ГЛАВА 4. Духовность.

Бог есть дух, и поклоняющиеся Ему. Должны поклоняться в духе и истине. [1 1 Иоан.4:24].

Согласно определению дух есть некое невещественное начало в противоположность материи. В отличие от религиозного мировоззрения, где под духом понимается изначальная движущая сила, присущая всему живому и порой даже неживому, атеистическое мировоззрение полагает, что дух — есть лишь настроение и состояние человека или коллектива (дух войны, дух победы, боевой дух).

С точки зрения марксизма, основным вопросом философии на протяжении всей её истории является вопрос именно об отношении сознания к материи, духа к природе. По мнению атеиста, неизбежность смерти вселяет в человека страх, делает его бессильным. Ещё Эпикур, живший в 342–271 г. до нашей эры не без основания полагал, что страх смерти есть одна из главных причин, приводящая человека к вере в богов и духов, и что нужно всячески освобождаться от этого страха. Он утверждал, что смертно не только тело, но и душа, а бессмертие — лишь утешительная иллюзия. Буржуазные революции нашего времени и зарождение естествознания привели, в конце концов, к тому, что религию и церковь стали рассматривать как опору тирании, а религиозные учения как воплощение невежества. Г. Гейне писал: "Мы хотим здесь, уже на Земле, построить царство небесное", — и если христианство обещает рай только "на небе", то социализм, по мнению последующих революционных деятелей вполне способен решить эту задачу "здесь и теперь". К. Маркс полагал, что если в обществе есть потребность в религиозных иллюзиях по поводу Царствия Божия, то нужно не иллюзии разрушать, а социальные отношения, порождающие их. В понимании марксизма, религия в классовом обществе есть "дух бездушных порядков", когда человек отчуждён от продукта собственного труда, от власти, когда отношения между людьми есть отношения господства и подчинения. При этом человека лишают свободы и превращают лишь в орудие накопления вещественного богатства, забывая о его некой высшей цели. Таким образом "критика неба" превращается в марксизме в "критику земли", а критика религии — в критику существующего права. На протяжении истории правящие классы использовали религию как инструмент господства одной части людей над другими. Однако, как считал К. Маркс, религии присущи и определенные революционные, гуманистические потенции. Религия, как особая форма осознания мира, обусловленная верой в духов, может выступать и как инструмент критики, обличения мира несовершенного, мира греховного.

Под духовностью обычно подразумевают отрешённость от низменных, грубо чувственных интересов и всемерное стремление к внутреннему совершенствованию. Можно смело утверждать, что духовность это именно то, что отделило человека от животного. Ведь если сравнить человека и, например, ту же обезьяну, то можно найти достаточно много общего, начиная с тела, эмоций, поведенческих рефлексов по добыванию пищи, воспроизводства себе подобных, защиты своего потомства, и кончая тем, что животное так же, как и человек способно видеть сны. Можно даже утверждать, что у животного есть душа, которая и определяет неповторимую личность каждого животного, его отличие от других подобных ему особей. Кто имел дело с животными, например, держал кошек в квартире, быстро поймёт, о чём идёт речь. Но давайте попытаемся ещё более полно подойти к определению духовности. Откуда это понятие вообще появилось? Можно ли как-то математически или хотя бы логически понять, что же это такое?

Вполне очевидно, что слово «духовность» есть производное от слова «дух», которое появилось ещё задолго до Христа. Читаем в Библии о сотворении жизни на Земле:

— И сказал Бог: да произведет земля душу живую по роду ее, скотов, и гадов, и зверей земных по роду их. И стало так.

[2 Быт.1:24].

В отношении же человека замысел Творца был уже несколько иным:

— И создал Господь Бог человека из праха земного, и вдунул в лице его дыхание жизни, и стал человек душею живою.

[2 Быт.2:7].

— … и введу в вас дух, и оживете, и узнаете, что Я Господь.

[2 Иез.37:6].

То есть, в отличие от животных, человек испытал дуновение Божье в виде духа, вошедшего в нас. Именно благодаря этому духу мы, очевидно, способны осознать не только себя, но и своего создателя, а так как Бог есть дух, то и человек тоже подобен Богу в духе своём.

