125 К сэру Стэнли Анвину.

6 марта Анвин ответил, спрашивая, нельзя ли разрешить проблему объемности двух вместе взятых книг, разбив их на «три-четыре более или менее самостоятельных тома». В ответ на вопрос Толкина о «Фермере Джайлсе из Хэма» он сообщал, что из первого, пятитысячного тиража продано 2 000 экземпляров и что «пока книга расходится не так хорошо, как мы рассчитывали», хотя добавлял, что она, вне всякого сомнения, будет постепенно продаваться и дальше.

10 марта 1950.

Мэнор-Роуд 3, Оксфорд.

Уважаемый Анвин!

Спасибо большое за письмо от 6 марта. Усматриваю в нем знак вашего доброго расположения; но также, боюсь, усматриваю и ваше мнение о том, что эта гора писанины на самом деле издателю невыгодна, но, напротив, потребует некоторых денежных вложений. Я не удивлен.

Касательно вашего вопроса насчет «делимости». Очень длинное произведение, конечно же, можно искусственно разбить на более удобные объемы: такого рода процесс породил тома большого «Оксфордского словаря», озаглавленные «ONOMASTICAL-OUTING» и «от SIMPLE до SLEEP»^{144}. Но естественным образом Сага о Трех Самоцветах и Кольцах Власти делится лишь на две части и не иначе (в каждой около 600 000 слов): «Сильмариллион» и другие легенды; и «Властелин Колец». Последнюю из которых я создал настолько неделимой и цельной, насколько мог.

Разумеется, в сюжетообразующих целях она делится на отдельные части (всего шесть) и две-три из них, более-менее равной длины, можно было бы переплести в один том, но они ни в коем случае не самостоятельны.

Я теперь не уверен (должен в том признаться, хотя как «продавцу», наверное, мне полагалось бы выказать больше убежденности), что многие, помимо моих друзей, — из которых отнюдь не всё выдержали до конца, — прочтут произведение столь затянутое, даже если бы и любили такого рода вещи в умеренных дозах. А еще я не уверен, станут ли люди читать, не говоря уже о том, чтобы покупать такое произведение выпусками, и не перегорит ли у них интерес, так сказать. Но вы в таких вещах наверняка разбираетесь лучше меня.

Я отдаю себе отчет в финансовых трудностях и осознаю, что шанс окупить непомерные расходы крайне невелик. Денег, чтобы утопить в этой трясине, у меня нет, и на вас я в этом отношении не имею права рассчитывать. Пожалуйста, не думайте, что я сочту себя незаслуженно обиженным, если вы без особых колебаний откажетесь ввязываться в это дело. В конце концов предполагалось, что вы охотно примете продолжение «Хоббита», но данное произведение таковым никак не назовешь, ни в практическом смысле, ни в том, что касается атмосферы, настроя и целевой аудитории.

Мне страшно жаль, что я создал такую проблему. Причем можно сказать, что нарочно, ведь я давным-давно знал, что ищу неприятностей на свою голову и, скорее всего, у меня получается нечто непубликуемое и непродаваемое. На данный момент у меня нет для вас ничего законченного; но я вполне готов в ближайшее время написать что-нибудь попроще и покороче. Под конец моего «творческого отпуска» я ощущаю прилив энергии, и, как только нынешние испытания завершатся (вчера начался процесс изъятия всех моих зубов, а вот-вот начнется и изъятие всей моей домашней утвари), надеюсь ощутить его еще в большей степени. Думаю, вскорости примусь за другие вещицы, давно вынашиваемые in petto^{145}.

И тем не менее, если бы «Фермер Джайлс» зарекомендовал себя удачнее, все было бы не так печально! Итак, перед нами лишь жалкая академическая шутка? По-моему, о нем немногие слышали. Кажется, рекламируют его не слишком-то активно.

Я всегда полагал, что, при какой-никакой его ценности он изрядно выиграет в комплекте с другими историями про то же самое королевство и в том же стиле; но мир, более удаленный, подчинял меня себе настолько, что я просто не смог за них взяться. Теперь, возможно, все будет иначе.

С наилучшими пожеланиями, искренне Ваш, ДЖ. Р. Р. ТОЛКИН.