Глава девятая.

На следующий день Майк проснулся позже всех. Когда он открыл глаза, оказалось, что несколько рекрутов во главе с Логаном готовятся выйти на крышу, чтобы привести в рабочее положение внешнюю антенну Барбекю, остальные занимались уточнением списков запасных частей. Однорукий дед возился с приготовлением завтрака, варвара нигде не было. Обстановка была деловая и спокойная, и это немного успокоило Майка.

Вчера вечером, после демарша, устроенного косматым болваном, электорат повел себя странно. Никто не возмущался наглости варвара и не выражал протест. Полярные деды сидели молча, словно немые, и продолжали доедать ужин. Новички были явно обескуражены, но чем именно, понять не удавалось. Никто не высказывал своего мнения, некоторые лишь коротко перешёптывались с ближайшим соседом и делали это шёпотом. Майк, вне себя от ярости, произнес целую речь об угрозе национальной безопасности Новой Америки, которую представляет собой русский громила, и прямо требовал от электората объявить жлобу бойкот и взять его под арест. Экспедиция была укомплектована арктическими винтовками из расчёта одна единица на каждого члена команды, и у троглодита не было шансов. Но трусливому электорату не хватило смелости открыто выступить против супермясного жлоба. Они кивали головами, соглашаясь со словами Майка, но на все его доводы отвечали одно и то же: русский нам ещё нужен, сейчас нельзя портить с ним отношения. Сначала необходимо вывести Реактор в штатный режим, а после этого можно будет разобраться с варваром. Майка такая позиция не устроила, но ему пришлось уступить мнению большинства. В обмен на это он потребовал, чтобы ему дали возможность проводить сеанс связи с мистером Коэном лично. Необходимо предупредить его обо всём и попросить прислать вооруженных офицеров Комиссии по Ядерной Энергетике. Они легко контролировали варвара в «Эдеме», справятся с ним и здесь. Полярные деды не стали спорить и согласились.

Это насторожило Майка. Обычно отмороженные пенсионеры рычат на любое его предложение, а тут – безропотное согласие. Это подозрительно. Ещё более настораживали их разговоры между собой. Они не осуждали варвара. Правда, в его поддержку они тоже ничего не говорили, они вообще не касались этой темы, что было странно, ведь задеты честь и интересы Новой Америки! А их интересует лишь список запчастей и комплектующих. Майк даже лег спать раньше всех и сделал вид, что уснул, и принялся внимательно слушать, не станут ли влюбленные в русского отмороженные пенсионеры-шовинисты плести заговор. Но деды действительно обсуждали ремонтные работы и до глубокой ночи сидели за чертежами здания Барбекю. Даже после того, как они улеглись, никто ни о чем не шептался. В конце концов Майк уснул, утомлённый сбором информации. Проснулся он полный подозрений, но всё вроде было спокойно. Батлер прогулялся по третьему отсеку ради отправления естественных надобностей и выяснил, что варвара в здании АЭС нет. Значит, он сидит на крыше, в своем чертовом снежном вигваме. Это Майка устраивало. Чем меньше головорез находится среди электората, тем ниже его разрушительное воздействие на их слабые мозги.

– Батлер, вот списки необходимых комплектующих! – однорукий Норри встретил его у входа в центральную пультовую. – Изучи внимательно, если что-то непонятно, спрашивай. Вот эта часть, – он отделил несколько страниц, – касается ремонта Барбекю. Остальное – запчасти для ретранслятора.

– Дерьмо! – Майк удручённо просматривал густые каракули карандашного текста. – Да тут половину слов придется по слогам разбирать! Надо будет попросить мистера Коэна, чтобы он привёз принтер, раз тут нет ни одного. И вообще, вы могли бы забить список в компьютер и просто перебросить его по радиосвязи!

– Блоки коммутации вышли из строя, – поморщился дед. – Мы не можем сделать этого. Эти блоки, кстати, в списках есть. Читай внимательнее, Батлер, сеанс связи через полтора часа, за это время списки могут дополниться.

– Почему? – подозрения снова нахлынули на Майка. – Вы что-то не проверили вовремя?

– Мы начинаем подготовку к пуску отопления в третьем отсеке, – старик кивнул на оставшихся членов экспедиции, надевающих арктическое снаряжение. – Точка аварийного управления бесполезна, ты знаешь. Жив вахтенный директор Грин или мертв – вне зависимости от этого нам нужно больше людей, чтобы отбить у мутантов сначала Бункер, а затем и весь Реактор. Техническое обслуживание центра управления АЭС завершено, остальное можно сделать только при наличии запчастей. Чтобы не терять время зря, мы решили приступить к проверке систем отопления. Так что список может вырасти. Мы знаем, что Коэн к тебе прислушивается, Батлер! Убеди его приложить максимум усилий, чтобы достать всё, что мы попросили. Может, ему придется повозиться с этим, зато нам потом будет легче проводить ремонт. Мы не хотим сидеть здесь без охраны, чем быстрее мы запустим отопление третьего отсека, тем раньше сюда привезут вооруженных людей. Не забывай, Батлер, что первый и второй отсек Барбекю заполнены мутантами. Если они прорвут баррикаду… Не тебе объяснять, что это такое, ты знаешь об этом лучше всех!

– Я решу с мистером Коэном любой вопрос, – успокоил его Майк. – Он воспримет мои слова максимально серьёзно, потому что он истинный патриот Новой Америки. Нам достанут всё, что может послужить спасению страны. Доверьтесь мне!

– Если бы мы сомневались в твоих способностях, Батлер, никто бы не пустил тебя к радиопередатчику, – заверил его пенсионер. – Но лучше тебя с Коэном никто поговорить не сможет, а нам нужны эти запчасти. Равно как нужна охрана и дополнительная рабочая сила. В общем, изучай список и жди дополнений. Я буду возле радиостанции, проверю усилитель, что-то шкала подстройки частот сбоит.

Майк принялся изучать дедовские каракули. Похоже, каждый из отмороженных пенсионеров что-то написал в эти списки. Он даже не подозревал, что комплектующих окажется так много, они решили провести капитальный ремонт или для атомных электростанций так и должно быть? Майк не специалист по АЭС и в таких вещах не разбирается, но поддержка Барбекю в идеальном состоянии оказалась делом гораздо более сложным, чем он думал. В итоге сеанс связи с госсекретарём занял более двух часов, тем более, что по результатам проверки систем отопления общий список запчастей действительно увеличился. Ещё три страницы каракулей рекруты передали Майку прямо в ходе сеанса связи. Государственный секретарь сначала выразил обеспокоенность тем, что экспедиция не выходила на связь регулярно, согласно договоренностям, но, узнав подробности, высоко оценил результаты деятельности своего помощника.

