211 К Роне Бир.

Рона Бир задала в письме ряд вопросов, с целью представить ответы Толкина на собрании группы поклонников «Властелина Колец». Отчего, спрашивала она, в главе «Выбор мастера Сэмуайза» Сэм произносит обращение на эльфийском как «О Эльберет Гильтониэль», в то время как в другом месте используется форма «А Эльберет Гильтониэль»? (Это написание использовалось в первом издании книги.) Что это обращение означает и что означают слова Фродо в предыдущей главе: «Айя Эарендиль Эленион Анкалима!»? Кроме того, мисс Бир задала ряд пронумерованных вопросов. «Вопрос 1: Почему (в первом издании, I.221) в описании коня Глорфинделя упоминаются «уздечка и удила», в то время как эльфы ездят без удил, узды и седла? Вопрос 2: Как мог Ар-Фаразон победить Саурона, при том, что у Саурона было Единое Кольцо? Вопрос 3: Каковы цвета двух магов, которые в книге упомянуты, но не названы? Вопрос 4: Во что одевались народы Средиземья? Как выглядела гондорская корона: как венец валькирии или как что-то вроде картинки на пачке сигарет «Голуаз»? Объясните значение «эль» (Е1-) в именах «Эльронд», «Элладан», «Эльрохир»; когда El- означает «эльф», а когда — «звезда»? Что означает имя «Леголас»? Правда ли, что на осаде Гондора Король-чародей летал на птеродактиле? Вопрос 5: Кто такой Старший Король, упомянутый Бильбо в его песне об Эарендиле? Это Единый?».

14 октября 1958.

Мертон-Колледж, Оксфорд.

Уважаемая мисс Бир!

Боюсь, что ответ мой к нужному событию запоздал; но написать раньше я никак не мог. Я только что возвратился из годового отпуска, одной из целей которого было дать мне возможность закончить ряд «научных» трудов, пребывавших в небрежении в то время, как я занимался непрофессиональными пустяками (как, скажем, «Властелин Колец»): это я воспроизвожу тон многих моих коллег. По правде говоря, время это поглощали главным образом серьезные неприятности, включая болезнь моей жены; но в течение всего августа я работал с утра до ночи по семь дней в неделю, притом, что сроки поджимали, — пытался завершить одну работу, прежде чем уехать в Ирландию по официальному делу. А вернулся несколько дней назад, как раз к Михайлову триместру.

Воспользовавшись кратковременным затишьем, попытаюсь вкратце ответить на ваши вопросы. «Всех ответов» я не знаю. Многое в моей книге озадачивает меня самого; и в любом случае большая ее часть написана так давно (лет этак двадцать назад), что сейчас я ее читаю так, словно она вышла из-под чужого пера.

Употребление «О» в II стр. 339 — это ошибка. Моя, на самом деле, перенесенная со стр. 338, где «Гильтониэль, О Эльберет», это, конечно же, цитата из I стр. 88, каковая является «переводом»: все, кроме личных имен, дано на английском. Однако призыв Сэма приводится на чистом эльфийском, и в нем должно быть «А», как в I стр. 250. Поскольку язык хоббитов представлен английским, «О», пожалуй, можно было бы списать на его собственную погрешность; но оправдываться я не стану. Сэм, «вдохновленный свыше», воззвал на неизвестном ему языке (II 338). И хотя по стилю и метрике оно, конечно же, соответствует фрагменту гимна, думается мне, оно сложено или подсказано свыше для его конкретного случая.

Означает оно, более-менее, следующее: «О Эльберет, Возжегшая Звезды (в прошедшем времени: это именование принадлежит к мифической предыстории и не обозначает постоянной функции), вдаль взирающая с небес, к тебе я ныне взываю в тени (страха) смерти. О, склони ко мне взор, Вечно-белая!» «Вечнобелая» — перевод неточный; равно как и «снежно-белая» в I 88. Элемент ui (раннеэльфийский oio) означает «вечно»; как fan-, так и los(s) передают понятие «белый», но fan означает белизну облаков (под солнцем); loss относится к «снегу».

