Глава 7. Чёрные драконы.

Резиденция ложи «Черного Дракона» находилась в местечке неприметном и мало известном, на углу Пороховой и улицы генерала Погребижского что на Васильевском острове, в неказистом оранжевом трехэтажном домике с обшарпанным фасадом, грязными окнами и жестяным рыцарем-флюгером. Домик стоял в центре Невской Александрии и обывателями принимался за обычный доходный дом. Что же по-настоящему скрывалось за его стенами знали только избранные, допущенные в ложу. Рядовой горожанин, переступив порог домика с флюгером-рыцарем, оказывался перед стойкой консьержа, где за небольшую сумму мог снять комнату или квартиру на любой срок. Посвященный оказывался в огромной богато украшенной рыцарской зале, где его встречал механический дворецкий и провожал к Великому Магистру ложи или к одному из Верховных Магов в случае отсутствия Магистра. Каждый видел только то, что было доступно его восприятию. Получалось это благодаря тому, что дом на углу Пороховой и улицы генерала Погребижского был необычным, а волшебным. Он существовал одновременно в двух измерениях: в реальности для людей обычных, и вне времени и пространства для адептов ложи Черного Дракона, при этом маги из других лож так же не имели возможности попасть в Гнездовище Черного Дракона, как его именовал Великий Магистр Квасура.

Всю обратную дорогу до Невской Александрии барон Карл Мюнх провел в необычайной задумчивости. Карл тщательно проигрывал в уме все что знал о смерти Майи Свешниковой, все события, что произошли с ним по дороге к дому профессора и в самом доме. Он тщательно анализировал каждый свой шаг, пытаясь решить для себя, мог ли он избежать ловушки Ловца, и понимал, что нигде не допустил ошибок. Таких ловушек ему видеть не довдилось. «Петлю Времени» он встречал и не раз, но чтобы в таком проявлении не случалось. Значит Ловец в Гильдии занимает не последнее место, если конечно состоит. Правда, говорят Гильдия скора на расправу и не допускает самозванцев, которые к тому же не отчисляют процент с заработанных на заказах денег. Так что как не крути посоветоваться с Великим Магистром стоило. Только он мог дать рекомендации к Главе Гильдии Ловцов. К тому же Карл чувствовал, что эта история не такая уж простая, как может показаться. Ведь кто-то же нанял Ловца, ради чего-то была похищена душа умершей от испуга девушки. И он понимал, что одной душой Ловец не ограничится. Да и Ловец всего лишь исполнитель чужой воли, а вот кто заказчик – это главный вопрос!

Миконя, видя погруженность барона в себя, старался быть тихим и незаметным, чтобы не, дай бог, не потревожить, не сбить с важной мысли. Карл не рассказал, что произошло с ним наверху в комнате убитой девушки. Когда он спустился бледный и пошатывающийся, Миконя сразу почувствовал, что дело труба, что-то пошло не так и барону изрядно досталось. Но Миконя никак в толк не мог взять, к чему такая спешка? Можно было и переночевать одну ночь в гостинице, а поутру уже и в Александрию отправляться. Но Карл, покинув особняк профессора Свешникова, распрощался с Алексеем Бахмутовым и распорядился «гнать что есть мочи» до столицы. Миконя не стал спорить, хотя и не понимал этой спешки.

Лишь только они въехали в Александрию, барон снова удивил Миконю. Приказал править к углу улицы генерала Погребижского и Пороховой. Даже домой не заехал, чтобы с дороги в порядок себя привести.

Карета остановилась перед неказистым желтым домиком. Карл выбрался первым, заглянул в карету и сказал:

– Отправляйтесь домой. Распаковывайся. Отдыхай.

– А как же вы, батюшка барин? – изумился Миконя. Вот так взять и бросить барона одного посреди мокрой холодной улицы.

– Не беспокойся, я уж как-нибудь сам доберусь, – сказал Карл тоном не терпящим возражений и захлопнул дверцу.

Делать нечего. Приказ есть приказ и его нужно исполнить. Никодим хлестнул кнутом, и лошади взяли с места, разбрызгивая вокруг себя дождевые капли из луж.

