12. Индейцы культур кочисе, могольон и хохокам — «исчезнувшие бесследно».

«От культуры кочисе возникла культура могольон; последняя дала жизнь культуре хохокам, чтобы затем, пройдя эпоху баскет-мейкеров («корзинщиков»), превратиться в культуру пуэбло»¹.

Как это произошло? Может быть, археологи внезапно открыли всю цепь исторического развития, о которой еще никто не знал в тот период, когда изучение истории индейцев пуэбло шло уже полным ходом? Может быть, культура североамериканских индейцев имеет более глубокие корни, а самое главное, может быть, она распространялась гораздо дальше на юг?

Мы привели цитату из работы Мак-Грегора 1965 г., и она лишний раз подтверждает мнение Гарольда С. Гладвина и Эмиля В. Хаури, высказанное ими еще тридцать лет назад и подтвержденное Хаури в 1943 г.².

Однако через двадцать семь лет Хаури уже не говорил об этом столь категорично. Как и прежде, он полагал, что культура могольон произошла от культуры кочисе (при культурном воздействии из Мексики); индейцы же культуры хохокам были иммигрантами, принесшими с собой на Юго-Запад совершенно новую культуру, что, впрочем, не исключало, как мы увидим, более позднего мексиканского влияния.

Если не принимать во внимание сравнительно отсталую культуру патайан, то можно сказать, что культуры кочисе и могольон, занимавшие южную Аризону и называемые также «культурами пустыни», совпадают друг с другом. По поводу культуры могольон П. С. Мартин, специально занимавшийся ею, сказал в 1959 г.: «Термин «могольон» выбрали для того, чтобы назвать культуру племен, занимавшихся земледелием, умевших строить дома и изготовлять керамические изделия… Этот термин относится к одной из самых продолжительных и непрерывных традиций культурного развития в Северной Америке, корни которой уходят в шестое тысячелетие до н. э…», и затем неожиданно продолжает: «… ее стволы, ветви и листья растут и в наши дни. Таким образом, культура эта охватывает период приблизительно в 8000 лет»³.

Что же касается времени зарождения этих культур1 то ученые сейчас не столь щедро приписывают им глубокую древность. Чтобы дать правильное представление о времени, мы составили таблицу, основанную на новейших исследованиях:

Культура хохокам.

1700 г. н. э. — современность.

1600 г. — поздняя эпоха.

1450–1300 гг. — классическая эпоха.

1200-900 гг. — эпоха оседлости.

700-500 гг. — эпоха колонизации.

600 г.

400 г.-300 г. до н. э. — ранняя эпоха.

Культура могольон.

1200 г. — могольон V.

1100 г. — могольон IV.

700 г. — могольон III.

600 гг. — могольон II.

400 г.-300 г. до н. э. — могольон I.

В этой таблице учтены исследования Мак-Грегора, опиравшегося при классификации памятников хохокам на Г. Гладвина (1936 г.), а при составлении схемы развития культуры могольон на Дж. Уита (1955 г.).

Что же касается культуры хохокам, то она может быть теперь датирована гораздо точнее с помощью нового метода, примененного Робертом Л. Дюбуа из Аризонского университета. В качестве исходного материала он взял остатки древних очагов. Метод называется «археомагнетизмом» и основан на том, что делает исторические выводы из географических фактов, и на том, что игла компаса никогда не указывает точно на север, и в разные периоды времени отклоняется по-разному. В начале н. э. она указывала не туда, куда указывала во времена Колумба или указывает теперь⁴.

Метод радиоуглеродной датировки позволил установить время остатков древесного угля в кострищах периода хохокам с точностью ±100 лет — 425 г. до н. э. Новым же методом было отнесено к 300 г. до н. э. самое древнее из обнаруженных кострищ.

Фактически развитие культуры хохокам происходило между 500 и 1100–1200 гг. н. э., после чего она стала постепенно исчезать. Но четыре более ранних этапа могут быть выделены достаточно четко и даже точнее, чем на опубликованной выше странице. Таким образом, всего в истории этого «исчезнувшего» народа было не менее семи этапов культурного развития, этапов, в течение которых произошло много различных изменений и нововведений. И лишь одно оставалось неизменным архитектура.

