О социальных аспектах культуры речи.

Речь людей, как монологическая, так и диалогическая, во многом определяется и предписывается различными социоэтическими правилами, знание и соблюдение которых тоже входит в понятие «культура речи». Рассмотрим некоторые из них.

Стиль и социальное положение. Стиль речи, выбор стилистических средств в большой степени зависит от положения человека в обществе.

Речь и поведение лица, имеющего высокий социальный статус, обусловлены поговоркой Положение обязывает. Такой человек не имеет права использовать низкий стиль, говорить неграмотно, несвязно, сумбурно, тем более общаясь с людьми, занимающими более низкую социальную позицию.

Положение низшего тоже обязывает: нельзя в разговоре с начальником, уважаемым, солидным лицом проявлять фамильярность. Скажите прямо (скажите толком), к какому числу нужно мне сделать эту работу? – так общаться можно с равным себе человеком, но не с начальником; в последнем случае нужно сказать: Я хотел бы уточнить…

Таким образом, при беседе с кем-то надо учитывать и свое социальное положение, и социальное положение собеседника, не допуская ни занижения своего стиля, ни неоправданного его завышения. Сравните фрагменты рассказа А. Чехова «Толстый и тонкий»; сначала «тонкий» говорит с «толстым» на равных, поскольку тот – его старый товарищ, но выяснив, что «толстый» сильно поднялся по социальной лестнице, демонстрирует излишнюю подобострастность:

«Миша! Друг детства! Откуда ты взялся… Вот не ожидал! Вот сюрприз! Ну, да погляди же на меня хорошенько! Такой же красавец, как и был!».

«Я, ваше превосходительство… Очень приятно-с! Друг, можно сказать, детства и вдруг вышли в такие вельможи-с! Хи-хи-с!.. Милостивое внимание вашего превосходительства… вроде как бы живительной влаги…».

У Н. Гоголя в «Мертвых душах» мы читаем: «У нас есть такие мудрецы, которые с помещиком, имеющим двести душ, будут говорить совсем иначе, нежели с тем, у кого их триста…».

Впрочем, напрашивается вопрос: как же говорить с людьми, имеющими более высокий статус, в наше «демократическое» время? Где грань между хорошим тоном, почтением и подобострастием? Может быть, со всеми нужно говорить одинаково, без чинопочитания? Наверное, это зависит от конкретной ситуации, от разных обстоятельств. Но в любом случае нельзя допускать стилистическое «унижение паче гордости», равно как и заносчивость в общении с людьми, занимающими более высокое социальное положение.

Фактор социального статуса собеседников отражается и в разных формулах речевого этикета: Привет! Здорово! – так можно приветствовать человека, равного себе или стоящего ниже, но никак не выше на социальной лестнице.

Стиль и пол. Для мужчин и женщин характерна разная манера устной и письменной речи. Если верно, что стиль речи отражает менталитет человека (а мы убеждены, что это абсолютная истина), то, конечно, в речах мужчин и женщин всегда отражаются различия в их психологии, а также в предписываемых им общественных правилах поведения. Такие, например, высказывания, как перед походом нужно как следует поднавернуть; «Спартак» уже откинул копыта, представляются вульгаризмами-маскулинизмами, вполне допустимыми в речи мужчин, но маловероятными в устах уважающей себя женщины. В разговорной речи, даже в публичном выступлении резкие выражения, которые позволяет себе мужчина, могут быть восприняты нормально, тогда как оратор-женщина, использующая подобные выражения, рискует прослыть вульгарной.

Мужчины больше, чем женщины, склонны острить, использовать в речи анекдоты, парадоксы, каламбуры, даже непристойные выражения. Речь женщин часто сентиментальна: Это ни на что не похоже!.. На что это похоже?.. Какой ужас!.. Какой кошмар!.. Какая прелесть!.. – это выражения, неестественные в устах мужчины, можно было бы обозначить как стилистические феминизмы. С другой стороны, речь женщины зачастую более сумбурна и более многословна; речь мужчины, наоборот, должна быть более лаконичной и последовательной.

