ГЛАВА 7.

К северу от озера Байкал, 30 июня 1908 года, на рассвете

Профессор не случайно выбрал для проведения церемонии уединенную заимку в глухом сибирском уголке. Фрол Гангрена, врач Кафедры, был родом из этих мест и рассказал Мельникову о таежной избушке, которую редко навещали охотники, — слишком уж далеко находился домик от обжитых мест. Профессору место приглянулось. Отсутствие же дорог не доставляло хлопот: порталы геоманта не требовали энергии и не попадали в поле зрения Великих Домов. Отправляя в Сибирь снаряжение для путешествия, Близнец строил грузовые переходы прямо из Москвы, со склада, который находился в двух шагах от Замка, и ни один наблюдатель не заметил его активности. Не мог заметить…

И последний портал, из Иркутска, которым Матвей и Мельников доставили в тайгу Трон, тоже оказался не по зубам нелюдям. Несмотря на то что лучшие, самые лучшие маги Темного Двора тратили массу энергии и сил на прощупывание сибирских просторов, им не удалось увидеть, куда челы перебросили Источник. Не удалось…

Теперь Трон важно возвышался посреди небольшой поляны, и первые лучи восходящего солнца с любопытством скользили по древнему металлу атлантов, словно удивляясь, какая сила занесла наследие Посейдона в таежную глубинку. Не меньшее любопытство, смешанное с бурным восторгом, вызвал Источник у учеников профессора, но им повезло куда меньше, чем солнечным лучам: пары презрительных фраз Спицына оказалось достаточно, чтобы молодые люди оставили артефакт в покое и не подходили к нему ближе чем на двадцать шагов. На Кафедре уже знали, что спорить с высокомерным аристократом себе дороже — высмеет или обольет помоями, а потому оробевшим ученикам Мельникова оставалось только наблюдать за тем, как граф-Хранитель, сопровождаемый одним лишь Андреем Близнецом, внимательно изучает заглушенный Источник. Андрея Спицын привечал, в последнее время лингвист много времени проводил с графом, переводя по его просьбе какие-то древние работы, и был единственным членом Кафедры, за исключением профессора, к которому Хранитель относился… ну, не как к равному, конечно, но с намеком на уважение.

— Матвей!

Геомант сидел на пне, медленно листая густо исписанные листы толстой тетради, не читал, просто освежал в памяти какие-то детали. При появлении Мельникова он оторвался от записей и поднял голову:

— Да?

— Вспоминаешь? — Профессор заглянул в тетрадь. — Правила нанесения Печати… Хорошо…

Он явно не знал, как начать разговор. Близнец отложил записи и встал на ноги.

— Что случилось?

— Матвей… — Мельников отвел глаза. — Я хочу, чтобы ты провел церемонию в одиночку.

Сказал и улыбнулся так, словно сбросил с души неимоверный груз. Слово прозвучало. Близнец вздрогнул, опустил плечи, и в его глазах мелькнула боль.

— В следующий раз тебе придется ставить Печати без меня, — спокойно продолжил профессор. — Думаю, надо привыкать к самостоятельности с самого начала.

— Значит, все кончено? — убитым голосом спросил геомант.

Разумеется, Матвей знал о проблеме, знал о несокрушимой преграде, вставшей на пути Мельникова, и отдал массу сил, чтобы обойти это препятствие. Последние месяцы профессор и геомант работали как одержимые, перепробовали массу вариантов, провели сотни опытов… Безуспешных опытов, но молодой человек все равно верил, ВЕРИЛ, что учитель найдет решение. В последний момент вырвет у судьбы свое право на мечту.

— Все кончено, — кивнул Мельников. — Увы, Матвей, проклятая чудская кровь не позволит мне получить Печать Странника.

— Это неправильно! Неправильно!!

Профессор сделал все, чтобы свершилось невозможное. Его ум, его вера, его энергия толкали Кафедру вперед, приближали момент величайшего события в истории Земли, позволили магической мысли челов достичь немыслимого пика. Мельников победил, но воспользоваться плодами виктории ему не суждено: энергии Трона недостаточно для полукровки, нужен Карфагенский Амулет. Нужны красные волны огненной Чуди. Нужны потоки огромной мощности, но доступа к Источнику Ордена нет, а значит — профессор остается на Земле. Близнецу хотелось выть.

— Это неправильно…

— Не трави мне душу. — Мельников потрепал ученика по плечу. Посерьезнел. — Привыкай к ответственности, Матвей, теперь ты главный.

— Миша старше меня, — напомнил геомант. — И Фома, и Фрол…

— Они потянутся к тебе, — усмехнулся профессор. — Мы оба это знаем. Тебя уважают, Матвей, и будут слушаться. Не подведи меня.

У Близнеца перехватило дыхание:

— Профессор, я…

— Ничего не говори. — Мельников крепко обнял Матвея. — Ты теперь главный, сынок. И не раскисай.

— Да. — Близнец сдержал подкативший к горлу комок. — Да, я не буду раскисать.

— Это правильно, — одобрял подошедший Спицын. — Мужчине слезы ни к чему. Не берите пример с тонких салонных поэтов.

Граф раскурил сигару, с наслаждением выдохнул дым, проигнорировал покашливание Мельникова — профессор не терпел табачного дыма — и поведал:

— Трон в полном порядке.

— Отлично, — улыбнулся Мельников. — Приступайте.

Хранитель элегантно стряхнул пепел на ботинки Матвея и поинтересовался:

— Через пять минут после того, как я всерьез займусь Источником, он разогреется достаточно сильно, чтобы быть услышанным Великими Домами. Я ошибаюсь, профессор, или вы действительно говорили, что мальчик способен замаскировать наши игры?

Спицын лично разрабатывал план проведения церемонии и внятно объяснял каждому члену Кафедры его роль. Но общаться по-другому он не мог. Или не хотел.

— Иду, — буркнул Близнец. — Мне нужно десять минут, чтобы поставить защиту.

Он сделал шаг к Источнику… и споткнулся о холодный голос графа:

— Я еще не закончил. — Хранитель попыхтел сигарой. — Я хочу донести до ваших умных голов понимание того, что церемония должна идти в точном соответствии с планом. В точнейшем соответствии. Мы должны отработать лучше, чем Императорская железная дорога, а это, господа, нелегко.

— Мы постараемся, — проворчал Матвей.

— Не «постараемся», а сделаем. — Спицын бросил на геоманта презрительный взгляд. — Стараться будете в другом месте. Мне нужен результат, а не ваши усилия. Если вы дадите то, что я требую, мне будет плевать, старались вы или нет. Это понятно?

— Я все сделаю. — Близнец тоже не рисковал спорить с графом.

— Когда Трон заработает на полную мощность, ваша защита уже не поможет. Примерно через минуту здесь появятся боевые группы нелюдей.

— Вместе с защитой я установлю смещенный купол, — заученно повторил Матвей. — Как мы уже убедились, пройти через него не смогли и два Источника.

— Но и выйти за его пределы невозможно, — напомнил граф. — А я не намерен жить в этой глуши всю оставшуюся жизнь.

Близнеца давно интересовало, можно ли отыскать в Спицыне хоть что-нибудь хорошее? На ум приходило одно: граф всегда одевался по последней моде, значит, его портной не голодает.

— Через минуту после нашего ухода во Внешние миры купол спадет, — вздохнул Матвей. — Я могу идти?

— Что вы должны сделать после того, как поставите Печати?

— Я должен обязательно взять у вас Чашу, — доложил Близнец.

— Таким образом Источник станет бесполезен для нелюдей.

— Теперь я могу идти?

— Идите, — милостиво кивнул Хранитель. — И…

Близнец устало вздохнул:

— Да?

— Можете приступать к работе, юноша.

Граф повернулся к Матвею спиной, намекая, что аудиенция окончена, и серьезно посмотрел в глаза Мельникова.

— Мы еще можем все изменить. Только скажи, я отправлю тебя на другой континент, спрячу так, что ни один Великий Дом не сможет…

— Я не уйду, — покачал головой профессор. — Ни за что не уйду. Я шел сюда всю жизнь, Николай. Я забрался так высоко, что уже не смогу прятаться в каком-нибудь чулане.

Спицын вздохнул;

— Мне жаль.

— Ты-то справишься? — усмехнулся Мельников.

— Да, — уверенно ответил Хранитель. — Я дам энергию.

— А потом? Сняв Чашу, ты сделаешь Трон неуправляемым.

— Не совсем так, — прищурился граф. — Я поставлю временное управляющее устройство, которое заблокирует энергию внутри Источника. А вот когда ты его удалишь, Трон действительно станет неуправляемым. Но я к тому времени буду далеко. Нелюди, если не дурни, тоже. — Спицын бросил сигару на землю, растоптал ее и негромко пробормотал: — Надеюсь, Источник выдержит. — Граф посмотрел на профессора и вытащил из кармана пять перстней с крупными желтыми камнями: — Эти кольца напрямую связаны с Троном, распредели их между учениками.

— А Плотников-старший?

— Ему я передам перстень лично.

* * *

Иркутск

— Мы не предполагали, что операция окажется столь важной для Тайного Города, — твердо произнес Сантьяга, глядя прямо в ярко-зеленые глаза жрицы Светозары. — Осведомитель сообщил нам место, где скрываются божественные лорды Тать. Я сразу же отправился в Иркутск и только здесь узнал, что дело связано с открытием Большой Дороги. Лорды сотрудничали с Кафедрой. Как только я это понял, то сразу же отправил сообщения вам. Господа, Темный Двор помнит, что Большая Дорога представляет интерес для всех Великих Домов, и не намерен никого обманывать.

— Нар и Нур рассказывали эту историю совершенно иначе, — обронил Карло Черито, мастер войны Ордена.

— Лорды Тать были бы счастливы устроить в Тайном Городе небольшую войну, — любезно улыбнулся комиссар. — Мы прекрасно знаем скверный характер наших старых недругов.

Состряпанная Сантьягой версия выглядела вполне правдоподобно, к тому же у людов и чудов не было ни времени, ни желания искать в словах комиссара неточности.

— Я привел семь рыцарей командоров войны, — буркнул Карло. — Великий магистр стянул в Замок лучших магов — мы можем рассчитывать на самую широкую поддержку.

— Со мной пять фат из дружины Дочерей Журавля и их воевода, — сообщила Светозара. — Королева и жрицы в полной готовности.

— К сожалению, среди нас нет того, кто действительно нужен, — вздохнул Сантьяга. — У Мельникова есть классный геомант.

* * *

К северу от Байкала

— Подозреваю, что будет больно, господа, ОЧЕНЬ больно. Я не знаю тонкостей собственно церемонии, но, когда на вас обрушится поток магической энергии, обещаю — станет неприятно. — Спицын, одетый лишь в тонкую белую сорочку и рейтузы, указал на поднос с маленькими пакетиками, который держал Андрей Близнец. — Здесь небольшие дозы опия. Он поможет вам справиться с болевым шоком. — И не удержался от сарказма: — Главное, не увлекайтесь потом.

Глаза графа лихорадочно блестели, волосы растрепались, но щеголь на время забыл о тщательно лелеемой внешности — он был полностью поглощен предстоящей работой. Возбуждение охватило всех членов Кафедры. У Мельникова дрожали руки. Фома откашливался каждые две минуты и непрерывно сжимал и разжимал кулаки. Очкарик постоянно прикладывался к фляге с водой. Миша Мастер пытался рассказывать сидящему рядом Гангрене сальные анекдоты, но ни разу не дошел до развязки. Камень курил одну папиросу за другой. Ботаник снова и снова проверял содержимое рюкзака. Аристарх Пугач с отсутствующей улыбкой смотрел на Трон, но вряд ли самый молодой член Кафедры видел Источник. Он смотрел дальше, гораздо дальше. И, глядя на него, Матвей неожиданно понял, что у них все получится. Все-все. Аристарх действительно видит другие миры. Значит — они есть. И мы их достигнем!

— Раздевайтесь!

Странники принялись стягивать с себя одежду.

— Скорее, господа, скорее! Кресты и обереги снять и спрятать! Потом наденете!

Граф взял в левую руку длинный посох, медленно взошел на платформу Источника и опустился на Трон:

— Именем Посейдона, владыки невозможных глубин, повелителя безбрежного Океана!

Над чашей появилось голубоватое сияние.

— Именем Посейдона, повелевающего силой великой…

Когда вокруг поляны открылись порталы нелюдей, Странники еще корчились от боли, пытаясь справиться с пронзившими их тела миллиардами раскаленных игл. До магов Великих Домов долетели стоны и проклятия, они видели мучения челов, видели, как Странники катаются по траве, разрываемые невозможной болью, видели, но были не в силах прорваться сквозь аркан геоманта. Пробовали все: и люды, и чуды, и навы, но результатом был только издевательский поклон, который граф отвесил Сантьяге. Воспитанный комиссар вежливо кивнул в ответ.

К этому времени Спицын уже накинул на алтарь перед троном плотную черную ткань, скрыв от врагов отсутствие Чаши, не спеша сошел с Источника и приветствовал нава, стоя на земле. Посох исчез, и в руке графа был только рюкзак, похожий на те, в которых хранилось снаряжение Странников.

— Вы опоздали к премьере, комиссар, — улыбнулся Спицын.

— В любой постановке важен финал, — напомнил Сантьяга. — А его я не пропущу.

— Да уж, не пропустите, — высокомерно пообещал граф.

И повернулся к Странникам:

— Подъем, ребята, хватит валяться! Подъем!

Властный голос, а также пинки, которые щедро раздавал Спицын, сделали свое дело: обалдевшие от боли и наркотика люди потянулись за одеждой. Неуверенно, как сомнамбулы, но потянулись.

— Время, босяки, время!! Вас ждут великие дела!

Рюкзак перекочевал в руки Матвея.

— Удачи, юноша, — прошептал Спицын. — Не подведи нас!

— Я…

— Пошевеливайся, недоучка!

Нелюди мрачно наблюдали за одевающимися челами.

— Аристарх, ты в порядке? — Мельников помог Пугачу надеть рюкзак. — Ты справишься?

Последний штрих. Самый последний и самый главный. Увидит ли юноша далекие миры? Сумеет ли проложить путь? Сумеет ли провести Странников сквозь бесконечность Пустоши? Профессор был уверен в Печати, в наложенном на учеников заклинании. Он был уверен, что ученики покинут Землю, но достигнут ли они другого мира?