Создатели культуры хохокам с самого начала занимали особое положение, и мы хотим им посвятить эту главу, ибо «синтез требует не только обобщения, но и строгого отбора»⁵.

Слово «хохокам» на языке индейцев пима означает «исчезнувшие бесследно», и очень долгое время это определение казалось оправданным⁶.

В 1927 г. Гарольд С. Гладвин, инициатор и руководитель экспедиции Археологического фонда Хила-Пуэбло из г. Глоб в Аризоне, впервые наткнулся на явные следы этого народа, но ему потребовались годы для определения местонахождения тысяч доисторических поселений, пока ему удалось открыть в 45 км южнее г. Феникса Снейктаун — вероятный центр культуры хохокам. С самого начала не было недостатка вводящих в заблуждение открытий. Например, Киддер и Гладвин спорили о том, относятся ли величественные многоэтажные руины «Каса-Гранде» («Большого Дома») к памятникам культуры хохокам; Гладвин с этим не был согласен. Когда же он во время пробных раскопок наткнулся на маунд 3 м высотой и 50 м в диаметре и открыл твердый и явно обработанный каменный блок, он решил пересмотреть свое отношение к точке зрения Киддера. Но затем Гладвин углубил свой раскоп и обнаружил, что «древний» блок был сделан из бетона с вцементированной в него железной трубой — он оказался межевым знаком землеустроительного управления США⁷. Во всяком случае, в 1934 г. в Снейктауне, индейском поселке, насчитывавшем около 50 жителей, археологи разбили свой первый лагерь; в нем с самого начала был целый штат специалистов, а также многочисленные помощники-индейцы из племени пима. Начальником экспедиции был тридцатилетний Эмиль Уолтер Хаури. Как оказалось, он организовал образцовые раскопки. (Заметим, что он попутно провел и археологические исследования культуры могольон, отчет о которых «и в наши дни является важной вехой для археологических работ на Юго-Западе» — так об этом пишет Мартин.)^8.

^{Рисунок индейцев хохокам.}

Турист, знакомый с археологией, прибывший около 1966 г. в Снейктаун и увидевший широкое поле, где уже дважды производились раскопки (ибо в 1964 г. Хаури углубил раскопы), был бы, вероятно, разочарован, хотя 3 апреля 1965 г. Служба национальных парков объявила поселок историческим заповедником, охраняемым законом. Это произошло на торжественной церемонии, в которой приняли участие не менее пятисот индейцев пима и марикопа, которые, возможно, являются потомками индейцев хохокам.

Природа здесь убога, повсюду высохшая пыльная растительность, но, когда идет дождь, что бывает очень редко, почва становится топкой и непроходимой. Реки Хила, когда-то орошавшей здесь плодородные поля, нигде не видно; только за дымкой горизонта проглядываются расплывчатые цепи гор. Несколько кустарников на солончаках да полузасохшие мескитные деревца усугубляют впечатление от этой сухости, напоминая путешественнику африканскую полупустыню. И как ни странно, единственное большое дерево на этой пыльной равнине, причудливый силуэт которого так для нее типичен, действительно африканское дерево — тамариск, его много лет назад привез из Африки и посадил с опытной целью один биолог; оно здесь хорошо принялось.

Эти места уже в начале нашей эры были заселены людьми, которые могли обитать в этой пустыне только потому, что с помощью почти невероятных затрат труда превратили ее в плодородную землю.

Высокий, худой, спокойный Хаури учился в Аризонском университете (где позже стал самым известным преподавателем археологии), получил ученую степень доктора наук в Гарвардском университете, еще в 1929 г., будучи научным ассистентом, принимал участие в разработке метода датировки по кольцам деревьев и уже занимался раскопками, по поводу которых Глад-вин, инициатор раскопок в Снейктауне, отдавая должное Хаури и своему второму ценному сотруднику Э. Б. Сэйлесу, написал в 1937 г. в предисловии к своему заключительному отчету (и, что давно известно, это не было преувеличением):

«Проведенный Хаури анализ произведений искусства и его методика распределения древних напластований по периодам, тщательность и умение, проявленные Сэйлесом при раскопках… все это, по нашему мнению., и сегодня является образцом американской методики»⁹.