Карл повернулся лицом к Гнездовищу Черного Дракона, смерил здание взглядом и неспешно направился вперед. От резких порывов ветра перехватывало дыхание. В лицо летели колючие дождевые брызги, и как назло за несколько шагов до крыльца небо прохудилось. Ливануло, как из дырявой лохани.

Карл надвинул шляпу поглубже на глаза, запахнул пальто и добежал до парадного крыльца, такого же невзрачного как и сам дом. Массивная дубовая дверь с дверным молотком и электрическим звонком коричневого цвета резко выделялась на фоне остального здания. Карл надавил кнопку звонка, одновременно отправляя на маговид дома магический слепок своей личности. Его образ сравнили с имеющимся в базе данных, дверные замки щелкнули и дверь открылась. Сквозь дверной проем на него глядел другой мир, иное измерение.

Карл вошел внутрь. Переступив порог дома, он перенесся в Гнездовище Черных Драконов, и дверь за ним с громким стуком захлопнулась. Карл инстинктивно обернулся, а когда посмотрел вперед, перед ним стоял механический дворецкий Мёрдок. Высокое под три метра могучее существо напоминало закованного в блестящую броню рыцаря. Грудь Мёрдока защищала зеркальная пластина, под ней прятались песочные часы в окружении постоянно движущихся шестеренок. Как только песок высыпался из верхней колбы, Мёрдок замирал на секунду – другую, а колбы переворачивались. Стальная человеческая голова на подвижной шее-шарнире, добродушное лицо маска-слепок с неизменным выражением искренней заинтересованности. Каждый раз, когда Карл видел Мёрдока, его не покидало ощущение, что Мёрдок живой человек, только заколдованный, обреченный на вечную службу механическим дворецким в Гнездовище Чёрных Драконов.

– Приветствую Вас, милорд. Великий Магистр ждет Вас.

Карл ничего не ответил. Он уже привык ничему не удивляться. Квасура был непостижимым человеком. А человеком ли? Вот откуда он мог узнать, что барон Мюнх собирается заглянуть к нему на огонек?

Карл сбросил намокшее пальто на металлические руки Мёрдока, водрузил сверху шляпу и, придерживая рукой шпагу направился к парадной каменной лестнице, окруженной витыми чёрными перилами. По преданиям эти перила были выполнены из окаменевших костей первых драконов.

Великий Магистр Ложи Чёрного Дракона ждал барона в библиотеке, находящейся в левом крыле второго этажа. Квасура сидел перед горящим камином с бокалом кровавого вина в уютном огромном кресле, больше напоминающем разверстую пасть дракона. Карлу подумалось, что кресло того и гляди проглотит человека. Квасура листал задумчиво увесистую книгу, держа ее на коленях. При появлении барона он отложил книгу на стеклянный столик и встал из кресла-пасти.

– Приветствую вас, Карл Иеронимыч, давненько не видел вас в нашем заповеднике. Не желаете ли коньяку? Между прочим пятьдесят лет выдержки, доставлен с Близнеца. Не могу отказать себе в удовольствии и использую иногда служебное положение ради личной корысти. Увы, все мы грешны.

– Спасибо, Магистр. Я не откажусь. – После капризной уличной сырости взбодриться и согреться вкусным коньяком было самое то.

– Проходите, барон, присаживайтесь, – предложил Квасура, указывая на свободное кресло-пасть дракона поле себя.

Карл мог бы поклясться на собственной шпаге, что еще секунду назад второго кресла в библиотеке не было. Но удивляться пустяковым чудесам здесь было непринято. Он удобно расположился в кресле и положил руки на подлокотники – драконьи челюсти.

Великий Магистр протянул барону бокал с янтарной жидкостью, подбросил полешко в камин, помешал кочергой угли и вернулся в кресло.

– Признаться честно удивлен вашему появлению. Только собирался отправить весточку, да пригласить в гости, а вы уже тут. Похвально, – произнес задумчиво Квасура и пригубил вино из бокала.

– Я вам за чем-то понадобился? – насторожился Карл, тут же отложив в сторону свою историю.

– Есть одно задание, которое я хотел бы поручить вам. Но сперва расскажите мне о мальчишке. Как он вам? Кажется, его Стархом зовут? Вы довольны моей рекомендацией?