— Бог есть дух…

[1 Иоан.4:24].

— В Его руке душа всего живущего и дух всякой человеческой плоти.

[2 Иов.12:10].

Нравственный закон внутри нас, другими словами, совесть — это и есть, очевидно, та искра Божья, тот человеческий дух. Удивительно, но слово «совесть» не ведомо восточным религиям, иудаизму и подменено словом «стыд».

— В каббале совесть это стыд перед людьми и самим собой за свой эгоизм. Существует мнение, что отрыв от Творца — это корень всех страданий в мире, поэтому совесть это самое кошмарное и тягостное переживание человека.

В народе стойко укоренились выражения, отражающие глубинную сущность человеческого духа такие, как: собраться с духом, пасть духом, но почему же появились и такие выражения, как «сильный духом» и «слабый духом»? Разве Бог не всеблаг, не всеправеден? Ведь не мог же Он произвольно одного человека одарить сильным духом, а другого слабым духом? Это несправедливо даже по человеческим меркам, так как означает, что для Творца мы не равны, и уже изначально при создании Он делит нас на любимчиков и изгоев.

Если тело и душа происходят от земли, то дух от неба, поэтому тот, кто силен духом очевидно ближе к небу, к Богу, нежели тот, кто слаб им, но когда же и почему произошло разделение в людях на «сильных духом» и «слабых духом»? Кто был причиной этого разделения, всеблагой Бог или всё же сам человек?

Если полагать, что именно Бог наделяет каждого из нас при рождении духом, и лишь в Его воле дать человеку слабый или сильный дух, то придётся смериться с мыслью, что человек есть лишь марионетка в руках Бога, а не самостоятельная личность. Однако подобное допущение полностью разрушает основы христианства. Действительно, ведь как тогда можно будет наказать человека за его грех на Страшном суде? Он просто заявит, что не виновен в содеянном, ибо таким его создали, вложив в него заведомо слабый дух, поэтому и результат налицо.

Если предположить, что слабый или сильный дух передаётся человеку от его родителей, подобно физическому телу, опять же возникнут многочисленные неувязки. Например, если родители были нечестивыми, значит и дух имели слабый, и этот слабый от двух родителей дух перейдёт на ребёнка. Но почему ребёнок — новая душа, должен получить этот слабый дух? Он разве виноват в несовершенстве своих родителей? Почему он должен своим слабым духом отвечать за их грех, если в Библии сказано:

— …сын не понесет вины отца, и отец не понесет вины сына, правда праведного при нем и остается, и беззаконие беззаконного при нем и остается.

[2 Иез.18:20].

И каким образом дух перейдёт от родителей к ребёнку? Представим себе, что семя взяли от отца в Европе и привезли в Америку к будущей матери. При осеменении в ребёнка должна войти какая-то часть духа отца и какая-то матери. Это означает, что каждый сперматозоид должен иметь дух отца, но ведь даже животные не имеют духа, а сперматозоид вообще всего лишь клетка. Если в формировании физического тела ребёнка участвуют рецессивные и доминантные гены, то о какой доминанте духа, можно вообще вести речь? Как сильный дух отца может дать часть себя ребёнку, смешавшись, например, со слабым духом матери то же неразрешимая загадка.

И, напоследок. Если дух передаётся ребёнку от родителей, то, как объяснить тот факт, что у «сильных духом» родителей рождается «слабый духом» ребёнок. Примеров в истории предостаточно. В народе существует даже расхожее мнение, что природа на детях отдыхает.

