Глава 7. Великий маг.

Небольшая светлая рощица осталась позади, и дорога пошла в гору. Спустя четверть часа отряд вышел на вершину пологого холма, склоны которого густо поросли короткой мягкой травой сочно-зеленого цвета. Стебли травы причудливо переливались под ярким солнечным светом, отчего казалось, будто склоны холма устлали большим зеленым зачарованным ковром, расшитым жемчугом ярких полевых цветов всевозможных расцветок и оттенков.

На самой вершине Трэрг остановил коня и окинул взглядом открывшуюся взору местность, расстилающуюся вокруг на несколько долгих перебегов.

— Земли Авлии весьма приятны для глаза, не так ли? — Лорд Рэйнор осадил коня рядом. — Боги даровали этой стране великое плодородие почв и мягкий климат.

Окружающий пейзаж действительно радовал глаз. Цветущие сады и заливные луга, золотой песок узких берегов небольшой речушки, хрустальной нитью уходящей в лесок у горизонта, и аккуратные прямоугольники полей, покрытые оранжевым пламенем восходящих посевов, — все это разительно отличалось от привычных взору бескрайних просторов Ругодара. В безбрежной степи жизнь кипела по своим, отличным от человеческих земель законам, и в первую очередь все в этой жизни было посвящено выживанию в непростых условиях бесконечных открытых пространств. Даже трава в степи другая, жесткая и непокорная, упрямо расправляющая свои стебли, смятые сапогом бойца или лапой коня-тяжеловеса. И в этой суровой красоте заключалась своя прелесть, то незабываемое дыхание Родины, что столь дорого сердцу любого Орка. От одного только взгляда на степь в период цветения захватывало дух — бескрайние просторы, распростершиеся до самого горизонта, пылали разноцветным огнем распустившихся цветов и набравших силу листьев. В людских краях все выглядело иначе. Их красота была мягкой, нежной и создавала ощущение хрупкости и беззащитности.

— Красиво, — согласился Трэрг, скользя взглядом по пейзажу, — совсем не так, как в… не так, как дома.

— Дома всегда лучше, — понимающе улыбнулся Рэйнор, — какими бы волшебными ни были красоты других стран, дома — Родина, там живет наше сердце. — Граф замолчал, глядя куда-то вдаль.

В который раз Трэрг отметил умение Графа Рэйнора сдерживать свое любопытство. За трое суток их совместного путешествия Рэйнор ни разу не задал ни одного лишнего вопроса, хотя в глазах его ясно читалось желание разузнать побольше о своем неожиданном спутнике. Они подолгу беседовали на множество разных тем: об оружии, о свойствах различных клинковых сталей, о боевых скакунах, тактике и стратегии сражений, о хитростях торговых операций с иноземными купцами, о красоте женщин и произведениях искусных мастеров. Граф ни разу не позволил себе задать вопрос в лоб, например, где родина Трэрга или какова цель его путешествия, что делало ему честь как настоящему воину. Вместо этого Рэйнор пытался получить интересующую его информацию в ходе бесед, наводящими вопросами тонко подталкивая собеседника к нужному ответу, что делало ему честь как дальновидному вождю. Лорд Пэллонг, время от времени присоединявшийся к их беседам, был не столь терпелив, частенько выдавая свои интересы прямой постановкой вопросов, от ответов на которые Трэрг с легкостью уклонялся.

— Мы почти у цели, уважаемые милорды, — Пэллонг остановил коня рядом с ними. Он указал рукой на небольшую рощицу на горизонте, в глубине которой скрывалась речушка, — за этим леском находится озеро Орн, на берегу которого стоит усадьба Великого Кэлорна.

— Тогда не будем же терять времени! — Граф решительно тряхнул головой. — Я каждую минуту молю Лардиса Непобедимого приблизить тот час, когда увижу сына, встающего на ноги!

Рэйнор пришпорил коня и умчался догонять ушедший вперед отряд.

— Вы сказали — усадьба, Лорд Пэллонг, — спросил Трэрг, — разве великие волшебники не живут в башнях? Я слышал, это усиливает их и без того могучие силы.

— Все верно, но… — чародей был немного озадачен, — видите ли, Башни волшебников строятся из специального камня, наделенного свойством резонировать с вибрациями магических потоков. Именно потому Башня увеличивает силу находящегося в ней мага. Но обуздать магические завихрения, бушующие внутри, непросто. На это способны лишь маги высоких рангов, Лазурного и выше. Великий Кэлорн — Белый Маг, и ему нет нужды усмирять гнев магических потоков, он — величайший целитель, но боевая магия ему совершенно не доступна. Если хотите для наглядности пример, то Белый Маг не в состоянии даже зажечь заклятьем лучину. А для исцеления одного или нескольких больных его целительной мощи более чем достаточно. И потом, всегда можно воспользоваться Пентаграммой Силы, мантиями Резонанса или посохами Сверхпроводимости… — Волшебник пожал плечами. — Хотя не думаю, что все это бывает полезным Великому Кэлорну. Ни разу не слышал, чтобы Белый Маг не смог исцелить какой-то особо тяжелый случай.

— Говорят, что Белый Маг может даже воскрешать мертвых? — Трэрг тронул коня, жестом приглашая Лорда Пэллонга следовать вместе с ним.

— При определенных условиях — да, — кивнул волшебник, — но такое бывает редко, ибо должно выдерживаться сразу несколько факторов. Во-первых, мозг погибшего должен быть не поврежден или иметь повреждения, не фатальные для полноценного функционирования. Это обязательное условие, иначе воскрешенный будет тупым зомби, эдаким живым ходячим овощем. Во-вторых, погибший должен быть доставлен Белому Магу в короткий после своей смерти срок, иначе клетки головного мозга начнут разлагаться, и воскрешение опять-таки приведет к появлению зомби. И в сроке этом счет идет на считанные десятки минут, быть может, несколько часов. Ну и, в-третьих, и это самое сложное. Для воскрешения Белому Магу требуется колоссальное количество магической энергии, собрать которое не под силу человеку, чем бы он ни усиливал свою мощь. Развить подобный магический импульс может только использование души демона Ашк’Харра. А этот артефакт есть величайшая редкость во всем Парне, сравниться с которой может разве только тот артефакт, что вы израсходовали, вызвав Огненный Смерч… — От внимания Трэрга не укрылся взгляд, что Лорд Пэллонг мельком бросил на него, ожидая реакции.

Но Трэрг был спокоен, как жареный щиторог. Возможно, маг считает, что таким образом вытянет его на некие откровения, однако тем самым он лишь упростил задачу самому Трэргу. Теперь можно задать интересующий вопрос без всяких подозрений.

— Душа демона? — Трэрг изобразил легкое удивление. — Что вы говорите! Звучит весьма интригующе. Насколько я знаю, такой артефакт одноразовый и применяется для сотворения невиданных по своей мощи чар, например, обуздания цунами, угрожающего в одно мгновение смыть в море целый город. Его ведь продают гномы?

— Именно так, — подтвердил волшебник, — но артефакт этот весьма редок. Гномы выставляют его на продажу нечасто, и не признают для него никакой иной цены, кроме рабов, количество которых измеряется многими тысячами.

— Откуда же он у самих гномов? — Трэрг посмотрел на мага с неподдельным интересом.

— Они покупают его у Эльфов, — пожал плечами волшебник, — кто еще может быть настолько велик, чтобы заключить в артефакт душу столь могущественного демона.

— Однако мне с трудом верится, что жуткие демоны запросто прогуливаются по Эльсириоллу, — покачал головой Трэрг, — где же сами Эльфы сходятся в бою с этими ужасными созданиями?

— Сказать по правде, этот вопрос интересует не только вас, — улыбнулся Лорд Пэллонг, — я тоже иногда им задаюсь. Да и не я один. На эту тему даже существует несколько трактатов, вышедших из-под пера видных научных умов. Я читал их еще в те времена, когда проходил обучение в Школе Магов.

— И к чему же пришли сии ученые мужи? — поинтересовался Трэрг. — Как я понимаю, вряд ли кто-нибудь из них лично был свидетелем процесса порабощения демона?

Лорд Пэллонг засмеялся.