Аристарх неуверенно провел перед собой рукой, закрыл глаза, пошатнулся — Мельников поддержал его под локоть — и вдруг замер. Замер и очень тихо произнес:

— Я вижу.

Произнес так, чтобы услышал только профессор — ни к чему давать нелюдям лишнюю информацию. Мельников понял, всхлипнул и сильно сжал плечо Пугача.

— Удачи, малыш!

— Профессор…

Но создатель Кафедры отпустил самого младшего ученика и сделал несколько шагов назад.

— Прощай! Прощайте все!

Они целовали учителя и становились вокруг Аристарха, поправляли рюкзаки и брались за руки. Девять человек, рискнувших шагнуть через Пустошь. Девять Странников. Пугач, Близнецы, Калека, Гангрена, Мастер, Очкарик, Ботаник и Камень. Ученые и неисправимые романтики. Они брались за руки и закрывали глаза. Они молчали, но по их лицам профессор понимал, что ученики видят новый мир глазами Аристарха.

Мельников отошел еще дальше в сторону, перекрестился.

— Птенцы полетели, — грустно улыбнулся Спицын. Профессор молча кивнул.

Странники, продолжая держаться за руки, выстроились в цепочку, и перед каждым из них появился переход.

Сияющая арка у Пугача…

Дубовая дверь у Матвея…

Калитка перед Гангреной…

— Одновременно, — прошептал Аристарх. — Одновременно!

И они шагнули вперед.

Оставалось шестьдесят секунд…

Нелюди притихли, выжидая, что будут делать профессор и граф. Пусть членам Кафедры и удалось уйти, но оставался Мельников, в голове которого хранился принцип работы Большой Дороги. Работающий принцип! Действующий!! Оставался Малый Трон Посейдона. Оставался Хранитель Черной Книги. Пока они прятались в построенном геомантом смещенном куполе. Но ведь не навсегда? Что собираются предпринять челы, чтобы уйти из западни?

А у челов оставалось всего шестьдесят секунд.

— Это был интересный опыт, — произнес Спицын, поднимаясь на Трон и останавливаясь возле накрытого тканью алтаря. — Я рад, что у нас получилось.

Нелюди насторожились.

— Твое инкогнито раскрыто, Николай. — Мельников встал рядом с Хранителем. — Теперь тебе придется нелегко в Тайном Городе.

— Не беспокойся, — рассмеялся Спицын. — Я справлюсь.

Они крепко пожали друг другу руки.

— Спасибо.

— Для меня была большая честь работать с тобой.

— Прощай, граф. — Мельников улыбнулся. — Ты… пойми правильно, я… Я не хочу никого видеть сейчас.

— Я понимаю, — вздохнул Спицын. — Я отойду туда, к стене.

— Прощай.

Теперь профессор остался один. Совсем один. Граф, ожидающий исчезновения купола, не в счет. Он не с Мельниковым, он уйдет, обязательно уйдет, если профессор сделает то, что от него требуется: высвободит энергию Трона и запустит неуправляемый Источник в свободный полет. Вряд ли нелюди ожидают такого подарка. Им придется бежать, наблюдателей накроют помехи, и высокомерный франт, расчетливый и умный, сумеет улизнуть от старых врагов. А еще нелюди подумают, что Трон погиб…

Мельников улыбнулся:

«Да, граф не в счет. Он уйдет. А я останусь на вершине. На СВОЕЙ вершине! Я превзошел великих магов Великих Домов. Я превзошел Хранителя. Я отправил своих учеников в путешествие по Внешним мирам. Я исполнил все свои мечты!».

— Хотя нет, — вдруг произнес Мельников. Его взгляд поймал ловкие фигуры гарок. — Я всегда мечтал быть воином. — По его губам скользнула легкая улыбка. — Не получилось.

Незримая преграда, отгораживающая челов от боевых магов Великих Домов, задрожала, фигуры нелюдей расплылись. Это сигнал: еще пять секунд, и купол исчезнет. Профессор сбросил накрывающую алтарь ткань.

Меч!

Знал ли Спицын о детской мечте Мельникова или он случайно использовал в качестве временной заглушки двуручный клинок?

Пальцы профессора сжали рукоять:

— Я всегда хотел быть воином.

И едва исчез купол, Мельников одним рывком извлек тяжелый меч из алтаря и с воинственным криком взмахнул им над головой.

Теперь ему на самом деле было не о чем мечтать.

Они успели унести ноги. Успели, потому что наблюдатели Тайного Города за секунду, за долю мгновения до взрыва успели понять, ЧТО сейчас произойдет. Чуды, люды, навы, стоявшие вокруг купола, провалились в принудительные порталы. Вместе с ними исчез Спицын — на отслеживание его перехода у спасающих своих воинов Великих Домов просто не было времени.

* * *

Они успели унести ноги, а потому не видели, как на таежной полянке безумствовала дикая, совершенно дикая энергия. Как необузданный поток подхватил массивный Трон и стремительно помчал его по небу, оставляя длинный след среди потревоженных облаков.

Они успели унести ноги, а потому не видели, как смеялся размахивающий мечом Мельников. Как он хохотал, наслаждаясь восхитительным полетом и вдруг приблизившимися звездами. И как разрывала его, смеющегося, бешеная энергия неуправляемого Источника.

Они успели унести ноги. А находящиеся в Тайном Городе наблюдатели скрупулезно фиксировали последствия недолгого, но удивительного путешествия профессора Мельникова на разбушевавшемся Троне. Наблюдатели отметили пятибалльное землетрясение в Иркутске и в Йене, отстоящем от сибирского города почти на три тысячи миль. Они отметили ударную волну, дважды обогнувшую земной шар, и миллионы упавших деревьев. Наблюдатели внимательно следили за колоссальным лесным пожаром и магнитной бурей, бушевавшей свыше четырех часов. Наблюдатели заметили все, все проанализировали и сделали однозначный вывод: уцелеть в такой катастрофе Трон не мог. Никак не мог.

«Грандиозная автомобильная пробка на Садовом кольце! Ищите объездные пути! В самый разгар рабочего дня Валовая улица оказалась полностью парализованной из-за массовой аварии, в которой, по предварительным сведениям, участвовали свыше двадцати автомобилей. Жертв, к счастью, нет, два человека госпитализированы с травмами разной степени тяжести, остальным медицинская помощь оказана на месте. Как сообщили нашему корреспонденту в дорожной полиции, аварию спровоцировала молодая девушка, решившая перейти оживленную дорогу в неположенном месте. Ее поиск…» («Авторадио») «Анализируя упорное нежелание Великих Домов информировать общественность о последних событиях, можно прийти к выводу, что подоплека многочисленных боевых столкновений мелка или постыдна. Вполне возможно, что суета вызвана грядущими выборами фюрера Красных Шапок. Предвыборные игры дикарей стали основным источником новостей в последние дни…» («Тиградком»)

* * *

Складской комплекс «РОН»

Москва, улица Академика Курчатова, 19 марта, пятница, 16:19

— Джин!

Нур знал, что серьезных повреждений у девушки нет: от сотрясения мозга он ее избавил, треснувшую кость на руке (на нее наступил Лунатик) срастил и крохотное внутреннее кровотечение ликвидировал. Организм девушки был в полном порядке, но негритянка все еще пребывала без чувств. Слишком много стрессов для одного дня, слишком много лечебной магии: ткани восстановились, но мозг пока отказывался это признавать.

— Джин! Открой глаза, бездельница! Хватит притворяться!

Карлик хлестнул девушку по шеке.

— Ты слышишь меня?

— Пожалуйста, не бей…

— Спящий тебя побери, красавица, зачем ты пугаешь старого друга? — В голосе Нура скользнули мягкие нотки. — В голове гудит?

— Нет. — Негритянка неуверенно огляделась и, взяв тата за руку, медленно поднялась на ноги. — Где мы?

— В маленьком тайнике для больших задач.

Ни один геомант не смог бы замаскировать Источник, тем более — работающий, и лорду пришлось заниматься защитой склада самостоятельно. Насколько удачно? Ответ на этот вопрос мог дать только опыт, но результаты работы карлика смотрелись более чем внушительно. Все стены ангара покрывала вязь татских заклинаний, и нарисованные символы плотно перемешивались с закрепленными тут же артефактами. На потолке ярко пылал крупный голубой кристалл, семь его лучей падали вниз, образуя над кругом, в который встанет Трон, контуры шатра. Не остался без украшений и пол: грубый бетон склада был щедро исписан золотой краской.

— Здорово! — оценила девушка. — Догадываюсь, какие потоки энергии здесь будут гулять.

— Самые мощные, — без ложной скромности ответил лорд. — Я предусмотрел все: наблюдатели Великих Домов не смогут засечь работу Источника, единственная проблема — геомант…

— Я буду непрерывно следить за окружающим, — пообещала Джин. — И если почувствую, что в гармонию мира вносятся направленные против нас изменения, немедленно дам тебе знать.

— Надеюсь, твоей чувствительности хватит… — пробормотал Нур.

Он помог девушке добраться до стоящего в углу кресла, поймал взгляд ее измученных глаз и тяжело вздохнул. Она действительно вымоталась и очень ослабла. Проблемы, сплошные проблемы. С таким трудом найденный геомант едва не погиб и пребывает далеко не в лучшей форме. А ведь только Джин способна помочь в противостоянии со Странниками. Лорд прекрасно помнил, как уходил под землю колоссальный монолит Малого Трона Посейдона и как разбивались гигантские волны энергии, неспособные снести хитрую защиту магии мира. Бороться с классным геомантом тяжело, почти невозможно. Карлик снова вздохнул. Утешало то, что к Черкасу приходил не Матвей, но кто знает, сколько Странников вернулось на самом деле? Нур хотел быть готовым к любым неожиданностям.

— Джин.

— Да?

— Попробуй открыть Книгу.

Девушка поморщилась, но послушно потянула обложку. Безуспешно. Черная Книга отказывалась общаться с негритянкой. Еще одна проблема. Проклятые Хранители хорошо защитили главное человское сокровище. Или наоборот: само сокровище выбирает читателей по своему вкусу. Что ж, тем интереснее… Сумела ли Лариса вырваться из засады? Сможет ли она проследить путь Черной Книги? Если проклятый том откажется выдавать свои секреты, придется вернуться к переговорам с Хранителем.

Карлик потер лоб. Ладно, это потом. Сейчас достаточно самого факта обладания: Черная Книга слишком важна для челов, и даже если Странники готовы пожертвовать Троном, они будут пытаться выручить древний артефакт.

— Теперь они точно придут, — прищурился лорд, Джин помолчала.

— Ты оставишь Странников в живых?

— Не знаю. — Нур пожал могучими плечами. — Обиды на Кафедру я не держу, в конце концов, в прошлый раз они переиграли меня красиво. Все будет зависеть от хода переговоров.

— Лариса не забудет унижения.

— Успокоится со временем, — хмыкнул карлик. — Поймет, что мы в одной лодке: путь в Тайный Город нам заказан, и в будущем мы можем быть полезны друг другу.

Джин многозначительно округлила глаза, но смолчала и отхлебнула приготовленный заботливым лордом укрепляющий коктейль.

— Ладно, ладно, подарю ей букет ромашек, она и растает. Но где Трон? — Нур вытащил телефон, посмотрел на часы и набрал номер: — Дрон? Это я. Где, черт побери… — Лицо карлика окаменело.

Джин подалась вперед.

— Что случилось?

— Дрон, ты догадываешься, что я с тобой сделаю, если ты не найдешь грузовик? — Выслушал ответ. — Сомневаюсь, что догадываешься: фантазия у меня гораздо богаче твоей и Красноярск покажется детской сказкой. — Пауза. — Два часа? Хорошо. У тебя есть сто двадцать минут. Время пошло.

Лорд медленно убрал в карман трубку.

— Что случилось?

— На подъезде к Москве конвой был захвачен неизвестными бандитами. Сопровождавшие Трон охранники избиты. Грузовик угнан.

Он говорил медленно и спокойно, но девушка видела, что карлик с трудом сдерживает бешенство, а в его глазах пляшут смертоносные огоньки.

— Он обещает найти Трон? Может, ты сам займешься…

— Я не могу свободно разгуливать по Тайному Городу, — напомнил Нур. — Мне нужно укрываться от наблюдателей, а большая часть моих сил направлена на защиту этого помещения. — Он помолчал. — На грузовике установлен спутниковый маяк. Дрон уже засек его местонахождение, собрал команду и едет разбираться.

— Вот видишь. Он все исправит. — Негритянка подошла к лорду, присела на колени и прижалась к его широкой груди. — Успокойся, Нур. Все поправится.

* * *

Офис компании «Неприятные Ощущения»

Москва, улица Большая Лубянка, 19 марта, пятница, 16:20

— Как вы меня нашли?

— Нас предупредили.

— Кто?

— Не важно. Важно то, что мы тебя вытащили.

— Да, это важно.

Лариса сидела на стуле в самом центре офиса. Она уже успела успокоиться, взять себя в руки и вела беседу весьма уверенно. На Ингу, расположившуюся вместе с Яной на диване, Лариса старалась не смотреть. На подпирающего стену Артема — тоже. В итоге девушка не спускала глаз с сидящего напротив Кортеса.

— Я должна знать, кто вас предупредил, чтобы сделать вывод, можно ли вам доверять.

— Приятно, что ты хоть чему-то научилась, — улыбнулась Яна.

Лариса изогнула бровь:

— Почему научилась? Это нормальная мера предосторожности.

— Что мешало тебе быть острожной до сих пор? — язвительно осведомилась гиперборейская ведьма. — Тебя подставили, значит, ты доверилась не тому, кому надо.

— У меня были причины, — после паузы ответила Лариса. Но была вынуждена сдаться: — Хорошо. Я научилась быть осторожной. Или еще учусь. Не важно. Я хочу знать, кто вас предупредил.

— Это невозможно, — покачал головой Кортес.

— В таком случае я не могу вам доверять.

— В таком случае можешь идти, — безразлично бросил наемник. — До свидания.

Лариса поняла, что Кортес не шутит. И еще она поняла, что наемники действительно готовы ей помочь, точнее, не ей самой, а попавшему в беду Хранителю, но радости по поводу рискованной операции не испытывают. Бросят ли они ее, как пообещал Кортес? Выяснять это на опыте девушка не хотела.

— Ладно, забудем. Но может быть, вы расскажете, как нашли меня в том дворе?

— Благодаря Яне. Она слушала переговоры чудов, соответственно знала, где тебя нет, и вычислила, куда ты направишься.

