3. Закон перемены труда и культурно–техническое развитие рабочего.

Закон перемены труда касается не только практической деятельности работника, но и развития его производственной культуры, знаний.

В нашей литературе вопросы культурно–технического развития трудящихся исследованы довольно широко. По этой проблеме написан ряд крупных работ и содержательных статей. Однако при изучении роста культурно – технического уровня трудящихся обычно упускается из виду важное обстоятельство–не показывается, каким закономерностям подчиняется этот процесс.

Следует учитывать, что сохраняющаяся ныне разница в культурно–техническом уровне между рабочими и колхозниками, с одной стороны, и интеллигенцией — с другой, представляет собой одну из форм проявления разделения между людьми умственного и физического труда. В той мере, в какой существует и воспроизводится эта разница, культурно–техническое развитие трудящихся происходит в рамках закона разделения труда между людьми. Процесс же стирания различий в духовном уровне разных работников, их культурно–технический рост выходят за пределы разделения труда и подпадают под действие закона перемены труда.

Характер и интенсивность действия этого закона находятся в зависимости не только от материально–технических условии, но и от культурных предпосылок. Последние во многом определяют степень осуществления перемены и сочетание различных видов трудовой деятельности. Здесь на первый план выступают культурно–технический уровень трудящихся, широта их научно- технического развития и подготовки, которыми в значительной мере обусловливается превращение возможности перемены труда в действительность.

Создание материально–технической базы коммунизма неразрывно связано с дальнейшим повышением культурно–технического уровня рабочих и колхозников. Говоря об уровне развития производительных сил будущего коммунистического общества, Ф. Энгельс писал: «…чтобы поднять промышленное и сельскохозяйственное производство на указанную высоту, недостаточно одних только механических и химических вспомогательных средств. Нужно также соответственно развить и способности людей, приводящих в движение эти средства». [116].

Ныне решение проблемы повышения культурно–технического уровня работников, процесс преодоления разницы в их культурно–техническом развитии вступает в качественно новый этап. Он характеризуется прежде всего тем, что этот процесс происходит на основе возросшего образовательного уровня трудящихся.

Таблица 4.

Изменения в уровне образования рабочих, колхозников и служащих за период 1939–1963 гг.* (в %)

* Таблица рассчитана по данным сообщения ЦСУ СССР о распределении населения СССР по общественным группам, отраслям народного хозяйства и занятиям и об уровне образования работников физического и умственного труда (см. «Вестник статистики», 1960; № 12, стр.16) и сообщения ЦСУ СССР за 1963 год («Правда», 1964, 24 января).

Данные табл.4 убедительно свидетельствуют о значительных достижениях в области преодоления социальных различий между работниками умственного и физического труда. Если в 1926 г. среди работников физического труда было лишь менее 1,5% имеющих среднее образование, а в 1939 г. — 4,3%, то в 1959 г. среднее и даже высшее образование имели уже 32% всех занятых физическим трудом. Особенно показательно, что в 1963 г. больше ²/₅ рабочих имели неполное среднее, законченное среднее и даже высшее образование. В целом же за период с 1939 но 1963 г. среди всего работающего населения доля лиц, имеющих высшее, неполное среднее и среднее образование, увеличилась с 12,3 до 50%.

Повышение культурно–технического уровня трудящихся обеспечивается широкими масштабами развития народного образования в СССР. В 1964 г. всеми видами обучения (кроме сети политического просвещения) было охвачено свыше 65 млн. человек против 10,6 млн. в 1914 г. В 1926 г., когда наша страна завершала восстановление народного хозяйства, в высших учебных заведениях насчитывалось 168 тыс. студентов и в техникумах — 181 тыс. учащихся. В 1964 г. число студентов достигло 3,26 млн. учащихся средних специальных учебных заведений — 2,98 млн. [117].

Учащихся общеобразовательных школ в 1963/64 уч. году были в 4,6 раза больше, чем в 1914/15 уч. году. В 1963/64 уч. году в 8–11 классах средних школ обучалось 10 156 тыс. человек против 152 тыс. в 1914/15 уч. году, т. е. почти в 67 раз больше. [118] Особенностью современного периода является расширение масштаба системы заочного и вечернего общего и специального образования. За период с 1953 по 1964 г. численность обучающихся в вечерних и заочных высших и средних специальных учебных заведениях возросла с 776 тыс. человек до 3,4 млн. человек, т. е. почти в 4.4 раза, в том числе в высших учебных заведениях — в 3,7 раза. За время с 1953 по 1964 г. численность учащихся в школах рабочей и сельской молодежи и в школах взрослых увеличилась с 1690,2 тыс. человек до 4203,5 тыс. человек, т. е. почти в 2,5 раза. [119].

Таблица 5.

Рост образовательного уровня населения СССР за период 1959–1964 гг.* (в млн. человек).

О высоких темпах роста образовательного уровня населения СССР можно судить по данным табл.5. Только за сравнительно небольшой период — с 1959 по 1964 г. — численность населения, имеющего высшее и среднее (включая неполное) образование, увеличилась на 13,7 млн. человек. Прирост численности лиц с высшим образованием соответственно составил 1,5 млн., со средним специальным образованием — 2,2 млн. человек.

Успехи в развитии народного образования привели к резкому повышению образовательной подготовки рабочих в промышленности СССР. Особенно наглядно это видно на примере отдельных промышленных предприятий.

Таблица 6.

Образовательный уровень рабочих Невского машиностроительного завода имени В. И. Ленина* (в %).

* По данным Отдела технического обучения завода.