Рассказывая об удивительных индейцах хохокам, мы обобщаем результаты раскопок 1934–1935 и 1964–1965 гг.

Самое же удивительное в истории открытия хохокам то, что в 1887–1888 гг. Френк Гамильтон Кашинг, о котором мы уже говорили в третьем разделе и назвали «Целебным Цветком», собрал не менее 5000 предметов, относящихся к культуре хохокам, о чем Хаури говорит: «Исследуя руины, Кашинг пришел к выводу, что пустыня была родиной гораздо более многочисленного и, видимо, гораздо более развитого древнего народа, чем жившие дальше к северу индейцы пуэбло»¹⁰. Как мы увидим, это было в какой-то мере преувеличением. И всё же это было удивительное предсказание, основанное тогда на совсем незначительном материале.

В свое время было много причин, по которым культура хохокам так долго оставалась вне внимания археологов. Во-первых, они сжигали своих умерших, чего не делали другие народы Юго-Запада; до сих пор было найдено всего несколько сильно разрушенных обломков костей и черепов, и мы не имеем понятия, как выглядели эти люди. Другая их особенность еще более удивительна; они часто умышленно уничтожали свою самую красивую, самую искусную керамику, как будто намеренно пытаясь стереть свои следы от глаз грядущих поколений.

^{Глиняный расписной сосуд индейцев хохокам, заботливо реконструированный археологами из многих осколков. Он пролежал под землей более 950 лет,}

Кроме того, они не оставили сколько-нибудь значительных следов архитектурных построек. А их действительно величайшее достижение, отличающее) их от всех, — оросительная система, охватывавшая много квадратных километров, стала по большей части добычей природы. Гонимый ветром, песок засыпал каналы, хотя кое-где и в наши дни можно увидеть некоторых из оставшихся 6000 индейцев пима, работающих около одного из оросительных каналов двухтысячелетней давности. Они продолжают дело своих предков — выращивают кукурузу, тыкву, бобы, хлопок и табак.

Люди хохокам были не только охотниками и собирателями диких плодов, но и земледельцами. Но что же заставило их прийти и поселиться в пустыне? Это остается тайной.

И тем не менее мы можем сделать кое-какие выводы: зная, что Хаури собрал более полутора миллионов глиняных черепков и другие древние изделия, что уже десятки тысяч черепков отмыли, рассортировали, занесли в каталоги, и они готовы для дальнейших исследований, зная, какие ключи к пониманию прошлого дает нам керамика, мы можем сказать, что имеем какое-то представление о «народе, исчезнувшем бесследно»; мы даже знаем о существенной черте его характера — он был миролюбивым народом.

Когда Хаури, после окончания второго сезона раскопок, поднялся в вертолете над Скоаквиком (это слово на языке индейцев пима означает «Снейктаун», или «Змеиное место»: там действительно много гремучих змей), он впервые увидел всю огромную площадь этого «городского» поселения. Оно занимало около 120 га, то есть более миллиона квадратных метров. Археологи раскопали там 167 домов. Сколько же их было всего?

^{Наконечники стрел индейцев хохокам.}

Если в Снейктауне сгорал дом или его сметал ураган пустыни, хозяин строил новый дом на обломках старого, а иногда и рядом. Эти жилища уже не были землянками, они уходили в землю только на 30 см. В грунт забивали столбы, на них сверху клали бревна, поддерживавшие крышу и стены из сучьев, обмазанных глиной (этот метод строительства не изменился почти до наших дней; в 1935 г. Хаури сфотографировал последний дом подобного типа, который построил и обживал индеец пима). С течением времени верхняя часть дома полностью разрушилась ветром. Оставались только куски дерева в ямах, в которых когда-то стояли столбы, или сами ямы. Ученые установили, что наилучшим инструментом для обнаружения таких домов, был не глаз, а ухо. «Совок, когда им скребут по плотно утрамбованной земле, издает звук, который меняется от соприкосновения с более мягкой землей, заполняющей ямы для столба»¹¹.