— У тебя было не так уж много вариантов движения, — вставил Артем. — К счастью, рыцари не сразу опомнились после драки и у нас было время. Если бы ты прошла через двор, то наткнулась бы на чудов.

— Вычислили, — тихо произнесла Лариса. — Ну да, профессионалы… — Секунд десять она в упор смотрела на Кортеса. — Вы мне поможете?

— Мы считаем, что Черная Книга должна остаться у тебя.

— Потенциал у тебя большой, а бестолковость со временем улетучится, — буркнула Яна.

— Если только ее не убьют в следующий раз, — ядовито добавила Инга. Лариса скривилась, но промолчала. Рыжая стерва имела полное право на сарказм — она вытащила Хранителя из передряги, а не наоборот.

— Прежде чем мы углубимся в твои проблемы, — спокойно продолжил Кортес, — необходимо обсудить наше вознаграждение.

— Назовите сумму, — пожала плечами Лариса.

— Дневники Странников, — тихо произнес наемник.

Девушка осеклась.

— Разумеется, ты снимешь себе копию, — улыбнулся Кортес. — Или наоборот: снимешь копию нам. Разницы нет.

— Хочешь порадовать нелюдей? — прищурилась Лариса.

— Хочу, — согласился наемник. — Они имеют право знать о Внешних мирах.

Девушка думала недолго, секунд пять, после чего поинтересовалась:

— А если мы не встретимся со Странником? Или он не оставит мне дневники? Или…

— Тогда ты не будешь нам ничего должна, — развел руками Кортес. — Разве что ответную услугу, при случае, но это уж на твое усмотрение.

— Деньги вам не нужны?

— От тебя нет.

— Почему?

— Если у нас все получится, — объяснил наемник, — а мы приложим все усилия, чтобы у нас получилось, это будет означать, что Великие Дома проиграли. Ты вернешь Черную Книгу и скроешься из Тайного Города. Странники уйдут во Внешние миры. Секрет Большой Дороги останется секретом. Как ты понимаешь, Великие Дома будут очень разочарованы.

— И разозлятся на вас, — усмехнулась Лариса.

— И будет хорошо, если мы сможем предложить Тайному Городу какой-нибудь сувенир… Например, последние сведения о Внешних мирах.

— За умеренную плату.

— Ну, это уж наше дело.

Девушка протянула Кортесу руку:

— Мы договорились.

— Вот и хорошо. — Наемник осторожно пожал тонкую ладошку Хранителя. — Теперь расскажи, кто тебя подставил.

— Нур.

— Черт! — Кортес поморщился.

— Знакомое имя? — осведомилась Лариса.

— Как ты могла довериться тату?

— Я ошиблась, — коротко ответила помрачневшая девушка.

Кортес посмотрел на Яну:

— Что скажешь?

— Мы с Ларисой способны на многое, — задумчиво протянула гиперборейская ведьма. — Задача облегчается тем, что нам нужен не бой, а рейд: прорыв к Черной Книге, ее захват и быстрый отход. При определенном стечении обстоятельств можно рассчитывать на успех.

— Хорошо, когда в планировании операции принимает участие законченный псих, — вяло улыбнулся Кортес. — Только не забудь, Яна, что нам противостоит живой Источник.

— Нур не сможет действовать в полную силу, — неожиданно сказала Лариса.

— Почему?

— Ему надо прикрывать Малый Трон Посейдона.

— Трон тоже был у тебя? — В голосе Инги скользнули ревнивые нотки. «Завидуешь?» На душе у Ларисы потеплело.

— Странники спрятали Источник перед тем, как покинуть Землю, но, видимо, недостаточно хорошо. Нур отыскал его.

— И привез в Тайный Город?

— В противном случае Странник не придет на встречу.

— Это меняет дело! — Теперь Яна говорила куда уверенней. — На маскировку Трона карлик затратит уйму энергии, что существенно повышает наши шансы.

— Остается сущая мелочь: выяснить, где сейчас карлик, — рассмеялся Артем. — Лариса, малыш не оставлял свой новый адрес?

— Оставлял. — Девушка сняла с шеи медальон и осторожно, как величайшую драгоценность, вытащила из него длинный черный волос. — Это принадлежит Джин, помощнице Нура. Сейчас она с ним.

— Почему ты так думаешь?

— Потому что она геомант. — Лариса тяжело вздохнула. — Никто другой не смог бы добраться до Черной Книги.

* * *

Складской комплекс «Кумар Карго Экспресс»

Москва, улица Левобережная, 19 марта, пятница, 17:07

Разумеется, Урбек Кумар был далеко не единственным шасом, который вел бизнес с Красными Шапками. Военные трофеи дикарей принимали еще три уважаемых торговца, но стиль их работы несколько отличался от поведения рискового Урбека: цены они давали еще меньшие, товар брали только ликвидный, окончательный расчет проводили после реализации. Эти обстоятельства сделали Кумара любимым партнером Красных Шапок, и не было ничего удивительного в том, что свежедобытый грузовик с добычей Копыто пригнал именно в «Кумар Карго». Трений с Булыжником и прочими Дуричами, в больших количествах ошивающихся на складе Урбека, храбрый уйбуй не опасался: Копыто знал, что расчетливый Кумар строго-настрого запретил проявлять агрессию в отношении клиентов.

Уйбуй вытащил из кармана плоскую фляжку и вытряхнул остатки кукурузного пойла в глотку.

— Спящий тебя побери, закончилось… — Копыто огляделся. — Эй, Психичи… черт… Дуричи, виски есть?

— С утра все выхлебали, — с легкой враждебностью сообщил Булыжник.

— Будто гостей не ждали.

— Мы для вас другой подарок готовили.

— Тоже мне, Санта-Клаусы, мля…

Уйбуй собрался было поведать Дуричам некоторые подробности из позорной истории их клана, но осекся, перестроился и попытался изобразить на лице деловую сосредоточенность — к грузовику быстрым шагом подошел Кумар.

— Если это телевизоры, то дам только треть от цены, — буркнул Урбек. — У меня от них уже склад пухнет.

— Не телевизоры это, не телевизоры, — успокоил шаса Копыто.

— А что?

— Сейчас узнаем.

— Шибзичи вконец озверели, — заржали бойцы Булыжника. — Хватают что попало, даже накладные не смотрят.

— Наверное, читать не умеют!

— А вы умеете, умники? — ощерился Контейнер. — Типа, Эйнштейны нашлись.

— Тренер, скажи, чтобы он перестал оскорблять, — с обидой заявил Дурич. — А то я за себя не ручаюсь.

— Бром выпей, — посоветовал Урбек. — Эпштейн, между прочим, известный чикагский монетарист, его во всех бизнес-школах проходят.

— В учебниках?

— Да, Булыжник, в учебниках, — усмехнулся шас. — В разделе «Их разыскивает полиция».

— Свой чел, — решил Булыжник. — Чисто тренер, адназначна.

Копыто удивленно посмотрел на Контейнера:

— А ты откуда про этого милитариста знаешь?

— Сидели вместе, — пожал плечами боец.

— Чего только не узнаешь, мля. — Уйбуй повертел в руке пересохшую флягу. — Ну и как он? В натуре милитарист?

— Вы что, обалдели? — рявкнул Урбск. — Что значит «как он»? Фургон открывайте, дебилы, или я до ночи с вами валандаться буду?

Красные Шапки опомнились. Копыто быстро сунул флягу в карман и протянул Контейнеру командирскую фомку:

— Вскрывай.

* * *

— Значит, так, братва, никаких базаров с падлами — за крысятничество надо отвечать. Вся Москва знает, что это наш грузовик, и вся Москва в случае чего за нас подпишется. Плакать по отморозкам никто не станет.

— Знакомый склад, — протянул один из уголовников.

— Его крутой барыга держит, — припомнил другой. — Кумар.

— Ему не повезло, — отрезал Дрон.

— А если он заяву предъявит?

— С барыгой после перетрем. Все в натуре понимают, что он не при делах и ответ не держит. Отморозки на любой склад могли товар пригнать. Дело случая.

— А отморозков много?

— Пацаны сказали, штук пятнадцать. Но всех мочить не надо: забираем груз и уходим, это главное. Товар сбросим, можно вернуться и продолжить разборку, но не раньше. Все ясно?

— Ясно!

Дрон оглядел бойцов. Два десятка, все, что успел собрать за столь короткое время. Уголовники с трудом поместились в массивном фургоне «Форд» и привычно готовились к очередному делу: проверяли оружие, натягивали бронежилеты, перебрасывались короткими репликами. У четверых автоматы, шестеро с дробовиками, у остальных только пистолеты. Ладно, огневой мощи для быстрого налета достаточно.

Разработанный план не отличался особыми изысками. За руль фургона сел Бухара, черный и вертлявый парень, имевший в свое время дело с местным барыгой. Охрана его знает и пропустит на территорию, поверив, что в «Форде» горячий товар. Далее по обстоятельствам. Каковы будут эти самые обстоятельства, Дрон представлял слабо, но был уверен в том, что либо увезет грузовик, либо ляжет костьми на этом самом складе. О возвращении к страшному карлику без товара бандит даже не думал.

— Давай, Бухара! — Дрон перекрестился. — С богом!

* * *

— Не, мля, это не телевизоры, — пробормотал Копыто.

— Ни хрена не телевизоры, — подтвердил Контейнер.

— Значит, эта… — уйбуй посмотрел на шаса. — Настоящую цену давай, от этого у тебя склад не пухнет.

— А что это? — осведомился Урбек, созерцая содержимое грузовика. — Вы чего сперли, олухи?

— Откуда мы знаем?

«Это» занимало практически весь фургон, было аккуратно затянуто в брезент, а там, где Контейнер разрезал плотную ткань, поблескивал металл. Как успели заметить заинтересованные стороны, «это» состояло из мощной платформы, на которой разместились что-то вроде кресла, алтаря и стены на заднем плане. Стена была украшена незнакомыми символами.

— Что было, то и сперли, мля, — подытожил Копыто. — Сколько?

— Это, наверное, в музей какой-нибудь везли, — задумчиво произнес Кумар. — Я с такой ерундой не связываюсь.

— Великим Домам втюхаешь.

— Если бы оно им было надо, оно бы уже у них было, — поучительно заметил Урбек, но в голосе шаса не чувствовалось уверенности. — Ладно, Копыто, заплачу вам, как… как за телевизоры.

— Это, мля, политической провокацией попахивает! — завопил уйбуй. — Специально цену сбиваешь, чтобы выборы выиграть!

— Ты давай демократию сюда не впутывай, — строго велел Кумар. — Мне еще этот «телевизор» пристроить надо куда-нибудь. А вдруг эта штука во всех каталогах ЮНЕСКО значится?

— Ты давай юнеськами не отмазывайся! Деньги давай, как за… — Копыто пощупал пальцами воздух, пытаясь найти адекватную цену. Иголка и Контейнер шептали уйбую с двух разных сторон. — Деньги давай, как за компьютеры! Нет! Как за телефоны мобильные! Нет, как за ноутбуки!

— Смотри от жадности не опухни, — буркнул шас. — Мне вообще кажется, что эта штука дешевле вьетнамских бамбуковых ковриков…

Последние слова тирады потонули в грохоте начавшейся у ворот заварушки.

И без того не самый шикарный план с самого начала пошел к черту.

Бухара остановился у ворот и сообщил сторожу, что привез Кумару товар. Охранник кисло поморщился и не поверил. Экран его ручного сканера ясно показывал, что в чреве фургона тискают предохранители, как минимум, восемнадцать плечистых челов со скошенными затылками и титановыми гульфиками, но вот что делать дальше, охранник решительно не представлял.

Дрон, сидящий рядом с Бухарой, и не догадывался, как ему повезло. Авторитет Урбека был настолько велик, что вот уже тридцать лет шас прекрасно обходился минимальной охраной склада. Обитателей Тайного Города Кумар осаживал сам, с челами-бандитами в свое время поработали навы, а их уроков хватало надолго, так что теперь безопасность экономного шаса обеспечивали 1 (один) масан ночью и 1 (один) чел днем. Масан, Филипп Треми, охотно высушивал непрошеных полуночников и только бы порадовался неожиданному визиту многочисленных бандитов. А вот бывший наемник Сан Саныч, в свое время плодотворно поработавший с Урбеком, выполнял скорее декоративные функции: Кумар держал старика исключительно из дружеских чувств.

— Ну чо, мы едем? Где хозяин?

И вот тут Дрону повезло вторично. В случае неприятностей Сан Саныч обязан был немедленно сообщить о проблеме в Темный Двор и вызвать гарок. Но пребывающее во дворе огромное количество вооруженных до зубов Красных Шапок смутило охранника. Он почему-то решил, что с незваными гостями можно справиться собственными силами.

— Давайте так, ребята, — вальяжно предложил Сан Саныч и нажал на кнопку пульта — перед носом «Форда» из земли выросла полуметровая стальная стенка. — Вот ты, похожий на главного, пойдешь к хозяину и поговоришь с ним, о чем хочешь. А ты, который чернявый, и эти балбесы в фургоне пока побудете здесь.

Секунду ошарашенные бандиты вдумывались в предложение, а затем приступили к реализации плана «Б». Бухара (в честь которого и был назван план) дал по газам, а Дрон пальнул в охранника из дробовика. Этот план оказался не многим лучше предыдущего. «Форд» уперся носом в преграду и забуксовал, охранник, бронежилет которого был приобретен в лавке Торговой Гильдии, хоть и отлетел метра на четыре, но без особого для себя вреда, а вот Красные Шапки заинтересованно развернулись на звук выстрела.

И снова удача повернулась к Дрону лицом: пульт охранника, с которого можно было подать сигнал гаркам, погиб при выстреле, а запасной мирно пылился в запертом на ключ личном столе Кумара, стоящем в запертом на ключ личном кабинете Кумара на втором этаже административного здания фирмы Кумара.

Лежащий на земле Сан Саныч вытянул свою гордость — заморский «магнум» — и пальнул в супостатов.

— Вперед! В атаку! — заорал Дрон, выбивая лобовое стекло. — Вон наш грузовик!!

— Меня грабят! Клянусь охраной Спящего, меня грабят! Я не могу в это поверить!

