Hypsilophodon foxii, поедающий многоножку.

Во многом подобно анималистике, искусство изображения доисторических животных подсознательно определило для животных роли и их поведение. Хищники — всегда на охоте, гиганты всегда наблюдаются величаво отдыхающими, тогда как мелкие травоядные, изображённые как кроткие и невинные существа, показаны пасущимися, или же стремительно удирающими от какого-то ужасного хищника.

В отношении мелких травоядных динозавров такое распределение типажей рискует утратить связь с действительностью. Начнём с того, что травоядные животные не так уж и «невинны», совершая случайные хищнические действия. Современные травоядные едят, или, по крайней мере, будут пробовать съесть широкий спектр кормов. Наблюдалось, как олени и овцы отъедали головы и ноги морским птицам^{20}, белки часто едят птенцов птиц как дополнительный источник белка, и оказалось даже, что крупный рогатый скот съест яйца и птенцов птиц, если найдёт их^{21}[3]. Кроме того, у ископаемых животных можно вывести лишь общие связи между анатомией и пищевой адаптацией. Нет сомнений, что многие из них будут правильными предположениями, но мы опять-таки можем пропустить некоторые восхитительные возможности.

Здесь мы видим гипсилофодона (Hypsilophodon), в целом известного исключительно как мелкий травоядный динозавр. Но именно этот гипсилофодон не в курсе будущих предположений, касающихся его ископаемых остатков, и удачно дополняет свой растительный рацион мелкими животными. Однако эта закуска может преподнести ему гадкий сюрприз — многоножки часто покрывают свои тела химическими веществами с неприятным вкусом.