– Хорошая работа, Майк! Очень хорошая! – все члены экспедиции занимались ремонтом вне подуровня управления и никто не мешал переговорам. Даже однорукий полярный дед покинул радиоузел и ковырялся с каким-то оборудованием в центральной пультовой. Это позволило Майку назвать вещи своими именами, и госсекретарь остался доволен степенью подробностей. – Я рад, что у вас всё под контролем! Значит, использование точки аварийного управления невозможно?

– Абсолютно, сэр! – подтвердил Майк. – Я лично проводил её осмотр. Мутанты выломали входные двери и устроили там берлогу. Всё оборудование разрушено до состояния металлолома, пострадали даже стены, там нечего использовать. Мне очень жаль, сэр! Нам необходимо сосредоточиться на установлении связи с вахтенным директором Грином.

– Наш русский партнёр утверждает, что команда директора Грина мертва, – напомнил Коэн. – Как по-вашему, Майк, насколько члены экспедиции склонны доверять его прогнозу?

– Как правило, они верят ему безоговорочно, абсолютно не заморачиваясь рассмотрением доказательств, сэр! – усмехнулся Майк. – Однако сейчас на карту поставлена судьба Новой Америки, и даже они это понимают. Поэтому с сегодняшнего дня полным ходом ведутся работы по подготовке третьего отсека к приему вооружённого подкрепления. И ретранслятор они тоже готовы использовать. Но нам нужны запчасти, сэр!

– Заявленный вами список слишком велик, – голос государственного секретаря то выныривал, то вновь утопал в негромких, но густых помехах. – Мы не ожидали получить такой большой заказ. Нам потребуется время, чтобы разыскать всё необходимое. Наши специалисты уже обрабатывают заявку.

– У меня есть ещё, сэр! – заторопился Майк. – Дополнение к списку принесли только что! Это комплектующие для системы отопления помещений Барбекю!

– Мы предоставим вам всё необходимое, – заверил его Коэн. – Однако вылет шаттла придётся отложить, заявка превысила все ожидания. Диктуйте, Майк, мы ведём запись.

Сеанс связи закончился почти в три часа пополудни. Госсекретарь подтвердил получение всех данных, сказал, что о дне прибытия шаттла сообщит дополнительно, и покинул эфир. Усталый Майк вышел из радиоузла и обнаружил, что в подуровне управления по-прежнему никого нет. Пришлось надевать арктическое снаряжение и выходить в третий отсек. Там повсюду виднелись следы ремонтных работ: стояли сварочные аппараты и короба с инструментами, по полу тянулись электрические кабели, лежала свежая окалина и обрезки проводов. Но людей нигде не было, и Майк, недовольно скривившись, поднялся на крышу. И попал в царство идиотизма. Буран закончился, на улице стоял штиль, и вся экспедиция, вместо того, чтобы заниматься сверхважным делом, занималась строительством снежных хижин.

Обширная крыша Барбекю представляла собой уменьшенную и упрощенную копию варварского стойбища. От здоровенной хижины головореза, устроенной в центре, подобно солнечным лучам в разные стороны расходились отрытые в снегу траншеи, перекрытые сверху снежными плитами. Каждая из них проходила мимо хижин поменьше, образовывавших вокруг главного строения нечто вроде концентрических колец. Длина траншей была невелика, и первое кольцо из восьми хижин уже было отстроено. В настоящий момент разбившиеся на пары люди возводили второе кольцо жилищ и очень радовались этому идиотскому занятию. Косматый жлоб неспешно перемещался на лыжах от одной стройки к другой и поучал свою отмороженную паству ценными советами, что только повышало степень их восторга.

– А! Батлер! – в ближайшей к Майку паре обнаружился Логан. – Как прошел сеанс связи? – Полярный дедок уложил очередную снежную плиту под нелепым наклоном, но она, на удивление, не рухнула и стояла довольно прочно. – Коэн даст нам запчасти к ретранслятору? – Он уложил рядом ещё одну плиту и принялся орудовать обычной ножовкой в стыках между ними. – Без запчастей мы вынуждены терять время!

– Все комплектующие будут нам предоставлены, – Майк обвёл взглядом полярников, довольно ковыряющихся в снегу. – Но это потребует времени, шаттл задержится на несколько дней, до следующих торнадо… Что здесь происходит?!

– А разве не видно? – ехидно уточнил старый куклуксклановец. – Мы отрабатываем навыки выживания в условиях Холода, Батлер! Осваиваем строительство снежных хижин Иглу. Ты же полярник! Тебе хорошо известно, что время во время вахты необходимо тратить с пользой.

– Зачем нужны хижины, если после запуска Реактора в Новой Америке не останется снега?

– Так ведь из Австралии снег никуда не денется, сынок! – Логан был на редкость дружелюбен. – Навык строительства иглу будет полезен для вахт Реактора! Снежными конусами можно укрывать метеорологические приборы, кое-какие датчики и прочее выносное оборудование. Минимум затрат и усилий, зато гарантированная защита от буранов. Воронку, конечно, не удержит, но ничего не стоит после Воронки выстроить купол заново. Это час увлекательной возни, или меньше, если речь идет о небольшой хижине. Наш снег так хорошо утрамбован ветрами, что кирпичи из него режутся на раз! Скоро мы выстроим купол вокруг люка, и ты сможешь оценить плюсы, Батлер! При открытии и закрытии крышки внутрь Барбекю перестанет задувать полцентнера снега. Мы собираемся запустить там отопление, ты же не хочешь, чтобы под люком всегда чавкала грязь и талая вода?!

– О’кей, – согласился Майк и с недоумением ткнул рукой в нелепую конструкцию в виде старого рваного арктического снаряжения, надетого на воткнутую в землю крестовину. – А это что?!

– Экспериментальное психологическое оружие, – предельно серьёзно заявил старик. – Секретная разработка. Называется Пугало. Имитирует присутствие человека на крыше, что заставляет птиц держаться от неё подальше. Полевые испытания уже доказали её эффективность. Птицы опасаются подлетать к распахнутому люку и вентиляционным прорезям в хижинах.

