Глава 4. АРЗАННА.

Три сотни закованных в сталь исполинских воинов, восседающих на громадных ругодарских скакунах, замерли в лиге от центральных ворот главного стана. Их огромные кони, от могучего хвоста и до кончика носа затянутые в усиленную латными пластинами кольчугу, с нетерпением клацали ужасающими пастями, демонстрируя чудовищных размеров зубы. Айлани вспомнила, как на ее глазах боевой оркский скакун одним движением откусил голову к’Зирду, и слегка поежилась. Близится великая война, и прольются океаны крови. Как же все это жутко и неестественно для Белого Мага. Неужели мир Парна не может жить по-другому, в согласии друг с другом? Она в который раз вспомнила свое бегство от пиратов и ту остановку в маленьком вакрийском лесу, на которой Наставник рассказывал ей о различиях в магии Людей и Орков. Вакрийские деревья — вот истинный пример для подражания. На островах архипелага Вакрио слишком мало плодородной земли, однако их деревья не стали убивать друг друга даже ради жизненного пространства. Вместо этого они оказались еще ближе к себе подобным, еще выше и благороднее. Стоило бы и всем остальным поступить так же и стремиться стать ближе, возвышенней и благородней, а не отбирать друг у Друга множество жизней по причинам, зачастую не стоящим и малой капли крови!

Принцесса еще раз вгляделась в Око Целителя, убеждаясь, что сделала все, что только возможно, и сообщила сидящему в походном кресле Эльфу в длинных белых одеждах:

— Исцеление завершено. Милорд, можете вновь облачаться в доспех. — Она погасила переливающийся белой энергией шарик Ока. — В ближайшие две зимы посох вам не потребуется, и потому вы можете более не пачкать свой боевой жезл о землю. Попробуйте встать самостоятельно, без опоры.

Седой Эльф довольно бодро поднялся с кресла. Старый маг, специализирующийся на волшебстве порталов, которого выделил им в помощь Элефендил Эльфийский, оказался немногим менее немощен, нежели сам Великий Князь. Айлани пришлось потратить четверть часа на обновление его организма и борьбу со всевозможными старческими болячками. Для этих целей у ворот главного стана спешно растянули походный шатер, дабы не тратить время на переезды по обширной столице, внутри которого Принцесса создала кокон из потоков целительной энергии. Находящийся под защитой кокона воздух она изменила до привычного Эльфам состояния, и едва переставляющий ноги эльфийский старец смог снять свои серебряные доспехи, не опасаясь отравления.

— Как вы себя чувствуете? — поинтересовалась Айлани. — Есть ли жалобы, ощущается ли недомогание?

— Я не чувствовал себя так превосходно вот уже двести лет! — улыбнулся эльфийский маг, ловко надевая на себя части доспеха. Его пальцы порхнули по покрывающим их светящимся кристаллам, и болтающиеся на нем доспешные пластины зашевелились, облегая его тело. — Я давно отвык от подобной легкости в движениях, — старый Эльф не скрывал удовлетворения, — и уже свыкся с мыслью о вступившей в свои права старости. Но сейчас я ощущаю себя словно помолодевшим! Вы величайший Белый Маг из всех, что мне довелось увидеть, и я с превеликим удовольствием вознесу хвалу Всевышнему за ваше появление на свет! — Части его доспеха слились в единое целое, и Эльф закрыл забрало шлема, выполненное из абсолютно прозрачного волшебного металла. — Я готов к работе, и теперь мне не стыдно показаться на людях! — Он подхватил могучий боевой жезл и забросил его за спину. Тот немедленно прилип к доспехам, словно покрытый смолой мергийского широколистного шишечника.

Принцесса в сопровождении эльфийского мага покинула шатер и направилась к отряду воинов, бросая невольный взгляд на главный стан. В ярких лучах полуденного солнца он был еще прекраснее, чем обычно. Лазурь венчающих сторожевые башни сверкающих боевых артефактов, словно океанский водоворот, струилась внутри гигантских кристаллов. Серый гранит исполинских крепостных стен, ощетинившихся мощными клыками зубцов, будто искрился в потоках солнечных лучей, а развевающееся разноцветье флагов придавало главному стану вид истинной столицы могучего государства. Тройка степных когтекрылов, парящих высоко в прозрачном, словно хрусталь, небе, время от времени величественно испускала протяжные крики, по-хозяйски осматривая раскинувшийся вокруг главного стана бесконечный ковер Ругодара, на котором буйствовала всевозможными красками Пора Цветения.

Перед отрядом клыкастых исполинов стоял Наследник в окружении брата и командиров стальных сотен. Они что-то обсуждали с лордом Тэрвисом и Виконтом Вэйдином, позади которых стояла Первая Фрейлина, держа в поводу свою пустынную лошадку, донельзя навьюченную разными сумами.

— Лимми, что это? — Айлани удивленно указала на огромное количество скарба, увязанное на несчастной лошади.

— Как что? — удивилась Первая Фрейлина. — Ваш багаж, Ваше Высочество! Не извольте беспокоиться, на сей раз я взяла только самое необходимое, с разрешения Лранги! Весьма любезная и культурная девушка, она самолично помогала мне снарядить коня!

— Полагаю, дом главного шамана клана лишился всего своего имущества! — едко заметил Наставник. — Ибо я не припоминаю, чтобы мы брали с собою в пустыню такое количество багажа.

— Это потому, что ты все проспал, старый бездельник! — накинулась на него старушка. — Да что ты вообще понимаешь в тонкостях правил королевских туалетов! Тебе лишь бы сэкономить на ребенке, старый скряга! А если в столице идут сражения или волнения и торговцы заперли свои лавки и магазины да попрятались по подвалам? А если кровожадные заговорщики разграбили покои Принцессы и там ничего не сохранилось? В чем, по-твоему, Ее Высочество должна предстать перед своими подданными? В жалкой дюжине платьев? В единственных оставшихся семи парах сапожек? Я уже не говорю, что не осталось и пары бальных туфелек! Какое немыслимое кощунство! Если бы ты хоть немного интересовался теми ужасными лишениями, которые приходится терпеть Принцессе который уже месяц, то знал бы, что в сражениях с этими жуткими Детьми Некроса Ее Высочество потеряла заколку работы самого Элсагода! Теперь их тринадцать вместо четырнадцати! Весьма недоброе число, я даже не знаю, что делать…

— Зато самое счастливое число среди народа Орков! — вскричал Гронг Неотразимый Удар. — Потому, раз заколка утеряна безвозвратно, предлагаю Белому Магу отрастить клыки! Другого выхода нет!

Громоподобный хохот зеленокожих исполинов был подобен взрыву, заставив вспорхнуть в небо стайку крохотных степных птиц, деловито ковыряющихся в цветах в поисках сладкой пыльцы. Увидев, что взгляды всех присутствующих обращены на нее, Лимми сконфуженно замолчала, сверкнув глазами на старого Наставника. Судя по выражению ее лица, лорда Тэрвиса в ближайшем будущем ожидает серьезная взбучка.

— Каково самочувствие Сына Богов? — Наследник посмотрел на старого эльфийского мага и перевел взгляд на Айлани: — Можем ли мы отправляться?

— Вполне! — ответствовал Эльф. — Я чувствую себя как нельзя лучше и с удовольствием исполню свой долг.

— Тогда начнем немедленно! — провозгласил Гронг. — Воины застоялись без битвы, и кони нервничают от безделья.

— Отправляйтесь к своим бойцам, — обратился к оркским командирам Наследник, — и скажите, чтобы вступали в портал рядами по пять всадников.

— Где вы собираетесь делать выход, Ваше Величество? — поинтересовался Виконт Вэйдин, провожая взглядом синхронно перестраивающих строй оркских воинов. Четкости и слаженности их движений позавидовал бы даже церемониальный караул Королевского Дворца.

— Я не знаю той местности, — пожал плечами Трэрг, — никогда ее не видел. Открою приблизительно в тех краях. Там сориентируемся, после открою еще. Думаю, после четвертого раза окажемся в нужном месте, где-нибудь недалеко от столицы.

— Позвольте предложить более экономичный способ! — вмешался лорд Тэрвис. — Ведь порталы отнимают массу силы! Возможно, вам удастся достичь Арзанны за два портала! В подобных случаях первый портал открывается на максимально доступное расстояние, а второй рассчитывается, исходя из уже знакомых ориентиров в конечной точке путешествия. Хоть вы и не можете помнить подобных вещей, но все же вы были там в первый день после рождения. Спасаясь от заговорщиков, Королева Арилла с вами на руках прошла порталом Башни Родбонга. Вибрации и излучения Башни столь могущественного чародея не могли не оставить хотя бы малейшего отпечатка в вашем сознании. Попробуйте изучить магические потоки, переливающиеся в той части Эфрикка, где вы рассчитываете обнаружить Редонию. Возможно, вы почувствуете среди них нечто знакомое. Что бы это ни было, оно может находиться только в Арзанне либо в Башне Родбонга, ибо в ту ночь вас проносили через две арки. Открывайте портал туда!

— Покои Королевы Ариллы запечатаны вот уже тридцать лет, — вздохнула Лимми, — не знаю, в состоянии ли пробудиться врата ее спальни.

— А Королевский Кабинет не вместит в себя и двадцати оркских воинов верхом на скакунах! — покачала головой Принцесса.

— И еще стоит помнить, что непокоренная Башня убивает вторгшегося в себя человека мгновенно! Нужен, минимум, Лазурный ранг магии, — подхватил Тэрвис. — Необходимо убедиться, что портал безопасен для воинов!

— Понятно, — ответил Наследник, — но, думаю, я обойдусь одним портом. Я открою его и пройду первым. За мной проследует Гронг Неотразимый Удар. Если место окажется подходящим, он вернется за остальными.

Трэрг обернулся лицом к степи и плавно развел руки в стороны. В тот же миг Айлани почувствовала знакомое ощущение сдвига колоссальных магических потоков. Пронизывающая мир магия вздрогнула, изменяя свое течение, и в воздухе вспыхнула угольно-черная рябь портала, отвечая солнечным лучам маслянистым блеском. Лорд Тэрвис и Виконт Вэйдин молча переглянулись.

— Магия Наследника обрела черный цвет! — почти неслышно прошептала Лимми, но Наставник незаметно дернул ее за рукав, и старушка немедленно умолкла.

