Глава 19. Проклятый храм.

Айлани сплела заклинание, исцеляющее обгоревшую на солнце кожу, и приятный холодок пробежал по ее ногам, даруя блаженную свежесть. Застывшее в зените светило палило нещадно, и Принцесса была от души довольна тем, что ей более не надо соблюдать магическую маскировку. Когда имеешь возможность в любое мгновение избавить себя от дискомфорта элементарным заклятьем, путешествие через раскаленную пустыню становится не столь уж и тягостным. Особенно радовало то, что вдали от взметнувшейся ввысь стены Доргалинда отсутствовали постоянные ветра и не надо было ехать с постоянно закутанным в косынку лицом. Единственным неудобством было постоянное желание сделать хотя бы глоток воды. Принцесса поначалу то и дело доставала походную флягу, но уже спустя пару часов Наследник отобрал у нее этот небольшой сосуд.

— Не пей так часто. — Он подхватил болтающуюся на кожаном шнурке пробку и заткнул ею горлышко фляги. — Чем больше пьешь, тем больше будет хотеться. Так ты быстро истратишь весь запас воды. Терпи! — Он бросил ей флягу обратно. — Это мнимая жажда.

Несмотря на то, что фляга летела ей точно в руки, Айлани от неожиданности среагировала слишком поздно. Фляга ударилась о ладони и упала на песок. Пришлось останавливать коня и спускаться за нею наземь. При виде этой картины Трэрг лишь покачал головой и ничего не сказал. Айлани велела себе впредь быть более внимательной. Конечно, это всего лишь фляга, но вместо нее вполне могла прилететь, например, стрела из пустыни или какое заклятье… Она торопливо взобралась на лошадь и дала ей поводьев, пытаясь нагнать уехавшего вперед Наследника.

— Ваше Величество! — Айлани твердо решила разговорить молчаливого Трэрга. — Как часто надо пить, странствуя через пустыню?

— Тебе для начала можно делать один глоток воды ежечасно, — ответил он и вновь замолчал.

— А как пьете вы? — не унималась Принцесса. — Я не видела, чтобы вы пили так часто!

— Я более привычен к пустыне, — коротко объяснил Наследник.

— Когда же я смогу переносить жажду так же легко? — Она поравнялась с Трэргом и теперь не отставала от него.

— Со временем, — ответствовал Наследник, лаконичностью своею демонстрируя нежелание продолжать разговор.

— Правда? Это восхитительно! — заявила Айлани. — Скажите, Трэрг, а вам совсем-совсем не жарко?

— Совсем, — отрезал он. Похоже, девчонка всерьез решила достать его своей болтовней. Всего сутки в пути, а у него уже в ушах звенит от ее непрерывных рассказов.

— Как же вы этого добиваетесь? — продолжала допытываться та. — На вас же кольчуга, сапоги, перчатки! А перед боем вы надеваете на голову шлем! Это действие магического заклятья?

— Нет. — Трэрг вновь замолчал.

— Тогда почему? — Любопытство переливалось у нее через край. — Вот на мне лишь тонкое платье и плащ, но мне все равно жарко! Как же вы не чувствуете зноя?

— Я правильно дышу, — нахмурился шаман, — воин Орков с малых лет обучается специальному способу дыхания, дающему возможность существенно снижать бремя пустынной жары. И лучше всего это работает молча.

Однако девчонка не собиралась оставлять его в покое. Если она и поняла намек, то скрыла это очень умело.

— Молча?! — изумилась она. — Но как же можно молчать дни напролет? Это же ужасно тоскливо! Вот чем вы коротаете время в таком затяжном молчании?

— Я думаю, — вздохнул Трэрг.

— А о чем? — Девчонка смотрела на него широко распахнутыми глазами, словно воплощение самой преданности. — О чем можно думать так долго?

— Я пытаюсь изобрести заклятье, — поморщился шаман, — потому для раздумий требуется тишина.

— Да?! — восхитилась она. — Это так прекрасно, создание новых магических плетений! А в чем его суть?

— Очень хочется создать нечто простое, но эффективное, — Трэрг устало закрыл глаза, — например, магический кляп!

Девчонка задумалась, и шаман удовлетворенно выдохнул, предвкушая возвращение тишины. Пожалуй, стоит ехать впереди, а не рядом с ней. Вид ее стройных ног, словно выточенных искусным скульптором, обнаженных от самых бедер, несколько выбивал его из равновесия. Он дал коню поводьев и прибавил скорости.

— Но есть же похожие заклятья! — раздался рядом полный счастья голос. — Я вспомнила! Наставник рассказывал, что Боевые маги пользуют нечто подобное! — Девчонка тоже прибавила ход и не отставала от него. — Ваше Величество, попробуйте взять за основу Удушение!

Трэрг закатил глаза к небу. Неужели она никогда не молчит?

— Я же сказал, зови меня Трэрг, — он недовольно нахмурился, — я не Король. Так что хватит об этом, обсуждение закончено.

— Но я не могу называть вас иначе! — Судя по всему, для девчонки обсуждение только началось. — Ведь вы на самом деле Король! Трон принадлежит вам по праву, так гласит Закон! И этикет обязывает меня обращаться к вам Ваше Величество! — Она принялась объяснять: — Вот я, например, все это время была Принцессой Редонии, и ко мне обращались Ваше Высочество! Но теперь, учитывая изменившуюся ситуацию, я не могу претендовать на…

Не отвлекаясь от созерцания горизонта, Трэрг подхватил край пустынной косынки и закрыл ею свое лицо. После этого он малым усилием воли создал небольшой порыв встречного ветра, и горячие воздушные струи бросили в лицо всадникам облако песчаной пыли. Девчонка запнулась на полуслове и наконец-то замолчала, поспешно вытирая попавший в глаза песок. Трэрг облегченно вздохнул.

— Как вы это делаете, Ваше Величество? — немедленно забубнил рядом голосок девчонки. — Вы не произнесли ни слова для сотворения заклятья! — Она закуталась в плащ и косынку и теперь говорила прямо через повязки, прикрывая ладонью глаза от ветра. — Когда я сливаюсь с Биением Жизни, я тоже могу управлять магическими потоками напрямую! Но в обычных условиях так не получается!

Трэрг обреченно вздохнул. Ее было ничем не пронять. Оставалось только ждать, когда она устанет говорить. Если, конечно, устанет…

— Я не пользуюсь текстами заклятий, — объяснил он, — и волшебными порошками тоже. Разве только заклятье Взгляд Зверя я читаю, этому меня научил дядя Гнурд. Все остальное я делаю сразу, собираю нужную энергию прямо из магических потоков. Я постоянно чувствую их вокруг. Все говорят, что обычно для этого необходимо сконцентрироваться и прислушаться. И даже лучшему во всем Ругодаре в деле обнаружения магии, Дроргу Угадывающему Врага, требуется время, чтобы настроиться на вибрацию волшебных течений. Не знаю, — он пожал плечами, — я вижу потоки магии безо всякой подготовки. Так было всегда, сколько себя помню. Иногда, когда потоки эти особенно мощны, я чувствую головную боль.

— Это побочный эффект заклятья, опутавшего ваш мозг! — воскликнула девчонка. — Я вам сейчас подробно опишу механизм его действия!

Поняв, что она умолкнет еще очень нескоро, Трэрг прекратил ветер и принялся терпеливо слушать переполненный научными терминами поток объяснений, быстро сменившийся рассказами о жизни, Редонии, вакри, алфинах, преимуществах и недостатках дамских седел, ужасах странствий без полного набора косметических снадобий, о том, что Орки ну просто очень огромные, и прочей бесконечной ерундой.

В целом путешествие через пустыню проходило без осложнений. Лишь в самый первый день, когда Трэрг и Айлани достигли Хребта Гремучей Праматери и в назначенный на закате час шаман вонзил в землю обломок копья, Принцессе пришлось немало потрудиться, осваивая новый для себя вид морока. В ожидании появления звезд на небосклоне, Трэрг заставлял ее упражняться в наведении морока Невидимости, подобного тому, что он видел в исполнении магов каравана сударя Румаки. Чтобы понизить риск столкновения с врагами, шаман решил прибегнуть к проверенному способу передвижения по пустыне — идти днем, когда активность песочников не столь велика, ночью спать, укрывшись отводящими взгляд чарами. Освоить незнакомую технику чар оказалось непросто. Добрый десяток попыток Принцессы создать ощущение невидимости вокруг стоящих рядом с воткнутым копьем лошадей не увенчался и малейшим успехом.

