Эпоха вирусов.

Что бы ни говорили о безопасности и защищенности данной системной платформы многочисленные поклонники компьютерной техники производства небезызвестной «яблочной» компании из города Купертино, первым в истории компьютерным вирусом, обнаруженным в «живой природе» (то есть за пределами компьютерной системы или вычислительной лаборатории, где он был написан), стала вредоносная программа Elk Cloner для персональных компьютеров Apple II. Произошло это в 1981 году.

Собственно, выбор создателя Elk Cloner, 15-летнего школьника Ричарда Скренты, пал на компьютер производства Apple не случайно – на заре 80-х именно эти относительно недорогие и весьма «продвинутые» персоналки пользовались чрезвычайно высокой популярностью в США, занимая значительную долю розничного рынка. Скрента относился к категории молодых людей, которых сейчас принято называть жаргонным термином «гики» – он был не просто пользователем Apple II, а «продвинутым компьютерным гением», любившим покопаться в архитектуре операционной системы и «внутренностях» прикладных программ. Одноклассники часто брали у Ричарда дискеты с играми, которых у него имелось множество, однако он быстро заработал себе репутацию проказника и шутника, поскольку постоянно модифицировал одалживаемые друзьям программы, чтобы они время от времени выводили на экран компьютера различные забавные, а порой и неприличные или оскорбительные фразы. В конечном итоге приятели и вовсе перестали просить программы у Скренты, предпочитая заимствовать игры из более надежных источников. Именно тогда Ричард задумался о том, как он смог бы модифицировать программы дистанционно, физически не прикасаясь к дискете. Итогом его размышлений и стал вирус Elk Cloner.

Вирус распространялся вместе с компьютерной игрой, при каждом 50-м запуске которой отображал на экране стишок следующего содержания:

It will get on all your disks – Он влезет на все ваши диски, It will infltrate your chips – Он проникнет в ваши чипы, Yes, it’s Cloner! – Да, это Cloner! It will stick to you like glue – Он прилипнет к вам, словно клей, It will modify RAM too – Модифицирует оперативную память. Send in the Cloner! – Представляем Cloner!

Если компьютер загружал операционную систему Apple DOS 3.3 с инфицированной дискеты, Elk Cloner копировался в оперативную память компьютера, после чего дожидался, пока пользователь вставит в дисковод «чистую» системную дискету, и заражал ее, обеспечивая этим собственное распространение. Поскольку компьютеры под управлением Apple DOS 3.3 были чрезвычайно популярны в Северной Америке, Elk Cloner быстро сделался самым настоящим стихийным бедствием – вирус распространился настолько широко, что компания Apple вынуждена была даже выпустить специальную утилиту для его уничтожения, которая к тому же предотвращала повторное заражение системных дискет. Ну, а сам Ричард Скрента навсегда вписал свое имя в историю развития компьютерных технологий и информационной безопасности. Закончив Северо-Западный университет (Чикаго, Иллинойс), Скрента поработал программистом в таких известных компаниях, как Sun Microsystems, Netscape, America On-Line (AOL), а позже создал собственную фирму в Кремниевой долине, занимающуюся разработкой оригинального поискового движка, известного сейчас под наименованием Blekko.

В том же 1981 году было зафиксировано распространение самореплицирующейся программы под названием Virus 1,2,3 – и тоже в операционной системе Apple DOS 3.3 для компьютеров Apple II. Ну, а уже в 1986 году разразилась первая эпидемия среди IBM-совместимых компьютеров, массово заражавшихся вирусом-буткитом Brain.

Авторами этого творения стали 19-летний пакистанский программист Басит Фаруд Алви и его родной брат Амджат. Сами братья утверждали, что вирус был написан ими для защиты от нелицензионного копирования разработанного ими же медицинского программного обеспечения и предназначался только для компьютерных пиратов. После своего запуска Brain подменял собственной копией загрузочную запись на дискетах, отформатированных в файловой системе FAT (File Allocation Table), используемой, в частности, операционной системой MS-DOS. Оригинальная загрузочная запись перемещалась в другой сектор диска, помечавшийся как «плохой» (bad), а в качестве метки тома устанавливалось значение «©Brain». За год своего существования вирус заразил множество компьютеров во всем мире, в первую очередь на территории США и Великобритании.

Следующий, 1987 год, стал поистине урожайным на появление новых вредоносных программ. Так, в течение последующих двенадцати месяцев были выявлены вирусы, известные под именами Vienna, Stoned, Ping Pong, Cascade. Наиболее масштабное распространение получила вредоносная программа Jerusalem, обнаруженная в Иерусалиме в октябре 1987 года и инфицировавшая компьютеры под управлением MS-DOS по всему миру.