Тем временем Трэрг уже скрылся в портале, и огромная фигура Гронга нырнула в черноту искрящейся энергии вслед за ним. Спустя минуту зеленокожий гигант вернулся и подошел к остальным.

— Нашли какую-то башню на скалах, — сообщил он. — Огненный Смерч говорит, что она заброшена. Внизу человеческий город, выходящий к берегу моря. С другой стороны города, также на скалах, виден весьма немалых размеров дворец из белого камня.

— Это Арзанна! — воскликнула Принцесса. — Я узнаю Белый Дворец даже по столь лаконичному описанию! Скорее отправляемся туда! — Она потянулась к поводьям своей могучей оркской лошади.

— Сначала пойдут воины, — остановил ее Гронг, — необходимо соблюдать скрытность! Из города нас не видно, но наблюдатели на башнях замка могут заметить высадку отряда и поднять тревогу. Очень не хочется, чтобы враги разбежались, лишив нас счастья вступить в битву. Потому проходить будем пешими, ведя коней в поводу.

— В этом нет необходимости, во Дворце и в столице уже объявили тревогу, — Виконт Вэйдин усмехнулся, — и признаюсь, меня переполняет злорадство при мысли о том, в каком недоумении сейчас находятся изменники! И они даже не догадываются, до какой степени неожиданный сюрприз их ожидает!

— Башня находится под тайным наблюдением? — нахмурился Гронг. — За ней неусыпно следят шпионы?

— Башня Родбонга заброшена три десятка лет, и все эти годы никто не приближался к ней, опасаясь навлечь на себя ярость Тайной Полиции Геордина, — ответил Старый Наставник, — дело не в ней. Суть же в том, что великую мощь портала, открытого магом ранга Черный Рыцарь, почувствовал каждый, даже самый слабый волшебник в Арзанне!

Клыкастый исполин одним движением взлетел в седло своего скакуна и заявил:

— Тогда тем более первыми пойдут воины! — Он воздел в небо хрардар и обратился к застывшим стальным шеренгам: — Благородные Орки! За мной!

* * *

Необузданные потоки Башни ревели, хаотично мечась, стиснутые стенами из волшебного камня. Их слепая ярость, лишенная хозяина и всякого смысла, направлялась друг на друга, бесконечно сотрясая скомканное течение исковерканных магических излучений, тем самым создавая непрекращающиеся вибрации, медленно продвигающие Башню к разрушению. Тихое тяжелое гудение отзывалось в ушах неприятным давлением, оповещая вторгшихся на порог незваных гостей о том, что беснующиеся магические потоки яростно желают разорвать на части мозг любого существа, попавшего во власть их бешенства. Однако уничтожить этих троих одичавшая Башня оказалась не в силах.

— Удивительно прекрасное творение. — Трэрг коснулся ладонью башенной стены. — Велики были умы тех, кто впервые измыслил подобное совершенное строение, — негромко сказал он, прислушиваясь к беснующейся в необузданной ярости магической мощи. — Эта Башня много крупнее и сильнее Башни Ломенара.

— Самая первая Магическая Башня была изобретена Фиолетовым магом Нелианором что-то около одиннадцати — двенадцати тысяч лет назад, — сообщил эльфийский чародей. Невидимые глазу, хаотические потоки беснующейся энергии пытались прорваться прямо сквозь его тело, и вокруг Эльфа часто вспыхивали едва заметные контуры эльфийского защитного барьера. — Жил он в Галтании. Там же и построили первую Башню, насколько я знаю, без нашей помощи. Конструкция ее оказалась несовершенной, и после смерти Нелианора она быстро разрушила сама себя. Позже его ученики сделали конструкцию Башни более совершенной. Спустя несколько веков принципы построения Башен окончательно сформировались. Нам эта технология недоступна, и потому внутри подобных сооружений приходится активировать защиту.

— Не знаю почему, но я второй раз в Башне, и второй раз она вызывает во мне прямо-таки детский восторг. — Трэрг едва заметно улыбнулся — Точно так же я радовался, когда отец подарил мне моего первого скакуна. — Он перевел взгляд на стоящую рядом девчонку: — Подчини ее себе. Она станет тебе другом.

— Мне здесь неуютно! — поежилась та. — Башня меня не любит.

— Сейчас она не имеет хозяина, — объяснил шаман, — и потому не любит никого. Но беснующиеся магические потоки со временем разрушат ее. Поэтому Башня отплатит преданностью тому, кто усмирит их. Попробуй. Слиться со столь благородным сооружением в единое целое — это не просто приятно, но и весьма полезно. Представь, что Башня — степь, а ее потоки — боевой конь, и ты объезжаешь его! У тебя получится!

— Ее излучения слишком резки для меня, — покачала головой Айлани, — я совершенно не чувствую среди них близких мне энергий, как не чувствовала их в Башне Эманора. Теперь я понимаю, почему Белые Маги не живут в Башнях. Здешний резонанс весьма суров для целительных чар! — Она жалобно посмотрела на Трэрга: — Ваше Величество, позвольте мне не притрагиваться к Башне?

— Как хочешь, — Трэрг пожал плечами, — тогда ею займусь я. Не обрекать же благородную Башню на медленную смерть!

— В Редонии еще восемь Башен, — заметила девчонка, — и все стоят без хозяев более тридцати лет. Наставник говорил, что еще через тридцать лет они обрушатся.

Трэрг подхватил магические потоки Башни и направил их через себя, превращая хаотично бьющуюся энергию в могучий ровный поток, в несколько ударов сердца наполнивший Башню от основания до самого острия шпиля. Теперь, когда сила вернулась к нему, покорение Башни оказалось совсем несложной задачей. Но ощутить единение с ней было по-прежнему радостно. Обретя покой, Башня благодарно коснулась его сознания своим резонансом. Шаман погладил благородное сооружение, словно верного боевого коня. Пожалуй, необходимо посетить все страдающие без хозяев Башни. Если в великой войне удастся победить, он раздаст их достойным. Если же нет, то эти сооружения еще долго будут для песочников занозами в их змеиных языках! Башню, чувствующую в себе наполненное хозяином Сосредоточие, уничтожить весьма непросто.

— Мне стало много комфортнее, — сообщила девчонка, — вы покорили башню, Ваше Величество?

— Да, — кивнул шаман, — идемте. Врата находятся на самом верху.

Подъемник Башни не работал, скорее всего специально испорченный в свое время обороняющимся Родбонгом, и им пришлось долго подниматься по винтовой лестнице. Толстый слой пыли на ступенях красноречиво свидетельствовал о том, что со дня гибели хозяина Башни они первые, кто посетил ее. Несколько раз пришлось останавливаться и ожидать, пока девчонка сплетет целебные чары, снимая усталость с себя и эльфийского старца. Для него подъем по лестнице был особенно труден. В результате верхнего этажа удалось достичь лишь через четверть часа. От дверей, ведущих в кабинет хозяина Башни, остались лишь жалкие оплавленные обломки, хранящие следы мощного заклинания. Внутри кабинета, стрельчатые окна которого оказались распахнутыми настежь, гулял ветер, гоняя по углам кучи налетевшей за долгие годы пыли и грязи.

— Здесь когда-то произошел бой. — Трэрг внимательно осмотрел кабинет, прислушиваясь к вибрациям тонких волшебных материй.

Сосредоточие Башни он нашел сразу. Огромный, в рост человека, безукоризненно отшлифованный тысячегранный кристалл, вставленный в оправу из кости вакрийского кашалота, был абсолютно пуст и, судя по едва ощутимому следу магии, сохранившемуся на нем, пуст уже очень давно. Шаман потянулся сознанием внутрь пустого Сосредоточия. Прежний хозяин Башни знал толк в чародейском искусстве. Кристалл из галтанийского хрусталя лучшего сорта был великолепен и имел энергоемкость, достойную этой величественной Башни.

— Я не могу обнаружить следов сражения. — Эльфийский маг отлепил от своих доспехов некий волшебный артефакт, поводил им вокруг и теперь рассматривал вспыхнувшие на его поверхности письмена.

— Сосредоточие Башни пусто уже много лет, — объяснил Трэрг, — столь мощный кристалл, наполненный до отказа тридцать лет назад, полностью не выдохся бы и до сих пор. Значит, владелец Башни сам опорожнил его почти полностью, оставив лишь малую каплю. Вероятно, просто не успел использовать все. К тому же в центре кабинета была отсыпана мощная Пентаграмма Силы, призванная резонировать с Башней весьма сильными энергиями в течение нескольких часов, раз от самой Пентаграммы давно уже не осталось и следа, но излучения Башни еще хранят на себе ее отпечаток. Все это может означать лишь одно — хозяин Башни вел долгий и тяжелый бой. Возможно, его противник находился снаружи.

— Отец рассказывал, что Родбонг был уже очень стар, но несколько часов отбивал атаки его воинов, пытавшихся пленить Королеву Ариллу и новорожденного Наследника, — тихо произнесла Айлани. — Захватить Башню стало возможным только после того, как он окончательно обессилел. Некромант убил его прямо здесь. Перед смертью Родбонг успел открыть портал, и Королева с младенцем на руках бежала. Некромос смог нарушить стабильность портала, и потому выход открылся неизвестно где. В погоню послали воинов, и портал вскоре погас. Более никто никогда не слышал ни о беглецах, ни о преследователях.

— Похоже на истину, — оценил эльфийский старец, приближаясь к покореженной арке портала со своим волшебным артефактам в руках, — на полу и на стенах имеются мельчайшие человеческие останки, принадлежащие Родбонгу. Наиболее вероятно, что он погиб от взрыва. — Эльф вновь сверился с артефактом. — Арка портала повреждена и требует ремонта. Последний раз проход открывали… минуту… в Элеарэбилл, чуть более тридцати лет назад. Но в этот день к нам так никто и не пришел. — Он поводил артефактом над испорченными вратами и добавил: — Без ремонта арка не откроет портал в Некрос, но для верности я отключу ей подобную возможность.

Пока эльфийский старец возился с аркой, Трэрг подошел к Сосредоточию и, достав из походной сумы тряпицу, стер с части кристалла многолетнюю пыль. Чистые грани кристалла засияли множеством преломленных солнечных лучей. Превосходное вместилище энергии. Еще четыре дня назад для того, чтобы полностью насытить его своей энергией, Трэргу пришлось бы потратить не одну неделю. Шаман глубоко вдохнул и, создав мощный поток энергии, широким лучом направил его в центр кристалла. Сосредоточие стало темнеть, словно наливаясь чернилами изнутри, и спустя десять ударов сердца кристалл завибрировал, издавая мелодичный хрустальный звон. Пыль с его граней сорвалась прочь, будто Сосредоточие покрывало усеянное росой одеяло, которое резко встряхнул могучий воин. Гуляющий по кабинету ветер мгновенно слизнул пыльное облако, и исполинский кристалл в снежно-белой оправе заблестел чернильно-черной бездной, пульсирующей под идеально отшлифованными гранями.

