Глава 1.

Не пиво в этот день было очень даже вполне, да и матч по футболу «нашим» удался. В коем веке они не бегали по полю с удивленными физиономиями в поисках мяча, а играли в настоящую игру.

К тому же мой друган, — Серега Краснов на днях купил себе здоровенный LCD, и смотреть по нему футбол было одно удовольствие, это не на моем стареньком «Самсунге» с его 54-ой диагональю и вечно запыленным экраном. Я отхлебнул пиво из высокого бокала и еще удобнее развалился в кресле. Серега, конечно, еще тот пижон ему пиво из бутылки хлебать неэстетично видите ли, да и вообще у него все дома по высшему разряду, а уж чистота. Я тайком вздохнул, мне даже в моей однокомнатной хрущевке порядок не удавалось навести, а он умудрялся его поддерживать в трех комнатах, не самого малого размера. А ведь оба холостяки. Он закоренелый, а я вот уже три года.

А как все хорошо начиналось, какая была любовь. Да и прожили вместе немало, практически семь лет. Хотя нет, все правильно. Моя жена красавица, умница, окончила учебу и устроилась на престижную работу, не то что я, — учитель труда в школе. Да у нее одна премия больше моей зарплаты раза в три. Нет, пока она училась, и мы более чем скромно жили на мою зарплату, все было в порядке. А вот потом. Сказать, что мы ссорились, да нет, не было этого. Просто у нас появились разные знакомые, разные интересы и мы тихо расстались. Она сейчас вышла замуж за какого-то бизнесмена и вполне счастлива, а я за, последний месяц, потерял даже свою преподавательскую работу. А ведь только наша школа превратилась в колледж, и я стал чуть больше зарабатывать, но нет, все моя неспокойная натура.

Дело в том, что в нашу школу… тьфу-ты, в колледж напринимали детишек всяких там шишек или просто богатеньких и ладно их бы объединили в отдельные классы, так нет, решили, что с детьми обычного народа будет лучше и демократичней. Ну конечно классы сразу разъединились по группировкам яростно ненавидящих друг друга. В одном из классов, где я вел урок труда учился мальчик, — Витя Свиридов, был он сынком владельца местных заправок и очень кстати мерзким типом. Вечно ходил с двумя охранниками, которые даже на уроках ошивались за дверью класса, а уж как любил всех задирать. А что ему скажешь? Эти его секьюрити даже ребенка готовы были придавить, если тот обидит их подопечного.

Так в принципе и случилось. Витеньке пришла в голову блажь повеселиться на уроке и он не задумываясь вылил банку «Бустилата» на голову одному из одноклассников. Тот, как ни странно, не стал терпеть, а смахнув стекающий клей с лица, засветил богатенькому идиоту прямо в глаз. Воплей было. И конечно сразу залетела охрана и, сбив восьмиклассника с ног, стала его избивать, тут уж я не выдержал. Нет, это уже какой-то беспредел начинался, так я и сказал одному из охраны оттаскивая его от мальчика. Тот лишь оскалился и врезал мне под дых. А надо сказать пресс у меня был ниче так, плюс богатая жировая прослойка, накопившаяся за годы, короче удар его был не настолько болезненный, как обидный. Я и обиделся. Короче, когда через пять минут прискакал запыхавшийся директор, которого вызвал кто-то из учеников, оба отважных секьюрити ползали среди верстаков, собирая остатки зубов с пола, что с поломанными пальцами в прочем не очень то и удавалось. Их же подопечный стоял посреди класса и обтекал, так как на него вылили вторую баночку клея, да еще обильно посыпали стружкой.

Короче вылетел я из колледжа со свистом, да еще его батя грозился меня засадить, правда после того, как его охрана лишилась еще двух своих сотрудников, он несколько успокоился и, стиснув зубы, пообещал меня пристрелить, где нибудь в темном уголке. Однако ниче прошло уже три месяца, а я живой, правда, тут надо сказать спасибо Сереге. Он работает в местном отделении ФСБ и ему удалось надавить кое на какие связи и уважаемому папаше сделали внушение, да и директора школы уволили: «За антидисциплину», однако вернуть мне работу это не помогло, да и другие предприятия теперь побаивались меня брать. Хоть продавай свою халупу, да подавайся, куда нибудь на заработки, на пособие долго не протянешь.

— Ну что заскучал? — спросил Серега, заходя в зал и кладя на стол трубку радиотелефона.

— Опять на работу вызвали? — догадался я, видя смущенное лицо друга. — Даже в выходные отдыха никакого.

— Что поделаешь служба, — вздохнул Краснов, разводя руками. — Ты, Яр, меня извини, я ведь думал, мы сегодня с тобой футбол глянем, а затем махнем ко мне на дачу и завтра с утра на рыбалку. Но там видимо что-то срочное.

