Плыть по течению.

Когда я пишу это, я, наверное, в самом худшем состоянии за последнее время. Сейчас не так плохо, как в тот ужасный период, когда я потерял все, но действительность, прямо скажем, не сверкает. Дело в том, что если жизнь просто работает какое-то время, вы привыкаете к ней и думаете, что так оно и будет продолжаться. Когда что-то хреново, когда вы глубоко погружены в кризис, кажется, что все будет хреново вечно. Вы не можете представить себе выход. А когда все хорошо, вы живете так, словно хорошо было всегда.

Итак, я спрашиваю себя, если бы мне пришлось заглянуть глубже, почему я подавлен, почему реальность больше не является волшебством? Ответ: я ленив. Когда я был болен, то сосредотачивал свой ум с силой отчаяния. Но по мере того, как жизнь становилась лучше, а позже превратилась в страну чудес, я начал плыть по течению. Позволил уму дрейфовать без практики. Шли дни, недели без медитации. Мне казалось, что любовь к себе глубоко укоренилась в моем сознании и образе жизни, поэтому я перестал работать в этом направлении.

После того как вы испытали подобное и знаете, что повседневное волшебство возможно, то должны делать все, что в ваших силах, чтобы так оно было и дальше. Я сейчас нахожусь в точке, когда повторяю цикл «я люблю себя», и это кажется странным.

Я ловлю себя на том, что ищу менее сильное слово, чем любовь. То, что будет ощущаться правильным. Но если любовь неправильна, то ничто не может быть правильным.

Ирония в том, что именно я поделился этой истиной с друзьями. «Любите себя, – сказал я им, – посмотрите, что это сделало со мной. Это работает, это в самом деле работает». Все верно. Но кому нужен финансовый совет от человека, который едва сводит концы с концами?

Поэтому я задаю себе вопрос: «Если бы я любил себя глубоко и искренне, что бы я сделал?» Мне нравится этот вопрос. В нем нет угрозы, нет верного или неверного ответа – только приглашение к поиску истины. Ответ прост: «Я бы посвятил себя практике». И я бы также поделился еще одним инсайтом: не позволяйте себе расслабиться, когда все идет отлично. Легко желать здоровья, когда вы больны и прекрасно понимаете, как оно важно. Поэтому, даже если все хорошо, вам нужна такая же бдительность, как и в темные времена.

Честно говоря, это меня немного пугает. Выбраться из помойки и добиться того, чтобы жизнь заработала, – это здорово. Но если жизнь и так работает, а я продолжаю практику, то как все сложится? Смогу ли я справиться с тем, что будет в этом случае? Это сильный трюк, который проворачивает беспокойный ум. Поэтому я возвращаюсь к вопросу: «Если бы я любил себя, искренне и глубоко, что бы я сделал?» Ответ приходит легко: я бы взлетел. Взлетел так высоко, как это только возможно.

А потом еще выше.

Сейчас, с вашего позволения, я возвращаюсь к медитации.