Амон Уилос, на высоком эльфийском Ойолоссэ^{280}, было одним из названий самого высокого пика в горах Валинора, на вершине которой обитали Манвэ и Варда. Так что эльф, произнося или слыша имя Фануилос, думал о (или представлял себе) не только величественную фигуру, облаченную в белое, стоящую на вершине и глядящую на восток, в сторону смертных земель, но в то же время воображал еще и головокружительную, увенчанную снегом скалу, коронованную слепящим или сверкающим белым облаком.

Анкалима = «чрезвычайно яркий». Элемент kal^{281} — обычная основа для слов, имеющих отношение к свету; kalima — «ярко сияющий»; an- — префикс превосходной степени или усилительный.

Вопрос 1. Я, наверное, мог бы ответить: «Цирковой велосипедист может ездить, и держась за руль!» Но если честно, словом уздечка я воспользовался по небрежности и оплошности вместо подразумеваемого оголовья[346]. Или скорее, раз уж я добавил удила (I 221) давным-давно (глава I 12 была написана очень рано), я тогда еще не продумал, как у эльфов принято обращаться с животными. Конь Глорфинделя должен был бы носить декоративное оголовье, увенчанное пером, с ремешками, украшенными самоцветами и крохотными колокольцами; но удилами Глор., конечно же, пользоваться бы не стал. Так что я непременно заменю уздечку и удила на оголовье.

Вопрос 2. На данный вопрос и на все, что из него следует, ответы содержатся в «Низвержении Нуменора»; этот текст пока еще не опубликован, но здесь я изложить его не могу. Нельзя требовать от Кольца слишком многого, потому что, конечно же, это — элемент мифа, даже если мир преданий мыслится в более-менее исторических терминах. Кольцо Саурона — лишь одна из многообразных мифологических трактовок вкладывания своей жизни или силы в некий внешний объект, который возможно захватить или уничтожить, с губительными последствиями для вложившего. Если бы я стал объяснять «с философской точки зрения» этот миф или, по крайней мере, Сауроново Кольцо, я бы сказал, что это — мифологический способ представить истину о том, что могущество (или, вероятно, скорее потенциальные возможности), если его предстоит использовать и добиться результатов, должно воплотиться во внешнюю форму, и тогда оно в большей или меньшей степени словно бы уходит из-под прямого контроля. Тот, кто желает осуществлять «власть», должен иметь подданных, которые ему не тождественны. Но тогда он от них зависит.

Ар-Фаразон, как рассказывается в «Низвержении» или «Акаллабет», покорил и запугал подданных Саурона, не самого Саурона. Сам Саурон сдался добровольно и из хитрости^{282}: и обеспечил себе бесплатный проезд до Нуменора! Разумеется, Единое Кольцо было при нем, так что он очень скоро подчинил себе умы и воли большинства нуменорцев. (Не думаю, что Ар-Фаразон что-либо знал про Единое Кольцо. Эльфы хранили знание о Кольцах в глубокой тайне до тех пор, пока могли. В любом случае Ар-Фаразон с эльфами не общался. В «Повести Лет» III стр. 364 есть намеки на то, что не все ладно: «Тень пала на Нуменор». После Тар-Атанамира (эльфийское имя) следует имя Ар-Адунахор, имя нуменорское. См. стр. 315[347]. Смене имен сопутствовал полный отказ от дружбы с эльфами и от «теологических» наставлений, что нуменорцы от них получили.).

В первый раз Саурон был повержен посредством «чуда»: прямого вмешательства Бога-Творца, изменившего устройство мира, когда к нему воззвал Манвэ: см. III стр. 317. Хотя Саурон и умалился до «духа ненависти, гонимого темным ветром», полагаю, то, что этот дух унес с собою Единое Кольцо, от которого теперь в значительной степени зависела его способность подчинять себе умы, сомнению не подлежит. То, что сам Саурон не был уничтожен гневом Единого, — вина не моя; проблема зла и кажущегося попущения ему неизменно встает перед всеми, кто имеет дело с нашим миром. То, что духи, наделенные свободной волей, неуничтожимы даже силой их Создателя, тоже неизбежная деталь, если верить в их существование или вводить их в художественный вымысел.