Майк хотел посоветовать выжившему из ума пенсионеру заняться чем-то более полезным, например, организацией обеда, но в этот миг где-то совсем рядом раздалось рычание мутанта, и он отпрыгнул, холодея от страха. К счастью, на этот раз опасности не было. Это детёныш мутанта выполз из снежной хижины варвара и призывно ревел, уставившись на варвара. Косматый головорез подкатил к мутанту, опустился на корточки и принялся что-то там объяснять зверю с таким видом, будто был всецело уверен, что тот его поймет. Идиотизм.

– Возвращайся в центральную пультовую, Батлер, – посоветовал Логан, подрезая края очередному снежному блоку, только что водружённому на стену строящегося жилища. – Кто-то должен держать там всё под контролем. Если автоматика выведет тревожные сигналы – сразу сообщи! Заодно пообедай. Мы здесь ещё долго провозимся.

Тратить время на бессмысленные споры Майк не собирался. Более того, единственный раз совет отмороженного деда оказался дельным. Пора было позаботиться о своём проголодавшемся желудке, и Майк с удовольствием этим занялся. На обед никто с крыши так и не спустился, и спустя пару часов Майк вновь поднялся на крышу. Второй круг хижин был отстроен полностью, и крыша окончательно превратилась в примитивное дикарское стойбище, выглядящее совершенно пустынным. Чтобы понять, чем теперь занимается электорат, Майку пришлось влезть в одну из ведущих в траншеи нор и ползать от одной хижины к другой. Эти болваны понастроили снежных вигвамов чуть ли не в три раза больше, чем было их самих, и теперь жгли внутри них небольшие костры, подражая варвару. Типа, устраивали смерзание снежных плит в монолитный купол. Пока рекруты делали это, полярные деды собрались в хижине варвара, где Майк и застал их врасплох своим внезапным появлением.

– …отопление можно было бы включать уже завтра, – старый Рой негромко объяснял что-то остальным пенсионерам, в то время как варвар сидел в стороне и кормил из бутылки с самодельной соской своего мутанта. – Но система не выдержит резкого перепада температур, там всё собрано на честном слове! Чтобы всё не сгорело к дьяволу, нужно сначала повысить температуру в третьем отсеке хотя бы до отметки в минус сорок по Цельсию. Сейчас там минус шестьдесят, и это при условии, что на улице штиль. Поэтому мы разложим костры по всей площади третьего отсека. Столько, сколько хватит угольных брикетов. Но костры будут нагревать отсек несколько часов, зверьё почувствует тепло и начнёт ломиться в баррикаду. Выдержит ли она, вот вопрос…

– Может, усилить её заранее? – предложил Фергюс. – Обварить металлом уязвимые места?

– А как потом открывать? – возразил Рой. – Такое быстро разрезать не удастся! Мы и без того взволнуем мутантов, пока будем монтировать у самой баррикады тепловую завесу. Сварка, монтаж, обогрев, пробные пуски – зверьё всё это услышит, не говоря уже о тепле от сварочных работ.

– Предлагаю установить управляемые заряды взрывчатки на ворота, – Дорн набросал на снегу нехитрый чертеж. – Сюда и сюда. Их можно просунуть на шестах прямо через баррикаду, я проверял. Взрывы не разрушат баррикаду, но ослабят её и распахнут ворота. Нужно только правильно смонтировать тепловую завесу, чтобы её не снесло взрывом. Но это можно организовать.

– Зачем вы хотите взорвать баррикаду? – в решающий момент Майк выскочил из входной ямы в хижину, как чёртик из табакерки. – Вы хотите запустить мутантов в третий отсек?!

– Конечно, Батлер! – подтвердил Рой. Внезапное появление Майка их совершенно не смутило. – Мы закроем ворота в Барбекю и заблокируем мутантов внутри. Затем мы нагреем третий отсек и запустим их туда. И используем ядовитый газ! В тепле он быстро отравит их всех, а те, кто окажется наиболее живуч, потеряют способность к агрессии. Мы войдём в третий отсек и перебьём их. Барбекю будет нашей. Замдиректора Коэн привезет сюда вооружённых людей, и АЭС станет для них базой и плацдармом для захвата Реактора. Надеюсь, ты сообщил Коэну, что нам потребуется много солдат или хотя бы людей с оружием, умеющих им пользоваться?

– Я обговорил с мистером Коэном все вопросы! – отрезал Майк. – Откуда у вас ядовитый газ?

– Мы нашли его здесь, в одном из складов, – ответил дед. – Похоже, рейнджеры привезли его с собой для штурма Бункера, но не успели использовать полностью. Того, что осталось, нам хватит. Сейчас нужно решить, как запереть входные ворота в Барбекю. Это можно сделать только снаружи, а там всё кишит мутантами. Что предложишь, Батлер?

– Мы можем дождаться сильного ветра, – Майк покосился на человеко– и зверо-мутантов, устроивших драку в дальней части хижины. Пока побеждал человеко-мутант, запросто опрокинувший мелкого зверо-мутанта на спину. Но детёныш кровожадной твари не сдавался, он рычал, колотил жлоба лапами и пытался отгрызть ему пальцы, что вызывало у косматого психа довольную улыбку. – При сильном ветре мистер Свитогоа вполне способен справиться с мутантами. Пусть он спустится вниз и закроет ворота.

– В одиночку их не закрыть, там всё занесло снегом, и створы заклинило, – нахмурился Рой. – Необходимо откопать их и выровнять кувалдой там, где это неизбежно. И только потом запереть. Для этой процедуры потребуются человека три-четыре, не забывай, будет сильный ветер, и расчищенные створы будет постоянно заносить снегом. Придётся повозиться. И понадобится столько же людей с оружием, для охраны. Вдруг мутантов окажется много, и Свьятогор не успеет перебить всех. Нужны добровольцы, молодые и крепкие парни, имеющие опыт снегоуборочных работ. Батлер, лучше тебя у нас никого нет! Как твоя нога? Я вижу, ты уверенно двигаешься.

– Это только на четвереньках! – поспешил заявить Майк. – Наступать на ногу мне очень больно, я не могу опираться на неё! Мне требуется квалифицированная медицинская помощь, я подозреваю, что повредил сустав!

– Тогда тебе необходим постельный режим, Батлер! – сделал вывод Фергюс. – И поменьше перепадов температуры, если суставная сумка воспалится, можешь остаться без ноги! Лучше тебе без особой причины не покидать центральную пультовую. Зачем ты вылез на Холод и рискуешь ступней? У нас сейчас каждый полярник на счету.