— Совершенно верно, милорд Трэрг, — шутка доставила волшебнику немалое веселье, — представляю выражение лица Главенствующего Наставника Моннэрунга, оказавшегося рядом с демоном Ашк’Харра! — Он еще немного похихикал и продолжил: — Разумеется, все эти научные труды сутью своей есть лишь умозаключения. Впрочем, некоторые из них не лишены логики. Исследователи полагают, что демоны обитают где-то глубоко в недрах гномских гор. Подгорное племя пробивает свои шахты, углубляясь во чрево планеты и время от времени натыкается на демона. Тогда гномы взывают к своим исконным союзникам Эльфам, те являются и в жестокой схватке уничтожают демона, а душу его заключают в артефакт. Учитывая крайне высокомерное отношение Детей Богов к Людям, они не желают передавать в человеческие руки столь могучие кладези энергии. Зато это иногда делают гномы, вечно заинтересованные в притоке рабов. Скорее всего, подгорных дел мастера выставляют на продажу душу Ашк’Харра тогда, когда в результате какой-нибудь катастрофы в шахтах мгновенно теряют большое количество рабов-шахтеров.

— Интересное мнение, — согласился Трэрг, — однако нам пора догонять Графа. — Он кивнул на далеко опередивший их отряд и улыбнулся: — Еще немного, и моему ретивому скакуну это станет просто не по силам!

Они пустили коней бегом и устремились вслед за ушедшими вперед рыцарями.

Дорога покинула залитую солнечными лучами рощицу, наполненную множеством птичьих голосов, и вышла к небольшому зеркальному озеру. В двух минутах езды от рощи дорогу преграждал хорошо вооруженный отряд авлийской тяжелой пехоты. Закованные в сталь пехотинцы сомкнули щиты, ощетинившись стеной копий, а рассыпавшиеся позади них два десятка арбалетчиков изготовились к стрельбе.

— Назовите себя, а также цель своего путешествия! — Из-за боевых порядков отряда выехал воин с эмблемами сотника на доспехах.

Он приблизился к людям Графа и остановил коня невдалеке от авангарда рыцарей. Рэйнор приказал своим воинам остановиться и поскакал навстречу сотнику.

— Я — Граф Рэйнор, Рыцарь-По-Праву Королевства Мергия, — представился он, — у меня есть высочайшее приглашение Его Величества Короля Авлии Домелунга быть гостем Авлии в любое время! — Граф протянул сотнику свиток пергамента с королевской печатью. — Я следую к Великому Кэлорну, Белому Магу, в надежде исцелить своего тяжелобольного сына.

Сотник прочел пергамент, аккуратно свернул его и вернул Графу.

— Для меня честь приветствовать вас в Авлии, Рыцарь Рэйнор, — хмуро ответил он, — вот только порадовать мне вас нечем. Сегодня утром на усадьбу Кэлорна совершено нападение. Усадьба разрушена, сам Кэлорн серьезно ранен и умирает.

— Как?! — воскликнул Граф, до крайности изумляясь. — Как такое возможно?! Кто посмел поднять руку на Белого Мага?!

— Не знаю, — сотник угрюмо пожал плечами, — мы прибыли только три часа назад, и нас сразу же направили перекрыть дороги. Войска из ближайшей крепости добрались до усадьбы гораздо раньше, там сейчас собрались маги, они пытаются спасти Великому Кэлорну жизнь. Легат послал в столицу за дополнительными лекарями еще до нашего прибытия. Более мне ничего не известно.

— В моем отряде есть маг Желтого ранга! — Граф оглянулся, ища взглядом Лорда Пэллонга. — Возможно, он сможет быть чем-то полезен в усадьбе!

— Желтого? — переспросил сотник. — Тогда, быть может, вы не откажетесь проследовать в дом Великого Кэлорна и предложить свою помощь собравшимся там магам?

— Я немедленно отправляюсь туда! — вскричал Рэйнор. — Не будем же терять ни секунды!

— Только не переходите на бег, милорд. — Сотник сделал жест, и стальной ряд, перекрывающий дорогу, расступился, пропуская всадников Рэйнора. — Подразделения, охраняющие разрушенную усадьбу, и без того на взводе, упаси Эрдис Щедрейший, еще примут вас за врагов.

Граф кивнул, и его отряд продолжил путь.

Усадьбу Белого Мага окружило плотное кольцо войск. На стыках отрядов тяжелой пехоты стояли заряженные баллисты, в тылу были установлены готовые к броску катапульты. У ступеней, ведущих к полуразрушенному портику усадьбы, внутри Пентаграмм Сил стояли два боевых мага, еще двое замерли с другой стороны дома. Сама усадьба была покрыта копотью недавно потушенного пожара, многие колонны были разбиты и опрокинуты на землю, крыша обрушилась, полуразрушенные стены зияли крупными пробоинами. Судя по всему, усадьбу брали штурмом. Тела погибших уже унесли, но обильно залитые кровью полы, ступени и земля вокруг красноречиво свидетельствовали о том, что бой был серьезным.

Граф Рэйнор некоторое время разговаривал с легатом, возглавляющим войска, после чего расположил своих рыцарей за усадьбой так, чтобы в случае необходимости можно было быстро поддержать в бою тот или иной отряд авлийцев. Затем он взял с собой Лорда Пэллонга, и они скрылись в разрушенной усадьбе.

Трэрг решил осмотреться и направился к коновязи, чтобы привязать своего коня. Это оказалось сделать не так легко, боевые рыцарские скакуны, оставшись без присмотра хозяев, постоянно норовили укусить невысокого тяглового коня. В конце концов пришлось отвести его подальше от всех и привязать отдельно. Закончив с этим, Трэрг вышел на окраину их небольшого лагеря и принялся изучать местность.

Без сомнения, в обычные времена это было весьма живописное место. Озеро гладкое и тихое, будто игрушечное зеркальце в оправе из желтого песка, впадающая в него речушка, небольшой парк из тенистых деревьев, несколько холмов с резными беседками на вершинах и покрывающая все вокруг нежно-зеленая трава, просеянная чашечками алых цветов, тянущихся к яркому солнцу. Однако сейчас это было последнее, что бросалось в глаза за стальными рядами изготовившихся к бою войск, закрывших собою искалеченную усадьбу из некогда белого, а ныне закопченного пожаром и залитого кровью мрамора. Трэрг проследил взгляд командира одного из человеческих отрядов, направленный вдаль по дороге. К усадьбе двигалось крупное воинское подразделение. Нападение произошло рано утром, и если сюда продолжают стягивать войска, значит, авлийцы всерьез озабочены сложившимся положением дел. Трэрг задумался, пытаясь предположить, чем же это могло быть вызвано. Какие такие крупные силы противника авлийское командование ожидает вторично встретить в глубоком тылу страны?

— Вот вы где, милорд! — Голос Графа Рэйнора вывел Трэрга из раздумий. Рыцарь был мрачнее тучи. — Вас хочет видеть Великий Кэлорн. Не сочтите за труд, исполните его просьбу. Очень возможно, что она станет для него последней.

— Идемте, — пожал плечами Трэрг, направляясь к усадьбе, — а вы уверены, Граф, что не ошиблись и Белый Маг хочет видеть именно меня? Я не знаком с ним.

— Признаться, этой просьбой он удивил всех присутствующих, — кивнул Рэйнор, — Кэлорн сказал, что должен поговорить с магом, что носит его медальон, который прибыл только что. Мы не сразу поняли, что речь идет именно о вас, вы же не маг. Лорд Пэллонг смог узнать вас в этом описании благодаря своей способности замечать незначительные на первый взгляд мелочи. Он вспомнил, что вы носите на груди медальон редкой работы, а к усадьбе вы подъезжали с Пэллонгом бок о бок, так что умирающий Кэлорн вполне мог принять вас за мага, почувствовав медальон. Кроме того, наш отряд единственный, кто подошел к усадьбе в тот момент.

За разговором они вошли в разбитые двери усадьбы. Внутри следы сражения были видны намного сильнее. Трэрг шел вслед за Графом и внимательно осматривал помещения. Защитники полили своей кровью каждый шаг пространства внутри этого дома. Без сомнения, усадьбу атаковали несколько очень сильных магов, и осажденные сразу поняли это, пытаясь использовать для обороны каждый угол и выступ в доме. Однако их защита все же была уничтожена. Причем именно уничтожена, а не прорвана, если судить по количеству кровавых луж, заливших коридоры и комнаты. Изучив обстановку, Трэрг сделал вывод, что нападающие с первых мгновений атаки имели цель не оставить после себя ни одного живого свидетеля.

Граф провел его по разбитой лестнице на второй этаж усадьбы, и они вошли в просторное помещение, некогда, видимо, бывшее очень светлым, но сейчас густо засыпанное обломками рухнувшей крыши, устилавшими залитый кровью пол. Часть помещения наскоро очистили, и на освобожденном пространстве в Пентаграммах Сил стояли четыре Оранжевых мага и по очереди плели целительные заклятья. Еще четверо лекарей ждали недалеко от Пентаграмм, готовые заменить врачующих чародеев по мере усталости.

