ВЪ АНГЛІИ НА РАЗСВѢТѢ.

Миссисъ Мери, у которой жилъ Тедди О’Коннель, съ трудомъ заставила себя открыть глаза. Оказывается, она такъ и заснула одѣтая въ креслѣ. Со вчерашняго дня она — старшая сестра автомобильно-санитарнаго отряда. Отрядъ этотъ сформировался изъ женскаго добровольческаго корпуса и работы было по горло. Миссъ Мери пріѣхала поздно домой, а потомъ еще долго сидѣла въ ожиданіи звонка. Но телефонъ молчалъ. На душѣ было тревожно... Такъ и заснула въ креслѣ одѣтой. Рядомъ въ комнатѣ, когда она вошла въ салонъ, проснулась Кетти и, растирая розовыми кулачками заспанные глаза, громко сказала, зѣвая.

— Мама, ты разбуди меня завтра рано утромъ. Я хочу видѣть войну.

Миссисъ Мери наспѣхъ привела себя въ порядокъ, разбудила Кегти, одѣла ее еще полусонной. Вчера въ отрядѣ сказали, что всѣхъ дѣтей нужно собрать въ газоубѣжищѣ дѣтскаго сада.

Рѣшительно хлопнула дверь. Каблуки гулко, какъ-то особенно настороженно застучали по лѣстницѣ. Миссисъ Мери съ непривычнымъ раздраженіемъ смотрѣла на спускающуюся дочь. Дѣвочка не спѣша, старательно переступала одной и той же ножкой со ступеньки на ступеньку.

На улицѣ было по осеннему свѣжо. Разсвѣтъ пробивался сквозь тяжелыя тучи, обложившія все небо. Онѣ разорваннымъ ватнымъ одѣяломъ мчались надъ притихшимъ городомъ.

Нѣсколько крупныхъ дождевыхъ капель упало на асфальть пустынныхъ улицъ.

Боби на перекресткѣ посмотрѣлъ вверхъ и развернулъ плащъ. На черномъ просторѣ проспекта полицейскій былъ непривычно одинокъ. Изрѣдка проносился автомобиль. Прохожіе, почти однѣ женщины, не задерживаясь шли по тротуарамъ. Несмотря на ранній часъ дѣловито хлопали двери.

Надъ подъѣздами щелкали по вѣтру бѣлыя полотнища. На нихъ непривычныя слова: «Лазаретъ для отравленныхъ газами», «Хирургическое отдѣленіе главнаго госпиталя», «Штабъ противовоздушной обороны второго района», «Дѣтскій садъ и ясли для женщинъ добровольцевъ».

Широкая стеклянная дверь дѣтскаго сада открывалась почти непрерывно. Одна за другой выходили женщины, оставившія тамъ дѣтей.

Кетти съ трудомъ поспѣвала за матерью. Она бережно прижимала къ себѣ куклу и подражала жестамъ матери. Кукла сидѣла на локтѣ прямо съ деревянно вытянутой спиной и растопыренными руками.

Дѣвочка озабоченно дернула мать за рукавъ и спросила.

— Мама, а куколъ въ дѣтскій садъ берутъ?

Мать не успѣла отвѣтить. Къ подъѣзду шурша шинами подошелъ санитарный автомобиль. Женщина-врачъ вышла изъ машины. Миссисъ Мери, улыбнувшись, кивнула ей.

— Я немного задержалась, — сказала она извиняясь. — Сейчасъ сдамъ Кетти и буду на мѣстѣ.

— Ничего, ничего, — добродушно сказала женщина-врачъ и присѣла передъ Кетти. —- Ты тоже дочку принесла?

—Да. А куколъ берутъ или не берутъ?

Миссисъ Мерн выпустила ручонку Кетъ.

Взрывъ потрясъ улицу. Подброшенная воздухомъ дѣвочка ударилась головой въ дверь. Она выбила тѣльцемъ стекло и упала во внутрь дома. Обливаясь кровыо, она лежала на каменномъ полу. Одна ручка безпомощно вытянулась, другой она прижимала къ себѣ куклу. Мать лежала на тротуарѣ часто и неловко, судорожно перебирая руками. Извиваясь всѣмъ тѣломъ она пыталась освободить придавленныя перевернутымъ автомобилемъ ноги. Расширенные глаза искали исчезнувшую Кетъ.

Заваливая черный просторъ асфальта, посыпались камни, обломки бревенъ, штукатурка. Въ воздухѣ повисло бѣлое облако пыли.

Неподалеку грянулъ новый взрывъ. Канитель дома противъ яслей поклонилась улицѣ и обрушилась вмѣстѣ съ подкошенной колонной, карнизъ, описавъ въ воздухѣ траекторію, съ грохотомъ упалъ на миссисъ Мери. Изъ подъ обломковъ была видна бѣлая кисть руки.