Глава 11.

По пути домой из Адольфвилла, с заседания Высшего Совета, засвидетельствовавшего земной ультиматум и высадку врага на Высотах Да Винчи, Аннет Голдинг начала подумывать о самоубийстве.

"Все нам - даже манам - в конце концов придется покориться силе. Можно ли спорить с планетой, которая совсем недавно победила целую альфанскую империю?".

Такие мысли вертелись в голове Аннет, пока она сосредоточенно рассматривала пластиковую ленту дороги на Гамлет-Гамлет, выхватываемую из темноты автомобильными фарами. Надежды не оставалось - она ощущала это подсознательно, почти физически.

"Когда все аргументы разбиваются о стену, я не буду спорить, лучше уйду, - думала она. - Никто меня не принуждает к этому, я сама так хочу".

Ей стало жалко себя; на глаза навернулись слезы.

"Я - как Дино Уоттерс… Мне бы надо восхищаться манами, ведь они борются. Почему во мне нет их жестокости, надменности, непробиваемости?… Теоретически я могу стать какой угодно, я же поли… Однако…".

Внезапно Аннет заметила пламя реактивного выхлопа, хорошо видное на темном небе. Корабль опускался совсем рядом с Гамлет-Гамлетом. Действительно, если она не будет никуда сворачивать, то приедет прямо к кораблю. Ее охватили два противоположных, характерных для поли чувства: страх заставил сжаться, а любопытство, усиленное возбуждением и нетерпением, приказало увеличить скорость.

Однако, когда Аннет оказалась совсем близко от корабля, страх все же победил - она сбросила скорость, свернула с дороги и выключила зажигание. Машина проехала немного по мягкой земле по инерции и остановилась; Аннет сидела в темноте, прислушиваясь к ночным звукам, не зная, что предпринять.

Чужой корабль смутно вырисовывался неподалеку; рядом с ним временами вспыхивал фонарик, кто-то двигался. "Земные солдаты готовятся захватить Гамлет-Гамлет". Однако голосов не было слышно, да и корабль не казался ей большим.

Аннет, конечно же, была вооружена. Каждому делегату Высшего Совета полагалось иметь при себе оружие, хотя гебский представитель традиционно забывал об этом. Порывшись в отделении для перчаток, она выудила оттуда старинный, стреляющий пулями пистолет. Аннет никогда не пользовалась им, и теперь мысль, что она может кого-нибудь убить, казалась ей дикой. Однако выбора не было.

Осторожно, стараясь не шуметь, она выскользнула из машины и стала продираться сквозь кусты поближе к кораблю; внезапно свет фонарика вспыхнул совсем рядом. Аннет в ужасе отпрянула.

Какой- то человек, полностью поглощенный своей работой, рыл лопатой яму. Его наморщенный от напряжения лоб блестел от пота. Внезапно он бросил лопату и поспешил обратно к кораблю. Затем быстро вернулся с большой картонной коробкой, и поставил ее рядом с ямой. Свет фонарика проник в коробку, и Аннет увидела пять влажных пульсирующих сфер, похожих на грейпфруты. Сферы были живые; она догадалась, что видит перед собой споры мыслящей липкой плесени с Ганимеда -Аннет помнила их по учебным видеолентам. Мужчина, конечно, спешил зарыть их во влажную почву: там они должны были с огромной скоростью вырасти. Аннет знала, что в данной стадии споры развивались очень активно, поэтому человек торопился не зря - споры могли погибнуть.

- Вы не успеете зарыть их вовремя, - сказала Аннет, удивившись собственной смелости. Одна сфера действительно уже потемнела и стала на глазах сжиматься и оседать. - Послушайте. - Она приблизилась к человеку, который продолжал копать землю маленькой лопатой. - Давайте, я помогу вам увлажнить их; у вас есть вода? - Аннет нагнулась к коробке. - Они скоро погибнут. - Кажется, незнакомец тоже понимал это.

- На корабле. В большой цистерне, - бросил он. - Там есть кран, он помечен. - Мужчина вынул почерневшую сферу из коробки и осторожно опустил в яму, потом стал посыпать кусочками влажной почвы, которую предварительно раздавливал пальцами.

