Глава 37. – Нет! – закричала Амрена, и ее кулак замолотил по свинцовой двери. А сверху, сквозь многочисленные щели и трещины в потолке, хлынули потоки воды, быстро заполняя помещение. Нет! Нет! Нет! Сунув шкатулку в широкий карман доспехов, я поспешила к двери. Пылающая ладонь Амрены нагревала металл, стремясь прожечь насквозь. Вода шипела и бурлила, от ее завихрений шел пар, словно она пыталась нам что-то сказать на своем языке. А потом… Дверь стремительно распахнулась, и нам навстречу из коридора хлынул другой поток. Я хотела уцепиться за порог, но не удержалась. Вода втолкнула меня обратно, погрузив под свою темную, ледяную поверхность. От холода у меня перехватило дыхание. Найти пол. Я должна найти пол. Мои ноги нашли пол. Я подпрыгнула, глотнула воздуха и обернулась по сторонам в поисках Амрены. Она цеплялась за порог и во все глаза смотрела на меня. Протянутая рука ярко светилась. Вода уже была мне по грудь. Я устремилась к Амрене, пробиваясь через поток и приказывая новой силе наполнить мое тело и руки. Давление воды ослабло, словно крупица силы утихомирила ее гнев. Амрена вскарабкалась на порог. – Книга у тебя? – спросила она, перекрикивая гул воды. Я кивнула и только сейчас поняла, что рука Амрены протянута вовсе не ко мне, а к двери, которую она удерживала в пазу. Я быстро выбралась в коридор. Амрена прыгнула следом, и дверь с грохотом закрылась. Стены содрогнулись. Что за сила позволила Амрене отодвинуть дверь? Мы оказались в узком коридоре. Я вспомнила про отверстия в стенах и поняла, что он заполнится водой куда быстрее, чем бывшее хранилище Книги. – Идем, – выдохнула Амрена. Не спрашивая позволения, я обвила ноги Амрены вокруг своей талии, а затем усадила ее себе на спину. – Делай что нужно, – бросила я ей. Вода достигала моей шеи. До лестницы оставалось совсем недалеко, но ее ступени превратились в каскадный фонтан. Куда запропастился Ризанд? Амрена вытянула руку. Ее ладонь больше не раскалялась, однако вода задрожала и, как мне показалось, попятилась. Это не было настоящим проходом – лишь полоса относительно спокойной воды. Я направила туда крупицу силы Таркина… моей силы. Вода стала еще спокойнее, вынужденная подчиниться моей воле. Удерживая на себе Амрену и царапая ногтями ее бока, я побежала. А вода все прибывала, она достигла моего подбородка, потом рта. Но я добралась до основания лестницы, едва не поскользнувшись на ступеньке. Амрена вскрикнула, и я остановилась. Амрена не была трусихой, и вскрикнула она не от ужаса. Это был даже не крик, а отчаянная попытка глотнуть воздуха, поскольку сверху на нас обрушилась настоящая водная стена. Я бы не удивилась, узнав, что все строение уже накрыло мощной приливной волной. Какую бы магию я ни унаследовала, сейчас я не могла совладать с водной стихией. Я успела глотнуть остатки воздуха, вцепиться в ноги Амрены и… И увидеть, как верхняя дверь наглухо закрылась, запечатав нас в водяной гробнице. Это означало смерть. Быструю или медленную – особой разницы не было. Нам отсюда не выбраться. Воздуха больше не было. В моих легких его осталось совсем немного. Сознание не покинет меня до последней секунды, а когда легкие уже не смогут сопротивляться, тело прекратит борьбу за жизнь, и я наглотаюсь воды. Амрена билась у меня в руках, пока я не выпустила ее и не поплыла следом, пытаясь успокоить струсившее сердце и заставив легкие беречь оставшийся в них воздух. Амрена подплыла к двери и ударила по ней ладонью. Огненные символы вспыхивали и гасли, однако дверь оставалась закрытой. Я подплыла рядом и стала биться в дверь плечом, но оно лишь оставляло вмятины на свинце. Я попробовала царапать дверь когтями. Даже когтищами. К вмятинам добавились борозды, но дверь не открывалась. В легких началось жжение. Кажется, страх передался и им. Амрена продолжала атаковать. Шарик магического света мигал, словно отсчитывал удары ее сердца. Нужно сделать вдох, открыть рот и сделать выдох. Тогда жжение ослабнет… Неожиданно дверь открылась сама. Нет, ее открыли. Магического света хватало, чтобы разглядеть три странных, по-своему прекрасных лица с острыми рыбьими