Посреди разгромленной комнаты в пол вонзился огромный обломок рухнувшей мраморной крыши, пригвоздив к полу седобородого старца в мантии волшебника. Некогда ослепительно белая ткань мантии насквозь пропиталась кровью, густо заливавшей пол вокруг, отчего Трэрг не сразу заметил Пентаграмму Силы, отсыпанную под лежащим стариком. Было понятно, что обломок практически перерубил старика пополам. Судя по сильно обожженной левой половине головы старца, его зацепило мощным боевым заклятьем, возможно Боевым Пульсаром. Лишь магическая мощь старика и то обстоятельство, что он остался внутри своей Пентаграммы Силы, позволяли остаткам жизни еще теплиться в уже мертвом, по сути, теле. И непрерывный поток исцеляющих заклятий вряд ли мог что-то изменить.

Над умирающим магом, стоя на коленях, склонился немолодой воин в доспехах с эмблемами, содержащими авлийский герб, — видимо, высокопоставленный представитель власти. В дальнем углу помещения стояла небольшая группа тихо переговаривавшихся между собою людей, среди которых Трэрг различил Лорда Пэллонга и воина в доспехах легата. Склонившийся над старцем человек держал ухо перед едва заметно шевелящимися губами старика, стараясь не упустить ни слова. Граф Рэйнор молча кивнул Трэргу, и они, осторожно ступая, направились к группе людей, стараясь не мешать плетущим целительные чары лекарям.

— Милорды! — негромко окликнул их воин с государственными гербами на доспехах, едва они успели сделать пару шагов.

Они остановились и обернулись. Воин нашел глазами медальон на груди Трэрга и произнес, обращаясь уже только к нему:

— Милорд, прошу вас подойти сюда. Великий Кэлорн просит вас о краткой беседе. — Воин встал с колен, жестом предлагая Трэргу занять его место, и отошел в сторону.

Трэрг встал на колени у тела истерзанного старца и наклонился к его лицу:

— Приветствую вас, Великий Кэлорн, — тихо произнес он.

Из груди старика вырвался хрип.

— Мое величие… закончится через несколько… часов… — едва слышно выдохнул он, — но теперь я… отправлюсь к Богам с умиротворенным сердцем… потому что увидел тебя, славный Король…

— Милорд, мне неприятно вас разочаровывать, но вы ошиблись во мне, — тихо ответил Трэрг, прикидывая в уме, а не стоит ли просто поддакивать умирающему старику.

— Ты… поймешь… позже… когда настанет время… уже скоро… а сейчас… слушай… — голос Белого Мага еле звучал, но слова его были отчетливы, — тьма сгущается над миром… Дети Некроса… распростерли над нами… свою гниющую длань… хаос… вражда меж королевствами… смерть твоих родителей… все это их рук дело… — Старик вновь захрипел, но сумел продолжить: — Некромант… он был здесь… он… убивает по одному… чтобы ослабить… но… он не знает про тебя… — Обескровленные губы Белого Мага тронула слабая улыбка. — Ты очень расстроишь его… когда придет время… — Кэлорн издал клокочущий звук, почти ничем не напоминающий язвительный смешок. — Твой медальон… я создал их два… найди ту, что обретет второй… не суди ее строго… в минувшем нет ее вины… некромант охотится… за ней… защити ее… она… поможет тебе… но… — Старец замолчал, собирая силы, и спустя несколько ударов сердца закончил: — Сначала ты должен… освободить свою мощь… я… не в силах помочь тебе… найди Ломенара… он знает… — Кэлорн устало закрыл глаза: — Ступай…

Трэрг осторожно поднялся и отошел от умирающего старика. Воин в гербовых доспехах бросил на него короткий взгляд и поспешил к Кэлорну. Пока Трэрг шел к Рэйнору, Белый Маг что-то прошептал воину, и тот вновь мельком посмотрел на Трэрга.

— Легат, смените меня! — коротко распорядился воин и покинул помещение.

Легат без лишних слов направился к Белому Магу, остальные со скрытым интересом разглядывали Трэрга.

— Не будет ли с моей стороны чрезмерным любопытством спросить, что поведал вам Великий Кэлорн, уважаемый милорд? — спросил Лорд Пэллонг, едва Трэрг приблизился к стоящему среди остальных Рэйнору.

— Он сказал мне нечто о моем прошлом, — уклончиво ответил Трэрг, — впрочем, это лишь вызвало новые вопросы. Еще он сказал, что его пытался убить некромант, именно он напал на усадьбу.

— Мы никак не ожидали, что такое возможно, — сокрушенно покачал головой один из присутствующих, судя по одеяниям, чиновник не самого последнего уровня, — никто не мог представить, что кто-то посмеет напасть на Белого Мага. Усадьба, конечно, охранялась, но… — Он лишь горестно развел руками.

— Граф, не откажите в любезности проводить меня до лагеря? — Трэрг посмотрел на Рэйнора. — Я бы хотел обсудить с вами один вопрос.

— Разумеется, друг мой, — согласился Граф, — тем более что тут мы ничем не можем помочь. Не будем же мешать магам.

Они вышли из разрушенной усадьбы и направились к месту стоянки отряда.

— Его Светлость Герцог Номфор стягивает сюда войска, — Рэйнор указал на все прибывающие авлийские подразделения, — из опасения, что некромант, узнав о том, что Великий Кэлорн еще жив, захочет вернуться и закончить начатое. Однако боюсь, что все это уже не имеет значения, Кэлорн обречен. Все эти мудрые лекари выбиваются из сил, делая все возможное, но никаких улучшений не видно… — Он замолчал, с тоской глядя на еще дымящуюся кое-где усадьбу, и зло произнес: — И почему самая великая мощь постоянно достается самым грязным существам?!

— Что же вы намерены делать теперь? — спросил Трэрг. — Ведь вы рассчитывали излечить сына здесь.

— Не знаю, друг мой, не знаю… — Граф удрученно покачал головой и сменил тему: — О чем вы хотели поговорить со мной?

— Великий Кэлорн велел мне найти некоего Ломенара, — ответил Трэрг, — вы не знаете, кто бы это мог быть, или хотя бы где мне начать его поиски?

Рэйнор невесело хмыкнул.

— Да уж… задача не из легких, — он посмотрел на Трэрга с легким недоумением, — в другие времена найти Ломенара было бы проще простого. Каждый мальчишка в Мергии знает, где находится его Башня. Ибо Лорд Ломенар — единственный в стране волшебник Синего ранга, более шестидесяти лет занимавший пост Верховного Мага Мергии. Но вот сейчас… — он вновь покачал головой, — сейчас это может оказаться гораздо сложнее, чем кажется на первый взгляд. Мало того, что старый маг вот уже пять лет не выходит из своей башни и, по слухам, впал в глубокий маразм, так он еще и никого не желает видеть. Попасть в его Башню невозможно. Несколько раз это пытался сделать его преемник, и безрезультатно. Кроме того, сейчас в стране царит хаос, и по обрывочным сообщениям, доходившим до меня в последние дни, наибольшего размаха смута достигла именно в тех краях, где стоит его Башня.

Граф сделал продолжительную паузу, но видя, что Трэрг не склонен что-либо отвечать, улыбнулся:

— Однако судя по блистающей в ваших глазах решимости, мой уважаемый друг, все это вас абсолютно не пугает. Я вижу, вы уже твердо собрались вытрясти из дряхлого Ломенара все его тайны вместе со старческим песком!

— Великий Кэлорн посоветовал мне с ним побеседовать, — Трэрг слегка улыбнулся, — неужели я могу быть столь недальновиден, чтобы пренебречь словами Белого Мага?

Рэйнор коротко расхохотался.

— Браво, друг мой! Ничего другого я и не ожидал услышать! — Он печально прищурился. — Своею решимостью вы напоминаете мне моего сына. Я вознесу молитву Лардису Непобедимому, чтобы подобная участь вас миновала. — Граф решительно стряхнул с себя грусть и заявил: — Пойдемте, выясним, что у нас с подготовкой к ужину, а после я покажу вам на карте, где искать Башню Ломенара.

Великий Кэлорн умер незадолго до полуночи. Усталый Лорд Пэллонг вернулся из усадьбы и коротко сообщил, что, несмотря на все усилия полутора десятков чародеев, спасти жизнь величайшему целителю не удалось.

