Воспоминания, которые хранит наше тело.

Чаще всего причины наших эмоциональных реакций так глубоко скрыты в нашем прошлом, что остаются для нас загадкой. Между тем вполне можно получить к ним доступ, контролировать их и даже преобразовывать. И делать это через телесные ощущения.

Марк, молодой психиатр, приехал в наш медицинский центр учиться методу ДПДГ. Сейчас на практическом занятии его черед быть пациентом. Он вспоминает о том, как несколько лет назад получил письмо из банка, где сообщалась сумма его долга. Понимая, что не сможет расплатиться, он испытал ощущение сильнейшей паники.

С этого момента приступы неконтролируемой тревоги, сопровождающиеся головокружением и ощущением удушья, возникают у Марка всякий раз, когда он вспоминает о той минуте, но не только. Марк может рассказать о десятке обыденных случаев, когда он оказывался в необъяснимом состоянии полной беспомощности. И хотя теперь, начав проходить курс психотерапии, он чувствует себя увереннее, ему хотелось бы продвинуться дальше в решении своей проблемы.

Когда сильные и неадекватные эмоции давно присутствуют в нашей жизни, нелегко добраться до их истоков. Между тем реакция на нынешние события — это всегда следствие того, что когда-то зафиксировал наш мозг. Такова вообще особенность работы мозга животных, продемонстрированная еще Павловым. Так, собаки рефлекторно выделяли слюну уже при звуке колокольчика, если ранее этот звук совпадал с их кормлением. И наоборот, те собаки, для которых звук колокольчика сопровождался ударом электрического тока, замирали от страха и беспомощности в ожидании новой боли, даже если на этот раз удара током не было.

Вместо того чтобы отправить Марка блуждать по лабиринту предположений по поводу причин его страха, психотерапевт спрашивает его о том, какие телесные ощущения он испытывает, мысленно возвращаясь в тот день, когда получил письмо из банка. «Стеснение в груди и покалывание вокруг глаз», — отвечает Марк. «Закройте глаза и сконцентрируйтесь на этих ощущениях. Вернитесь назад во времени и следите за картинами, которые у вас спонтанно возникают», — говорит психотерапевт.

Через некоторое время Марк открывает глаза, и они наполнены слезами. «Я вновь пережил смерть сестры, которая случилась, когда мне было пять лет. Она много месяцев провела в больнице, и мы чувствовали себя абсолютно бессильными, и никто не мог ей ничем помочь. Мне кажется, что я так и не оправился от этой смерти». Чувство беспомощности пятилетнего ребенка, помноженное на бессилие взрослых, навсегда врезалось в его память. После этого многочисленные события в его жизни (в том числе и такие заурядные, как невыплаченный вовремя кредит) запускали у него в точности те же эмоции, что и рана, нанесенная когда-то растерянному ребенку.

Марку оказалось достаточно нескольких сеансов, чтобы, опираясь на свои физические ощущения, оплакать наконец свою потерю и освободиться от несостоявшегося траура. Сегодня у него не все идет гладко, но он совсем по-другому (не так эмоционально) воспринимает разные жизненные испытания.

Воспоминание, которое заставляет взрослых людей реагировать на ситуацию так, как реагировал бы напуганный и беспомощный ребенок, зачастую настолько отдалено от нас во времени, что слов недостаточно, чтобы воскресить его в памяти. Зато память тела, похоже, хранит следы болезненных событий в течение всей нашей жизни. Связи прошлого с настоящим кажутся настолько прочными, что их невозможно разрушить, однако, когда нам удается разбудить и оживить память тела, эти прочные связи могут распасться с поразительной быстротой…