— Как красиво! — воскликнула девчонка, зачарованно разглядывая тысячегранный хрусталь, величественно кипящий бесконечно черной энергией. — Его чернота сияет в солнечных лучах!

— Что происходит? — озабоченно оглянулся эльфийский маг. — Мои приборы испытывают сильные помехи!

— Я восстановил Сосредоточие Башни, — объяснил Трэрг. — Скоро кристалл успокоится и умолкнет.

— Понимаю, — согласился седой Эльф, — теперь саморазрушение Башни прекратится, и доступ в нее посторонним еще более усложнится. Старый и весьма хорошо зарекомендовавший себя способ. — Он поднялся с колена и сообщил: — Я закончил с этой аркой. Мы можем идти.

У ворот Башни их встретил командир оркской сотни. Он указал хрардаром вниз, на лежащую у подножия скал равнину перед городом.

— Огненный Смерч, мы заметили человеческий отряд, — объяснил клыкастый гигант, — три сотни воинов. Направляются в сторону городских ворот, ведут с собою закованных в кандалы пленников. Гронг Неотразимый Удар повел сотню на перехват.

Трэрг подошел к скалистому обрыву и, поискав в небе птицу, сплел Взгляд Зверя. Орки под предводительством Гронга явились пред людьми, словно гром средь ясного неба. Пока человеческий командир спешно пытался прекратить вспыхнувшую в отряде панику, путь к городу оказался отрезан. Сотня зеленокожих исполинов стремительно перестраивалась для лобовой атаки, и от человеческих рядов начали отрываться паникеры, пытающиеся унести ноги до начала боя. Вдали, на городской стене, затрубили тревогу, и стража принялась срочно закрывать городские ворота.

— Гнарг Твердая Рука! — Шаман обернулся к воину: — Возьми свою сотню, зайди Людям в тыл и сделай так, чтобы их пленники попали сюда живыми. Нам необходимо поговорить с ними. И захвати кого-нибудь из человеческих командиров, сотника или легата, если, конечно, он не умрет от страха раньше.

Могучий оркский воин расплылся в улыбке, и спустя два удара сердца закованная в сталь сотня сорвалась с места, устремляясь вниз по склону.

— Не разумнее ли было ударить врагу во фланг, Ваше Величество? — Рядом с Трэргом остановился Виконт Вэйдин. — Быть может, стоит выслать туда оставшийся резерв для надежности? — Он указал взглядом на оставшуюся оркскую сотню.

— На поле боя сейчас находится воинов втрое более, нежели необходимо для победы, — ответил шаман, — я направил туда столь несоразмерное количество с единственной целью: дабы пленники не разбежались. Так что, Виконт, по правую руку от вас стоит не резерв, но скучающий от безделья отряд. Чтобы не нанести оскорбления благородным воинам, в следующий бой их сотня отправится первой.

— Но у противника численный перевес, — осторожно возразил Вэйдин, — а воины уважаемого Гронга идут в лоб, прямиком на наиболее крепкую часть обороны! Это батальон Королевской Гвардии, я узнаю цвета их доспехов. Весьма серьезно обученные бойцы!

— Для серьезного противника среди них слишком много дезертиров, — усмехнулся Трэрг, — впрочем, вы можете взглянуть сами. — Он, не отвлекаясь от поля боя, протянул Виконту руку: — Дайте мне свою ладонь.

Вэйдин вложил ладонь в руку Трэрга и вздрогнул:

— Что это? Боевые чары?

— Вы смотрите на сражение глазами птицы, что кружит над ним, — объяснил шаман, — видите всадников, спешно покидающих ряды доблестных гвардейцев?

Виконт освоился с необычным зрением и теперь внимательно разглядывал происходящее с высоты птичьего полета. С десяток всадников, не обращая внимания на окрики командиров, на всем скаку спешили скрыться, держа путь в сторону леса. Остальные гвардейцы спешились и сомкнули щитовой строй, ощетинившись копьями. Сотня Гронга Неотразимый Удар стремительно приближалась к ним единой стальной волной. Вторая оркская сотня уже вышла в тыл батальону гвардейцев, но вместо атакующего построения, наоборот, рассыпалась. Оркские воины сменили хрардары на луки и прямо на скаку методично посылали стрелы в укрывшихся за пленниками конвоиров. Несколько клыкастых гигантов помчались вслед за дезертирами, но далее Вэйдин наблюдать за ними не стал — лавина атакующей сотни достигла ощетинившегося копьями строя. Грохот от столкновения закованных в броню тел, звон металла и хруст ломающегося дерева оказался столь громок, что птица, глазами которой вел наблюдение Наследник, испуганно взмыла выше. Стальной таран оркской лавины разметал строй гвардейцев в одно мгновение, вздымая в воздух летящие во все стороны тела, кувыркающиеся шиты и обломки копий. Пройдя насквозь боевые порядки людей, оркские воины спешились и бросились в рукопашную, размахивая обагренными кровью хрардарами. Виконт увидел, как исполинский своими размерами даже среди орков Гронг Неотразимый Удар одним взмахом разрубил надвое пару гвардейцев, сомкнувших перед ним щиты, и болезненно поморщился.

— Ваше Величество! Позволительно ли мне просить вас о повелении прекратить бой? — Он посмотрел на Трэрга. — Это не сражение, а кровавое избиение!

— Несколько мгновений назад вы желали послать в битву еще одну сотню, теперь же хотите прекратить бой, — удивился шаман, — поясните свою мысль, Виконт.

— Им нечего противопоставить вашим воинам! — Вэйдин мрачно вдохнул. — Все они обречены на смерть и не имеют шансов.

— Это война, Виконт, — пожал плечами Трэрг, — а они воины. Таков их удел. Если их страшит мысль о гибели в бою, стоило сделаться крестьянами или пастухами. Я не вижу мудрости в том, чтобы оставлять в живых солдат врага. Отпущенные, они вернутся в ряды неприятельского войска и пополнят его численность. Позже нам вновь придется столкнуться с ними в бою. Так можно умереть от усталости раньше, нежели у врага закончатся солдаты. Разумнее разбивать наголову каждый встреченный отряд противника. Это медленно, но верно уменьшает размеры вражеского войска и совсем не медленно распространяет в его рядах панику.

— Но кто же принесет врагу страшные вести, если весь отряд погибнет? — вопросил Вэйдин. — Или вы рассчитываете на страх перед неизвестностью?

— Подобного можно дожидаться слишком долго, — хмыкнул шаман, — особенно если речь идет о к’Зирдах! Они не сразу заметят потерю и десяти тысяч сабель. Нет, уничтожать всех до единого мы не будем. Гронг Неотразимый Удар — опытный воин и умелый командир. Он пощадит нескольких вражеских бойцов. Тех, что покажут в сражении наибольшую храбрость. Гронг пленит их и приведет сюда. Мы используем их в своих целях.

Бой у подножия скал закончился спустя несколько минут. От батальона Гвардии осталось лишь усеянное изрубленными трупами поле, по которому бродила призовая команда, собирающая трофеи. Гронг Неотразимый Удар принялся выстраивать воинов в боевой порядок, демонстративно перерезая дорогу на глазах у заполонившей городские стены стражи. Десяток оркских бойцов отправился к Башне, сопровождая пленников, как вновь захваченных, так и отбитых у неприятеля.

* * *

— Ваше Величество! — Айлани умоляюще посмотрела на Наследника. — Позвольте мне осмотреть этих несчастных! — Она указала на измученных людей, жмущихся друг к другу. Одетые в окровавленное рванье пленники в ужасе взирали на закованных в броню исполинских оркских воинов. — Им требуется исцеление, они страдают от ран!

— Исцеляй, — позволил Трэрг и отошел к стоящим неподалеку Гронгу и Вэйдину, ведущим тихую беседу с эльфийским магом.

— А ты что встал будто вкопанный? — накинулась на Тэрвиса Лимми. — Ступай, помоги Ее Высочеству! Вон, какие они грязные! Не ровен час, заразят Принцессу какой-нибудь вшивой болезнью!

— Белого Мага невозможно подвергнуть опасности недуга, — вздохнул Наставник, покорно направляясь за Айлани, — сама Смерть бессильна перед его чарами, в том я имел возможность убедиться лично!

— А то, как кто-либо из них окажется сторонником подлых изменников?! — не унималась старушка. — Вдруг у него спрятан отравленный кинжал? Осторожность не повредит!

Старый Наставник скользнул взглядом по Людям, стиснутым конвоем клыкастых исполинов и перепуганным до крайности, и лишь покачал головой. Но на всякий случай он встал рядом с Принцессой, готовый поразить заклятием злоумышленника. Первая Фрейлина немедленно заняла место с другой стороны.

— Ваше Высочество! — Кто-то из пленников склонился в поклоне, едва Айлани подошла к ним ближе. — Принцесса Айлани!

Остальные зашептались и поспешно замерли в поклоне.

— Вы вряд ли вспомните меня, я Пелимар, извозчик! — продолжил узнавший Принцессу пленник. — Вы покидали Королевский Дворец в моей карете, когда спасались от убийц Принца Дарнэта!

— Он говорит правду, — подтвердил Лорд Тэрвис, — я узнаю этого человека.

— Я тоже помню этого пройдоху! — заявила графиня Лимм. — Ту поездку сложно забыть, он вез Ее Высочество, словно бочонок с дешевым вином! Не упустил ни единой ямы и выбоины на дороге! Как только та карета не развалилась под твоим управленьем?!

Извозчик испуганно склонил голову.

— Лимми, не сейчас! Поднимитесь все! — приказала Принцесса, вызывая Око Целителя.