В результате катастрофы Саурон, разумеется, «потерпел крах»; он умалился (затратив огромное количество силы на то, чтобы обратить Нуменор ко злу). Ему требовалось время на восстановление собственного тела и на то, чтобы установить контроль над своими бывшими подданными. Гиль-галад и Элендиль атаковали его прежде, чем владычество его утвердилось заново в полной мере.

Вопрос 3. Цветов я не назвал, потому что сам их не знаю[348]. Сомневаюсь, что они различались по цветам. Отличительные признаки требовались только в случае тех трех, что остались в сравнительно небольшой области северо-запада. (Касательно имен см. В[опрос] 5.) Об остальных двух я на самом деле ничего толком не знаю — поскольку к истории с.—з. они отношения не имеют. Думаю, они отправились посланцами в отдаленные края, на Юг и Восток, далеко за пределы влияния нуменорцев: так сказать, миссионерами в «оккупированные врагом» земли. Насколько они преуспели, мне неведомо; но боюсь, что они потерпели неудачу, подобно Саруману, хотя, безусловно, иначе, нежели он; подозреваю, что они стали основателями и зачинателями тайных культов и «магических» традиций, переживших падение Саурона.

Вопрос 4. Про одежду я ничего не знаю. Я отчетливо и во всех подробностях представляю себе пейзажи и «природные» объекты, но не артефакты. Полин Бэйнс черпала вдохновение для «Ф. Джайлса» главным образом из иллюстраций к средневековым рукописям — если не считать рыцарей (они слегка «король-артуровские»)^{283}, данный стиль, на мой взгляд, в картину вполне вписывается. Не считая того, что мужчины, особенно в северных краях, как, например, в Шире, носили штаны, либо под плащом или длинной накидкой, либо просто в сочетании с туникой.

Не сомневаюсь, что в той области, где происходит действие моей истории (весьма обширной), «одежда» различных народов, людей и прочих в Третью эпоху существенно различалась, в соответствии с климатом и унаследованными обычаями. Как в нашем собственном мире, даже если брать только Европу, Средиземноморье и самый ближний «Восток» (или Юг), до того, как в наше время победу одержал самый непривлекательный стиль одежды (особенно для мужчин и «унисекс»), какой только встречается в истории, — и он продолжает торжествовать, даже среди тех, кто всей душой ненавидит те земли, откуда он пошел. Рохиррим — вовсе не «средневековые люди» в нашем смысле этого слова. Костюмы с гобелена из Байе^{284} (изготовленного в Англии) вполне им подходят, если помнить о том, что подобие теннисной сетки на ратниках — это всего лишь неуклюжее условное изображение кольчуг мелкого плетения.

Гондорские нуменорцы были горды, самобытны, архаичны; думаю, что уместнее всего представлять их (скажем) в египетском ключе. Они во многом походили на «египтян» — любовью и способностью возводить гигантские, массивные сооружения. И еще пристальным интересом к родословным и к гробницам. (Но только, разумеется, не в вопросах «теологии»: в этом отношении они скорее иудейского или даже более пуританского склада — но на подробное изложение уйдет слишком много времени, — на то, чтобы объяснить, почему у «хороших» или противостоящих Саурону народов во «Властелине Колец» практически отсутствуют внешние проявления «религии»^{285} или, скорее, религиозные действия, священные места и обряды.) Думаю, корона Гондора (Ю. Королевства) была довольно высокой, под стать египетской, но с прикрепленными крыльями, направленными не прямо назад, а под углом.

B C. Королевстве существовала только диадема^{286} (III. 323). Ср. различия между С. и Ю. Царствами Египта.

Эль (El). Различить корни «эльф» и «звезда» и впрямь непросто, поскольку оба — производные одной и той же основы EL, «звезда»; и el- в качестве первого элемента в сложных словах может означать (или, по крайней мере, символизировать) и то, и другое. Как отдельное слово, «звезда» на раннеэльфийском — *ĕlĕn, мн.ч. *eleni. Эльфы назывались eledā / elenā, «эльф» («эльда» на Высоком эльфийском), поскольку Вала Оромэ обнаружил их в долине, залитой звездным светом; и они неизменно любили звезды. Но это имя впоследствии закрепилось за теми, что в конце концов отправились на Запад вслед за Оромэ (и по большей части уплыли за Море).