— Да ладно тебе, — отмахнулся я, допивая пиво и поднимаясь из удобного кресла. — Все нормально Серега, я сейчас к себе приду, попробую уборкой своей конуры заняться, а то знаешь у меня такой слой пыли, что все тараканы в нем перетонули.

Мы вышли из подъезда и Сергей, махнув мне на прощание рукой, сел в черную «Волгу», ждавшую его у подъезда, а я понуро поплелся домой по пустынным и жарким улочкам нашего городка.

Была суббота, — пол шестого, и все уважающие себя члены общества, отработав, уже находились либо на даче, либо на пляже, ну как минимум где нибудь в парке отдыха. Дачи у меня не было, на речку тащиться не хотелось, а идти гулять в парк, который сейчас наверняка оккупировали орды молодежи и молодые мамаши со своими чадами, — да избавь бог. Вот-так я и брел по жарким улицам родного города, придаваясь мрачным мыслям. Вообще-то от дома Сереги, расположенного в квартале новостроек, до моей халупы, в хрущевке на окраине города, не менее часу ходьбы, но ехать в душном автобусе для меня было еще меньшим удовольствием. А уж когда, в одном из многочисленных ларьков, я купил бутылочку холодного пивка, настроение явно улучшилось. До дома, было, еще минут двадцать быстрой ходьбы и я, немного подумав, свернул в один из сквериков. Пройдясь по дорожке, с установленными вдоль нее полуразломанными скамейками, я обнаружил одну более менее уцелевшую от деяний нашей молодежи и тут же ее оккупировал. Пиво, надо сказать, было не очень, но в такую жару и оно казалось чудесным нектаром. Пожалев о том, что не купил рыбки или хотя бы сухариков, я принялся высматривать в какой нибудь киоск, но, увы, ничего поблизости не обнаружил. Если конечно не считать пары мусорных контейнеров, почему-то спрятанных в кустах, да доски объявлений, стоящей чуть дальше по курсу. Не торопясь, допив бутылку пива, я запустил ею в сторону мусорных бачков и, поднявшись со скамейки, направился дальше. Проходя, мимо доски объявлений я остановился, дощатый щит, закрепленный между двух металлических столбов, был проломлен в двух местах, однако уцелевшие части были богато усеяны пожелтевшими бумажками объявлений. В основном это были всяческие рекламки, которые обычно расклеиваются, где попало и в принципе ни кому не нужны. Кстати, меня, всегда, интересовал вопрос для кого они расклеиваются? Не уж-то хоть кто-то мог клюнуть на объявление типа: «Работа в офисе, карьера, заработок от 3000 у.е.», — бред. Это где так надо работать? В крупной нефтедобывающей компании одним из руководителей? Ага, у них людей, конечно, не хватает настолько, что они объявления чуть-ли не на столбах расклеивают.

Но привлекло меня не это, я уже давно и подсознательно не реагирую на подобные бредовые объявления. Привлек меня белый прямоугольник видимо недавно наклеенный, так как в отличие от остальных не выцвел и не потерял своей белизны. Заинтересовавшись, я подошел.

«Элитная школа с профессиональным уклоном примет на работу учителей следующих направлений: история, математика, трудовое воспитание, физкультура. Собеседование состоится 15 июля сего года в 21–00.».

Все и адрес, ни телефона, ни профессиональной направленности данной элитной школы. Хотя в последнее время их расплодилось столько… и все сплошь элитные. Куда простому человеку податься? К тому же время собеседования какое-то странное, — девять вечера в субботу. Почесав в голове и подумав о странностях жизни и управленческого аппарата элитных школ в том числе, я махнул было рукой, но потом передумал.

«Чем черт не шутит, а терять мне все равно нечего», — подумал я, отрывая полоску с адресом.

Судя по часам, до собеседования оставалось еще часа три, а значит, есть время переодеться и привести себя в порядок.