— Продолжай, — коротко сказал Трэрг, глядя на расстроенное выражение ее лица, — до появления звезд мы не сойдем с этого места. С наступлением темноты вероятность встретить к’Зирдский отряд возрастет. И в дальнейшем пути такое умение нам будет весьма полезно. Тренируйся.

Айлани добросовестно разучивала новое плетение, с чувством несправедливости глядя на Наследника, лениво облокотившегося на уложенных на песок лошадей. Тот разглядывал линию горизонта и время от времени забраковывал очередное ее творение. К моменту появления первого тумена песочников, наведенный Принцессой морок уже имел нечто общее с оригиналом. Прошедшие в полумиле к’Зирды не смогли заметить в вечерних сумерках их маленький лагерь. Однако едва змеиные языки ушли достаточно далеко, Трэрг жестом отправил Принцессу к магической завесе.

— Не пойдет, — коротко оценил он, — заново!

К полуночи Айлани точно знала, что наведение этого морока позже еще не раз ей приснится. Наконец шаман подошел к воткнутому копью и посмотрел на небо.

— Видишь эту звезду? — Он указал ей на длинный слабо мерцающий в небесной тьме яркий шип. — К’Зирды называют ее Колючкой Суховея. Мы зовем ее Шипом Когтекрыла. Она укажет нам путь.

— Небо здесь выглядит по-другому, не так, как дома, — грустно вздохнула Принцесса, — в детстве я очень любила смотреть на усеянный звездами небосвод. Это так завораживает, что я была способна часами не сводить с него глаз. Я знала имена всех звезд… Вот эта у нас зовется Иглой Ранаалы. Астрологи говорят, что Прекрасная Ранаала, небесная возлюбленная Олдиса Покровителя, шьет ею одежды своему божественному мужу. И если в какую-то из ночей в небе не видно Иглы, значит, Ранаала занята работой и создает для Олдиса новый наряд. Девочка, рожденная в такую ночь, будет искусной мастерицей дел портняжных, а мальчик станет знатным мастером воинских доспехов… — Она посмотрела на Наследника: — Скажите, Трэрг, вы скучаете по дому?

— Да, если ты имеешь в виду Ругодар, — ответил шаман, — сейчас в степи в разгаре Время Цветения. Никто не в силах описать, насколько прекрасен Ругодар в эти времена. Краски любого человеческого пейзажа поблекнут в сравнении с цветущей степью. Ароматы трав и цветов сейчас необычайно тонки и богаты, ветра свежи, а вода в родниках и озерах особенно прозрачна… — Он немного помолчал и добавил: — Но наш путь лежит в глубь пустыни. Туда, где на землю падает свет Шипа Когтекрыла. Если мы будем предусмотрительны и собраны, то через шесть дней достигнем цели. А если Великие Боги будут к нам благосклонны, то спустя еще две недели ты увидишь, что такое Ругодар! — Шаман отвел взгляд от усеянного звездами неба и взглянул на Принцессу. — Заночуем здесь. Я проложу курс среди магических потоков, дабы не сбиться с пути, а ты наводи на лагерь морок.

— Но морок уже наведен! — воскликнула Айлани, заранее зная, что услышит в ответ.

— Не пойдет, — шаман окинул взглядом завесу, — заново!

Он сосредоточился на работе с волшебными течениями, и Принцесса, обреченно вздохнув, побрела к спящим лошадям.

Путь через пески не отличался разнообразием. Палящее солнце, постоянная экономия воды и бескрайняя пустыня вокруг. Время от времени им попадались отряды песочников, и путники спешно укладывали на песок лошадей, дабы не быть замеченными врагами. Кони сливались с местностью, Айлани укрывалась мороком и наблюдала за действиями Трэрга. Тот необъяснимым образом исчезал и прямо из невидимости насылал на приближающихся змеиных языков песчаную Бурю. К’Зирды спешно меняли направление движения, и опасность проходила стороной. Если не зевать и внимательно смотреть по сторонам, то оказаться застигнутыми врасплох двум магам столь высоких рангов было невозможно.

Вскоре Принцесса почувствовала себя в безопасности и перестала обращать внимание на лежащее вокруг нескончаемое песчаное море. За что немедленно получила довольно обидную отповедь. Пока без умолку щебечущая Айлани копалась в седельной сумке, Трэрг тихо повернул коня и без всякой магии скрылся между песчаных холмов. Когда Принцесса закончила свою возню, она с удивлением заметила, что осталась одна посреди одинаковых, как близнецы, барханов. Но не успела она подумать, что делать дальше, как из-за ближайшего песочного холма вылетела ловчая сеть, выбивая ее из седла. Айлани упала на песок, больно ударившись коленом, и покатилась к подножию бархана, еще больше путаясь в сети. Там ее, полуживую от страха, и освободил шаман. После этого он спокойным голосом, не стесняя себя в эпитетах, коротко и емко объяснил ей, что именно бывает с переоценившими свои силы и умственные способности покорителями пустыни, уверовавшими в собственную непобедимость посреди нескончаемых песков. Некоторое время Принцесса обиженно молчала, дуясь на него за столь жесткий урок, но вскоре была вынуждена признать, что Трэрг прав. Ведь ее побег из Башни Эманора стал возможен, по сути, благодаря точно такой же самонадеянности Синего мага. Айлани подумала, что ей стоит загладить свою вину перед Наследником, и в качестве этого решила развлечь его своими рассказами часок-другой.

Утром седьмого дня они неожиданно наткнулись на торчащий из песка обломок какого-то невообразимо древнего строения.

— Что это? — изумилась Принцесса, разглядывая изъеденный временем и бурями остов, принадлежность которого давно уже было невозможно определить. — Откуда оно в пустыне? Разве к’Зирды способны построить подобное?

— Не песочники создали это, — произнес Трэрг, внимательно оглядывая окрестности, — эти развалины остались со времени Войны Некромантов. Возможно, они еще не рассыпались в прах благодаря исключительной сухости этой части пустыни, а возможно, им не дает стать частью пустыни магия Некроса. — Он с подозрением всматривался в каждый бархан. — Мы в Запретных Землях. С этого мига надо быть начеку каждое мгновение.

Дальше он двигался очень медленно, ни на секунду не переставая обшаривать взглядом местность вокруг. Древние развалины стали попадаться все чаще, и спустя час напряженной езды путешественники оказались посреди целого кладбища исполинских обломков. Огромные, давным-давно потерявшие форму куски неизвестного камня с торчащими изнутри искореженными нитями измятой стальной паутины толщиной с руку, выпирали из песков на огромную высоту. Со стороны казалось, что это место бессчетное количество веков назад стало могилой исполинского каменного великана и сейчас пески скрывают останки его скелета.

— Я чувствую враждебную магию! — прошептала Айлани. — Она исходит от этих развалин! Она слепо желает смерти всему, что попадает в это место!

— Тсс! — шикнул Трэрг. — Я тоже. Но здесь есть что-то еще… — Он остановил коня и медленно обводил глазами зловещие руины.

— Эта магия выветрилась за множество тысячелетий и ослабла. — Принцесса развела ладони в стороны, прислушиваясь к остаткам следов давно угасшей волшебной бури. — Но оставаться здесь надолго небезопасно…

— Тихо! — Шаман жестом прервал ее и замер. На мгновение ему показалось, что за одним из обломков шевельнулся бархан. Он присмотрелся. Движение не повторилось, но ощущение чужого присутствия не пропадало. — За нами следят! Укладывай коня, живо!