Из рассуждений, приведённых выше, логически вытекает лишь то, что степень духовности в человеке не задана изначально ни Богом, ни родителями, а является прямым следствием деятельности самого человека. Подобно тому, как наш разум в процессе нашей жизни претерпевает разительные изменения от новорождённого младенца к зрелому мужу, так и дух наш меняется. Но изменения духа более инертное, ведь дух — это есть сама сущность человека, его квинтэссенция, и вполне понятно, что одной земной жизни для становления духа будет недостаточно. Действительно, если, например, через месяц после рождения ребёнок умер, то о каком развитии его духа в этом случае можно вести речь? Поэтому примем теорию перевоплощений, как логический постулат, тем более что мы уделили ей достаточно много времени в предыдущей главе. Итак, в процессах реинкарнации духа в физических телах (не путать с душой), и происходит его становление. Первоначально, как и изложено в Библии, при первом появлении на свет человеческого тела с оживотворяющей его душой Бог вводит в человека частицу духа. Эта частица — суть первоначальная заготовка одинаковая для всех перворожденных душ, это то, что мы называем «я». В процессах жизнедеятельности тела-души человеческий дух приобретает некий жизненный опыт. Когда положенный срок жизни истекает, «я» вначале теряет своё физическое тело, а затем и душу. Дух же человека бессмертен, и через некоторое время после физической смерти он опять способен облечься в новое тело и душу, если ещё недостаточно укреплён, недостаточно силён (Святые — люди с сильным духом, принудительно уже не перевоплощаются более). Таким образом, рождение любого человека в мире материальном напрямую связано с состоянием его духа на момент рождения. Поэтому ни Бога, ни родителей винить за свой слабый дух не стоит. Если в процессах своих жизней человек основное внимание уделял лишь животным инстинктам, таким, как: еда, размножение, забота о потомстве, забота о своём теле, то понятно, что дух его не развивался должным образом, и это слабый дух. Христос, например, всячески предостерегал учеников от подобной животной жизни:

— Итак, не заботьтесь и не говорите: что нам есть? или что пить? или во что одеться? Потому что всего этого ищут язычники, и потому что Отец ваш Небесный знает, что вы имеете нужду во всём этом. Ищите же прежде Царства Божия и правды Его, и это всё приложится вам.

[1 Матф.6:31–33].

Хочу ещё раз заострить внимание на том, что после смерти человека умирает лишь личность человека, другими словами, его оболочка, состоящая из физического тела и души, но не дух человека. Только в этом смысле можно справедливо утверждать, что человеку дана лишь одна единственная уникальная жизнь. Как в одну реку нельзя войти дважды, так и человеческому духу невозможно повторно воплотиться в мире материальном с тем же набором тело-душа, ведь дух, воплощаясь, в процессе жизни в физическом теле всегда приобретает какой-то новый опыт для себя. При следующем воплощении этот новый опыт невольно приведёт к изменению оболочки для новой души, так как дух уже будет не совсем таким, каким он был вначале своего прошлого воплощения.

Совершенно ясно, что все люди, ныне живущие на земле, имеют различную, если так можно выразиться, степень духовности. Именно поэтому в мире столь много разнообразных мнений, приоритетов, смыслов жизни. Интересно и то, что каждый человек считает правым, в основном, лишь себя, так как его правда всегда базируется на фундаменте его духа развитого в той или иной степени на данный момент. Большое влияние на становление духовности оказывают и современные средства массовой информации. Пропагандируя определённый образ жизни, они особенно сильно влияют на сознание «слабых духом», принуждая их следовать именно этому образу. Пропаганда же животного отношения к жизни — вообще разрушает духовность подобных людей.

Осознание выше сказанного, коренным образом меняет наш взгляд на то, что мы называем демократией. Под демократией обычно понимается «власть народа», политический режим, в основе которого лежит метод коллективного принятия решений с равным воздействием участников на исход процесса или на его существенные стадии, при этом голос юного избирателя приравнен к голосу пожилого. Народ является единственно легитимным источником власти. То, что решает большинство, считается общим благом и подлежит исполнению. Но зададимся простым вопросом, а если это большинство как раз те, кто слаб духом? Получается, что именно они будут решать судьбу всех остальных, исходя из своих ущербных понятий о благе. Куда в этом случае будет направлен вектор развития общества?

