Ватт.

Ватт обвел взглядом гостиную их номера: девственно-белая мебель, пушистые белые ковры, изящные белые тумбочки и ослепительно-белые диваны, на которых и сиделось-то неуютно.

Леда, переодетая в растянутый свитер, приютилась в углу дивана, положив голые ноги на подушки. Надя по-прежнему контролировала ее жизненные функции, отслеживая пульс и температуру хрупкого тела.

Только что Леда отправила экстренное сообщение Эйвери и Райлин.

– Что происходит? – спросил Ватт.

Но Леда покачала головой и настойчиво сказала, что нужно дождаться девушек.

– Они обязаны все услышать. Их это тоже касается.

Ватт получил сообщение и посмотрел на Леду:

– Надя говорит, скоро ты сможешь принять снотворное, если захочешь. Сердцебиение почти выровнялось, так что это безопасно.

– Больше не собираюсь пить лекарства. С той ночи я не проглотила ни единой таблетки, – ответила Леда, прижимая к груди белую подушку с кисточками, а потом перевела взгляд туда, куда Ватту имплантировали квант. – Надя, ты можешь общаться со мной напрямую. Не обязательно задействовать Ватта.

– Отлично, – ответила Надя, переходя на внешние колонки.

Ватт содрогнулся. Леда заметила это и виновато пожала плечами:

– Прости, но я бы хотела, чтобы Надя при мне говорила вслух. Ты ведь не против? Если я буду встречаться с тобой, то придется встречаться и с Надей.

«Встречаться», – мысленно повторил Ватт, примеряя на себя это слово. Он еще ни с кем не встречался и не понимал, с чего начать. Ватт рассчитывал, что Леде также предстоит многому научиться.

Не успел он ответить, как раздался звонок в дверь. Леда кивнула, позволяя комнатному компу открыть замок.

– Леда, что случилось? – без предисловий спросила Райлин.

Она была в простом черном платье и выглядела усталой и бледной.

– Долгая история. Расскажу все, когда подойдет Эйвери, – пообещала Леда, чуть выпрямившись.

– Она может быть занята, – заметила Райлин и присела на самый краешек кресла в углу, будто готовая в любую минуту сбежать.

До утра оставалось совсем немного. Небо за изогнутым оргстеклом пока находилось в плену ночи, но далеко на горизонте Ватт различил первые несмелые ростки рассвета – румяно-розового, с мягким золотистым сиянием цвета шампанского.

Вновь раздался звонок. Ватт хотел открыть, но Леда кивнула еще раз, впуская Эйвери. Та зашла быстрым шагом, ступая босыми ногами по белому ковру с длинным ворсом. Прическа ее растрепалась, а в руке она держала изящные, расшитые бисером туфельки. Выглядела Эйвери совершенно потерянной.

Ватт заметил сердитый взгляд Райлин, но Эйвери, похоже, не обратила внимания.

– Что произошло? – Она подбежала к Леде и обняла подругу. – Ты в порядке?

– Со мной все хорошо. – Леда аккуратно высвободилась из объятий. – Все благодаря Ватту. Он меня спас.

Эйвери устремила на Ватта удивленные небесно-голубые глаза и осторожно улыбнулась. «Я спас ее не из-за тебя», – подумал Ватт. Но он больше не обижался на Эйвери и понимающе кивнул. Они оба заботились о Леде.

Райлин по-прежнему вызывающе смотрела на Эйвери, с чувством обиды и уязвленной гордости. Интересно, что между ними стряслось?

– Простите, что пришлось собрать вас ночью. Но вы должны знать, что произошло. Это не терпит отлагательств, – проговорила Леда. Она теребила бахрому на подушке, лежавшей у нее на коленях. – Сегодня вечером на меня напала девушка по имени Мэриель. Она нацелилась на всех нас.

– Кто она такая? – Идеальное лицо Эйвери исказилось.

– Думаю, что она была девушкой Эрис, – поморщившись, объяснила Леда. – Работает барменом в «Высоте», а сюда приехала вместе с обслугой. Похоже, хотела выяснить, что произошло в ночь смерти Эрис, и учинить самосуд. И я преподнесла ей желаемое на блюдечке.

