«Голову, сердце, тело…».

Лайла (посмотрите на ее ответ) везде поставила цифру 1 и приписала: «Это нельзя распределять по порядковым номерам, а самое важное — всё 1, а бытовые удобства не важны».

Пылкость и нерасчлененность ее тяготений — как у счастливых молодоженов в медовую весну их счастья. Все одинаково важно, все нити — эмоциональные, физические, духовные. Все влечения — любовные, дружеские, родительские — горят одинаково сильно, и разобрать, что жарче, а что прохладнее, попросту невозможно. Да это и не нужно ее чувствам — их ничем не замутненная пылкость не нуждается в осознании.

С точки зрения ее чувств она с Петерисом — любовники-друзья-супруги-родители одновременно, и все лики этого многоликого существа неразрывны между собой и равноценны.

Проверочный тест («Что больше всего мешает вашим чувствам и отношениям») полностью подтверждает этот автопортрет ее чувства. Помехи, которые отметила Лайла, ни в чем не касаются Петериса: мешают только жилищные и материальные тяготы, а в любимом человеке нет ничего, что мешало бы ее любви.

Вольтер говорил: любовь — сильнейшая из страстей, она атакует сразу голову, сердце и тело. Наверно, это не всеобъемлющее правило: у многих она не захватывает голову, у многих занимает не все сердце, а часть его; впрочем, это, наверно, уже не любовь, а менее глубокое чувство — влюбленность.

Любовь Лайлы атакует все в ней, и это признак очень сильной любви — всепроникающей, всеобъемлющей, которая вбирает в себя всего человека.

Юное полыхание этой любви во многом зависит от нервного склада Лайлы — пылкого, сангвохолерического (она — сплав холерика и сангвиника, это видно из других частей анкеты). У Петериса темперамент более спокойный: он сангвофлегматик — сплав флегматика и сангвиника. И характер чувств у него более «спокойный»: они не такие пылкие, но, возможно, более полновесные и глубокие (это часто бывает у душевно развитых людей со спокойным темпераментом).

Для Петериса первые по силе нити, которые их связывают, — духовные: общие идеалы и взгляды, родительские чувства. (Оба они говорят, что, когда родился сын, это углубило их чувства, добавило к ним новые краски).

Вторые нити для Петериса — эмоциональное и физическое влечение. Это чисто любовные ценности, обычные психологически-сексуальные тяготения любви. Возможно, эмоционально-физические магниты стоят у него ниже духовных, а не вровень с ними, потому что отношения их начались с дружбы, с духовной близости: в эти годы они даже влюблялись в других и рассказывали друг другу о своих увлечениях. Возможно, что в его сознании эта первая по времени ступень близости осталась первой по значению. Но его любовь — такая же всепроникающая, как у Лайлы: она захватывает его душу, разум, тело, она правит всей его внутренней жизнью.

Третий тест («Что больше всего привлекает вас в близком человеке») выявил, что магниты, которые притягивают друг к другу Лайлу и Петериса, одинаковы. Каждый из них, не сговариваясь, поставил на первое место душевные качества близкого человека, на второе — его любовь; на третье место она поставила его дружеское отношение к ней, на четвертое — любовь к детям; в его ответах ее любовь к детям заняла третье место, а на четвертое он поставил ее заботу, внимание к нему.

Лестница ценностей у них очень похожая, «родство душ» разительное. Возможно, это родство создала их глубокая любовь, но, возникнув, оно само стало продлителем и углубителем их любви.