^{Сосуд-курильница индейцев хохокам, возможно, использовался также и для медицинских целей.}

Таким образом, ученые смогли приблизительно вычислить плотность застройки Скоаквика (Снейктауна). Одновременно в поселке находилось около ста домов; каждый такой дом мог простоять приблизительно 25 лет. Опираясь на статистику, можно сделать вывод, что каждое столетие строили 400 домов — и так в течение 1200 лет (по подсчетам Хаури). Следовательно, взгляд Хаури мог охватить с борта вертолета следы более 5000 жилых строений.

Между домами возвышались необычные холмы — маунды. Исследования показали: те, что поменьше, были кучами мусора, а это означает, что рассудительные домашние хозяйки хохокам не выбрасывали отбросы прямо за дверь, как это делало большинство доисторических народов. Другие маунды, вероятно, насыпали специально. На самом большом из них находилась платформа диаметром более 15 м. Самый высокий маунд № 29 содержал семь упомянутых выше этапов — пластов культуры хохокам и благодаря этому позволил осуществить ее точное датирование. В пятом слое ученые нашли керамические изделия, уже известные им по другим памятникам.

Это была керамика из северных пуэбло. И так точно датированная, как будто каждый глиняный осколок нес на себе штемпель с датой его изготовления. В данном случае это был 500 г. н. э. Эта находка имела большое значение и по другой причине. Она свидетельствовала о том, что создатели культуры хохокам поддерживали с Севером торговые отношения! А может быть, они торговали и с Югом?

Саме существование маундов с платформой определенно указывало на влияние Мексики. Но археологи нашли и более убедительное свидетельство — площадку для игры в мяч! Без сомнения, это было сооружение, построенное под влиянием Юга, о чем мы уже рассказали, упомянув о руинах Вупатки. Игра в мяч была традиционным видом спорта у этих народов. Мы знаем, что в нее играли с помощью каучукового мяча, который нужно было забросить в кольцо, закрепленное на высокой боковой стене (материал для мяча получали, вероятно, из кустарника гваюла[31], из которого получают гваюловый каучук). Не имеет смысла ломать голову по поводу правил игры. Сведения о ней, полученные от испанцев, очень скупы. Все же сохранилось одно курьезное описание и рисунок пером, сделанные немцем, гравером и путешественником Кристофом Вейдицем в начале XVI столетия:

«Индейцы играют на особый манер; они бьют по надутому мячу спиной, бедрами и руками, стоя на четвереньках»¹². Рисунок подтверждает эти удивительные правила игры. Два игрока становятся в упомянутую позу, а мяч летает между ними. Для этого нужна, конечно, удивительная ловкость.

Эти странные индейцы хохокам поддерживали торговые отношения не только с Севером и Югом, но и с Западом. Были обнаружены морские раковины, которые могли попасть к местным индейцам только с побережья Калифорнийского залива. С этими раковинами связано особое обстоятельство.

О том, что редко счастье и случай, а в основном же постоянная и терпеливая работа «в поле», основанная на научном планировании, может привести к находкам и открытиям, свидетельствует одна занятная история.

Когда Хаури отправился на раскопки, студенты подарили ему талисман маленький серебряный мастерок (лопатку), на котором была выгравирована цитата из «Юлия Цезаря» Шекспира: «Вы не дерево, вы не камни, а люди!» Классическое определение того, как археолог должен рассматривать свои находки.

То ли шутки ради, то ли из суеверия, пытаясь добиться благосклонности у «бесследно исчезнувшего народа», Хаури вышел со своим 72-летним давним другом индейцем пима Вильямсом приблизительно на середину поля, где предстояло вести работы, и кинул свой мастерок вверх. Сверкнув на солнце как молния он упал. Именно на этом месте Вильяме и начал копать. Мы должны разочаровать наших читателей, верящих в магические заклинания: данное место по количеству находок оказалось самым неудачным!

