§ 1. Субъекты права собственности.

Общие положения. В странах с развитой рыночной экономикой, не говоря уже о тех, где превалируют централизованные методы управления хозяйством, удельный вес государственной собственности в структуре основных производственных фондов страны достаточно высок. Это относится к таким отраслям, как транспорт и связь, атомная энергетика, военно-промышленный комплекс и ряду других. В собственности государства сосредоточены немалые материальные резервы в виде запасов продовольствия, топлива и других средств жизнеобеспечения на случай всякого рода чрезвычайных обстоятельств. Сохранение в собственности государства значительного числа объектов производственного, социально-культурного и иного назначения объясняется главным образом двумя факторами. Во-первых, каждое государство в нынешнем непредсказуемом мире должно думать о своей безопасности, причем не только военной, но также экологической, санитарно-эпидемиологической, продовольственной и т. д. Во-вторых, государство выполняет широкий круг социализаторских функций, призванных обеспечить достаточный прожиточный минимум населения и поддержку власть предержащих со стороны электората, среди которого немало обездоленных. А для всего этого необходимо располагать соответствующей материально-технической и финансовой базой. В доперестроеч-ный период наше государство взвалило на себя непосильное экономическое бремя, с которым само не могло справиться. В руках государства было сосредоточено около 90 процентов основных производственных фондов страны. Государственная собственность оказалась обюрокраченной и оказененной, недостаточно восприимчивой к достижениям научно-технической революции. Ныне полным ходом идет процесс приватизации, т. е. передачи государственной и муниципальной собственности в частную собственность юридических и физических лиц. По замыслам проводников политики приватизации, в результате должно произойти воссоединение средств производства с работниками производства, а собственность обретет свое подлинное содержание, основанное на строгом различении «моего» и «твоего».

Оценка политики приватизации, связанных с нею плюсов и минусов выходит за рамки учебника. Отметим лишь, что широкомасштабных целей, которые перед нею ставились, достичь пока не удалось. Продолжается спад общественного производства, обнищание народа, разрушение хозяйственных связей. Собственность постепенно концентрируется в руках немногих, представляющих далеко не лучшую часть общества. В невиданных размерах происходит утечка капиталов за рубеж. Акционирование предприятий, на которое возлагались такие надежды, далеко не во всех случаях привело к превращению трудовых коллективов в подлинных хозяев производства и притоку инвестиций.

В ходе проведения приватизации были допущены серьезные просчеты и прямые злоупотребления, что вынуждены признавать даже самые ревностные ее сторонники. Вот какое красноречивое признание прозвучало в августе 1997 г. из уст одного из молодых реформаторов: «Нужно, чтобы в России возник класс собственников, поэтому скорость приватизации была поставлена во главу угла, а качество поставлено на третье-четвертое место. Нельзя за бесценок отдавать собственность. А то, что было раньше, нужно забыть, как страшный сон». Ну что ж, яснее не скажешь. Вот только едва ли этот «сон» забудут десятки миллионов людей, которые не во сне, а наяву оказались ограбленными.

Накопленный опыт приводит к выводу, что нормальное функционирование общества возможно лишь на началах здоровой конкуренции различных форм собственности, каждая из которых должна доказывать свою жизнеспособность на конкретных участках приложения труда и капитала.

Субъекты права государственной собственности. В доперестроечный период государство было конституировано в нашем законодательстве как единый собственник всего государственного имущества. Из этого был сделан вывод о том, что государственная собственность составляет единый фонд, что все государственное имущество, в чем бы оно ни выражалось и в чьем бы ведении ни находилось, принадлежит на праве собственности единому и единственному собственнику – Советскому государству. Этот вывод получил обоснование и в научной литературе, в первую очередь в трудах академика А. В. Бенедиктова. Лишь представители аграрно-правовой науки, поскольку объекты права собственности, с которыми они имеют дело, чаще всего характеризуются прикрепленностью к определенной территории, задумывались над тем, о каком государстве, собственно говоря, идет речь: о Союзе ССР или союзных республиках, либо, наконец, как о Союзе ССР, так и о республиках. Однако этот вопрос так и не получил разрешения ни в доктрине, ни в законодательстве.