Одним прыжком Трэрг соскочил с коня и исчез, едва коснувшись ногами песка. Айлани, стараясь действовать как можно быстрее, спешилась и быстро потянула поводья, пригибая голову коня вниз. Почувствовав знакомую команду, пустынный скакун довольно шлепнулся на брюхо, вытягивая лапы вдоль тела в предвкушении отдыха. Но не успела Принцесса ухватиться за поводья второй лошади, как барханы вокруг словно расцвели клубами песочного дыма. Вздымая вокруг себя фонтаны песка, из чрева барханов выпрыгивали зарывшиеся там к’Зирды. В черных плащах некромантов, с надвинутыми на глаза глубокими капюшонами, они представляли собой карикатурное и одновременно жуткое зрелище. Воздев в воздух кривые сабли, черные песочники, не издав ни звука, бросились в атаку. На какой-то миг Айлани показалось, что на теле пустыни внезапно выскочили черные язвы и теперь лавина пришедших в движение нарывов стремится утопить ее в своем гнилостном скоплении. Принцесса всем телом повисла на поводьях, буквально бросая коня наземь, и вжалась в песок, забиваясь в пространство между лежащими лошадьми. Черные песочники стремительно приближались, и она уже могла разглядеть безумный блеск одурманенных зельями узких глаз, сверкающих дикой злобой из-под дергающихся в такт бега капюшонов.

Откуда-то из пустоты ударило Оцепенение, сковывая ближайшие к ней ряды к’Зирдов. Черная лавина замерла в нескольких шагах от Айлани, но песочников было слишком много, они рвались к ней со всех сторон. Тотчас из ниоткуда вылетел Боевой Пульсар и с гулким взрывом разметал в разные стороны десятка два нападающих, мгновенно превращая их в летящие по воздуху пылающие факелы. Вслед за ним ударил второй, перемалывая соседний поток молчаливых воинов, и Принцесса поспешила закрыть плащом глаза испуганно вздрагивающим лошадям. Пески вокруг нее обагрились кровью изорванных взрывами песочников. Но черных к’Зирдов это не остановило. Задние ряды, молчаливо размахивая саблями, бесстрашно рвались к ней прямо по трупам своих собратьев. Где-то слева вспыхнула Стена Огня, ограждая Айлани от фланговой атаки, и, тут же превратившись в Волну Пламени, двинулась на врага, бурля кипящим огнем. Змееязыкие воины, уцелевшие после ее возникновения, поспешно отхлынули назад.

Они быстро перегруппировались и немедленно начали вторую атаку, стремясь прорваться к Принцессе с незащищенной пламенем стороны. Что-то ударило в песок совсем недалеко от ноги, и Айлани оглянулась, замечая вонзившуюся в полу платья стрелу. В следующее мгновенье в воздухе послышался тихий свист множества падающих сверху стрел. За спинами атакующих воинов, в таких же черных плащах, среди руин появилось множество лучников, непрерывно пускающих стрелы в воздух. Достигнув предельной высоты, лавина стрел по дуге устремилась вниз, грозя засыпать ее железным дождем. Принцесса испуганно сжалась в комок, пытаясь избежать попаданий, и тут же вокруг нее вспыхнула прозрачная сфера Магического Щита. Водопад стрел ударил в Щит, отскакивая от него в разные стороны деревянными брызгами, словно град от доспехов закованного в броню рыцаря. Рядом с ней раздался треск, и она увидела небольшой сноп крохотных искорок, устремившийся навстречу безмолвно рвущимся в бой черным к’Зирдам. Неожиданно на месте возникновения искр появился Трэрг. Враги заметили нового противника и изменили приоритет атаки, но было уже поздно. Прямо в гуще атакующих воинов с оглушительным грохотом взметнулся в небо исполинский Огненный Смерч. Бушующая испепеляющим пламенем огненная воронка невероятных размеров с ужасающей скоростью бродила по развалинам, пожирая все на своем пути, затягивая внутрь ненасытного вихря стрелы, воинов и мелкие глыбы древних развалин. Трещащий от запредельной температуры воздух мгновенно разогрелся до обжигающего состояния, и Айлани поспешно набросила на голову капюшон плаща. Охваченные паникой лошади взбрыкивали от страха, и ей стоило больших трудов удержать их от побега. Огненный Смерч, оставляя за собой след из расплавленного песка, описал полный круг, выжигая развалины, и погас.

Трэрг внимательно огляделся и направился туда, где бушующие магические энергии сорвали с застывших врагов заклятье Оцепенения. Он принялся бродить среди обожженных трупов, время от времени шевеля мертвецов ногой. Принцесса решила, что ей не хочется знать, что именно он задумал, и осмотрела лошадей. Раскаленный воздух причинил им несколько слабых ожогов, кроме того, болезненно зудящее красное воспаление на руках прямо свидетельствовало о том, что ей тоже досталось. Хорошо еще, что капюшон ее плаща скрывал волосы и лицо она успела спрятать… Айлани вызвала Око Целителя и принялась за плетение целебных заклятий.

— Ваше Величество! — Закончив с лечением, она обернулась к Наследнику. — Позвольте, я исцелю вам последствия боя…

Принцесса замерла на полуслове, увидев приближающегося Трэрга. Тот волоком тащил за собою полуживого к’Зирда в черном балахоне, держа его за ногу.

— Не нужно, — ответил шаман, — огонь не вредит мне, мы с ним друзья с самого рожденья. — Он подошел к Айлани и швырнул песочника к ее ногам: — Можешь очистить его от дурмана? Нам стоит с ним поговорить, но в таком состоянии от него ничего не добиться. Его опоили чем-то куда более крепким, нежели хфат-хут! — Трэрг покачал головой. — Не знал, что у песочников есть что-то еще.

Обожженный к’Зирд слабо брыкался на песке, и Принцесса, на всякий случай отшагнув от дергающегося врага, взглянула на него через Око Целителя. Знакомые следы она увидела сразу.

— Это зелье не дело рук к’Зирдской колдуньи, — тревожно нахмурилась Айлани, — это плод магии Некроса! Я узнаю их ядовитый след! Кровь этого воина наполнена им сверх всякой меры!

— Вот как? — Шаман с отвращением скривился. — Это точно? Ошибки быть не может?

— Исключено! — уверенно заявила Принцесса. — Я уже сталкивалась с зельями некромосов. Сначала один мой брат пытался отравить другого ядом, полученным от некроманта, затем сам некромант одурманил моего отца зельем, лишив его воли. Оба раза я устраняла последствия и теперь хорошо помню мертвую природу их снадобий!

— Можешь вернуть ему трезвость мышления? — Трэрг огляделся. — Мне надо знать, что здесь происходит и где именно находится вход в Проклятый Храм. Лучше выяснить это сейчас, пока есть возможность.

— Это может занять много времени, — Айлани вспомнила, как долго ей приходилось возиться с отцом и братом, — яды Некроса весьма сильны и въедливы, тяжело поддаются исцелению.

— Попробуй, — пожал плечами шаман, — все лучше, чем ничего. Иначе придется искать наугад, да еще и с его собратьями, дышащими в спину.

Принцесса сплела Детоксикацию, и сразу стало ясно, что ей предстоит не меньше получаса работы. Внезапно ей в голову пришла любопытная мысль. Айлани превратила Око в Биение Жизни и посмотрела на к’Зирда глазами первичных магических энергий. Повинуясь ее воле, волшебный фонтан целительных чар ударил в мутную лужицу жизненной силы песочника, мгновенно растворяя зеленую гниль яда. Спустя мгновение змееязыкий воин был как новенький. Он тут же вскочил и опрометью бросился наутек.

— Что это с ним? — удивленно поднял брови Трэрг, сковывая песочника Оцепенением.

— Рассудок вернулся к нему, — развела руками Принцесса, сворачивая Биение Жизни, — теперь его организм чист и полностью здоров. Думаю, он просто испугался.

— Это хорошо, — хищно улыбнулся шаман, направляясь к застывшему на бегу черному к’Зирду, — а ты говорила, что это дело долгое!

— Я попробовала новую методику, — гордо ответствовала она, — и оказалась права! Теперь исцеление даже самых сложных болезней не будет занимать и… — Принцесса опешила, глядя, как Трэрг одним движением выдернул за шкирку песочника из Оцепенения и с размаху вонзил ему в бедро кинжал. — Что вы делаете, Трэрг?!

— Демонстрирую своему оппоненту некоторые аргументы, — шаман нанес мощный удар кулаком под грудь дико вопящему к’Зирду, и тот поперхнулся криком, — чтобы в дальнейшем наша беседа протекала более продуктивно.

Он швырнул песочника на живот, одной рукою держась за рукоять торчащего из к’Зирдской ноги кинжала, а другой удерживая его за горло. Шаман что-то сказал пленнику на языке пустыни, но тот только гневно мотнул головой. Тогда Трэрг провернул воткнутый в ногу кинжал вокруг своей оси. Песочник вновь заорал, но тут же закашлялся и захрипел, стиснутый за горло железной хваткой.

