ГЛАВА 20. ИГРА В КАРТЫ И ИГРА В КОСТИ.

Когда Вийебрэ прибыл в лагерь, весть о нем быстро распространилась среди его обитателей. Смелость всегда поражает. Но Вийебрэ не смущало никакое внимание. Вечером в день своего прибытия он отправился туда, где собирались свободные от службы офицеры чтобы поболтать, выпить и повеселиться. Туда же Нанкре привел и Бель-Роза, чтобы познакомить его с офицерами. Вийебрэ их не заметил, прошел прямо к столу, за которым шла игра, и бросил несколько золотых монет. В этот момент карты сдавал храбрый старый капитан, который узнал Вийебрэ.

— Я ставлю десять луидоров, — сказал Вийебрэ.

— Господа, я больше не играю, — капитан бросил карты на стол.

— Мсье! — вскричал Вийебрэ, меняясь в лице и хватаясь за шпагу.

Капитан остановился, посмотрел на Вийебрэ, усмехнулся и отошел. Вместо него карты собрал молодой мушкетер, перетасовал их и произнес:

— Делайте ставки, господа.

Но перед тем, как метнуть карту, он отодвинул деньги Вийебрэ на угол стола. Вийебрэ закусил губу до крови.

— Это уже оскорбление, — сказал он, — и вам придется объясниться.

Мушкетер поднялся и наградил Вийебрэ таким же взглядом, как перед этим капитан.

— У этого стола случаются неприятные вещи, господа, — произнес он, обращаясь к офицерам, — покинем его.

Краска снова залила лицо Вийебрэ. Он поднял шум, Бель-Роз услышал и подошел поближе. Тут его узнал Вийебрэ.

— А, вот вы где! Наконец я нашел вас! — вскричал он и вытащил шпагу.

Бель-Роз тоже положил было руку на эфес шпаги, но тут его остановил Нанкре.

— Господин Гринедаль, — произнес он ледяным тоном, его величество вручил вам шпагу офицера не для того, чтобы вы её пачкали.

Бель-Роз снял руку с эфеса и офицеры разошлись, оставив Вийебрэ одного.

Через час заглянувший в игорный зал сержант Ладерут застал Вийебрэ, неподвижно сидевшего за столом, обхватив голову руками. Вынутая из ножен шпага лежала рядом.

Ладерут приблизился к нему, снял шляпу и произнес:

— Вы месье Вийебрэ?

Вийебрэ взглянул на Ладерута мутным взглядом и, хотя с трудом, но узнал его.

— Ты принес мне вызов? — спросил он.

— Нет, мсье, всего лишь приказ.

— Ты? Мне? Приказ? Абсурд! — вскричал Вийебрэ, хватаясь за шпагу. В руках у Ладерута мгновенно оказался пистолет, который он направил на Вийебрэ.

— У нас с вами игра в открытую, — произнес он. — Вы больше не мой лейтенант. Если сделаете шаг ко мне, я вас пораню, если два — прострелю голову.

Вийебрэ в отчаянии швырнул шпагу, которая со звоном ударилась о стену.

— Мсье, — произнес сержант, убирая пистолет, — господа офицеры нашего полка предупреждают вас, что если вы появитесь среди них, будь то в расположении полка или на параде, они угостят вас своими шпагами. Впрочем, для предупреждения убийства вас могут передать в руки прево.

Сказав все это, Ладерут надел шляпу и ушел. Вийебрэ остался сидеть, не двигаясь. В таком положении он пробыл целый час, затем вскочил и стал срывать с себя эполеты и знаки различия, бросая это все на пол.

Еще через час лагерь покинул одинокий всадник. Закутанный в плащ, Вийебрэ — это был он, — проскакал мимо постов, бормоча под нос одно слово: «— Месть!» Путь его лежал к бельгийской границе.

Проскакав несколько лье, Вийебрэ был остановлен испанскими часовыми. Он потребовал, чтобы его отвели к генералу. Офицер привел его к герцогу Кастель-Родриго, сидевшему за столом, на котором лежали географические карты вперемешку с игральными.

Взглянув на Вийебрэ, герцог спросил:

— Вы француз?

— Да, генерал.

— Откуда вы?

— Оттуда.

— Из французского лагеря? — воскликнул генерал.

— Да.

— И чего же вы хотите?

— Предложить вас свою шпагу и руку.

— А, стало быть, вы дезертир?

— Я должен отомстить.

Генерал пристально посмотрел на него.

— Что вам для этого нужно?

— Несколько преданных человек и право пропуска днем и ночью.

— Все это вы получите.