В связи с расширением прав регионов и государственных предприятий, а также с нарастанием центробежных тенденций многие ученые и практики сочли тезис о принадлежности государственной собственности лишь одному-единственному собственнику несовместимым с происходящими в жизни реалиями. В противовес была выдвинута идея о многоуровневом характере государственной собственности. Одним из первых с ее обоснованием выступил В. П. Мозолин. На этих путях пытались преодолеть отрыв государственной собственности от тех, кому она должна реально принадлежать, – в первую очередь непосредственных производителей, повысить эффективность управления ею, вырвать ее из рук бюрократического чиновничьего аппарата. Эти усилия не прошли незамеченными для законодателя. Вначале в общесоюзном законе о собственности, а затем в республиканском законе о собственности и Основах гражданского законодательства 1991 г. был закреплен многоуровневый характер государственной собственности. При этом, если в общесоюзном законе о собственности под понятие государственной собственности подпадала также и коммунальная собственность, то ныне муниципальная собственность выделена из государственной, да и круг субъектов муниципальной собственности не совпадает с тем, как был очерчен в законе круг субъектов коммунальной собственности. В то же время предложения о наделении государственных предприятий правом собственности на закрепленное за ними имущество или хотя бы на часть его законодатель не поддержал.

В настоящее время многоуровневый характер государственной собственности и круг ее субъектов определены в гражданском, а в известной мере и в конституционном законодательстве (см., например, ст. 212, 214 ГК; п. «д» ст. 71; подл. «г» п. 1 ст. 72 Конституции РФ).

Государственная собственность подразделяется на федеральную собственность, т. е. собственность, принадлежащую Российской Федерации, и собственность, принадлежащую субъектам федерации – республикам, краям, областям, городам федерального значения, автономной области, автономным округам. Означает ли это, что тезис о единстве фонда государственной собственности должен быть сдан в архив? По-ввдимому, нет. Государственная собственность по-прежнему характеризуется единством фонда, но лишь в пределах того субъекта, которому она принадлежит, как бы он ни вводил ее в гражданский оборот: непосредственно или при посредстве действующих от своего имени юридических лиц, что чаще всего и бывает.

Субъекты права муниципальной собственности. Отпочкование муниципальной собственности от государственной впервые было проведено в российском законе о собственности. Вслед за ним по тому же пути пошли и другие законодательные акты. В настоящее время муниципальная собственность закреплена в качестве одной из форм собственности – наряду с частной, государственной и иными – как в Конституции РФ, так и в ГК (см.п. 2 ст. 8 и п.2 ст. 9 Конституции РФ; ст. 212, 215 ГК). Но если круг субъектов государственной собственности очерчен в законе достаточно четко, то этого нельзя сказать о субъектах муниципальной собственности, в отношении которых употреблена расплывчатая формулировка – в качестве таковых выступают городские и сельские поселения, а также другие муниципальные образования. В Законе РФ «Об общих принципах организации местного самоуправления в Российской Федерации» вслед за Конституцией и ГК муниципальная собственность определена как собственность муниципальных образований'. К числу субъектов права муниципальной собственности могут быть отнесены города (кроме городов федерального значения – Москвы и Санкт-Петербурга, признанных субъектами государственной собственности), рабочие, дачные и курортные поселки, села, деревни и т. д. В то же время субъектом права муниципальной собственности не может быть признано административно-территориальное образование, не имеющее центра, к которому это право могло бы быть приурочено. Так, в условиях Санкт-Петербурга не существует собственности районов, входящих в черту города, если они не имеют своего центра (например, собственности Адмиралтейского района), хотя они и могут быть наделены широкими полномочиями по управлению принадлежащими городу объектами государственной собственности. В то же время на территории, находящейся в административном подчинении Санкт-Петербурга, в пригородной зоне, а ныне и в пределах городской черты, находятся города, поселки и иные образования, которые выступают в качестве субъектов муниципальной собственности. Таковы Пушкин, Павловск, Сестрорецк, Зеленогорск, Кронштадт, Ломоносов и ряд других.

Множественность субъектов права муниципальной собственности не исключает единства ее фонда в пределах субъекта, которому она принадлежит, как бы в том или ином конкретном случае ни осуществлялось управление ею.

Таким образом, тезис о единстве фонда собственности в очерченных пределах сохраняет силу в отношении не только государственной, но и муниципальной собственности.