зубами. Необычайно тонкие пальцы выволокли нас обеих с лестницы, и мы оказались в пупырчатых руках водяных фэйри. И я не выдержала. Едва паучьи пальцы обхватили мою руку, я открыла рот, и в него хлынула вода, отсекая все мысли, звуки и дыхание. Мое тело забилось, когти исчезли… Мимо проносился сор, водоросли и еще что-то. Я смутно ощущала, как меня тащат сквозь воду, да так быстро, что соленая вода обжигала веки. И потом – горячий воздух. Воздух, воздух, воздух! Однако мои легкие были полны воды… Меня ударили кулаком в живот, и я начала исторгать из себя воду, брызгая ею на окрестные волны. Я залпом глотала воздух, глядя на сиреневые и розовые рваные полосы, протянувшиеся по утреннему небу. Невдалеке послышались звуки, схожие с моими. Я повернулась и увидела Амрену. Морщась, она извергала из себя морскую воду – хмурая, усталая, но живая. А между нами плавали водяные фэйри. Мокрые волосы цвета оникса липли к их странным головам, похожим на шлемы. Фэйри смотрели на нас большими темными глазами. За их спинами всходило солнце. Адриата пробуждалась. – Долг нашей сестры оплачен, – произнесла фэйри, что плавала в середине стаи. Потом они исчезли. Амрена уже плыла к далекому берегу. Моля богов, чтобы водяные фэйри не вернулись и не вздумали позавтракать нами, я догнала Амрену. Я старалась не слишком махать руками, чтобы нас не заметили. Добравшись до берега, мы нашли тихую песчаную бухточку и рухнули на песок. Чья-то тень загородила солнце. Чей-то сапог щекотал мне ногу. – А что вы тут разлеглись? – спросил Ризанд. Он по-прежнему был в черных доспехах. Я открыла глаза. – А где тебя носило? – сердито спросила Амрена, приподнимаясь на локтях. – Могу поздравить: вы подняли на ноги весь караул. Я был вынужден вылавливать каждого караульного, который бежал докладывать начальству. У меня першило в горле, песок струился по щекам и голым рукам. – Я думал, ты сумела вас замаскировать, – сказал Амрене Риз. Амрена зашипела: – Это жуткое место и чертова книга почти лишили меня силы. Вдобавок мы чуть не утонули. – Я ничего не чувствовал по связующей нити, – признался Риз, поворачиваясь ко мне. – Да потому что и ниточку вашу прижали, придурок, – огрызнулась Амрена. – Скажи спасибо, если не оборвали. – Ты ее добыла? – спросил Риз, и его глаза ярко вспыхнули. Сопутствующие обстоятельства, едва не стоившие нам жизни, его не волновали. Я потрогала карман доспехов. Свинцовая шкатулка была на месте. – Отлично, – только и сказал Риз. Голос у него был напряженный. Я посмотрела в сторону острова и замка и все поняла: по берегу сновали возбужденные караульные. – Нескольких я не сумел перехватить, – скрипнул зубами Риз, беря нас обеих за руки. Мы исчезли из земель Двора лета. Вокруг гудел холодный ветер. Мне едва хватало сил цепляться за Риза. Амрена была не в лучшем состоянии. Когда переброс завершился, мы рухнули на пол знакомой передней, пачкая ковер песком и брызгая водой. – Что за шум? – послышался из столовой голос Кассиана. Я вскинула голову и посмотрела на Ризанда. Тот невозмутимо направился в столовую. – Я и сам жду объяснений, – заявил он Кассиану, Азриелю и Мор, которые смотрели на нас во все глаза. Амрена не торопилась вставать. – Каким образом? – прохрипела она, щуря на меня покрасневшие глаза. – Когда при Дворе весны платили десятину, посланница водяных фэйри сказала, что у них нет ни золота, ни рыбы, чтобы заплатить. Они сами голодали. Каждое слово отзывалось во мне болью. Я опасалась, как бы меня снова не вывернуло. Пожалуй, Риз заслуживал, чтобы я изгадила ему ковер. Хотя, скорее всего, он вычтет за него из моего жалованья. Амрена смотрела на меня и ждала продолжения. – И тогда я отдала посланнице часть своих драгоценностей, чтобы водяные фэйри сумели расплатиться с долгами. Она поклялась, что и сама, и ее сестры никогда не забудут проявленной доброты. – Может быть, и до нас тоже снизойдут с объяснениями? – крикнула Мор. Мы с Амреной сидели на полу, и она вдруг засмеялась. Ее миниатюрное тело сотрясалось от смеха. – Что тебя насмешило? – удивилась я. – Только бессмертная со смертным сердцем способна отдать этим жутким тварям