— Тогда я ваш.

Кастель-Родриго написал несколько слов на бумаге и передал её Вийебрэ.

— Людовик XIV прибыл в Шарлеруа? — спросил он Вийебрэ.

— Завтра он будет завтра в лагере.

Задав ещё несколько вопросов о планах французской армии, генерал отпустил Вийебрэ.

Вернулся к сопровождавшему его офицеру, тот спросил:

— Можете вы помочь мне найти в вашей армии людей, готовых на риск ради честного выигрыша?

— У нас осталось очень мало настоящих солдат. Остальные — просто бандиты.

— Проведите меня к первым.

Офицер молча повел его в расположение испанской армии. Вийебрэ увидел картину, потрясшую его. Кругом сидели солдаты, игравшие в карты на опрокинутых барабанах. Кто спал, кто пил. Везде валялись пустые бутылки, шныряли женщины. Какой-то солдат хрипло орал во всю глотку, в то время как два кирасира очищали его кошелек.

— У нас тут сброд из всяких стран, — сказал офицер. — Некоторые дезертировали по пять раз.

Вийебрэ холодно взглянул на испанца.

— Я вас понял.

Они подошли к группе солдат, где шла игра в кости.

— У меня пять дукатов, — кричал выигравший. — Кто желает их получить?

— Моя сабля за твои дукаты, — сказал проигравший и швырнул её на барабан.

— Она стоит только двух: клинок железный, эфес медный.

— Ладно, вот ещё пистолеты: они стоят десятка католиков плюс десяток гугенотов.

Рука Вийебрэ легла на плечо игрока:

— Покупаю твою саблю за десять дукатов, и даю ещё десять за руку, которая будет её держать.

— Идет! — воскликнул солдат. — Эй, Конрад, бросай же.

Конрад метнул кости и проиграл: после третьего броска ничего уже не оставалось.

— Офицер, — обратился он к Вийебрэ, — у меня тоже есть сабля и рука. Может, подойдут?

— Вот двадцать дукатов.

— Заметано, — ответил Конрад, кладя деньги в карман.

Тут к ним подошел некий гусар, справившись, не видел ли Конрад его лошади. Вийебрэ купил и его с лошадью.

Таким путем он через четверть часа набрал себе банду наемников. Но едва Вийебрэ попытался вывести её из лагеря, к нему подошел бригадир.

— Эй, вы! — закричал он. — Вы что, на службе нашего генерала герцога Аскота? Ведь только он дает разрешение на выезд.

— Он или тот, кто командует всей провинцией, — ответил Вийебрэ, подавая бригадиру свой пропуск.

Тот прочел, извинился и сослался на любовь к дисциплине.

— К дисциплине? — спросил Вийебрэ. — А может, как и эти люди, вы любите пистоли?

И бригадир, которого звали Бурк, тоже последовал за ними. Он был баварцем и внес свой вклад в разноплеменный состав банды Вийебрэ. Там уже были бойцы из Лотарингии, Франш-Комте, Пьемонта, Швейцарии и Голландии.

По дороге Вийебрэ сообщил им:

— Вы будете получать по пол-пистоля в обычный день, по пистолю — за день в походе. Ночная служба оплачивается вдвойне.

— Превосходно, — воскликнул тип из Франш-Конте, — днем я ведь сплю.

— Вот что, — обратился Вийебрэ к другому, из Лотарингии, — ты на рассвете отправишься во французский лагерь. Твоя задача — разведать расположение артиллерии. Тебе будет трудно найти лейтенанта по имени Гринедаль. Проще искать его под именем Бель-Роз.

— Я найду его.

— Ему ты передашь это письмо. — Вийебрэ дал солдату конверт без адреса. — Оно написано женщиной.

— Слово женщины — смола для мужчины.

— Верно. Скажешь ему, что автор письма будет ждать его в двух лье от лагеря, за Морланвельсом, у дерева, которое ты должен знать.

— Да, знаю, прекрасно подходит для засады.

— За это ты получишь двадцать луидоров.

На рассвете Конрад отправился в путь. Сначала он без приключений прошмыгнул мимо часовых. Но на подходе к лагерю услышал пушечный выстрел. Конрад замер на месте. Раздались крики, затрещали барабаны. В конце улицы показалась кавалькада из офицеров. Выстроившиеся на улице солдаты подняли ружья, кругом затрепетали флаги.

Пользуясь возникшей суматохой, Конрад свободно вошел в лагерь. Когда он перелезал изгородь со стороны границы, его величество Людовик XIV въезжал в лагерь со стороны Шарлеруа.