СЛЕТАЕТСЯ ВОРОНЬЕ.

Болеслав Польский, или Болеслав Храбрый, как называли его льстивые летописцы, пировал со своей дружиной, когда со двора донеслись возбужденные голоса и в гридницу ворвался Святополк.

Одежда беглеца была в пыли, на лице – брызги грязи. Даже здесь, в Болеславовых хоромах, он суетливо озирался, словно мерещились ему за спиной настигающие конники Ярослава.

Бросившись к тестю, Святополк упал на одно колено. Кубок в руках Болеслава дрогнул. Венгерское вино плеснуло на скатерть. Умные медвежьи глазки властителя Польши хмуро буравили зятя: понимал Болеслав, не в гости тот пожаловал.

– Я разбит! – хрипло сказал Святополк. – Дай мне войско: хочу снова идти на Русь!

Болеслав сощурился. Он никогда не забывал о богатых русских землях. Часто думал: какую добычу можно было бы захватить, представься только случай! Однако пока был жив старый князь Владимир, нападать на Русь Болеслав не решался. Теперь дело другое: Русская земля ослаблена усобицами, Ярослав, хоть и разбил Святополка, не укрепился еще на киевском столе. Момент для нападения самый подходящий, едва ли когда-нибудь представится лучший.

– Если дам я тебе свою дружину, что обещаешь ты мне взамен? – делая вид, что колеблется, поинтересовался король польский.

– Все, что пожелаешь! Шкуры, мед, воск, золото – все, чем богата Русская земля. А еще я обещаю тебе, что обращу народ свой в католичество, сделаю русичей верными слугами Польши и папы римского! – горячо воскликнул Святополк.

Он почти не задумывался, какие давал клятвы, – желал лишь сквитаться с Ярославом.

Болеслав все медлил, сверля зятя маленькими глазками.

– Так ты дашь дружину? – потеряв терпение, воскликнул Святополк.

Спинка резного кресла, на котором сидел король польский, скрипнула, когда он резко откинулся назад.

– Отдохни с дороги, зятек! Всему свой черед!.. Скоро мы с тобой пойдем на Русь, да только прежде напустим на Ярослава печенегов. Пускай измотают печенеги дружину его.

Вскоре, сдержав свое обещание, Болеслав подговорил печенегов идти на Русь. Злая сеча шла вокруг самого Киева, дважды печенеги даже врывались в городские стены. Еле-еле к вечеру дружине Ярослава удалось одолеть кочевников, с гиканьем откатившихся назад в степи.

Понимая, кто истинный виновник этого нападения, Ярослав заключил военный союз с немецким императором Генрихом Вторым и пошел осаждать город Брест в Польше. Однако осада эта была неудачна, и ее пришлось снять. А вскоре, получив от Болеслава дары, хитрый Генрих заключил с поляками мир и стал подговаривать их идти против русских.

– Все вместе мы раздавим гордых русичей! Они есть никто как варвары, – рассматривая приведенных ему в подарок коней, напыщенно сказал Генрих польскому послу.

Получив такой ответ от Генриха, Болеслав ухмыльнулся в сивые усы.

– Отлично! Скоро русские земли будут моими... Ах, прости, зятек, оговорился – я хотел сказать: твоими, – обратился он к Святополку.

Святополк хмуро промолчал. Конечно же, он понимал, что никакая это не оговорка. Болеслав не собирался возвращать ему русские города. Ну да что оставалось делать Святополку, кроме как смириться?

Раз шагнув на путь предательства, уже нельзя свернуть в сторону. Вот оно – проклятье Иуды.