Как показывает табл.6, доля рабочих с образованием 7–10 классов и средне–техническим образованием возросла с 24,3 в в 1948 г. до 67,1% в 1964 г., в том числе с законченным средним и средне техническим образованием — с 2,8 до 16,3%. Если в 1948 г. среди рабочих не было окончивших техникумы, то в 1964 г. свыше 2% рабочих завода имели законченное среднее специальное образование. За тот же период относительная численность рабочих, имеющих семилетнее образование, увеличилась почти вдвое.

Показательно также снижение относительной численности рабочих, не имеющих семилетнего образования — с 75,7 в 1948 г. до 32,9% в 1964 г., в том числе с образованием 4 класса и ниже — с 50,1 до 11,9%.

Такие крупные успехи в повышении образовательного уровня рабочих достигнуты не только на отдельных передовых предприятиях, но и в промышленности целых экономических районов. Весьма характерны в этом отношении данные об уровне образования промышленных рабочих Ленинградского экономического района, приведенные в табл.7.

Как видно из данных табл.7, доля рабочих с образованием в объеме 7 классов и выше составляет от 44,1 до 63,4%. Самый высокий образовательный уровень наблюдается у рабочих ведущих отраслей производства: машиностроения — 63,4%, тяжелого машиностроения — 60,7%, полиграфической — 60,4%, электротехнической — 50,8%.

Гигантский скачок, происшедший в образовательном уровне рабочего класса Советского Союза, наиболее рельефно выступает в машиностроении. Если в 1929 г. среди машиностроителей страны свыше 5% были неграмотными, а 45% имели образование до 4 классов начальной школы, то к настоящему времени не только полностью исчезли неграмотные, но даже рабочие с образованием до 4 классов составляют всего 9%. Вместе с тем доля рабочих с образованием 7 классов и более возросла с 15,5 до 53,3%. [120].

Таблица 7.

Образовательная подготовка рабочих в различных отраслях промышленности Ленинградского совнархоза в 1960 г.*

(в % к общему количеству рабочих каждой отрасли).

* Вопросы марксистской социологии. Изд. ЛГУ, 1962, стр.77.

При всей важности средних данных об образовательной подготовке, по ним еще трудно судить об уровне образования основной части рабочих. Представление о последнем позволяет получить анализ образования рабочих в различных возрастных группах с учетом их относительной численности.

Данные табл.8 показывают, что объем общеобразовательной подготовки находится в прямой зависимости от возраста рабочих. В 1960 г. общее неполное среднее, среднее и специальное среднее образование имели 69,3% ленинградских текстильщиков в возрасте до 30 лет и 50,1% ‑ в возрасте от 31 до 40 лет. Доля рабочих с образованием в объеме 4 классов и ниже по указанным возрастным группам составляла соответственно 9,5 к 16,8%. Таким образом, уровень образования рабочих в возрасте до 40 лет значительно выше средних показателей общеобразовательной подготовки рабочих предприятий текстильной промышленности. Если еще учесть, что на людей в возрасте до 40 лет приходится 67,1% общей численности текстильщиков, то очевидно, что основная масса рабочих данной отрасли имеет высокую общеобразовательную подготовку.

Таблица 8.

Образовательный уровень рабочих различных возрастных групп на предприятиях текстильной промышленности Ленинградского совнархоза в 1960 г.* (в %).

* «Вестник Ленинградского университета», 1961, № 17, стр.10.

Неодинаковый образовательный уровень рабочих разных возрастных групп подтверждается также данными по целлюлозно-бумажной промышленности Ленинградского экономического района. Здесь рабочие в возрасте до 40 лет составляли 69,2% общей численности рабочих, из них в возрасте до 30 лет общее неполное среднее, среднее и средне–техническое образование имели 57,4%, в возрасте от 31 до 40 лет — 41,9% рабочих данной возрастной группы, тогда как в возрасте от 41 до 50 лет лица с подобным образованием составляли 34,2%, а в возрасте старше 50 лет — 23,7% рабочих. [121].

Культурно–техническое развитие рабочего класса происходит не только на основе повышения общеобразовательной и профессионально–технической подготовки работающих на производстве, но также путем коренного улучшения общеобразовательной и профессионально–технической подготовки резервов, служащих источником пополнения рабочего класса.

В промышленность с каждым годом приходят все более образованные молодые рабочие. Если прежде ряды рабочих пополнялись преимущественно за счет сельской молодежи, среди которой было много малограмотных, то теперь на производство поступают люди с семилетним или десятилетним образованием, значительная часть которых получила к тому же и профессиональное образование. Численность рабочих с общим средним и средним техническим образованием (особенно с законченным средним образованием) возрастает прежде всего за счет рабочей молодежи — как вновь поступающей на предприятия, так и обучающейся без отрыва от производства. Например, на ленинградском Металлическом заводе в 1961 г. образование в объеме 7–10 классов имели 67%, а на Невском машиностроительном заводе им. В. И. Ленина — 76% нового рабочего пополнения.

Существенные сдвиги в общеобразовательной подготовке происходят и среди самих молодых рабочих. На том же Невском машиностроительном заводе за период с 1951 по 1960 г. доля молодых рабочих с образованием в объеме 7–10 классов и средним техническим образованием возросла с 29 до 73,2%, а с десятилетним и средним техническим образованием — с 1,8 до 21,3%, в том числе со средним техническим образованием — с 0,3 до 2,4%.

Такое значительное повышение образовательного уровня молодых рабочих характерно не только для Невского завода, но и для других машиностроительных предприятий Ленинграда (см. табл.9).

Таблица 9.

Образовательный уровень молодых рабочих в возрасте до 30 лет на машиностроительных предприятиях Ленинграда в 1960 г.* (в %).