Но вернемся к раковинам. К тем удивительным открытиям, к которым они привели. На эти раковины были нанесены узоры, выполненные с таким изяществом, что было совершенно непонятно, как могли их сделать индейцы на столь хрупком материале. Там были жабы, змеи и различные геометрические фигуры. Следует заметить, что эти фигуры и орнаменты (их датировали около 1000 г. н. э.) не были нарисованы или вырезаны контурными штрихами, а сделаны слегка рельефными. Глядя на них, ученый понял, что рисунки вытравлены. Но откуда же в пустыне могли оказаться травящие химикалии? И их обнаружили. Это был ферментированный сок плода кактуса сагуаро, имеющий слабо выраженные травящие свойства. Может быть, кто-либо из индейцев случайно сделал это открытие и использовал его в эстетических созидательных целях?

Это означало бы, что индеец фактически изобрел целый процесс. Но он должен был найти и материал, противостоящий травлению, и он появился: это были смола или асфальт. Индеец делал смолой рисунок на раковине, погружал ее в травящий раствор, незащищенные части протравлялись, и смолу осторожно соскребали, и оставался выпуклый рисунок.

Без сомнения, это было настоящее изобретение. Самое же удивительное то, что это был первый процесс художественного травления в истории., какой мы знаем. Индеец дохокам изобрел его около 1000 г. н. э., а это значит приблизительно за 450 лет до того, как европейские оружейники стали применять этот процесс, и более чем за 500 лет до Альбрехта Дюрера, немецкого живописца и графика, который в 1515 г. в Нюрнберге применил этот способ для увеличения возможностей изобразительного искусства.

Доказано ли это? Да! В 1965 г. Хаури нашел раковину, на внутренней стороне которой черной смолой был нанесен рисунок четвероногого зверя. Эта раковина была заготовкой и по необъяснимой причине не попала в кислотную ванну.

Но эти создатели культуры хохокам, не вышедшие в области жилой архитектуры за рамки примитивных хижин, в которых они ютились, проявили и другие художественные способности. Мы не коснемся здесь трогательных маленьких медных колокольчиков, ибо их происхождение не ясно¹³.

^{Глиняный сосуд-курильница индейцев хохокам, найденный в захоронении, 1000 г, н. э.}

Во многих музеях есть древние египетские дощечки, на которых изящные дамы двора фараона смешивали краски для грима. У людей хохокам они были тоже. Это художественно украшенные, вырезанные из камня плитки до 15 см длиной, часто помещенные на спине животного или птицы, иногда это рогатая жаба, ящерица или змея. (Возможно, эти изобразительные сюжеты завезли с Юга, особенно змею во всех ее разновидностях, хотя, конечно, вокруг поселений культуры хохокам было достаточно живых змей, чтобы индейцы сами пришли к этому сюжету. Змея и птица до сих пор сохранились на мексиканском флаге.) У индейцев хохокам гримировались не женщины, а мужчины перед исполнением религиозных танцев. Керамика культуры хохокам разнообразно, богато и красочно орнаментирована.

Удивительно повезло Джеймсу Ланкастеру, опровергшему наше высказывание по поводу соотношения между трудом и везением. Специалист, он все свои раскопки проводил в районах плоскогорий или каньонов и никогда до этого — в пустыне. Именно ему и привалило счастье новичка.

Один за другим он откопал восемнадцать толстостенных глиняных сосудов, вероятно, горшков для благовоний, в которых во время религиозных церемоний сжигались ароматические или одурманивающие вещества; этот обычай широко распространен по всему миру и сохранился до наших дней в католической церкви.

Когда он немного позже осторожно выкопал небольшую яму глубиной 60 см, то обнаружил керамическое сокровище: целое стадо из девятнадцати маленьких оленей высотой 12,5 см, поднявших головки и внимательно прислушивающихся. Рядом с ними лежали три сосуда в форме человеческих фигур, сорок глиняных черепков, браслеты из раковин и другие предметы.

Счастье не покидало его. «Как будто его связывали кровные узы с этим древним племенем», — заметил Хаури. Он нашел пятьдесят сосудов, вырезанных из мягкого камня, они изображали животное с чашей на спине, двух мужчин, державших горшок, трех жаб, карабкающихся по краю такого же горшка… И именно эти самые красивые изделия хохокамского искусства все были разбиты. Возможно, это были ритуальные предметы, которые после употребления надлежало «умертвить»?