Если на протяжении ряда жизней эти люди так и не развили свой дух, значит, всегда в своих прошлых жизнях руководствовались какими-то ложными целями. Общеизвестно, что науку, например, или искусство вперёд двигает не большинство, а люди, коренным образом отличающиеся от этого большинства. Люди, обладающие особого рода талантом, не доступным большинству. Люди, которых впоследствии называют гениями, уникумами. Но почему по отношению к общественной жизни должно быть иначе? Почему, то, что зовётся благом для человека должно определяться «серым» большинством, требующим лишь «хлеба и зрелищ»?.. Верующих много — святых мало, но ведь именно святые ведут верующих, а не наоборот.

Дьявол, как известно, скрыт в деталях. Поэтому подобное знание весьма опасно для «незрелого» человечества. Бездумное разделение людей по «сортам» может привести к трагическим последствиям, выражающимся в утере социального статуса для некоторых «сортов». За примерами далеко ходить не надо. Достаточно взглянуть на опыт Индии с её искажённой кастовой системой. Если в древнейшие времена в Индии под кастой подразумевалась степень духовного просветления индивидуумов, входящих в неё, при этом не было родового наследования, и переходы из касты в касту производили просветлённые из высшей касты, то со временем дьявол устранил свои недоработки и, в результате, духовность подменила телесность. Появилось родовое наследование. Статус человека стал определяться не по уровню его духовного развития, а по принадлежности его физического тела к какому-либо роду, при этом переход из касты в касту запретили.

Необходимо также чётко понимать и то, что разделение людей по «сортам», будет принято на «ура» как раз именно слабыми духом. Ибо именно они, в силу своей духовной неполноценности обуреваемы страстью гордыни и мнят себя первыми, «достойными» управлять другими людьми, которые порою находятся на более высокой ступени развития, нежели они сами, так как живут скромно и не выпячивают своё «я», но на Страшном суде всё встанет на свои места:

— Многие же будут первые последними, и последние первыми.

[1 Матф.19:30].

Каким же образом можно объективно определить степень духовности того или иного человека? Можно ли назвать, например, духовным человека лишь за то, что он великолепно разбирается в науке, музыке, живописи, литературе, и даже сам способен создать произведение, которое многие назовут гениальным? Очевидно, нет. Ведь талант это прерогатива развитой души, но не как ни духа. Известно, что Гитлер плакал, когда слушал музыку. Значит, музыка всё же находила отклик в его душе, но был ли он при этом духовным человеком? Вначале статьи было дано общепринятое определение духовности, но, похоже, что оно не совсем правильное, прежде всего потому, что фокус внимания этого определения направлен, прежде всего, на душу человека, а не на его дух. «Отрешённость от низменных, грубо чувственных интересов» есть лишь отрешённость от желаний нашего физического тела. Да, увлечение, например, музыкой или живописью уже не относится к сфере «грубо чувственных интересов», но также и не относится к духу, не так ли? В определении произошла как бы подмена понятий духовность и душевность.

Но тогда что же представляет собой, например, высшая духовность? Опять обратимся к Библии и поищем, что говорил людям Христос — эталон высшей духовности для христиан.

— Иисус сказал ему: возлюби Господа Бога твоего всем сердцем твоим и всею душею твоею и всем разумением твоим: сия есть первая и наибольшая заповедь; вторая же подобная ей: возлюби ближнего твоего, как самого себя; на сих двух заповедях утверждается весь закон и пророки.

[1 Матф.22:37–40].

Всё верно. Коли дух в нас вложил Господь, то, чтобы развить его нужно приобщиться именно к тому, кто его нам дал, ведь дух человеческий есть подобие Божьего духа. Но далее Иисус призывает относиться к другим людям так же, как и к самому себе. А это ещё зачем? Вполне очевидно, что для Господа все люди его дети, ведь в каждом из нас есть частичка Его дуновения. Все мы, есть для Него единое целое — семья, и все мы Ему дороги, как и родителям, дороги все их дети и путёвые, и непутёвые, и Ему больно, когда мы ненавидим друг друга и разрозненны, ведь даже земным родителям неприятно, когда их дети ссорятся и не встречаются более.

