ЛИЦО-ЗЕРКАЛО ДУШИ.

В 1809 году вышла на русском языке книга под чрезвычайно длинным названием: «Новейший полный и любопытный способ, как узнавать каждого человека свойства, нравы и участь по его сложению, или Опытный физиогном и хиромантик славного Лафатера, прославившегося в сей науке, открывающей таинственные секреты природы, с изъяснением счастья и несчастья человека, и в каком роде жизни оное случиться может, по членам человеческого тела, чертам лица и рук, и по прочим признакам, с описанием влияния планет на свойства человеческие, и с приложением таблицы, показывающей, счастлив ли тот день и час, в который кто родился».

Будем для краткости называть эту книгу «Опытный физиогном».

В ней описывалось «двенадцать признаков, по которым можно узнать честного человека», и «одиннадцать знаков обманчивого и вороватого человека», а также признаки щедрого, влюбленного, злого, скупого характера и черты, по которым можно определить, кому суждено счастье, а кто, наоборот, обречен судьбой терпеть несчастья.

Красные щеки якобы «представляют человека, который пьянству и ярости привержен». Белые зубы показывают глупого и тщетного (т. е. тщеславного) человека.

Толстый затылок будто бы свойствен «ленивым, неразумным и необузданным людям». У храброго подбородок четырехугольный, у сердитого — острый, а расщепившийся —признак либо влюбчивого, либо лживого человека. Характер можно определять и по походке: «Кто всем телом, а особенно плечами много вертится — тот спесив, горд и много о себе думает». Лишний, шестой палец на левой руке означает богатство, а на правой — ум...

Много внимания автор уделял расположению морщин, родимых пятен и бородавок. По последним можно было даже предсказывать судьбу: бородавка на носу обещала наследство, а на верху левого уха угрожала насильственной смертью... Родимые пятна на правой стороне тела и лица, оказывается, сулят их обладателю удачи, а на левой — невзгоды...

Наконец, один раздел «Опытного физиогнома» посвящен хиромантии, а другой — астрологии.

Автор недаром выдал всю эту несусветную чепуху за труд «славного Лафатера»: имя этого ученого пользовалось в те времена огромной популярностью.

Пушкин упоминает его в «Дубровском»: «Слуги стали разносить тарелки по чинам, в случае недоумения руководствуясь лафатерскими догадками, и почти всегда безошибочно».

Диккенс говорит про миссис Боффит, героиню его романа «Наш общий друг», что «ее физиономию не одобрил бы ни один из учеников Лафатера».

Денис Давыдов в статье «Встреча с великим Суворовым» пишет: «Черты сухощавого лица его были покрыты морщинами, достойными наблюдения Лафатера».

Герцен в романе «Кто виноват?»: «Два лица эти могли бы послужить Лафатеру предметом нового тома кудрявых фраз».

Лев Толстой в «Войне и мире»: «Лафатер сказал бы, что у меня нет родительской шишки».

Немногие писатели и ученые второй половины XVIII века были так широко известны, как швейцарец Иоганн-Каспар Лафатер (1741—1801). Прославился он благодаря созданной им теории о связи характера каждого человека с внешним его обликом: строением черепа (отсюда — «родительская шишка»), очертаниями лица, телосложением.

Главный труд Лафатера «Фрагменты физиогномики» вышел в 1775 году в Лейпциге и был иллюстрирован превосходными гравюрами. В России имя Лафатера получило известность в связи с «Письмами русского путешественника» Карамзина, который навестил ученого в Цюрихе, где тот жил, и подробно описал эту встречу.

В дальнейшем Карамзин вел с ученым переписку, вплоть до трагической гибели последнего при взятии Цюриха французскими войсками в 1801 году. Какой-то пьяный солдат выстрелил в Лафатера, спокойно сидевшего у ворот своего дома, и смертельно его ранил.

Именем знаменитого ученого стали спекулировать издатели с целью наживы; таким образом и появился «Опытный физиогном». В 1817 году вышло еще одно его издание. Между тем ни о хиромантии, ни об астрологии у Лафатера не сказано ни слова. Глава о родимых пятнах у него есть, но в ней говорится лишь о том, что они бывают связаны с различными случаями во время беременности, чего не отрицает и современная наука.

«Лафатерские догадки» высмеивал еще Гете, чье лицо совершенно не соответствовало характеру поэта, как с сокрушением признавался сам автор теории. Тем не менее она получила широкое распространение. Наши прабабушки и прадедушки твердо верили, что о моральных качествах человека можно судить по форме его носа, губ, ушей... Это было к тому же гораздо легче, чем вникать в его характер или выяснять мотивы его поступков.

В дневнике Чернышевского, еще студента, есть запись от 16 декабря 1848 года: «Читал Лафатера физиогномику, которая не удовлетворяет меня». Вероятно, речь идет о подлинном трактате или о его переводе на французский, а не об «Опытном физиогноме», который скорее надо отнести к лубочной литературе. Его автор приписал свое антинаучное чтиво перу «славного Лафатера», всем известного понаслышке, чтобы пробудить у публики интерес. Подлинные же «Фрагменты физиогномики» так и не были переведены на русский.