— Мы сделали все, что могли, — он тяжело вздохнул, — но такое под силу лишь Белому Магу. Вся наша целительная мощь в сравнении с ушедшим к Богам Кэлорном — лишь тонкая струйка, текущая рядом с ревущим водопадом. И будь нас второе больше, это ничего бы не изменило.

— Иных Белых Магов в мире не осталось? — спросил Трэрг.

— Полагаю, что нет, — ответил Лорд Пэллонг, обмениваясь с Графом коротким взглядом.

— Несколько лет назад Король Редонии заявил, что его дочь — Белый Маг, — пояснил Рэйнор, — но это заявление стоит воспринимать с большой осторожностью. Сам Король получил трон в результате весьма темной истории, в которой погибли представители правящей династии. Те события изрядно попахивают переворотом, о них ходило множество слухов, один мрачнее другого, поговаривали даже о некромантах… Первое, что сделал новый Король Редонии, взойдя на трон, это заключил союз с к’Зирдами. Неслыханное событие в мировой истории. Его союзнички с тех пор регулярно запускают когти в границы соседей прямо с территории Редонии. Так что слова Короля Геордина вполне могут оказаться и ложью, и полным коварства замыслом. Кроме того, в приграничных провинциях Редонии, по сути, хозяйничают к’Зирды, так что посетить эту страну можно лишь морем… В общем, не каждый дворянин захочет лично проверить правдивость этих заявлений, когда есть все шансы, однажды попав в Редонию, не вернуться никогда. Хотя в моем положении… — он лишь развел руками, — я готов обдумать и такую поездку.

Они еще немного поговорили, после чего отправились спать. С утра Трэрг принялся собираться в путь. Раздобыть более быстрого коня так и не получилось, зато дорожными припасами Граф снабдил его от души. Перед отъездом Рэйнор в сопровождении Лорда Пэллонга пришел проводить в путь своего спасителя.

— Жаль отпускать вас в Мергию одного, мой друг, — произнес Рэйнор на прощание, — но Герцог Номфор обещал показать моего сына придворным лекарям. Надеюсь, вы поймете меня и не станете осуждать. К сожалению, ваш путь пролегает вдали от графства Дерини, но если когда-нибудь позже вы найдете время заглянуть в мой родовой замок, я буду счастлив увидеть человека, которому все мы обязаны жизнью!

Он протянул Трэргу небольшой свиток с печатью королевского двора Авлии.

— Это просил передать вам Его Светлость. Сей пергамент есть пропуск, позволяющий вам посещать и покидать Авлию в любой момент, когда на то у вас возникнет необходимость. Герцог сказал, что такова была последняя воля Великого Кэлорна.

Трэрг спрятал пергамент и вскочил в седло.

— Мне было приятно путешествовать с такими доблестными воинами, как вы и ваши спутники, Граф. — Трэрг поднял руку в знак приветствия. — Пусть сын ваш обретет исцеление, мне искренне жаль, что в этом я не могу помочь вам. — Он окинул взглядом Рэйнора и Пэллонга: — Прощайте, милорды, пусть ярость битвы никогда не угаснет в вашей крови!

Лорд Пэллонг склонил голову в поклоне, Граф отсалютовал мечом, и Трэрг тронулся в путь. Его небыстрый конь неторопливо топал по обочине дороги, стараясь не мешать многочисленным колоннам воинских подразделений, покидавших усадьбу. Путь предстоял долгий, монотонный шорох конских лап располагал к размышлениям, и Трэрг задумался о том, что сказал ему умирающий Кэлорн, вновь и вновь прокручивая в памяти его слова.

Граф Рэйнор и Лорд Пэллонг, стоя у походного шатра, глядели ему вслед.

— Иногда судьба преподносит нам удивительные встречи, — Рэйнор обернулся к магу, — кто бы мог подумать, что в самый последний миг, когда уже не осталось никакой надежды на спасение, Лардис Непобедимый пошлет нам этого загадочного человека.

— Вы правы, Граф, — согласился волшебник, — нам выпала большая удача. И, быть может, даже большая, чем мы осознаем.

— О чем вы, друг мой? — поднял брови Рэйнор.

— О том, что наш спаситель действительно полон загадок, — задумчиво ответил маг, — один его псевдоним довольно… необычен.

— Он не болтлив, но умен, при этом бесстрашен и бескорыстен, — Граф одобрительно улыбнулся, — что же до загадок, то у каждого из нас есть свои тайны и поводы их беречь. Для таких целей можно назваться и именем Орков. Очень даже удачное решение, сразу же позволяет дать понять собеседнику, что ты не заинтересован обсуждать здоровье своего батюшки. Черты его лица с самого начала показались мне смутно знакомыми, и я полагаю, что наш спаситель есть путешествующий по важному делу представитель древнего дворянского рода, причем далеко не бедного, учитывая амулет Огненного Смерча, посредством которого он нас спас.

— И все же я думаю, что с Лордом Трэргом все не так просто, как вы предполагаете, Граф! — покачал головой Лорд Пэллонг, глядя вслед теряющейся вдали фигурке всадника. — Некоторые аспекты его поведения представляются мне весьма и весьма странными…

— Поясните свою мысль, мой друг, — заинтересовался Рэйнор.

— Вы обратили внимание, Граф, что уважаемый Трэрг иногда задавал более чем… эээ… неожиданные вопросы? Зачастую он не был информирован об элементарных вещах, как-то: взаимоотношения между странами, политическая ситуация внутри Королевств или имена всем известных влиятельных мужей. В то же время он немало удивил меня познаниями в области сравнительных характеристик магической энергоемкости разных пород хрусталя.

— Но что вы находите в этом странного, Милорд? — улыбнулся Рэйнор. — Разве вы не допускаете, что наш друг таким образом поддерживал инкогнито, не желая выдавать свое происхождение излишней осведомленностью? А то, что он знаком с галтанийским горным хрусталем, вполне может быть невольной подсказкой о его происхождении.

— Возможно, Граф, возможно… — кивнул волшебник, — однако тут есть некоторые моменты. Вы помните, как выглядит Узилище Пульсара?

— Разумеется! — ответил Рэйнор. — Несколько лет назад я купил пару таких артефактов. Они стоили мне приличных денег, надо признаться! Их установили на башнях замка для повышения обороноспособности. Это цельный кусок обработанного… Разрази меня молниями Лардис Непобедимый! — пораженно воскликнул Граф, внезапно понимая, к чему клонит волшебник. — Да они же едва на четверть меньше человеческого роста!

— Вот именно, — кивнул маг, — а энергии Огненного Смерча настолько превышают мощь Боевого Пульсара, что Лорд Трэрг, должно быть, вез Узилище Смерча на прицепе.

— Это действительно загадочно, — согласился Рэйнор, — тем более что вы сами не почувствовали в нем магических энергий.

— Не почувствовал, — подтвердил Лорд Пэллонг, — и никто из магов в усадьбе Кэлорна также не почувствовал, а ведь там находилось сразу несколько волшебников Зеленого ранга, причем, как минимум, один из них пятой, максимальной, ступени.

— Что ж, стало быть, эту загадку Лорд Трэрг увез с собой, — пожал плечами Рэйнор, — вряд ли мы сможем разгадать ее сами.

— Вероятно, нет, — согласился маг, — хотя вот что интересно: Великий Кэлорн почему-то попросил пригласить к нему мага, что носит его медальон. Впрочем, умирающий волшебник, пусть даже и такой силы, мог ошибиться. — Лорд Пэллонг задумчиво поджал губы: — Вы верите слухам простолюдинов, Граф?

— Разумеется нет! — удивился Рэйнор. — Не дело дворянина вникать в подобную чушь!

— Вот и я не верю, — кивнул маг, — кстати, как необычно был вооружен Лорд Трэрг!

— О да, — Рэйнор со знанием дела покачал головой. — Отличные клинки из редчайшей оркской стали! Подобный материал можно добыть только в Ругодаре. Недаром это название на языке Орков дословно означает «Земля Падающих Звезд». Метеориты всегда падают только там и больше нигде. Именно из рухнувшего с небес звездного металла Орки изготавливают оружие для своих самых доблестных воинов. Мечи нашего друга выкованы из него! Великолепные экземпляры, прочные, словно лоб щиторога, и острые, будто бритва, мечта любого ценителя! — Граф слегка склонил голову в знак уважения. — Оружие мастера, рубящегося двумя руками одновременно. В наши дни это редкая техника. Повсеместное применение тяжелых доспехов все больше заставляет воинов тяготеть к двуручному оружию и щитовому бою…

— Действительно, редкость, — согласился волшебник, — тем более что эти оркские клинки еще хранят на себе следы магии.