Далее мы видим, что в обеих заповедях присутствует слово «возлюби». Там, где нет любви (не путать с сексом), похоже, нет и духовности. И это правильно. Ведь сам Бог, по христианскому определению, есть Любовь. Но Бог также есть и Дух. Следовательно «сильный дух» и «любовь» это слова синонимы. Человек, очевидно, и способен любить, прежде всего, потому, что он существо именно духовное. О высшем же проявлении этой человеческой любви Христос сказал так:

— Нет больше той любви, как если кто положит душу свою (примет смерть) за друзей своих.

[1 Иоан.15:13].

Итак, высшим критерием духовности (силы духа) является любовь к Богу, проявляющаяся в стремлении развить человеческий дух до божественного состояния, и к людям — вплоть до принесения себя в жертву ради них, как и сделал сам Христос.

Однако в противоположность высшему критерию, существует, очевидно, и низший критерий — отсутствие духовности, слабость духа. Кто же из нас будет претендентом на него? Опять же вполне очевидно, что им, в первую очередь, станет атеист, ибо связь с тем, кто дал дух человеку, оборвана и подпитки нет. И для него, что Бог, что дух, всё одно — сказки. А если так, то и развивать нечего. Главными жизненными ценностями будут «ценности» материальные, может быть душевные (музыка, живопись и т. п.), но никак ни духовные. Вторым претендентом будет эгоист — человек, ставящий себя в центр мироздания. Эгоисту нет дела до других людей, они его интересуют лишь в разрезе собственной выгоды, не более. Жизнь за них он не отдаст, ни при каких обстоятельствах, разве что за своего ребёнка, но разве не так же поступают и животные?

Однако самым интересным для рассмотрения будет являться средняя прослойка в духовной иерархии, ведь в неё попадает большинство. Слабость божественной любви в нас к Богу и Его творению, открывает широкие врата демонам сребролюбия и власти, и многие из нас служат им. Но почему же, спросят некоторые, богатство и власть это плохо для духовности? Разве богатство и власть не означают того, что человек лишь реализовал свои неординарные таланты и потому чего-то добился в жизни? Он смог это сделать лишь упорным трудом, в отличие от других — лентяев. Что же здесь плохого? На первый взгляд, действительно, плохого вроде нет. Была, например, у девочки мечта стать богаче английской королевы, и она, в течение жизни, упорным трудом, реализовала её — добилась своего, и теперь в её доме золотой унитаз. Но какой ценой, спрашивается, и стоило ли вообще тратить жизнь ради подобной цели? Ведь Христос предупреждал:

— какая польза человеку, если он приобретёт весь мир, а душе своей повредит?

[1 Матф.16:26].

Не будем забывать, что душа связана с духом намного сильнее, нежели физическое тело, и поэтому достаточно сильно оказывает влияние на дух. Как говорил апостол Павел:

— сеется тело душевное, восстает тело духовное. [1 1Кор.15:44].

Но какой же вред, спросят некоторые, был нанесён душе? Давайте поразмыслим…

Во-первых, подобная цель — удел лишь «слабых духом», удел людей, совсем не осознающих своего бессмертного духа. Подобный человек считает богатство истинной ценностью, забывая о том, что эта «ценность» принадлежит материальному миру, в котором он лишь временный гость. Но зачем, спрашивается, направлять своё внимание на временное, если есть постоянное и вечное?

— Не собирайте себе сокровищ на земле, где моль и ржа истребляют и где воры подкапывают и крадут, но собирайте себе сокровища на небе, где ни моль, ни ржа не истребляют и где воры не подкапывают и не крадут, ибо где сокровище ваше, там будет и сердце ваше.

[1 Матф 6:19–21].

В сердце человеческом лежат помышления его. Как Кащея не отпускал от себя сундук с сокровищами, так и человека нажитое богатство будет всегда тянуть к земле, где оно покоится, а не к небу, не к Богу.

Во-вторых, если человек хочет стать богатым, то это означает лишь то, что он хочет возвыситься над другими, такими же, как он — своими братьями и сёстрами в духе. Ведь богатство, есть понятие относительное, и проявляет себя лишь в обладании некими большими «ценностями» в сравнении с другими людьми, а не теми «ценностями», которые у всех есть. Если, например, у всех будет шестисотый мерседес, то эти люди не будут богатыми — они будут равными, но если кто-то из них купит себе ещё и самолёт, то он станет богатым в сравнении с другими. Желание возвыситься над другими есть явный признак гордыни — главного порока, из которого прорастают практически все человеческие грехи. Следование этому пороку сильно вредит духовному развитию, ибо:

— Удобнее верблюду пройти сквозь игольные уши, нежели богатому войти в Царствие Божие.