драгоценности. Это так… Амрена снова засмеялась. Из-за песка и водорослей ее темные волосы склеились. На мгновение она даже показалась мне человеческой женщиной. – Уж не знаю, девчонка, какая удача тебя ведет по жизни… спасибо Котлу за это. Остальные вышли в переднюю и смотрели на нас. Я уловила насмешливый шепот, прозвучавший внутри, а потом засмеялась. Смех получился хриплый и жгучий. Или это до сих пор жгло у меня в легких. Однако смех был настоящим; пусть чуть-чуть на грани истерики, зато после него мне стало гораздо легче. Мы с Амреной переглянулись и снова захохотали. – Дорогие соратницы, – промурлыкал Ризанд. Это был молчаливый приказ заканчивать представление на полу. Я со стоном поднялась, наградив ковер новой порцией песка, потом протянула руку Амрене. Ее хватка была твердой, но «ртутные» глаза смотрели на удивление мягко и даже нежно. Она стиснула мою руку и прищелкнула пальцами другой. Наша одежда мгновенно стала чистой, сухой и теплой – за исключением кармана доспехов, где лежала шкатулка. Мои друзья смотрели серьезно и даже несколько торжественно. Я полезла в карман доспехов. И снова ледяной металл обжег мне пальцы. Я опустила шкатулку на стол. Она встала с глухим стуком, и все отпрянули от стола, бормоча ругательства. – Фейра, доведи дело до конца, – лениво произнес Риз. – Пожалуйста, открой шкатулку. У меня подогнулись колени. Голова закружилась. Во рту ощущался вкус морской соли и всего, чего я успела наглотаться, но… Я сама хотела поскорее расстаться со шкатулкой. Плюхнувшись на стул, я пододвинула ненавистную шкатулку к себе и положила руку на крышку. «Здравствуй, врунья», – вкрадчиво произнесла Книга. – Здравствуй, – тихо ответила я. «Будешь меня читать?». – Нет. Все молчали, хотя воздух столовой был густо пропитан замешательством. Только Риз и Амрена внимательно наблюдали за мной. «Откройся», – мысленно приказала я. «Скажи „пожалуйста“». – Пожалуйста, – произнесла я вслух. Шкатулка и Книга молчали. Затем послышалось: «Подобное взывает к подобному». – Откройся, – скрипнула зубами я. «Растворение и Сотворение, Сотворение и Растворение – таков круг. Подобное взывает к подобному». Я посильнее надавила на крышку. От накатившей усталости я стала безразличной к мелькавшим мыслям, к тому, что было или не было частью меня: жар и вода, лед, свет и тень. «Разрушительница проклятия», – произнесла Книга, и крышка шкатулки чуть приподнялась. Я устало откинулась на спинку стула, радуясь соседству с пылающим очагом. Светло-карие глаза Кассиана потемнели. – Я больше не хочу когда-либо снова услышать этот голос, – признался он. – А придется, и очень скоро, – вкрадчиво сказал Ризанд, поднимая крышку. – Как только смертные королевы соизволят нанести визит, ты отправишься вместе с нами. Сейчас я слишком устала, чтобы думать о необходимом продолжении начатого. Я смотрела в шкатулку. Книга не была похожа на привычные мне книги. Не было ни пергаментных страниц, ни кожаного переплета. Страницами служили листы темного металла, скрепленные тремя кольцами: золотым, серебряным и бронзовым. Каждое слово не печатали и не писали, а вырезали с необычайной точностью и изяществом. Алфавит был мне незнаком. Похоже, мои навыки чтения здесь совершенно бесполезны. Риз не торопился доставать Книгу из шкатулки. Его соратники поочередно заглядывали в нее и отходили, словно видели что-то отталкивающее. Только Амрена продолжала сосредоточенно разглядывать Книгу. Ее лицо стало совсем бледным. – На каком языке это написано? – полюбопытствовала Мор. Мне показалось, что у Амрены дрожат руки, но она быстро сунула их в карманы. – Это язык нездешнего мира. Один Риз не удивился изменившемуся лицу Амрены, словно догадывался, какой это язык. Возможно, потому он и отправил ее со мной в развалины храма. – Какого из нездешних миров? – спросил Азриель. Амрена безотрывно смотрела на Книгу, словно та была призраком или чудом. – Это Лешон Хакодеш. Священный язык. Ее глаза – два блестящих шарика ртути – сверкнули на Ризанда. Амрена тоже понимала, почему он взял ее ко Двору лета и отправил со мной. – Я слышал легенду, – сказал Ризанд, – будто