– Я сейчас вернусь, – успокоил его Майк. – Просто никто не спустился на обед, и я обеспокоился!

– Мы решили, что теперь новички будут принимать пищу в снежных хижинах, – сообщил Логан. – И спать они тоже станут здесь. Это поможет им ускорить адаптацию к Холоду. Ты же видишь, Батлер, у них совсем нет опыта! А в Реакторе они останутся надолго! Помнишь, что творится в антенном поле? Для проведения капитального ремонта потребуются сотни людей! Поэтому пусть привыкают, пока нет бурана.

Майк вернулся в центральную пультовую в легком замешательстве. С одной стороны, он не собирается рисковать жизнью, выкапывая какие-то чертовы ворота посреди пурги, да ещё и под угрозой нападения мутантов. С другой, если симулировать повреждение ступни, не покидая подуровня управления, он не сможет держать руку на пульсе. Отмороженные пенсионеры будут постоянно шептаться в какой-нибудь снежной хижине, а доверять дедам нельзя, это очевидно. К ужину с крыши спустились новички и перетащили наверх часть запасов продовольствия, мотивируя это тем, что так велели пенсионеры. На ночь в центральную пультовую не вернулся никто, и Майк понял, что оказывается в информационном вакууме. Утром придется перебираться на поверхность и занять какую-нибудь из чёртовых хижин, но ночевать там он точно не будет, это слишком глупый риск.

Но с утра оказалось, что деды возобновили работы в третьем отсеке. Вся команда целый день проводила там бурную деятельность: велись сварочные работы, укладывалась электропроводка, усиливалась баррикада, закладывались заряды. Майк потребовал от однорукого деда своевременного сеанса связи с мистером Коэном и доложил тому обстановку. Госсекретарь подчеркнул важность установления полного контроля над АЭС и сообщил, что занимается поиском рабочей силы для Реактора. Пока рекрутинг сопряжён с массой трудностей, и потому запуск ретранслятора сейчас является приоритетной задачей. В Новой Америке началось осеннее похолодание, и уровень смертности пополз вверх. В анклавах остаётся все меньше здоровых людей, из которых ещё меньше готовы лететь в Реактор. Если похолодание вовремя не остановить или хотя бы не ослабить, то вскоре весь электорат либо вымерзнет, либо окажется поголовно болен. Оба варианта делают невозможным дальнейший приток рабочей силы. Поэтому ближайшим рейсом госсекретарь доставит в Реактор комплектующие для ретранслятора и запчасти для поддержания АЭС в штатном режиме. Всё необходимое уже собрано, шаттл прибудет послезавтра к полудню.

Получив это важное известие, Майк довёл его до сведения полярных дедов. Узнав о скором прибытии Коэна, те удвоили активность и даже отменили ужин. Все молча признали за Майком роль лидера, и никто не пытался заставить его работать. Бесполезный косматый головорез не спускался с крыши, оставшись наверху в одиночестве со своим зверо-мутантом. За весь день никто даже не вспомнил о нём, и победа Майка была полной. Завершились работы глубокой ночью, и Майк улёгся спать с чувством выполненного долга. Разбудили его под утро и без всяких объяснений велели собирать вещи.

– Шевелись, Батлер! – старый Логан стоял рядом с арктической винтовкой за спиной и багажной сумкой в руках. Все вокруг уже были на ногах и энергично упаковывали снаряжение и припасы. – Если баррикада не выдержит, спасаться будет уже поздно!

– Что?! – подскочил Майк. – Баррикада?! Нас атакуют мутанты?!

– Пока ещё нет, но скоро начнут, – ответил старик. – Собирайся! Мы переселяемся на крышу!

Ничего не понимающий Майк торопливо собрал свои вещи и поспешил в тамбур, на всякий случай сильно припадая на ногу. По всей продолжительности третьего отсека были разложены подожженные угольные брикеты, и помещения медленно заполнялись дымом. Судя по тому, что дымные шлейфы тянулись из всех дверей и люков, костры имелись в каждом складе и хранилище. Вылезать на крышу пришлось в лицевой повязке и очках, в люк валил бесконечный столб дыма. Майк понял, что подготовка к запуску отопления началась, и обернулся к одному из дедов:

– Вы планируете очистить Барбекю от мутантов сегодня? Почему вы не предупредили меня заранее?! Вы должны согласовывать свои действия с заместителем директора Коэном! Я не вижу бочек с ядовитым газом, где они?

– Они заряжены в систему вентиляции, – ответил тот. – Шевелись, Батлер, шевелись! Никто не знает, как отреагируют мутанты на такой массированный выброс тепла! Лезь на крышу!

Пришлось задержать дыхание и карабкаться по лестнице на ощупь. Тяжёлая сумка постоянно задевала и цеплялась в дыму за что-то, и дважды Майк едва не сорвался. На крыше его подхватили за руки и выдернули из утопающего в дыму люка. Пока он восстанавливал дыхание, до его слуха донесся какой-то глухой шум. Прислушавшись, Майк понял, что слышит визг и рычание мутантов, пробивающиеся сквозь бетонную толщу из второго отсека. Обитающие там монстры уже почуяли повышение температуры, и инстинкт заставлял их искать путь к теплу. Майк невольно попятился. Угольные брикеты только разгорались, на сколько там могло потеплеть-то? А эти твари уже бесятся!

Спустя час Логан надел противогаз и спустился внутрь. К сожалению, баррикада ещё держалась под всё усиливающимся натиском мутантов, и мерзкого пенсионера-шовиниста не сожрали. Дедок активировал систему отопления и вернулся. Угольные брикеты догорали, столб дыма пошел на убыль, но открытый огонь сделал своё дело. Температура внутри третьего отсека упала до минус тридцати девяти, и система отопления запустилась без поломок. Внутри Барбекю стало быстро теплеть, и вскоре вокруг АЭС воцарился настоящий ад. Зверьё прибывало со всех сторон, вылезая из-под снега целыми стаями, потом к зданию устремились твари из окрестных построек, затем длинная вереница мутантов потянулась из Бункера.

– Почему не закрыты входные ворота?! – внезапно Майк понял, что доступ в Барбекю по-прежнему открыт, и прибывающее зверьё рвется внутрь, откуда доносится отчаянная грызня и бесноватый визг делящих территорию монстров. – Мутанты ломятся сюда отовсюду!

