Глава 74.

Через три месяца, забрав Темпест у Голдбергов, они вернулись в дом на Львином холме. Син поправился, их лица светились таким счастьем, которое бывает только у молодых супругов, вернувшихся из великолепного свадебного путешествия.

На передних ступеньках пристройки стояли деревянные ящики со свадебными подарками, мебель и ковры Рут, а также вещи, приобретенные в Дурбане. Новоиспеченная жена, которой умело помогала Ада, с радостью стала распаковывать утварь. Тем временем Син поехал инспектировать поместье и очень порадовался, убедившись, что Майкл прекрасно управлялся без него. Деревья были подрезаны, сорняки выдраны, вместо пострадавших от огня деревьев виднелись новые побеги, а люди работали с удвоенной энергией, так как Майкл, посоветовавшись с бухгалтером, увеличил их заработок. Син прочитал Майклу лекцию, что «не надо строить из себя умника», «сначала надо научиться ходить, а потом — бегать». Свое наставление он закончил короткой молитвой.

Поощренный подобным образом, однажды вечером Майкл зашел в кабинет Сина. Коуртни-старший находился наверху блаженства, так как съел очень большой кусок жареного филея, который просто обожал, и оттого, что Рут согласилась сменить фамилию дочери с Фридман на Коуртни. Теперь он наслаждался прекрасным бренди и скрученной им самим гавайской сигарой и мечтал о том, что в скором времени отправится спать на свою гигантскую кровать, где его уже будет ждать красавица жена.

— Заходи, Майкл. Садись, хочешь бренди? — добродушно приветствовал его Син.

Юноша с вызовом подошел к письменному столу и положил пухлую папку.

— Что это? — с улыбкой поинтересовался Син.

— Прочти. — Майкл, пройдя по персидскому ковру в дальний конец комнаты, сел на стул.

Продолжая улыбаться, разомлевший хозяин взглянул на первую страницу.

«Предварительные расчеты и предложения по строительству танниновой фабрики на территории Львиного холма».

Улыбка «Сина исчезла. Он перевернул страницу, нахмурился, поморщился, снова зажег погасшую сигару и минут пять сидел в полной тишине, оправляясь от шока.

— Кто надоумил тебя?

— Никто.

— И где ты собираешься продавать свой товар?

— Смотри страницу пять. Там список потенциальных покупателей и установленные расценки за последние десять лет.

— Но для того чтобы фабрика работала, понадобится двадцать тысяч тонн коры. С Львиного холма и Магобо-Клуф мы сможем собрать только половину.

— Остальное мы сможем закупать на новых плантациях на равнине. Мы сможем платить больше, чем Джексон, так как не надо будет отправлять кору поездом в Питермарицбург.

— А кто будет руководить заводом?

— Я.

Син криво усмехнулся:

— А где ты будешь брать воду?

— Черт побери, да из Бабуинового потока.

Син целый час разбирался, придираясь к мельчайшим деталям плана, выискивая недостатки. Его возбуждение нарастало, Майкл же спокойно отвечал на все вопросы.

— Хорошо. — Син вздохнул. — С домашним заданием ты справился. А теперь ответь мне на последний вопрос. Где ты собираешься взять семьдесят тысяч фунтов для финансирования своего проекта?

Майкл закрыл глаза и плотно сжал челюсти. Казалось, он молился. И вдруг Син осознал, что перед ним — очень сильный человек, и удивился, что не замечал этого раньше. Майкл спокойным тоном произнес:

— Надо взять ссуду под Львиный холм и Магобо-Клуф на двадцать пять тысяч, выпустить облигаций на ту же сумму плюс паевое участие.

Син вскочил из-за стола и закричал:

— Нет!

— Почему нет?

— Потому что я полжизни выпутывался из долгов. И сейчас наконец-то из них вылез. Потому что мне знакомо чувство, когда тебе хочется больше денег, чем это необходимо, и мне это чувство не нравится. Потому что я очень доволен нынешним положением вещей и не хочу ловить за хвост очередного льва, тем более что он может меня сожрать. — Задыхаясь, он замолчал, потом закричал снова: — Потому что определенное количество денег принадлежит тебе и я не хочу богатеть таким способом.

Напоминая разгневанного леопарда, готовящегося к прыжку, Майкл вскочил со стула и хлопнул кулаком по столу. Юноша пристально посмотрел на Сина, его загорелая кожа покрылась красными пятнами, он дрожал от бешенства.

— Ну ладно. Мой план не нравится тебе, потому что он продуман! — выпалил он.

Син заморгал от удивления, но быстро овладел собой.

— Если ты займешься его осуществлением, жизнь для тебя будет не в радость, — прорычал он.

Майкл поднес к бумагам спичку:

— Позволь мне судить об этом.

В это мгновение дверь кабинета распахнулась, на пороге появилась Рут и пристально посмотрела на обоих. Они походили на дерущихся петухов с поднятыми гребешками.

— Немедленно объясните, что здесь происходит? — Потребовала она. Как Син, так и Майкл казались виноватыми. Младший Коуртни сел, а старший смущенно закашлял.

— Прости, мы здесь разговариваем, дорогая.

— От вашего «разговора» проснулась Темпест и чуть не слетела крыша. — Потом, улыбнувшись, она подошла к Сину и взяла его за руку. — Почему бы вам не отложить дискуссию до завтра? Тогда бы вы могли решить ваши проблемы с помощью пистолетов, на расстоянии двадцати шагов.

Пигмеи в лесах Итури охотятся на слонов, используя крохотные стрелы. Отравленное острие проникает в шкуру животного, и охотники спокойно и настойчиво преследуют его. Когда же яд доходит до сердца, слон падает, и дикари добивают его. Так и Майкл ранил Сина в самое сердце.