ГЛАВА 18.

Джек посмотрел в окно – на стоянку. Дверцы старого «скерцо» открылись, и под фонарем появились трое. На их лицах были маски, в руках они держали дубинки или обрезки труб.

– Внимание, Рон, сейчас начнется.

– Я уже понял, – негромко ответил Барнаби, мгновенно подбираясь, как тогда, на испытании у Рейнольдса.

Дверь распахнулась, трое в шерстяных масках с деревянными дубинками наперевес бросились, опрокидывая стулья, к столу, за которым сидела команда. Эти четверо слишком много выпили и поздно заметили опасность. Только один из них успел вскочить, но тотчас был свален страшным ударом дубинки. Остальных добили прямо за столом, колотя по головам с таким остервенением, будто за это платили отдельный бонус.

Когда бесчувственные тела свалились на пол, нападавшие несколько раз пнули их ногами и поспешили на выход.

Какой-то посетитель попытался схватить последнего из налетчиков, но тут же получил дубинкой и завалился на стол с пустыми бутылками.

Все произошло настолько быстро, что крики и стенания публики зазвучали уже после ухода нападавших.

Бармен принялся названивать в полицию, а Джек и Барнаби сидели на своих местах и наблюдали, как в облаках черных выхлопов уносится прочь старый «скерцо».

– Мне не хотелось бы встречаться с полицией, – сказал Джек, поднимаясь и бросая на стол узкий билет в двадцать батов.

– Я понимаю, – ответил Барнаби и, быстро допив свое пиво, указал на бокал Джека: – Ты будешь?

– Нет.

Барнаби допил порцию Джека, и они поспешили к дверям мимо посетителей, суетившихся возле бездыханных тел.

– Кстати, я вспомнил эту харчевню, – сказал Джек, когда они вышли из «Морского бриза». – Когда-то я подвозил сюда одного клиента.

– А я город совсем не знаю. – Барнаби покачал головой и достал из кармана целую горсть орешков. – Хочешь?

– Нет, спасибо.

Над улицей разнеслись звуки полицейских сирен, Джек с Барнаби прибавили шагу. Скоро синие мигалки проскочили мимо, – но напарники даже не посмотрели в их сторону.

– Значит, на одну команду стало меньше, – сказал Джек. – И если считать по количеству инструкторов, осталось три команды.

– Да, а эти ублюдки собирались вытолкнуть еще одну.

– Это не наше дело.

– Как же не наше, Джек? А если они решат убить нас? Как ты думаешь, выживет кто-то из этих четверых?

– Ну, может, один…

– Тот-то и оно. Мерзавцы настроены решительно, и, судя по всему, терять им нечего. Они, может, беглые из «Станфорда», где у них был пожизненный срок.

– Может, и беглые, Рон, но нас они не тронут. Нас только двое, поэтому нашу команду удобнее убрать на маршруте.

– То есть пока мы можем не беспокоиться?

– Конечно, они ведь даже не знают, что мы команда. Им это еще выяснить надо… Куда это ты смотришь, Рон?

– Там в витрине, Джек… – пролепетал Барнаби.

– Что в витрине?

Джек обернулся и посмотрел на знакомые манекены.

– Мне показалось, что манекены живые.

– Это ты пива лишнего выпил. Пойдем отсюда скорее.

Джек взял Барнаби за руку и как ребенка потащил прочь.

Когда они пришли к гостинице, на стоянке, возле искусственных кустиков, отдыхал синий «скерцо».

– Может, это не тот? – засомневался Джек. Барнаби подошел к машине и положил ладонь на капот.

– Теплый, – сказал он. – Недавно машинка бегала.

Они вошли в холл, Джек приблизился к стойке и попросил ключ от номера 248.

Администраторша окинула его подозрительным взглядом, но потом вспомнила. Поправив похожую на сталагмит прическу, она подала ключ и, кокетливо улыбнувшись, сказала:

– Вот ваш ключик, пожалуйста.

– Спасибо, – ответил Джек и побежал догонять Барнаби.