Аннет вошла на корабль, где обнаружила кран, затем нашла пустое пластмассовое ведро.

Опуская быстро теряющие форму сферы в ведро с водой, она философски сравнивала их с одуванчиками: те так же быстро созревали, вырастали, облетали. Они, вероятно, были счастливы. Им не приходилось слишком долго отстаивать свои права.

- Спасибо, - произнес мужчина, засыпая землей вторую, теперь уже влажную сферу. - Я не надеюсь, что мне удастся спасти всех. Споры выросли во время полета, и мне некуда было поместить их. - Разламывая куски чернозема, он быстро, но внимательно взглянул на нее. - Аннет Голдинг.

Сидевшая на корточках около коробки со сферами Аннет вздрогнула:

- Откуда вы знаете мое имя? Я никогда вас не видела.

- Мне приходилось бывать здесь, - загадочно ответил мужчина.

Первая спора уже, очевидно, начала расти: в свете своего фонарика Аннет увидела, что почва в том месте задрожала и вспучилась. "Диаметр сферы резко увеличивается", - поняла она. Это было забавное зрелище, и Аннет рассмеялась.

- Простите меня, - сказала она. - Но все случилось так быстро. Они скоро будут больше нас… И смогут двигаться.

- Не совсем, - серьезно сказал мужчина. - А откуда вы знаете про них?

- Много лет я только и заниматься самообразованием, - ответила Аннет. - Я тогда была совсем маленькой, и здесь еще существовал…, для вас, я думаю, лучше назвать его госпиталем… Во всяком случае, я тогда просмотрела много лент по биологии и зоологии. Я помню, что ганимедская плесень, когда вырастает, становится настолько умной, что с ней можно общаться. Это правда?

- Более чем умной. - Человек взял из коробки очередную сферу; она мягко прогибалась и пульсировала в его ладонях, словно живое желе.

- Как удивительно! - воскликнула Аннет. Теперь она радовалась, что дала волю любопытству и вылезла из машины. - Вам это нравится? - Она продолжала наблюдать за быстрыми, но осторожными движениями своего нового знакомого. - Такая теплая ночь, чистый воздух, и тихое хлюпанье, которое издают эти малыши - как лягушата, правда? Какой вы молодец, что не даете им умереть! У вас очень добрая душа. Пожалуйста, скажите, как вас зовут?

Он быстро взглянул на нее.

- Зачем?

- Я хочу запомнить вас.

- Я тоже помню одно имя… - снова загадочно произнес мужчина.

Оставалось "посадить" последнюю сферу. Первая уже увеличилась настолько, что показалась из земли; она превратилась, как увидела Аннет, во множество сфер, сросшихся в единое целое.

- Однако, - продолжал странный человек, - побуждают меня к этому как раз противоположные чувства… - Он не договорил, но она уловила суть. - Меня зовут Чак Риттерсдорф, - добавил он.

- А вы не родственник доктора Риттерсдорф, женщины-психолога с первого земного корабля? Да, наверно, вы ее муж. - Тут же вспомнив Габриэля Бэйнса и его план, Аннет озорно рассмеялась, прикрыв рот рукой. - Ой, если бы вы только знали… Но этого я вам не могу рассказать.

"Тогда этому человеку придется запоминать и имя Габриэля Бэйнса, - подумала она. Ей было страшно интересно, удалось ли Гэйбу совратить докторшу и, таким образом, умерить ее пыл. Аннет чувствовала, что, независимо от результата, план Бэйнса вряд ли поможет изменить обстановку к лучшему. - Однако Гэйб, вероятно, получил - или получает прямо сейчас - массу удовольствий. Но теперь, когда сюда прибыл господин Риттерсдорф, всему этому, естественно, придет конец".

- А как вас звали, - спросила она, - когда вы были здесь раньше?

Чак Риттерсдорф взглянул на нее.

- Вы думаете, что я изменил свое…

- Вы были кем-то другим, - проговорила Аннет. Иначе просто и быть не могло - она бы помнила его. И смогла бы узнать. Помолчав с минуту, Риттерсдорф сказал:

- Будем считать, что я прилетал на Луну и видел вас, а потом вернулся на Землю; и вот я снова здесь. - Он посмотрел на нее с таким видом, будто она была в чем-то виновата.