— Это жестоко! — воскликнула Айлани, с ужасом глядя на его действия. — Это… это чудовищно!

— Еще как! — согласился с нею Трэрг. — Зато весьма эффективно! — Он повторил свой вопрос и ослабил хватку.

На этот раз черный к’Зирд заговорил. Очень быстро выплевывая слова, песочник разразился целым монологом, после чего жалобно заскулил, словно уговаривая шамана о чем-то. Трэрг выдернул кинжал из ноги пленника, отпустил его и поднялся на ноги. К’Зирд, бледный от ужаса, обернулся и, увидев, что свободен, с заунывными стенаниями пополз к ближайшему каменному обломку. Вскарабкавшись на него, он оторвал от своего черного балахона кусок материи и принялся, тихо подвывая, перетягивать себе ногу.

— Пошли, — шаман взял оглядывающуюся на раненого к’Зирда Принцессу за локоть и потащил к лошадям, — надо торопиться. У них здесь целый культ, поклоняющийся Некросу. Они следят за тем, чтобы никто не ступал в Запретные Земли и не приближался к Храму. За это некроманты дают им зелье блаженства и эти нелепые черные балахоны.

— А как же он? — Айлани вновь оглянулась. — Он же ранен и страдает! Ваше Величество, не убивайте его!

— Не буду, — успокоил ее Трэрг, — я пообещал ему исцеление, если он будет сидеть здесь до нашего возвращения и пугать всех появляющихся культистов жуткими историями! — Он поднял лошадей. — Надо спешить, пока тут не собрались все поклонники Некроса! Наша цель совсем близко!

Они вскочили на коней, и шаман погнал лошадей бегом в самый центр древних руин. Низкорослые пустынные скакуны, спешащие меж грандиозных угловатых развалин, были подобны мелким термитам, суетящимся вокруг торговых прилавков рынка. Айлани оглядывала исполинские остовы загадочных строений, погибших многие тысячелетия назад, и пыталась представить, какой же силой обладали магические потоки, бушевавшие в той древней войне, если им с легкостью удалось изломать столь огромных гигантов. Интересно, что это были за строения? Наверняка какие-нибудь храмы, созданные в честь Великих Богов. Если некромосы смогли построить такое, не удивительно, что их гордыня ослепила им взор. Наверняка они сочли, что имеют все основания считать себя равными Богам.

Внезапно лошади вынесли их на чистое пространство посреди руин, и Трэрг подал знак остановиться. Он осмотрел место, тщательно вглядываясь в окружающие песочную поляну развалины, и спрыгнул с коня.

— Это здесь, — коротко объяснил шаман.

Он достал подвеску некроманта и, держа ее цепочку в кулаке перед собой, осторожно пошел к центру чистого пространства. Плоский прямоугольник мерно болтался в такт его движениям. Едва шаман сделал несколько шагов, почва под ногами задрожала и из-под земли донесся глубокий мерный гул. Трэрг замер. Перед ним, прямо из толщи песка, вырастал Проклятый Храм. Огромный куб высотой в два человеческих роста вознесся на поверхность песочного моря и застыл, словно стоял здесь всегда. Пару мгновений шаман смотрел на цельный монолит из неизвестного камня, пытаясь понять, что делать дальше, как вдруг одна из стен разверзлась, открывая круглую дыру входа. Внутри, в тусклом свете волшебных кристаллов, слабо угадывалась широкая лестница, уходящая вниз, в глубины песков.

— Что нам делать теперь? — Принцесса подошла к Трэргу и из-за его спины опасливо разглядывала вход. — Мы должны идти внутрь?

— Да, — коротко ответил шаман, — где-то там находятся Врата в Смерть, путь в самое сердце Некроса, туда, где обитают демоны Ашк’Харра.

— Мне страшно, — тихо прошептала Айлани.

— Не бойся, — ободрил ее Трэрг, — тебе не придется столкнуться с демоном. Я сражусь с ним один. Ты будешь ждать меня у Врат с этой стороны. Просто посидишь немного внутри Храма, не оставаться же тебе снаружи, в компании любителей черных балахонов.

— Я пойду с вами! — воскликнула Принцесса. — Я не могу оставить вас одного посреди пропитанного смертью Некроса!

— И потому будешь мне дополнительной обузой? — хмыкнул шаман. — Мало того, что мне предстоит схватка с демоном, так еще и за тобой придется следить.

— Я все равно пойду! — решительно заявила она. — Я чувствую, что должна пойти! Можете издеваться, сколько хотите, но я здесь не останусь!

— Там разберемся, — Трэрг пожал плечами, — а теперь пошли. Держись позади меня и веди лошадей.

Однако лошади заходить внутрь отказались наотрез. Как только люди подошли к входу, кони стали упираться, зарываясь лапами в песок. Попытки втащить их в Проклятый Храм закончились тем, что скакуны, протяжно крича, начали испуганно брыкаться и вырвались, в панике скрываясь в развалинах. Глядя им вслед, шаман только махнул рукой и, развернувшись, пошел вниз по узким ступеням. Принцесса поспешила за ним. Лестница оказалась короткой. Полтора десятка ступеней заканчивались тупиковым помещением, вместительным и абсолютно пустым. Едва ноги Людей ступили на его пол, стена Проклятого Храма с тихим шорохом заросла, замуровывая вход, раздался уже знакомый гул, и они почувствовали, как Храм погружается во чрево песков. Спустя несколько коротких ударов сердца движение прекратилось, и тупиковая стена перед ними неожиданно расступилась, открывая широкий проход. Трэрг сделал шаг к выходу и остановился на пороге. Перед ним, у дальней стены просторного зала, чернела рифленая арка Врат в Смерть.

Шаман вошел в зал, и помещение немедленно осветилось тусклым светом вспыхнувших под высоким потолком волшебных камней. В их мертвенно-белом свечении покрытая символами некромантов арка производила еще более зловещее впечатление. Стены, пол, потолок и сами Врата были сотворены из рифленой стали мрачного цвета, несущей на себе то ли клейма мастеров Некроса, то ли неизвестные письмена некромосов. Безжизненный стальной мешок более всего напоминал склеп, и мертвенный холодок, царящий внутри зала, лишь дополнял это ощущение.

— Какие огромные… — шепотом произнесла Айлани. Она подошла к арке и осторожно провела по ней рукой, — портал в кабинете Короля втрое меньше… Я чувствую магию Некроса! — Принцесса обернулась к Трэргу: — Врата изучают нас!

— Они ждут условного сигнала. — Шаман, сжимая в руке подвеску, приблизился к Вратам. — Портал откроется лишь перед медальоном Некроса. Колдунья говорила, что некроманты прикасаются им к Вратам, и только после этого те открываются.

Однако арка безмолвствовала. Трэрг обошел ее вокруг, прислоняя подвеску к разным частям рифленой стали, но ничего не происходило. Он потратил на поиски решения минут десять, но так и не смог найти способ активировать портал. Шаман остановился перед Вратами и задумался.

— Если Врата чувствуют подвеску, то в месте прикосновения должен быть выход магических потоков, — предположил он, мысленно ощупывая арку, — самый ближний находится… — Трэрг потянулся за магическими вибрациями, — там! — Он указал на правую сторону арки: — Где-то в районе твоего живота!

Айлани подошла к нужному месту и внимательно осмотрела стальную поверхность.

— Здесь словно небольшая трещина, — нахмурилась она, — более ничего нет.

Шаман вслед за ней приблизился к мощной дуге портала и пригляделся. Трещина была скорее специально изготовленной прорезью, слишком ровными и гладкими были ее края. А еще она по ширине своей очень походила на подвеску.

— Некромант должен коснуться Врат медальоном… — задумчиво повторил Трэрг.

Он взял подвеску Некроса двумя пальцами у отверстия для цепочки и вложил ее в прорезь. Ее щель и медальон совпали идеально. Плоский прямоугольник подвески вошел внутрь арки наполовину, раздался тихий щелчок, и в тот же миг Врата загудели, наливаясь энергией. Айлани опасливо попятилась назад. В следующее мгновение арка вспыхнула холодным светом, и внутри нее возникло слабо подрагивающее магическое свечение. Мертвое волшебство некромантов густо хлынуло от пробудившихся Врат, и Принцесса почувствовала, как из портала в их мир потянулись едва осязаемые щупальца губительной магии пропитанного смертью материка. Путь в Некрос был открыт.