Стиль и возраст. Возраст накладывает отпечаток на речь человека. Важно соблюдать свойственные определенному возрасту стилистические нормы и соотносить свою речь с возрастом собеседника.

Характерную для детей словесную конструкцию и не… (или а вот и не…) взрослые употребляют только в общении с маленькими детьми: Это дыня. – И не дыня! Это тыква! (А вот и не дыня!).

Есть выражения вполне литературные, стилистически полновесные, но уместные в речи людей в основном старшего возраста: загнать за Можай; святая святых; бежит как черт от ладана. Разумеется, в речи пожилых людей были бы стилистически слишком рискованными какие-либо модные молодежные экспрессивные выражения (накрыться медным тазом; тусовка и др.). К сожалению, такие возрастные стилистические языковые несоответствия имеют негативные последствия: с одной стороны, архаизируются и могут выйти из употребления многие стилистически интересные слова и выражения вроде святая святых: не употребляя их в молодости, целое поколение, подрастая, уже не будет использовать их и в дальнейшем; с другой стороны, происходит постепенная «арготизация» языкового фонда: воровские и молодежные словечки и выражения со временем перестают восприниматься как жаргонные, стилистическая система в целом мутируется, перерождается в худшую сторону.

Рассмотрим другие неправильные употребления стилистических норм.

Любопытен разговор молодого человека Лапкина и мальчика в рассказе А. Чехова «Злой мальчик»:

– Надеюсь, что вы, как честный человек… – забормотал Лапкин, краснея.

– Подсматривать подло, а пересказывать низко, гнусно и мерзко… Полагаю, что вы, как честный и благородный человек…

– Дайте рубль, тогда не скажу! – сказал благородный человек. – А то скажу.

Лапкин явно избрал неверный тон, обращаясь к мальчику на вы. Чаще, правда, стилистически неадекватно говорят дети. Неприятно, когда мальчик или девочка «проникновенно» произносят несвойственные их возрасту речи, выученные ими по распоряжению взрослых: «Вечная слава героям Великой Отечественной войны, спасшим нас, завоевавшим нам наше светлое будущее, давшим нам саму возможность жить на нашей родной земле!» Не лучше звучит и фрагмент речи студентки, бездумно заимствовавшей его из какой-то газеты: «Мы вверяем учителям самое дорогое, что у нас есть, – наших детей!» Эта патетическая фраза была бы более уместной в выступлении женщины средних лет, имеющей детей-школьников.

Разговор между лицами одного возраста должен отличаться от разговора собеседников разного возраста: в последнем случае каждый должен выбирать выражения, приличествующие его возрасту и ситуации. Нехорошо, например, когда молодой специалист, беседуя с пожилыми коллегами, использует категоричные, безапелляционные выражения.

Стиль и профессия. Речь людей различается не только тематически, но и стилистически.

Вслушайтесь в речь ученого – она всегда характеризуется рассудительностью, обстоятельностью, точностью суждений; типичный военный, наоборот, не так многословен, как ученый, но более категоричен и не разменивается на мелочи, детали; речь учителей часто назидательна, даже когда они говорят не со школьниками, а со своими коллегами, соседями; у врачей с годами вырабатывается профессиональный добродушный (или, наоборот, довольно циничный) юмор; для журналистов характерны «цветистые штампы»; речь дипломатов обтекаема, уверенна, лишена эмоциональных срывов, поскольку этого требует их профессия.

Профессиональный акцент, хотя бы в малой степени, временами, обнаруживается в любой речевой ситуации: военный, разговаривая с учеными, будет использовать отрывистые командные выражения; ученый в беседе с человеком, далеким от науки, предпочтет многословные аналитические обоснования выдвинутого положения, рецензировать реплики собеседника и т. п. Это можно назвать стилистической интерференцией, т. е. неумением в нужной степени переключаться на другой стилистический код. В нашем примере и военный, и учитель должны прибегнуть к иной манере речи, демонстрируя стремление к сотрудничеству, взаимопониманию и т. д.