Едва невесомый шарик из лучистой белой энергии вспыхнул у ее головы, Айлани создала из него Биение Жизни и широким потоком направила целительную энергию сразу всем пострадавшим. Некоторые шероховатости в течениях жизненных струй, заполняющих окружающий мир, сообщили ей о том, что десяток оркских воинов, замерших сейчас у подножия скалы в боевом построении, получили легкие ранения в прошедшем бою. Не сходя с места, она направила в потоки их Жизней целебные струи, и из окутавшей точеную женскую фигурку полупрозрачной белой сферы вниз, к подножию скал, блеснули теплые лучи исцеляющей энергии. Лучи в мгновение ока преодолели расстояние в пару лиг, соединяя Биение Жизни с каждым раненым воином, и выровнявшиеся течения жизненных потоков показали Айлани, что пострадавшие в сражении более не имеют ран. Принцесса погасила сферу Биения Жизни.

— Куда вы вели этих людей и в чем их обвиняют? — Айлани требовательно посмотрела на гвардейца в доспехах сотника. Тот изумленно рассматривал гладкую кожу, виднеющуюся сквозь разрубленный доспешный наплечник, густо покрытый кровью.

— Это бунтовщики, захваченные в плен полком Королевской Гвардии, — хмуро ответил сотник, — всех смутьянов Указом Короля Дарнэта велено доставлять во Дворец.

— Брат превратил Дворец в тюрьму? — удивилась Принцесса. — С каких это пор арестантов стали содержать во Дворце?! Может, он еще и виселицы расставил вдоль Королевской Аллеи?

— Пленников запрещено казнить, — еще более хмуро ответствовал сотник, — их надлежит сдавать дворцовым магам… — Он неуверенно замолчал.

— Для чего же? — не отставала от него Айлани. — Я уже чувствую, что Дарнэт сотворил очередное кощунство! Зачем его магам пленники? Извольте отвечать немедленно, сударь!

— Я не знаю наверняка, — отвел глаза сотник, явно терзаемый выбором, какой из его страхов весомее: перед своим хозяином или перед Принцессой.

— Они отдают нас некромантам! — выкрикнул кто-то из толпы закованных в колодки Людей, — неугодных накапливают, и раз в неделю некромант является за ними в Королевский Дворец!

— Это чудовищно! — ужаснулась Айлани, оборачиваясь к Лорду Наставнику. — Он превратил Редонию в кормушку для некромантов, Королевский Кабинет — в рынок рабов и торгует собственными подданными! Невероятно! Только Дарнэт способен на подобное! — Принцесса обратила взор на стоящего неподалеку могучего оркского бойца: — Могучий воин, не будете ли вы столь любезны освободить пленников от оков? Эти люди не враги нам.

Могучий орк непонимающе посмотрел на нее и тут же перевел взгляд за ее спину, услышав голос Трэрга. Айлани обернулась и увидела подходящего к ней Наследника. Тот перевел зеленокожему воину ее слова, и клыкастые гиганты попросту сломали колодки пленников. Общую цепь, сковывающую их, могучий орк разорвал голыми руками играючи, одним движением, будто портняжную нить.

— Олдис Покровитель! — Старый человек, потиравший натертую колодками шею, приложил руку к сердцу. — Прости меня, недостойного! Король Эдрионг Справедливый восстал из мертвых! — Старик в крайнем изумлении зашептал слова молитвы.

В этот момент Первая Фрейлина деловито выплыла вперед и торжественно провозгласила голосом заправского церемониймейстера:

— Его Величество Король Редонии Эдрионг Трэрг, сын Его Величества Эдрионга Справедливого! — и грозно сверкнула глазами на застывшую толпу. — Извольте соблюсти подобающие приличия немедленно!

Люди рухнули на колени, торопливо замирая в поклоне. Айлани выполнила реверанс, Виконт Вэйдин исполнил приветствие Рыцаря-По-Крови. Трэрг пристально посмотрел на Лимми. Застывшая в реверансе старушка внимательно изучала кромку облаков. Кто-то тихо прошептал: «у него медальон Короля! И он сияет!» Склонившийся в поклоне старик прервал защитный молебен и забубнил благодарственный.

— Встаньте! — распорядился шаман. — Я желаю знать, что происходит в королевстве!

Разговор оказался недолог. Дарнэт, взойдя на престол, стал спешно претворять в жизнь план некроманта, размещая на территории государства к’Зирдские тумены в удобных для удара по соседям направлениях. Слушая рассказы Людей, Айлани с каждым услышанным словом становилась все печальнее. Фактически королевство находилось во власти к’Зирдов. Все приграничные провинции были заняты войсками песочников, и из пустыни прибывали все новые отряды. Едва зайдя в человеческие земли, змеиные языки начали грабежи и бесчинства. Провинциальное дворянство обратилось к новому Королю с просьбой оградить своих подданных от произвола союзников, но Дарнэт казнил посланцев и заявил, что такова его воля и потому так будет. В оккупированных провинциях вспыхнули восстания, и новый Король объявил всех их жителей смутьянами и преступниками, находящимися вне закона. Восстания были жестоко подавлены бесчисленными туменами песочников. Тысячи людей погибли, десятки тысяч увели в рабство, остальные, спасая свои жизни, попытались спастись в центральных провинциях. Там их уже ожидали личные армии древних дворянских родов. Беженцев отлавливали и клеймили раскаленным железом. Наиболее ценных работников и искусных мастеров знатное дворянство оставляло в своей власти, большинство же обменивали на благосклонность нового Короля, отправляя их в кандалах в подвалы Тайной Полиции. Там несчастных накапливали до определенного количества и отводили в порт. Ежедневно в полдень несколько пиратских кораблей заходили туда и до отказа набивали трюмы живой пищей для некромантов.

— Но пиратские корабли никогда не заходят в порты Людей! — воскликнула Принцесса. — Как такое стало возможным?

— Пираты теперь служат Некросу, — читавший ранее молитву Олдису Покровителю старик тяжело вздохнул, — они приходят за рабами. Иных кораблей нет в наших водах. Торговля умерла. Суеверные торговые рода Вакри при первом же появлении пиратов в порту Арзанны расторгли все многовековые соглашения с Редонией и более не появляются в портах королевства. А после того как массовый поток пленных иссяк и пираты перестали приходить за закованным в колодки товаром, порты государства и вовсе опустели, превратившись в опасные места, полные воровских притонов…

Принцесса, с трудом сдерживая слезы, слушала рассказы измученных людей. Освобожденные пленники, почувствовав надежду, стремились рассказать все и сразу, словно боялись, что их спасители могут счесть беды и горести Редонии недостаточно серьезными и просто уйдут, будто сон. Айлани подумала, что повествования о зверствах Дарнэта и вправду походят на жуткий ночной кошмар…

В награду за преданность и поставки пленников, Дарнэт явил своим союзникам королевскую щедрость. Он высочайшим указом лишил каждого дворянина, не являющегося представителем знатного и крупного рода, а также имеющих вотчиной своею земли в мятежных приграничных провинциях дворянского звания, а затем всех земель, богатств и прав на них. Новый Король поделил их земли среди своих соратников и даровал им право силою оружия брать оттуда все, что угодно, будь то вещь, домашний скот или человек, в любое время, ибо теперь все это принадлежит им. Знатное дворянство двинуло свои войска в опустошенные песочниками провинции, дабы изъять свое новое имущество. В результате все пять приграничных провинций полностью обезлюдели. Города и деревни лежат в руинах, и лишь стервятники, пирующие на костях тысяч трупов, населяют их. Все, кому посчастливилось спастись и добраться до Талуанских гор, скрываются сейчас там.

— Как далеко это отсюда? — негромко спросил Наследник у Айлани.

— Провинция Талуа примыкает к Королевским Землям, — ответила Принцесса, — половину ее составляют поросшие лесом холмы. Их хорошо видно прямо отсюда, — она указала в противоположную от столицы сторону, где скальная гряда ближе к горизонту понижалась, переходя в густо покрытые зеленью возвышенности. — Эти места всегда считались неспокойными, туда постоянно стекаются лихие люди всех мастей.

— Также там произрастает высококачественный сорт лапчатого дуба, идеальный для древка боевого копья или топора, — добавил Виконт Вэйдин, — тридцать лет назад в тех местах располагался Королевский Заповедник, в котором была лучшая во всем королевстве охота на большого Перепончатого Вепря. Особенность сих лесов в том, что при безоблачном небе там весьма светло, что способствует изобилию всевозможных целебных трав. Во времена существования Заповедника, редонийские травницы изготавливали из них множество алхимических зелий высокого качества.

— Это верно, — подтвердил лорд Тэрвис, — к сожалению, при Короле Реордине в Талуанских лесах стало очень небезопасно. Обширные его площади, множество холмов и лесных пещер сделали его желанным убежищем для многих из числа тех, за кем охотился правящий режим. Травницы давно не рискуют посещать те леса.

— Сейчас это единственное место, где еще возможно укрыться от кровопийц Дарнэта! — воскликнул Пелимар. — Беженцы со всей страны прячутся там в надежде, что Олдис Покровитель обратит свой могущественный взор на наши страдания!

Наследник поманил взглядом Гронга, тот наклонился к нему, и Трэрг тихо зашептал на ухо зеленокожему гиганту.

— Олдис Покровитель все проспал, — едва расслышала Айлани, — и храп его оказался столь громок, что разбудил Рыгдарда Кровавого. В результате бедами Людей пришлось заняться ему!

Клыкастый исполин прыснул и перевел слова Наследника на оркский. Могучие орки грянули дружным хохотом, заставив Людей испуганно поежиться.

— Продолжим, — невозмутимо заявил Наследник, — какова численность беженцев и кто ими руководит?

— Точного числа я не ведаю, Ваше Величество, — ответил Пелимар, — но, думаю, не менее двухсот тысяч человек. Лорд Ирлин ведает о том, он возглавляет нас.

— Лорд Ирлин? — переспросила Принцесса. — Главный Лекарь столичной больницы?

— Да, Ваше Высочество! — Извозчик поклонился Айлани. — После того как вас объявили преступницей, ему пришлось скрываться, как и всем лекарям больницы, кто имел счастье исцелять страждущих вместе с вами. К ним присоединились те из преподавателей Школы Магов, кто успел избежать ареста за знакомство с лордом Тэрвисом.

— Кто теперь возглавляет Школу Магов? — поинтересовался Наставник.

— Никто, милорд! — Пелимар грустно развел руками. — Она заколочена и пустует. Все маги, не принадлежащие ко Двору Короля Дарнэта, прячутся в лесу вместе с нами. Благодаря им мы все еще живы. Они исцеляют наши недуги и берегут лес от стражников. Тайная Полиция уже семь раз пыталась поджечь леса, но всякий раз маги гасили огонь сию же минуту.