Трэрг смотрел на ровное сияние портала, сопровождающееся тихим жужжанием, и вспоминал слова Гнурда Пронзительный Взгляд. Там, за белой пеленой волшебной энергии, его ждет демон Ашк’Харра, предвкушающий появление лакомства в виде свежей человеческой души. Хватит ли сил сразить древнее чудовище? Увидит ли он когда-нибудь родной клан, отца, мать, брата, величественные стены Главного стана? Или совсем скоро станет пищей для гниющих заживо детей Некроса? Когда-то очень давно великий шаман поверг демона в поединке разумов, но ведь легендарный герой был Орком! Достанет ли мужества и крепости воли ему, Трэргу? Ведь в нем течет кровь Людей, народа, обладающего столь многим количеством низменных и ничтожных качеств. Шаман решительно отогнал от себя мрачные мысли. Он не отступит! Он будет драться до последнего проблеска мысли, до последнего хрипа в легких, до последнего удара сердца! Огонь, запертый в очаге, всю жизнь свою стремится вырваться наружу и так и умирает пленником. Но если ему удается получить свободу, бушующее пламя не признает никаких границ и компромиссов. Оно сражается до конца и либо погибает под водяными струями тушащих пожар, либо выходит победителем, сжирая все на своем пути. Огонь, его верный друг и брат, не ведает третьего пути, и не желает его ведать. И он, Трэрг, докажет, что не зря удостоен огненного родства. В его груди бьется сердце Орка! Победа или смерть, вот незыблемое правило воинов Ругодара! И кровь Людей, текущая в жилах, не будет ему помехой. Быть человеком — это еще не приговор. Он вспомнил, как сражались рыцари Графа Рэйнора, зная о неминуемой гибели, как смотрел в лицо смерти обреченный на казнь Румака, как бесстрашно шел в свой второй и последний бой Эрлад, его маленький собрат по оружию. Шаман зловеще улыбнулся и потянул из ножен меч. «Дрожи же, демон, ибо я иду к тебе!».

— Идем, — коротко сказал он Айлани и шагнул в подрагивающее чрево портала.

В первую секунду Трэргу показалось, что Врата вместо Некроса вынесли его обратно в Проклятый Храм, настолько похожи оказались залы порталов. Только этот склеп был гладок и тянулся дальше, словно неведомый строитель специально отвел здесь место для встречающих или провожающих. Как и в Проклятом Храме, кругом было пусто. Спустя мгновение из магического сияния торопливо выскочила Принцесса. По лицу девчонки было видно, что лично ее более пугает перспектива остаться одной в мрачном Храме, нежели отправиться вместе с шаманом прямиком в обитель демонов.

— Я чувствую гниль Некроса, — негромко произнесла Айлани, прислушиваясь к волшебным потокам, — она повсюду! Даже воздух пропитан ею… — Принцесса прикрыла глаза, сосредотачиваясь, — она стремится медленно отравить нас, разрушить живые клетки, поразить кровь отвратительным ядом… Как они здесь живут?

Она пожала плечиками и сплела вокруг себя из потоков целительной магии простенький кокон, заставляя мертвенную гниль обтекать ее стороной. Стоящий рядом Трэрг закрылся Магическим Щитом. Волшебная защита обезопасила его, но пронизывающая воздух гниль уже успела впитаться в тело, и шаман чувствовал, как отдающий мертвечиной яд медленно, но неуклонно начинает расползаться по организму. Ладно, по крайней мере, он стал недоступен для остальной дряни, витающей вокруг.

— Ваше Величество, — девчонка, нахмурившись, внимательно смотрела на него, — я чувствую яд Некроса внутри вас…

Громкий резкий рев заглушил ее слова, заставив Принцессу испуганно вздрогнуть. Под потолком зала отрывисто вопил невидимый сигнальный рог, оглушительно сотрясая воздух короткими гудками. Освещающие помещение волшебные камни сменили цвет с белого на красный и начали вращаться, бросая вокруг себя багровые блики, отчего по потемневшему залу заметались кровавые тени. Еще мгновение назад гладкие стены разверзлись множеством отверстий, из которых к прибывшим Людям хищно потянулись короткие стальные жала. Портал мгновенно погас.

— Сторожевые артефакты! — воскликнул Трэрг. — Назад! — Он схватил Принцессу за руку и толкнул за мощную станину арки. — Укройся за Вратами! Не высо…

Боевые артефакты взвыли пронзительным визгом и одновременно изрыгнули в шамана длинные Метеоритные Потоки. Нескончаемые струи раскаленных частиц со всех сторон ударили в Магический Щит, стремясь пробить защиту и в одно мгновение превратить человека в кровавое месиво. Трэрг отшагнул назад, заслоняя собой забивающуюся под арку девчонку, и влил в Щит самый мощный поток энергии, какой только мог, пытаясь удержать защиту под бешеным натиском исторгающих раскаленную смерть сторожевых артефактов. Но магия Некроса была слишком сильна. Питать Магический Щит бесконечно было невозможно, а визжащие жала все не истощались, их Метеоритные Потоки не ослабевали, остервенело вгрызаясь в истончающуюся защитную сферу. Трэрг выбросил руку вперед, посылая Молнию в один из плюющихся метеоритами артефактов, и резким прыжком отскочил в сторону, стремясь уйти из-под жестоких ударов. Творение некромантов не выдержало разряда и взорвалось, исторгнув из себя целый сноп искр. Оставшиеся жала качнулись вслед за шаманом, и раскаленные Метеоритные Потоки продолжили терзать прозрачную сферу Магического Щита. Трэрг сделал еще один прыжок, выигрывая время для оценки обстановки. Неужели потенциал сторожевых артефактов некромосов бесконечен? Узилище любого заклятия уже давным-давно иссякло бы. Но изрыгающие смерть стражи не ведали усталости, неотступно следуя за шаманом пылающими огнем жалами. Но поразить их все-таки можно, а раз так, то надо сражаться, пока еще есть силы держать защиту.

Трэрг рванулся в сторону, на краткий миг уходя от рвущих Магический Щит раскаленных частиц, и разъяренные метеоритные потоки ударили в пол, с громким визгом рикошетируя в стену и потолок. Жала, почуяв движение жертвы, упрямо дернулись вслед за целью. Воспользовавшись удачным моментом, шаман ударил Ветвистой Молнией сразу по трем артефактам. С громким треском и яркими вспышками стражи лопнули, разбрасывая вокруг себя дымящиеся осколки, и замолкнувшие жала безвольно повисли, курясь тонкими струйками сизого дыма. Питать Магический Щит сразу стало легче. Трэрг, хаотично меняя направление движения, рванулся к центру зала, сбивая атаку сторожевых артефактов и нанося удары Молниями. Спустя несколько мгновений бой был закончен. Развороченные разрядами жала бессильно замерли, и только последнее из них, надрывно визжа от слепой ярости, бессильно щелкало сухим металлическим звуком, все еще следя за каждым шагом шамана. Так, значит, есть все-таки предел и у артефактов Некроса, подумал Трэрг. Он подошел к оскудевшему сторожевому артефакту и коротким ударом магической стрелы прожег его насквозь. Брызнули искры, хлопнул взрыв, и жало, медленно прекращая визжать, дернулось в предсмертной конвульсии и поникло.

Трэрг устало потер лоб. Бой дался ему нелегко, слишком могущественными оказались потоки магии, излитой на него творениями некромантов. Сейчас бы немного отдохнуть и восстановить силы, но на это нет времени. Кто знает, как быстро Детям Некроса станет известно, что кто-то проник в их владения. Трэрг поискал взглядом девчонку. Та была цела и осторожно выглядывала из-за испещренной вмятинами от метеоритов арки врат. Шаман уже хотел позволить ей покинуть убежище, как вдруг за его спиной раздался знакомый шорох разверзающейся стены. Он молниеносно развернулся, прямо в движении закрываясь Магическим Щитом, и тут же все вокруг потонуло во вспышке мощного взрыва. Трэрг почувствовал, как в его защиту ударила столь могучая сила, что Щит в одно мгновение ослабел вдвое. Шаман метнулся в сторону, выходя из облака серого дыма, и в следующий миг увидел своего противника.