— Что вы имеете в виду? — не понял Рэйнор.

— Некогда на них были наложены мощные боевые чары. Настолько мощные, что я смог почувствовать магический отпечаток спустя значительное время, — ответил Лорд Пэллонг. — Но самое загадочное в том, что два года назад я гостил у своего старого наставника по Школе Магов, и он поведал мне одну забавную байку. Будто бы один из его слуг однажды на рынке услышал историю, которую рассказал ему торговец, что узнал ее от вакрийского купца. А тот узнал ее от нимийского купца, который узнал ее от другого купца, ведущего торговлю с к’Зирдами. Тот, в свою очередь, узнал ее от к’Зирдского торговца, который ссылался на купца-Орка.

— Одна только эта цепочка уже вызывает улыбку, — улыбнулся Рэйнор.

— Это верно, — кивнул Лорд Пэллонг, — так вот комичность истории состояла в следующем: будто бы у какого-то из кланов Орков, народа, по природе своей почти не владеющего магией, есть шаман невиданной силы, и мало найдется человеческих магов, равных ему по могуществу.

— Ну, любовь Орков к сказаниям о великих подвигах известна далеко за пределами Ругодара! — улыбнулся Рэйнор. — Магическая Стрела, удачно пущенная каким-нибудь мелким шаманом с десятой попытки, пройдя столь колоритную цепочку рассказчиков, вполне могла вырасти в Боевой Пульсар.

— Вот-вот, — хмыкнул маг, — мы тогда тоже изрядно посмеялись над этой сказкой. Помню, она настолько развеселила меня, что в моей памяти даже само собою сохранилось имя того героического шамана. Его звали Трэрг Огненный Смерч.

До пограничной крепостной стены Трэрг добрался без происшествий. Дороги, по которым пролегал его путь, находились в глубине Авлии и добросовестно патрулировались стражей, отпугивающей лихих людей. Здесь, в удаленных от границы с Ратхаш провинциях, страх перед приближающимся к’Зирдским нашествием ощущался не столь остро. Жизнь шла своим чередом: на полях созревали обильные урожаи, крестьяне ухаживали за богатыми садами, по дорогам двигались караваны торговцев и фургоны бродячих артистов. Но попадающиеся на пути отряды солдат и воинские обозы, тянущиеся в сторону к’Зирдской границы, красноречиво говорили об истинном положении дел.

По мере приближения к мергийской границе дорога опустела, и к воротам пограничного форта Трэрг подъехал в полном одиночестве. Старый ветеран пограничной стражи посмотрел на пергамент пропуска и честно предупредил, что на той стороне границы одинокому всаднику жить придется не долго. Трэрг лишь пожал плечами. Пограничник безразлично хмыкнул, мол, хозяин-барин. Ворота в Мергию отворились, пропуская Трэрга, и тут же захлопнулись за его спиной.

Поначалу особой разницы от смены государств он не почувствовал, кругом царила все та же приграничная безлюдность. Первые признаки царящих в Мергии бед стали видны, едва дорога вывела Трэрга к крупному пограничному форту. Ворота крепости были наглухо заперты, метательные орудия приведены в боевую готовность, на стенах стояли усиленные посты. Взгляды стоящих на башнях дозорных были направлены в противоположную от границы сторону, словно настоящую угрозу форт ожидал именно с тыла, и появиться она могла в любой момент. Как только Трэрг приблизился к форту на расстояние выстрела, с десяток арбалетчиков немедленно взяли его на прицел и сопровождали до тех пор, пока он не вышел из зоны досягаемости их оружия. Солдаты с крепостной стены молча провожали его взглядом, не предпринимая никаких попыток ни поговорить, ни выяснить цель его визита в страну. Форт словно жил отдельной жизнью, будто государство в государстве, и все, что его интересовало, — это собственная неприкосновенность.

Дорога ушла от форта и спустя некоторое время углубилась в лес. Судя по карте Графа Рэйнора, он не был велик и заканчивался у холмов с виноградниками, где дорога делала развилку. Там надо будет свернуть в сторону побережья и двигаться до следующего пересечения крупных королевских трактов, один из которых в конечном счете выведет к небольшой реке. У реки с дороги надо будет сойти и далее идти вдоль ее берега. Этот путь позволит выйти к границам баронства Пересси, в землях которого стоит Башня Ломенара, с малонаселенной стороны. В тех местах обильно насажены фруктовые сады, и стоит всего одна деревенька, обойти которую незамеченным не составит труда. А там возвышающуюся над горизонтом Башню уже можно будет увидеть. Ничего архисложного, при удачном стечении обстоятельств весь путь не займет более недели.

Лучника, засевшего в ветвях дерева с густой кроной, Трэрг заметил сразу, едва конь миновал небольшой поворот. Еще двое притаились в кустах по обеим сторонам от дороги. Памятуя о предыдущей стычке с дорожными разбойниками, Трэрг одним движением выскочил из седла и приземлился на ноги в нескольких метрах от коня. Остаться без лошади в начале недельного пути совсем не хотелось. Лучники, увидев, что добыча вот-вот укроется за деревьями, спустили тетивы. Трэрг легко уклонился от стрел и скользнул за ствол ближайшего дерева. Он поискал глазами вокруг и нашел небольшую стайку лесных птиц, сидящих на ветвях неподалеку. Трэрг сплел Взгляд Зверя, и спустя пару мгновений маленький пернатый разведчик уже кружил над будущим полем боя.

Разбойничий отряд насчитывал не менее трех десятков сабель, не считая нескольких лучников. Одна половина отряда в настоящий момент по лесу пробиралась навстречу Трэргу, пытаясь взять его в кольцо, вторая находилась с другой стороны дороги и попарно выходила из-за деревьев. Командовал бандитами рослый воин в армейских доспехах десятника, сидевших на нем точно по размеру. Вероятно, они принадлежали ему изначально, хотя обычно разбойники снимают такую добычу с трупов убитых в бою воинов. Да… с порядком в Мергии действительно неважно, раз из армии дезертируют десятники. Трэрг мысленно хмыкнул. Хотя чего еще ожидать от Людей? Слабые телом и духом мелочные существа, падкие на подлость, низость и обман. Им, обладающим столь схожими качествами, стоило бы меньше ненавидеть к’Зирдов.

Тем временем предводитель вывел свою часть отряда на дорогу, поставил их в щитовой строй, и полтора десятка мужчин в самых разношерстных доспехах, тщательно прикрываясь щитами, двинулись к одиноко стоящему посреди дороги коню. Подобная демонстрация неисчерпаемой храбрости вызвала у Трэрга улыбку. Пятнадцать воинов отгородились щитами от одного. Да еще учитывая, что их товарищи с минуты на минуту атакуют его с тыла. Неподражаемая доблесть Людей, что тут скажешь. Как все-таки разительно они отличаются друг от друга. Не зная заранее, трудно поверить, что столь отважные бойцы, как Граф Рэйнор или Лорд Пэллонг, или любой из числа их отряда, имеют одно и то же племя с этим вот отребьем!

Что ж, пришла пора объяснить жалким существам, что против чар шамана их щиты бессильны. Трэрг зажег на ладони Боевой Пульсар и отправил его в центр бандитского построения. Мощный всплеск огня с оглушительным грохотом разметал по сторонам искореженные ошметки плоти и пылающие тела. Конь закричал от страха, вставая на задние лапы, и бросился к хозяину искать защиты. Трэрг понял, что его шансы потерять единственного коня снова растут, и вышел из-за укрытия. Он уклонился от второго залпа лучников и ударил Ветвистой Молнией сразу по всем стрелкам. Кривые электрические разряды ослепительным трезубцем вонзились в лучников, мгновенно доводя кровь в их жилах до кипения, и лишившийся главаря отряд бандитов остался еще и без стрелков. Трэрг погладил подбежавшего коня, успокаивая испуганное животное, и на всякий случай накинул поводья на торчащий рядом сук. После чего он левой рукой извлек из-за спины меч и легкими шагами бесшумно заскользил между деревьев навстречу замершим в нерешительности бандитам, пытающимся понять, что же происходит.