— Много ли уцелело волшебников? — Лорд Тэрвис посмотрел вдаль, виднеющиеся у горизонта холмы Талуанского леса. Отсюда залитый солнцем лес казался сочно-зеленым, покрытым желтыми, оранжевыми и красными пятнами цветущих деревьев, игрушечным парком.

— Не ведаю, о Могущественный! — виновато ответствовал извозчик. — Может, десять — пятнадцать, а может, и пятьдесят… Мы никогда не говорим об этом, чтобы не знать точного числа. Любой из нас может быть схвачен, и потому лучше не иметь такого знания. Леса полностью окружены королевской армией, и каждый день стражники пытаются отыскать в лесу кого-нибудь. Мы сопротивляемся, но… — он печально поник, — среди нас мало воинов, зато много детей и женщин, не хватает оружия, почти нет доспехов…

Айлани устало закрыла глаза. В день своего бегства из Дворца она считала, что ее родина переживает худшие свои времена. Оказалось, что она ошибалась. То, что устроил в стране Дарнэт, много крат ужаснее любого из деяний отца. Если от населения пяти провинций осталось всего две, пусть даже три, сотни тысяч человек, сколько же миллионов невинных душ сгинуло в горниле его безумной жажды власти? Принцесса почувствовала, как по щекам предательски бегут слезинки.

— Сотник! — властно произнес Наследник, оборачиваясь к пленному гвардейцу. — Сколько воинов в армии государства? Отвечай правдиво и уйдешь отсюда живым.

Брови пленного удивленно вздрогнули, и он доложил:

— Королевская армия имеет численность пятьдесят тысяч клинков, В… Ваше Величество… И каждый из знатных дворянских родов имеет свое войско. Вместе они смогут собрать до двухсот тысяч воинов.

— Много ли среди них магов? — вопросил лорд Тэрвис. — И каких они рангов?

— В дворянских армиях нет магов, это запрещено высочайшим указом Короля Дарнэта, — ответствовал гвардеец, — всем им надлежало перейти на службу в королевские войска. Теперь там около пятидесяти Красных чародеев и десять Оранжевых. Еще два десятка Красных волшебников несут службу в Королевском Дворце, и четверо целителей состоят при Дворе.

— И это все? — уточнил Наставник. — Все, что осталось от магического потенциала королевства?

— Остальные скрываются в лесах Талуа. — Сотник виновато поежился, словно опасался, что гнев Наследника за деяния Дарнэта падет лично на него. — Там их много, и все сплошь Оранжевые и Желтые. Они легко развеивают чары полковых магов, и потому армия никак не может покончить с бунтом. Мы лишь держим лес в окружении…

— Сколько воинов в столице? — прервал его Трэрг.

— Пять тысяч клинков городской стражи, две тысячи клинков дворцовой стражи, десять тысяч клинков Гвардии и шесть тысяч — Тайная Полиция.

— Младший Принц совсем обезумел, если довел численность полицейских кинжалов сверх количества армейских клинков! — нахмурилась графиня Лимм. — Это не столица, а тюрьма какая-то! Покарай, Олдис Покровитель, кровожадного отцеубийцу!

— Дарнэт всегда подозревал во всем всех вокруг, — горестно вздохнула Айлани, — и если б только мог, посадил в темницу собственную тень по подозрению в соглядатайстве. И сейчас его безумие достигло крайности…

— После вашего побега столичная чернь дважды поднимала бунт, — сообщил сотник, — и Кор… — он осекся, бросив на Наследника испуганный взгляд, — и Дарнэт перевел часть Гвардии в состав Тайной Полиции. Он заявил, что среди населения столицы слишком много тайных врагов, и приказал хватать всякого, кто будет замечен на улице без дела.

— Теперь гуляние по городу карается рабством! — Кто-то из толпы перебил пленника. — Появляться на улице можно лишь утром и вечером, следуя на работу или возвращаясь обратно! Все остальное есть свидетельство причастности к заговору против Короля!

Внезапно шум в толпе стих, и все изумленно воззрились на приближающегося к Наследнику Эльфа. Люди вновь зашептались: «Эльф!», «С ними Дитя Богов!», «Эдрионг привел с собой воинство Эльфов!» Серебряный доспех эльфийского мага, переливающийся разноцветными огоньками могущественных артефактов, был знаком любому еще по детским сказкам. Толпа притихла, не сводя глаз с божественного существа.

— Сколько Детей Некроса в городе, человек? — величественно вопросил сотника эльфийский старец.

— Н-ни одного с-сейчас нет, — пришел в ужас пленный, — он-ни являются редко, т-только за пленниками!

Седой Эльф бросил взгляд на загадочный волшебный артефакт в своих руках:

— Он не лжет, — сообщил старец и посмотрел на Наследника, — однако только что некто в Королевском Дворце получил послание с Некроса.

— В таком случае поторопимся! — решил Трэрг. — Пора заняться вторыми Вратами.

— Ваше Величество! — Виконт Вэйдин указывал рукою в сторону столицы. — Городские ворота открываются!

Айлани обернулась. С крепостных стен Арзанны доносились звуки боевого рога, трубящего команды, и через раскрывающиеся ворота на дорогу выходили армейские полки.

— Кто-то из военачальников гарнизона умеет считать до двухсот! — иронично усмехнулся Наследник, разглядывая появляющиеся из ворот подразделения. — Интересно, сколько тысяч клинков они посчитают достаточным для отражения столь ужасающего нападения?

Он что-то сказал по-оркски клыкастым воинам, и сотня зеленокожих исполинов умчалась вниз, к отряду Гронга. Принцесса посмотрела на Трэрга. Тот невозмутимо разглядывал очередной полк городской стражи, выстраивающийся перед городскими воротами. Вскоре выходящее из Арзанны войско стало напоминать человеческое море, волнующееся рябью перед одинокой скалой небольшого оркского отряда. Виконт Вэйдин подошел к ней поближе и тихо шепнул:

— Я ни мгновения не сомневаюсь в храбрости и боевом умении наших оркских союзников, — он не сводил обеспокоенного взгляда со все увеличивающегося столичного войска, — но им не совладать с таким количеством врага! Неужели Его Величество позволит им устремиться в столь безумную атаку?!

— Не знаю, — шепотом ответила Принцесса, — но отвлекать Короля вопросами в подобный момент я не решусь. Надеюсь, если я помогу воинам уцелеть в битве, это не будет расценено как оскорбление. — Она прошептала заклинание и вызвала Око Целителя. — Но врагов действительно очень много…

— Твоя помощь потребуется позже. — Трэрг обернулся к ним. Похоже, он легко слышал их слова. — Виконт, садитесь на коня и скачите к отряду. Передайте Гронгу Неотразимый Удар мою просьбу: он должен не дать врагу возможности закрыть городские ворота.

— Слушаюсь, Ваше Величество! — Вэйдин отсалютовал и направился к своему коню. — Что делать с плененными воинами противника? Они останутся без охраны!

— Я присмотрю за ними, — ответил Наследник, видом своим, давая понять, что четверо безоружных пленников его интересуют мало, — поторопитесь.

Виконт умчался вниз, и Лимм немедленно заняла место между Айлани и толпой спасенных людей, возле которых стояли плененные гвардейцы. Она грозно сверкнула глазами, вперив в сотника уничтожающий взгляд. Тот отвел глаза. Увидев, что на вершине скалы у подножия Башни не осталось Орков, а Эльф с Наследником тихо переговариваются меж собой, наблюдая за подготовкой столичного гарнизона к битве, толпа спасенных оживилась. Два десятка людей похватали камни и бросились на гвардейцев.

— Нет почета в убийстве связанного врага! — неожиданно громоподобно грянул усиленный магией голос Наследника, заставляя разъяренную толпу застыть на месте. — Свою храбрость вам стоило доказывать в бою, — гораздо тише добавил он, и Айлани явственно уловила в голосе Трэрга брезгливые нотки. — Лорд Тэрвис, — он бросил взгляд на Наставника, — освободите гвардейцев от веревок.

Трэрг дождался, когда старый маг коротким заклятьем пережег веревки, связывающие пленникам руки, и добавил:

— Все вы! Идите к краю скалы и смотрите! И запоминайте все, что увидите. После расскажите о том тем, кого встретите на пути своем.

Несколько минут все молча, смотрели на разворачивающиеся войска. Как только командиры столичного гарнизона закончили построение, внизу взревел боевой рог, объявляя начало битвы.

— Люди выставили против трехсот оркских бойцов пять тысяч воинов, — усмехнулся Трэрг, — приятно понимать, что нас уважают! Сердца благородных Орков сейчас переполняет гордость. Для истинного воина нет лучшего доказательства своей силы и храбрости, чем численный перевес врага, выступившего против него! Жаль, что мне придется отнять у своих братьев столь славную битву.

Тем временем ряды человеческих полков расступились, и из них высыпали арбалетчики. Несколько сот стрелков сделали залп и немедленно скрылись под защитой смыкающих щитовой строй пехотинцев. Но на столь большом расстоянии арбалетные болты оказались неспособны пробить броню орков, отскакивая от доспехов зеленокожих гигантов и их коней, словно портняжные иглы. Строй клыкастых исполинов немедленно ощетинился натянутыми луками, и орки произвели ответный залп. Могучие стрелы, более похожие на копья, прочертив воздух, ударили в ряды столичного войска. Не меньше сотни воинов рухнуло наземь, пробитые жуткими стрелами вместе со щитами. Послышались вопли раненых и истошные крики командиров, срочно восстанавливающих строй.

Наследник обернулся к пленному сотнику:

— Служба в столичном гарнизоне не обременяет воинов и командиров частыми сражениями, как я погляжу? — хмыкнул он.

— Ругодар далеко от Редонии, — стушевался тот, — у нас нет опыта битв с орками…

— А битвы со всеми остальными за вас ведут к’Зирды! — сварливо выпалила Лимм. — Храбрость Гвардии блистает лишь в боях с крестьянами собственного государства!