^{Глиняная человеческая фигурка высотой 12 см. Изделие индейцев хохокам, между 900-1100 гг. н. э,}

Это племя, такое искусное в мелочах, в большом тоже было велико.

Мы имеем в виду их систему каналов, которые позволяли вести интенсивное земледелие и прежде всего дававшую необходимое количество воды для выращивания маиса, являвшегося основой всех культур североамериканских индейцев.

Эта система многокилометровых каналов возникла постепенно, в результате труда многих поколений. Один пятикилометровый канал был вырыт вручную примитивными деревянными и каменными инструментами до начала нашей эры, во времена, когда местные жители еще были далеки от своих наивысших художественных достижений. Каналы нужно было приспособить к условиям местности (как они делали это без каких-либо оптических геодезических приборов?), за каналами постоянно нужно было следить, улучшать, ремонтировать, необходимо было построить сооружения, регулирующие поступление воды, и все это на протяжении многих столетий.

Природа же была против людей. Уровень реки Хила все время менялся, количество осадков не мог предсказать и самый лучший колдун. Катастрофы были неизбежны. Тщательно изучив расположение древних каналов, Хаури воссоздал следующую картину:

«В один из жарких дней середины лета кучевые облака над Аризоной сбились в черные грозовые тучи. Гонимые ветром пустыни, они пролились кое-где ливнями. Такой дождь как-то в 900-х годах н. э. обрушился на верхнюю террасу. Бушевавший поток в считанные минуты переполнил канал и, прорвав береговую насыпь около верхнего шлюза, обрушился на нижнюю террасу, оставив в земле глубокое русло. Следы этой катастрофы наглядно свидетельствуют, сколько труда нужно было вложить людям хохокам, чтобы заставить воду течь по каналам. Люди побеждали пустыню долгим и упорным трудом»¹⁴.

Каков был конец этого удивительного народа?

По непонятным причинам «город» Снейктаун около 1100 г. н. э. «умер». (Это новейшее предположение Хаури, взятое из его письма от 12 января 1970 г. автору этой книги.) «Умер» город, но не люди. В различных местах долины маленькие группы продолжали строить каналы. Они же основали несколько небольших поселков. В ХIV в. последовало вторжение других племен — с севера и востока. Это было мирное вторжение, да и сами создатели культуры хохокам в течение тысячелетия не вели войн. Сюда пришли индейцы культур могольон и анасази. Очевидно, их было немало (обо всем этом нам рассказала керамика). Именно в это время возник напоминающий бастион четырехэтажный «Каса-Гранде» («Большой Дом»).

Но Хаури полагает, что потомки создателей культуры хохокам выжили — их кровь течет в жилах индейцев пима. Слишком похожи образ жизни, дома, керамика и система орошения у тех и у других, чтобы быть просто совпадением. Правда, в наши дни пима тоже ездят на своих «фордах». Но индейцы, помогавшие Хаури вести раскопки, во время работ все больше и больше приходили к убеждению, что они копают на земле своих предков. Когда же работы завершились, индейские помощники из чувства благодарности устроили археологам праздник. Они принесли подарки — удивительно красиво сплетенные корзины, а затем выступил шестиголосый мужской хор. Он исполнил христианские гимны на языке пима!

Прежде чем мы перейдем к маису, который мы столь часто упоминали и который послужил экономической базой для всех этих культур, давайте спросим: не научили ли люди хохокам нас и еще чему-нибудь, и в этой связи несколько слов из философского окончания популярной статьи, написанной Хаури для «Нэйшнл джиографик мэгэзин».

«После многих лет занятий историей исчезнувших племен хохокам я пришел к убеждению, что их труд поучителен и для нас. Тайна их успехов проста. Они боролись с природой, но не насиловали ее. Они стали одной из составных частей экологической системы, вместо того чтобы ее нарушать. Они приняли тяжелые условия своего существования в окружающем мире и просуществовали более тысячи лет. Для нашего поколения с его отравленными реками и загрязненным воздухом, его огромными и быстрыми изменениями в окружающей среде, его нехваткой пресной воды и все увеличивающимся сокращением необработанной земли достижения жителей Снейктауна имеют глубокий назидательный смысл»¹⁵.