* Ученые записки ЛГУ, серия экономических наук, вып. 3. 1960, стр.30, а также материалы заводоуправлений соответствующих предприятий.

Внедрение и использование новой техники требуют наличия у рабочих высокой образовательной подготовки. Однако на практике не всегда полностью используются преимущества возросшего образовательного уровня рабочих. На промышленных предприятиях довольно часто молодых рабочих с десятилетним образованием направляют на работу, в процессе которой непосредственно не требуется общеобразовательная подготовка в объеме средней школы. Такое положение не способствует развитию у молодых рабочих интереса к своей специальности и повышению производственной квалификации, не дает рабочему со средним образованием творческого удовлетворения результатами своего труда. Оно неэффективно и с народнохозяйственной точки зрения, поскольку в данном случае нет должной отдачи средств, затраченных государством на обучение молодых рабочих в средних школах. Недостатки в использовании рабочих со средним образованием тем более нетерпимы, что в нашей промышленности эта категория работников далеко еще не составляет большинства.

Культурно–техническое развитие рабочих — противоречивый процесс. В нем сталкиваются тенденция к перемене труда и принцип разделения труда между людьми. Это находит отражение и в уровне образования разных групп рабочих. Где применяется ручной или слабо механизированный труд, где его организация основана на принципе подетального, пооперационного разделения функций, там от рабочего не требуется высокого образования. Этим в значительной мере объясняется отсутствие достаточных стимулов к повышению образования у рабочих с низким образовательным уровнем. К началу 1964 г. в нашей стране 56% всех занятых рабочих не имели семилетнего образования. [122] Большинство их составляли рабочие старшего поколения, выросшие в условиях прежней материально–технической базы общества.

Ныне культурно–технический рост рабочего класса не ограничивается количественным увеличением массы образованных производителей. Происходит качественное изменение самих умственных функции рабочего. Именно это обстоятельство дает основание утверждать о наступлении нового этапа в преодолении социальных различий между умственным и физическим трудом.

Иногда полагают, что для современного рабочего достаточно «приводить в движение орудия производства», выполнять определенные физические функции по обслуживанию машин, имея лишь определенный производственный опыт и навыки к труду. Такое мнение уже не соответствует сегодняшней действительности. Современный технический прогресс, особенно комплексно механизированное и автоматизированное производство, требуют от рабочего нечто большее, чем обычный исполнительный физический труд. Теперь необходимо, чтобы рабочий затрачивал не столько физические, сколько умственные усилия. Основой производства начинают становиться функции управления, контроля и наблюдения за работой машин, творческая деятельность по созданию новых механизмов и орудий, по совершенствованию техники и технологии производства.

Было время, когда для высокопроизводительной работы оказывались достаточными умелое использование рабочим своих физических сил, знание непосредственно обслуживаемого оборудования, богатый личный производственный опыт и т. п. Ныне всего этого мало. «Раньше, — пишет фрезеровщик Кировского завода И. Д. Леонов, — можно было преуспеть, полагаясь на физическую силу, ловкость, сноровку. Основанное же на высокой технике советское производство, чем дальше, тем все сильнее, требует умения разбираться в сложных станках, приборах, автоматических устройствах, усовершенствованных инструментах. Короче говоря, для головы становится больше дела, чем для рук». [123].

В нынешних условиях достигает высокой производительности труда тот рабочий, который изменяет, совершенствует технику, а не просто хорошо ее использует. Почти каждый из передовых рабочих, которых спрашивают, как они добиваются высоких показателей, обычно отвечает: «изобрел приспособление», «усовершенствовал технологию», «создал новый инструмент или механизм» и т. п. Современный передовой рабочий — это не механический исполнитель производственной операции, а рационализатор, новатор, изобретатель.

Можно ли сводить производительную силу такого рабочего к физической силе, а его умственную деятельность — к простому применению наличного производственного опыта? Опыт новаторского движения, практика движения за коммунистический труд вносят изменения в наши прежние теоретические представления о производителях материальных благ. В частности, умственная деятельность современного передового рабочего не исчерпывается эмпирическим производственным опытом. Она поднимается на уровень научного мышления, характеризуется применением научных знаний.

Известно, что всякий труд, любая, даже самая простая, производственная операция невозможны без участия человеческого сознания. Но сознание бывает разным. Его содержание может не выходить за пределы эмпирического производственного опыта, унаследованного от старших поколений или приобретенного за годы собственной трудовой деятельности. Кроме этого «обыденного» производственного сознания есть более высокий вид умственной производственной деятельности–научное мышление, связанное с сознательным применением науки. Оно характерно прежде всего для инженерно–технических и научных работников и направлено на развитие и совершенствование техники и технологии производства.

В настоящее время преобладающая часть высших, т. е. научных, функций производственного процесса выполняется специальными людьми: инженерами, техниками, работниками науки. Что касается рабочих, то они пока что осуществляют главным образом обычные духовные функции труда. Однако подобное положение не может сохраняться вечно.

Соревнование за коммунистический труд, новаторское движение тем и замечательны, что их участники, овладевая знаниями, наукой, уже сейчас берут на себя значительную долю тех высших функций труда, которые раньше были исключительной прерогативой инженеров и научных работников. Рабочие смело вторгаются в их «владения», все более приобщаются к науке, к творческой деятельности.