Засыпав землей последнюю сферу, Риттерсдорф взял лопату, машинально прихватил картонную коробку и направился к кораблю. Аннет двинулась следом и спросила:

- А что, липкие плесени тоже хотят захватить нашу Луну? - Ей показалось, что это, возможно, входило в коварные захватнические планы Земли. Но Риттерсдорф, казалось, преследовал только какую-то свою, личную цель. К тому же он прибыл совершенно один.

"Полная чушь. И как такая парская мысль могла прийти мне в голову?" - решила она.

- Вы их боитесь? - улыбнулся Риттерсдорф и скрылся внутри корабля. Помедлив, Аннет последовала за ним. На полочке рядом с краном она заметила свой старинный пулевой пистолет - очевидно, она забыла его в спешке, когда набирала воду. Риттерсдорф с интересом повертел в руках диковинное оружие, потом со странной полуулыбкой посмотрел на Аннет:

- Ваш?

- Да… - смущенно пробормотала она и протянула руку, надеясь получить пистолет обратно. Однако Риттерсдорф не двигался.

- Прошу вас, отдайте. Это мое личное оружие; я забыла его здесь, когда набирала воду, вы же знаете.

Он долго и пристально изучал ее лицо. Потом протянул ей пистолет.

- Спасибо. - Аннет ощутила приступ благодарности. - Никогда не забуду вашего поступка.

- Так вы собираетесь спасти свою луну при помощи этого? - Он снова улыбнулся.

"А он довольно симпатичный, - решила Аннет. - Когда улыбается и сбрасывает с себя угрюмую озабоченность. Даже морщины на лбу разглаживаются. У него такие чистые голубые глаза… Да ему не больше тридцати пяти! И улыбается он мило и по-доброму, хотя и в этот момент озабоченность не до конца сходит с его лица. Постоянная угрюмость делает его похожим на нашего Дино Уоттерса. Может быть, он тоже не совсем здоров. Жаль, если это так, ведь депрессия - самая ужасная из всех болезней".

- Не думаю, что нам удастся спасти Луну, - вздохнула она. - Просто с ним спокойнее. Вы ведь знаете, что здесь происходит. Мы…

Какая- то бессвязная мысль вдруг зажила в ее мозгу своей собственной, отрывистой жизнью: "Господин Риттерсдорф… -Мысль потускнела, потом снова усилилась. -…роший поступок. Я знаю, что Джоанна…" - Мысль опять исчезла.

- Господи! - закричала Аннет в ужасе. - Что это же такое?

- Это думает липкая плесень. Одна из них. Не знаю, какая именно. - Чак Риттерсдорф облегченно вздохнул, его глаза радостно заблестели, и он громко воскликнул:

- Он помнит, помнит! Он вернулся! Да скажите же что-нибудь, госпожа Голдинг! - Он схватил ее за руки, потряс, затем закружил в каком-то странном, радостном танце. - Не молчите, Аннет!

- Я рада, - произнесла, наконец, Аннет несколько смущенно, - видеть вас таким счастливым. Вам надо радоваться почаще. Я не понимаю, что произошло, однако… - Она высвободила руки. - Знаю, что вы заслужили эту радость.

За ее спиной что-то зашевелилось. Обернувшись, Аннет увидела, как внутрь корабля вползала желтая студенистая масса, перетекая через порог. "Так вот как они выглядят, - поняла она. - Во взрослом состоянии". Она попятилась, но не от страха, а от неожиданности; у нее перехватило дыхание. Казалось чудом, что существо развилось так быстро.

"Теперь, - вспомнила она, - плесень может оставаться такой неопределенно долго, пока не погибнет от холода, жары или засухи. А перед смертью выбросит споры, и цикл повторится".

Тем временем за первой особью показалась вторая, затем третья.

Изумленный Чак спросил:

- Кто же из вас Смайл Раннинг Клам?

