Глава 4.

... Ее образ напоминал берега, размытые чистой дождевой водой; глаза мерцали, речь журчала.

Он прошептал:

— Чиновник, мадам. Таможенный чиновник.

Изумление отразилось на ее лице, сначала гнев, затем надежда на развлечение.

Он пояснил:

— Служу около десяти лет. Давно ли вы лишены тела?

Она придвинулась к нему. Запах ее волос что-то напоминал. И ее чистые прозрачные черты что-то напоминали. Каждое слово из ее уст наполняло его весельем.

— Да, как это ново для меня. Это не та неясность, которая, как мне кажется, произошла с тобой?

Снова ее ответ — одновременно льстивый и остроумный.

— Да, — он улыбнулся. — Для вас, я думаю, это не так.

Она непринужденно дотронулась до него; то ли сама шутливо взяла его за руку, то ли он взял ее руку, и почувствовал удивительную атласность ее кожи.

— Вы такая современная. Я не привык к молодым женщинам, которые просто приходят и ведут... себя так.

Ее чарующая логика объясняла все, и он чувствовал ее ближе, еще ближе, еще... и странные шутки в ее устах превращались в музыку.

— Вы разобщены, так что это не имеет значения, но...

Она прервала его улыбкой, или поцелуем, или словом, передавая ему свое изумление, свой страх, свое возбуждение. Он попытался сохранить ее слово, ее голос, ее жесты в памяти. Она ушла! Она смеялась где-то вдали...

Он стоял, слушал ее смех, затухающий в водоворотах его потрясенного сознания...