К сожалению, ему удалось убить всего шесть человек. Остальные самым обидным образом просто скрылись в лесу, спасаясь бегством. Преследовать их не было никакого смысла, и расстроенный Трэрг вернулся к лошади. Чтобы вернуть коню душевное равновесие, он скормил ему тушку только что убитой лесной крысы, попавшейся на глаза по дороге назад, и продолжил свой неторопливый путь. Да уж, разница между боевым скакуном и тягловой лошадью такая же, как между могучим воином Орков и человеческим крестьянином. Оставляя дома своего коня, он знал, что будет по нему скучать, но даже не думал, что настолько. К сожалению, в это время года незаметно переправиться через Симиллу вместе с лошадью невозможно. Да и кто знал, что раздобыть хорошего скакуна в землях Людей окажется столь сложной задачей…

Лес вокруг дороги сменился невысокими холмами, солнечные склоны которых покрывали виноградники. Точнее, когда-то покрывали. Трэрг ехал по безлюдной местности, оглядывая вытоптанные и полуразрушенные посадки лозы, восстанавливать которые, похоже, никто не торопился. Изредка он замечал в холмах людей, ковыряющихся среди остатков виноградника. Едва завидев всадника в доспехах, они спешили скрыться как можно скорее, утаскивая свою нехитрую добычу.

Первую деревню он увидел спустя несколько часов пути. Деревенька прижалась к самой дороге, что, безусловно, было удобно для ее обитателей в обычные времена, и совсем наоборот в нынешние. Десятка два дворов были обнесены деревянным частоколом, за которым возвышалась пара сторожевых вышек. Судя по пепелищам на месте некоторых домов и наскоро заделанным проломам в частоколе, деревня испытала на себе уже не одно нападение. Снаружи она не подавала никаких признаков жизни, но Взгляд Зверя показывал несколько десятков вооруженных кто чем людей, притаившихся за стенами. Видимо, появление даже одного незнакомого вооруженного человека служило поводом для вполне серьезных опасений.

Второй раз на него напали ближе к вечеру, когда Трэрг свернул с дороги в холмы, чтобы поискать место для ночлега. Четверо крестьян, усердно пытающихся казаться незаметными в изломанном винограднике выше по склону, дружно бросились на него сверху. Было довольно забавно видеть их перепуганные лица, когда они замерли в одном полуразмахе над землей, погруженные в Оцепенение. Трэрг спокойно вышел из-под нависших над головой людей и снял заклятье. Неудавшиеся налетчики с криками грохнулись наземь, раздался хруст чьих-то костей, и охваченные ужасом крестьяне что есть силы бросились бежать. После такого происшествия Трэрг счел это место вполне безопасным и, расставив охранные заклятья, лег спать.

Всю последующую неделю его дорога не отличалась особым разнообразием. Хотя бы раз в день нападали бандиты, время от времени встречались изготовившиеся к бою деревни. Повсюду царило запустение и разруха, поля не обрабатывались, сады несли на себе следы пожаров, на лугах не было видно пасущихся стад. Несколько раз путь пролегал мимо городов, ощетинившихся стрелами арбалетчиков, баллистами и боевыми артефактами башен. Трэрг обходил их стороной, не желая тратить времени даром, памятуя об опыте, полученном в самом первом встреченном городе. Тогда он решил докупить провизии для коня, но вместо этого лишь даром потерял полдня. Сперва пришлось битый час убеждать стражников открыть ворота и впустить его в город, а после еще четыре часа ходить по пустым лавкам в поисках такой мелочи, как несколько сушеных крыс. Торговля в охваченной хаосом стране замерла, товаров на прилавках практически не было, а за то немногое, что еще осталось, торговцы заламывали дикие цены. Проще было самому добыть пищу охотой, а не терять зря столько времени.

Неоднократно на дорогах появлялись вооруженные отряды, часто довольно крупные. В таких случаях Трэрг заранее сходил с дороги, чтобы не быть обнаруженным. Пару раз до него доносились отголоски сражений, происходивших где-то в стороне от дороги, а однажды на горизонте он видел охваченный дымом пожара замок. Но в целом путешествие проходило по плану, и к вечеру восьмого дня ему удалось достичь небольшой речки, на другом берегу которой начинались земли баронства Пересси. Трэрг, как полагается, сошел с дороги и некоторое время ехал вдоль берега, но потом решил не переходить незнакомую реку в темноте и, найдя подходящий для ночлега овражек, лег спать.

Оборванный чумазый ребенок лет семи выпрыгнул из переделанной в клетку повозки и, спотыкаясь, бросился бежать. Его мать, затаив дыхание, смотрела сыну вслед, моля Богов о том, чтобы охранники ничего не заметили. Остальные пленники старались не глядеть на маленького беглеца, чтобы не привлечь внимания стражников.

— Щенок сбежал! — тут же раздался крик. — Вот к’Зирдов детеныш! — Один из воинов, идущих за клеткой с рабами, указывал рукой на убегающего ребенка. — Пролез через решетку!

Хорошо вооруженный отряд, сопровождающий четыре тяжелогруженые повозки и передвижную клеть с пленниками, остановился.

— Освальд! Разрази тебя Лардис молниями из своего божественного зада! — заорал воин, восседающий на коне во главе отряда. — Чего ты ждешь?! Оторви свое жирное седалище от повозки и поймай гаденыша!

Сидевший рядом с возницей рабской клети крупный упитанный воин недовольно скривился и полез вниз. Он снял с пояса тяжелый меч, чтоб легче было бежать, и сунул его вознице.

— Давай, Освальд, пошевеливайся! — подначивал его командир под довольные ухмылки остальных. — Лови щенка и тащи его сюда! — Он оценивающе посмотрел на бегущего вслед за ребенком солдата и громко изрек: — Эй, Освальд, тебя брюхо не тяготит?!

Отряд весело заржал, наблюдая за погоней. Тучный воин постепенно нагонял ребенка. От быстрого бега Освальда начала мучить отдышка, его глаза налились кровью. Он, тяжело дыша, выхватил из ножен кинжал.

— Убью, поганец! — злобно прохрипел он, задыхаясь от бега.

Мальчишка, на ходу размазывая по лицу грязные слезы, оглянулся на приближающегося солдата и в ужасе бросился в небольшой овражек неподалеку. Ребенок спрыгнул вниз, в растущие на дне кусты, и замер, забившись в маленькое углубление между корней. Обливающийся потом Освальд остановился, хватая ртом воздух, и грязно выругался в ответ на летящие со стороны отряда издевательские советы. Наконец ему стало немного легче, и солдат не торопясь направился к овражку, поигрывая кинжалом, с довольной улыбкой на покрытом потом багровом лице.

Закованная в кольчужный сапог нога прошла через тонкую оболочку магического барьера, даже не почувствовав невидимой преграды. Непоколебимый изнутри, но хрупкий снаружи, тончайший бесплотный барьер лопнул, высвобождая заточенную внутри энергию. Туго скрученная спираль магического потока, ощутив внезапную свободу, в неощутимо малую долю мгновенья разжалась, будто пружина, образуя высокотемпературную Вспышку, в один миг обратившую Освальда в пепел. Отряд оторопело замолчал.

Трэрг посмотрел на небо, в котором весело играла стайка птиц. Вот уж кому точно нет дела до человеческих бед. Солнце уже встало, но склон овражка отбрасывал тень на место его ночлега. Вот почему он проспал рассвет. Трэрг неторопливо поднялся и подошел к забившемуся в кусты ребенку. Все ясно. Мальчишка слишком мал, сторожевое заклятье пропустило его, посчитав не опасным.

— Вылезай, — он протянул ему руку, — не бойся. Тебя никто не обидит. Человек, который гнался за тобой, ушел.

— Правда? — Мальчуган недоверчиво посмотрел на него. — А вы не отдадите меня Гномам?

— Не отдам, — пообещал Трэрг, — я не люблю Гномов. Они слишком заносчивые, прямо как Эльфы.

— Поклянитесь! — потребовал мальчуган, насупив брови.

— Клянусь Рыгдардом Кровавым, — ответил Трэрг, — тебе нечего бояться.

— А кто это, Рыдр… Рырг…дард Кровавый? — спросил мальчуган.

— Рыгдард Кровавый — это величайший воин среди Великих Богов, — объяснил Трэрг, — в воинском мастерстве и доблести ему нет равных. Он сильнее всех.

— И даже Лардиса Непобедимого? — удивился мальчуган.

— Даже десяти Лардисов Непобедимых, — заверил его Трэрг.

— Вот это да! — Глаза мальчугана загорелись, и он вылез из недр куста. — А ты можешь попросить Рыгдарда Кровавого, чтобы он спас мою маму? — Ребенок встал на ноги и посмотрел на Трэрга. — Мне без нее очень страшно!

— Не бойся, ты же будущий воин. — Трэрг аккуратно стер с мальчишеского лба прилипший комок земли. — Доблестному воину не пристало бояться!

Мальчуган ойкнул и схватился ладошкой за лоб. Под отлепленным куском земли обнаружился глубокий кровоподтек.

