Глава 70 Отец.

Поздно вечером вернулись ребята в Москву. Когда Миша добрался домой, была уже полночь.

Мама сидела за столом и читала книгу. Когда Миша вошел в комнату, она обернулась к нему и молча укоризненно покачала головой.

— Понимаешь, мама, — быстро заговорил Миша,— встретили в Пушкине знакомых, вот и задержались. Я там и поужинал, так что ты не беспокойся.— Он заглянул через ее плечо в книгу.— Ты что читаешь? А… «Анна Каренина»…

Она почувствовала в его голосе равнодушие и спросила:

— Тебе не нравится?

— Не особенно. Я больше «Войну и мир» люблю.— Миша сел на кровать и начал раздеваться.

— Почему?

— Почему? В «Войне и мире» герои все серьезные: Болконский, Безухов, Ростов… А здесь не поймешь, что это за люди. Стива этот — бездельник какой-то. Ему сорок лет, а он из себя все деточку строит.

— Не все герои легкомысленны,— возразила мама.— Например, Левин.

— Да, Левин, конечно, посерьезней. Да и то его ничего, кроме своего хозяйства, не интересует.

— Видишь ли, — мама медленно подбирала слова,— это были люди своего времени, своего общества…

— Я понимаю. — Миша уже лежал под одеялом, заложив руки под голову. — Это великосветское общество. Но и в «Войне и мире» тоже рисуется великосветское общество. А посмотри, какая разница. Там люди имеют какие-то цели, стремления, сознают свой долг перед обществом, а здесь не поймешь, для чего живут эти люди — например, Вронский, Стива. Вот скажи: ведь человек должен иметь какую-то цель в жизни?

— Конечно, должен, — сказала мама, — но, по-моему, каждый из героев «Анны Карениной» имеет цель. Правда, эти цели сугубо личные: например, личное счастье, жизнь с любимым человеком. Маленькие цели, но всё же цели.

Миша поднялся на локте: — Какая же это цель, мама! Если так рассуждать, то каждый человек имеет цель. Выходит, у алкоголика тоже есть цель: каждый день пьянствовать. И у нэпмана: деньги копить. Я вовсе не о такой цели говорю.

— А о какой же?

— Ну, как бы тебе сказать… Цель должна быть возвышенной, понимаешь? Благородной.

— Всё же?

— Ну, например, мы вот на днях разговаривали с Константином Алексеевичем. Он сам рассказывал. Раньше он служил только из-за денег. Где больше платят, там и служит. Значит, у него цель не возвышенная. А если он сейчас работает круглые сутки и хочет восстановить фабрику, чтобы у нас в стране было много товаров, — значит, у него цель благородная. Может быть я, привел неудачный пример, но я так понимаю.

— Чем же он виноват? Ведь раньше он не мог ставить себе такой цели. Он работал у капиталиста, и, конечно, ни-что, кроме жалованья, его не интересовало.

— Значит, он не должен был работать, — решительно ответил Миша. — Ведь папа не работал на капиталистов.

— Не совсем так, — мама качнула головою: — папе приходилось работать и у капиталистов.

— Это совсем другое дело. Он работал, чтобы заработать на существование. Но ведь не это было главным в его жизни. Ведь он был революционер. И отдал жизнь за революцию. Значит, у него была в жизни самая возвышенная, самая благородная цель.

Они помолчали.

— Знаешь, мама, — сказал Миша, — я себе очень хорошо представляю папу. Мне вот кажется, что он никогда ничего не боялся.

— Да, — сказала мама, — он был очень смелый человек.

— И потом, — продолжал Миша, — мне кажется, что он никогда не думал о себе, о своем благополучии, и самое высшее для него были интересы партии.

Они замолчали. Миша знал, что маме тяжело вспоминать об отце, и он больше не задавал ей вопросов.

Потом мама закрыла книгу, потушила свет и тоже легла в постель, а Миша еще долго лежал с открытыми глазами, всматриваясь в лунные блики, скользившие по комнате.

Разговор с матерью взволновал его. Может быть только сейчас, когда они говорили о цели в жизни, он впервые отчетливо почувствовал, что детство кончается и он вступает в жизнь.

И, думая о своем будущем, он не хотел никакой другой жизни, кроме такой, какую прожил отец и такие люди, как отец, — люди, отдавшие свою жизнь великому делу революции…