ЗНАЧИМОСТЬ ТРАНСПЕРСОНАЛЬНОЙ ПЕРСПЕКТИВЫ.

В разные времена и в самых различных культурах трансперсональные переживания считались жизненно важными и обладающими высшей значимостью. В наше время трансперсональное видение мира и трансперсональные дисциплины совершенно необходимы по целому ряду причин. Они привлекают внимание к группе переживаний, отвергаемой или неверно понимаемой ранее, по-новому осмысливают древние идеи, религиозные традиции, практики созерцания; они обеспечивают более богатый взгляд на природу человека, открывая его неизвестные ранее возможности.

Трансперсональные дисциплины стремятся исследовать и реабилитировать трансперсональные переживания, которые долго недооценивались, считались иррациональными или патологическими. Главы этой книги показывают, что такие переживания свидетельствуют о развитии человека, решении проблем здоровья, а не о патологической регрессии. Как говорит Кен Уилбер, такие переживания являются не «регрессией на службе «эго», а эволюцией и трансценденцией «эго».

Оправдание и признание высокой ценности трансперсонального опыта дает возможность по достоинству оценить достижения иных культур, их философию, религию и искусство, и интегрировать исторические и кросс-культурные данные.

В первой половине XX столетия многие западные антропологи, усвоив психоаналитические взгляды, обесценили трансперсональные переживания. Но поскольку трансперсональный опыт был широко распространен и много значил в других культурах, то казалось естественным настаивать на своих предрассудках и недооценивать эти культуры. Известный ученый мог формулировать свои выводы следующим образом: «Очевидное сходство между шизофренической регрессией и практикой йоги и дзен ясно указывает на то, что основной тенденцией восточных культур является уход в себя от подавляющих трудностей культурной, физической и социальной реальности».

Теперь, когда мы лучше понимаем трансперсональные переживания и процессы, мы способны должным образом оценить другие культуры и вернуть себе то, что можно было бы назвать «Великой традицией», — мудрость, тысячелетиями копившуюся различными философскими и религиозными учениями.

Чем подробнее мы исследуем трансперсональные переживания, тем лучше начинаем понимать, почему во все времена были так важны эти психологические и социальные достижения. Трансперсональные переживания часто (хотя и не всегда) могут вызывать серьезные и устойчивые положительные психологические изменения. Они могут давать человеку ощущение смысла и цели, разрешать экзистенциальные проблемы, пробуждать сострадание к человечеству и Земле. Иногда единственное трансперсональное переживание может совершенно изменить жизнь человека. Более того, в этой книге вы найдете многочисленные свидетельства того, что отсутствие таких переживаний зачастую может быть причиной личностной, социальной и глобальной патологии, которая окружает нас и угрожает нам.

Трансперсональные переживания обнаруживают неиссякаемые источники человеческих возможностей, показывая, как далеко можно выйти за пределы обыденности, развивая и культивируя определенные эмоции, мотивы, познавательные способности и состояния сознания.

Традиции созерцания, например, свидетельствуют о том, что такие благотворные эмоции, как любовь и сострадание, возможно распространить не только на всех людей, но и на все проявления жизни. Они утверждают также (и исследования подтверждают это), что можно увеличить устойчивость внимания, чувствительность восприятия, усилить такие мотивы, как альтруизм и стремление к самотрансценденции. Возможность совершенствовать эти способности намного расширяет наши представления о границах психологического развития.

Изучение трансперсональных переживаний и измененных состояний сознания, в которых они возникают, помогает понять, что мы недооценивали пластичность человеческого сознания и спектр его возможных состояний. До недавнего времени западная психология знала лишь немногие — в основном патологические (интоксикация, бред, психозы) — состояния сознания, выходящие за пределы обычных — сна и бодрствования. Теперь благодаря трансперсональным исследованиям известны многие измененные состояния сознания, и число их продолжает расти.

Существует масса техник, вызывающих такие состояния на основе древних и современных методов. Некоторые проверенные временем методы являются физиологическими: пост, лишение сна, испытания жарой и холодом; другие — психологическими: одиночество, пение, шаманский бубен, специальные танцы, медитация, йога. Современные методы простираются от сенсорной депривации в изоляционной ванне до биологической обратной связи.

Одни измененные состояния сознания могут быть бесполезными и даже вредными, другие способны увеличить возможности человека. Отсюда можно сделать два существенных вывода. Во-первых, более высокие состояния сознания, обеспечивающие приобретение новых возможностей, доступны всем людям. Во-вторых, обычное состояние сознания, которое мы привыкли считать наилучшим, на самом деле ниже оптимального.

Большие перспективы таит в себе обнаружение специфики и особых ограничений различных состояний сознания: все, чему мы учимся или что понимаем в одном состоянии сознания, может быть гораздо менее доступно в другом. Таким образом, глубочайшие постижения, обретаемые в определенном измененном состоянии сознания, могут быть непонятны человеку, не пережившему этого состояния. Это значит, что оценка и понимание человеком трансперсональных переживаний, а также связанных с ними дисциплин и жизненных стилей зависит от его собственного опыта в отношении измененных состояний сознания. Специфичность состояний сознания объясняет недооценку трансперсональных переживаний и традиций: для их осмысления нужна практика такого рода переживаний.

Трансперсональные дисциплины предлагают решительный пересмотр и прояснение практики религиозного созерцания. С этой точки зрения мировые религии обладают мистическим, постигаемым в созерцании ядром и традициями вызывания различных специфических трансперсональных состояний сознания, в особенности связанных с так называемыми состояниями просветления, освобождения или спасения. Опирающиеся на эти традиции философские и психологические учения можно рассматривать как способы выражения знаний, приобретенных в таких состояниях. Практики созерцания, с помощью которых достигаются подобные состояния, в определенном смысле можно считать трансперсональными технологиями, или технологиями трансценденции. Таким образом, возникает новое, более ясное понимание дисциплин, часто казавшихся таинственными.

Почти все люди, имеющие трансперсональный опыт, приобретают более широкий взгляд на природу человека и космоса. Они обнаруживают вселенную внутри себя, такую же обширную и таинственную, как внешняя, и сферы опыта, недоступные для физических измерений, — сферы разума и сознания, в которых мы существуем в той же (если не в большей) мере, как и в сферах физических ощущений и физического мира.

То, что относится к человеческой природе, относится и к космосу. Трансперсональный опыт часто подтверждает, что существуют обширные нефизические сферы существования, то есть существование становится таким многомерным, что физическая вселенная, часто принимаемая как единственно существующая, оказывается лишь одним из многих аспектов бытия.

В настоящее время перспектива понимания человечества и космоса ставит трансперсональные дисциплины на особое место. Они способствуют многоаспектному, интегративному подходу к личному и трансперсональному, древнему и современному, к традициям Востока и Запада, к знаниям и мудрости, искусству и философии, науке и религии, интроспекции и созерцанию. Только благодаря такому всеобъемлющему подходу мы можем надеяться обрести видение, отражающее необыкновенные возможности человечества и космоса, — трансперсональное видение.