– Мы закроем их позже, – отмахнулся Логан. – Чем больше монстров заберется внутрь, тем меньше их останется в Реакторе! Заткнись, Батлер, и не мешай! У нас переломный момент близится.

Где-то через час дым из люка перестал идти окончательно, и оплавляющиеся на комингсе снежинки свидетельствовали об установлении внизу плюсовой температуры.

– Сколько? – Дорн подошел к Логану, стоящему возле переносной станины с оборудованием.

– Плюс одиннадцать, – ответил дед, сверяясь с каким-то прибором, от которого в глубь люка уходил толстый жгут проводов. – Если прикрыть люк, сможем поднять ещё градуса на три.

– Закрывайте! – приказал Дорн, и двое рекрутов ухватились за тяжелую крышку. – Только осторожнее, не перебейте кабели!

Грохот железа о железо потонул в визгливой грызне мутантов, доносящейся едва ли не отовсюду. Территория вокруг АЭС кишела зверьём. Сплошной ковёр из грязно-белой шерсти ходил ходуном, везде вспыхивали драки, заканчивающиеся торопливым поеданием добычи и новыми драками за её остатки. Над Барбекю кружили стаи верещащих птиц, собираясь в огромное волнующееся облако, и ситуация начала становиться опасной.

– Дуэйн, птичья стая быстро увеличивается! – старый Фергюс настороженно смотрел на мечущиеся в небе над Барбекю пернатые силуэты. – Если осмелеют, то нападут всем скопом!

– Больше ждать не будем, – решил Дорн и кивнул Логану: – Взрывай и запускай тепловую завесу.

Тот молча кивнул, провернул какую-то рукоятку на станине и щелкнул небольшим поворотным выключателем. Где-то внизу, под крышей, один за другим раздались два негромких хлопка, и дед щелкнул другим выключателем. Отчетливо взвыли нагнетатели тепловой завесы, перекрывая некий вход или коридор разогретым воздушным потоком, и море мутантов взвыло тысячами разноголосых воплей. Грязно-белая масса дрогнула и ринулась к воротам Барбекю, затаптывая друг друга. Снизу послышался грохот рушащейся баррикады, топот сотен лап, рвущихся внутрь теплого пространства, и звон опрокидываемого оборудования.

– Началось… – тихо произнёс Дорн, и Майк проследил его взгляд. – Закапывайте люк.

Старый Логан отсоединил кабель от станины с приборами и неторопливо побрел к Дорну. Несколько рекрутов быстро зашвырнули не дающий задраить люковую крышку кабель внутрь люка, задраили кремальеру и принялись засыпать его заранее приготовленной кучей снега, но Майк уже не видел их действий. Он не сводил глаз с Бункера. Оттуда огромным потоком рвалось целое море мутантов. Твари всевозможных видов и размеров мчались к АЭС, спеша опередить друг друга. Более крупные на бегу хватали зубами менее крупных и отшвыривали их с дороги, мелкие монстры совершали длинные или высокие прыжки, стремясь не быть затоптанными мощными лапами, но ни одна тварь не пыталась остановиться или замедлить бег. Тысячи монстров неистово рвались туда, где внезапно образовалось обилие невиданной теплоты. Смертельная битва за вожделенное пространство развернётся там, внутри, но сперва необходимо добраться до нового логова, ведь инстинкт подсказывал каждой твари, что тепла никогда не бывает много, а счастье никогда не бывает долгим.

– Их слишком много! – воскликнул Майк, оборачиваясь к Дорну: – Они не вместятся в третьем отсеке! Надо закрыть ворота, иначе монстры заблокируют дверные створы своими тушами!

– Действительно? – равнодушно произнес тот. – О’кей, Батлер, закрывай, раз надо.

– Что?! – Майк ошарашенно смотрел на полярника. – Я не могу! Как я должен их закрыть?!

– А мы как? – удивленно парировал Дорн. – Батлер, ты же полярник, тебе прекрасно известно, как открываются и закрываются ворота Барбекю. Иди и закрой их, если знаешь какой-нибудь волшебный способ не быть сожранным мутантами. А вообще ты зря переживаешь, места зверью внутри хватит. Мы открыли все двери, переборки и люки. И разблокировали проходы к энергоблокам и теплообменникам. АЭС не столь уж и мала. Общая площадь, конечно, меньше, чем в Бункере, зато в Барбекю тепло. И остынет она далеко не сразу. В отличие от бедняги Грина мы не стеснены в энергии. Тепловая завеса будет препятствовать охлаждению, пока не выйдет из строя, или зверьё не перегрызет силовой кабель. Но это произойдет ещё не скоро, сейчас они начнут делить теплые территории, и еды у них будет достаточно. В общем, у зверей сегодня праздник, они нашли по-настоящему теплое логово на несколько дней. Порадуйся за них, Батлер, всё же живые существа!

– Что?! – в который раз воскликнул Майк. – Что вы несете, мистер?! – Он оглядел стоящих вокруг полярников. Все были вооружены, и все смотрели на него ледяным взглядом. – Вы… – Внезапно Майк всё понял: – Вы все заодно! Вы задумали уничтожить Реактор! Нет никакого ядовитого газа!

Он задохнулся от ярости и ненависти и оглянулся в поисках русского головореза. Но косматого жлоба не было среди неподвижно глядящих на него людей, лишь снежные стены его хижины переливались отблесками мерцающего внутри костерка.

– Ты очень догадлив, Батлер, – без всяких эмоций констатировал Дорн. – А теперь заткнись, если не хочешь случайно сорваться с крыши. Не мешай наблюдать за миграцией зверья, важно не пропустить момент, когда поток иссякнет. Лучше залезь в свою хижину и проверь заряд элементов питания снаряжения. Будет неприятно, если твои батареи разрядятся посреди Бункера.

– Где?.. – беспомощно выдохнул Майк, чувствуя, что его жизнь висит на волоске, и каждый из этих фашиствующих предателей Новой Америки готов в любую секунду нашпиговать его свинцом. – Вы хотите бросить меня в Бункер, мутантам на расправу? Думаете, меня сожрут мутанты, и никто не узнает о вашем преступлении? Ошибаетесь! Мистер Коэн вам не поверит! Меня будут искать!