Казалось бы, например, что создание новых инструментов, совершенствование конструкций резцов, фрез и т. п. — дело специалистов, а не рядовых рабочих. Между тем на практике значительная часть творческой работы по изобретению и совершенствованию режущего инструмента осуществляется рабочими. Многое сделали в этой области труженики ленинградских предприятий. Несколько оригинальных конструкций фрез создали и внедрили в производство новаторы Кировского завода. Некоторые фрезы, предложенные Б. Я. Карасевым и И. Д. Леоновым, вошли в государственный стандарт взамен старых образцов. Рабочий станкостроительного завода им. Я. М. Свердлова В. С. Кузнецов изобрел новую, еще более производительную фрезу, успешно конкурирующую с фрезой И. Д. Леонова. Созданием новых конструкций режущего инструмента только в Ленинграде занимаются сотни талантливых рационализаторов и изобретателей из рабочих. Благодаря их усилиям удалось намного повысить общие скорости резания металлов на действующем станочном оборудовании. В свою очередь опыт новаторов–скоростников является значительным вкладом в научную теорию резания.

У рабочих, берущих на себя некоторые научно–инженерные функции производства, в содержании их умственного труда эмпирический опыт и обычные навыки все более уступают место научному познанию. И это закономерно. Технический прогресс преобразовывает характер самой духовной деятельности непосредственных производителей материальных благ. С уменьшением значения физических сил рабочего надает роль и «обыденного» производственного сознания.

Из этого, однако, не следует, что уже сейчас всюду производственный опыт, личное искусство и мастерство, «обыденное» производственное сознание потеряли всякую ценность. В отраслях, где имеет место ручной труд, мастерство и опыт, навыки и сноровка рабочего и поныне играют немаловажную роль.

Творить, заниматься рационализацией производства можно, конечно, и на базе эмпирического опыта, смекалки, обычных знаний. Но такое творчество с самого начала ограничено. Наука здесь или вовсе не применяется, или используется стихийно.

Для подлинного творчества необходимо владение научными знаниями. Тем более оно необходимо в условиях работы с современной техникой, функционирование и развитие которой невозможны на основе одних эмпирических знаний, без науки. Это хорошо сознают участники соревнования за коммунистический труд. Не случайно они наряду с улучшением производственных показателей берут обязательства учиться, повышать свой общеобразовательный и технический уровень. Овладение наукой помогает им активно участвовать в техническом творчестве, которое становится их духовной потребностью. Так развертывающийся технический прогресс, широкое приобщение к нему самих производителей и тесно связанный с этим подъем их общеобразовательного и технического уровня необычайно расширяют и углубляют научную самодеятельность трудящихся.

В настоящее время эта самодеятельность проявляется в массовом рационализаторстве и изобретательстве. Она приобрела и свои специфические организационные формы. Одна из них — советы новаторов. Такие советы с различными секциями имеются уже на многих крупных предприятиях. Задачи, которые ставят перед собой советы новаторов, не уступают по своему значению инженерно–техническим изысканиям. Например, совет новаторов завода «Русский дизель» в Ленинграде добивается полной ликвидации на предприятии ручного труда путем механизации и автоматизации всех производственных процессов. Коллектив заводских новаторов целеустремленно и планомерно работает над созданием пневматической оснастки и других важных приспособлений.

Движение рационализаторов и изобретателей, ставшее одним из наиболее замечательных явлений нашей жизни, имеет глубокий исторический смысл. Ведь рационализаторство и изобретательство — такая форма духовной деятельности, которая выражает переход к научному творчеству. Здесь движущей силой служит уже не обычное эмпирическое сознание, а сознание, обретающее черты научного мышления. Научным оно становится по двум причинам.

Во–первых, рабочий–новатор в процессе труда не просто механически приводит в движение орудия производства, а видоизменяет, совершенствует их. Техническое же творчество предполагает применение научных знании. С этой точки зрения весьма характерно начинание инженера Ижорского завода И. В. Яшина. Он организовал производственно–технический семинар, на котором рабочие–сварщики стали изучать техническую литературу по своей специальности. За четыре года группа, руководимая И. В. Яшиным, изучила свыше 300 книг, брошюр, статей и аннотаций на статьи в технических журналах по вопросам сварки, а также листков по обмену опытом. Благодаря постоянной учебе члены группы реализовали в производстве около 100 крупных нововведений и 200 более мелких, что дало возможность облегчить труд рабочих и повысить его производительность более чем на 50%. [124].

Во–вторых, рабочий–рационализатор в поисках нового нередко проводит настоящее научное исследование, т. е. от применения науки переходит к ее развитию. В своей деятельности он пользуется научными методами: ставит эксперименты, ищет теоретические основания для своих нововведений.

Например, на ленинградском заводе «Вибратор» слесарь Н. Н. Васильев имеет свою лабораторию, где практически проверяет теоретические расчеты конструкций создаваемых им станков и механизмов. Многие рабочие проводят в заводских лабораториях или в производственных условиях опыты, устанавливают ту или иную закономерность технологического процесса и на основе полученных данных изменяют сам процесс.

Рационализаторство и изобретательство несут на себе немалую долю тех научных функций, без осуществления которых немыслимо современное производство. Все же новаторство и техническое творчество трудящихся пока еще остаются на ступени научной самодеятельности и отличаются от профессиональной научно–технической работы. Основное свое время и силы большинство рабочих отдают непосредственному производству материальных благ. Непосредственное участие в материальном производстве и умственный труд выпадают на долю различных людей. Соответственно этому сохраняется различие (как по характеру, так и по уровню) между научной самодеятельностью масс и трудом инженерно–технических и научных работников.