Трэрг лишь покачал головой. Он вернул взгляд на поле боя и плавно повел рукой, словно собирая в кулак незримую силу. Закончив движение, Наследник выбросил руку в сторону противника, и в тот же мир Айлани ощутила сдвиг магических потоков. С ладони Трэрга сорвались крохотные струйки дыма и помчались вниз, стремительно увеличиваясь в размерах. Спустя несколько ударов сердца со скалы к столичному войску с ужасающим ревом мчался исполинских размеров Метеоритный Дождь. Кипящее море расплавленного камня ударило в ряды противника, и боевые порядки врага потонули в облаках взрывов, бурлящих фонтанами земли, изодранной плоти и раскаленных газов. От врезающихся в землю все новых и новых метеоритных потоков скала под ногами вздрагивала, заставляя стоящих на ней Людей испуганно отступать подальше от обрыва, и десятки взметнувшихся птиц спешили улететь подальше от страшного места. Наследник выхватил из-за спины меч и воздел его над головой. Заметив условный сигнал, Гронг Неотразимый Удар взмахнул хрардаром, и оркский отряд, взревев, ринулся в атаку. Частицы перепаханной Метеоритным Дождем земли еще не успели осесть, как Орки ворвались в боевые порядки столичного войска. Закипела жестокая сеча.

— Ваше Высочество, — негромко произнес Наставник, — попробуйте почувствовать наших воинов среди врагов и дотянуться до них целительной энергией. Сейчас самое время поупражняться. Нам предстоит жестокая война с к’Зирдами, но их численный перевес будет много крат больше!

Тем временем Наследник одним коротким движением вызвал Ураган и направил его поверх сражающихся, прямо на зубцы городской крепостной стены. С завывающим свистом стихия ударила в укрепления, сметая стражников со стен и башен, подобно пылинкам. Лопались оконные витражи, ломались флагштоки, разрывались полотнища знамен, баллисты и катапульты взлетали в воздух, будто бумажные, разваливаясь на куски. Айлани создала Биение Жизни и в первое мгновение опешила, увидев изменившийся мир текущих жизней. Прямо перед ней бушевало пиршество Смерти, ежесекундно гасящее струи бьющихся сердец десятками. С трудом подавив желание сей же миг исцелить всех вокруг, Принцесса потянулась сознанием к упругим и хлестким ручейкам оркских жизней. Выбирать их из хаотичного сплетения тысяч потоков было весьма сложно, и Айлани, немного подумав, попробовала разделить свое восприятие на несколько частей, каждая из которых предназначалась для наблюдения за жизненными потоками определенной частоты. Это удалось неожиданно легко, и уже спустя миг Принцесса превосходно видела несколько магических пластов, пульсирующих бьющимися в такт сердечных ритмов жизненными родниками. Теперь различать потоки стало много проще. Вот эти, мощные и быстрые, принадлежат оркским воинам. А эти, более тонкие и менее плотные, воинам врага. Сверкающий решимостью и отвагой маленький ручеек посреди битвы — это Виконт Вэйдин, ведущий поединок сразу с двумя противниками, а мощное ровное течение недалеко от нее самой — это Наследник. Там, вдали, пульсируют ручейки жителей Арзанны, и многие из них нуждаются в исцелении… Принцесса заставила себя сосредоточиться на битве, и лучи ее целительной энергии потянулись к кипящей сече.

* * *

Трэрг несколько раз ударил Ветвистой Великой Молнией по флангам противника, оставляя после себя огромные оплавленные воронки, и прекратил Бурю. Сражение близилось к завершению. Передовая сотня оркских воинов уже ворвалась в город и сейчас захватывает ворота. Остальные завершают разгром вражеских полков, давно утративших боевой дух и захлебнувшихся в панике. Множество человеческих солдат, бросив оружие, в ужасе разбегались кто куда, стремясь спасти свои жалкие жизни. Шаман брезгливо скривился. Да, это не доблестные рыцари Графа Рэйнора и, тем более, не благородные воины Орков. Остается лишь надеяться, что в армиях других королевств не служит столь огромное количество ничтожных трусов, иначе, сколько бы воинов ни собрали Люди, им не остановить нашествие к’Зирдских полчищ. Внизу, у стен города, остатки войска противника сложили оружие и выразили желание сдаться в плен. Трэрг мысленно фыркнул. Побежденных было втрое больше победителей, две сотни оркских бойцов сгоняли в кучу едва ли не полтысячи человеческих солдат. Он обернулся к стоящим неподалеку пленникам:

— Сотник! — При звуках его голоса гвардеец съежился. — Бери своих солдат и ступай! Вы свободны. — Трэрг кивнул на перепаханное дымящимися воронками поле боя. — Расскажи всем, что ты видел. Ступайте и вы! — Шаман окинул взглядом освобожденных Людей. — И оповестите вождя повстанцев, что я желаю видеть его. Все, кто услышит ваши рассказы, должны узнать, что я уничтожу своих врагов без жалости, и никто из них не сохранит свои жизни, ни сами они, ни их семьи. А теперь идите! — Он обернулся к Эльфу и девчонке и негромко сказал: — Садитесь на коней, едем в город.

Он вскочил на коня и помчался вниз, к месту прошедшего боя. У распахнутых городских ворот в окружении нескольких Орков толпились пленные, бросающие тревожные взгляды на застывшую в конном строю стальную стену клыкастых исполинов. Трэрг подъехал к брату.

— Каковы потери? — Он оглядел усеянное трупами поле битвы.

— Никаких, — удивился Гронг Неотразимый Удар, — нас поддерживал Белый Маг! Если кто из воинов и получил рану, то сейчас о ней уже и не вспомнить.

Шаман оглянулся на догоняющую его кавалькаду. Девчонка молодец, мысленно отметил Трэрг, он не просил ее о помощи, но она не стала безучастно смотреть на то, как погибают его собратья.

— Брат! — Гронг плутовато подмигнул ему. — А Белый Маг очень даже ничего! Кожу бы ей, конечно, немного позеленее, а в остальном — весьма привлекательная девушка, ты не находишь? И Лранга говорила, что она интересовалась Танцем Обнаженного Тела. Это я так, к слову.

— Не понимаю, о чем ты. — Шаман отвел взгляд от точеных бедер девчонки, обхватывающих седло могучего скакуна. — Надо бы выслать призовую команду, но у нас и без того мало воинов. И времени нет, Эльф сказал, что с Некроса недавно пришло послание во Дворец.

— Смотри сам, — деловито пожал плечами могучий орк, — главное, чтобы никто из наших не предложил ей семейный союз, пока ты будешь стегать Белого Мага своими грозными взглядами. Она аж замирает, когда ты на нее смотришь.

— Тем более, — пожал плечами Трэрг, — и вообще, я должен занять ее трон. Не думаю, что среди Людей кто-то способен обрадоваться подобному повороту событий. Любой из них на ее месте будет стремиться угодить мне и при этом ненавидеть меня в глубине души. О чем же ты ведешь речь?

— О том, как она расцветает, когда смотрит на тебя в те мгновения, когда ты этого не видишь! — расплылся в улыбке Гронг. — Завистник никогда не сможет смотреть влюбленными глазами! Не пробовал наблюдать за ней исподволь? Ты же шаман! Попробуй. Глядишь, чего-нибудь и поймешь.

— Я знаю, что она на меня смотрит. И что с того? — нахмурился Трэрг. — Мало ли, чего ей от меня надо?!

— Да, действительно! — Гронг Неотразимый Удар сделал сверх серьезное лицо. — Это великая загадка! Когда моя жена на твой день рождения стала Победительницей и выбрала меня, ее глаза сияли точно так же! И я сразу подумал, а не дать ли ей по голове хрардаром посильнее — ведь она наверняка что-то затевает! И знаешь, — он заговорщицки нахмурил брови, наклонившись к уху Трэрга, — мои подозрения оказались не беспочвенны! Ей действительно было от меня что-то надо! Она напала на меня ночью, в постели! Обнаженная! На безоружного! И мне так и не удалось отбиться! Так что продолжай быть настороже, Огненный Смерч, а то — мало ли что! Кругом полно прекрасных Белых Магов, замысливших жуткое насилие! — Клыкастый гигант гулко захохотал.

— Я думаю, надо сформировать призовую команду из пленных Людей, — флегматично заявил Трэрг, — они сами соберут трофеи. Не думаю, что кто-то решится присвоить что-то себе. Для охраны ворот все равно придется оставить полсотни воинов, они и проследят за всем.

— Хорошая мысль, — согласился Гронг. Девчонка в сопровождении Эльфа и своей маленькой свиты остановила коня рядом с ними, и зеленокожий исполин мгновенно посерьезнел. — Что будем делать с пленниками? Не таскать же их с собой!

— Ваше Величество! — Виконт Вэйдин в забрызганном кровью доспехе подъехал к Трэргу. — Возможно, стоит отпустить их в город? Пусть своими рассказами посеют панику в стане врага! В столице осталось более пятнадцати тысяч воинов узурпатора!

— Среди них прекрасно посеют панику хрардары благородных Орков, — фыркнул шаман. — Виконт, оставьте здесь полсотни пленных, они пригодятся в качестве призовой команды, и велите остальным пешком идти в соседнюю провинцию, к королевской армии. Пусть сеют панику там.

— Будет исполнено, Ваше Величество! — Вэйдин тронул коня и умчался исполнять приказ.

Спустя четверть часа оркский отряд вступил в город. Чтобы достичь Королевского Дворца, стоящего на прибрежной скальной гряде, было необходимо почти полностью пересечь столицу, и воины двигались по заранее обговоренному еще в Главном Стане маршруту. Сопротивляться никто и не пытался, городские улицы оказались пустынны, лишь орущее воронье, испуганное появлением множества воинов, кружило над бесконечной чередой виселиц, расставленных вдоль широкой аллеи. Тяжелый запах разлагающейся плоти витал в воздухе. Население города, или то, что от него осталось, попряталось по подвалам и прочим укромным местам, спасаясь от надвигающейся на столицу опасности. Лишь изредка в щелях меж захлопнутых ставен мелькало чье-нибудь испуганное лицо.

— Это чудовищно, — тихо шептала девчонка, отводя заплаканные глаза от изъеденных стервятниками тел повешенных. — Он превратил прекрасную Арзанну в бесконечный эшафот! Город населяет воронье словно я попала в склеп, но не в столицу Редонии! Как он мог сотворить такое…

Шаман искренне недоумевал, как человеческое племя до сих пор существует, если доля душевного уродства в нем столь велика. Вожди Людей сражаются, прежде всего, с собственным народом, а сам народ безвольно, подобно стаду копытных, смотрит на то, как им управляют наиболее низкие и недостойные трусы, подлецы и стяжатели. И покорно подчиняется им, начиная роптать, когда уже, мягко говоря, немного поздновато. Никто не держится друг за друга и не заботится о возвеличивании народа, каждый взволнован лишь собственным благополучием. Как жаль, что без этих жалких существ Детям Ругодара не выстоять в великой войне! Он вспомнил Графа Рэйнора и его доблестных рыцарей, лорда Пэллонга, торговцев Румаку и Диласена, маленького храбреца Эрлада и других достойных людей. Что ж, будем надеяться, что лучших представителей человеческого народа, таких как приобретенные им в странствиях друзья, окажется достаточно для создания надежной силы.