– Дурак ты, Батлер, – всё так же спокойно оборвал его Дорн. – Дурак и трус. Мы полярники. Мы не бросаем своих. Поэтому в Бункер пойдут все. Мы должны убедиться, что Грин и его команда действительно погибли. Мы верим Свьятогору, но не можем допустить даже призрачного шанса на то, чтобы они остались там похороненными заживо. Таков закон полярного братства. Мы выживали за Полярным Кругом, здесь, в Реакторе, двести лет исключительно потому, что свято соблюдали его. Выживем и посреди Холода, если не отступимся от сути нашего братства. Ты так и не понял её, Батлер. А ведь она очень проста: дорожи своим соратником, как самим собой. Знаешь, что самое интересное во всём этом? Суть полярного братства похожа на Закон Предков, о котором рассказывает Расич! Они выжили не случайно. И не все, Батлер! Далеко не все! Но всё-таки выжили. Выживем и мы.

– Пора, Дуэйн! – старый Норри единственной рукой указал в сторону Бункера. – Поток мутантов заканчивается. – Однорукий дед мгновение молчал. – Я позову Свьятогора. Надеюсь, он не откажет.

Инвалид решительно направился к хижине головореза и исчез во входном портике. Через полминуты дед вылез наружу, следом за ним появился косматый громила. Супермясной жлоб выпрямился, медленно окинул взглядом окрестности, после чего посмотрел сразу на всех:

– А ведомо ли вам, ватажники, что ежели зверушек вы обратно не изгоните, то за пяток-другой дней они тут всё погрызут-попортят так, что не исправишь? И не будет у вас боле машины климатической. Станция атомная со временем взорвется, и большая беда приключится в этих местах. Все земли окрестные поглотит заражение лютое на много веков.

– Этого не случится! – твердо ответил Логан. – Я запрограммировал автоматику. Через трое суток в энергоблоке будут опущены все графитовые стержни. Реакция прекратится. Система отопления будет работать до тех пор, пока не опустошит аккумуляторные ёмкости. Это ещё сутки, может быть, двое. После этого АЭС уснёт навсегда. Мы не допустим ни взрывов, ни загрязнения. Больше никаких займов у судьбы не будет. Пришла пора платить по счетам, оставленным нам нашими предками. Это наш выбор, и мы его сделали. Но нам всё ещё нужна твоя помощь. Поможешь?

– Отчего ж не помочь, коли за тем и пришёл, – рассудительно пробасил двухметровый громила.

– Нам необходимо попасть в Бункер, – сообщил Дорн. – На минус третий уровень. Туда, где пытались спастись наши друзья. Я знаю, ты считаешь, что они мертвы. Но для нас это важно.

– Тогда пошли, – пожал плечами головорез. – Сейчас самое время, зверушки на нас даже не посмотрят. Они в тепло стремятся, для них это диво дивное. Кто ещё пойдет с нами?

– Все! – решительно заявил Дорн. – Туда идут все. Мы должны сделать это вместе. А Батлер будет свидетелем, расскажет потом своему хозяину то, что видел собственными глазами.

Варвар молча кивнул, мол, дело ваше, и указал на дальний участок крыши, заявив, что в настоящий момент там наиболее безопасное место для спуска. Рекруты под руководством полярных дедов закрепили там сразу несколько веревочных лестниц, и Майк понял, что чудовищное преступление против Новой Америки планировалось ими заранее. Лестницы были сплетены из стального аварийного троса, того самого, что растягивался вдоль пешеходных дорожек на территории Реактора для зацепления страховочным карабином во время урагана. Никаких лестниц из него никогда не делали, значит, полярники сплели их специально, заранее задумав предать и добить израненную страну! Он с самого начала знал, что этому обмороженному быдлу нельзя доверять!

Первым вниз спустился косматый головорез, следом полезли остальные. К Майку приставили троих вооруженных рекрутов, и те смотрели на него с таким видом, словно всю жизнь мечтали только об одном: перегрызть ему горло. Ради сохранения собственной жизни Майк принял решение подчиниться требованиям прорусских террористов и молча спустился с крыши. Подлые сепаратисты даже не направили на него оружие – знали, что бежать ему некуда. Всё вокруг кишит мутантами, и Майк искренне надеялся, что сепаратисты не задумали торжественный коллективный суицид. Варвар выстроил всех в колонну по два и повел к Бункеру по дуге, держась в стороне от прямого курса АЭС – Бункер. Оказавшись на снежной поверхности без какой-либо возможности убежать от монстров в надежное укрытие, люди заметно напряглись, и Майк старался держаться в самом центре экспедиции. Если мутанты атакуют из-под снега, у него больше шансов рвануть обратно к Барбекю и добраться до свисающих с крыши лестниц.

Но косматый жлоб оказался прав. Появление людей не интересовало мутантов. Поток монстров набился в здание АЭС, даже птичьи стаи пытались пикировать на разбитый теплообменник аварийного энергоблока и частично скрывались внутри. Зверьё продолжало распространяться по тёплым площадям и помещениям, и из бесконечной снежной пустоши прибывали всё новые стаи. Группы мутантов, как совсем маленькие, так и довольно крупные, появлялись на горизонте и на большой скорости бежали к зданию Барбекю прямо по поверхности, опасаясь тратить драгоценное время на передвижение под снежной толщей. Никто из монстров на людей внимания не обращал, наоборот, взгляды стремящихся к теплу стай лихорадочно скользили по приближающимся отовсюду конкурентам. Похоже, головорезу подобные особенности поведения зверо-мутантов были хорошо известны. Он вёл экспедицию уверенно и держал довольно высокий темп, подбадривая едва успевающих за ним полярных дедов короткими фразами. По мере приближения к Бункеру зверья вокруг становилось всё меньше. Вскоре исчезли даже одиночные твари, и Майк позволил себе вздохнуть спокойно. Похоже, атаки мутантов удалось избежать.

– Нам нужно спуститься на минус третий уровень, – у самых ворот в Бункер Дорн подошел к варвару. – Ближайшая лестница расположена в пятнадцати ярдах от того места, где вы нашли ретранслятор. Следующая лестница уже за первой переборкой, а более дальняя – за второй…

– Здесь нет зверушек, человече, – супермясной жлоб жестом оборвал полярника. – Все ушли в тепло, даже самые хворые и ослабшие. Ежели желаете куда-то добраться – можете идти смело. Токмо творите задуманное без промедленья. Чую я, с севера спешат сюда стаи зверей недобрых, от рожденья увечьями изломанных, тако ещё и хворью бешеной пораженных. Путь им предстоит неблизкий, но как доберутся, так места всем в вашей АЭС не хватит.

– Мутанты из Могильника! – нахмурился Дорн. – Ещё одна волна! – Он обернулся к остальным: – Идем, парни! Это не займёт много времени.