Указанное различие окончательно отпадет на высшей фазе коммунизма, когда в результате гигантского прогресса производительных сил необходимое рабочее время сократится до минимума. Этим будет создана возможность поднять научную самодеятельность масс до уровня профессиональной научно–инженерной работы, что вызывается не только необходимостью уничтожения классовых и социальных различий между людьми, но и потребностями развития самого производства. В будущем обществе процесс производства преобразуется настолько, что он в полном объеме выступит объектом практического применения науки. Поскольку же главным содержанием производительного труда в условиях такого производства станет умственная деятельность, то и рабочий должен будет обладать сознанием, находящимся на уровне научного мышления. Иначе он не сможет функционировать как производитель материальных благ.

Кроме того, овладение наукой окажется необходимо рабочему и для выполнения задач по дальнейшему развитию самой техники и науки. Эти задачи после преодоления социальных различий между умственным и физическим трудом будут возлагаться не на особую прослойку профессиональных ученых и инженеров, а на тех же самых работников. Им предстоит быть творцами науки, новых машин и механизмов и одновременно теми, кто применяет их в процессе производственной деятельности.

Все это, конечно, — дело будущих поколений, членов развитого коммунистического общества. На начальных же его этапах непосредственные производители еще не смогут выполнять все необходимые для процесса производства научно–технические функции. Развитие науки в ближайшем будущем останется специальным занятием профессиональных научных работников, хотя рабочие и крестьяне постепенно, одну за другой будут «отбирать» их профессиональные функции, пока не овладеют ими полностью.

Из сказанного ясно, какую великую историческую миссию берут на себя бригады и ударники коммунистического труда, включая в свои обязательства учебу, овладение наукой и рационализаторство. Их трудовая активность все более направляется на творческое развитие техники и науки, что составляет важный элемент коммунистического труда. Если раньше черты коммунизма проявлялись главным образом в отношении рабочего к труду, то теперь они возникают в самом содержании труда.

Другим важным качественным изменением в характере умственной деятельности рабочих, полностью соответствующим требованиям закона перемены труда, является политехнизация производственной культуры рабочих.

Необходимость политехнического образования подрастающего поколения К. Маркс связывал с действием закона перемены труда. «…Не подлежит никакому сомнению, — писал он, — что неизбежное завоевание политической власти рабочим классом завоюет надлежащее место в школах рабочих и для технологического обучения, как теоретического, так и практического». [125].

Капиталистическое общество органически неспособно решить проблему политехнизации производственной культуры рабочего. В социалистическом же обществе, особенно в условиях его перехода к коммунизму, эта задача встает во весь рост. Политехническое обучение призвано ликвидировать недостатки в развитии производителя, порожденные разделением труда между людьми. Потребность материального производства в работниках, обладающих подвижностью, способных к перемене различных видов трудовой деятельности, может быть удовлетворена только на основе широкого общего и политехнического образования.

Опыт промышленности показывает, что всякий раз, даже при незначительных изменениях в технике производства, становится необходимым приобретение рабочими нового производственного опыта и навыков и соответствующих теоретических знаний. Еще более эта необходимость проявляется при переходе от одного вида трудовой деятельности к другому.

Политехническое обучение во всех звеньях системы народного образования, начиная со школы и кончая вузом, — ключ к решению проблемы формирования работника, способного сравнительно легко ориентироваться в сложной и изменяющейся технике современного производства.

В. И. Ленин, раскрывая смысл политехнизации, указывал на такие ее черты, как «бесплатное и обязательное общее и политехническое (знакомящее в теории и на практике со всеми главными отраслями производства) образование для всех детей обоего пола до 16 лет; тесную связь обучения с детским общественно–производительным трудом». [126] Эти ленинские положения были учтены при формулировании соответствующих пунктов Программы партии, принятой на VIII съезде РКП (б). Однако в прошлом, особенно в голы индустриализации, политехнизацию школы было трудно осуществить надлежащим образом — страна не располагала достаточной для этого материально–технической базой. Обстоятельства тогда сложились так, что народному хозяйству требовались специалисты, подготовленные путем профессионального обучения. Впоследствии политехнизацию задерживал имевший место на практике отрыв обучения от производительного труда.

Ныне положение существенно изменилось. Задачи коммунистического строительства не могут быть успешно выполнены людьми, обладающими узкопрофессиональной подготовкой. Совершенствование же системы народного образования в направлении преодоления этой ограниченности возможно лишь на путях политехнизации обучения. Новая Программа партии предусматривает в течение ближайшего десятилетия осуществить обязательное среднее общее и политехническое образование для всех детей школьного возраста и образование в объеме 8 классов для той части молодежи, которая занята в народном хозяйстве и не имеет соответствующего образования. В следующем десятилетии всем будет предоставлена возможность получить полное среднее образование. «Среднее образование, — говорится в Программе партии, — должно обеспечивать прочное знание основ наук, усвоение принципов коммунистического мировоззрения, трудовую и политехническую подготовку в соответствии с возрастающим уровнем развития науки и техники, с учетом потребностей общества, способностей и желаний учащихся, а также нравственное, эстетическое и физическое воспитание здорового подрастающего поколения». [127].

Политехническое обучение, связанное с трудом, имеет целью подготовить работника нового типа, овладевшего основами науки и техники и сочетающего в своей деятельности умственный и физический труд. Этот работник будет освобожден от отрицательного влияния разделения материального и духовного труда между разными людьми.

В условиях, когда процесс стирания различий между умственным и физическим трудом вступает в новый этап и невиданно возрастает роль умственного труда, особенно важной становится проблема планомерной подготовки новых работников, обеспечения планомерного развития главной производительной силы общества. Уже один тот факт, что ныне складывается известное противоречие между уровнем и характером подготовки рабочих, с одной стороны, и состоянием определенных видов техники, с другой, заставляет глубоко задуматься над вопросом: как и каких рабочих надо готовить в настоящее время — должны ли они быть приспособлены к формам организации труда, основанным на узком его разделении, или их подготовка должна отвечать принципу перемены труда и совмещения профессий, или, наконец, их следует готовить с учетом требований как первого, так и второго рода?