Моя квартира встретила меня тишиной и полным беспорядком. Сняв в прихожей кроссовки, я плюхнулся в кресло и несколько минут бездумно оглядывал комнату, припоминая, куда сунул свой единственный костюм. Так и не вспомнив, однако, решив, что всякое действие лучше полного бездействия, я встал с креслом и с тяжелым вздохом отправился разбирать свой шкаф. Почему с тяжелым? Ну, во-первых, шкаф я открываю максимум раз в месяц и то в основном, чтобы сунуть туда что нибудь, что обычно жалко выкидывать или лень стирать, а все что мне нужно и так либо висит на стульях, либо валяется тут же под рукой. Во-вторых, последние месяцы шкаф закрывался несколько туговато, и даже сейчас, когда дверки были закрыты на ключ, они выглядели несколько выпуклыми. Вот почему повернув ключик, я торопливо отскочил в сторону, с тоскою смотря на выпадающую лавину разнообразного барахла. Как ни обидно, но костюма там не оказалось. Кое-как втрамбовав все обратно, я уже в сотый раз пообещал себе навести там порядок и снова уселся назад в кресло, пытаясь вспомнить — куда я дел этот чертов костюм? Просидев так с полчаса, в отчаянной попытке вспомнить, я отчетливо понял, что моя память не меньшая мусорка, чем моя квартира. Она услужливо подсовывала мне воспоминания: о футболе, об оставленной вчера в холодильнике бутылочке свежего пива, даже о Ниночке из второго подъезда, которая пару раз при встречи строила мне глазки и если бы не ее возраст, гм… Короче в голове было все что угодно, кроме того что мне нужно. Посидев еще десяток минут и пожалев себя бедного, неухоженного, я все-таки решил как-то выходить из создавшегося положения. Так утюг в розетку, какие там у меня еще чистые рубашки остались? В результате через пару десятков минут я уже был готов отправиться на собеседование. Правда вместо строгого делового прикида пришлось довольствоваться рубашкой необычного стального цвета и джинсами, зато все это было новое, купленное на последнюю зарплату в федералке и практически ни разу не одеванное. Так теперь зеркало.

Я несколько минут покрутился перед трюмо, внимательно разглядывая свое отражение. Ну, волосы слегка неухоженные, легкая небритость, но это даже сейчас модно, а так красавец мужчина. Я даже попытался втянуть в себя пузо, но оно как назло этого делать не хотело и, как всегда, борьба закончилась в его пользу.

Бросив взгляд на часы, я обнаружил, что до «мгновения истины» осталось чуть меньше часа и, вздохнув, принялся обуваться. Адрес, указанный в объявлении, я хорошо знал, ибо это был старый кинотеатр расположенный примерно в квартале от моего дома. В детстве я с друзьями часто там пропадал, причем даже не столько из-за фильмов, сколько из-за возможности перед сеансом поиграть в стоявшие в холле автоматы. Как сейчас помню, особенно мне нравился морской бой. Однако в потом кинотеатр выкупили коммерсанты, и за последние годы он несколько раз переходил из рук в руки, пока не превратился непонятно во что. В данное время там находилось несколько коммерческих фирм занимающихся неведомой мне деятельностью, а бывший кинозал регулярно занимали какие-то партии, любители аквариумных рыбок, девушки-феменистки, рокеры-металлисты или что-то подобное, устраивая там свои собрания по нескольку раз на дню. Не знаю, что это были за люди, но на дверях каждый день висело объявление об очередном собрании членов такой-то организации с очередным вычурным названием.

Поэтому в бывшем здании кинотеатра было всегда оживлено и шумно — жизнь буквально била ключом, но не сегодня. Видимо сказывалось жара и суббота, когда даже любители аквариумных рыбок предпочитали обсуждать данную живность на природе, лежа на травке с бутылочкой холодного пива.

Поэтому холл кинотеатра был пуст, лишь присутствовал лишь охранник, сидевший в своей стеклянной будке и изнывающий от духоты несмотря на работающий во всю вентилятор. На мой вопрос о местонахождении искомого мной кабинета, он, молча, ткнул куда-то вглубь холла и снова уставился в экран компьютера. Я пожал плечами и не спеша направился в нужном мне направлении, ибо до начала собеседования было еще минут десять, а я не обольщался на счет того, что буду единственным пришедшим.

Так и оказалось, около двери на стульях, стоявших вдоль стены, уже сидело около десятка человек. Нескольких из них я знал и, приветливо поздоровавшись, скромно устроился на дальнем стульчике. Расспросов сегодня мне не хотелось, настроение было не то, да и вообще…

Собеседование началось ровно в девять нуль — нуль. Несколько обшарпанная дверь распахнулась, и на пороге появился приятный молодой человек в строгом деловом костюме. Оглядев сидящих, он приветственно кивнул и жестом попросил первого проходить. Я вздохнул, костюм на парне был явно не из дешевых, а я тут в джинсах за триста с копейками и такой же рубахе, то-то на меня все косятся. Пришел устраиваться в элитную гимназию — смех, да и только. Я уже было собирался подняться и уйти, в конце концов после времени должен был начаться неплохой боевичок, но тут дверь распахнулась и на пороге появилась первая из пропущенных претенденток. Сказать, что вид у нее был растерянный, значило совсем ничего не сказать, по моему мнению, женщина вообще находилась в полной прострации. Она ошалевшим взглядом оглядела сидящих и медленно направилась в сторону выхода. Все непонимающе переглянулись, но тут дверь снова распахнулась, и в кабинет отправился следующий. Вышел он минут через десять, на вопросительные взгляды других претендентов, мужчина только пожал плечами и буркнув что-то о тестах для космонавтов, спешно удалился. Короче моя очередь подошла довольно быстро, работодатели долго ни с кем не сюсюкались, отщелкивая претендентов одного за другим. И поэтому когда подошла моя очередь, то в кабинет я заходил уже из чистого интереса, а не в надежде на хорошо оплачиваемую работу.