Экспедиция углубилась внутрь Бункера и двинулась к ближайшей лестнице. Майк шел в окружении конвоиров и лихорадочно размышлял, как можно остановить сепаратистов. Ещё не всё потеряно, это ясно. Во-первых, вахтенный директор Грин. Если он жив, и предатели доберутся до него, то можно попытаться воззвать к патриотизму Грина и его научной команды. Если вахтенный директор запустит ХААРП, то возможности госсекретаря Коэна возрастут. Во-вторых, АЭС. Пока внутри здания тепло, её ещё можно отвоевать у монстров. Мистер Коэн привезет сюда настоящий ядовитый газ, и офицеры охраны «Эдема» зальют его внутрь Барбекю через люк на крыше. В тепле газ распространится быстро, это не минус семьдесят, диффузия будет быстрой. Зверьё издохнет, и АЭС будет запущена вновь. Главное – успеть до вымерзания здания, иначе на Холоде эффективность ядовитого газа будет близка к нолю, как, собственно, всегда и бывало. Если всё сделать быстро, то последствия нанесенного сепаратистами удара ещё можно нивелировать. Шаттл государственного секретаря прибывает завтра в полдень, его необходимо предупредить, но как сделать это? Сепаратисты наверняка захотят устроить засаду на мистера Коэна, они его ненавидят…

– Шевели ногами, Батлер! – прикрикнул на него один из конвоиров, и Майк принялся торопливо спускаться по запорошенным лестничным ступеням. – Не задерживай остальных!

Экспедиция спустилась на минус третий уровень и оказалась перед задраенными дверьми. Майк было воспрял духом, рассчитывая на близкую помощь, но его ждало разочарование. Полярные деды использовали систему ручного открытия дверей, разблокировали стопоры, вошли внутрь, и перед глазами Батлера раскинулась картина полного разрушения и запустения. Система освещения не функционировала, и дрожащий красный цвет фальшфейеров выхватывал из насквозь промерзшего мрака исцарапанные стены, разбитое и опрокинутое оборудование, изгрызенные в лохмотья предметы быта, беспорядочно разбросанные вокруг. Всё утопало в грязи, под ногами хрустело битое стекло и осколки пластика, плохо заметные в клочьях разномастной шерсти. Россыпи дочиста обглоданных и расщепленных костей внушали ужас и ощущение притаившихся в темноте монстров.

Люди шли через разгромленные коридоры и помещения, инстинктивно стремясь держаться плотнее друг к другу, и невольно ощетинивались оружием при виде очередного отсека. Обильно покрытые замерзшими кровоподтеками отсеки превратились в свалки мусора, костных обломков и звериных испражнений. Лучи фонарей, скользящие по темным помещениям, высвечивали десятки звериных лёжек, устроенных в углах и укромных местах среди перевернутой мебели и оборудования. Обрывки одеял, выпотрошенная обивка и всевозможное рваное тряпьё были стасканы в кучки и образовывали логова, усыпанные шерстью и закапанные заледеневшей слюной. Несколько раз луч света выхватывал лежащие среди костей человеческие черепа, но основная масса останков принадлежала зверо-мутантам, ставшим добычей более сильных тварей.

– Они проникли сюда через вентиляционные воздуховоды и кабель-каналы, – мрачно сообщил Логан, освещая фальшфейером очередной воздуховод, превратившийся в зияющую дыру. – Сначала прорвались твари помельче, за ними устремились крупные, все, кто только смог протиснуться. – Старик пошевелил ногой валяющиеся на полу элементы нагнетательного оборудования. – Лопасти вентиляторов смяты в лепешку! Зверьё было в бешенстве и ломилось напролом яростным потоком. На острых углах до сих пор сохранились клочья рваной кожи и меха…

– Цементная заливка и обшивка стен была прогрызена, – у противоположенной стены стоял Дорн и ковырял винтовочным прикладом в зияющем в потолке отверстии. – Похоже, они почуяли, где потолок имеет наименьшую толщину, и прорылись сюда прямо через бетон. Не знал, что мутанты способны на такое…

– Медведи могут процарапать бетон, – старый Фергюс посветил в потолочную дыру фонарем. – В Могильнике поначалу пытались ставить ангары, но потом прекратили. Медведи прокапывали стены и устраивали внутри берлоги. Пришлось взорвать, чтобы не привлекать тварей. Позже площадку сброса отходов перенесли ближе к кромке ледника… Похоже, здесь тоже рыл медведь, и не один. Следы когтей разных размеров. Но внутрь они так и не полезли, дыра слишком мала…

– Долго копали, – хмыкнул Дорн. – В вентиляционную шахту им не пролезть, а как разрыли дыру, так поняли, что здесь и занято, и холодно. Вот и не стали дальше возиться. Идем к блоку центрального компьютера! Он полностью обшит сталью, её не прогрызть и не прорыть даже медведю. Если из команды Грина успел спастись хоть кто-нибудь, они могут быть только там.

Блок центрального компьютера располагался в самом дальнем отсеке минус третьего уровня и был отгорожен от остального пространства массивной стальной дверью толщиной в полфута. Дорн не ошибся, прорваться через неё мутировавшее зверьё не смогло. Вся поверхность двери была густо испещрена царапинами от когтей, но сама дверь не сдвинулась с места даже на миллиметр. Полярные деды ковырялись с системой ручной разблокировки минут пять, после чего запорные устройства со скрежетом поддались, и массивная стальная плита медленно распахнулась, выпуская в коридор тусклый электрический свет.

– Свьятогор, сынок, – старый Логан обернулся к косматому головорезу. – Ты не мог бы остаться и подождать нас здесь? У нас внутри этого помещения личное дело, и мы хотим завершить его сами. Для нас это важно, я прошу тебя от лица всех.

– Будь по-твоему, старче, – согласился варвар, и его двухметровая фигура растворилась во тьме.

Экспедиция вошла внутрь открывшегося помещения, и Майк увидел три человеческие фигуры, неподвижно сидящие в операторских креслах за пультами управления Реактором. Приборные панели светились индикаторами, свидетельствуя о функционировании центрального компьютера, экраны мониторов всё ещё выводили какие-то данные, но из-за стоящей в помещении отрицательной температуры многие дисплеи вышли из строя, и их изображение превратилось в расплывчатые кляксы и бесформенные пятна.

– Мистер Грин? – неуверенно произнёс он, озираясь в поисках остальных сотрудников команды вахтенного директора. – Сэр? Вы меня слышите?