Важность планомерной подготовки кадров проистекает также из особенностей процесса создания материально–технической базы коммунизма, который предполагает коренные сдвиги в технике, быстрое развитие новых отраслей и видов производства.

Известно, что в промышленности сложилась практика составления текущих, годовых планов подготовки и повышения квалификации рабочих кадров. Они сыграли важную роль в обеспечении промышленных предприятии кадрами рабочих соответствующих профессий и квалификаций, в развертывании широкой сети различных форм профессионально–технического обучения на производстве.

Вместе с тем нельзя не видеть, что сейчас текущего планирования в данной области уже недостаточно. Текущие планы не могут отразить влияния перспектив развития техники и производства на профессиональный состав и квалификационный уровень подготавливаемых кадров. Отсутствие перспективного планирования подготовки кадров зачастую приводит к тому, что в ходе выполнения производственной программы предприятия сталкиваются с большими трудностями в обеспечении производства и отдельных его звеньев работниками потребных специальностей и квалификации.

Более того, в последние годы одним из отрицательных следствий сложившейся практики планирования было возникновение частичных диспропорций между действительными потребностями отдельных отраслей народного хозяйства в кадрах и количеством квалифицированных рабочих, фактически подготавливаемых системой профессионально–технических учебных заведений. Хозяйственные органы строили свои заявки на рабочие кадры на малообоснованных требованиях промышленных предприятий, которые исходили не столько из учета факторов, связанных с перспективами развития производства, сколько из временных и преходящих обстоятельств.

В недавнем прошлом текущие планы составлялись отраслевыми министерствами и доводились до каждого предприятия. Опыт показал, что эти планы не имели достаточного научного обоснования, не всегда учитывали производственные задачи и состав кадров предприятия. При разработке подобных планов за основу расчета контингента работников, подлежащих обучению, брались отчетные данные за предыдущий год, в которые вносились коррективы, подчас весьма произвольные.

Текущее планирование, как правило, не распространяется на формы обучения, рассчитанные на длительный период. Годовые планы охватывают лишь краткосрочные виды обучения, так называемую курсовую систему. Наиболее же эффективные формы повышения культурно–технического уровня кадров, например школы рабочей молодежи, сочетающие профессиональную подготовку с общеобразовательным обучением, в планах предприятий, по существу, не учитываются.

Как известно, важнейший принцип социалистического планирования заключается в сочетании перспективных и текущих планов. Последние лишь тогда полностью отвечают задачам развития производства, когда они являются органической частью перспективных планов. Этим принципом следует руководствоваться и при разработке планов повышения культурно–технического уровня кадров.

Необходимость перспективного планирования подготовки кадров обусловлена многими причинами.

Прежде всего, только такое планирование позволяет правильно определить перспективную потребность в соответствующих кадрах и своевременно организовать их планомерную подготовку. Конечно, при определении потребности в квалифицированных рабочих на перспективный период трудно предвидеть абсолютно все изменения, которые могут повлиять на ее величину. Но тем более трудно представить, чтобы плановые органы могли в централизованном порядке глубоко изучить и всесторонне учесть влияние факторов, воздействующих на потребность различных отраслей промышленности и промышленных предприятий в квалифицированных рабочих, и дать обоснованный расчет этой потребности на планируемый период по республикам, экономическим районам, отраслям промышленности.

Основным звеном планирования подготовки квалифицированных рабочих и инженерно–технических кадров должны стать предприятия. Затем должен разрабатываться в отраслевом разрезе перспективный план подготовки квалифицированных кадров экономического района. Такой план может быть научно обоснован, поскольку его разработка начинается непосредственно на предприятиях, где возможно наиболее полно учесть перспективы развития производства и совокупность факторов, воздействующих на размер перспективной потребности в рабочих кадрах соответствующих профессий.

Необходимость перспективного планирования подготовки кадров вызывается еще одним важным обстоятельством. Известно, что внедрение новой техники сопровождается высвобождением части рабочих. Чтобы использовать их на данном или на других предприятиях, такие рабочие должны пройти переподготовку. А для этого необходимо заблаговременно определить, сколько потребуется рабочих соответствующих специальностей и квалификации. Нужно также, чтобы и сам рабочий на участках, где осуществляется комплексная механизация и автоматизация производственных процессов, заранее знал, на каком оборудовании, по какой специальности и где после проведения автоматизации он будет работать. Обеспечение непрерывности процесса повышения квалификации рабочих требует создания на предприятиях системы обучения, рассчитанной на длительный период, что дало бы возможность каждому рабочему последовательно расширять свои технические знания и совершенствовать профессиональное мастерство.

Реализовать все эти задачи только на основе текущего планирования нельзя: организацию непрерывного повышения квалификации рабочих можно органически связать с изменением потребностей производства лишь путем разработки перспективных планов подготовки кадров.

В промышленности СССР неуклонно растет число рабочих, повышающих свой общеобразовательный и профессионально-технический уровень без отрыва от производства. Но, как уже отмечалось, на предприятиях есть еще немало рабочих, не имеющих достаточного образования. Разработка перспективных планов повышения культурно–технического уровня работающих явится одним из действенных факторов решения поставленной Программой КПСС задачи — уже в первом десятилетии обеспечить образование в объеме 8 классов для той части молодежи, которая занята в народном хозяйстве и не имеет соответствующего образования.

