8. Фантастическое путешествие.

Я не думаю, что действительно собирался пускаться в это фантастическое путешествие по оси времени, я решил, что помогу спустить полковника Муррея по стволу шахты вниз. Мне казалось, что все это происходит во сне, я не считал это реальностью. Я был уверен, что проснусь в своем гостиничном номере в Рио.

На дне шахты находилась узкая пещера, и лучи наших фонариков выхватывали из тьмы грубые шершавые стены. Мы внесли Муррея в пещеру и уложили его на место, куда указал Де Калб. Доктор Эссен сразу склонилась над пациентом, затем подняла его голову и кивнула.

— Есть еще время, — сказала она.

Де Калб махнул рукой и, светя фонариком на стены, сказал:

— Время! Вот где время! Эта пещера и все находящееся в ней расположено на оси, вокруг которой вращается сфера времени, вращается прошлое и будущее.

Это было сказано немного напыщенно, но тем не менее впечатляло. Мы с доктором Эссен молча слушали его, стараясь вникнуть в смысл его концепции, но Де Калб уже приступил к действиям.

— Сейчас с Мурреем все в порядке. — Он опустился на колено возле саквояжа, который несла Эссен, раскрыл его, откинул все четыре стенки, и я увидел какие-то странные приборы, поблескивающие стальными поверхностями. Де Калб начал собирать непонятную мне конструкцию, скрепляя вместе стержни и подвешивая на них блестящие баллоны. Все вместе это напоминало фантастическое дерево.

— Ну, Лотта, — сказал он, закончив работу, — теперь твоя очередь.

— Ира, — колеблясь, сказала она, — …хорошо.

Пока они работали, я светил им фонариком. Прошло довольно много времени, когда Де Калб удовлетворенно хмыкнул. Послышался тонкий нервный звук, и дерево стало двигаться. От удивления я выронил фонарик. Де Калб протянул руку и выключил его. Доктор Эссен тоже выключила свой фонарик. Темнота была бы кромешной, если бы медленно двигающееся дерево не поблескивало огоньками. Постепенно темнота в пещере стала сереть, как будто огоньки дерева постепенно растворялись в пыльном воздухе пещеры и насыщали тьму своим светом. Становилось ясно, что мы находимся в овальной полости, окруженной темнотой шахты.

В полумраке я разглядел доктора Эссен. Она сидела, положив руки на толстый металлический лист, лежащий у нее на коленях. На листе были натянуты провода, как струны, и она как будто играла на них, перебирая пальцами. Звука не было слышно, но света становилось все больше и больше.

— Теоретически, — сказал доктор Эссен, — все это было разработано много лет назад, но только сейчас, когда мы находимся в особом типе пространства, можно практически реализовать это устройство. Еще в 1941 году я опубликовала несколько статей по этому вопросу. Матричная структура атомов. Но тогда практическое применение моего открытия было невозможно. Только здесь, на оси времени, я могу проверить правильность своей теории. Я создала матричную структуру вещества, но период ее колебаний можно регулировать…

— Кортленду совсем не обязательно все знать об этом, — сказал Де Калб неожиданно весело. — В теории еще много такого, чего и я не могу понять. Мы направляемся в «терра-инкогнита», но я все же думаю, что мы попадем-таки в город Лица Эа. Каким-то непонятным образом мы пока что выполняем правила этой игры — хотя и вопреки логике. Каким-то образом все расположилось так, что мы четверо вошли в полость, где лежали спящими, — неощутимые и невидимые ни для кого. Только в ультрафиолетовом свете можно было увидеть наши тела.

Муррей может, конечно, умереть, но если теория верна, то некронное существо выпадает из времени, и может быть, полковник излечится. Некоторые яды в больших дозах могут быть и лекарством. Возможно, долгая каталепсия вне времени вылечит его. Я думаю, что люди Города предвидели такой поворот событий. Ты засыпаешь, Кортленд?

Я засыпал. Нежное монотонное гудение, издаваемое вращающимся деревом, действовало на меня гипнотически, но тогда я этого не понимал. Внезапно мне захотелось встать и уйти, но я тут же понял, что решение уже принято за меня. Нервы мои напряглись. Я вовсе не хотел пускаться в это сумасшедшее предприятие. Самоубийца нередко отказывается от своего намерения в последний момент. Я напряг все свои силы и с трудом сдвинулся со своего места на четверть дюйма. И тут же услышал голос Де Калба:

— Нет, нет. Матрица пространства уже сформировалась.

В голове у меня звенело, а серый свет, как паутина, слепил. Сквозь него где-то вдали во времени и в пространстве я увидел. Это было…

Возможно, это были мы сами на другом конце замкнутого круга времени. Просыпались после своего путешествия длительностью в миллион лет. Но это двигались они, я был неподвижен.

Я был запечатан во времени и в пространстве и чувствовал, как мое сознание угасает, подобно пламени догорающей свечи. Оно уходило от меня все дальше и дальше, а я погружался в небытие. Следующее, что я должен был увидеть, это Лицо Эа, смотрящее в кроваво-красные сумерки конца мира. Затем пламя окончательно угасло, фонтан иссяк и с тихим шелестом последние струйки утекли куда-то в глубины моего мозга.

— Теперь нам осталось только ждать, — где-то в бесконечной дали прозвучал голос Де Калба. — Теперь нам нужно ждать — миллион лет.