В голове Аннет снова возникли чужие мысли:

"По обычаю, тот из нас, кто разовьется первым, формально принимает на себя индивидуальность родителя. Но в действительности между нами нет никакой разницы. В некотором смысле мы все Смайлы Раннинги Кламы, и в то же время - никто из нас. Я, первый, унаследую его имя, остальные же вольны выбрать себе любое. У меня такое чувство, что мы сможем жить и успешно размножаться на этой луне - атмосфера, влажность и гравитация кажутся мне вполне благоприятными. Вы, господин Риттерсдорф, помогли нам расширить зону обитания, перенесли нас - дайте мне прикинуть - на три световых года от родной планеты. Спасибо вам. - Затем он - или, скорее, они - добавили:

- Боюсь, однако, что ваш корабль сейчас будет атакован. Советую вам как можно скорее взлететь. Именно поэтому те из нас, кто успел вовремя развиться, и зашли внутрь".

- Атакован кем? - спросил Чак, нажимая кнопку закрытия входного люка. Усевшись за пульт, он начал готовить корабль к старту.

- Как нам удалось выяснить, - дошли до Аннет мысли трех липких плесеней, - здесь замешана группа местных жителей, которые в мыслях называют себя манами. Очевидно, им только что удалось взорвать какой-то другой корабль, потому что…

- Боже, - хрипло произнес Чак, - это корабль Мэри.

- Да, - согласилась первая плесень, - я отчетливо слышу, как приближающиеся к нам маны поздравляют друг друга; они чрезвычайно горды тем, что разрушили корабль доктора Риттерсдорф. Однако экипаж корабля спасся; они скрываются где-то поблизости, и маны охотятся за ними.

- А что они думают о земных военных кораблях? - спросил Чак.

- Маны накрыли свое поселение каким-то защитным экраном, и потому в настоящий момент они в безопасности. Но в глубине души маны понимают, что долго не продержатся - агрессивность в их характере длится только определенный период. Но сейчас они очень горды собой и в высшей степени счастливы, наблюдая, как экранированные линейные корабли с Земли беспомощно кружатся вокруг Высот Да Винчи, не в силах ничего предпринять.

"Бедные маны, - подумала Аннет. - Радуются сиюминутным успехам, совершают кратковременные вылазки. Как будто у них есть хоть какой-то шанс…".

Однако разве она сама лучше? Она ведь так легко примирилась с поражением… Неудивительно, что все остальные кланы зависели от манов - они одни обладали смелостью и бесстрашием. Не являлась ли смелость тем единственным, истинным признаком жизненности, о которой она так много думала?

"Все остальные кланы были побеждены уже давно, - поняла Аннет. - Задолго до того, как появился первый землянин, доктор Мэри Риттерсдорф".

***

Приближаясь к Гамлет-Гамлету с черепашьей скоростью в семьдесят пять миль в час, Габриэль Бэйнс заметил в ночном небе крошечное, но яркое пламя ракетного выхлопа и понял, что опоздал; понял, даже не имея ясной картины происходящего. Небольшой провидческий талант подсказывал ему, что Аннет находилась внутри корабля или же люди с корабля причинили ей какой-то вред. В любом случае, Аннет уже не было на Луне, и Бэйнс в отчаянии сбросил скорость.

Да, ему уже нечего здесь делать. Нужно вернуться в Адольфвилл, чтобы разделить со своими товарищами по клану эти последние, трагические дни.

Когда Бэйнс стал разворачивать машину, что-то прогрохотало мимо него по направлению к Гамлет-Гамлету. Это было ползущее по земле железное чудовище, изготовленное из закаленного металла, который только маны умели выплавлять из руды. Стальной зверь озарял равнину перед собой мощными прожекторами, на башне развевалось красно-черное знамя - боевой символ манского клана.

Вне всякого сомнения, он наблюдал начало наземной контратаки. Однако против кого именно маны разворачивали боевые действия? Очевидно, не против Гамлет-Гамлета…

"Скорее всего, они пытаются атаковать маленький земной корабль. Но они уже опоздали, так же как и я".

Бэйнс просигналил. Танк, сделав круг, остановился рядом с автомобилем; на башне открылся люк, и показался незнакомый Бэйнсу ман. Ман замахал рукой в знак приветствия, его лицо пылало возбуждением и энтузиазмом.

