Глава 62. Котел был отсутствием и присутствием. Тьмой… и тем неведомым источником, откуда она исходила. Здесь не ощущалось жизни. Радости, света и надежды – тоже. Он был невелик, не больше круглой лохани, в каких мылись. Железный, на трех ножках, ради которых король устроил набеги на храмы. Ножки напоминали ветки терна, щетинящегося шипами. Было в Котле что-то отталкивающее и одновременно влекущее. Лицо Мор стало совсем бледным. – Торопись, – сказала она мне. – В нашем распоряжении всего несколько минут. Азриель внимательно оглядывал зал, ступени, по которым мы только что спустились, Котел и его ножки. Я шагнула к возвышению, но Аз предостерегающе вытянул руку: – Прислушайтесь. Мы прислушались. Не к словам. К ощущениям. Казалось, зал пронизан невидимыми жилами и по ним несется кровь. А гнало ее сердце Котла. «Подобное взывает к подобному». Я шагнула к возвышению. Никто больше не делал попыток меня задержать. Внутри Котла не было ничего, кроме бурлящей черноты. Возможно, из этой черноты появилась вселенная. Азриель и Кассиан напряглись, увидев, как я положила руку на борт Котла. По моему телу потекла боль, граничащая с наслаждением. Я одновременно чувствовала себя слабой и могущественной. Я являлась всем, что было и чего не было, огнем и льдом, светом и тьмой, потопом и засухой. Я была основой для творения мира. Усилием воли я вернулась в себя и приготовилась произнести заклинание. Дрожащими руками я достала из кармана листок. Мои пальцы невольно прикоснулись к половине Книги, рядом с которой он лежал. «Сладкоголосая врунья, женщина со множеством лиц». Я оказалась между двумя чужеродными мне стихиями, стала их связующим звеном. Меня словно пронзило молнией и выбросило из тела. «Да, принцесса падали, теперь ты видишь. Ты видишь, что́ должна сделать». – Фейра, – предостерегающе шепнула Мор. Но мой рот стал чужим, как и все тело. Я не могла им управлять, с таким же успехом оно могло сейчас находиться в Веларисе. Котел и Книга текли сквозь меня, общаясь. «Вторая половина, – шипела Книга. – Достань вторую половину. Дай нам соединиться и обрести свободу». Я зажала под мышкой первую половину Книги и полезла за второй. «Чудная девочка, прекрасная девочка, такая ласковая и такая щедрая…». «Вместе… вместе… вместе…». – Фейра! Голос Мор едва прорывался сквозь двойное пение Книги. Амрена ошибалась. Половины Книги нельзя держать порознь. Это рассекало их силу, не давая противостоять силе Котла. А вместе… да, когда я соединю половины, заклинание подействует. Соединив половины, я из связующей нити превращусь в их повелительницу. В Котле не ощущалось никакого движения. И его не будет, пока я не соединю половины Книги. Мор догадалась о моем намерении и с руганью бросилась ко мне. Ее движения были слишком медленными. Я положила вторую половину Книги поверх первой. Неслышимая волна силы изогнула мои уши, ослабила колени. И… больше ничего. – Мы не можем рисковать, – послышался голос Мор, показавшийся мне очень далеким. – Дай Фейре еще немного времени, – прервал ее Кассиан. Я была Книгой и Котлом, тишиной и всеми звуками. Я была живой рекой, соединявшей одно с другим. Рекой с приливами и отливами, без конца сменяющими друг друга. Заклинание… слова… Я посмотрела на бумажку, но не увидела слов. У меня не двигались губы. Думали меня обмануть? Не выйдет. Я не орудие и не пешка. Я не буду вам связующей нитью. И служанкой – тоже не стану. Заклинание я помнила наизусть. Я все равно его произнесу, если не вслух, то про себя. Мысленно. Из глубин моей памяти всплыло первое слово. Я потянулась к нему, стараясь ухватить и не отпускать. Оно поможет мне вернуться в себя; в ту, какой я была. Сильные руки потащили меня прочь от Котла. В меня хлынул неяркий свет. Я увидела камни, покрытые плесенью. Круглое помещение закружилось. Я ртом хватала воздух. Азриель тряс меня, глядя широко раскрытыми глазами. Очень широко. Я даже видела белые кружки вокруг зрачков. Что-то произошло. Что-то такое… Сверху послышались шаги. Азриель мгновенно загородил меня собой, выхватив окровавленный меч. От этого движения у меня в голове немного прояснилось. Что-то теплое текло по моей губе и подбородку. Кровь. У меня из носа шла кровь. Шаги становились все громче. Мои друзья замерли с мечами наготове. По ступеням неторопливо спускался мужчина. У него было довольно приятное лицо и каштановые волосы. Судя по круглым ушам, человек. Но его глаза… Цвет глаз был мне знаком. На один такой, помещенный внутрь драгоценного камня, я смотрела долгих три месяца. – Дура безмозглая, – произнес мужчина. – Юриан, – в ужасе прошептала я.