IV. Саксаул.

Когда в Ташкенте я впервые вошел в дровяной сарай, я никак не ожидал увидеть того, что я увидел. Вдоль стены была навалена в беспорядке светло-коричневая груда — чего? Несомненно, это были стволы каких-то деревьев. Они были изогнуты во всех направлениях, словно в судорогах, покрыты бороздами и трещинами и похожи на беспорядочный клубок змей, которые сплелись одна с другой и в этом судорожном объятии окаменели.

Топора не было в этом дровяном сарае, но там и сям лежали глыбы камней, одни больше, другие меньше. Саксаул нельзя расколоть, его можно только раздробить.

Его нельзя резать ножом; древесина так тверда, что нож ее не берет; бесполезен и топор. Но саксаул хрупок, и от сильного удара разлетается в куски. Сколько раз с тех пор приходилось мне «щепать» саксаул для печки. Для этого нужно взять ствол саксаула и бить им о какой-нибудь большой камень. Можно поступать и наоборот. Положить ствол саксаула на твердый грунт и бить по нем камнем такой величины, какой вам позволяют силы поднять и бросить.

Это прекрасное топливо и по жаропроизводящей способности мало уступает углю. Когда в 1920 году мне пришлось проехать из Москвы в Ташкент, нечего и говорить, как трудно было путешествие. Оно продолжалось 52 (пятьдесят два) дня! С топливом для паровозов было очень трудно. Но когда мы вошли в пределы Туркестана, когда мы сами погружали саксаулом тендер паровоза, мы были вознаграждены за свою работу: поезд пошел легко и быстро.

— Вот он, саксаул-то! — говорили мы.

И каждый раз потом, когда снова приходилось запасаться топливом, всякий из нас с любовью смотрел на корявые стволы этого замечательного дерева, всякий из нас радостно говорил:

— Саксаул! Идем на погрузку!

У громадного большинства пустынных растений развивается исключительно мощная, в смысле длины, корневая система; благодаря этому, растение становится способным пользоваться грунтовой водой, залегающей даже и на очень больших глубинах. Саксаул принадлежит именно к таким деревьям.

… С этим названием «саксаул» связан забавный случай, о котором я слышал в Туркестане.

Слово «саксаул» постоянно звучит в Туркестане; очень часто приходится слышать и другое созвучное слово: «аксакал». В дословном переводе это обозначает — «белобородый». Так называют почтенных стариков сартов. Они обыкновенно несли разного рода почетные и важные должности; например, часто аксакалы заведывали самым важным в Туркестане — распределением воды из оросительных каналов. Надо еще заметить, что сарты чрезвычайно чувствительны к малейшей обиде.

Генерал-губернатор Туркестана должен был выехать в одно из селений; там его должны были встретить аксакалы. Но генерал все перепутал. Когда тройка лошадей подкатила к выстроившимся в ряд седобородым, генерал лихо привстал в коляске и лихо отчеканил:

— Здорово, саксаулы!

Можете себе представить, что сделалось с «белобородыми», любящими почет и уважение!

Ведь «здорово, саксаулы!» звучит в переводе на русский язык, примерно как:

— Здорово, дубье!