В языке Серых эльфов (синдарине) использовались бы формы el, мн.ч. elin; и eledh (мн.ч. elidh). Но среди Серых эльфов (синдар), тех, что не ушли за Море, второй термин вышел из употребления; хотя сохранился в отдельных личных именах, как, например, «Эледвен» (Eledhwen), «прекрасная, как эльф». После того как возвратились изгнанные нолдор (часть Высоких эльфов), «эльда» (elda), слово из Высокого эльфийского наречия, снова вошло в язык Серых эльфов в форме eld>ell, и стало употребляться по отношению к Высоким эльфам-изгнанникам. Таково, вне всякого сомнения, происхождение элемента el, ell- в таких именах, как «Эльронд», «Эльрос», «Элладан», «Эльрохир».

«Эльронд», «Эльрос». Слово *rondō в раннеэльф[ийском] означает «пещера». Ср. «Нарготронд» (укрепленная пещера близ р. Нарог), «Агларонд» и т. д. *Rossē означает «водяная пыль, мелкие брызги (от водопада или фонтана)». Эльронд и Эльрос, дети Эарендиля («любящий море») и Эльвинг («эльфийская пена») были названы так, поскольку их похитили сыновья Фэанора в последнем действии распри между высокими эльфийскими домами нолдорских князей из-за Сильмарилей; Сильмариль, отнятый у Моргота Береном и Лутиэн и отданный королю Тинголу, отцу Лутиэн, перешел к Эльвинг, д. Диора, сына Лутиэн. Младенцев не убили, но оставили, точно «детей в лесу»^{287}, в пещере за водопадом. Там их и отыскали: Эльронд был в пещере, а Эльрос плескался в воде[349].

«Эльрохир», «Элладан»: эти имена, которыми Эльронд нарек своих сыновей, указывают на то, что те были «полуэльфами» (III 314): у них с обеих сторон имелись как смертные, так и эльфийские предки; Туор по линии отца, Берен по линии матери^{288}. Оба имени означают «эльф+человек». «Эльрохир» можно перевести как «эльф-рыцарь»; rohir — более поздняя форма (III 391) слова rochir, «повелитель коней», от roch, «конь», + hir, «хозяин»: ранн. эльфийское rokkō, и khēr или kherū; Выс. эльфийское rocco, hēr (hĕru). «Элладан» можно перевести как «эльф-нуменорец». Adan (мн. ч. Edain) — синдарская форма названия, данного «отцам людей», представителям Трех Домов Друзей эльфов; те из них, кто уцелел, впоследствии стали нуменорцами или «дунэдайн».

«Леголас» означает «зеленые листья», это лесное имя — диалектная форма нормализованного синдарского laegolas: *lassē (Высокое эльфийское наречие lasse, синд. las(s) «лист»; *gwa-lassa{gwa-lassiē, «множество листьев, листва» (В. э. olassiē, синд. golas, — olas); *laikā «зеленый» — основа LAY, как в laire «лето» (В. э. laica, синд. laeg (используется редко, обычно заменяется словом calen), лесное leg).

Птеродактиль. И да, и нет. Я вовсе не намеревался заставлять Короля-чародея ездить верхом на том существе, что сегодня называют «птеродактилем» и частенько даже изображают (на основе куда менее туманных свидетельств, нежели в случае многих монстров новой, завораживающей полунаучной мифологии «доисторического»). Но существо это со всей очевидностью похоже на птеродактиля, многим обязано этой новой мифологии, и его описание даже дает нам некие основания для того, чтобы счесть его последним представителем более древних геологических эпох[350].