[1 Мар.10:25].

Другими словами, «слабые духом» в Царствие Божие не попадут никогда.

В-третьих, для достижения своей цели этот человек всецело посвящал себя ей, не оставляя времени на то, что действительно было нужно для развития его духа. При этом, как говорил Святитель Иоанн Златоуст:

— он должен по необходимости многим льстить, как начальникам, так и подчиненным, иметь нужду во многом, до низости раболепствовать, бояться, трепетать, предполагать завистников, страшиться клеветников и алчности других корыстолюбцев.

— Никто не может служить двум господам: ибо или одного будет ненавидеть, а другого любить; или одному станет усердствовать, а о другом нерадеть. Не можете служить Богу и мамоне (богатству).

[1 Матф.6:24].

То, что сребролюбие (богатство) противно духу, надеюсь понятно. Поговорим теперь о властолюбии. Общеизвестно, что когда человек имеет много денег, он начинает рваться к власти. Этот порок, вероятно ещё более мерзок, нежели сребролюбие, так как предполагает прямое повиновение человеку, сознательно возвысившему себя над другими. Уже само желание возвысить себя над своими братьями и сёстрами порочно. Приведу выдержку из Евангелия:

— о чем дорогою вы рассуждали между собою? Они молчали; потому что дорогою рассуждали между собою, кто больше. И, сев, призвал двенадцать и сказал им: кто хочет быть первым, будь из всех последним и всем слугою.

[1 Мар 9:33–35].

Вспомним, как Христос сам показал апостолам пример смирения гордыни, обмыв им ноги:

— Итак, если Я, Господь и Учитель, умыл ноги вам, то и вы должны умывать ноги друг другу. Ибо Я дал вам пример, чтобы и вы делали то же, что Я сделал вам.

[1 Иоан.13:14–15].

Если в человеке где-то внутри теплится желание повелевать другими, то это является прямым указанием на слабость его духа. В таком человеке нет внутреннего смирения, ибо его гордыня ещё не сокрушена, оттого, что «я» подобного человека большую часть времени находится в его физическом, а не духовном теле, о существовании которого он, похоже, ещё даже и не догадывается.

— Жертва Богу — дух сокрушенный; сердца сокрушенного и смиренного Ты не презришь, Боже.

[2 Пс.50:19].

— Горе вам, фарисеям, что любите председания в синагогах и приветствия в народных собраниях.

[1 Лук.11:43].

На протяжении всего времени российской истории среди служителей церкви отчётливо проявляется какое-то почти раболепское потакание власти. Где власть, там и её преданные служители. Вполне удобная позиция — всегда быть в дружбе с «сильными мира сего», забывая, при этом, слова Иисуса: «Уже немного Мне говорить с вами; ибо идет князь мира сего, и во Мне не имеет ничего». [1 Иоан.14:30].

Апостол Павел говорил: «Всякая душа да будет покорна высшим властям, ибо нет власти не от Бога; существующие же власти от Бога установлены» [1 Рим.13:1]. Однако, как трактовать сказанное? В оригинале написано: «Несть бо власть, аще не от Бога», — но слово «Несть» можно перевести двояко, и как «Нет», и как «не есть». Если перевести, как «не есть», смысл изменится на диаметрально противоположный: «Не есть власть, если не от Бога». Разве царь ирод обладал властью от Бога, если всеми силами старался умертвить Бога — Христа? Ведь это какой-то нонсенс. Как может Бог желать убить самого себя? Вспомним, как и про Христа говорили, что Он от сатаны, и что на это ответил Христос:

— Если же и сатана разделится сам в себе, то как устоит царство его? а вы говорите, что Я силою веельзевула изгоняю бесов.

[1 Лук.11:18].

Приведу небольшую выдержку из духовных бесед.