Увеличение численности рабочих, обучающихся в вечерних школах, техникумах и вузах, во внутризаводской курсовой сети, опять–таки требует дальнейшего совершенствования планирования повышения культурно–технического уровня кадров и руководства этим делом.

Составление и выполнение перспективных планов позволит ввести всю работу по подготовке и переподготовке работников в плановое русло и ликвидировать имеющиеся в данной области элементы стихийности, особенно, текучесть кадров.

А текучесть все еще велика. Только за 1958 г. прямые и косвенные потери от нее в промышленности совнархозов составили 1,8 млрд. рублей, а в 1960 г. превысили 2 млрд, рублей. В целом в промышленности и строительстве ежегодные потери от текучести кадров достигают почти 3 млрд. рублей. [128] На предприятиях Свердловского совнархоза в 1958 г. выбыло около 30% среднесписочного состава рабочих, в 1959 г. — 29% и в 1960 г. — 27%. Текучесть кадров на предприятиях Ленинградского совнархоза составила в 1962 г. 17,3%, в 1963 г. — 16,8%. [129].

По данным массового единовременного обследования причин текучести, проведенного Научно–исследовательским институтом труда на предприятиях промышленности и строительства, возраст 85% выбывающих рабочих не превышает 35 лет, в том числе рабочие в возрасте от 18 до 25 лет составляют более 50%. Трудовой стаж подавляющего числа лиц, меняющих место работы, не превышает трех лет, Следовательно, текучесть происходит в основном за счет молодых рабочих с небольшим трудовым стажем.

Уход молодых рабочих с предприятии во многих случаях объясняется недостатками в организации производства и труда: увольняются те, кто занят малоквалифицированным трудом, а также используемые длительное время не по специальности. Часто молодые рабочие меняют место работы с целью приблизить свою деятельность к профилю техникума или вуза, в которых они учатся. На увольняющихся по этой причине на некоторых предприятиях приходится от 10 до 15% всех оставивших работу по собственному желанию. [130] Немало рабочих покидают работу из-за отсутствия на данном предприятии ясной перспективы повышения квалификации, культурно–технического роста.

Перспективное планирование подготовки и повышения квалификации кадров позволит в значительной степени устранить указанные причины и, следовательно, сократить текучесть рабочей силы. Практика показывает, что на предприятиях, где созданы благоприятные условия для учебы без отрыва от производства, где рабочий ясно видит перспективу повышения своей квалификации, текучесть намного меньше, чем на предприятиях, где таких условии нет. [131].

Промышленные предприятия располагают значительным резервом работников, которые имеют высокую общеобразовательную и профессионально–техническую подготовку и которые могут быть вовлечены в обучение в вечерних и заочных высших и средних технических учебных заведениях. За счет таких работников открывается возможность улучшения качественного состава инженерно–технических кадров предприятий.

Кроме того, сам контингент обучающихся в системе заочного и вечернего образования без отрыва от производства ставится при перспективном планировании в прямую зависимость от ожидаемой дополнительной потребности промышленных предприятий в инженерно–технических кадрах высшей и средней квалификации. На более надежную основу переводится и практика направления предприятиями своих рабочих и служащих в высшие и средние специальные учебные заведения. Многое в этой области уже делается. Предприятия Ленинградского экономического района теперь ежегодно направляют в плановом порядке для обучения в вечерних и заочных вузах и техникумах свыше 10 тыс. человек и в дневные вузы в качестве своих стипендиатов — свыше 1 тыс. человек. [132].

Перспективные планы подготовки и повышения квалификации кадров позволяют обоснованно расширять сеть вузов и техникумов, а также их филиалов на заводах и фабриках. За последние годы в Ленинграде были открыты: втуз на Металлическом заводе им. XXII съезда КПСС, два общетехнических факультета, 20 филиалов вечерних отделений вузов и техникумов, 19 учебно–консультационных пунктов вузов и техникумов, 12 учебных точек вузов.

Тесная увязка плановых расчетов потребности в кадрах с планами развертывания и использования сети, подготавливающей эти кадры без отрыва от производства, облегчает планомерное улучшение состава руководящих работников и технического персонала предприятий за счет дипломированных инженеров и техников. Решение этой задачи тем более важно, что во многих случаях инженерно–технические должности еще занимают так называемые практики. Например, на предприятиях Ленинградского совнархоза в 1963 г. они составляли 30% всех начальников цехов и их заместителей, 49% всех мастеров. В 1962 г. на должностях инженеров работало 60% техников и практиков. В целом в промышленности РСФСР 62% всех инженерных должностей занимали техники и практики. [133].

Техник, или инженер, получивший специальное образование без отрыва от работы на своем предприятии, как правило, намного лучше разбирается в специфике данного производства, чем выпускник стационарного вуза. Поэтому не случайно на передовых предприятиях стремятся укомплектовать инженерно-технический персонал своими рабочими, окончившими техникумы и институты. На ряде ленинградских машиностроительных предприятий созданы специальные аттестационные комиссии, которые отбирают рабочих, закончивших вузы, и направляют их на инженерно–технические должности.

Есть уже немало предприятий, где именно такие кадры служат основным источником пополнения инженерного персонала. Например, Ижорский завод в течение 1960–1961 гг. по путевкам Ленинградского совнархоза принял 67 выпускников дневных отделений ленинградских институтов. За это же время из числа заводских студентов на инженерно–технические должности было переведено более 200 человек, т. е. в 3 раза больше. [134].