Затаившихся в засаде стражников Трэрг почувствовал через полчаса, когда оркский отряд миновал середину столицы. Городская стража приготовила им западню в месте сужения аллеи, перегородив проход перевернутыми телегами и расставив стрелков на крышах домов. Шаман жестом остановил отряд и подозвал к себе командиров.

— Впереди засада, не меньше тысячи клинков. Дорога перекрыта. — Он коротко обрисовал ситуацию. — Еще столько же воинов укрылись в парке неподалеку, чтобы ударить нам в спину, когда мы увязнем в баррикадах.

— Ваше Величество! — встрепенулась Айлани. — Прошу вас, не жгите город! В домах прячутся люди, они ни в чем не виноваты и ожидают от нас помощи и спасения!

— Вечно Люди ожидают, когда кто-то придет и спасет их, — поморщился Трэрг, — вместо того, чтобы позаботиться о себе.

— Но они же не воины! — Девчонка попыталась оправдать свое племя.

— А что же им мешало стать ими? — усмехнулся шаман. — И только потом заниматься ремеслом? В нашем народе одно другому не мешает. — Она хотела сказать что-то еще, но Трэрг жестом велел ей замолчать: — У нас нет времени на разговоры! Будь по-твоему, Белый Маг! Мы сокрушим врагов сталью оружия.

— Можно ли обойти это место и незаметно выйти к парку? — спросил Гронг у Виконта.

— Можно, — ответил тот, — но придется немного вернуться. Это вызовет подозрение у шпионов. За нами наверняка наблюдают.

— Неважно, — заявил клыкастый гигант, — мы не станем атаковать парк. Мы затаимся так же, как они, и неожиданно встретим их фланговым ударом, когда они выйдут из парка!

— Но если противник раскроет ваш замысел и нападет первым? — возразил Вэйдин. — У него десятикратное превосходство!

— Не успеет, — успокоил его Трэрг, — его шпионы решат, что часть нашего отряда возвращается к воротам. На большее мы не оставим им времени. Гронг! Бери сотню и возвращайся. На полпути развернешься и выйдешь во фланг отряду из парка. Виконт, покажите им дорогу. Гнарг Твердая Рука! Поведешь вторую сотню к преграждающей путь баррикаде. Сделаешь вид, что слишком поздно заметил ее. Возьми всех воинов, которым я зачаровывал доспехи. Они примут на себя удар вражеских магов, я чувствую нескольких среди солдат противника. Остальным спешиться и идти вдоль стен домов. Как только стрелки врага обнаружат себя, я пущу вдоль улицы Бурю. Под ее прикрытием пусть пешие воины взбираются на крыши и не позволят стрелкам противника вести стрельбу. Дрырг Стальная Хватка! — Трэрг окликнул одного из лучших бойцов отряда. — Возьми пятерых воинов! Защищайте Белого Мага!

Шаман соскочил с коня и, на секунду замерев перед девчонкой, негромко сказал:

— Я сберегу твоих соплеменников, Белый Маг! Но ты сбереги моих! — С этими словами он скрылся среди пеших воинов, и поредевший на треть отряд продолжил движение.

Едва передовой дозор орков заметил преградившую аллею баррикаду и замешкался от неожиданности, в разведчиков ударили Магические Стрелы, швыряя их с коней на булыжную мостовую. Затаившиеся на чердаках и крышах лучники вскочили, издавая победный клич, и спустили тетивы, обдавая врага потоком стрел. Переключившиеся на следующие цели маги выплеснули в ближайшие оркские отряды тройную струю Потока Пламени, стремясь охватить огнем как можно большее количество орков, и из проходов между домами и портиков зданий хлынули отряды гвардейцев. Но атаки не получилось. Ливень стрел внезапно застыл в воздухе, словно вплавленные в смолу древесные иголки, и бесполезным хламом осыпался на мостовую. Тотчас вдоль улицы ударили потоки ураганного ветра, сбивая Людей с ног, а казавшиеся уничтоженными заклятьями орки вдруг вскочили на ноги и бросились в бой.

Трэрг коротким движением повесил на девчонку, торопливо создающую свою белую сферу, Магический Щит и быстрым взглядом оглядел начинающееся сражение. Он смел Ветвистой Молнией вражеских лучников с одной из крыш, выхватил из-за спины мечи, тускло поблескивающие боевыми чарами, и рванулся вперед, в гущу битвы. Клинки в его руках мелькали со скоростью ветра, сливаясь в единый шквал ударов, вспарывающих доспехи врагов, будто бумагу, и выплескивая из них фонтаны крови. Несколько раз на его глазах оркские воины спотыкались, пораженные стрелами, но спустя краткий миг их тел касались густые лучи теплого белого света, стрелы выскакивали из ран, и бойцы без устали бросались в битву, словно только что присоединились к сражению. Вскоре поток стрел с крыш прекратился, орки добрались туда, и теперь на мостовую сверху падали разрубленные тела вражеских стрелков. Гвардейцы дрогнули и предприняли попытку закрепиться за перевернутыми телегами и каретами, преграждавшими улицу. Шаман метнул в баррикаду Великую Каменную Глыбу, разметав баррикаду, и в пробитую брешь устремились оркские воины.

Легат Королевской Гвардии спасался бегством, то и дело панически оглядываясь назад. Он никак не ожидал, что хорошо спланированная ловушка мгновенно превратится в кровавую мясорубку. Удар лучников увяз в мощном заклятье, атакующие колонны опрокинуло ураганным порывом ветра, внезапно прошедшего вдоль аллеи, а полковые маги быстро превратились в кучки дымящегося тряпья. Закованные в сталь зеленокожие исполины, размахивающие густо покрытыми кровью огромными топорами, были неудержимы. В считанные мгновения они оказались везде: на крышах домов, в переулках и портиках зданий, на баррикаде… Быть может, шаманы Орков и не владеют даже средними рангами магии, но с этими чудовищами явно идет множество сильных магов! Одних только лекарей с ними не меньше пяти-шести десятков! Раненые Орки исцелялись мгновенно, это значит, что за каждым из них постоянно следило не меньше трех целителей! И они еще успевали наносить мощнейшие удары Молниями и Глыбами. За две минуты сражения оркские чудовища вырезали две трети его отряда, и те, кому посчастливилось уцелеть, сейчас разбегаются в разные стороны, подобно крысам. В довершение всего подкрепление, должное ударить оркам в тыл, так и не появилось. Впрочем, это сейчас не имеет значения. Управление потеряно, солдаты не слушаются приказов, и ему ничего не остается, как уносить ноги. Но вот только куда?! Явиться к Королю с докладом о провале означает неминуемую казнь или еще хуже — портал в царство некромантов. Легат уже всерьез задумался о дезертирстве, как вдруг что-то сильно ударило ему в спину, и он с удивлением уставился на окровавленную оркскую стрелу, на добрый локоть торчащую У него из груди.

* * *

— Мы перебили шесть или семь сотен, остальные разбежались. — Гронг Неотразимый Удар, возбужденно раздувая ноздри от еще не утихшей в крови ярости битвы, стоял рядом с Трэргом и рассматривал усеянную трупами аллею. — Семеро воинов погибли, покрыв себя неувядаемой славой! Еще три десятка ранены, ими сейчас занимается Белый Маг. Что у вас?

— Один благородный воин погиб, — поморщился шаман, — стрела пробила ему глаз и пронзила мозг. Я запретил Белому Магу исцелять его. Остальные целы и уже невредимы. Необходимо двигаться дальше, мы теряем время. Эльф постоянно торопит меня, предсказывая скорое появление некромантов. Говорит, что его артефакты чувствуют, как из Королевского Дворца некто отправляет послания в Некрос. Собирай воинов, брат, как только Белый Маг закончит исцеление, мы выступаем.

Гронг ускакал перестраивать отряд, и Трэрг подошел к девчонке. Та стояла внутри своей белой сферы и изливала потоки энергии на раненых, сидящих и лежащих вокруг. С каждым белым облаком, окутывавшим окровавленных бойцов, повреждения на их телах становились все меньше, словно истаивая на глазах, и могучие воины подымались, расправляя плечи и ощупывая ровную кожу в местах, еще мгновение назад являвшихся кровоточащими ранами. Стараясь не мешать Белому Магу творить исцеляющие чары, шаман остановился неподалеку и стал разглядывать соблазнительный женский силуэт, просвечивающий сквозь полупрозрачную сферу. Что верно — то верно, слова брата не были сказаны вежливости ради, девчонка очень хороша собой…

— Ваше Величество! — Она погасила свою сферу. — Все раненые излечены… — Она виновато поникла. — Простите меня, я не смогла дотянуться до отряда Гронга Неотразимый Удар, они оказались слишком далеко…

— Эти воины погибли, как подобает благородным и бесстрашным Оркам, — ответил Трэрг. — Они навеки останутся в памяти нашего народа в легендах и преданиях. Это почетная и желанная смерть для любого из Детей Рыгдарда Кровавого. О них не нужно причитать, ими следует горбиться! Ты молодец, Белый Маг, — похвалил он ее, — хорошо поддержала нас в бою. Ты быстро учишься.

— Спасибо, Ваше Величество, — смутилась девчонка, — я очень старалась, правда! Я пыталась…

— Теперь же — по коням! — оборвал ее Трэрг. — Время для разговоров настанет после! Необходимо спешить, эльфийский маг очень обеспокоен. Поторопимся же! — Он направился к коню, и Белый Маг, вздохнув побрела к своей лошади.

Отряд двинулся дальше быстрой рысью. Шаман ехал во главе передового дозора, внимательно вслушиваясь в вибрации магических потоков, дабы не пропустить очередную засаду неприятеля. Несколько тысяч солдат, занявших оборону в двух долгих перебегах отсюда, он почувствовал через четверть часа. Трэрг остановил коня.

— Ты учуял врага? — Глаза Гронга вспыхнули жаждой сражения. — Рыгдард Кровавый сегодня щедр к своим детям! Будем окружать или ударим в лоб?