Когда-то именно Великий Магистр обратил внимание скучающего барона Мюнха на талантливого мальчишку, развлекающего публику в трактире магическими фокусами.

– Привыкает к новому. Вживается в образ ученика. Я ищу к нему подход, он присматривается ко мне. Но толком пока обучение не началось. Так. Только первые шаги. Но мальчик безусловно весьма и весьма одарен. Он и сам не подозревает всей глубины своего таланта. Если его удастся полностью раскрыть, я буду необычайно горд собой.

– Смотрите не зазнавайтесь, барон, – усмехнулся Великий Магистр.

– У мальчонки мечта есть. Он хочет стать воздухоплавателем. Летать на ваншипах и крупных крейсерах. Я присмотрел ему место в летном училище, посмотрим как распорядится судьба, – сказал Карл и пригубил коньяк.

Вкус превзошел все ожидания. Тягучий ароматный глоток наполнил его горло ласковым огнем. И этот огонь начал медленно распространяться по всему телу, согревая его.

– Превосходно! – оценил Карл.

Великий Магистр склонил голову в легком поклоне, принимая оценку, словно сам этот коньяк изготовил и настоял.

– На Близнеце производят много чего полезного и вкусного. Одна беда, что торговлю наладить невозможно. По чуть-чуть маленькими партиями это реально, но заполнить рынок их товарами, это подорвать наши экономики, а наши товары им особо и не нужны. Приборы, работающие на основе магических техник, на Близнеце будут молчать. К тому же у них и свои изобретатели имеются. Да и вдосталь.

Квасура допил вино и поставил пустой бокал на стеклянный столик. Бокал тут же пропал, а через несколько секунд появился наполненный до середины.

– Давайте пожалуй и к делу перейдем. Барон, я слушаю вас. Что привело вас сегодня в Гнездовище? Вряд ли вы почувствовали мое желание вас увидеть. У вас своя проблема. Я вас слушаю.

Квасура посмотрел на Карла, и в его теплых черных глазах плескался живой интерес. Великий Магистр, Великий Дракон, ждал исповеди от своего птенца.

Карл рассказал все о смерти Майи Свешниковой, о следе Ловца и проведенном ритуале, в результате которого невинная душа оказалась заточена в клетку дожидаться своей жертвенной участи. Карл поведал о своих подозрениях Квасуре и о той ловушке, в которой он чуть было не увяз по уши.

Слушая барона, Великий Магистр все больше хмурился и погружался в себя. Каждое слово барона не ускользнуло от его внимания, в то же время он размышлял о чем-то своем не менее важном. Наконец, Карл закончил и выжидающе уставился на Квасуру, но Великий Магистр таинственно молчал, остановив взгляд на бароне, словно ожидал просьбу или предложение.

– Я хотел бы поговорить с Главой Гильдии Ловцов, возможно он расскажет мне кто настолько осмелел, что пошел против законов и нарушил все магические кодексы. К тому же меня очень тревожит готовящийся ритуал. Душа невинной девушки весьма серьезный аргумент в любом ритуале. Тут явно готовится что-то очень важное и суровое.

– Глава Гильдии скорее всего промолчит. Ему какой прок сдавать своих, хотя дерзить Чёрному Дракону вряд ли станет. В любом случае поговорить нужно. Я посодействую в этом, – медленно, словно взвешивая каждое слово произнес Квасура. – А вот с ритуалом и правда история интересная. Мне что-то на ум не приходит ничего толкового. Либо это какой-то новый ритуал, либо он существовал до Второй Магической Войны. Память о прежней магии практически истерлась, Великие Магические книги были уничтожены, а большая часть заклинаний и методов волшбы потеряли свою силу. Очень любопытно. Очень.

– Вы же должны помнить те времена, – предположил Карл, допивая коньяк.

Пустой бокал он поставил на стеклянный столик, и через пару секунд взял в руки полный.

– Помнить и знать это разные понятия. То было очень страшное время. После войны память большинства оказалась девственна чиста как у младенцев. У кого-то остались отрывочные воспоминания о магии. Кто-то забыл все. В те времена я только начинал путь мага, и мне почти нечего было забывать…

Это если Великий Магистр во Вторую Магическую Войну был юношей, то ему сейчас почитай тысяч пять годков уже есть. Солидный возраст. Тут же подсчитал барон.