Надя работала со сверхскоростью, собирая вместе кусочки головоломки и отправляя данные Ватту.

«Пусть она все расскажет, – мысленно, поскольку в комнате были непосвященные, посоветовала Надя. – В подробностях». Ватт кивнул.

– Расскажи все с самого начала, – попросил он Леду. – Все, что помнишь.

Она неторопливо объяснила, как встретила Мэриель возле бара, одинокая и подавленная. Ватт знал причину – он сам бросил Леду в таком состоянии, – и от этой мысли ему стало еще хуже.

Леда рассказала, как выпила один бокал, а очнулась на пляже наедине с Мэриель, которая допрашивала ее насчет Эрис.

«Нашла», – сказала Надя, и в поле зрения Ватта высветилась фотография Мэриель – официальный снимок с удостоверения личности.

Что-то в этой девушке показалось Ватту знакомым.

«Надя, мы встречали ее раньше?».

«Ты делал ей заказ на балу по сохранению Гудзона».

Спасибо фотографической памяти Нади.

«Может, она и за нами шпионила».

– Это она? – вслух сказал Ватт, сделав перед Эйвери и Райлин вид, что использует линзы, и отправил Леде фото.

Она стиснула челюсти, очевидно узнав Мэриель:

– Да.

Взмахом руки Леда вывела проекцию снимка на огромную стену-экран.

– Я видела ее у могилы Эрис! – ахнула Эйвери. – Она с такой злостью смотрела на меня.

Леда опустила глаза:

– После того как Мэриель опоила меня и похитила, она спросила, как я заставила вас молчать. И я рассказала ей все ваши секреты. – Голос Леды задрожал, но держалась она мужественно. – Райлин, я выдала ей, как ты поступила с Кордом. Эйвери, прости, я раскрыла и твою тайну.

Ватт глянул на Эйвери, ожидая реакцию при намеке на Атласа, но она лишь поджала губы и ничего не сказала.

Леда повернулась и к Ватту:

– А еще я рассказала ей про Надю…

«Все в порядке, – успокоил ее Ватт, – мы справимся с этой проблемой…».

– Я даже сказала ей, где именно находится Надя, – договорила Леда.

Ватт сглотнул, перебарывая душивший его страх. Если Мэриель расскажет кому-нибудь про Надю в его в мозгу, им конец.

– Леда, ты не виновата, – подбодрил ее Ватт.

Она обвела комнату взглядом, ожидая, что девушки набросятся на нее с упреками, но, к удивлению и радости Ватта, они молчали. Возможно, Леда сумела наладить отношения не только с ним.

– Теперь Мэриель считает, что все вы должны поплатиться за смерть Эрис, потому что скрыли правду. – Леда прерывисто вздохнула. – Я хотела предостеречь, ведь она жаждет мести и ни перед чем не остановится. Она бросила меня умирать!

– Давайте уточним, – подала голос Райлин. – Эта Мэриель считает, что мы все замешаны в смерти ее любимой, она в курсе наших тайн и хочет отомстить?

При этих словах Ватта охватило отчаяние. Он будто перенесся в ту трагическую ночь на крыше, будто она была вчера. Но конечно, все изменилось. На этот раз они действовали сообща, а не нападали друг на друга.

Девушки уставились перед собой невидящими взглядами. Ватт надеялся услышать какую-нибудь идею от Нади, но та зловеще молчала. Не к добру это.

– Нужно что-то придумать, – нарушила тишину Леда. – Мы должны избавиться от нее.

– Избавиться? – повысила голос Райлин. – В смысле убить?

– Леда не имеет в виду убийство, – вклинилась в разговор Эйвери и неуверенно посмотрела на подругу. – Так ведь?

– Я видел, что сделала с Ледой Мэриель, – сказал Ватт. – И знаю, на что она способна. Нужно что-то предпринять, пока она не опередила нас. Мы не позволим ей разрушить наши жизни.

Постигая смысл его слов, девушки отвели взгляды. За окном вспыхивали в ночи фейерверки – самый последний предрассветный залп озарил темноту яростным огнем.

«Надя?» – позвал Ватт, но ответа не получил. Ему стало нехорошо.

Впервые Ватт столкнулся с проблемой, которую не могла разрешить даже Надя.