Книгу Дуновений писали на языке могущественных существ, которые боялись силы Котла. Книгу они создали для сражения с Котлом. Эти могущественные существа когда-то жили здесь… а потом исчезли. Амрена, ты – единственная, кто способен прочитать Книгу. – Ризанд, не надо играть в такие игры, – предостерегла его Мор. – Это не совсем игра, – покачал головой он. – Правильнее сказать, это азартная игра, где я делал ставку на то, что Амрена сумеет прочитать Книгу. Кажется, я выиграл. Амрена раздула ноздри. Уж не собиралась ли она задушить Риза за то, что он не поделился с нею догадкой? Возможно, Книга являла собой нечто большее, чем ключ к нашему спасению. Риз улыбался, словно подзадоривал ее. Даже Кассиан опустил руку на эфес боевого кинжала. Но затем Риз сказал: – У меня мелькала мысль, что Книга может содержать заклинание, способное тебя освободить и отправить домой. Конечно, если ее написали твои соплеменники. У Амрены слегка дернулось горло. Кассиан выругался. – Я не стал тебе говорить о своих предположениях, – продолжал Риз. – Не хотел будить надежды. Но если легенды о языке – не выдумка… Быть может, Амрена, ты найдешь то, что искала все это время. – Чтобы попытаться расшифровать Книгу, мне нужны обе ее части, – сказала Амрена. Я впервые слышала волнение в ее голосе. – Надеюсь, смертные королевы быстро откликнутся на нашу просьбу. – Риз хмуро поглядывал на ковер в передней, все еще мокрый и запачканный песком. – И надеюсь, встреча с ними пройдет успешнее, чем предыдущая. – Спасибо, – не разжимая губ, произнесла Амрена, глядя на него сверкающими глазами. Провести десять тысяч лет в изгнании. Одной. Мор вздохнула. Громко, с намерением прервать тягостное молчание. Она сказала, что хочет услышать всю сегодняшнюю историю. Но вмешался Азриель: – Даже если Книга и позволит притушить силу Котла, остается Юриан, которого так просто не притушишь. Все посмотрели на него. – Это как лишний кусок, возникший, когда головоломка уже сложена, – пояснил Азриель, постукивая изуродованным пальцем по столу. – Спрашивается, зачем воскрешать Юриана? И как король рассчитывает держать его в повиновении? Какими кнутами и пряниками король заставит Юриана быть верным? – Я об этом уже думал, – сказал Риз, садясь между Кассианом и Азриелем, напротив меня. Еще бы он не думал! – Юриан, если ставил какую-то цель, не успокаивался, пока не достигал ее. Цель становилась его наваждением. Он погиб, оставив множество целей, которых так и не успел достигнуть. Теперь уже Мор слегка побледнела: – Если он подозревает, что Мирьяма жива… – Подозреваю, Юриан считает Мирьяму погибшей, – сказал Риз. – И кто способен воскресить его возлюбленную, если не король, у которого есть Котел, воскрешающий мертвых? – Неужели только потому, что Юриан считает Мирьяму погибшей и хочет ее вернуть, он пойдет на союз с Сонным королевством? – спросил Кассиан, упираясь руками в стол. – Он бы сделал это, чтобы отомстить Драконию, сумевшему завоевать сердце Мирьямы, – сказал Риз и тряхнул головой. – Это мы обсудим потом. Я решила, что обязательно расспрошу обо всех, чьи имена здесь назывались, – о них самих и об отношениях между ними. Заодно спрошу, почему в Подгорье Риз даже не намекнул, что был знаком с тем, чей глаз Амаранта вставила в перстень. Но сначала я хотела вымыться, выпить пресной воды – морской я напилась вдоволь – и вздремнуть. Однако все смотрели на меня и Амрену, ожидая рассказа о наших приключениях. Стряхнув с доспехов несколько оставшихся песчинок, я предоставила говорить Амрене, что она с удовольствием и сделала. Я превратилась в слушательницу, представляя, каково слышать эту историю впервые. Каждое новое слово было невероятнее предыдущего. Подняв голову, я увидела, что Риз продолжает на меня смотреть. Я слегка отодвинула заслон в мозгу, чтобы передать по связующей нити: «За мечты, которые сбываются». Через мгновение он постучался в мой заслон, вежливо прося пропустить. Я удовлетворила его просьбу, и у меня в голове зазвучал голос Риза: «За охотницу, не разучившуюся помогать тем, кому в жизни повезло меньше. И за водяных фэйри, умеющих очень быстро плавать».