, никогда не спят, не едят и не сидят на месте дольше двух минут. Хочу заметить, что Глава Фатно показывает себя очень компетентным специалистом.

— Он несколько нерешителен, — нахмурился Командующий. — Не то чтобы трус, но слишком часто боится. Например, он считает, что новая Конституция — это узаконенный вооруженный переворот, произведенный вернувшейся армией с молчаливого потакания населения Содружества. Мол, сейчас всем ярко светит перспектива гибели и народ согласен на все, чтобы выжить. Потому во всей уцелевшей сети Содружества не нашлось никого, кто бы возмутился. Но сам Фатно с этой позицией не согласен. Ему кажется, что в мирное время против были бы многие, а сейчас они попросту боятся. То ли репрессий, то ли, что еще хуже, что Боевой Флот бросит всех на произвол судьбы из-за части недовольных. Но еще больше Фатно боится все это высказать.

— Его можно понять, — в голосе Серебрякова-младшего зазвучали веселые нотки. — Но как профессионал в своем деле он силен. Вспомните Димма! Александэр тоже сражался за свободу в меру своих сил, но потом, когда опасность миновала, отстаивал свою точку зрения!

— Скажем прямо, сил его не хватило для победы, — хмыкнул Тринадцатый. — С одним голым пацифизмом и демократией свободу из лап коррумпированной власти не вырвешь. Да и точку зрения свою он наотстаивал, молодец, ничего не скажешь. Результаты этого отстаивания мы видели в момент возвращения в Содружество. Отстоялся полный отстой, извините…

— При этом вы назвали один из линкоров в его честь! — напомнил Серебряков-младший.

— Димм был моим другом, и я всегда уважал его за то, что он человек дела, но не пустого трепа, — спокойно объяснил Алекс. — Он любил позаблуждаться на тему вечного мира и спокойствия, но это единственный его недостаток. Александэр сделал для Содружества очень многое. Он был душой послевоенной экспансии и мечтал о том, чтобы Человечество заселило не только нашу Галактику, но и когда-нибудь сравнялось с Вики в благородстве помыслов и возможностях. Это был достойный человек. Линкору почетно носить его имя. Теперь к делу. Я оставляю тебе Ваау с Чебурашкой и отправляюсь на Землю, в мышиный город. Приведу оттуда какое-то количество наших летающих друзей, чтобы организовать круглосуточное дежурство, иначе эта частица энергоглиста снова уйдет. Он даже с Дэи ускользнул в прошлый раз, дрянь такая. С этим тоже надо будет еще разобраться.

— У меня есть другая идея, — сообщил молодой ученый. — Я разверну исследовательскую лабораторию прямо в городе Лемов. И не придется нести никаких дежурств. Мы все обговорили с Главой Талле, подготовка начата, мобильный научный комплекс уже там, в настоящее время идет его доукомплектование всем необходимым. Мы, к сожалению, не можем начать исследования в любой момент, мне требуется масса нестандартного оборудования, подобное существо встречается нам впервые! Я тут, на досуге, набросал кое-какие чертежи… а то уж очень не терпится выяснить, что же ОН такое!

— А тебе когда-нибудь терпелось выяснить хоть что-нибудь? — хихикнул Тринадцатый. — Я давно подозреваю, что вы с команданте тайные родственники. Ты уверен, что сможешь бороться с любопытством три недели гиперперехода? Дэя в Ноль-Врата не пролезет.

— Мне будет очень тяжело, — серьезно ответил молодой ученый. — Но я переживу. С трудом. А нельзя ли как-нибудь побыстрее? Три недели — это слишком жестоко!

— Попросить Дэю открыть ноль-переход ради сохранения твоей целостности? — Командующий сделал задумчивое лицо. — Какова вероятность того, что за время гипера тебя разорвет на части любопытством… Можешь рассчитать удельную вредность каждой получившейся части? Я думаю, Дэя не станет возражать, как только узнает, что сейчас меня достает неиссякаемой любознательностью один большой Серебряков, а так будет сверлить десяток-другой мелких! Они будут попадаться всюду, в самых неожиданных местах…

— Вот вы смеетесь, Тринадцатый, а я абсолютно серьезно! — обиженно заявил ученый. — Почему бы не совершить гиперпереход с более высокой скоростью? Наверняка это ей по силам! В чем смысл столь долгого путешествия, ведь эскадра все равно вернется Ноль-Вратами. На Дэе останется только Детский Корпус, «Руника» и я!

