ГЛАВА 35.

Путь до парадных дверей Управления занял совсем немного времени. Арестантов вывели к фасадной части комплекса, где были клумбы, подстриженные кустики и много, солнца.

– Ну что, благодарны мне за то, что вырвал вас из лап этого людоеда? – спросил майор у арестованных.

– Об этом еще рано говорить, сэр, – с расстановкой произнес Барнаби.

– Хороший ответ. Разумный ответ, – похвалил Гастон.

Они подошли к ожидавшему их автомобилю. Это снова был фургон, однако внутри него, в отличие от вонючей полицейской машины, все было как в каюте класса люкс.

Вращающиеся кресла, раскладные столики, диваны и стойки с множеством неизвестной Джеку и Барнаби аппаратуры.

– Ну и как вам у нас? – спросил Гастон. Он хлопнул ладонью по перегородке, водитель тронул машину.

– У вас хорошо, сэр. Здесь нам нравится больше, только вот наручники жестковаты, – пожаловался Барнаби.

– Придется потерпеть, ребята. Вы ведь еще те специалисты – возьмете да и освежуете нас заживо, а?

Майор искусственно засмеялся и посмотрел на сидевших у выхода помощников. Такие, по мнению Джека, могли сами кого хочешь освежевать. Их костюмы и белоснежные сорочки не вводили в заблуждение относительно занятия этих господ.

– Ну что, давайте знакомиться, – сказал майор, поудобнее усаживаясь и раскладывая на столе протоколы, платежные карточки и удостоверения личности. Когда он забрал все это у Твидла, Джек с Барнаби не заметили.

– Джек Шкловский и Рон Зейман… – медленно прочитал майор. – Похоже, это не настоящие имена, а, господа мокрушники? С какой целью направлялись на Шлезвиг? Вы ведь на Шлезвиг летели?

– На Шлезвиг, сэр. Мы ехали бесцельно – просто путешествовали.

– Путешествовали? А по полицейским каналам сообщили, что вы везли ценный протез. Или это был тайник, в котором находился веселый порошок вроде «розовой Ди»?

– Нет, сэр. Никакого протеза не было.

– Как же не было? За что тогда вы завалили четырех человек? Вспомните, может, контрабанда? Процессоры к ваквантерам пятого поколения, сацилиум в таблетках, а? Что-то ведь должно быть?

– Сэр, вся путаница случилась из-за того, что я пошутил с девчонкой-проводницей… – сообщил Барнаби. – Я сказал, что у меня протез в сумке, а она поглядела, что вроде руки-ноги на месте, ну и подумала что-то неприличное.

– Пошутили, значит?! – Гастон широко улыбнулся и снова посмотрел на своих безмолвных помощников. – В этом все дело?

– Да, сэр.

– Ну а резать-то людей за что начали? – Застывшая улыбка на лице майора преобразилась в угрожающую гримасу. – Я не вижу возможности помочь вам, если вы не хотите со мной сотрудничать.

– Мы готовы сотрудничать, сэр, – заявил Джек. – Спрашивайте.

– Ни на какие спецслужбы не работаете?

– Не работаем.

– Может быть, на частные службы охраны?

– Тоже нет.

– Служите в армии?

– Нет.

– Никогда не служили?

– Нет, – ответил Джек.

– А вы? – обратился Гастон к Барнаби. – В армии служили?

– Не служил, – ответил тот, и сейчас же над его головой коротко рявкнула сирена.

– Это детектор лжи, – улыбнулся Гастон. – С ним шутки плохи.

Джек поднял голову и увидел над собой мигающий разноцветными лампочками блок. Он и не подозревал, что все это время находился под контролем. Оставалось удивляться, как эта машина пропустила ложь, которую сказал он.

– Мистер Шкловский, вы работаете на разведку Бернардийского Союза?

– Нет, никогда не работал.

– А вы, мистер Зейман, являетесь агентом бернардийской разведки?

– Не являюсь.

– Охотно верю, раз детектор лжи не имеет ничего против. К его мнению я обычно прислушиваюсь. Вы представить себе не можете, скольких злоумышленников он уже довел до смертного приговора.

– Но у нас же казни запрещены… – осторожно напомнил Джек.

– У «вас», может, и запрещены, а у «нас» – нет. Итак, зачем вы уничтожили четырех пассажиров лайнера компании «Дюршлаусс»?

– Мы никого не уничтожали, сэр. Это дело рук Сутулого и его людей.

– Кто такой этот Сутулый?

– Это мы его так назвали, потому что он сутулился. С ним было трое его дружков. А еще был Жофре – с ним было двое дружков, и эти две компании мечтали подраться.

– Откуда вам это известно?

– Да они в ресторане так смотрели друг на друга, что, казалось, вот-вот в глотки вцепятся.

– И они вцепились, но почему-то в вашей каюте и в момент, когда вас там не было. Куда же вы держали путь на самом деле?

– На Цитрагон, – признался Джек. Он понимал разницу между полицией и контрразведкой, поэтому полагал, что Гастону нет дела до того, где и как они нарушали или собирались нарушить закон. – Нам удалось раздобыть две платежные карты, которые открывались только в тамошней платежной системе…

– Ну ладно, на этом пока остановимся. Будем считать, что вы кристально честны.