ГЛАВА 73.

Можно было сказать, что майору Гастону повезло. Выбитое взрывной волной витринное стекло сильно поранило работников и клиентов парикмахерской, но майор отделался лишь царапинами да легкой контузией, когда кусок стекла плашмя ударил его по голове.

С места происшествия майора забрали подчиненные. Они перевезли шефа в госпиталь «конторы», где его осмотрели врачи. Те сказали, что ничего страшного и что от этого не умирают.

Гастону сделали укол, и пару часов он проспал в отдельной палате под присмотром медсестры и агента Штефана.

Медсестра была хорошенькая, в коротком халатике и с ямочками на щеках. При других обстоятельствах Штефан непременно завязал бы с ней знакомство, однако состояние шефа не позволяло ему думать о пустяках.

Пока майор спал, в палату пару раз заглядывал Лерой.

– Ну как? – спрашивал он.

– Спит, – пожимал плечами Штефан. Наконец, когда уставший агент сам уже начал дремать на стуле, майор проснулся. Он открыл глаза – и сказал:

– Привет, Берк.

– Здравствуйте, сэр.

– Как наши дела?

– Лучше, чем у них.

– У кого у «них»?

– Был бой, сэр. С ячейкой.

– Да, кажется, я что-то вспоминаю… Рассказывай дальше.

– Когда взорвалась цистерна с пропанитом, ударной волной разбило витрину, рядом с которой вы стояли.

– Точно, я вспоминаю этих теток с крашеными буклями. Это была парикмахерская?

– Так точно, сэр.

Майор вздохнул и облизал пересохшие губы.

– Здесь есть что-нибудь попить?

– Есть, сэр.

Штефан взял с тумбочки приготовленный стакан с водой и подал майору. Тот приподнялся и начал пить, но неожиданно сквозь стакан заметил сидевшую в уголке медсестру.

Гастон перестал пить и, указав на девушку, спросил:

– Кто это?

– Медсестра, сэр.

– Пусть она уйдет.

– Выйдите пока, – попросил Штефан, девушка выбежала из палаты.

– Испугалась, дурочка, – сказал майор, снова откидываясь на подушку. – Ты вот что, Берк, давай, рассказывай мне все по порядку. Мне нужно немного прояснить мозги.

– Вы разработали операцию, сэр, чтобы выманить боевиков ячейки…

– Ага, это я помню.

– Вы подставили двух арестантов, одного из которых выдавали за Рамона Альвареса.

– Точно! – воскликнул майор. – И что дальше?

– Был бой. Они потеряли десять человек, мы троих, если не считать полицейских.

– Полицейских считать не надо, – отмахнулся Гастон. – А кто из наших? Лерой жив?

– Лерой жив. Погибли Загурский, Стейн и Шапиро.

– То есть мы фактически победили. Десять боевиков – это немало. А куда, кстати, подевались остальные?

– Им удалось ускользнуть, сэр. Вместе с освобожденными арестованными.

– С арестованными? – переспросил майор и расхохотался, однако тут же схватился за голову. – Ох… Полагаю, когда они узнают, что освободили не Рамона с камрадом, а совершенно посторонних людей, они их сейчас же прикончат.

– Уверен, сэр, – кивнул Штефан, наблюдая, как с лица шефа исчезает улыбка,

– Так! – произнес майор, вспоминая, что рассказал Зиберту и Барнаби про явочную квартиру. Он был уверен, что ничем не рискует, а получилось иначе. Арестанты ушли, и теперь камрады быстро вытянут из них все, что те знают. А что те знают? Да ничего. Однако адрес квартиры выдадут сразу. Не выдержат пыток. И тогда ячейка получит пятьдесят тысяч батов наличными.

– Какой же я идиот… – пробормотал майор.

– Что, сэр?

– Ничего. Знаешь явочную квартиру на улице Фоккера?

– Нет, сэр. Это ваша территория.

– Не важно, нам нужно немедленно туда попасть! Помоги мне подняться и вызови машину! Пусть Лерой возьмет человек пять для серьезного прикрытия и, самое главное, где моя одежда? Пусть принесут мои штаны!