Глава шестая.

Кошатник следил за Николаем. Теперь он точно знал: лидер рубит концы. Три уже обрубил. Кошатник – четвертый. Если бы Николай так не корешился с белобрысым, Кошатник еще мог бы подумать, что лидер его самого не тронет. До прихода Славки Николай Кошатника ценил и привечал. Другим в пример ставил, а уж Кошатник ему прямо в рот смотрел. Но то – раньше! Теперь лидер его иначе и не зовет, как мудаком или придурком. А белобрысый вообще оборзел: зуб Кошатнику сломал. И было б из-за чего! Червонец у него из кармана вытянул – пива купить. Не сказал бы Николай, так Славик бы ни в жисть не просек. Кошатник ему: «В кругу друзей не щелкай клювом! А если щелкаешь, то быстро-быстро!» Просто пошутил. А этот бычара – по зубам. Он, Кошатник, конечно, обиделся, пику достал. А этот – с носка по яйцам. Кошатник от боли чуть не сдох! А Николай пику забрал, в пакетик сунул.

«Будешь борзеть,– говорит,– я этой пикой мусора какого-нибудь порежу, а потом скину куда-нибудь с твоими пальчиками. А тебя – сдам. Угадай,– говорит,– что с тобой менты сделают?».

То есть все, конечно, правильно. По-сатанински. Слабого – гаси. Но ведь Кошатник – свой! А этот говнюк еще прикалывался – Светку нажаривал и Кошатнику: «Хочешь палочку кинуть?» А у Кошатника яйцо, как груша. Ему не то что на бабу – ходить трудно! Раньше сам гонял Кошатника от Светки, а теперь: «Хочешь палочку кинуть?» Да на хрен теперь эта Светка Кошатнику сдалась! Кости одни! Джейну и то пощупать приятнее!

А сегодня утром Кошатник в колледж пришел, за степухой, а там кореш говорит: шмару его, сопливку, недавно трахнули, так в ментуре ей фотографии всякие показывали и рисуночки. Чтобы опознала. Того, кто ее отпорол, ясен перец, не было. Зато на одном рисуночке – вылитый Кошатник. Короче, телка корешева пока не сказалась: мол, многие похожи, она особо не разглядела. Но кореш намекнул: надо ей отстегнуть, чтоб не сдала. Лучше б ее тот козел до смерти затрахал, блядь малолетнюю! В общем, похоже на то, что Сатана на него в обиде. Зарезать бы кого по ритуалу, да у Кошатника – беда. Нужные слова в башке совсем не держатся. Вот Николай шпарит как по-матерному. А у Кошатника – только какие-то обрывки в мозгах. Один выход: завалить сразу человек двадцать. За такую крупную подачу, может, Господин ему скидку сделает? Еще бы взрывчатки достать… Не, достать-то – не проблема. Но деньги… Вчера Кошатник одного хмырика стопанул, добыча – рупь с четвертью. Смех! А на кого посерьезнее нацелишься – сразу яйцо распухшее ныть начинает. Конечно, Кошатник не пустой. У него и пика новая, и баллон газовый, у одного придурка шопнутый. А все равно… боязно.

Николай тусовался у Вечного огня. Любит он это местечко. Говорит, тот же погост, только земля не освященная и покойники тоже. Как-то, в старые времена, признавался Кошатнику: мечтает он прямо тут огненный ритуал совершить. Вот поднакопит силы, чтобы многим сразу на глаза морок наводить,– и совершит. Кошатник слушал и восхищался: вот это мечта у его духовного брата! Великая мечта!

Может, и сбудется она. Только уже без Кошатника. Кошатника лидер, сто процентов, нацелен под нож пустить. Но у Кошатника другие планы.

Николай в одиночестве топтался недолго. Почти сразу к нему подвалил Славиков приятель-каратист. Причем не один, а с подругой. А подруга… Класс! У Кошатника даже яйцо ныть перестало. Круче Светки в сто раз. Ясный перец, не теперешней Светки, а той, что только в Круг пришла. Ножки, попка, коса. Сразу видно – чистенькая. А прикинута!..