«Отец Антоний, — перебиваю я, — а как же подчинение власти, объявленное Апостолом?».

«А что я говорю несогласное с Первоверховным?! — старец удивленно открыл глаза, — Не Павел ли нёс слово Евангельское вопреки всем запрещениям властей? За что был казнен Апостол Петр, за что подвергался изгнаниям Апостол Иоанн Богослов? Да что тебе говорить, не хуже моего знаешь и изгнание святителя Иоанна Златоустого, и тернии жизни святителя Василия Великого. А сколько претерпел святитель Григорий Палама? Так если говорить, то и величайший праведник святитель Гермоген не должен был просвещать, наставлять и благословлять народ на борьбу с польскими и иже с ними захватчиками?! Тоже власть была, и тоже попущена Богом, но по грехам людским, по грехам… Одно — когда ты властям перечишь по своей гордыне, из-за собственного тщеславия, а другое — ревности к вере Божией. Враждовать нельзя, но и то всегда — пусть враг Бога твоего будет твоим врагом! Это к любой власти относится».

Чем выше стоит человек в своём духовном развитии, чем сильнее он духом своим, тем менее надобности для такого человека в соблюдении формальных законов установленных обществом, ибо эта категория людей всегда действует согласно своей совести и свободной воле, не поддаваясь давлению извне. Законы создаются именно для «слабых духом», чтобы удержать последних от зла, под угрозой неминуемого наказания за совершённый проступок. Понятно, что чем нечестивее общество, тем большее количество законов действует в нём.

Сущность современного человека уже достаточно хорошо просматривается на примере его отношения, например, к компьютерным играм. Действительно. Какие игры ему нравятся, такова и его скрытая духовная сущность. Разберём, например, три типа игр: экшен, РПГ, стратегии. В первом типе игры человек и его компьютерный двойник суть одно. «Я» игрока как бы просто переносится из мира физического в мир виртуальный, и игрок полностью идентифицирует себя со своим героем. Во втором типе происходит разделение игрока и его компьютерного аналога. Игрок уже не ассоциирует себя полностью со своим героем, а управляет и повелевает им, как марионеткой, отдавая приказы куда пойти и что сделать. Да и сражается эта марионетка уже практически сама по своей внутренней логике не зависимой от игрока, игрок лишь даёт приказ начать атаку таким-то оружием. В третьем типе, игрок ещё более отдаляется от компьютерных персонажей, занимаясь лишь глобальным планированием и раздачей приказов уже группам людей, наслаждаясь своей безмерной властью над ними. Немудрено, что созидатели любят игры первого типа, а начальники (сильные мира сего) — последнего.

Можно также разглядеть эту сущность и по высказываниям человека на форумах, по его внутренней позиции по любому вопросу. Особенно любопытно бывать на христианских форумах. Казалось бы, что уж тут-то должно быть некое единство во взглядах, ан нет. В основном разногласия возникают в отношении к достатку и к коммуне, как способу жития первохристиан. Тех, кто покрепче духом — меньшинство. Они, как правило, являются противниками частной собственности и, как следствие, того строя, в котором правит мамона, ибо достаточно хорошо осознают, что погоня за материальным есть ложная цель, калечащая дух человека. Им ненужно богатства, нужен лишь разумный достаток, чтобы содержать в чистоте храм (физическое тело) души и духа своего.

— Не знаете ли, что тела ваши суть храм живущего в вас Святаго Духа, Которого имеете вы от Бога…

[1 1Кор.6:19].

Изобилие товаров на прилавках, они считают лишь признаком духовной деградации общества, вступившего на пространный путь погибели через смертный грех чревоугодия (потакание прихотям физического тела). Также эти люди положительно относятся и к коммуне, понимая, что все мы — одна семья, что все мы — дети Божьи, и поэтому негоже нам отделяться друг от друга решётками на окнах и стальными дверями.

Но:

— … широки врата и пространен путь, ведущие в погибель, и многие идут ими.

[1 Матф.7:13].