"С каким рвением он выполняет свой долг по защите Луны! - подумал Бэйнс. - Но они ведь так долго к этому готовились". Ситуация, казавшаяся Бэйнсу безнадежной, действовала на мана противоположным образом: он был рад случаю дать волю своей агрессивности и позерству. Бэйнс не был удивлен.

- Привет! - закричал ман из люка, широко улыбаясь. Бэйнс как можно бодрее поприветствовал его и добавил:

- Корабль-то улетел. Вашим людям не удалось уничтожить его.

- Он от нас не уйдет. - Ман оставался таким же радостным. - Смотри внимательней, приятель. За нашей ракетой. - Он указал вверх.

Через секунду над головой что-то вспыхнуло, посыпались сверкающие точки, и Габриэль Бэйнс понял, что земной корабль подбит. Ман оказался точен. Как всегда… Впрочем, это была характерная черта их клана.

Ужаснувшись - предчувствие подсказывало ему, что Аннет находится внутри корабля, - Бэйнс произнес: "Ах, кровожадные идиоты…", повернул машину вправо, съехал с дороги и запрыгал по полю к упавшему кораблю. Манский танк тронулся следом, наполняя ночь лязгом и скрежетом.

Автомобиль Бэйнса первым приблизился к поврежденному кораблю. Тормозное аварийное устройство в виде гигантского газового облака, вырвавшегося из хвостовой части судна, позволило ему приземлиться более или менее мягко; сейчас корабль лежал, зарывшись носом в почву, и слегка дымился. Это напугало Бэйнса, ведь он хорошо знал, что может произойти, если ядерный реактор корабля взорвется.

Выпрыгнув из машины, Бэйнс бросился к люку. Не успел он, однако, приблизиться, как люк открылся, и из него, неуверенно озираясь, вылез землянин, за ним Аннет Голдинг; потом из отверстия показалась желтая однородная масса. Она медленно вытекла наружу и шлепнулась на землю, на мгновение сплющившись.

- Гэйб, не дайте манам убить этого человека - он очень хороший, - затараторила Аннет. - Он так по-доброму относится к ганимедским плесеням!

Со скрежетом к кораблю подкатил танк; люк открылся и высунулся все тот же ман, однако на этот раз у него в руке был лазерный пистолет. Наставив его на землянина и Аннет, он с ухмылкой проговорил:

- Ага, попались!

Бэйнсу знал: как только солдат насладится своей победой, он убьет их обоих - ненависть манов не имела границ.

- Послушайте! - крикнул Бэйнс, махая ману рукой. - Оставьте этих людей; эта женщина - из Гамлет-Гамлета, она наша.

- Наша? - эхом отозвался ман. - Если она из Гамлет-Гамлета, то она не наша.

- Вы что, - запротестовал Бэйнс, - так увлеклись атакой на землян, что забыли о священном братстве Семи Кланов? Опустите пистолет. - Он медленно двинулся к автомобилю, не спуская с мана глаз. Под сиденьем был спрятан его собственный пистолет. Если ему удастся незаметно достать его, он сможет защитить Аннет. - Я доложу про вас Говарду Строу, - добавил он, открывая дверцу и залезая в машину. - Я его коллега, парский депутат Высшего Совета. - Пальцы нащупали пистолет, он достал его и направил на мана, со щелчком сняв оружие с предохранителя.

Щелчок, ясно прозвучавший в спокойном ночном воздухе, заставил мана повернуться; теперь пистолет в его руке был направлен на Габриэля Бэйнса. Ни Бэйнс, ни ман не стреляли, а молча рассматривали друг друга - темнота, прорезаемая только светом фар, мешала каждому видеть, что хочет противник.

Внезапно в голове Бэйнса проскочила невесть откуда взявшаяся мысль: "Господин Риттерсдорф, ваша жена где-то поблизости. Я ощущаю деятельность ее головного мозга, поэтому посоветовал бы вам немедленно лечь на землю".

Землянин, а вместе с ним и Аннет сразу упали, вжавшись в почву; ман на танке вздрогнул и отвел пистолет в сторону, настороженно вглядываясь в ночь.