Кошатник далеко стоял – и зацепило. А уж Николай – ва-аще! Хвостом замахал, ручку целовать полез! Кошатник зуб дал бы: недели не пройдет, а он этого каратиста в сторону отодвинет и впендюрит киске по самые корешки. А Кошатник – опять с краю. Юный сатанист злобно сплюнул. Ну почему такая несправедливость? Одним – все! А другим – хрен с гуталином!

Кафе называлось «У Анны». Дешевое студенческое кафе с синтетической пиццей и вполне приличным пивом.

– Здесь пахнет жизнью,– сказал Николай.

– Это хорошо? – спросил Юра.

– Это интересно. Жизнь и Смерть. Что может быть интереснее? Жизнь – это все они, а Смерть – это мы.

– Ой! – пискнула Даша и захлопала ресницами.

– К вам, Дашенька, это не относится,– великодушно изрек лидер сатанистов.– Вы – очаровательная девушка, и жизнь – ваша стихия. А вот Юрию путь Смерти вполне по плечу. Это путь настоящих мужчин, ведь Смерть – это женщина. Хотите анекдот, Дашенька?

– Хочу!

– Звонок в дверь. Хозяин открывает – на пороге стоит Смерть. Только маленькая – с кошку ростом. Но Смерть есть Смерть, мужик перепугался, за сердце схватился – и помер. А смерть говорит тоненьким голоском: «Вот дурачок, я ж не к нему, а к его попугайчику!».

Даша засмеялась, и Матвеев удивленно посмотрел на нее. Анекдот был старый, как пирамиды.

– Все люди умирают, Дашенька. Только маги живут вечно.

– Откуда вы знаете? – Даша кокетливо улыбнулась.

– Потому что я – маг.– Загадочая улыбка тронула розовые губы лидера сатанистов.

– Маг – это как? Вроде колдуна из мультяшки? – Дарья наивно похлопала ресницами.

– Колдун? – Николай пренебрежительно шевельнул плечами.– Колдуны – самоучки. А маг – наследник высшего знания. Древнего знания. А закон знания гласит: только понимание дает контроль. Чем больше знаешь о природе вещей и человеческой сути, тем легче тебе управлять вещами и людьми. Знание – это и есть власть. Верно, Юра?

Матвеев кивнул.

– Но в первую очередь,– важно произнес Николай,– следует познать себя. Свои желания и возможности, свою суть и силу. Не познавший свое существо не станет магом никогда! А ведь только маг владеет тайнами жизни. Ему подвластны источники наслаждения. Высшего наслаждения!

– А вам тоже? – спросила Даша.

– Что тоже, Дашенька?

– Вам они тоже подвластны?

– Ну конечно! – Николай изобразил удивление.– Я же сказал, что я маг. Вы мне не верите?

– Ну-у… Не знаю.

– Я могу доказать,– спокойно произнес лидер сатанистов.– Вот Юра уже видел кое-что… Так, мелочи. Но я могу показать вам и настоящую магию. Только…

– Что?

– Это очень опасно, Дашенька.

– Ой, тогда не надо! – Даша кокетливо махнула ручкой.

– Но вам совершенно ничего не угрожает, если…

– Если что?

– Если вы будете делать только то, что вам говорят.

– Я вообще-то послушная.– Даша сдвинула бровки.– Это будет волшебство, да?

– Да. Древнейший ритуал вавилонских магов. И вы, Дашенька, будете главной жрицей, потому что только женщина может совершить этот ритуал. Мужчины тут бессильны. Но сначала вам придется довериться нам, мужчинам. Мне и вашему другу Юрию. Мы поможем вашему источнику пробудиться. Поднимем древнего змея кундалини к истокам наслаждения. Вы испытаете такое блаженство, какое мы, мужчины, не можем даже представить, Дашенька! Вот вам первая из древних тайн: женщина создана, чтобы наслаждаться! Вот высшая мудрость!

Юре вдруг показалось, что лицо сатаниста загадочно удлиняется, а из черных кудрей пробиваются маленькие желтые рожки.

Юра мигнул, и иллюзия исчезла.

«Я что, ревную к нему Дашку? – удивился Матвеев.– С чего бы? Видно же, что он ей ни капельки не нравится!».