Урбек, пребывающий в полной уверенности, что гарки на подходе, воспринимал происходящее в юмористическом ключе. Красные же Шапки, в отличие от начальства, чувством юмора не страдали и сделанную наглыми челами заявку на небольшую битву восприняли с подобающей серьезностью: помповые ружья рявкнули, и двор приличной транспортной компании затянуло пороховым дымом сурового сражения. К счастью для Урбека, в последний момент Булыжник успел схватить его за шиворот и затащить под ближайший фургон.

— Не дрожи, тренер, ща мы этих жуликов научим яйца всмятку варить!

— Они на моем складе стреляют!

До Кумара начал доходить ужасающий смысл происходящего: гарок нет, охранник сидит за вонючей бочкой и пуляет в злодеев из «нагана», пришлые челы громят движимое и недвижимое имущество, а единственная надежда на спасение — свора относительно трезвых Красных Шапок.

— Я пропал!

* * *

Фортуна — девушка ветреная, но иногда ей нравится прикинуться постоянной спутницей, если уж не женой, то любовницей. И тогда «карта идет», «фишка ложится» или просто «везет по-крупному». Дрону в этот день пруха валила паровозом, но, как это частенько бывает, счастливчик даже не представлял, что ухватил за хвост удачу, воображая, что все происходящее является исключительно плодом его усилий. Блажен, кто верует…

Лихая атака уголовного спецназа не имела бы никакого успеха, наткнись они на более-менее профессиональную охрану. Двадцать бандитов, по очереди выбегающих из ворот, представляли идеальную мишень даже для Красных Шапок, но сказался недостаток виски. Мозги дикарей, лишенные привычного катализатора, выдали сложный план: заманить нападающих в глубь двора, а потом перейти в контратаку. Стратегическая ошибка была допущена. Свора отступила к пакгаузу, оставив без присмотра грузовик, чем незамедлительно воспользовался Дрон:

— Бухара! Уводи тачку!

Щуплый водила обезьянкой вскарабкался в высокую кабину, и через пару мгновений двигатель взревел.

— Наша добыча!!

Ограбленные дикари попытались перейти в контрнаступление без подготовки, но плотная стрельба со стороны рассредоточившихся уголовников заставила Красных Шапок занять оборону. Бухара показал себя водителем экстра-класса. В не самом большом дворе он ухитрился разогнать громадный грузовик, успешно протаранил забор и, с трудом удержав машину, повел ее с развороченного склада прочь. Остальные бандиты ретировались на «Форде». Не верящий своему счастью Дрон сидел рядом с Бухарой и орал похабщину.

Больше ему в тот день не везло.

* * *

Муниципальный жилой дом

Москва, улица Тверская, 19 марта, пятница, 17:38

— У нее было слабое сердце. У нее было очень слабое сердце. — Девочка опять приложила к глазам носовой платок Матвея, но скорее машинально, не думая — слезы давно ушли. — Эти подонки мучили ее. Своими угрозами, злобой. Они убивали ее. И убили.

Бурная истерика, крики, рыдания, все осталось позади. Тело Лидии Васильевны увезли, полицейские задали несколько вопросов, бандитов забрали. Лена сидела в любимом кресле бабушки и говорила безучастно, как автомат:

— Я всегда знала, что когда-нибудь останусь одна. Что бабушка умрет. Но я не думала, что это случится так рано. — Девочка посмотрела на Близнеца. — Я боюсь.

— Ты не одна, Лена, — мягко произнес Странник. — Есть я.

— Друг моего папы? — Она вздохнула. — Дядя Матвей, я…

— Я не знал твоего отца, — спокойно сказал Близнец.

— Что?

Она не сразу поняла смысл его фразы.

— Я никогда не встречался с твоим отцом. Я не работал с ним. Я никогда не был в Красноярске.

Девочка судорожно вздохнула. В ее глазах мелькнул страх.

— Тогда зачем? Зачем вы лгали?

— Пятнадцать лет назад меня вообще не было на Земле, — ровно продолжил Матвей.

— Как? На какой Земле? Как не было? — Она машинально отодвинулась от Странника, закусила губу, но вдруг поняла, что хотел сказать Близнец. — Вас не было на Земле? — И гораздо тише: — Дядя Матвей, кто вы?

Геомант вытащил из кармана эмаль, покрытую ровным зеленым маревом.

— Что здесь изображено?

Лена мельком взглянула на медальон, тихо ойкнула, подошла и буквально вырвала эмаль из рук Странника:

— Я видела этот город. Этот мост… — Она погладила пальцами поверхность медальона, подняла голову и заглянула в глаза Матвея. — Что это значит?

— Перед смертью твой отец совершил поступок, который позволил мне считать его другом. Мы не были знакомы, никогда не встречались, он даже не подозревал о моем существовании, он ничего не знал. Он просто был честным человеком.

— Нам присылали деньги, — тихо сказала девочка. — Каждый месяц. Я знаю об этом от бабушки.

— Это делали мои друзья. Но они не могли прийти к вам и рассказать всю правду.

Лена снова взглянула на эмаль, сжала ее в кулаке и, очень пристально посмотрев в глаза Матвея, спросила:

— А ты можешь?

— Могу, — кивнул Близнец. Помолчал и неспешно начал: — Примерно сто пятьдесят лет назад…

* * *

Складской комплекс «РОН»

Москва, улица Академика Курчатова, 19 марта, пятница, 18:21

На складе Нура Бухаре уже не потребовалось демонстрировать чудеса вождения. Массивный грузовик медленно въехал в огромные ворота пакгауза и остановился точно в том месте, где указал карлик, — так, чтобы фургон оказался в центре нарисованного на полу круга.

— Ни фига себе! — Бухара удивленно оглядел расписанные лордом стены. — А что здесь будет, мать…?

— Понятия не имею.

Дрон ощутил легкую нервозность. Он совсем не ожидал увидеть внутри огромного ангара таинственные знаки, мерцающие кристаллы и бьющие с потолка голубые лучи. Еще утром склад был пуст и ничем не выделялся среди тысяч таких же промышленных объектов — и вот такие метаморфозы! Загадочная фигура карлика — и без того зловещая, нагоняющая ужас — приобрела новые черты.

«Может, он этот… сатанист какой?».

— Вы одни? — холодно осведомился подошедший к кабине грузовика Нур.

— Я велел пацанам на базу ехать, — хмуро ответил Дрон. — Не хотел перед ними склад светить.

Ответил и почему-то подумал, что поступил так зря: с восемнадцатью парнями за спиной было бы спокойнее. А потом вспомнил красноярские события и обреченно понял, что два десятка бойцов мало. Очень мало. Тут нужна рота спецназа, желательно с тяжелым вооружением, поддержка с воздуха и артиллерия.

— Ты так и будешь в кабине сидеть? — поинтересовался лорд.

— Фургон мы отцепим и на тягаче уедем, — заискивающе предложил Дрон. — Машина в деле побывала, зачем ее здесь оставлять?

Выходить из кабины бандиту не хотелось. Дрон чувствовал, чувствовал подвох, и его руки судорожно сжимали дробовик. Бухара, которому передалось настроение напарника, потянул из кобуры пистолет.

— Да черт с ним, с тягачом, — махнул рукой лорд. — Пусть остается.

И подпрыгнул. Точнее, бандитам показалось, что карлик подпрыгнул, на самом деле Нур взмыл в воздух на высоту лобового стекла и завис, в упор расстреливая бандитов из появившихся в руках пистолетов. По шесть пуль в каждого. Три в голову, три в грудь. С ужасающей точностью.

Поблагодарив помощников, лорд плавно опустился на пол и отбросил оружие в дальний угол.

— Что за цирк? — простонала Джин. Грохот выстрелов вызвал у еще слабой девушки головную боль.

— Люблю иногда размяться. — Карлик весело потер руки. — Приступим!

Громадина тяжелого грузовика окуталась легким красным сиянием. Оно шло не снаружи, а изнутри, так, словно где-то под машиной внезапно заработал мощный фонарь, свет которого, пусть и с некоторыми трудностями, проходил даже сквозь металл грузовика. Нур быстро вытер выступивший пот и плавно протянул к машине руки, направляя на нее новую волну энергии. Сияние усилилось. Грузовик задрожал, медленно осел вниз — первыми не выдержали покрышки, а затем рассыпался, оставив после себя лишь плотную черную пыль. Трон — укрывавший его брезент тоже исчез — оказался точно в центре круга.

— Красивый! — Джин с интересом посмотрела на Источник.

— Атланты постарались, — хмыкнул лорд и одним щелчком отправил пыль грузовика вслед за пистолетами. В самый дальний угол.

— Чаша должна стоять здесь? — Девушка указала на алтарь.

— Да.

— И ты надеешься, что тебе ее принесут?

— Я в этом уверен, — поправил негритянку Нур и с улыбкой достал из кармана зазвонивший телефон. — Да?

— Это Фома.

— Можешь приезжать, — предложил карлик. — Я заждался.

Странник помолчал.

— Хранитель не пришел на встречу. Это ты сдал его Великим Домам?

— Да, — подтвердил Нур. — Кстати, Черная Книга у меня.

Снова пауза.

— Она тебе без надобности, — выдавил наконец Калека.

— Об этом поговорим тоже, — отрезал карлик. — Ты знаешь, что мне нужно. Если мы договоримся, получишь назад и Книгу, и Трон.

— Диктуй адрес, — буркнул Фома.

Нур сложил телефон и посмотрел на Джин:

— Вот и все.

— Это только начало, — вздохнула девушка. — Теперь он знает, где мы прячемся.

— Поэтому, пожалуйста, будь настороже. Калека не геомант, но, вполне вероятно, может вызвать из Внешних миров Матвея.

— Я все помню. — Девушка закрыла глаза. — Я все помню. Я буду следить за окружающим и, если получится, постараюсь компенсировать возможную атаку.

«Будем надеяться, что ее чувствительности действительно хватит». Нур посмотрел на впадающую в транс девушку, почесал в затылке и неожиданно обернулся к воротам:

— А это что еще за шум?

* * *

Несмотря на все усилия Хранителя и гиперборейской ведьмы, определить точное местонахождение Джин и Черной Книги оказалось невозможным: плотная защита, которую выставил Нур вокруг своего убежища, приводила к чудовищным погрешностям. Двадцатиминутный поиск привел наемников на Курчатова, но и только. Определить нужный дом оказалось лучшим человским магам не по зубам.

— Где-то здесь, — проворчала Яна, разглядывая шеренгу строений и заборов. — Радиус одна миля.

— Ого! — Артем почесал в затылке.

— Можно искать всю ночь, — вздохнула Инга.

— Я тоже не могу точнее, — жалобно добавила Лариса. Она пыталась вызвать Черную Книгу. — Согласна с Яной: где-то здесь. Но у меня получился радиус в полмили.

— Грузовик, — буркнул Кортес.

— И? — не поняла Лариса.

Но Яна и Артем, прекрасно знавшие умение лидера замечать мельчайшие детали, немедленно повернулись в сторону привлекшей внимание Кортеса машины.

— Передок сильно помят, — прокомментировал молодой наемник.

— Ну и что? — пожала плечами Лариса. — Попал в аварию.

— Пока приедет дорожная полиция, пока составят протокол и все зафиксируют, можно успокоиться, — объяснила Инга. — А глаза у шофера вытаращены так, словно он только что сбежал с места преступления. И второй взвинчен.

Грузовик проехал мимо наемников.

— Может, они действительно сбежали с места аварии.

— У них оружие, — тихо сказала просканировавшая кабину Яна. — А в фургон стреляли — есть свежие пулевые отверстия.

Подозрительная машина въехала в ворота комплекса «РОН».

— Начнем с этого склада, — коротко приказал Кортес.

* * *

— Разве там не было таблички «Не беспокоить»? — Нур весело посмотрел на стоящую у двери Ларису. — Но я все равно рад тебя видеть, красавица.

— Мне не понравилась твоя шутка, — жестко произнесла девушка.

— Какая из них?

— Когда мне пришлось отбиваться от чудов.

— Я был уверен в твоих силах, — махнул рукой лорд. — А вот за разгром в домике — извини. Я оплачу ремонт и покупку нового голема.

— В этом нет необходимости.

— Как знаешь. — Нур заложил руки в карманы брюк. — Дорогая, я догадывался, что ты сумеешь отыскать мое маленькое убежище, и продумал вариант твоего поведения. Уверен, ты не хочешь лишних проблем, а потому, пожалуйста, присядь вон на ту лавочку у стены и веди себя смирно. Если все закончится так, как я запланировал, ты получишь свою собственность назад. Обещаю.

Атака была обречена. И не только потому, что действовать приходилось вслепую: как только Лариса вошла в ангар, малюсенькая видеокамера, которой снабдили ее наемники, перестала работать. Нет. Не только поэтому. Атака была обречена, потому что возможности Нура, даже вынужденного тратить массу сил на маскировку Трона, все равно превосходили объединенные силы Хранителя и гиперборейской ведьмы.

Атака была обречена на неудачу, но не попытаться они не могли, ибо внезапность нападения и стремительность действий оставляли им призрачный шанс на успех. А наемники умели цепляться даже за мизерные шансы.

Яна ворвалась в ангар черной пантерой, ошеломляюще быстрой и смертельно опасной. «Орлиный шест» вертелся как сумасшедший. Полетели «эльфийские стрелы» — работа Инги. Хлопнули четыре гранаты: две шумовые и две световые, по стенам защелкали пули: Артем и Кортес вносили посильный вклад в создание хаоса, так необходимого для удачи стремительного рывка Ларисы, которая, молниеносно уйдя с линии огня, бросила все силы на призыв к Черной Книге — если сокровище окажется в руках Хранителя, половина плана будет выполнена.

Нур покачал головой.

* * *

Зеленый Дом, штаб-квартира Великого Дома Людь

Москва, Лосиный Остров, 19 марта, пятница, 18:34

Чтобы отвлечься от неприятностей последних дней, королева Всеслава пожелала заняться текущими делами и, расположившись в рабочем кабинете, принялась последовательно вызывать для доклада ведущих иерархов короны. Учитывая не лучшее настроение ее величества, придворные не испытывали желания являться на ковер и проявляли чудеса изобретательности, сообщая в канцелярию о внезапных приступах застарелых болячек (справки эрлийского монастыря прилагаются), об отсутствии в Тайном Городе (стремительные командировки в самые дальние уголки планеты) или о сложнейших деловых переговорах, требующих обязательного участия чиновника имярек. Ее величество изволила на саботаж злиться, вытаскиваемые иерархи подвергались все более и более изощрённым пыткам, а потому горячая просьба Кувалды пообщаться с хозяйкой Зеленого Дома вызвала во дворце глубокое понимание. Аудиенция фюреру была организована за рекордное время: три минуты девятнадцать секунд, чего с лидерами Красных Шапок не случалось ни до, ни после.