Вопрос 5. Манвэ, супруг Варды; или на языке Серых эльфов Манвэ и Эльберет. Поскольку у Валар нет своего языка — они в нем не нуждаются, — «истинных» имен у них тоже нет, только сущности; именами их наделили эльфы, и по происхождению все эти имена являются, так сказать, «прозвищами», отсылающими к какой-нибудь характерной особенности, функции или деянию. (То же справедливо в отношении «истари» или магов, посланцев Валар, и об их народе.) В результате каждая сущность имела несколько «прозвищ»; причем имена Валар вовсе не обязательно являлись родственными в разных эльфийских языках (или языках людей, заимствовавших свои знания у эльфов). («Эльберет» и «Варда», «Звездная госпожа» и «Возвышенная», слова, никак не связанные, однако относятся к одному и тому же существу.) Манвэ (Благословенный) был Владыкой Валар и потому — верховный или Старший Король Арды. «Арда», «королевство» — название, данное нашему миру или земле, как месту в необъятных просторах Эа, избранному быть престолом и особым владением Короля — поскольку Король знал, что здесь появятся Дети Господа. В космогоническом мифе говорится, что Манвэ — «брат» Мелькора, то есть в замыслах Создателя они были равны и наделены одинаковым могуществом. Мелькор стал бунтовщиком и Diabolos{Дьявол (греч.)} этих преданий, оспаривающим королевство Арда у Манвэ. (На языке Серых эльфов его обычно называли «Моргот».)

Единый физически не присутствует ни в одной части Эа.

И да позволено мне будет заметить, что все это — «миф», а вовсе не некая разновидность новой религии и не видение. Насколько мне известно, это только художественный вымысел, выражающий единственным доступным мне способом некоторые из моих (смутных) представлений о мире. Могу лишь сказать, что, будь это все «историей», непросто оказалось бы подогнать земли и события (или «культуры») к наличествующим у нас археологическим или геологическим свидетельствам касательно ближайших или удаленных областей того, что сегодня называется Европой; хотя насчет Шира, например, со всей определенностью утверждается, что он находился именно в наших краях (I стр. 12)[351]. Я мог бы подогнать подробности с большим правдоподобием, если бы история не продвинулась уже слишком далеко, прежде чем такой вопрос пришел мне в голову. Сомневаюсь, что от этого книга бы заметно выиграла; и надеюсь, что, со всей очевидностью долгий, хотя и неопределенный временной разрыв{Я полагаю, разрыв составляет около 6000 лет; так что мы сейчас находимся в конце Пятой эпохи, если эпохи по длине примерно соответствовали В.Э. и Т.Э. Однако я думаю, они ускорились; сдается мне, на самом деле сейчас заканчивается Шестая эпоха, или даже Седьмая. — Прим. авт.} между Падением Барад-дура и нашими Днями достаточен для «литературной убедительности», даже в глазах читателей, знакомых с фактами и предположениями касательно «доисторической эпохи».

Я так понимаю, что я создал воображаемое время, однако в том, что касается места, твердо стоял на родной матушке-земле. И такой подход я предпочитаю современным тенденциям искать удаленные планеты в «космосе». При всей их занимательности они — чужие; их не полюбишь любовью кровного родства. А Средиземье (кстати, и если такое уточнение необходимо) — отнюдь не мое собственное изобретение. Это — модернизация или вариация (по Н[овому] С[ловарю] А[нглийского] Я[зыка] «искаженная форма») древнего слова, обозначающего обитаемый мир людей, oikoumenē: «средний», поскольку смутно воспринимается как помещенный среди опоясывающих Морей и (в северном воображении) между льдами Севера и пламенем Юга. В др. английском middan-geard, в средневековом английском midden-erd, middle-erd. А многие рецензенты, похоже, предполагают, будто Средиземье — это другая планета!

Мне кажется, с теологической точки зрения (если этот термин не слишком напыщен) эта картина менее диссонирует с тем, что некоторые (включая меня) считают истиной. Но поскольку я сознательно писал повесть, основанную на определенных «религиозных» представлениях и из них вытекающую, которая при этом не является аллегорией их (или чего бы то ни было еще) и в которой они открытым текстом не упоминаются и уж тем более не проповедуются, я и теперь от этого подхода не отступлю и не стану вдаваться в теологические изыскания, к которым не пригоден. Однако могу отметить, что если эта история и повествует «о чем-то» (помимо себя самой), то не о «власти», как считают повсеместно. Стремление к власти — это лишь мотив и побуждающая сила, приводящая в движение события, и само по себе, как мне кажется, относительно неважно. В книге речь идет главным образом о Смерти, и Бессмертии; и «путях к бегству»: о циклическом долгожительстве и накоплении воспоминаний.

Искренне Ваш, ДЖ. Р. Р. ТОЛКИН.