– Методы колдовства после той войны пришлось разрабатывать заново. Творить новые заклинания. Искать новые источники силы. Если кто-то собирает ингредиенты для какого-то ритуала времен Второй Магической, нам придется вывихнуть разум, чтобы понять что готовится. Но сделать это надо. И, боюсь, заниматься этим придется вам, барон.

– Давно пора размяться, – Карл глотнул коньяка и поставил недопитый бокал на столик. На сегодня хватит огня.

– В мире что-то назревает. Со дня на день может начаться война с турками. Верховный Магистр Химер подталкивает султана высадить войска на побережье Руссийской империи. Все мои предостережения и рекомендации Караморгул не замечает. Боюсь, что это бунт на корабле. Химеры решили показать когти и попробуют побороться за Верховенство над всеми ложами. А для этого Караморгул попытается захватить турецкий трон. Если Руссийская империя вступит в войну, это расколет Европу на два лагеря. И положение будет ужасным. А тут еще этот ритуал, – Квасура раздраженно поморщился, залпом допил вино и поставил бокал рядом с бокалом барона. – Я то хотел видеть вас, Карл Иеронимыч, совсем по другому делу. Но чутье подсказывает мне, что ваш Ловец из той же дешевой оперетки. За последний месяц произошли два подозрительных, и я бы сказал парадоксальных происшествия. Но сопоставив их со смертью Майи Свешниковой, мне начинает казаться что это звенья одной цепи. Давайте поступим так, Карл Иеронимыч, сейчас вы отправляетесь домой. Вам надо с дороги отдохнуть. А завтра я извещу вас, как найти Главу Гильдии Ловцов и где. Посмотрим что даст нам это общение. А уж от этого мы и будем диспозицию строить. Согласны? – неожиданно спросил Великий Магистр и, не дожидаясь ответа Карла, тут же добавил: – Чудненько!

Квасура поднялся из кресла, приблизился к камину и задумчиво уставился на огонь.

– Да и еще, – сказал он, о чем-то вспомнив. – Князю Драгомыслу не стоит знать ничего ни о ритуале, ни о пленении невинной души. Это дело теперь является собственностью Драконов. Я сообщу об этом князю. Ух, и взбесится старый интриган, что его от интересной задачки оттерли. Ну да ладно.

Квасура повернулся к Карлу, улыбнулся коварно и неожиданно громко хлопнул в ладоши. В то же мгновение перед глазами барона взорвался фейерверк огней, звуков и запахов, и он перестал что-либо видеть, слышать и обонять. Все чувства оказались забиты до отказа и не воспринимали реальный мир, словно барон был елочной игрушкой, которую после праздника убрали в старую коробку, обложив со всех сторон ватой.

Когда Карл пришел в себя, он обнаружил, что сидит у себя в кабинете, дома. Пальто, шляпа и перчатки были небрежно брошены при входе на стул, но при этом они были высушены и тщательно вычищены. Спасибо механическому дворецкому Мёрдоку.

За окном царила непролазная темень. Где-то в тишине спящего дома часы пробили один раз и громко ку-ку-кнула кукушка, грозя разбудить домочадцев.

В ту же минуту дверь в кабинет отворилась и осторожно заглянул Миконя, подсвечивая себе коптящей свечкой.

– Вы уже вернулись, батюшка барин, – прошептал он и осенил себя крестом. – А то мы волновались. В этот раз вы что-то совсем задержались.

– Иди спать, Миконя. Завтра день тяжелый предстоит.

– Хорошо, Карл Иеронимыч, только вы уж тоже не сидите совой до утренних петухов.

Миконя ушел.

Карл тяжело поднялся, чувствуя каждой клеточкой тела как сильно он устал за последние дни, и направился к себе в спальню. Стоило воспользоваться собственным советом и хорошенько отдохнуть.

Карл никак не мог привыкнуть к извечным шуткам Великого Магистра. Каждый раз он изобретал новый способ проводить барона из Гнездовища Черных Драконов до дома, и каждый раз Карл не был готов к этому. Вот и сейчас Квасура застал его врасплох.

Стоило Карлу коснуться головой подушки, как усталость тут же взяла свое и погрузила его в теплый надежный сон, без сновидений.