— Если ты хочешь поговорить о запрете на продажу оружия, то напрасно. — Всеслава холодно посмотрела на экран, на котором появилась физиономия Шибзича. — Я не собираюсь его снимать.

— Об этом не может быть и речи, ваше величество, — заулыбался Кувалда. — Тем более что Гниличей и Фуричей горазфо больше, чем нас, верных короне Шибзичей, и ваш запрет помогает нам выжить в противостоянии с этими кровожафными маньяками.

— Тогда зачем ты просил об аудиенции? — несколько удивленно, поскольку все последние петиции Красных Шапок содержали именно эту просьбу, поинтересовалась Всеслава.

— Чтобы рассказать о героическом сражении, которое верные короне Шибзичи имели с человскими банфитами на склафе ничтожного шаса Урбека Кумара.

— Почему ты решил, что мне интересно знать, как вы ограбили скупщика краденого?

— Не мы, а человские банфиты… — Кувалда кратко поведал ее величеству о событиях на многострадальном складе несчастного Урбека. — Не знаю, что там себе фумает Кумар, а я сразу смекнул: не в музей эту штуковину везли, совсем не в музей. Копыто навофку от человских банфитов получил, типа, питерская братва то ли оружие, то ли наркоту перевозит, потому и наехал. А там эта штука нарисовалась.

— А как «эта штука» выглядела? — негромко уточнила Всеслава.

Все отмечали умение королевы улавливать самую суть ситуации и вовремя гасить эмоции. Да, несколько минут назад она яростно распекала главного казначея, потом едва не взорвалась от бешенства, увидев, что фата Ямания протолкнула на ковер вождя Красных Шапок, но рассказ фюрера заставил ее сконцентрироваться. Хозяйка Зеленого Дома почувствовала след.

— Как выглядел груз?

— Железное кресло, — ответил Кувалда и, подумав, добавил: — На пофставке.

— А позади кресла не было металлической стены?

— Может, и была, — рассудительно ответил фюрер. — Только меня там не было, а то бы я обязательно все заметил. А этот ифиот Копыто только кресло увифел, хотя у него фва глаза, а я потерял свой во время героической битвы при…

Кувалда покосился на королеву Всеславу, которая, не замечая собеседника, задумчиво теребила длинный локон.

Фюрер оценил ситуацию, быстро опрокинул стаканчик виски и, уставившись в текст с подсказкой, который развернули позади камеры помощники, верноподданно продолжил:

— Вам, конечно, известна эта история, ваше величество, но я позволю себе напомнить, что во время героической Беговой битвы именно я с Шибзичами первым бросился в героическую контратаку во славу Великого Фома Люфь и сыграл большую и героическую роль в преломлении хофа битвы! Там я потерял глаз, но моя верность Зеленому Фому только укрепилась! А еще я много и героически помогал Великому Фому Люфь избавиться от проклятого колфуна Любомира! А еще…

«Трон ввезли в Тайный Город. Кто? Неужели челы? Точнее, один чел — Хранитель Черной Книги. — Всеслава покачала головой. — Нет, это невозможно. Это невозможно! Если бы Хранитель добрался до Источника, он бы ни за что не повез его в Москву. Только не в Тайный Город!».

Не то чтобы королеву беспокоила потеря контроля над челами — доход немногочисленные маги приносили ничтожный. Но обретение ими магической самостоятельности, при условии, что семья сохраняет господствующее положение на планете, могло обернуться самыми печальными последствиями. Непредсказуемость челов давно стала нарицательной.

А если не челы? Но кто? Великие Дома ни при чем, это ясно: их охрана вырезала бы Красных Шапок поголовно… Начнем с того, что их охрана не допустила бы грабежа. А если какой-то Великий Дом принимает меры предосторожности? Использовать челов вполне в духе Сантьяги. Но он бы не стал грабить Кумара. Шас просто выкупил бы Трон у Красных Шапок и отвез в Цитадель. Нет, Великие Дома ни при чем. Это Нур. Несмотря на сложное отношение к карлику, Всеслава не смогла не оценить дерзость и холодный расчет лорда. Никто не поверит, что Трон может оказаться под самым носом Великих Домов. Мы станем тратить колоссальные средства на сканирование планеты, а Источник будет рядом, совсем рядом.

— И срефи Красных Шапок нет более префанного короне воина, чем я, скромный и героический великий фюрер Кувалфа! — Кувалда посмотрел на Всеславу — королева была полностью погружена в свои мысли. Фюрер почесал под банданой, набрал в легкие побольше воздуха и громко повторил: — И срефи Красных Шапок нет более префанного короне воина, чем я, скромный и героический великий фюрер Кувалфа!

Предвыборный ролик закончился.

— Ну, хорошо, — словно отвечая своим мыслям, протянула Всеслава. — Мы знаем, что Трон был у челов и едва не оказался у шасов. То есть в Темном Дворе. Но что толку? Мы все равно его потеряли. Нур способен укрыть Источник от наблюдателей.

— А разве я не говорил? — удивился Кувалда. — Этот ифиот Копыто фогафался отправить за грузовиком бойца на мотоцикле. Так что, ваше величество, ваш героический и вернопоффанный фюрер знает, куфа челы спрятали кресло на пофставке. Вот.

— О! — К чести Всеславы надо сказать, что она сумела сдержаться и не показать Кувалде ВСЮ глубину своего удивления проявленной дикарями сообразительностью. — Кувалда, если мы найдем Трон, ты сможешь рассчитывать на очень щедрую награду. А сейчас мне надо отдать несколько приказов.

Тон не оставлял сомнений в том, что аудиенция окончена.

— Э, твое величество, я чего-то не понял.. — Почувствовав, что оказал короне выдающуюся услугу. Кувалда стал несколько развязен.

— Повторяю: если твоя информация окажется столь ценной, как я думаю, ты получишь награду.

— Только не нафо мне мефалей или наличных! У меня выборы на носу.

— Что ты хочешь?

— Электорат противника прячется, — горестно сообщил фюрер — Никак, понимаешь, не уфается его заманить в засафу и переагитировать за себя. Опять же Кумар мешается…

— Не волнуйся, Кувалда, твоя преданность Зеленому Дому будет оценена по достоинству.

* * *

Цитадель, штаб-квартира Великого Дома Навь

Москва, Ленинградский проспект, 19 марта, пятница, 18:35

— Я поднял кое-какие исторические материалы и уверен, что видел именно Малый Трон Посейдона, последний человский Источник. Никаких сомнений.

— Жаль, что вы его только видели, — вздохнул Сантьяга. — Но я все равно благодарен вам за звонок — лучше плохие новости, чем их отсутствие.

— Если бы он излучал магическую энергию, хоть чуть-чуть, я был бы более сообразителен, — развел руками Кумар. — Просто чудо, что я догадался заглянуть в библиотеку.

— Трон заглушен… — Комиссар быстро обдумывал сообщение шаса. — Кстати, вы узнали напавших на склад бандитов?

— Узнал. Их легко найти.

— Но это все равно потребует времени, — пробормотал комиссар. — Времени, которого у нас, похоже, нет. А Красные Шапки могли проследить грузовик?

— Зачем им это?

Сантьяга пожал плечами:

— У них украли добычу.

— Погнались ли дикари за машиной… Я не заметил, — честно признался шас. — Картина ужасающих разрушений затуманила мой разум.

— Да, со складом нехорошо получилось, — выразил соболезнования комиссар, но его мысли были заняты другим. — Как вы думаете, Урбек, Красные Шапки поняли, что в фургоне везли совсем не телевизоры?

— И хватит ли у них мозгов доложить в Зеленый Дом? — проявил проницательность Кумар.

— Именно.

— Вполне возможно.

А как поступят люды? Сантьяга сложил телефон и медленно прошелся по кабинету. «Будем исходить из того, что королева знает, где находится Трон. Как поступит она? И как теперь поступать мне? — Комиссар подошел к одной из украшающих кабинет картин Ивова — вулкан, рвущий на куски огромную гору. — Если зеленые узнали о местонахождении Источника, разработанный план придется отменять: встречи со Странниками один на один не получится… Печально, но сожалеть об упущенных возможностях бессмысленно. Посмотрим, какую выгоду можно извлечь из сложившейся ситуации». Сантьяга отошел от картины на два шага, но по-прежнему не отводил от нее взгляд. Надо подключать чудов. И правильно описать им ситуацию — пусть у рыцарей будет дополнительный повод не доверять людам. В будущем пригодится.

* * *

Складской комплекс «РОН»

Москва, улица Академика Курчатова, 19 марта, пятница, 18:51

Это было унизительно, просто унизительно — подобрать иное определение невозможно. Наемники прекрасно понимали, что кто-то из них наверняка останется на складе навсегда, что вероятность благоприятного исхода операции ничтожно мала, но такого оглушительного фиаско они не ожидали. Объединенные усилия Хранителя и гиперборейской ведьмы вызывали уважение, но… только не у Нура.

Наемники сидели вдоль стены, прямо на бетонном полу, на шее у каждого болтался усмиряющий поводок, а руки были крепко притянуты к ногам. Яна морщилась — болела сломанная ключица, голова Ларисы тихонько подрагивала — последствия мощного магического удара Нура сказывались до сих пор, Инга все еще пребывала без сознания, но дышала ровно, спокойно и скоро должна была прийти в себя, на лбах Артема и Кортеса красовались внушительные гематомы — лорд столкнул наемников лбами. В общем, визит не удался.

— Вы, наверное, гадаете, почему я не стал вас убивать, — самодовольно произнес карлик, медленно прохаживаясь вдоль ряда пленников. — Хотя особой любви к вам не испытываю. — Нур остановился напротив Кортеса. — А некоторых так просто ненавижу.

— Я, например, не питаю к вам столь сильных чувств, — проворчал наемник. — Простые рабочие отношения.

Нур подумал и ударил Кортеса ногой в висок. Наемник повалился на бок.

— Так вот, моя радость, — лорд перевел взгляд на Ларису. — Снисходительность должна продемонстрировать тебе мое желание договориться. Возможно, от тебя потребуется услуга, и мне кажется, что, если бы я перерезал твоим друзьям глотки, рассчитывать на это было бы сложнее.

— Ты можешь перерезать нам глотки позже.

— Могу, — легко согласился тат. — Но захочу ли? — Он покосился на потерявшего сознание Кортеса. — Клянусь забавами Спящего, Лариса, когда же до твоих тупых человских мозгов дойдет, что дружить со мной, конечно же, на моих условиях, — единственный разумный выход? Только так мы можем хоть что-то противопоставить Великим Домам. — Снова взгляд на наемника. — И их прихвостням.

— Условия дружбы у тебя специфические, — буркнула Лариса.

— Ты все еще дуешься на меня? Зря… — Лорд широко улыбнулся. — Согласен: иногда меня немного заносит. Но все-таки подумай над моим предложением: ваши жизни в твоих руках.

Девушка отвернулась.

— Эй, малец, если ты занят, я зайду попозже.

Нур резко обернулся к открывшейся двери:

— Фома?

Калека небрежно стряхнул пепел с сигары, с любопытством оглядел связанных наемников и задумчиво запустил в волосы пятерню:

— Слушай, малец, если все твои гости заканчивают подобным образом, то мне, наверное, лучше уйти.

— Этих я не приглашал.

— Ну, тогда ладно.

Фома спокойно подошел к Источнику, задумчиво пыхнул сигарой и нежно произнес:

— Трон…

Лорд наблюдал за передвижениями Странника с легким удивлением, он не ожидал, что Калека будет столь пренебрежителен.

— Чаша у тебя? — выдавил Нур, глядя в спину Фомы. — И прекрати курить.

— А что за девка в углу? — Кончик сигары указал на Джин. — С такой знакомой книжкой в руках.

— Ассистентка.

— И давно на тебя работает Хранитель?

— Хранитель я, — глухо сказала Лариса.

— Рад познакомиться. — Калека обернулся, вежливо поклонился и утратил к Ларисе всякий интерес. — Нур, а ты не терял времени.

— Деятельный характер, — объяснил карлик. — Выпьешь что-нибудь? Где-то здесь была бутылочка превосходного рислинга.

— Давай, — безразлично согласился Странник. К собеседникам подкатился маленький столик с вином, бокалами и фруктами.

— Ты, наверное, не поверишь, но я искренне рад встрече, — произнес лорд, ловко открывая бутылку.

— Неудивительно, учитывая, какие усилия ты приложил, чтобы она состоялась. — Фома выпустил дымное облако, подумал и затушил сигару. — Но предавать партнеров нехорошо. Теряется доверие.

— Тем не менее ты пришел, — хмыкнул карлик, протягивая Калеке бокал. — У тебя не было другого выхода.

— Выбор есть всегда. — Фома с наслаждением понюхал вино и сделал маленький глоток. — Можно было подождать, пока тебя не отыщет Сантьяга.

— Почему он должен меня найти?

— Этот мир слишком мал, — улыбнулся Странник. — В прошлый раз вас было двое. Ты и Нар. Прошло сто лет, и ты уже один. Навы не забывают о крови Тать.

Лорд скривился: рана от потери друга была еще свежа в его памяти.

— Сто лет большой срок, — тихо произнес он. — Многое может случиться. Например, потомки тех, кого считали погибшими, выплывают в Америке. В прекрасном поместье «Девонширская аллея».

Бокал, который Фома собрался поднести ко рту, замер на уровне груди.

— Выследил?

— Граф Спицын организовал отъезд Плотниковых из России великолепно. И я, и Великие Дома были убеждены, что старший брат ваших Близнецов погиб. Великолепная работа! Я был изрядно удивлен, встретив Ивана в Красноярске.

Калека поставил бокал на столик.

— Хорошо, что ты его не тронул.

— Если мы не придем к согласию, я пересмотрю свое отношение к Ивану.

Первая угроза. Карлик чувствовал себя хозяином положения и хотел донести эту простую мысль до собеседника. Фома не стал сопротивляться — уверенный в себе противник лучше осторожного. Но и демонстрировать свою слабость не собирался: лорд мог не поверить.

— Даже у моей сентиментальности есть пределы, — усмехнулся Странник. — Если возникнет вопрос, чью голову спасать, мою или Плотникова, я не стану колебаться.