— Там почти три тысячи воинов, — задумчиво произнес шаман, — но я не помню на карте этих мест столь обширного свободного пространства, на котором смогло бы разместиться такое количество.

— Мы в трех милях от ворот анфилады дворцового моста. — Виконт Вэйдин остановился рядом с Трэргом и развернул пергамент с картой столицы. — Впереди начинается район дворянской знати. Тут сплошь дворцы именитых дворянских родов. Людей попроще здесь не найти. Ваше Величество, вы можете показать, где именно вы чувствуете врага?

— Полагаю, вот тут, — шаман указал район на карте.

— Это… — Вэйдин немного замялся и бросил извиняющийся взгляд на Белого Мага, — родовое поместье Геординов. Оно стоит у дороги к Королевскому Дворцу, впрочем, как и все остальные. Дарнэт превратил его в настоящую крепость. Полагаю, сейчас туда прислали крупный гарнизон, чтобы удерживать дорогу к Дворцу в своих руках. Взять его имеющимися у нас силами будет нелегко.

— И слишком долго! — Трэрг отрицательно кивнул и посмотрел на девчонку. — Я не собираюсь тратить столь дорогое нам время, а также жизни воинов на возню с семьями врага.

— Мы с братом столь же разные, сколь отличны друг от друга огонь и вода, — тихо, но твердо ответила та, выдержав его взгляд. — Если Дарнэт и был когда-то человеком, то весьма давно. Теперь он чудовище, ничем не уступающее своему хозяину Некроманту. И семьи у него нет, он не верит никому, даже кухарки у него служат в Тайной Полиции.

— Это упрощает задачу, — изрек шаман. — Гронг, атака отменяется. Идем дальше, не сбавляя скорости. Наша цель — Королевский Дворец.

Когда оркский отряд приблизился к поместью Геординов на расстояние полета стрелы и несколько сот арбалетчиков, стоящих на его стенах, уже снарядили оружие для выстрела, небо над дворцом внезапно побагровело, и солнечный свет сменился на сумерки. В облаках, затмевая собою солнечные лучи, появилась исполинских размеров пылающая комета и с раздирающим уши ревом устремилась вниз, с каждым ударом сердца стремительно увеличиваясь в размерах. Почувствовав ледяное дыхание Смерти, стражники бросились бежать, на стенах вспыхнула давка, многие полетели вниз, сметенные охваченной паникой толпой. Но было уже поздно. Гигантская пылающая скала с оглушительным грохотом врезалась в самый центр Дворца, дробя его на куски, будто стеклянный, и мощное здание рухнуло, исчезая в огромном облаке дыма и пыли. В небе над застланными пылевым маревом развалинами развернулся кроваво-красный бутон Огненного Дождя, и на дымящиеся руины упали первые пылающие капли. Двести пятьдесят закованных в сталь зеленокожих гигантов, не останавливаясь, миновали пышущий жаром исполинский костер и свернули на ведущую к скалам дорогу.

Ворота анфилады дворцового моста, изящной извивающейся лентой уходящей вверх, к вершине скальной гряды, на которой вознесла в небо свои иглы и шпили белоснежная корона Дворца, оказались закрыты. Трэрг коротко хмыкнул, разглядывая замершие перед ними в боевом построении полки, усеявших башни ворот лучников и два десятка магов, стоящих за воротами в Пентаграммах Силы. Этого следовало ожидать. Он обернулся к застывшему позади в штурмовом строю оркскому отряду.

— Храбрые Орки! Не позволяйте врагам связать себя боем! Прорывайтесь к Дворцу, нам должно в первую очередь захватить арку портала, через которую некроманты попадают в наш мир! А с этими, — шаман кивнул на изготовившиеся к бою полки неприятеля, — мы разберемся сразу после!

Он посмотрел на девчонку:

— Веди воинов, Белый Маг! Они не подпустят к тебе врага. Проведи Гронга и Сына Богов к порталу. Я догоню вас. — Трэрг развернул коня к противнику и негромко добавил: — Придется изготовить новые ворота…

Шаман зачерпнул мощный магический поток и излил его через себя. Перед стеной вражеских войск, пылая нестерпимым жаром, рванулась ввысь могучая Стена Огня. Трэрг одним движением трансформировал ее в Волну Пламени и толкнул вперед. Кипящее ревущим огнем цунами высотой в десяток оркских ростов рванулось к позициям врага, пожирая все на своем пути и оставляя позади себя лишь обугленную землю, покрытую лужицами расплавленного камня.

Стоящие за воротами маги синхронно вскинули в небо руки и зашептали слова заклятья. Их пентаграммы ослепительно вспыхнули ярко-красным светом и…

— И ничего не произошло, — философски прокомментировал Лорд Тэрвис, — погасить боевое заклятье Черного Рыцаря силою двадцати Красных магов — это действо, достойное попытки отразить лбом удар боевого молота. Надеюсь, военачальник Принца Дарнэта успеет отвести своих воинов за ворота!

Видимо, у стоящих на пути пламени полков возникла та же мысль, и отряды стражи торопливо сворачивали свои ряды, бегом отступая к воротам от приближающегося к ним огненного цунами. Однако ворота так и не открылись.

— Что они делают?! — удивился Гронг Неотразимый Удар. — Неужели их командир собрался столь бездарно потерять все свое войско?! Почему они не открывают ворота?!

— Потому что Дарнэту безразлична их судьба, — тихо прошептала Принцесса, — гораздо более его волнует своя жизнь, и потому он приказал закрыть ворота изнутри и не открывать ни при каких обстоятельствах… наверняка под страхом смерти. И теперь все эти воины обречены сгореть заживо! — Она бросила на шамана умоляющий взгляд: — Ваше Величество! Пощадите их, прошу вас! Остановите Волну!

— Зачем? — пожал плечами Трэрг. — Сейчас все они дрожат от страха и готовы присягнуть на верность кому угодно, лишь бы сохранить свои жалкие жизни. Но позже, когда их страхи улягутся, они соберут очередной заговор. Как это принято у Людей и как это было уже не раз с твоим отцом. И с моим человеческим предком тоже. Опыт ничему не учит твой народ.

— Но многие из них могли оказаться здесь не по своей воле… — слабо возразила девчонка, — их заставили…

— Все, у кого была своя воля, — зло усмехнулся шаман, — пали в боях задолго до нашего появления здесь либо прячутся в лесах соседней провинции. Не думаю, что в Королевскую Гвардию и Тайную Полицию силой затаскивают благородные сердца. Каков вождь, такова и свита. — Его взгляд внезапно сделался столь жестким, что Айлани вздрогнула и невольно закрыла глаза.

— Их всех ожидает Смерть, — спокойным голосом закончил Трэрг, — и не только их.

Он коротко взмахнул рукой. Исполинское огненное цунами совершило рывок, метнувшись к воротам анфилады, и поглотило мечущиеся в панике полки врага. Треск лопающихся от чудовищной температуры тел слился с истошными криками вспыхивающих Людей, и воздух мгновенно наполнился удушливым запахом горелой плоти. Шаман исполнил еще один жест, и в воздухе вспыхнул объятый огнем расплавленный обломок Гигантской Каменной Глыбы. Десятки ронтобран камня ударили в ворота, разнося их на обломки и мелкую щепу, и в следующее мгновение в цепочку съежившихся внутри своих Пентаграмм магов ударили Боевые Пульсары. Изорванные человеческие тела в охваченных пламенем мантиях расшвыряло в стороны, и Трэрг, не оборачиваясь, произнес:

— Веди воинов к порталу, Белый Маг! Время дорого!

Айлани, словно в тумане, смотрела на гибель тысяч людей, не в силах сдвинуться с места. Виконт, Наставник и Лимми хранили молчание, Орки ждали ее слова, а эльфийский маг с научным интересом изучал манипуляции Трэрга. Чья-то тяжелая рука легла ей на плечо, выводя из ступора.

— Воины ждут твоего примера, Белый Маг, — негромко произнес Гронг Неотразимый Удар, — у тебя доброе сердце, но не переполняй его горечью при виде гибели врага. Предстоит великая война, в которой погибнут миллионы друзей, оставь же для них свою скорбь! Прежде чем на землю Эфрикка придет мир, тебе предстоит увидеть бесконечные тысячи смертей. А это лишь мелкая стычка. Трэрг Огненный Смерч никогда не убивает ни ради удовольствия, ни ради доказательства своей силы. Прежде всего, он заботится о своем народе. Весь Ругодар знает об этом! Придет время, узнаешь и ты, и твой народ. Но сейчас нам необходимо закрыть врата в мир Некроса, или народы наши будут обречены, захлебнуться в океанах крови. Указывай путь, Белый Маг!

Принцесса вытерла слезы и твердым голосом произнесла:

— Арка портала находится в Королевском Кабинете. На третьем этаже покоев Королевской Семьи. Это верхние уровни Дворца. Ее будут охранять все, кто остался у Дарнэта, включая его самого. Лорд Тэрвис, готовьтесь поддержать воинов! Виконт Вэйдин! Прошу вас быть недалеко от меня и позаботиться о Графине Лимм. — Она посмотрела на Гронга и закончила: — За мной! Я укажу дорогу!

Айлани щелкнула поводьями, и могучий оркский тяжеловес с одетой в белое хрупкой женской фигуркой в седле устремился к воротам анфилады дворцового моста. За ней, воздев в небо хрардары, с победным ревом рванулись стальные ряды зеленокожих гигантов.

Трэрг ударил Ветвистой Молнией, испепеляя оставшихся магов противника, и переключился на уцелевших стражников Гвардии и Тайной Полиции, фланговые отряды которых сумели избежать Волны Пламени. Он швырнул в них пару Боевых Пульсаров, отсекая от дымящихся обугленных обломков ворот, и проводил взглядом мчащуюся по анфиладе впереди оркского отряда девчонку. Его губы тронула легкая улыбка. Она действительно молодец, умеет отличить суть от поверхностного, даже если это не так просто и причиняет боль. Качество, редкое для представителя человеческого племени. Из нее могла бы выйти настоящая Королева. Со временем. Шаман убедился, что весь отряд орков прошел через ворота и окинул взглядом поле боя. Пора заканчивать, его помощь может понадобиться внутри Дворца. Он плавным движением стряхнул с кончиков пальцев едва заметный сноп крохотных искорок. Мельчайшие огоньки устремились к врагу, и спустя три удара сердца у ворот анфилады в небо взметнулся могучий Огненный Смерч.