— Тебе-то хорошо, — пожаловался он, — ты большой, и у тебя есть мечи. А я еще маленький. А там много злых воинов. С ними даже папа не смог справиться! — Мальчуган всхлипнул. — А мой папа кузнец, он очень сильный! — Слезы вновь потекли по детским щекам.

— Перестань реветь! — потребовал Трэрг. — Что бы сказал твой отец, увидев, как ты тут пускаешь слезы вместо того, чтобы спасать маму? Пойдем, посмотрим, где она.

— А ты мне поможешь? — Мальчуган перестал реветь и старательно сдерживал слезы. — Я один не справлюсь…

— Помогу, раз уж сам Рыгдард Кровавый привел тебя ко мне, — улыбнулся Трэрг, осторожно щелкая мальчугана по носу.

— Тогда пошли! — Мальчуган взял его за руку. — А то злые воины уедут очень далеко и увезут маму к Гномам!

— Не увезут, — успокоил его Трэрг, — они сейчас стоят на месте и пытаются понять, что стало с их товарищем.

— Который гнался за мной? — Мальчуган задрал голову, чтобы посмотреть на Трэрга. — Ты же сказал, что он ушел.

— В какой-то мере так оно и было, — философски ответил Трэрг, — ты не будешь возражать, если я поднимусь первым?

— Ладно, — разрешил мальчуган, отпуская его руку, — но я пойду с тобой!

Трэрг в два прыжка легко выскочил из овражка и остановился, оглядывая местность при свете дня. Надо же, оказывается, он не дошел до моста через реку каких-нибудь двадцати размахов. Сразу за дорогой начиналась небольшая рощица, и в темноте мост сливался с ее очертаниями. В настоящий момент на дороге стояла пешая воинская сотня с обозом, составленным из явно награбленной добычи: телеги с беспорядочно наваленным добром и передвижная клеть с пленными. Десяток солдат уже отделились от отряда и осторожно шли к овражку, тщательно всматриваясь в траву под ногами.

— Их много. — Мальчуган, сопя, выбрался из овражка и встал рядом с Трэргом. — Мы точно справимся? — Ребенок с опаской глядел на приближающихся врагов. — Рыгдард Кровавый нам поможет?

— С этим делом мы с тобой разберемся и без помощи Рыгдарда Кровавого, — Трэрг потрепал мальчугана по голове, взъерошивая волосы, — не вежливо отвлекать самого могучего из Великих Богов ради такого пустяка.

— А ты дашь мне меч? — Мальчуган бросил на Трэрга серьезный взгляд: — Как же я буду сражаться без меча?

— Такой подойдет? — Трэрг достал кинжал и протянул мальчугану. — Это очень хороший клинок.

— Да, — решительно заявил мальчуган, двумя руками хватаясь за кинжальную рукоять. Ребенок поднял руки, выставляя свой маленький меч навстречу врагу. В ярких лучах солнца сталь клинка тускло переливалась боевыми чарами. — Ух, ты! — воскликнул малыш, оборачиваясь к Трэргу. — Он волшебный!

— Как и подобает великому воину, — улыбнулся Трэрг, глядя на пылающие отвагой детские глазенки. — Разве может Рыгдард Кровавый отправить тебя в сражение без достойного меча?

— Нет! — Мальчуган без колебаний отверг подобное кощунство. — Не может! Теперь я великий воин, правда?

— Почти, — ответил Трэрг, — тебе осталось лишь немного подрасти. Не потеряй меч, он мне еще пригодится.

— Не потеряю! — Мальчуган крепко стиснул рукоять. — Теперь я смогу спасти маму! Пойдем?

— Пошли, — согласился Трэрг и коротким движением поймал стрелу, нацеленную в сердце, — нас уже ждут. — Он лениво отшвырнул стрелу в сторону.

— Ух ты! — Мальчуган пришел в восторг. — А я так смогу?

— Когда вырастешь, — пообещал Трэрг и уклонился от второй стрелы.

Сотня солдат, остановившаяся посреди дороги, в недоумении глядела на странную картину. Высокий крепкий воин и маленький ребенок, сжимающий в руках кинжал, неторопливо сближались с десятком вооруженных до зубов солдат.

— Чего уставились, олухи? — заорал восседающий на коне сотник. — Первый раз видите свихнувшегося идиота? Убейте их, я теряю время!

Десяток бросился на странного безумца. Высокий воин неуловимым движением левой руки выхватил из-за головы меч и мгновенным ударом отсек ближайшему противнику голову вместе с плечом. И сразу же толкнул ногой еще стоящее тело, отшвыривая его в приближающегося солдата. Тело врезалось в подбегающего, обдавая его хлещущей кровью, солдат замешкался, и в следующее мгновение клинок пробил ему грудь. Высокий воин пружинисто сместился поближе к ребенку, парируя направленный в мальчугана удар, и тут же хлестким движением клинка вспорол атакующему горло. Сотник, не веря своим глазам, смотрел, как неизвестный, которого он только что зачислил в мертвецы, с грацией парда описывает круг подле ребенка. Его рука, сжимающая меч, двигалась так быстро, что глаз не успевал заметить клинок. Воин стремительно двигался между солдатами, со скоростью ветра нанося удары. Сотник зарычал от гнева. Пока солдаты его десятка, пытаясь успеть за незнакомцем, сталкивались и мешались друг другу, тот успел вырезать еще пятерых. Оставшиеся в живых двое солдат замерли перед ним плечом к плечу, пытаясь удержать его перед собой на расстоянии клинков. В этот момент мелкий щенок изловчился и ткнул одного из солдат кинжалом в бедро. К удивлению сотника, кинжал прорезал доспешные поножи, будто тонкий лист пергамента. Солдат закричал от боли и упал на землю. Мальчишка что-то победно пискнул и устремился на оставшегося солдата, потрясая кинжалом. За его спиной высокий воин плавным движением двинулся следом. Нервы у солдата не выдержали, и он бросился бежать, что есть силы работая ногами.

— Расстрелять его! — взревел сотник, разворачивая коня. — Лучники! Чего вы ждете, тупые придурки?!

Десяток лучников одновременно спустили тетивы. Незнакомец поднял ладонь, и стрелы замерли в воздухе, словно увязнув в невидимой преграде. Спустя мгновение он опустил ладонь, позволяя стрелам безвольно осыпаться в траву, и коротким жестом послал в одного из лучников Магическую Стрелу. Лучник вскрикнул и повалился наземь с дымящейся дырой в обугленной груди. Остальные стрелки невольно попятились назад.

— Сотня! — зычно заорал сотник, выхватывая меч и вздымая коня на дыбы. — Размазать этого выродка! Барон щедро наградит вас за его голову! Лавиной! В атаку! Вперед! — Он рубящим движением устремил меч в сторону незнакомца, указывая цель.

Сотня издала боевой клич и бросилась в бой, обнажая клинки. По ходу движения тренированные солдаты привычно растягивались в дугу, выполняя многократно отработанный маневр атаки на низкоуровневого мага. До незнакомца и ребенка уже оставалось не более десятка саженей, когда прямо на месте атакующих солдат ввысь взметнулась Стена Огня, мгновенно пожирая бегущих людей. Не попавшие в бушующее пламя бойцы тут же вспыхивали от жара чудовищной температуры, словно масляные лампады. Что произойдет дальше, сотник смотреть не стал. Он вонзил в коня шпоры с такой силой, что скакун с жалобным криком с места набрал максимальную скорость. Сотник направил коня в рощу, пытаясь скрыться еще до того, как опадет Стена Огня.

Трэрг погасил Стену и осмотрел поле боя. Из атакующих не выжил никто, несколько лучников в панике бежали к лесу, сотника нигде не было видно. Жаль, у него неплохой конь…

— Мы победили! — восхищенно подпрыгнул мальчуган, размахивая кинжалом. — Это Рыгдард Кровавый поразил их огнем?

— Конечно, — заверил его Трэрг, — он всегда на стороне отважных воинов, разве мог он оставить без своей поддержки такого храбреца, как ты?

— Можно, я освобожу маму? — Мальчуган указал клинком на стоящие на дороге повозки.

— Давай, — согласился Трэрг, — только осторожно. А я пока схожу за конем.

Мальчуган умчался к дороге, и Трэрг спустился в овражек. Взволнованный звуками боя конь при виде хозяина успокоился и принялся меланхолично жевать листья какого-то куста. Трэрг освободил поводья, привязанные к торчащему из стены овражка старому древесному корневищу, и потянул коня за собой.