— Ты уже сунул голову в петлю.

— Из любопытства.

— Только?

— Исключительно, — подтвердил Фома. — Я посмотрел, как изменился город, покурил хороший табак, поговорил со старыми друзьями, проверил имущество. Что еще надо? Странники любят странствовать. Хочешь, я уйду прямо сейчас?

— Хочу, — не стал скрывать Нур. — Валяй.

— И тебя не расстроит, что встреча окажется столь короткой?

— А тебя не расстроит, что челы лишатся Хранителя и Черной Книги? И Источника?

Калека помолчал.

— Чего ты хочешь?

— Технологию Большой Дороги.

— Она разработана для челов.

— Тогда чего тебе бояться? Дай мне материалы Мельникова, дай мне ключ, а уж я постараюсь подогнать его для другого замка. — Тон Нура похолодел: — Чаша у тебя?

— Да, но не с собой.

— Я готов обменять Хранителя и Черную Книгу на Чашу и записи Мельникова. И обещаю помочь в том, что ты задумал.

— Ты думаешь, что мне что-то надо?

— Ведь зачем-то ты вернулся на Землю. И пришел сюда.

— Логично. — Калека извлек из кармана еще одну сигару, понюхал ее, с улыбкой посмотрел на лорда и убрал обратно. — Каковы гарантии?

— Мое слово. Достаточно?

— Не совсем.

Нур был быстр, очень быстр, но Странник, судя по всему, хорошо подготовился к атаке. Гораздо лучше наемников. Воздух в ангаре вспыхнул, порождая раскаленные куски плазмы. Пылающие листья падали на всех: на Фому, на лорда, на Джин, на наемников, вызывая болезненные крики, стоны и громкие проклятия. Склад превратился в пылающий ад. Нур метнулся в сторону и резко ответил: его арканы погасили пламя, ударили по Страннику, блокируя другие артефакты, которые могли оказаться у него, парализовали самого Фому, но за мгновение до того, как на него обрушился ответ лорда, Калека достиг своей цели. Он выхватил пистолет и прострелил голову Джин.

— Нет!

Странник бросил оружие на пол и поднял руки вверх.

* * *

Цитадель, штаб-квартира Великого Дома Навь

Москва, Ленинградский проспект, 19 марта, пятница, 19:00

— Мы следим за Зеленым Домом, но если группа будет сформирована за пределами дворца, то вряд ли нам удастся ее засечь, — доложил Доминга.

— Наемники уже там?

— Да. Мы вели гиперборейскую ведьму до самого склада.

Улица Курчатова. Сантьяга коротко усмехнулся. Он ненавидел божественного лорда, но не отказывал карлику в дерзости и уме. Разместить логово под самым носом у Темного Двора? Великолепный ход.

— Что-нибудь еще?

— В ангар вошел Фома Калека.

Ортега, скромно сидящий в углу кабинета, насторожился и вопросительно посмотрел на комиссара.

— Не время, — качнул головой Сантьяга. — Пока не время.

* * *

Складской комплекс «РОН»

Москва, улица Академика Курчатова, 19 марта, пятница, 19:03

— Джин, Джин… — Нур с непередаваемой нежностью провел рукой по волосам девушки, дотронулся до маленького отверстия в самом центре лба — Калека оказался весьма меток — и покачал головой. — Зачем ты это сделал?

— Страховка, — спокойно ответил Фома. Странник присоединился к пленникам: та же поза, те же связанные руки и ноги, вот только, в отличие от мрачноватых наемников, Фома по-прежнему вел себя на удивление безмятежно. Словно был уверен, что, несмотря на бешенство, карлик ничего ему не сделает.

— Я мог тебя убить.

— Не мог. Ты хороший зверь, Нур. Ловкий, опытный, хитрый, и говорить с тобой надо на таком же языке.

— На ловком и хитром?

— На зверином. Так ты лучше понимаешь.

Фома не отвел глаза от пронзительного взгляда лорда, и пришедший в себя Кортес, как и все наемники, с интересом наблюдавший за диалогом, уважительно кивнул: этот зверь достоин последнего лорда Тать.

— Что я должен был понять?

— Ты был прав насчет Книги, Нур, если бы не она, я бы не пришел к тебе в гости. Не сунул бы голову в петлю. Но раз уж я пришел, то хочу быть уверен, что ты выполнишь наши договоренности и отдашь Хранителю его собственность.

— Я бы отдал.

— Не знаю, — улыбнулся Фома, — не знаю. Книга находилась у девочки, которая в любой момент могла сгинуть куда-нибудь по твоему приказу. Теперь же я спокоен.

Нур машинально перевел взгляд на валяющуюся на полу Черную Книгу — прикоснуться к ней он не мог.

— Пусть наше сокровище полежит так, — размеренно продолжил Калека, — меня это устраивает. А потом вернем Книгу Ларисе и забудем об этом маленьком инциденте. — Странник небрежно кивнул на свои связанные руки. — Я не злопамятный.

Кортес широко улыбнулся: демонстрируемое Фомой самообладание произвело впечатление на опытного наемника.

— Я могу вызвать других помощников и отдать Книгу им.

— Не стоит, — покачал головой Калека. — Мне ведь придется убить и их.

Теперь заулыбались все наемники.

— Тебе не кажется, ты слишком много о себе возомнил?

— Сейчас мы не спеша обсудим ситуацию, — невозмутимо продолжил Фома. — И разработаем такую последовательность действий, чтобы я был уверен, что Хранитель беспрепятственно уйдет отсюда вместе с Книгой. Вот так. Ты получаешь свое, она — свое, а я уезжаю по своим делам. И больше никто не пострадает.

Карлик яростно покачал головой, но сдержался, промолчал, оставил Джин, заложил руки в карманы и медленно прошелся по ангару. Огненный дождь Калеки заставил поработать пожарную сигнализацию, ругающийся лорд отключил систему сразу же после того, как обездвижил Странника, но пол успел намокнуть, а в некоторых местах даже появились лужи.

— Соглашайся, Нур, это хорошая сделка. Я попрошу девчонку, — Калека посмотрел на Ларису, — не держать на тебя зла. Ведь, в сущности, ты прав: нам глупо враждовать.

— Где Чаша?

— Мы еще не договорились.

— Хватит дерзить! — взорвался карлик. — Время переговоров прошло! Ты не в гости ко мне явился, а находишься в плену! Ты не понимаешь?! У тебя руки связаны!

— У тебя тоже.

Нур осекся:

— Я могу тебя убить.

— Кафедра ответит тебе такой же любезностью. Хочешь повоевать с геомантом? Матвей человек добрый, но второй погибший друг его обязательно разозлит.

— Но тебе, лично тебе, будет все равно. Не так ли?

— Если бы я боялся смерти, то никогда бы не собрался с духом, чтобы шагнуть во Внешние миры! — Фома расхохотался карлику в лицо. — Ты знаешь, каково это, Нур? Знаешь? Печать колет прямо в сердце, рвет его на части, выжимает все соки, едва не лишая сознания от боли. А перед тобой открывается провал в никуда, и все, что у тебя есть, — надежда на навигатора, на то, что он правильно проложит путь и забросит тебя в пригодное для жизни пространство, а не в черную дыру. Как думаешь, пошел бы я на это, если бы боялся смерти?

— Я умею убивать очень долго.

— А я могу умереть очень быстро. Это вопрос тренировки, Нур, вопрос контроля над телом и его процессами. Я прошел полный курс владения собой на Шихрате, а там живут большие специалисты в таких вещах.

Блефовал ли он? Если так, то очень искусно. Во всяком случае, ни у Кортеса, ни у Яны, ни у кого из наемников не оставалось сомнений: если потребуется, Калека пойдет на смерть. Лорд, судя по всему, решил не рисковать.

— Ну, хорошо, давай договариваться.

— Давай.

— Давай.

— Давай. Только сначала разберись вот с этими гостями. — Калека невозмутимо кивнул в сторону двери. — Руки у меня связаны, так что помочь тебе не смогу.

* * *

— Королева уверена, что в настоящее время Источник находится в руках Нура, божественного лорда Тать. Повторяю еще раз: наша задача — продемонстрировать свою силу, но ни в коем случае не провоцировать карлика на активные действия. Он должен понять, что мы готовы к сделке. Или развитие событий станет непредсказуемым. Энергии в уроде полным-полно.

Милана, Чернояда и две фаты из дружины Дочерей Журавля внимательно слушали жрицу Снежану. Они прекрасно понимали важность возложенной на них миссии. Инструктаж у королевы был коротким, энергичным и, в принципе, содержал все сведения, которые излагала сейчас жрица, но все равно колдуньи не отводили глаз от Снежаны.

— Нур должен почувствовать нашу силу, но не агрессию. Мы должны убедить его отдать нам Трон и, если карлик захватил Странника, поделиться сведениями о Большой Дороге.

«Навам и чудам мы скажем, что человский Источник остался в руках тата». Но эта фраза прозвучала только на совещании в узком кругу, боевым магам не следует лезть в стратегию Великого Дома Людь.

* * *

Возможно, Нур понимал, что посланцы зеленых не планируют начинать драку. Что их красивое появление призвано лишь произвести впечатление и убедить лорда в серьезности намерений Великого Дома Людь. Вероятнее всего — понимал. Но никак не продемонстрировал свое понимание.

Как раз наоборот.

Едва жрица и Дочери Журавля переступили порог ангара, карлик выкрикнул что-то короткое и довольно грубое, после чего все присутствующие, и маги, и нет, почувствовали мощную волну энергии, с легкостью смявшую защитные арканы зеленых.

* * *

Парк Покровское-Стрешнево

Москва, Волоколамское шоссе, 19 марта, пятница, 19:04

— И вы никуда не можете пойти без навигатора? — переспросила Лена.

— Не совсем так, — терпеливо объяснил Матвей. — Печать запоминает уже посещенные миры и ставит здесь метку. — Странник прикоснулся рукой к груди. — Мы можем туда вернуться, когда захотим. Но не способны увидеть новое. Не можем идти дальше. Пока нет навигатора, мы обречены бродить только по знакомым мирам.

— А вам нужно идти вперед.

— В этом смысл.

Девочка задумалась.

— Получается, навигатор очень важен для Кафедры. Как же вы отпустили Аристарха на Землю?

— Мы не ожидали, что он вернется, — признался Близнец. — Аристарх нервничал, тосковал, но мы были уверены, что если он соберется домой, то обязательно позовет кого-нибудь. — Матвей вздохнул. — К сожалению, Пугач принял решение спонтанно. И в очень неподходящий момент: мы разошлись по разным мирам, а Аристарх остался один на нашей базе в Мангладаре. Говорил, что хочет отдохнуть.

— Почему вы не пришли сразу?

— В этом не было необходимости, — скупо ответил Близнец. — Мы знали, что Аристарх мертв.

Странник помолчал, снова вздохнул и задрал голову, пытаясь уследить за скачущей по веткам белкой. За разговорами Лена и не заметила, что они зашли так далеко — почти в самый центр парка, и остановились посреди грязноватой дорожки.

— Что мы здесь делаем?

— Я должен совершить кое-какие действия, — пояснил Матвей. — Здесь, и нигде больше.

— Чтобы обмануть нелюдей?

— Да.

Лена внимательно посмотрела на Странника:

— Ты говорил, что они сильные.

— Да, — подтвердил Близнец. — Они могут многое. Они работают с энергией, способной стереть меня в порошок. Они способны на все, о чем ты читала в сказках, и даже на большее.

— А ты?

— Я? — Матвей улыбнулся. — Я просто слушаю мир и изменяю его так, чтобы получилось задуманное. Мои арканы строятся долго, зато они идут от самого сердца мира. Я не могу многое из того, что обычные маги делают походя: не способен наводить морок или запускать огненные стрелы. Зато их потуги я воспринимаю лишь в качестве одной из составляющих мира. Маленькие ниточки, вплетающиеся в единую ткань.

— Ты сильнее их?

— Я действую по-другому. Даже начинающий маг способен убить меня движением пальца, но если у меня есть время…

Близнец снова улыбнулся, подошел к стоящему в четырех шагах от дорожки дереву и принялся аккуратно срезать с него кору извлеченным из кармана ножом.

— Ты проводишь аркан?

— Строю аркан, — поправил девочку геомант.

— Так просто?

— Одно это действие ничего не значит.

Матвей внимательно осмотрел поврежденный ствол, удовлетворенно кивнул, присел на корточки и с силой вдавил клинок в землю у корней. Влажная почва податливо приняла сталь, и через пару секунд нож скрылся в ней полностью, вместе с рукоятью. Близнец поднялся и вытер платком руки.

— Если совершить еще несколько изменений, то можно получить очень интересный результат.

— Какой?

— Увидишь. — Странник посмотрел на часы. — Пойдем, здесь недалеко.

* * *

Складской комплекс «РОН»

Москва, улица Академика Курчатова, 19 марта, пятница, 19:22

— Много там еще гостей? — проворчал Нур, стягивая тонкие руки жрицы. — У меня уже веревки заканчиваются.

Снежана поджала губы.

— Что, жмет?

— Зря ты убил наших девочек, карлик.

Две фаты из дружины Дочерей Журавля остались у входа. Милана и Чернояда разделили участь Снежаны. Их Нур уже связал.

— Нервы ни к черту, — признал лорд. — Да и день был тяжелый. — Он поднялся на ноги и сунул руки в карманы брюк. — Вот теперь, жрица, я готов выслушать твое предложение.

Снежана мрачно отвернулась. Теоретически она вполне могла передать проклятому карлику послание королевы, содержащее более чем интересное предложение о сотрудничестве, но ее смущало присутствие нежелательных свидетелей. Кто знает, что придет в голову недомерка? Сохрани он пленникам жизнь, и прочие Великие Дома узнают о… Нет, лучше не торопиться.

— Ну что ж, помолчи, подумай… — Нур с сожалением пнул разбившуюся бутылку рислинга. — Вообще я поражаюсь вашей наглости, красавицы. Вы понимаете, что случилось бы, если бы вы меня победили? Воронка дотянулась бы до самой Цитадели.

— Ты что, ослеп, коротышка? — буркнула Чернояда. — Мы из Зеленого Дома.

— И нам совершенно безразлично, что станется с Цитаделью! — поддержала заместительницу Милана.

— А мне, с вашего позволения, нет.

Нур прищурился.

— Дверь была не заперта, — извиняющимся тоном добавил комиссар. — Вот мы и решили войти. Вы не против?