В то же мгновение темноту прочертил тонкий луч лазера; пройдя над головой землянина, он уперся в металлический корпус поврежденного корабля. Ман подпрыгнул, чуть было не скатившись с танка, и инстинктивно сжал пистолет в руке, однако не стрелял. Ни он, ни Бэйнс не понимали, что происходит. Кто в кого стрелял?

Бэйнс крикнул Аннет:

- Быстро в машину!

Он открыл дверцу, Аннет подняла голову и посмотрела на него, затем обернулась к лежавшему рядом землянину. Они обменялись взглядами, и, не говоря ни слова, оба бросились к автомобилю.

Тем временем ман начал стрелять, но не в землянина и Аннет, а куда-то в темноту, в ту сторону, откуда сверкнул луч лазера. Затем он скрылся в танке, захлопнув крышку люка; танк дернулся и заскрежетал вперед, куда только что стрелял ман. Затем из орудия вырвалась ракета; она полетела параллельно поверхности поля и вдруг неожиданно сдетонировала. Бэйнс, который пытался развернуть машину, и находившиеся на заднем сиденье Аннет с землянином почувствовали, как равнина взорвалась и подпрыгнула.

Бэйнс зажмурился, землянин выругался, Аннет в ужасе застонала.

- Разве можно применять подобные ракеты на таком близком расстоянии?! - донесся до Бэйнса откуда-то издалека голос землянина.

"Чертовы… МАНЫ!" - с яростью подумал Бэйнс, когда машина грохнулась о землю и начала перекатываться через крышу. Он бился о панели безопасности под крышей, на полу, у приборного щитка - сработали все мыслимые системы защиты, которыми только мудрый пар был способен оснастить свой автомобиль, но этого было явно недостаточно. Машина продолжала кувыркаться, и Бэйнс сказал себе: "Как я ненавижу манов! Никогда больше не буду пытаться сотрудничать с ними".

Кто- то столкнулся с ним при очередном ударе и сказал: "Господи!" Это была Аннет Голдинг; Бэйнс схватил ее и прижал к себе. Все окна автомобиля давно выбило взрывной волной, и кусочки пластика врезались в тело; кроме того, Бэйнс ощущал запах гари -что-то воспламенилось, возможно, даже его одежда. Внезапно множество расположенных в кабине сопел выплюнули из себя огромное количество пены - от повышения температуры сработала система пожаротушения; через мгновение Бэйнс уже барахтался в море белой пены, не в силах что-либо удержать, за что-либо ухватиться… Он снова потерял Аннет. "Черт побери, - подумал Бэйнс, - эти защитные устройства стоили мне уйму сил и денег… Но они гораздо хуже, чем сам взрыв. Какая же отсюда следует мораль? - спрашивал он себя, пытаясь очистить лицо и глаза от осклизлого, жгучего вещества. - Меня как будто окунули в мыльный чан, чтобы потом сбрить все волосы с тела для какой-нибудь хирургической операции…".

- На помощь, - слабо позвал он. Никто не ответил; все оставалось по-прежнему. "Взорву этот танк к чертовой матери, - с яростью думал Габриэль Бэйнс, продолжая барахтаться, - теперь я займусь нашим настоящим врагом, этими высокомерными манами… Всегда знал, что они против нас".

"Вы ошибаетесь, господин Бэйнс, - возникла в его мозгу чья-то спокойная, ясная мысль. - Солдат, который выпустил ракету из танка, не хотел причинить вам вреда. Перед запуском он все тщательно рассчитал - во всяком случае, он так думает. Вам не следует искать злой умысел в случайной небрежности. Потому что в данную минуту он пытается вытащить вас из горящего автомобиля, а также спасти остальных".

"Если вы способны слышать мои мысли, - активно подумал Бэйнс, - то помогите мне".

"К сожалению, ничем не могу помочь вам, я всего лишь липкая плесень, и мне ни при каких обстоятельствах нельзя приближаться к огню. Высокая температура смертельно опасна для меня, что наглядно демонстрируют недавние события - двое моих собратьев уже погибли, пытаясь вам помочь. А я еще не окончательно созрел для того, чтобы выбрасывать споры. - Затем он задумчиво добавил:

- Если б мог, я бы попытался спасти в первую очередь господина Риттерсдорфа - того человека, который находится в машине рядом с вами, землянина…".