К моему разочарованию внутри не оказалось ничего примечательного. Пара офисных столов со стоявшими на них ЖК мониторами и принтерами, да несколько шкафов уставленных какими-то толстыми книжками в вычурных переплетах, еще в углу стояла здоровенная тумба старого ксерокса. А еще в офисе было прохладно поэтому, после духоты коридора, я облегченно вздохнул и огляделся. Помимо парня, стоявшего около окна закрытого жалюзи, за одним из столов сидел — старец. Да, да — старец, по-другому я и сказать не мог, ну или патриарх. По моему мнению, такие вообще бывают только в кино. Да он мог этого, как его там, ну короче знаменитого волшебника из известного фильма без грима играть. Волевое лицо, орлиный нос прям как у вождя индейцев, пронзительные глаза из-под белоснежных бровей, а уж борода в стиле а-ля: «Санта-Клаус помер от зависти». Короче смотришь на него и ждешь, когда он достанет длинную трубку и, закурив ее, начнет рассказывать сказки. Вот только деловой костюм портил весь коленкор, ему бы мантию и островерхую шляпу со звездами.

Видимо мой вид все сказал вместо меня. Старик как-то сочувственно улыбнулся и жестом пригласил садиться в кресло напротив.

— Итак, насколько я вижу, резюме вы с собой не принесли, — сказал он.

— А надо было? — удивился я, пытаясь припомнить, что было написано в объявлении.

— В принципе нет, — успокоил меня старец. — У нас и так прекрасная база по всем возможным претендентам.

Он склонился над клавиатурой компьютера и несколько минут сосредоточенно щелкал по клавишам.

— Итак, Краснов Ярослав Сергеевич, 1979 года рождения, тридцать семь лет, в разводе, образование высшее, служил, не был, не участвовал, не замечен.

Чем дальше этот загадочный старик читал мое досье, тем отчетливее я чувствовал нехороший зуд в одном месте. Конечно, в моей биографии нет ничего таинственного, но я ведь пришел наниматься в школу, а не в подразделения ГРУ.

— Что ж — тем временем продолжил старец. — По данным вы вполне нам подходите, не желаете пройти парочку тестов, для того чтобы мы удостоверились в вашей профпригодности.

Я только пожал плечами, решив дойти до конца этого непонятного представления.

— Хорошо, — старик повернулся и посмотрел на стоявшего у окна парня. — Генрих, проводите нашего друга.

Молодой человек кивнул и жестом пригласил меня следовать за собой. Пройдя вместе с ним в другую комнату я неожиданно оказался…. Да хрен знает, где я оказался. По количеству электроники на сантиметр квадратный эта комната напоминала лабораторию какого-то безумного ученого из голливудского блокбастера. Свободным от нее был только небольшой столик с огромным монитором и белое кресло посреди комнаты, куда мне и предложено было сесть.

Следующие полчаса, меня просвечивали, простукивали и прослушивали несколько докторов или кто они там — не знаю. Напоследок выкачали из меня миллилитров сто крови и отправили назад в предыдущую комнату, растерянного и совершенно ошалевшего. Поэтому я несколько минут стоял столбом, затем оглядевшись и обнаружив, что в офисе совершенно один, подошел к окну и приоткрыл жалюзи. Глаза мои сделали попытку на мгновение вылезти из орбит, а сам я застыл, чувствуя, что моя челюсть медленно идет вниз, и всерьез беспокоясь за свое психическое здоровье.

— Ну что ж молодой человек, вы нам вполне подходите, — раздалось позади меня.

Я медленно, со скрипом в позвонках, повернул свою голову и посмотрел на старика, который уже раздувал свою длинную трубку. Идиотски хихикнув, я вновь повернул голову к окну и уставился на расстилающиеся далеко внизу луга, а главное на парящих недалеко от окна золотых драконов. Особенно мне понравился один с красным гребнем, он лихо выкручивал фигуры высшего пилотажа, пронесшись прямо перед окном, он на несколько мгновений завис напротив и задорно мне подмигнул. По-моему последней моей мыслью было: «Где же моя треуголка».