— Ни в коем случае.

— Вот и славно. Гуго, нас пригласили.

Сантьяга шагнул в ангар, а за его спиной сразу же вырос де Лаэрт. В отличие от зеленых, эти гости двигались не спеша, старательно избегая резких движений.

— Теперь-то все собрались? — осведомился карлик.

— Теперь — да, — ответил комиссар. — Мы выставили оцепление вокруг склада, сюда даже мышь не проскользнет… Добрый вечер, господа, — вежливый кивок наемникам. — Сударыни, мое почтение. — Этот полупоклон относился к зеленым ведьмам.

На Ларисе черные глаза Сантьяги не задержались, цепкий взгляд лишь скользнул по девушке и сразу же переместился на Фому.

— Странник, я полагаю?

— Угу, — не стал спорить тот.

Визит представителей Великих Домов не изменил безмятежный настрой Фомы.

— Калека?

— Угу.

— Давно мечтал познакомиться.

— Я здесь вроде бы местная знаменитость. Все мечтают со мной познакомиться.

— Но вы столь элегантно уклоняетесь от встреч.

— Что делать — разборчив.

— Достойное качество, — похвалил Фому Сантьяга. И занялся текущими делами: — Так, Трон на месте… Чаша, как я понимаю, у вас?

— Угу.

— Черная Книга на месте… Гуго, мы зашли необычайно удачно.

— Я еще тут, — напомнил карлик.

— Я вижу.

— Трон — Источник, — веско произнес тат. — Я — Источник. Под боком ядерный реактор. Я не отступлю, нав, ни за что не отступлю и, если потребуется, сумею задействовать всю эту мощь. Так что убирайся, Сантьяга, не мешай мне. Проваливай. Потом придешь и подберешь объедки.

— У нас патовая ситуация, лорд Нур, — вздохнул комиссар. — Князь и великий магистр объяснили королеве Всеславе недопустимость сепаратных переговоров. Сейчас вся мощь Источников Великих Домов направлена на этот маленький ангар. Мы не позволим вам устроить здесь Большой Каньон.

— А стоит ли так напрягаться? — Нур посмотрел на жрицу и де Лаэрта. — С навами у нас старые разногласия, но вам-то выгодно, чтобы у темных оставались, так сказать, естественные враги.

— Претендуете на наше место, лорд?

— Вы себе льстите, Гуго…

* * *

— Маленький — тат, его семью вырезали тысячи лет назад. Франт в белом — Сантьяга, комиссар Темного Двора. Позже я расскажу, что мы узнали об этой семейке во Внешних мирах.

— Мне показалось или ты действительно говорил, что склад окружен и даже мышь не проскочит? — с издевкой осведомился Нур.

Сантьяга замер, задумчиво обхватив рукой подбородок. И его молчание лучше всего свидетельствовало о глубоком удивлении.

У дверей ангара стояли мужчина лет сорока и девочка-подросток.

— Прибыли на экскурсию?

— Нет, скорее по делу, — коротко ответил мужчина, вновь повернулся к девочке и указал на громаду Источника. — А вот это, Лена, и есть Малый Трон Посейдона. Последний Источник магической энергии людей. Твой папа погиб, пытаясь его спасти.

— Простите, что вмешиваюсь… — Сантьяга наконец пришел в себя. — Вы тоже Странник?

— Меня зовут Матвей Близнец.

— Черт, — проскрипел карлик. — Черт, черт, черт…

И посмотрел в угол. В тот, в котором лежала мертвая Джин. Комиссар проследил взгляд лорда, все понял и чуть поклонился Страннику:

— Браво.

Атаковать геоманта? Поздно, слишком поздно. Близнец, учтиво ответивший на приветствие комиссара, был абсолютно спокоен, всем своим видом давая понять, что не будет предпринимать никаких действий. Все уже сделано.

* * *

Бруклинский мост, США, Нью-Йорк

— Как романтично!

— Дорогая, все-таки замечательно, что ты у меня натуральная блондинка!

— А ты сомневался? — Она кокетливо заглянула в глаза мужчины.

— Не в этом дело, милая, Иван сказал, что я должен целовать женщину обязательно с натуральными светлыми волосами. Страстно целовать, не меньше минуты.

— Мы здесь только из-за Ивана?

— Нет. Еще и потому, что я люблю тебя.

Она провела рукой по его щеке.

— Может, начнем?

— Секунду… — Мужчина кинул взгляд на часы. — Иван сказал, что мы должны начать ровно… вот сейчас!

И их губы слились в долгом, по-настоящему страстном поцелуе.

Пьяза Барберини, Италия, Рим

Нельзя сказать, что у знаменитого на весь мир фонтана «Тритон» было не протолкнуться. Туристический сезон еще не наступил, и по Пьяза Барберини разгуливали в основном местные жители. И никто из них не обратил никакого внимания на интеллигентного мужчину в элегантном дорогом костюме. Он подъехал на площадь на черном «Бентли», припарковал машину, спокойно подошел к фонтану, посмотрел на часы и ровно в половине шестого легко и непринужденно прыгнул в воду. Как был: в элегантном костюме, дорогом галстуке, белоснежной сорочке и туфлях.

Его лицо оставалось абсолютно невозмутимым.

Примерно минуту он плавал в холодной весенней воде, после чего, по-прежнему сохраняя на лице каменное выражение, выбрался из фонтана и уверенно направился к бегущим полицейским.

Собравшиеся зеваки встретили купальщика аплодисментами.

Виндзорский замок, Великобритания, Лондон

— Сейчас, потерпите, уже скоро.

Миловидная женщина внимательно посмотрела на часы.

— Четыре, три, два, один!

Она распахнула клетку, и шесть белоснежных голубей взмыли в весеннее английское небо.

Франция, Париж

«Четырнадцать тысяч одинаковых листовок с изображением смеющейся человеческой рожицы были сброшены с обзорной площадки Эйфелевой башни. Как объяснил полиции господин Денье, кстати, владелец преуспевающей брокерской компании, его поступок…». (Из газет)

Бразилия, Рио-де-Жанейро

«Неизвестные хулиганы выгрузили на всемирно знаменитые пляжи четыре тонны древесного угля…». (Из газет)

Индия, Мадрас

«Оказавшись в самом центре толпы, неизвестный мужчина произвел пять выстрелов в воздух из автоматического пистолета, после чего, воспользовавшись поднявшейся суматохой, скрылся…». (Полицейская хроника)

Австралия, Мельбурн…

Китай, Гонконг…

Египет, Каир…

* * *

Складской комплекс «РОН»

Москва, улица Академика Курчатова, 19 марта, пятница, 19:30

Матвей отвел взгляд от циферблата:

— Время!

Сантьяга догадался в самый последний момент. Только он. Только нав обратил внимание на то, что Матвей и Лена остановились там, куда не дошла вода пожарной системы. Сантьяга догадался, но не успел ничего предпринять. Слишком поздно. Аркан геоманта свершился, и все, кто стоял или сидел на мокром бетоне, провалились в пол. Не рухнули во внезапно появившиеся ямы, но растворились в бетоне, совершенно перестав ощущать нижние части тел.

— Теперь? — спросила Лена.

Матвей внимательно оглядел помещение, убедился, что никто из присутствующих не избежал невеселой участи, и кивнул:

— Да, теперь.

Девочка вытащила из кармана красную гвоздику и бросила ее на пол.

— Так?

— Именно так.

Близнец уверенно прошелся по мокрому бетону и остановился у сидящих в луже магов.

— Теперь доступ в ангар закрыт по-настоящему. Помощи извне не ждите. Ведите себя спокойно и благоразумно, и тогда, обещаю, вы все останетесь живы.

— Следует ли понимать так, что если мы вас убьем, то навсегда останемся в таком положении? — учтиво осведомился Сантьяга.

Странник не заблокировал движение магических потоков, и на кончиках пальцев нава затрепетал маленький огненный шарик. Он мог превратиться в «шаровую молнию», а мог просто исчезнуть.

— Вы понимаете совершенно правильно, — не менее учтиво ответил Матвей. — Со смертью геоманта наведенный аркан магии мира не исчезает. Если, конечно, на вас не работает равный мне по силам…

— Уже не работает, — буркнул Нур.

— Я просто спросил, — улыбнулся комиссар. Огненный шарик исчез с его пальцев. — Не желаете поговорить? Мы трое, — Сантьяга кивнул на де Лаэрта и жрицу Снежану, — уполномочены вести переговоры…

— Боюсь, у меня нет на это времени, — вежливо качнул головой Близнец. И повернулся к Фоме:

— Привет!

— Привет, привет…

— Не надо злиться, пришел, как только смог, — пробормотал Матвей, вытаскивая из кармана красную ленточку. — Мне надо было подготовиться.

— Знаю я твою подготовку…

Геомант повязал ленточку на шею Фомы и отошел в сторону. Калека медленно поднялся на поверхность. Целый и невредимый. Бетон просто выдавил его из себя.

— Руки не затекли? — Матвей разрезал веревки.

— Нормально. — Фома потянулся. — Ладно, не обижаюсь. Главное, что ты все-таки пришел, братишка.

— Братишка? — Сантьяга вскинул голову. — Калека ваш брат?

— А что тут такого? — сварливо проворчал Фома, разминая руки. — Даже нелюди должны понимать, что у человека могут быть братья.

— Позвольте представить — мой брат Андрей. Только теперь, когда они встали рядом, стало заметно поразительное сходство мужчин: глаза, черты лица, фигуры… Цвет волос был едва ли не единственным их отличием.

— Андрей Близнец и есть Калека? — Комиссар был ошарашен.

— Фома не воин, — рассмеялся Матвей. — И не специалист по безопасности. Он лгун, лучший в мире лгун. Все его истории и все истории о нем — вранье от первого до последнего слова. Знаете, сколько раз его ложь спасала нам жизнь?

— Догадываюсь, — буркнул Сантьяга.

— К тому же Фома не хромает, — вставил свое слово второй Близнец. — Он получил свое прозвище, потеряв палец на левой руке.

Раздавленный нав опустил голову.

— Никто другой не смог бы обмануть вас, комиссар. — Андрей дружелюбно потрепал Сантьягу по плечу.

— Обмануть? — заинтересовалась жрица.

— Быть близнецами выгодно со всех точек зрения. — Матвей посмотрел на Нура. — Ты ведь засек мое появление, так? А потом, когда Андрей пришел к Черкасу, ты решил, что я, приехав в Тайный Город, просто изменил цвет волос, и не стал копать глубже. Ошибка, лорд, ошибка. Впрочем, мы на это и рассчитывали: не зря же мы так тщательно синхронизировали переходы.

— Но зачем надо было скрывать имя Андрея? — не выдержала жрица.

— Потому что Матвей геомант, — пробурчал Сантьяга. — Если бы мы знали, что вернулся именно Близнец, пусть и неизвестно какой, мы бы вели себя очень и очень осторожно. А в том, что Кафедра прислала Фому, своего солдата… — Нав вздохнул. — Или якобы солдата… В общем, в том, что Кафедра прислала Фому, не было ничего странного: Аристарх пропал, и разбираться в ситуации отправился воин. И мы попались.

— Все это очень хорошо, — обратился к Близнецам Нур. — Но как быть со мной? Если вы оставите меня здесь, мне не выжить — против трех Источников я не устою.

— Собираешься взорваться прямо сейчас? — осведомился Андрей.

— Почему нет? — пожал плечами лорд. — Мне все равно пропадать.

Странник присел на корточки рядом с татом и долго, не меньше полминуты, пристально смотрел в бесцветные глаза карлика.

— Мы договоримся, Нур.

Он произнес фразу на старом татском языке и очень-очень тихо. Слова едва угадывались, лорд ориентировался скорее на артикуляцию губ Андрея, нежели на звук голоса. И Сантьяга, несмотря на все старание, не мог разобрать, что именно Близнец говорит карлику.

— Каковы гарантии?

— Мы знаем, что такое Ключ Трех Рас.

Нур вздрогнул, сжал кулак…

— Откуда?

— Читали Барнагейское пророчество. В библиотеке мангладарцев сохранился один экземпляр.

— Во Внешних мирах знают о Ключе?

— Нет, не знают. Текст я перевел только для своих. А мир Барна-Гу давно стал пустыней…

— Скажи спасибо им. — Нур кивнул на Сантьягу.

— Барнагейцы должны благодарить только своих пророков, — пожал плечами Андрей. — Я читал историю — навы честно предупреждали, что уничтожат всех, кто прикоснется к тайне Ключа. Их раса заплатила за гордыню, за желание знать все.

— А за что платим мы? — Лорд сбился, в его голосе появилась горечь, которую карлик тысячи лет загонял в душу. Она появилась, выплеснулась, и Нур не сумел обуздать ее поток. Губы тата задрожали. — За что моя семья отдает кровь этим тварям?

Он с лютой ненавистью посмотрел на комиссара.

— Асуры, таты, барнагейцы… — Лорд едва сдерживался, но сумел взять себя в руки. — Сантьяга умен. Он наверняка догадался, о чем мы разговариваем.

— Именно поэтому я уйду и постараюсь как можно дольше не возвращаться на Землю, — усмехнулся Близнец. — Как ты понимаешь, взять с собой Трон мы не сможем. Оставим его тебе, но, ты уж не обессудь, без Чаши.

— Чем заплатишь за складские услуги?

— Вот этим. — Андрей вложил в руку карлика перстень. — Если темные прижмут — брось перстень в огонь. Мы услышим, придем и вытащим твоих подданных с Земли. Клянусь.

— Ты читал пророчество барнагейцев, — медленно произнес Нур. — Этого вполне достаточно, чтобы помогать мне… Придется поверить тебе, чел.

— И еще… Не трогай Хранителя, лорд.

* * *

— Боишься?

— Не знаю… Наверное, да. — Лена робко улыбнулась. — Конечно, да.

Но держалась девочка вполне достойно. Если в ее душе и оставалось недоверие к рассказу Матвея, то сейчас, увидев провалившихся в бетон магов, огненный шарик на пальцах Сантьяги и громаду Малого Трона Посейдона, Лена окончательно убедилась в искренности его слов. Убедилась, но осталась спокойной. Приняла. А учитывая, что о самом факте реальности магии девочка узнала лишь несколько часов назад, это спокойствие дорогого стоило.

— Для наложения Печати тебе придется раздеться.

Лена бросила взгляд на зрителей. Матвей улыбнулся:

— Справишься?

— Я постараюсь.