Чья- то крепкая рука схватила Бэйнса за воротник, вытащила из машины и швырнула в сторону, подальше от огня. Маны всегда гордились своей большой физической силой -на этот раз она оказалась весьма кстати. Танкист снова бросился к пылающему автомобилю и таким же способом выудил из него Аннет.

"Спасите господина Риттерсдорфа!" - донесся до Бэйнса отчаянный призыв липкой плесени.

В третий раз, с присущим ему полным пренебрежением к собственной безопасности и сверхактивным темпераментом, ман скрылся в пламени. Через секунду он появился, волоча за собой землянина.

- Спасибо вам, - с благодарностью отозвалась плесень. - В обмен на ваш мужественный поступок я сообщу весьма полезную информацию: выпущенная вами ракета не задела доктора Риттерсдорф. Сейчас она вместе с симулакрумом ЦРУ, господином Мэйджбумом, скрывается где-то рядом в темноте. Они стараются улучить момент, чтобы снова стрелять в вас. Мне кажется, вам стоит поскорее вернуться в танк.

- Почему в меня? - раздраженно спросил ман.

- Ваш клан разрушил их корабль - я ощущаю ярко выраженную враждебность, которая витает между ними и вами. Поспешите!

Ман со всех ног бросился к танку.

Но добежать не успел - из темноты на мгновение сверкнул лазерный луч, и ман упал лицом вниз.

"Итак, она здесь, - с ужасом понял Бэйнс, прекратив стряхивать с себя пену. - Если она узнает меня, то захочет ли оставить в живых? Навряд ли… А может быть, ей придет в голову что-нибудь пострашнее?".

Рядом с ним зашевелился землянин, которого, по какой-то странной случайности, тоже звали Риттерсдорфом. Землянин с трудом поднялся на ноги и сказал:

- У вас был пистолет. Где он?

- Остался в машине. Наверно…

- Почему она охотится за нами? - простонала Аннет.

- Она знает, зачем я прилетел, - сказал Риттерсдорф. - Я хочу убить ее. - Он казался совершенно спокойным. - На рассвете один из нас будет мертв. Она или я. - Было ясно, что он давно так решил.

В небе раздался рев и засиял ракетный выхлоп. Бэйнс понял, что неподалеку приземлялось какое-то большое межзвездное судно. В нем проснулась надежда. "Может быть, теперь мы сумеем обезопасить себя от сумасшедшей докторши. Даже если это земной корабль. Совершенно ясно, что доктор Риттерсдорф действует без каких-либо официальных санкций, сообразуясь только со своей дикой, необузданной натурой".

Яркая вспышка озарила небо над головой, и ночь сразу сделалась белой; каждый предмет, вплоть до мельчайшего камня, стал резко очерченным, отбросив черную тень: поврежденный корабль, танк погибшего мана, сам распростертый на земле ман и пылающий автомобиль Бэйнса; была видна даже гигантская оплавленная воронка, которая образовалась после взрыва ракеты в сотне метров от них. И невдалеке справа, за деревьями, две человеческие фигуры. Мэри Риттерсдорф со своим непонятным спутником, о котором сообщила плесень. Теперь Бэйнс увидел и саму плесень - она нашла убежище за разбитым кораблем. В ярком пламени ракетного выхлопа пейзаж был похож на преисподнюю - Бэйнс чуть было не закричал от ужаса.

- Военный корабль с Земли? - пробормотала Аннет.

- Нет, - отозвался Риттерсдорф. - Видите на нем эмблему в виде кролика?

- Кролик! - Глаза Аннет расширились. - Разумная кроличья раса? Такое бывает?

- Нет, это некто иной, как Банни Хентмэн, - зазвучали в голове Бэйнса мысли липкой плесени. - Он ищет вас, господин Риттерсдорф; он сразу же догадался - как вы мрачно предполагали, - что вы будете скрываться здесь, на Альфе III M2. Хентмэн покинул Брэйх-сити вскоре после вашего отлета с Земли. - Затем плесень пояснила:

- Естественно, все это я только что узнал из мыслей господина Хентмэна. Знать об этом раньше я не мог, так как пребывал всего лишь в стадии споры.