Разрыв с Богом может произойти только в результате акта свободы, дарованной Богом человеку. Поэтому каждый человек, и в особенности христианин, должен вести в себе внутреннюю борьбу — "невидимую брань" по искоренению в себе элементов гордыни, заложенных в нас физической животной природой человека. Не «я», а «мы» — лозунг христианина. Не разделяться, а объединяться призывает нас Господь:

— Я уже не в мире, но они в мире, а Я к Тебе иду. Отче Святый! соблюди их во имя Твое, тех, которых Ты Мне дал, чтобы они были едино, как и Мы.

[1 Иоан.17:11].

Все мы — одна семья, все мы — дети Божьи, и поэтому негоже нам отделяться друг от друга. Неужто уже не помним слов Христа: «Возлюби ближнего твоего, как самого себя»? Св. Иоанн Златоуст говорил:

— в то время, когда Бог отовсюду собирает нас, мы с особым усердием стараемся разъединиться между собою, отделиться друг от друга, образуя частные владения, и говорить эти холодные слова: "то твое, а это мое". Тогда возникают споры, тогда огорчения. А где нет ничего подобного, там ни споры, ни распри не возникают. Следовательно, для нас предназначено скорее общее, чем отдельное, владение вещами, и оно более согласно с самой природой. [XI:704].

Однако большинство христиан придерживается прямо противоположных взглядов. При этом — что удивительно, именно себя они считают истинными последователями Христа и, порою в жесткой форме, отстаивают свои позиции! Есть и люди, которые внешне производят вполне приятное впечатление, но по их высказываниям и поступкам для христианина становится понятна внутренняя сущность подобных людей. Для примера можно привести откровения некой Юлии Латыниной на "Эхо Москвы" по поводу движения «Оккупируй Уолл-Стрит». Она с негодованием констатирует, что:

— это, на мой взгляд, ужасный симптом, потому что «Нас — 99 %» — это полная противоположность принципу американской мечты. На место [бесовского] принципа «Я хочу стать единственным» приходит принцип «Нас — 99 %».

Похоже, что чем ближе мы подходим к «последним временам», тем сильнее власть антихриста и тем менее остаётся истинных христиан. Вспомним слова Христа: «Не бойтесь убивающих тело, души же не могущих убить» [1 Матф.10:28]. Но в наше тревожное время атака идёт именно на душу человека, и только слепец не видит этого. Серафим Саровский предупреждал, что наступит ещё более страшное время, когда уже не рядовые христиане, а сами священнослужители исказят веру до неузнаваемости:

— …так как к этому времени архиереи так онечестивятся, что… главнейшему догмату веры Христовой и веровать уже не будут: то Господу Богу благоугодно взять меня, убогого Серафима, до времени из сея привременной жизни и по сем воскресить, и воскресение моё будет, аки воскресение седми отроков в пещере Охлонской во дни Феодосия Юнейшего.

[215 стр.5].

Стоять во главе общества, управлять им должны только высоко духовные люди, люди сильные духом — не тактики, но стратеги. Общество подобно сложному организму. Поэтому, чтобы спасти весь организм от погибели иногда необходимо принимать достаточно жесткие действия в отношении его отдельных частей, ведущих к ней.

Предлагаю и читателю взглянуть на себя со стороны, и выставить самому себе предварительную духовную оценку, искренно ответив на следующие вопросы:

1. Хотите ли вы быть богаче других, например, своих благополучных соседей?

2. Хотите ли вы быть непременно начальником?

3. Желали бы вы иметь прислугу?

4. Хотите ли вы быть в центре внимания?

5. Считаете ли Вы нормальным жить за металлической дверью, с решётками на окнах, придерживаясь принципа «каждый за себя»?

6. Сторонник ли Вы частной собственности на то, что принадлежит всем (земля, недра и т. п.).

7. Способны ли вы поделиться с другим хотя бы малым, из того, что имеете сами?

8. Считаете ли вы, что бомж недочеловек?

9. Способны ли вы ограничивать себя в плотских желаниях, даже, если у вас хорошее здоровье и приличный достаток?

10. Находите ли вы время на мысленное общение со своим «я», на молитву, на поиск ответов о смысле своей жизни, о том, что есть добро и зло?