1. Космоцентр вызывает Ило.

АСТР. Строго говоря, я не должен больше беспокоить тебя по тому делу, Ил. Состоялся Совет Космоцентра, на нем к твоему мнению обо мне присовокупились и другие, тоже нелестные. И… словом, через три дня я улетаю на Трассу, контролером роботов-гонщиков.

ИЛО. Что ж… надеюсь, ты не воспринял это как жизненное поражение? В конце концов, мы ищем себя всю жизнь. Если на Трассе ты поймешь то, что не понял в Солнечной…

АСТР. Да-да. Я тоже старый, Ило, не надо философских прописей. Тем более, что если в отношении меня ты оказался во многом прав, то в деле о пришельце Але — нет. Наш спор не окончен!

ИЛО. Спор?

АСТР. М-м… да, я опять не так сказал, извини. Не спор, не в твоей или моей правоте здесь дело. Но ты понимаешь: проблема Берна-Дана не решена. И пока она не решена, я себя отстраненным от нее не считаю. Сейчас мы дальше от решения, чем были раньше. Я в курсе того, как повел себя Аль в критической ситуации. Не буду высказывать чувства, они понятны. Но ты не можешь оспорить теперь, что не пробудили вы в нем своими преобразованиями высокое человеческое сознание, не пробудили! Ни для жизни, ни для осознания в себе памяти Дана. А раз так, то и ты, Ил, отстраниться от этого не вправе. Ты от всего отходишь, я знаю. Но это из долгов, которые не погашаются даже смертью.

ИЛО. Что ты предлагаешь?

АСТР. Сейчас он блуждает, может попасть в опасную ситуацию, погибнуть. Или — пусть тебя не шокирует такое предположение — одичать. Надо бы его найти, ненавязчиво держать под контролем. Не пора ли пробуждать память в нужном направлении? На месте тебе видней. Но… делай же что-нибудь, делай! Если не ты, так кто?

ИЛО. Что ж, пожалуй, ты прав.

АСТР. Со своей стороны обещаю до отлета сделать все, что смогу, чтобы Космоцентр и далее держал эту проблему под контролем. Раз уж на тебя, как выясняется, надежда слабовата. Уж не обессудь! Прощай.