– Он тебя не слышит, Батлер, – Дорн подошел к одному из сидящих и развернул его кресло к себе лицом. – Он давно мертв. Они отключили отопление… И оставили нам записку.

Дорн указал на операторский стол. Сообщение было написано маркером прямо на столешнице.

– «Ночью мутанты прорвались через вентиляционные шахты», – вслух прочел Дорн. – «Мы не смогли их остановить. Они хлынули отовсюду сотнями. Выжило только трое, все ранены. Мы успели укрыться здесь. Воды и еды нет, медикаментов тоже. У Брайана начинается сепсис, Том потерял сознание, меня сильно лихорадит. Без воды и пищи нам не протянуть. Жрать друг друга мы не собираемся. Поэтому я принял решение понизить температуру в пультовой до минус десяти. Освободившуюся энергию перенаправил на поддержание функционирования центрального компьютера. Это продлит его работоспособность ещё на пару недель. Да поможет Бог Новой Америке или всей планете. Сэмюэл Грин, вахтенный директор».

– Парни сделали даже больше, чем могли, – угрюмо произнёс Логан. – Они обменяли свою последнюю пару дней на дополнительную пару недель для всех. Они не надеялись, что помощь придёт. Но всё равно исполнили свой долг ради тех, кто никогда его не оценит.

– Зачем теплолюбивым хомякам оценивать подвиг каких-то недоумков, у которых не хватает мозгов ни на что, кроме работы в Реакторе? – издевательски захохотал старый Фергюс. – В Реакторе работают только болваны, настоящие интеллектуалы зарабатывают мозгами, а не руками, или ты забыл?! Им достаточно платить налоги и требовать от нас отдавать Холоду свои руки, ноги и жизни в обмен за их безбедное существование! Достаточно, Логан! – Пышущий злобой пенсионер обвёл всех присутствующих горящим взглядом: – Парни! Кто-нибудь хочет передумать? Время пришло!

В первую секунду ему никто не ответил, но ни один из рекрутов не опустил глаз, и Майк понял, что сепаратисты задумали уничтожить Новую Америку. Но что он мог сделать? У него есть ледоруб, но их тут полтора десятка человек с винтовками! Его просто расстреляют со всех сторон! Нет возможности даже убежать, там, снаружи, остался варвар, его ледорубом не победить! Майк беспомощно смотрел на происходящее, не в силах помешать чудовищному злодеянию.

– Никто не собирается отступать! – негромко заявил один из рекрутов. – Давайте сделаем это!

– Помогите мне, мы должны забрать наших парней с собой, – Дорн попытался вытащить из кресла тело Грина, но заледеневший труп не поддавался. – Мы похороним их, они не заслужили стать закуской для зверья. Логан! Приступай!

Несколько рекрутов принялись вытаскивать мертвые тела из кресел и складывать их у выхода, остальные провожали взглядами Логана. Старик переходил от пульта к пульту, нажимая кнопки и щёлкая выключателями, и индикационные панели гасли одна за другой. Майк понял, что сепаратист задумал вырубить центральный компьютер, и воскликнул:

– Не делайте этого! Это преступление перед Новой Америкой! Погибнут тысячи людей!

– Заткнись, Батлер, – без тени эмоций посоветовал Логан. – Новая Америка – это преступление перед планетой. Из-за неё уже погибли миллиарды людей и других живых душ. Настало время положить этому конец. А людей мы спасём. Не всех, конечно. Ради хомяков я больше и пальцем не пошевелю. Но тех, кто станет частью полярного братства, мы Холоду не отдадим. Теперь в борьбе с ним у нас есть союзники. Мы стали сильнее.

– Вы предатели и убийцы! – возопил Майк. – Кто позволил вам решать судьбу Америки и её граждан?! Вы не имеете права!

– Правда? – прищурился старик. – А кто имеет? Налогоплательщики? Так ведь мы тоже платим налоги, Батлер. Или та жирная хомячиха, что мечтает засадить НАС за решетку после того, как МЫ вернём ей тепло? Кто ещё? Может быть, твой хозяин Коэн? Или, может быть, ты? Хотя нет, вы оба слишком великие для того, чтобы просто иметь право! Ваше право решать, кто имеет право давать право! – Он обернулся к ближайшему рекруту и ласково произнес: – Сынок, сделай одолжение старику, застрели Батлера, если из его поганого рта вырвется ещё хотя бы один звук! – Фашиствующий пенсионер перевел взгляд на Майка и закончил: – Смотри внимательно, Батлер! Сейчас ты увидишь, как решение принимают те, от кого на самом деле зависит судьба страны и планеты вот уже двести лет! Парни! Я закончил. Сделайте это!

Полярники вскинули винтовки, и Майк застыл от ужаса. В замкнутом пространстве центра управления загрохотали выстрелы, и во все стороны полетели осколки приборов и дисплеев. Пули вспарывали компьютерные блоки, разбивали оборудование, рвали на куски кабель-каналы вместе с толстыми жгутами проводов. Что-то искрило и трещало, всюду раздавались хлопки короткого замыкания, расстрелянная электроника дымила, раздробленные свинцом мониторы падали на пол искореженными кусками пластмассы, пронзительные трели аварийных сигналов одна за другой обрывались на высокой ноте. Вскоре тусклое освещение затрепетало и вырубилось, сменившись слабым светом единственного уцелевшего аварийного плафона, почти не справлявшегося с навалившейся на него темнотой. Выстрелы стихли, и в наступившей тишине хрипло прозвучал голос однорукого полярного деда:

– Дело сделано. Не знаю, сколько людей проклянёт нас через полтора месяца, когда Новая Америка узнает, что такое Холод во всей своей красе. Но я точно знаю, что через полтора столетия о нас будет с благодарностью вспоминать каждая живая душа, живущая на этой планете. Я доволен и горжусь всеми вами. – Он секунду помолчал и иронически фыркнул: – Кроме Батлера, конечно.

– Возвращаемся! – подытожил Дорн. – Я очень хочу оказаться в своей иглу на крыше Барбекю к тому моменту, когда досюда доберутся твари из Могильника. Нам нужно предать огню тела погибших и подготовить новую вертолётную площадку. Завтра нас осчастливит своим вниманием замдиректора Коэн и автоматчики из хранилища ядерных отходов, которые умеют проводить радиационную очистку вертолёта прямо в воздухе. Стоит подготовиться.