В открывшихся дверях стоял Железный Голем. Отчеканенное из брони четырехрукое чудовище высотою в два человеческих роста смотрело на него глазами, пылающими кроваво-красными лучами. Трэрг швырнул в него Боевой Пульсар и отпрыгнул в сторону, восстанавливая свою защиту. Пульсирующий сгусток энергии врезался в грудь Голему и с грохотом разорвался, сметая с пола обломки сторожевых артефактов и железное крошево остывших метеоритов. Но Голем даже не дрогнул. Он механическим движением развернулся к шаману, и с его плеча сорвался пылающий огнем камень. Оставляя за собой дымящийся след, летящий болид в мгновение ока описал в воздухе короткую дугу, разворачиваясь, и ударил в Магический Щит Трэрга. Пространство вокруг него снова утонуло в пламени мощного взрыва, терзая барабанные перепонки оглушительным грохотом. Защитная сфера дрогнула, теряя прочность, и лишь великим усилием шаману удалось удержать защиту. Он рывком сместился подальше от застилающего обзор дыма и бросил в противника второй Боевой Пульсар. Голем потонул во вспышке взрыва, но теперь Трэргу был хорошо заметен матовый блеск волшебной защиты. Удивляться могуществу некромантов, способных оснастить неживое создание Голема Магическим Щитом, не было времени. От железного чудовища к нему уже летел третий болид. Шаман встретил его на полпути Огненным Веером. Густой поток пылающих жемчужин поглотил летящий камень и брызнул в разные стороны, разметанный случившимся взрывом. Трэрг, не теряя времени, бросил в Голема Оцепенение. Но сила стального монстра была столь велика, что заклятье не смогло заставить его остановиться. Медленно продираясь через ставший плотным, словно камень, воздух, Голем расправил руки и нанес удар. Его нижняя пара рук, сжимавшая тупорылые жала, подобные сторожевым артефактам, взвыла, обрушивая на шамана Метеоритные Потоки, из направляемых верхней парой магических жезлов жемчужными бусами хлестнули цепочки Боевых Пульсаров. Небывалая мощь беснующихся волшебных энергий ударила в защитную сферу Трэрга, стремительно высасывая из него силы. Шаман отступал, удерживая быстро тающий Магический Щит, и один за другим посылал заклятья Огненного Веера навстречу срывающимся с плеч Голема разрывным болидам. Просторный зал наполнился дымом, грохотом взрывов и визгом осколков, тонущим в монотонном вое жал, исторгающих Метеоритные Потоки.

Трэрг чувствовал, как слабеет защита, но сил на атаку уже не осталось. Он собрал волю в кулак и изверг в грудь железного монстра Великую Молнию. Магический Щит Голема погас, не выдержав энергетического импульса, Оцепенение сорвалось, и железный великан, внезапно лишившись оков, неуклюже рванулся вперед, падая на пол. Шаман ударил Боевым Пульсаром, но защита вокруг Голема вспыхнула вновь, отражая взрыв. Чудовище ловко поднялось на ноги и обрушило на ослабевшего Трэрга всю свою мощь. Что-то сильно ударило в ногу, с режущей болью вгрызаясь в бедро, затем в грудь и живот, сбивая шамана с ног. Он упал на пол, чувствуя, как наполняется кровью рот и от резкой боли темнеет в глазах. Магический Щит уже не мог удержать атак железного гиганта, и угасающее сознание Трэрга медленно поплыло во тьму, скользя мимо надвигающегося на него монстра.

Внезапно по его телу словно прошла теплая волна, и к Трэргу вернулась ясность мышления. Он инстинктивно переставил Магический Щит, и вновь хлестнувшие из рук Голема потоки яростной энергии увязли в защитной сфере. Шаман вскочил на ноги и скользнул взглядом по телу. Разорванные доспехи были пропитаны кровью, но на коже не оказалось ни одной раны, лишь перечеркнувший бедро свежий шрам растворялся прямо на глазах. Боль ушла, сменившись приливом сил и ощущением исходящей от девчонки мягкой энергии, легким облаком окутавшей тело. Трэрг бросил короткий взгляд на светящуюся теплым белым светом сферу энергии, внутри которой угадывался женский силуэт, и в этот момент Голем швырнул разрывной болид практически в упор. Могучий взрыв заставил железного великана сделать несколько шагов назад, но защита шамана выдержала удар. Голем восстановил равновесие и полыхнул в Трэрга сосредоточенным ударом всех четырех рук, но шаман уже не чувствовал усталости, и Магический Щит поглотил выброс смертельных энергий. Трэрг сжал магические потоки в тугую пружину и в стремительном рывке освободил рвущуюся на свободу мощь. Великая Молния пробила защитную сферу железного монстра и превратила одно из жал в пучок искореженного металла.

Голем сориентировался мгновенно. Он прекратил атаковать шамана и бросился к целителю, стремительно разворачивая руки для удара по невесомому сиянию Биения Жизни. Волшебные жезлы вспыхнули, исторгая поток Боевых Пульсаров, и уцелевшее жало снова взвыло, готовясь испустить Метеоритный Поток. Не теряя драгоценных мгновений, Трэрг снял с себя Магический Щит и перевесил его на девчонку. Прежде чем смертельный ураган жестоких энергий врезался в беззащитное свечение Белого Мага, вокруг девчонки вспыхнула прозрачная сфера волшебной брони. Защита выдержала удар, и в следующий миг шаман мощным разрядом сжег монстру второе жало. С плеча Голема сорвался очередной болид, и Трэрг влил в закрывающий девчонку щит столько энергии, сколько мог. Но болид не ударил в целителя. Сделав в воздухе стремительный разворот, огненный камень молнией рванулся к шаману. За неуловимый миг до удара Трэрг бросился в сторону, избегая столкновения с летящим болидом, и сильнейший взрыв застал его прямо на лету, швыряя в стену. Он почувствовал, как множество осколков впиваются в тело, дробя кости, разрывая мышцы и ткани, и, врезавшись в стальную преграду, на краткий миг от всепоглощающей боли потерял способность видеть.

Рухнув на пол, Трэрг ощутил пришедший от девчонки поток целительной магии. Под действием исцеляющих чар начала отступать терзающая нервы боль, и он заставил себя открыть глаза, отыскивая взглядом Голема. Шаман увидел его сразу. Железный монстр, содрогая пол ударами тяжелых шагов, мчался к нему, стремясь добить раненого врага. При этом руки стального гиганта были обращены к укрытой Магическим Щитом девчонке, и волшебные жезлы осыпали ее ударами боевых заклятий. Защитная сфера, укрывающая Белого Мага, быстро таяла. Шаман попытался встать на ноги, но не смог. Голем приближался слишком быстро, и целительная магия не успевала за его скоростью. Тогда Трэрг, превозмогая вспыхнувшую боль, приподнялся на иссеченных осколками руках и бросил в надвигающегося монстра Оцепенение. Голем резко увяз в плотном воздухе, его механизмы взвыли от натуги, и железное чудовище принялось продираться через внезапно возникшую преграду к истекающему кровью человеку. Новый целительный поток ослабил боль, и дышать стало легче. Шаман засунул руку в подсумок доспехов и извлек Слезу Некроса. Он сжал в руке мертвенно-холодный зеленый шар и посмотрел на сияющую за аркой врат сферу Биения Жизни. Девчонка уцелела, Магический Щит еще держался, его остаток ослабит яростный удар. Трэрг собрал оставшиеся силы и вонзил в плывущее к нему стальное чудовище Великую Молнию. Мощный разряд сорвал с Голема Оцепенение и сбил защитные чары. Инерция швырнула монстра вперед, и он рухнул прямо перед лежащим на полу шаманом. Трэрг сдавил пальцем активирующий кристалл и толкнул Слезу Некроса под пытающуюся подняться стальную громадину Голема. Матовый зеленый шар закатился под перебирающий жужжащими конечностями железный корпус, и шаман неловко свалился на бок, пытаясь откатиться подальше. Мощного взрыва, отшвырнувшего его, словно тряпичную куклу, он уже не слышал.

— Трэрг! Вы меня слышите? — Смутно знакомый женский голос ворвался в сознание, бесцеремонно изгоняя сон. — Ваше Величество, посмотрите на меня!

