Глава 7.

Свет, но без тени. Генерал стоял на силовом летающем диске, наблюдая за черным литым корпусом корабля на фоне бледнеющего неба. У трапа он сошел на аппарель и поднялся на лифте к шлюзу, на стофутовую высоту. Ее не было в капитанской каюте. Он столкнулся с толстым бородатым человеком, который направил его в грузовой шлюз. Генерал вскарабкался по лестнице и постарался выровнять дыхание.

Она опустила ноги со стены, выпрямилась на брезентовом стульчике и улыбнулась.

— Мистер Форестер, я знала, что мы сегодня утром увидимся!

Она согнула листок тонкой бумаги и запечатала его по краю.

— Я хотел видеть вас... — его дыхание снова сбилось, — перед отлетом.

— Я тоже хотела видеть вас.

— Вы сказали, что если я разрешу вам эту экспедицию, вы скажете мне, где вы...

— В моем рапорте вы найдете все, что вас интересовало. Он отправлен с утренней почтой и, наверное, сейчас лежит у вас на столе в штаб-квартире Администрации Союза.

— О, конечно.

Она улыбнулась.

— Вам нужно поторопиться. Мы отправляемся через несколько минут.

— Да. Дело в том, что я уже был в штаб-квартире, а несколько минут назад по звездному фону получил краткое изложение вашего рапорта. Я только хочу сказать... — но он ничего не сказал.

— Мистер Форестер, однажды я написала стихотворение. Оно называется «Совет тем, кто влюбляется в поэтов».

Генерал замер с открытым ртом.

— Оно начиналось примерно так:

Юноша, она будет издеваться над твоим языком. Девушка, он похитит твои руки...

Прочтите остальное сами. Оно в моей второй книге. Вы не захотите терять поэта по семь раз на день — это чертовски раздражает.

Он сказал просто:

— Вы знали, что я...

— Да, знала и знаю. И я рада.

Потерянное дыхание вернулось и произошло неслыханное: он улыбнулся.

— Когда я был штатским, мисс Вонг, и нас впервые направили в казармы, мы говорили о девушках, и только о них. И однажды кто-то сказал об одной девушке: она так хороша, что ничего не обязана больше давать мне, достаточно только того, что она пообещала, — он позволил себе расслабиться, и, хотя его плечи опустились на полдюйма, казалось, что они стали шире на целых два. — Вот, что я сейчас почувствовал.

— Спасибо за откровенность, — сказала она. — Вы нравитесь мне, генерал. И я обещаю, что в следующую нашу встречу мои чувства останутся прежними.

— Я... благодарю вас. Думаю, что это все. Просто спасибо... за понимание и обещание. — Потом он добавил:

— А теперь мне нужно идти?

— Мы стартуем через десять минут.

— Ваше письмо, — предложил он. — Я отправлю его.

— Спасибо, — она протянула письмо, генерал взял его и слегка задержал ее руку в своей. Потом повернулся и вышел. Через несколько минут Ридра увидела, как его диск движется к бетонному зданию стартового комплекса, освещенному лучами восходящего солнца.