Когда он подъехал к повозкам, дверь клети уже была вырезана прямо вместе с замком и пленники выбирались наружу. Не выпускающего из рук кинжала мальчугана обнимала женщина лет тридцати. Всхлипывая от радости, она ощупывала ребенка, стремясь убедиться, что малыш не пострадал.

— Мама, не плачь, — важно успокаивал ее мальчуган. — Мы победили всех злых воинов, теперь все будет хорошо, и нас никто не отдаст Гномам! Я храбро сражался! Я победил злого солдата! А потом мне помог сам Рыгдард Кровавый! Он помогает только великим воинам! Мама, смотри. — Малыш указал на Трэрга: — Это мой друг, он тоже помогал мне тебя спасать! — Он протянул ему кинжал: — Вот, я не потерял твой меч!

— Молодец! — Трэрг убрал кинжал в ножны.

Мать мальчугана бросилась Трэргу в ноги:

— Милорд! Спасибо вам за моего мальчика, я буду молить за вас Богов каждую минуту… — она вытирала катящиеся по лицу слезы, — мне даже нечем отблагодарить вас… мы все обязаны вам…

— Как мне добраться до Башни Ломенара? — спросил Трэрг, жестом останавливая поток благодарностей.

— Башня там, — женщина указала рукой, — за деревней. Об этом вам лучше поговорить со старостой, если он еще жив, — она вновь обняла сына, возбужденно вещающего подробности закончившейся только что великой битвы, — я покажу вам его дом…

Крестьяне развернули телеги, и обоз тронулся в обратный путь.

Деревня представляла собой десятка три дворов, все еще хранивших следы прежнего благополучия. До наступления в Королевстве хаоса здешние жители, занимавшиеся поставками пищи в Башню Ломенара, жили в достатке. Но теперь все изменилось. Не имевшая даже изгороди деревня, привыкшая надеяться на покровительство Синего Мага, уже несколько раз подвергалась разграблению, многие жители были убиты или угнаны в рабство. Седой старик, староста деревни, оказался жив. Меч налетчика ударил его по голове плашмя, стесав приличный кусок кожи, но череп выдержал, и сейчас старик с перевязанной головой рассказывал Трэргу о положении дел в округе.

Башня стояла здесь с незапамятных времен и всегда передавалась между великими магами по наследству, от наставника к ученику. Их деревня и относящиеся к ней земли традиционно принадлежали живущему в Башне магу, и основным занятием ее жителей было обеспечение Башни пищей и различными товарами первой необходимости. Деревня всегда славилась своими мастерами кузнечных и ремесленных дел. Вся остальная местность вокруг принадлежала баронскому роду, чей замок стоит в шести часах ходьбы отсюда.

Пять лет назад старый Синий маг Ломенар неожиданно отгородился от всего мира, запершись в своей Башне и прервав всякие контакты с людьми. Поначалу это восприняли как каприз дожившего до преклонных лет старца, и особого внимания на сей факт никто не обратил. Но время шло, месяц истекал вслед за месяцем, а старый Ломенар так и не открыл своих дверей. Лишь изредка из Башни приходила повозка, которой управлял Сизин, управляющий Ломенара, и его жена Вилна, занимающаяся в Башне поварским делом. Сизин и Вилна закупали продукты и разную мелочь, после чего возвращались обратно. Добиться от них чего-нибудь, проясняющее поступок Ломенара, было невозможно.

На четвертый день после дворцового переворота, в котором погиб Король Мергии и вся его семья, неизвестные солдаты подкараулили Сизина с женой около деревни и схватили их. На следующий день к замку Барона подошло сильное войско. И хотя солдаты гарнизона были опытными воинами, замок пал меньше чем за сутки. Человек, возглавляющий пришедшее войско, объявил себя новым Бароном и заявил, что отныне все эти земли, включая и их деревню, принадлежат ему. В тот же день деревню разграбили, и с тех пор солдаты нового Барона наведываются сюда регулярно и каждый раз требуют все больших податей. Вряд ли деревня переживет еще одно нападение, люди рады бы уйти из этих мест, но куда? В Мергии повсюду хаос, в баронстве дела обстоят еще хуже…

Старый Ломенар никак не отреагировал на все эти злодеяния, словно его и впрямь судьбы людей более не интересовали. Даже похищение Сизин и Вилны он спустил новому Барону с рук. Солдаты нового хозяина замка говорят, что их повелитель настолько могучий маг, что Ломенар просто дрожит от ужаса при одном лишь упоминании его имени! Потому-то он и не кажет носа из Башни — просто боится нового хозяина этих мест. А сотник, командовавший сегодняшним налетом на деревню, и вовсе сказал, будто Ломенар никогда уже не покинет Башню, ибо едва он лишится ее силы, как новый Барон тут же уничтожит его! И вообще, Барон до сих пор не захватил Башню лишь потому, что жалеет своих солдат и не хочет потерь.

Трэрг решил, что этой информации ему для начала вполне достаточно. Пора было отправляться к Ломенару, а уже после разговора с ним обдумывать дальнейшие действия. Найти Башню оказалось просто — от деревни к ней вела изрядно поросшая травой дорога. Едва она покинула сады, как впереди замаячил высокий светло-серый шпиль с массивным утолщением у самого верха. Трэрг пустил коня быстрым шагом и задумался. Мотивы довольно странного поведения Ломенара его не интересовали, внутренние дела Людей мало касаются Орков. В том, что старый маг впустит его в Башню, он не сомневался. Раз Великий Кэлорн направил Трэрга к Ломенару, значит, он точно знал, что его рекомендации откроют ворота Башни тому, кто эти рекомендации получил. Гораздо более его интересовало другое.

Похоже, и Белый, и Синий маги все эти тридцать лет знали о неких давних событиях, в результате которых новорожденный человеческий ребенок лишился родителей и попал к народу Орков. А также заработал себе на голову эльфийскую печать, блокирующую магическую силу. Но вопреки ожиданиям, в этой истории оказались замешаны не Дети Богов, а Дети Некроса. Далее по каким-то причинам великие маги либо не захотели, либо не смогли вмешаться в ход событий, и одной из таких причин, вероятно, является некромант, что фактически убил Великого Кэлорна. Выходит, некие тайные события происходят в мире вот уже не менее тридцати лет, если не более, но те немногие, кто в курсе, не спешат предавать свои знания огласке, разве что только на смертном одре. Более чем странно и совсем не логично. Кроме того, что имел в виду Белый Маг, когда предлагал найти «ту, что обрела» второй медальон? Кто это вообще, где ее искать и чем она должна ему помочь? Если она может снять печать, то Кэлорну стоило рассказать подробнее хотя бы о том, где начать поиски. Ведь если ее ищет некромант, времени может оказаться не так уж и много. Ибо сражаться на равных с некромантом Трэрг, по всей видимости, не сможет. Легенды приписывают Детям Некроса поистине колоссальную мощь, обуздать которую способна лишь магия Эльфов.

Занятый этими мыслями, он подъехал к воротам Башни и спешился. Оставшись без седока, конь сразу же забеспокоился. Он взволнованно дышал, пятился и упирался, не желая подходить к Башне еще ближе. Трэрг понял, что довести его до коновязи будет стоить слишком больших трат времени, и огляделся. Вокруг Башни не было ни единого дерева, и пришлось привязать поводья за тонкие ветви кустарника, ажурным витиеватым газоном оплетающего территорию вокруг волшебного строения. Закончив с этим, Трэрг подошел к массивным воротам.

Вблизи оказалось, что створы ворот не заперты, лишь прижаты друг к другу. Трэрг аккуратно отворил одну из створок на ширину тела и скользнул внутрь. Едва он ступил за порог, как почувствовал ураганный удар хаотично бушующих вокруг магических потоков. Башня тихо гудела. Тяжелый звук балансировал на грани слышимости и яростно впивался в каждую клетку организма. Беснующиеся вибрации неуправляемых энергий рвались отовсюду, штурмовали мозг и тело, пытаясь вцепиться в человеческие излучения и подхватить их, разогнать до безумных скоростей, взвинтить разности магических потенциалов и разорвать на части хрупкое человеческое тело. Трэрг закрыл глаза и слился с окружающей его дикой пляской безумных энергий. Выстраиваемые из редкого волшебного камня Башни великих магов являются гигантскими резонаторами. Их назначение — течением собственных магических потоков многократно усиливать и без того огромную мощь своих владельцев. И сейчас принадлежащие волшебному резонатору могучие потоки чистого первозданного волшебства слепо бесновались вокруг, живя собственной жизнью.

Башня была необитаема.