В 1962 г. удовлетворяли свою потребность в техниках исключительно за счет рабочих, обучавшихся без отрыва от производства, Невский машиностроительный завод им. В. И. Ленина, все текстильные предприятия Ленинградского экономического района, система Ленэнерго и другие предприятия. Полиграфическая промышленность совнархоза полностью обеспечивает себя таким способом не только техниками, но и инженерами.

В общей массе специалистов, вливающихся ежегодно в промышленность, доля подготовленных без отрыва от производства неуклонно возрастает. Это наглядно видно из табл.10.

Таблица 10.

Соотношение специалистов, поступивших в промышленность Ленинградского совнархоза из дневных, вечерних и заочных учебных заведений *

* «Вестник Ленинградского университета», 1964, № 17, стр.53.

Как показывают данные таблицы, начиная с 1962 г. инженеры, подготовленные без отрыва от производства, составляют уже более половины всех специалистов высшей квалификации, приходящих в ленинградскую промышленность. Что касается техников, то среди них окончившие вечерние и заочные техникумы преобладают уже с 1960 г., причем их количество превышает число выпускников дневных техникумов в несколько раз. К 1970 г. предусматривается обеспечивать потребность предприятий Ленинградского совнархоза в кадрах высшей и средней квалификации в основном путем подготовки рабочих и служащих через систему вечернего и заочного специального образования. [135].

Данная тенденция опять–таки требует перспективного планирования подготовки и повышения квалификации кадров. Заранее определить замещение инженерно–технических должностей рабочими, заканчивающими вузы и техникумы без отрыва от производства, невозможно при наличии одного лишь текущего планирования подготовки кадров.

Разработка на каждом предприятии перспективного плана подготовки и повышения квалификации кадров важна для планирования профессионального обучения и трудоустройства молодежи, оканчивающей средние школы. Ведь совершенно очевидно, что одно с другим тесно связано. Только зная перспективную потребность предприятий и экономических районов в работниках необходимых профессий, можно установить, какое их количество должно быть подготовлено вне предприятий, а какое — на самих предприятиях.

К каким последствиям приводит иногда отсутствие такой увязки в планах, показывает печальный опыт Запорожской области, о котором сообщалось в нашей печати. В 1960 г. там выявилось явное несоответствие между реальной потребностью ряда предприятий и строек в работниках определенных специальностей и профилем производственного обучения учащихся средних школ. Только по одному району из школ было выпущено 1303 швеи, а их требовалось в год всего 150–200 человек; в то же время общая потребность района в строителях составила 1000 человек, а школы подготовили всего 329 рабочих этой профессии. [136] В Новосибирской области в 1963 г. лишь 11% выпускников средних школ работало по специальностям производственного обучения. [137].

Составление на предприятиях только текущих планов подготовки и повышения квалификации кадров отрицательно сказывается на перспективном планировании этого важнейшего дела в вышестоящих плановых органах. Всесторонне обоснованный перспективный план по экономическим районам можно разработать лишь при наличии аналогичных планов на предприятиях. Не будет достаточно точным перспективное планирование подготовки кадров в масштабе республики и страны, если оно не подкреплено соответствующими планами по экономическим районам.

Работа по составлению перспективных планов подготовки кадров, проведенная на предприятиях, а затем во всех экономических районах, помогла бы Госпланам республик и Госплану СССР, Государственному комитету при Госплане СССР по профессионально–техническому образованию. Министерству высшего и специального среднего образования СССР, министерствам просвещения союзных республик разработать обоснованный перспективный план подготовки, переподготовки рабочих и трудоустройства подростков.

С инициативой перехода к перспективному планированию подготовки кадров выступили еще в конце 50‑х гг., в период составления семилетнего плана развития народного хозяйства СССР, некоторые промышленные предприятия Ленинграда. В содружестве с экономическим факультетом Ленинградского университета они разработали перспективные планы подготовки и повышения квалификации кадров на 1959–1965 гг. Первоначально такой план был разработан в апреле 1958 г. на заводе «Красный металлист». Позже аналогичные планы появились на заводах Металлическом, Невском машиностроительном, «Электросила» и ряде других предприятий.

Переход к перспективному планированию заставил коренным образом улучшить всю постановку производственно–технического обучения на предприятии. Были созданы двухгодичные производственно–технические курсы с расширенными учебными планами, включающими кроме специальных общеобразовательные дисциплины (основы математики, физики, химии). Последние особенно важны для тех рабочих, которые имеют большой производственный стаж, но недостаточную общеобразовательную подготовку. На Металлическом заводе, например, в лаборатории водяных турбин пришли к выводу о необходимости организовать двухгодичные производственно–технические курсы по изучению радиоэлектронной аппаратуры и автоматики для электромонтажников и радиомехаников, а также двухгодичные курсы повышения технических знаний для высококвалифицированных слесарей, токарей и рабочих некоторых других специальностей.

Перспективные планы повышения культурно–технического уровня кадров позволили предприятиям внести обоснованные предложения о расширении учебно–материальной базы учебных заведений и их приближении к производству. На Невском машиностроительном заводе создан заводской учебный комбинат. Он состоит из школы рабочей молодежи, техникума, вечернего отделения энергомашиностроительного факультета Политехнического института, а также сети внутризаводского технического обучения.

Учитывая опыт предприятий, разработавших семилетние планы подготовки и повышения квалификации кадров. Советом народного хозяйства Ленинградского экономического района было принято постановление о составлении таких планов на всех предприятиях.

Значение перспективных планов повышения культурно–технического уровня кадров состоит в том, что, связывая работу в этой области с перспективами развития материально–технической базы производства, они направляют в планомерное русло процесс преодоления социальных различий между рабочими и работниками инженерно–технического труда.