"Ничего не понимаю, - думал Бэйнс. - Кто такой, черт возьми, Банни Хентмэн? Кроличий бог «"Банни" по-английски значит "кролик", "лапушка". - Прим, перев.»? И зачем он ищет Риттерсдорфа?" - Бэйнс даже, в сущности, не знал, кто был Риттерсдорф и кем он приходился доктору Мэри Риттерсдорф. Мужем? Братом? Все перемешалось в голове Бэйнса; ему захотелось очутиться в Адольфвилле, за мощными укреплениями, которые за долгие годы создал его клан на случай вот таких переделок.

"Мы обречены, - решил Бэйнс. - Все объединились против нас - маны, докторша, толстый корабль с кроличьим божеством на борту, земные военные корабли… Надеяться не на что". Волна безнадежности захлестнула Бэйнса, к горлу подступил комок.

Нагнувшись к Аннет, которая все еще пыталась стряхнуть с себя пену, он произнес:

- Прощайте.

Аннет посмотрела не него большими темными глазами и спросила:

- Куда вы, Гэйб?

- Какое это, к дьяволу, имеет значение?

"Здесь, у горящего автомобиля, - думал он, - мы как на ладони, и нет никакой надежды. Того и гляди, докторша опять начнет стрелять, ведь она уже убила манского солдата".

Бэйнс тяжело поднялся на ноги и отряхнулся, словно мокрый пес.

- Я ухожу, - сообщил он Аннет, и ему сразу стало жалко ее. Им овладела печаль; ему даже на мгновение показалось, что собственная смерть не так уж важна, лишь бы она…

- Мне бы очень хотелось что-нибудь сделать для вас, - участливо проговорил Бэйнс. - Но эта женщина просто безумна, я это знал с самого начала.

Аннет задумчиво кивнула:

- Значит, все прошло не так гладко, как вы предполагали… - Она осеклась и с опаской взглянула на Риттерсдорфа.

- "Гладко", говорите? - Бэйнс рассмеялся: забавнее фразы не придумаешь. - Когда-нибудь напомните мне об этом - я попытаюсь рассказать, что произошло. - Нагнувшись, он поцеловал девушку в мокрую щеку и снова почувствовал химический привкус пены, затем подтянул набрякшие водой брюки и заковылял прочь, подальше от освещенного места.

Он брел медленно, полузакрыв глаза, и напряженно ждал раскаленного прикосновения лазерного луча. "Почему она не стреляет?" Выстрел был неизбежен, как рок; он даже страстно желал, чтобы это случилось сейчас, поскорее.

"Принять смерть от рук этой женщины - какая ирония судьбы! Поистине заслуженная участь для пара…".

Кто- то преградил ему дорогу. Он раскрыл глаза и увидел три фигуры, показавшиеся ему знакомыми. Перед ним стояли Сара Апостлс, Омар Даймонд и Игнатий Ледебур -трое провидцев, или, как подумал Бэйнс, трое самых больших пройдох на Луне. Какого черта им здесь нужно? Прилетели? Телепортировались? Вид святой троицы не вызвал у Бэйнса ничего, кроме раздражения - их еще здесь не хватало!

- Зло борется со злом, - изрек Ледебур. - Но, несмотря ни на что, наши друзья должны быть защищены. Верь нам, Габриэль. Скоро твоя душа будет пребывать в покое и безопасности. - Он протянул Бэйнсу руку; на его лице отражалась благость.

- Со мной все нормально, - сказал Бэйнс. - Помогите лучше Аннет. - Он вдруг понял, что тяжкая парская ноша, которая постоянно давила на него - забота о собственной безопасности, - куда-то улетучилась. Впервые в жизни он по-настоящему беспокоился за кого-то другого.

- Ее тоже спасут, - уверила его Сара Апостлс, - те же силы. В небе продолжал реветь и изрыгать пламя большой космический корабль с эмблемой кролика; он медленно опускался.