— Вот именно из-за этого она и не согласится, — коротко улыбнулся Алекс. — Из-за тебя. И ты об этом знаешь и потому хитришь. Снова собрался делать замеры во время движения?

— И вовсе не из-за этого, — надулся Серебряков-младший. — Я обещаю, что не буду пытаться влезть в банк данных Дэи. Все равно не смогу, я неоднократно проверял. Я за общее дело переживаю, между прочим! Пока планета будет в гипере, кто-то из бойцов Флота может погибнуть, как тогда будет происходить ЭСС-процедура? Передача данных в гиперпространстве невозможна!

— Ничего, как-нибудь справимся, — невозмутимо ответил Тринадцатый, — уверен, нам повезет, и никто за это время не погибнет. Вот увидишь.

— Ага! Так значит, передача данных в условиях гиперпространства все-таки возможна! — победно воскликнул Серебряков-младший. — Я так и думал! Надо будет поразмышлять на досуге!

— По-моему, пора отключить тебе процентов восемьдесят возможностей, — Тринадцатый, изобразив на лице предельную степень работы мысли, потер бровь. — У тебя столько свободного времени, что ты уже занялся ловлей меня на слове. Чего бы тебе такого отключить для начала…

— Я больше так не буду! — немедленно отреагировал ученый. — Честное виртуальное! Не надо мне ничего отключать! Кстати, в свое оправдание могу сказать, что способ убедить Дэю сократить время возвращения, как мне кажется, есть. Вы можете вытребовать это за то, что она отпустила на свободу частицу Идеального.

— Не понял, — Командующий мгновенно стал серьезен. — Ну-ка, изложи конкретнее. Это уже не смешно. Для подобных заявлений нужны веские основания.

— Тогда, когда вы доставили мне в лабораторию «Ч» адмирала Ваарси из системы Синеокой, — напомнил Серебряков-младший, — частица Идеального Паразита, оставшись без вашего с Чебурашкой влияния, ускользнула. Судите сами: Дэя выполнена по технологии Мерхна. Мерхн имеет всё необходимое для противодействия Идеальному. Следовательно, он не подвластен паразиту. То есть проникнуть внутрь Дэи частица Незримого Врага не может. А раз так, то как она могла выбраться изнутри? Вывод напрашивается только один: ее выпустили. Принять такое решение могут только три разумных индивида: либо вы, либо команданте, либо…

— …либо сама Дэя, — нахмурился Тринадцатый. — Почему ты не сказал об этом раньше?

— Я не сразу догадался, — признался ученый. — Дел было много, и подобный вывод хоть и лежал на поверхности, все же казался сомнительным…

— Понятно, — прервал его Алекс. — Андрей, помолчи немного. — Он закрыл глаза и обратился напрямую к Дэе: «Это правда? Ты отпустила Врага?».

«Да», — последовал ответ.

«Почему? — спросил Тринадцатый. — Ты знаешь, что ОН несет смерть всем детям Создателей?».

«Я не могу сражаться с ребенком, — ответила Дэя. — Прости, но это твоя ноша. В качестве извинений я выполню просьбу твоего друга. Мы вернемся к звезде Солнце за две недели вместо трех».

«За одну! — потребовал Алекс. — И это еще очень и очень неравноценный обмен!».

«Я сделаю, как ты хочешь, — согласилась Дэя. — Но не более. Ты знаешь закон, Страж!».

«Я знаю закон, Дэя!».

Тринадцатый открыл глаза:

— Андрей, ты будешь в системе Солнца через неделю. Я отправил тебе запись разговора с Дэей, поразмышляй над ней. На досуге, как ты любишь. Я же немедленно везу тело товарища Ваау на Землю, — Алекс развернулся, и перед ним засияло призрачное бирюзовое сияние. — Скажи Риулам, что я встречусь с ними позже, когда вернусь за эскадрой. Пусть потерпят три часа.

— Постарайтесь уложиться в два, — предупредил его Серебряков-младший. — Ваше присутствие необходимо в блоке «Руника». Иначе мы рискуем просрочить контрольную точку. И еще одно: вот, взгляните. — Вокруг головы Тринадцатого вспыхнула мутная сфера ЗАС-связи максимального уровня защиты, и на ее внутреннем экране возникли короткие строки данных. — Пришло два часа назад по… ну, вы знаете.

— Очень интересно, — Алекс задумчиво разглядывал сопровождающее строки изображение. — Значит, они все-таки провели выброс. Что ж, как говорит наш рогатый друг Еаурурис, да будет так! Андрей, у меня есть для тебя задание. Необходимо усовершенствовать одну очень старую вещь.