Jerusalem был резидентным вирусом, использовавшим около 2 Кбайт оперативной памяти компьютера и заражавшим все запускающиеся в системе исполняемые файлы за исключением основного компонента ядра MS-DOS – файла command.com. Вирус обладал несколькими вредоносными функциями: благодаря возможности перехватывать используемые DOS системные прерывания, он мог значительно замедлять работу зараженной машины, спонтанно отключать рабочие станции от сети и препятствовать нормальному выводу документов на печать. Однако главная его опасность заключалась в том, что каждую пятницу, выпадавшую на 13-е число (кроме 1987 года), вирус уничтожал исполняемые файлы всех без исключения запускающихся на инфицированном компьютере программ, что, естественно, нарушало нормальную работу персоналок.

Примерно с этого момента различные инциденты, связанные с массовым распространением компьютерных вирусов и других вредоносных приложений, уже перестали кого-либо удивлять, и многочисленные журналисты, специализирующиеся на освещении событий в области «высоких технологий», попросту не обращали на них чересчур пристального внимания. За исключением одного случая, наделавшего по-настоящему много шума.

Роберт Моррис, старший сын Боба Морриса, одного из ведущих экспертов отдела Агентства Национальной Безопасности США по расследованию компьютерных преступлений, рос тихим и скромным мальчиком. Его единственной страстью были компьютеры. Уже в четырнадцатилетнем возрасте он переписал популярную у подростков компьютерную игру Te Four Corners, добавив в нее множество новых функциональных возможностей. В 16 лет он стал настоящим экспертом по системе безопасности UNIX, обнаружив в «классическом» берклиевском коде этой платформы множество ошибок, которые не замедлил исправить. Однако он и сам не брезговал пользоваться обнаруженными «дырами» в защите, время от времени подключаясь к удаленным электронным сетям в поисках интересующей его информации. Это увлечение привело к тому, что вскоре в компьютерном журнале Smitsonian появился материал, в котором Роберта называли одним из наиболее известных молодых хакеров в Америке. Именно Роберт Моррис является автором и разработчиком одной из наиболее известных реализаций протокола передачи данных UUCP – Unix-To-Unix CoPy. Обучаясь на четвертом курсе Гарвардского университета, Роберт уже читал лекции в Национальном Агенстве Безопасности США и исследовательских лабораториях военно-морского флота по безопасности операционной системы UNIX.

Полученные Робертом в ходе его самостоятельных разработок и изу чения уже существующего опыта других программистов знания требовали практического применения. В качестве эксперимента Роберт решил написать программу, которая, используя обнаруженные им недоработки в созданном для UNIX протоколе FTP и программе sendmail, могла бы самостоятельно распространяться между объединенными в сеть компьютерами, но при этом умела бы эффективно «прятаться» в операционной системе и самостоятельно размножаться. Иными словами, «Червь» Морриса должен был объединять в себе все достоинства предыдущих попыток создания аналогичных программ. Поскольку эта разработка была всего лишь научным экспериментом, тестом на безопасность объединенных в сеть компьютерных систем, Роберт заложил в код «Червя» алгоритмы, сдерживающие его распространение, никаких модулей, разрушающих файловую систему атакованных компьютеров, также задумано не было. 2 ноября 1988 года в 18.30 Роберт Моррис подключился к компьютерам лаборатории искусственного интеллекта MIT и запустил свою программу на исполнение. Когда спустя полчаса он снова попытался подключиться к сети, чтобы проверить ход эксперимента, удаленный компьютер не ответил: благодаря закравшейся в исходный код ошибке «Червь» начал бесконтрольно размножаться, блокируя нормальную работу вычислительных систем, и вскоре вырвался из локальной сети MIT на просторы ARPANET’a – глобальной компьютерной сети, являвшейся на тот момент предшественницей современного Интернета.

Программа Морриса-младшего стала настоящим бедствием для США: в течение нескольких дней функционирование ARPANET было парализовано практически полностью. По различным подсчетам, эпидемия поразила порядка 6000 компьютеров – около 10 % всех работавших тогда в сети вычислительных машин, нанесенный «Червем» ущерб оценивался от скромной цифры в 150 000 до значительной суммы в 75 млн долларов США. Вскоре к делу подключилось ФБР, однако расследование длилось недолго: Моррис сам признался в содеянном, а пресса раздула скандал до неимоверного масштаба, прежде всего благодаря профессии его отца – ведущего эксперта АНБ США по борьбе с компьютерной преступностью.

Судебное дело Роберта Морриса было одним из первых дел по обвинению в совершении компьютерного преступления в США, до этого по данной статье под суд попал лишь известный во всем мире хакер Кевин Митник. Морриса признали виновным и приговорили к выплате штрафа в размере 10 000 долларов и 400 часам исправительных работ. Однако слава Роберта Морриса, получившего широкую известность благодаря созданному им «Червю», до сих пор не дает покоя сотням и тысячам вирусописателей на разных континентах. С тех пор многим амбициозным молодым людям, разбирающимся в программировании, рано или поздно приходит в голову идея попробовать свои силы в создании программы, которая, распространяясь по Сети, могла бы дестабилизировать работу удаленных компьютеров. Именно их стремление к дешевой славе принесло пользователям множество бессонных ночей, проведенных за восстановлением разрушенных систем.