Allosaurus fragilis и Camptosaurus dispar.

Палеонтологи стремятся получить чёткое, естественное представление о прошлом, но акты беспричинного хищничества и свирепые монстры — это неоспоримо эффективный фактор в привлечении людей к изучению динозавров. Традиция палеоискусства полна таких эпических сражений, почти столь же канонических, как битвы героев в классической мифологии. Ни одна детская книга не будет полной без сцены нападения тираннозавра на трицератопса, воплощённой в миниатюре в виде велоцираптора, сцепившегося насмерть с протоцератопсом, и так далее.

Хотя хищничество действительно является жизненно важным (и жестоким) фактом в природе, не все столкновения добычи и хищника завершаются кинематографичной кровавой битвой. Гораздо чаще охотники отказываются от преследования своей добычи. Хищники регулярно игнорируют животных, которые не стоили бы энергии, затраченной на их преследование, и травоядные могут осторожно приближаться к мясоедам во время поисков общего ресурса вроде воды. Любопытство, страх, робость и истощение делают отношения добычи и хищника гораздо сложнее, чем мы обычно рисуем их в своём представлении.

В этой сцене, происходящей в поздней юре, видно, как травоядный камптозавр (Camptosaurus) приближается к отдыхающему аллозавру (Allosaurus), ведомый тем, что выглядит как любопытный социальный жест. Хотя аллозавр, несомненно, регулярно охотился на камптозавра, эта встреча выглядит мирным исключением из правила. В экосистемах наших дней также наблюдалось, как хищные большие кошки и травоядные взаимодействовали подобным же ненасильственным образом.