Шаман открыл глаза и увидел взволнованное лицо девчонки, склонившейся над ним. Возле ее головы переливалось белым свечением висящее в воздухе Око Целителя.

— Как вы себя чувствуете? — повторила она.

— Нормально. — Трэрг сел и огляделся. Осветительные камни все еще вращались, гоняя по стенам багровые тени, но боевой рог уже не звучал. Некогда чистый зал с ровными стенами был испещрен вмятинами и засыпан искореженными частями сторожевых артефактов и раздробленными кусками метеоритов. Посреди помещения дымилась крупная вмятина, вокруг которой были разбросаны остатки Голема. Разодранный Слезою Некроса корпус монстра лизали слабенькие языки пламени, густо чадящие сизым дымом. Коптящие струйки дыма лениво тянулись куда-то к потолку, словно тот пытался высосать их из поверженного Голема.

— Долго я тут лежал? — Шаман посмотрел на девчонку.

— Несколько минут, — ответила та, — я исцелила вас сразу же, как перестало звенеть в ушах от грохота! — Она покосилась на останки железного монстра и коротким заклятьем убрала со своей руки глубокую кровоточащую царапину.

— Щит не выдержал? — Он скользнул взглядом по следам крови на ее рукаве.

— Выдержал. Он лопнул уже после взрыва. Это я от неожиданности упала, — призналась Принцесса, — поцарапала руку обо что-то… — Она замялась, неловко опуская глаза: — С вами точно все в порядке, Трэрг?

— Тебе видней, — коротко усмехнулся шаман, — ты же Белый Маг! — Он уверенным движением встал на ноги.

— Я старалась… — Айлани стушевалась под его взглядом, — то есть, я боялась не успеть… у вас были слишком тяжелые повреждения… оба нижних легких лопнули… — Она окончательно смутилась и замолчала.

— Я чувствую себя полностью в норме. — Трэрг сделал несколько широких шагов и подобрал свой меч. — Пойдем. Надо найти демона. — Он вложил меч в ножны и направился к выходу, через который появился Железный Голем. В дверях он остановился и оглянулся на Айлани: — Ты молодец. Спасибо.

Шаман вышел из зала, и Принцесса поспешила за ним, удивляясь тому, как скупая похвала неожиданно вызвала у нее целый поток теплых эмоций. Она догнала Трэрга и продолжала идти немного позади него, стараясь держаться за мощной спиной рослого воина. Внезапно она поймала себя на мысли, что светится от радости и беззаботно шагает за своим спутником по пропитанным смертью стальным туннелям Некроса, разглядывая его перевитую канатами мышц фигуру. Айлани поспешно заставила себя сосредоточиться.

За дверями зала портала атмосфера стала еще более смертоносной. Витающая в воздухе гниль мертвого материка была здесь много сильнее, и по расчетам Принцессы выходило, что обычный человек вряд ли сможет сопротивляться ей более трех суток. Слепая гниль медленно сожрет его, неумолимо разрушая все клетки организма одну за другой. Невидимый яд впитывался в тело, проникая в самые кости, и уже никогда не оставлял свою жертву. Даже если путник покинет Некрос живым, въевшаяся в кровь и плоть зараза убьет его за неделю или чуть более. В любом случае, счет жизни несчастного будет идти на дни, возможно, недели, если организм его окажется силен природным здоровьем.

Она в который раз проверила сплетенный ею вокруг шамана магический кокон. Айлани заботливо исправила мелкую шероховатость плетения и с удовлетворением отметила, что Трэргу ничто не угрожает. Вьющиеся по его коже целительные потоки отторгали невидимые глазу частицы гнили, бесцельно летящие сквозь пространство с единственным желанием — отравить все живое на своем пути. Сама Принцесса чувствовала себя превосходно. Витающая в воздухе Некроса смерть отскакивала от нее, словно легкий ветерок от гранитной глыбы, не в силах справиться с внутренними энергиями Белого Мага.

Мрачный тоннель, слабо освещаемый багровыми бликами вращающихся под потолком волшебных камней, уходил вдаль, теряясь в кровавой тьме. Время от времени путникам попадались изображения дверей, нанесенные на стены по обе стороны зловещего пустынного хода. Айлани коснулась рукой одного из рисунков. Казалось, что сделан он был не красками, но с помощью тончайших разрезов, будто выпиливающих изображения в натуральную величину. Пройдя тридцать шагов, Наследник внезапно остановился.

— Демон рядом, — он потянул меч из ножен, — я чувствую его!

Словно услышав его слова, ближайший к ним рисунок двери разверзся, открывая вход в освещенную тусклым светом залу. Принцесса ощутила мертвую энергию некромантов, изливающуюся оттуда широким потоком. Демон был где-то там, и он приглашал их войти.

Трэрг гибкими движениями, подобно парду, стремительно скользнул внутрь. Айлани прижалась к стене, выжидая, но звуков боя не последовало. Она осторожно выглянула из-за стены. Наследник стоял посреди зала, сжимая меч в опущенной руке, и прислушивался к чему-то невидимому.

— Стой там! — не оборачиваясь, произнес Трэрг. — Не заходи сюда!

Принцесса отпрянула от входа и торопливо окинула взглядом помещение. Пустое в центре, вдоль стен оно было сплошь заставлено неизвестными предметами, незримо бурлившими потоками мертвой магии. Большие и малые, одни из них чем-то напоминали человеческую утварь, вроде столов, кресел или зеркал, другие, светящиеся россыпью разноцветных точек, не имели с миром Людей ничего общего. Но среди всего этого не было видно ничего и никого такого, что могло бы быть демоном Ашк’Харра. Зато мечущиеся по туннелю кровавые блики волшебных камней каждое мгновение шептали Айлани, что к ней уже подбираются жуткие чудовища. Она то и дело бросала по сторонам испуганные взгляды и, наконец, не выдержав, вбежала в зал, стараясь быть поближе к Наследнику. Едва она пересекла порог, как двери за ее спиной сомкнулись, слипаясь в глухую стену.

— Я же сказал тебе оставаться снаружи. — Трэрг, не глядя на нее, пристально обводил взглядом помещение. — Зачем ты вошла?

— Там страшно! — не стала темнить Айлани. — Я боюсь оставаться одна. А вместе мы справимся с любым демоном! — Она вызвала Око Целителя и огляделась. — Пусть только покажется! — Принцесса замолчала и некоторое время смотрела на напряженно замершего Наследника. — Не понимаю, почему он скрывается? Он хотел, чтобы мы пришли сюда, и мы пришли. Чего он ждет?

— Уже ничего, — медленно ответил шаман, — он ждал, когда ты войдешь. — Трэрг подобрался, словно изготавливаясь к тяжелой схватке: — Этот зал и есть демон.

В то же мгновение Айлани почувствовала, как сам воздух в помещении превратился в колючие иглы мертвой энергии и тысячи незримых когтей демона со всех сторон устремились к ней, безжалостно впиваясь в сознание. Мозг вспыхнул нестерпимой болью, тело свело судорогой, и зародившийся в груди крик страданий истек из мгновенно одеревеневшего горла надсадным хрипом. Нервы словно рвало на куски множество невидимых хищников, и бьющийся в жестокой агонии мозг не выдерживал яростной атаки демона. Сквозь захлестнувшую глаза кровавую пелену она увидела, как ее руки изогнулись в кровожадном захвате, и ставшее неподвластным разрывающемуся от боли мозгу тело бросилось на Наследника, пытаясь вцепиться в горло. Последнее, что уловил ее взгляд, была пустота, неожиданно возникшая на месте лица шамана, тут же сменившаяся стремительно приближающимся кулаком.