— И еще. — Близнец нежно погладил девочку по волосам. — Тебе будет очень больно. Невероятно больно, но другого пути нет.

— Я понимаю.

— Когда я скажу, проглоти вот это. — Он протянул Лене таблетку. — Это средство поможет, но… все равно готовься к боли.

* * *

— Пока мои друзья заняты, я хочу вас немного развлечь. — Андрей присел на корточки перед жрицей и Дочерьми Журавля. — Предлагаю сыграть в игру «Кто убил Аристарха?». Мне почему-то кажется, что вы, красавицы, должны это знать.

— Как получилось, что интеллигентный лингвист стал хладнокровным убийцей? — светским тоном поинтересовался Сантьяга.

— В юности мне привили правильное понимание жизни, — охотно объяснил Близнец. — Не хочу показаться хвастливым, но я помог Кафедре решить массу проблем.

— Неужели ТАМ так плохо?

Андрей помолчал, подумал, потом серьезно покачал головой:

— Не везде.

— Некоторые миры совсем не похожи на рай? — вклинилась в диалог жрица. — Она поняла, что Сантьяга хочет втянуть непредсказуемого Близнеца в разговор, и решила помочь комиссару.

— Некоторые похожи на ад, — улыбнулся Андрей. — С двух планет мы едва унесли ноги.

— Их обитатели охотились за технологией Большой Дороги?

— Их обитатели просто охотились. — Близнец погладил искалеченную ногу. — В этом смысл их жизни.

— Но и друзей вы нашли, — прищурился Сантьяга. — Чем вы заплатили мангладарцам за пауков?

— Рассказами о странствиях, — пожал плечами Андрей. — Технологиями с Ййканара. Переводом древних манускриптов.

— И только?

— Фома Калека убедил мангладарцев, что мы не владеем технологией Большой Дороги. — Близнец подмигнул наву. — Вы же знаете Фому, он может обмануть кого угодно.

— Да, я знаю…

— Нам расскажешь? — осведомилась жрица.

— Это неинтересная история, — махнул рукой комиссар.

— Но мы забыли об игре. — Голос Странника похолодел. а в руке появился нож. — Мы пытались узнать, кто отвечает за смерть Аристарха.

— Не думаю, что вам следует прибегать к насилию, — твердо произнес Сантьяга. — Одно дело быть почетными пленниками, и совсем другое — приговоренными к казни. Мы можем возмутиться.

— Насколько я понимаю, в смерти Аристарха повинен Зеленый Дом, — скривился Андрей. — Вам ничего не грозит.

— Это не важно, — отрезал нав. — Мы вместе.

— Режь их всех, Андрюшка, — весело посоветовал Нур, с интересом прислушиваясь к словам Близнеца. — Сначала зеленых, потом этого франта. Порадуй старика.

— Андрей, ты мне нужен!

Близнец неуверенно оглядел нелюдей, тихо выругался, спрятал нож и направился к брату.

— Спасибо, Сантьяга, — едва слышно прошептала Чернояда.

Комиссар слегка пожал плечами:

— Не за что.

* * *

— Рад познакомиться, Хранитель. — произнес Матвей, завязывая на шее девушки красный бант. — Надеюсь, вы нам поможете?

Лариса молча кивнула. Андрей разрезал на ней веревки и помог подняться на ноги.

— Вы справитесь с Источником?

— Она хороший маг, — подал голос карлик. — Справится.

Девушка поморщилась:

— Я постараюсь.

— В Черной Книге должны быть инструкции по управлению Троном, — мягко продолжил Матвей — Граф Спицын обещал поделиться впечатлениями.

— Он написал, — коротко кивнула Лариса. — Я читала… — Девушка вздохнула, и этот довольно резкий вздох показал, как сильно она волнуется. — Я уверена, что справлюсь.

— В таком случае… — Матвей покосился на брата.

— Уже, уже! — В руке второго Близнеца появился кожаный мешочек. — Нелегкая, знаешь ли, вещица.

Андрей с усилием извлек из мешочка Чашу и протянул ее Хранителю.

— Только ты сможешь установить ее на место. Трон сожжет более слабого мага.

Сосредоточенная Лариса взошла на Источник.

— Именем Посейдона, владыки невозможных глубин, повелителя безбрежного Океана!

Она медленно поставила Чашу на алтарь.

— Именем Посейдона, повелевающего силой великой…

* * *

Сантьяга, де Лаэрт и Снежана старательно запомнили последовательность церемонии наложения Печати, но, несмотря на похвальную внимательность, ее суть осталась за пределами их понимания. Классические маги не в состоянии уловить смысл в аккуратных, до миллиметра выверенных движениях геоманта, понять тайны легкого движения пальцев по обнаженному телу девочки, тайны жестов и слов. Матвей Близнец стоял на другом уровне, не более сильном или мощном, нет, просто — на другом. На том, на котором классическая магия теряла смысл, превращаясь в тонкую ниточку, вплетенную в ткань Вселенной. В одну из миллионов ниточек, которые послушно расплетались по приказу геоманта, чтобы создать новое, нужное ему покрывало. Чтобы по-другому укутать в это покрывало маленькую худенькую девочку, мечтающую о путешествиях по островкам Великой Пустоши.

Сантьяга, де Лаэрт и Снежана могли запомнить, но не могли понять. Им не было дано.

Зато они почувствовали энергетический вихрь, который Лариса обрушила на закричавшую Лену. Они ощутили — не могли не ощутить — колоссальный поток, пронзивший тело девочки. Мощный, неудержимый поток, намертво запечатлевший Печать на теле Лены и навсегда связавший ее с полотном Вселенной.

Раскаленные иглы разорвали хрупкую плоть, принеся дикую, невозможную боль. Выданная Близнецом таблетка слегка заглушила адское пламя, но ни одно средство в мире не было способно обезболить эту пытку. Таблетка смягчила удар, но только смягчила, и пронзительный крик Лены острым ножом царапнул по душе Матвея.

— Держись!

Она не слышала Близнеца. Она каталась по расстеленному на полу одеялу и кричала. А он мог только шептать слова утешения:

— Ты справишься! Ты сильная!

Энергетическая волна прошла сквозь девочку за доли мгновения, формирование Печати шло чуть медленнее — примерно тридцать секунд, но открыть глаза Лена сумела лишь через десять минут после кульминационного момента церемонии. Открыть глаза и понять, что после ТАКОГО испытания можно уже ничего не бояться.

На левой стороне груди Лены лежала Печать. Матвей осторожно прикоснулся к черным символам и с улыбкой прошептал:

— Добро пожаловать на Кафедру, Странница.

* * *

Лариса без сил откинулась на спинку трона:

— У меня получилось!

Разумеется, девушка знала, что Черная Книга не зря выбрала ее своим Хранителем, что древний артефакт изучает претендентов очень глубоко, заглядывает в самую их суть и избирает только тех, кто способен не просто встать выше прочих, но взлететь на небывалую высоту. Подняться до сияющих, доступных лишь немногим вершин. Девушка знала, чувствовала, но до сих пор не могла подтвердить это ощущение на практике. Кто ей противостоял? Обычные маги Тайного Города? Сильные? Да — но в чем они состязались с Хранителем и друг с другом? В сложности арканов? В скорости их построения? В изысканности заклинаний? Разве это интересно? Разве можно сравнить эти жалкие соревнования с могуществом, которое ощутила Лариса, едва прикоснувшись к колоссальной мощи Малого Трона Посейдона? Бушующая в Источнике энергия наполнила девушку пониманием того, что в ее руках находится судьба целого мира. Что одним движением пальца она способна превратить горы в равнину или отправить Луну на орбиту Плутона. Действительно — может. Ибо неукротимый поток был послушен ей, как дрессированный пес. Черная Книга не ошиблась — Лариса взлетела, встала на одну ступень с величайшими магами Великих Домов, почувствовала, какие силы таятся за привычным словом «Источник». И поняла, что способна повелевать ими.

— Ты умница. — Поднявшийся на Трон Андрей нежно поцеловал кончики пальцев Ларисы.

— Это было невероятно, — прошептала девушка.

— Я знаю.

— Откуда ты можешь знать? Ты не видел волну, способную гасить звезды. Ты не чувствовал ее силу! Ты не знаешь… Откуда ты можешь знать?

— Сними Чашу, Лариса.

— Я боялась, что не сумею. Боялась, что не справлюсь с потоком, а потом, неожиданно, раз — и поняла, что работаю с максимумом! С максимумом! Я вышла на пик!

— На вершину.

— На самый верх.

— Сними Чашу, Лариса, — тихо повторил Странник. Разбуженный Трон мерно урчал. Мягко, послушно, но в глухом рокоте артефакта отчетливо слышалась невиданная мощь.

— Сними Чашу.

— Зачем?

— Мы заберем ее с собой, — спокойно объяснил Близнец.

И Трон снова заснет. И обещанное им невероятное могущество останется лишь в памяти…

— Оставьте Источник, — попросила девушка. В ее голосе скользнули умоляющие нотки. — Пожалуйста.

— Не время, — мягко, очень мягко произнес Андрей. — Пока не время.

— Оставьте мне Источник! — Теперь она не просила — повелевала. Зеленые глаза девушки ярко вспыхнули. Она стряхнула с себя восторженное оцепенение и готова была драться за Трон. — Источник останется у меня!

— Посоветуйся с ней. — Близнец положил Черную Книгу на колени Ларисы.

— Мне не нужны советы! — Девушка выкрикнула фразу громко, твердо, но едва уловимая нотка неуверенности все же скользнула в ее голосе. А нежная ладонь привычно легла на кожаную обложку старинного тома.

* * *

— Думаешь, она справится? — негромко спросил Нур, с любопытством глядя на закрывшую глаза Ларису.

Девушка сидела на троне, слегка раскачиваясь, а ее губы беззвучно, но весьма активно шевелились, словно Лариса вела напряженный и неприятный разговор.

— Она — Хранитель и вряд ли пойдет против воли Черной Книги… — Странник помолчал. — Остается надеяться, что артефакт разделяет наш взгляд на ситуацию.

— Что будем делать, если Книга прикажет Ларисе забрать Трон?

Матвей неопределенно пожал плечами:

— Понятия не имею. Скорее всего — ничего.

Лорд внимательно посмотрел на Близнеца, затем на девушку и облегченно вздохнул:

— Кажется, нам повезло.

Лариса отложила Черную Книгу в сторону, закусила губу, поднялась с трона и двумя руками взялась за Чашу.

— Все, теперь освобождай меня, Матвей.

Геомант достал из кармана красную ленту и медленно накрутил ее на указательный палец карлика.

— Дальше будет так, Нур: я сделаю переход для тебя и для Трона. Великие Дома его не заметят, гарантирую. Вас выбросит на другом континенте: Трон без Чаши и тебя с куском бетона вместо ног. Не потеряй ленточку.

— Не доверяешь? — прищурился карлик.

— Нет, конечно.

Карлик помолчал.

— Правильно делаешь.

— Я знаю.

Тат с улыбкой посмотрел на красную ленточку.

— Не волнуйся, чел, я сберегу Источник. Но и ты не забудь об обещании.

Матвей отвернулся и молча посмотрел на сошедшую с Трона Ларису.

— Она хорошо заглушила машинку, — похвалил карлик. — Излишки энергии ушли в реактор… Тогда, в Сибири, Спицын поступил грубее.

— Тогда у него не было выбора.

— Возможно, — покладисто согласился тат.

— Пора. — Матвей достал из кармана часы и с силой ударил их об пол. — Прощай, Нур.

— Увидимся, — махнул рукой лорд. — Забегай как-нибудь.

— Странный выбор стража, — прокомментировал Сантьяга, проводив взглядом исчезнувшего Нура. — Конечно, мой совет несколько запоздал, но я все равно скажу, что доверять тату бессмысленно: эта семья генетически не способна на союзы.

— Надеюсь, что ваше родственное участие помогло им избавиться от некоторых комплексов.

— Родственное? — Комиссар жестко посмотрел на Странника. — Ладно… Но поверьте, Матвей, некоторые не меняют принципы даже на костре.

— Надо верить в прогресс.

— Я постараюсь, — пообещал Сантьяга. — Лариса, как вам понравилось работать с мощными потоками? Восхитительное чувство, не так ли?

Девушка сделала вид, что не расслышала слова нава.

— Матвей, вы сделаете мне портал? — спросила она.

— Конечно. Но сначала… — Близнец взял у подошедшего Андрея толстую тетрадь и протянул ее Ларисе. — Здесь наши путевые заметки. Думаю, вам будет интересно ознакомиться с ними.

— Милая девушка, — встрял в разговор Сантьяга. — Тайный Город охотно приобретет копию этих записей. Цену назовите сами.

Лариса фыркнула, но, сложив тетрадь вместе с Книгой, неуверенно посмотрела на Матвея:

— Можно поделиться с ними?

— Почему нет?

— Подождите меня на улице, Лариса, — немедленно предложил комиссар. — Когда я освобожусь, мы поедем в Цитадель…

Девушка кивнула на наемников:

— Все переговоры через них.

— Почему-то я был уверен, что вы ответите именно так, — рассмеялся Сантьяга. — Не заняться ли мне на досуге предсказаниями?

— У вас должно получиться, — хмыкнул Матвей — Задатки, по крайней мере, есть.

— Благодарю.

— Кстати, это вам.

Странник бросил рядом с навом связку красных ленточек.

— Приятно, что вы мне доверяете.

— Не спешите радоваться. — Матвей направился к Лене. — Если вы сами повяжете себе бантик, ничего не произойдет, чтобы вытащить вас из лужи, потребуется помощь со стороны.

* * *

Боль постепенно затихла, но не растворилась без следа, а стянулась к сердцу, к груди, туда, где жгла душу круглая Печать Странника. Маленький символ, пронзивший бесконечность Вселенной. Ключ к мечте и источник постоянной боли.

— Она будет гореть всегда? — тихо спросила девочка.

— Ты привыкнешь, — грустно улыбнулся Матвей.

— Ты не говорил, что будет ТАК больно, — с легкой обидой сказала Лена.

— Зато я обещал исполнить твою мечту. И сдержал слово.

Рядом оказался Андрей.

— Это пропуск в мир твоих снов, Лена.

Близнецы протянули руки. Мгновение девочка колебалась, а затем вложила ладошки в руки братьев. Закрыла глаза. Улыбнулась.

— Я вижу высокую Белую Башню, удивительной стрелой связавшую твердь и звезды…