– Женщина – для наслаждения. А мужчина?

– Мужчина – лишь слуга ее на этом пути,– смиренно проговорил лидер сатанистов.– Люди забыли об этом, но мы, маги, не забываем ничего.

– Как интересно!

– Вы согласны попробовать?

– А это не больно?

– Это восхитительно! – заверил Николай.– Вы слышали о вавилонской царице Семирамиде?

– Что-то такое… Про сады?

– Совершенно верно, Дашенька. Вы – очень образованная девушка. Висячие сады Семирамиды. Их называли Первым Чудом Света. Но то были слухи, ходившие меж непосвященных. А посвященные знали, что Чудо – не сады, а то наслаждение, которое испытывала царица, предаваясь волшебной магии. Если бы было больно, разве царица Вавилона стала бы этим заниматься, Дашенька? Царица! Повелительница жизни и смерти миллионов подданных Вавилонской империи!

– И это тот самый, ну… ритуал? – Дашины глаза округлились.

– Да! – Николай приложил ладонь к груди.– Пусть моя сила оставит меня, если я солгу! Вы умны, отважны и прекрасны, душа царицы Вавилона воплощена в вас, Даша! Я повинуюсь вам и готов служить. Вы хотите возродить древнее чудо, госпожа? Повелевайте! – Черные глаза лидера сатанистов увлажнились.

– Я хочу! – Даша выдвинула нижнюю губку.– Прямо сейчас!

Кафе понемногу наполнялось. Видимо, у студентов кончились лекции.

– Сейчас не получится,– огорченно проговорил Николай.– Это великая мистерия. Я должен просить покровительства древних богов, рассчитать благоприятное расположение звезд. Даже во времена Семирамиды такие расчеты отнимали самое меньшее месяц, хотя трудились над ними шестьдесят царских магов.

– Месяц? – разочарованно протянула Даша.

– Или дольше. Их было шестьдесят, а я – один. Но… – тут он лукаво улыбнулся.– В Вавилоне не было компьютера. Вам не придется ждать месяц, царевна Даша. Может, неделю. Может, еще меньше. Послезавтра вы узнаете ответ. А сейчас, царевна, позвольте мне уйти, чтобы скорее начать вычисления.

– Идите,– величественно разрешила Даша.– И побыстрее считайте, я жду!

– Я буду считать день и ночь! – торжественно произнес лидер сатанистов. Он встал.– Я буду трудиться без отдыха и сна, царевна. Я ждал этого всю мою жизнь!

Он низко поклонился, коснулся губами Дашиного запястья и ушел, стройный и строгий, в облаке мистической тайны. Вавилонский маг до мозга костей.

– По-моему, он нас дурачит,– сказала Даша.– Но делает это красиво. Я вправду почувствовала себя царевной.

– Вообще-то он действительно кое-что может,– заметил Юра.– Я видел, как он превратил червонец в сто баксов.

– Серьезно? – удивилась Даша.– Да он талант! Накрутить двадцать пять тысяч процентов прибыли! Слушай, у нас место брокера освобождается! Давай я ему предложу?

– Он превратил, а не накрутил! – обиделся за Николая Матвеев.

К ним за стол подсели две студентки. Оглядели Юру, Дашу, оценили, прикинули – и принялись болтать о своем.

– Это, наверное, гипноз,– предположила Даша.

– Книг по магии у него – море,– сказал Матвеев.– Слушай, может, пойдем? А то мне на консультацию надо.

– Пошли – так пошли,– Даша встала.– А мы сегодня с Альбиной и Иркой в Мариинку идем. Нас ее папа пригласил. У него премьера. И Наталья Тимуровна придет. Присоединяешься?

Они поднялись из подвальчика, вышли на площадь, под жаркое солнце.

– Нет, Даш, я не могу. У меня тренировка. Хочешь, я тебя потом встречу? По городу пошляемся, мосты разведем… Как?

– Ага, подходи,– рассеянно проговорила Даша.

Она махнула рукой, и первая же машина остановилась.

– Пока! – Даша чмокнула Юру в щеку.

– До вечера,– Матвеев поглядел вслед отъезжающей «девятке», вздохнул.

Что-то было не так, но что – не понять.