Трэрг коротким ударом отправил в забытье одержимую демоном девчонку, и разъяренный Ашк’Харра беззвучно взревел от бешенства. Демон мгновенно собрал все свои силы и нанес страшный удар. В первый миг шаману показалось, что его мозг взорвался вместе с черепом. Если бы в голову одновременно вонзилась сотня раскаленных стрел, боль была бы не столь ужасающей. Он почувствовал, что стоит на четвереньках, роняя изо рта капли свежей крови, и только судорожно давящие в пол руки удерживают его от падения, за которым невыносимые страдания сменятся блаженной эйфорией вечного сна. Шаман стиснул зубы, прокусывая губу, и заставил себя сесть на колени, удерживая руками расплывающийся в глазах пол. Зрение утонуло в красном мареве жуткой боли, и Трэрг закрыл глаза. Через мгновение все решится. Огонь вырвался из очага. Или он обретет свободу, или погаснет навсегда, и подошвы сапог разотрут в мелкую труху остатки углей. Шаман рванулся сознанием навстречу демону, без остатка вкладываясь в этот первый и единственный удар. Две могучие силы сшиблись в яростном столкновении, и магические потоки огромными водопадами хлестнули в разные стороны от эпицентра боя, словно океанские волны от места падения исполинской скалы. Колоссальная мощь демона не выдержала удара и брызнула мелкими осколками, незримым прахом опадая к ногам Трэрга. Лишившись сил, демон сдался.

Шаман открыл глаза. Нестерпимая боль прошла внезапно, уступая место необычайной ясности сознания. Трэрг поднялся на ноги. Он был внутри разума Ашк’Харра, и демон был готов повиноваться его воле.

«Сними с меня заклятье и верни мне мою силу!» — потребовал шаман.

Демон не спорил. Он не дерзил и не раболепствовал, не злился и не трусил. Ашк’Харра не проявлял никаких эмоций. Он молча указал человеку путь. Дальше по тоннелю есть другой зал. Там стоят ложа, на которых некроманты исцеляют себя от разложения посредством поглощения человеческой крови. Шаман должен возлечь на одно из них, и тогда демон выполнит его приказ. Трэрг подошел к стене, туда, где должен быть выход, и стена послушно расступилась перед ним. Он двинулся по мрачному тоннелю туда, куда указал демон.

«Есть ли способ сразить некромантов и неисчислимые полчища к’Зирдов?» — спросил Трэрг, приближаясь к нужному месту.

Способов оказалось великое множество. Демон послушно раскрывал внутри его мозга загадочные рисунки и чертежи всевозможных магических артефактов, предназначенных для убийства существ живых и не очень. Облеченные могучей силой, многие из них могли летать, словно птицы, плавать подобно рыбам и стремительно мчаться, опережая лошадей. Сложнейшая магия Некроса за долгие тысячелетия своего существования преуспела в делах смертоубийства, но знания эти мало чем могли помочь Трэргу. В мире Орков и Людей нет мастеров, способных понять чародейство некромантов.

Шаман приблизился к залу исцелений, и вновь стена с рисунком дверей разверзлась перед ним, открывая вход. Трэрг огляделся. Повсюду стояли ложа, опутанные паутинами разноцветных нитей, тянущихся к загадочным артефактам, заполняющим собою стены от пола и до самого потолка. Ближайшее к шаману ложе вспыхнуло цветными кристаллами, приглашая возлечь на себя, и Трэрг последовал указаниям демона. Он улегся на полумягкую поверхность, и стальная полусфера наплыла на него сверху, нависая над головой. Демон безразлично спросил, желает ли шаман получить зелье забвения, дабы не чувствовать боли. Трэрг, не желая доверять демону, отказался. В следующий миг кожу на его голове словно засунули в плавильную печь, окуная в жидкую сталь. Шаман зарычал от жуткой боли, и Ашк’Харра монотонно сообщил, что его воля исполнена. Теперь необходимо дождаться, пока освобожденный от оков мозг почувствует свою новую силу. Трэрг встал с ложа и тронул рукой пылающую голову. С нее обильно текла кровь. Он вспомнил про оставшуюся во чреве демона девчонку и направился к ней, покинув целительный зал.

«Как далеко отсюда до поселения некромантов?» — задал он вопрос демону.

Демон ответствовал, что они находятся на его окраине.

«Почему же Дети Некроса до сих пор не явились сюда?» — спросил Трэрг.

Ашк’Харра на неуловимое мгновение замешкался, после чего ответил, что некроманты спят и потому не знают о том, что происходит. Шаман заметил заминку и тут же обвинил демона во лжи, требуя правдивого ответа. Неожиданно демон отказался отвечать, заявив, что Трэрг не достоин получить это знание. Тогда человек усилием воли ворвался в память Ашк’Харра. Тот оказал сопротивление, но был повержен, и Трэргу открылась картина поселения некромосов.

Прорытый глубоко в недрах мертвого Некроса город оказался огромен. Многоэтажная паутина тоннелей тянулась под землей на многие долгие перебеги, но в залах и коридорах его не было жизни. Три тысячи некромантов в волшебных альковах спали летаргическим сном, и демон Ашк’Харра, их верный слуга, охранял их покой, преданно служа своим хозяевам в каждой пяди подземного города. Ибо он сам и был городом, его мертвой душой, не знающей отдохновения и не нуждающейся в нем. Но демон солгал. Не все некроманты пребывали в многолетнем сне. Те немногие из них, что несли стражу, уже спешили сюда, собираясь в отряд, готовя боевые жезлы и пробуждая Железных Големов. И каждую секунду некромосы видели его глазами демона.

Трэрг бросился бегом, врываясь в залу с лежащей на полу девчонкой. Он схватил ее за плечи и затряс, приводя в чувство. Та устало открыла глаза и скривилась от боли, потянувшись к голове.

— Что со мной… — вяло произнесла она, — больно… где мы?

— Вставай! — Он рывком поставил ее на ноги. — Надо немедленно уходить! Сейчас здесь будут некроманты!

Шаман впился своею волею в разум Ашк’Харра и, сметая сопротивление демона, взглянул его глазами на приближающихся некромосов. Они были уже близко. Неуклюже ступая дергаными неестественными шагами, восьмерка закованных в гладкую черную броню воинов с мощными боевыми жезлами спешила по тоннелю к их залу, сопровождаемая четырьмя Железными Големами. Еще один некромант двигался с другой стороны, стремясь отрезать их от залы с порталом. Трэрг выхватил меч и бросился к стене, туда, где за сверкающей огнями кристаллов стальной шторой густо истекала магической энергией душа Ашк’Харра. Он несколькими мощными ударами зачарованного клинка прорубил дыру в железной плоти демона, перерезая несущие потоки невидимой крови вены, и вырвал из демонической груди сверкнувший искрами артефакт, подобный обрубку копейного древка. Демон безразлично сообщил, что у него много душ и потеря одной суть ничто для него, и захлопнул двери, пытаясь замуровать Людей внутри себя. Но вновь не смог противостоять воле Трэрга и послушно разверз стену.

— Пошли! — Шаман схватил девчонку за руку и потащил за собой. — Они уже близко!

Принцесса нетвердыми шагами спешила за ним, пытаясь не отставать. Они достигли залы портала, и Трэргу снова пришлось сломить сопротивление демона. Двери открылись, и он втолкнул девчонку внутрь.

— Беги к порталу! — Шаман заметил мелькнувшую в тоннеле черную фигуру и на всякий случай бросил на девчонку Магический Щит. — Как только он пробудится, ступай в него, не медли!

Он шагнул в зал и развернулся лицом к дверям. Ожидая появления некромоса, Трэрг медленно попятился к арке врат. Повинуясь его воле, демон повелел порталу проснуться, и мощная арка тихо загудела, наливаясь магическим свечением. Некромант появился в дверях в тот момент, когда врата вспыхнули холодным сосредоточием энергии. Девчонка бросилась в портал, и некромос вскинул жезл, направляя ей в спину Боевой Пульсар. Трэрг выбросил руку навстречу сверкнувшему заклятью, и сгусток смертельной энергии, изменив направление, прилип к его ладони. Он убедился, что девчонка исчезла во вратах, и швырнул Пульсар обратно владельцу. Взрыв заставил некроманта отшатнуться, он припал на одно колено, удерживая жезл, и испустил в Трэрга целую цепочку Боевых Пульсаров. Шаман, отступая к порталу, попытался поглотить поток сильнейшей боевой магии. Неожиданно это получилось совсем легко. Не успев удивиться, он стремительным рывком воли наугад собрал волшебный поток и ответил некромосу Молнией. Ударивший в черную фигуру разряд оказался такой силы, что некроманта мгновенно разорвало на части. Боевой жезл взвился под потолок зала и с лязганьем рухнул под ноги Трэргу. Шаман пару секунд смотрел на упавший артефакт, после чего подхватил его и нырнул в сияние портала.